Холод презирал армейскую мудрость – „согреет бой”. Холод дышал туманом на все санитарные нормы, он был полон решимости гнать чужаков из промозглого уныния предгорий.
Кавказская пленница:
Угарный замес из едущего крышей Маразмаблдора, рокировки факультетами, Невилла с маховиком и уже совсем Безголового Ника, приправленный зарождающейся дружбой "волна и камень, стихи и проза, лёд и пламень"