Geralt z Rivii | Geralt of Rivia/Triss Merigold/Yennefer z Vengerbergu | Yennefer of Vengerberg, Geralt of Rivia/Triss Merigold/Yennefer of Vengerberg/Cirilla Fiona Elen Riannon, Cirilla Fiona Elen Riannon/Cerys an Craite, Rosa var Attre/Edna var Attre, Geralt z Rivii | Geralt of Rivia/Triss Merigold, Geralt z Rivii | Geralt of Rivia/Yennefer z Vengerbergu | Yennefer of Vengerberg, Cirilla Fiona Elen Riannon/Geralt z Rivii | Geralt of Rivia, Triss Merigold/Yennefer z Vengerbergu | Yennefer of Vengerberg
Рейтинг:
NC-17
Метки:
Rough Sex, Fluff and Smut, Pseudo-Incest, Polyamory, Love, Anal Play, Anal Sex, Pet Names, Other Additional Tags to Be Added, Empress Cirilla Fiona Elen Riannon, Oral Sex, Twincest, Dom/sub, Praise Kink, Body Worship
Размер:
623 Кб
Язык:
English
Статус:
Закончен
Опубликован:
14.11.2019 — 27.05.2020
There is a lack of rough-but-fluff-fics about Ciri, Geralt and their sorceresses, so I thought to meet my demand myself... Parings and Kinks in the Chapter Notes After becoming the Empress of Nilfgaard and securing her reign with the help of her adoptive mother, Cirilla Fiona Ellen Riannon finally has a moment to be content. But the night her two new advisors arrive at her court – an infamous witcher and a certain red-headed sorceress – things change for her and the ones she loves. But the change is welcome and brings them all something, they always wanted: a loving family. Oh, and all the sex one could ever wish for. Spanish Version here: https://www.wattpad.com/story/292013394-una-emperatriz-un-brujo-y-dos-hechiceras
Очарованный писатель:
«Она всё так же не знала своего имени, кем была раньше, зато очень хорошо осознала, кем стала теперь. Сумасшедшей убийцей, ненормальной маньячкой, одной из самых охраняемых особ в самой жуткой тюрьме ...>>«Она всё так же не знала своего имени, кем была раньше, зато очень хорошо осознала, кем стала теперь. Сумасшедшей убийцей, ненормальной маньячкой, одной из самых охраняемых особ в самой жуткой тюрьме этого насквозь воображаемого мира.»
Много у нас было попаданцев, но вот в человека, который заперт в самых ужасных условиях — такое я встречаю впервые.
————————————————————————
«Для людей, запертых в каменных мешках, свобода давно стала недостижимой фантазией, прекрасным воспоминанием. Но нынешняя Беллатриса не могла похвастаться продолжительным сроком заключения — она только привыкала, до сих пор отчетливо помнила прикосновение солнца к лицу, неспешные прогулки, книги, которые могла почитать в любой момент. Объятия людей, лиц которых она не помнила.»
————————————————————————
«— Замолчите оба, — прервал их ещё один незнакомый голос, теперь уже слева. Он звучал надтреснуто, устало и холодно, напоминая шорох ветра. — Неважно, супруга то моя или нет, но прошу — спой ещё…»
[…]
«Она удивлённо приложила руку к горлу. Оказаться здесь и прихватить с собой в новое тело прежний голос, который совсем не походил на голос прежней мадам Лестрейндж, оказалось неожиданно и приятно. Хотя бы мелочь, напоминающая о прошлом, о былой счастливой жизни.»
————————————————————————
«В свете этого — зачем Лестрейнджи и Крауч пошли к Лонгботтомам? Затем, чтобы их поймали! Посадили в Азкабан, где они должны изображать «самых верных последователей», сохранить этим доверие марионетки, ждать своего часа, чтобы вернуться и завершить начатое.»
————————————————————————
«— Степь, и только снег кругом, и далеко мой дом —
Замело, замело все дороги.
Всё, всё за нас решено, и волнует одно —
Где, ну где отдохну хоть немного?»
————————————————————————
«Белла отчаянно прижалась к холодной каменной стене, будто кладка Азкабана способна была вобрать её в себя, оберегая, как нерушимый кокон. Странным образом тюрьма — единственное знакомое место в этом мире, уголок, который она по праву звала «своим», — стала для неё оплотом безопасности.»
————————————————————————
«Антонин крякнул, а после уже привычно попросил:
— Спой нам, голубка…»
————————————————————————
Эта работа заставила плакать. Окунула в себя так глубоко, что ощущался холод Азкабана, виделись солнечные лучи, до которых с тоской хотелось дотянуться тонкими пальцами. Автор запер не героиню, а читателя в той продуваемой всеми ветрами камере. И ничего не осталось, кроме шума моря, песен, что еще сохранились в покалеченной памяти и «приятной компании» чужих голосов.
Включить тёмную тему
Популярное
