Валерий Гуров

Он погиб, спасая раненого на поле боя — чтобы очнуться в таком же аду, но теперь 1941 года. Те же стрельба, взрывы, боль и кровь, только теперь в спину кричат не «Руки в гору!», а «Хенде хох!».

Рефлексы хирурга и бойца проходят проверку новым-старым временем: зажим - спасение своего, выстрел - смерть врага. Так начинается его новая старая Великая война.

Выжить в неразберихе начала войны.

Найти своё место среди всего этого кошмара.

Суметь организовать и повести за собой бойцов.

Всё это удалось сделать Петру Васину.

Но это не прошло просто так.

На него одновременно обратили внимание две разные организации. Специальное подразделение РККА и Абвер – и каждая со своими задачами. И если цель немцев вроде бы понятн...>>а – убрать опасного противника, то задачи спецподразделения, куда попал служить Васин, неизвестны вообще никому.

Волей-неволей он оказывается втянут в противостояние двух могущественных спецслужб и только от него сейчас зависит удастся ли ему выйти живым из этой схватки?

Ленинград ещё жив: дети играют во дворах, в окнах звучит радио, люди верят сводкам и ждут, что врага скоро отбросят.

Но современный микробиолог Александр Шереметьев, попавший 23 июня 1941 года в тело юного лаборанта, знает: через два с половиной месяца вокруг города сомкнётся кольцо блокады — "сто двадцать пять блокадных грамм с огнём и кровью пополам", мёрзлые квартиры, санки с т...>>елами на зимних улицах.

В его будущем семья уже погибла от голода, и второй раз он этого не допустит. У него нет армии и власти — только знания, лаборатория и несколько недель, чтобы выбить оборудование, спасти штаммы, наладить выпуск белка, спирта и лекарств.

Фашисты хотят уморить Ленинград. Шереметьев сделает так, что вместо мёртвого города они получат живую крепость.

Его фронт — лаборатория. Его враг — Голод. Фашист будет бит. Русский человек выстоит. А до Победы доживут те, кого история обрекла.

ПЕРВЫЙ ТОМ ТУТ: https://author.today/work/589165#

Штурмовик Владимир Сошников закинул гранату во вражеский «укреп», но после взрыва очнулся в окопе, среди красноармейцев с трехлинейками, отбивающих атаку угловатых серых танков с черными крестами на броне.

Он служил в добровольческом батальоне «Буря» и знал войну не понасл...>>ышке. Два года на ЛБС, десятки взятых «укрепов» и уничтоженных солдат противника.

Теперь Сошников — боец Красной Армии, у него нет привычного автомата «АК-12», разгрузки с магазинами и мощной артиллерийской поддержки. Только старенький «Наган», граната на длинной ручке и жестокая реальность самого страшного лета в истории страны.

Поможет ли опыт современной войны 21 века изменить историю? Но для начала ему надо просто выжить.

Его убили в девяностых.

Очнулся он в 2026-м — в теле психолога элитного лагеря для трудных мажоров.

Здесь избалованные сынки богачей ломают персонал, качают права и никого не боятся.
 Но они ещё не знают, что старый психолог умер. А новый пришёл стать вожаком.

Его убили в девяностых.

Очнулся он в 2026-м — в теле психолога элитного лагеря для трудных мажоров.

Здесь избалованные сынки богачей ломают персонал, качают права и никого не боятся.
 Но они ещё не знают, что старый психолог умер. А новый пришёл стать вожаком.

Сначала люди начали шептать: «тише». А потом — убивать за любой звук. Никто не понял, что произошло. Привычный мир рухнул за считаные часы. Так началась Первая тишина.

Сергей Логинов попал в 2026 год из 1999-го — прямо в первый день катастрофы. Вокруг хаос, кровь и обезумевшие люди, а в полицейских базах он числится мертвецом. Только Первая тишина его не берёт.

Теперь Сергею нужно выжить, спасти тех, кто ещё держится, и найти того, кто запустил катастрофу. Потому что Первая тишина не случайность. И тот, кто её запустил, опаснее молчунов.

Он погиб, спасая раненого на поле боя — чтобы очнуться в таком же аду, но теперь 1941 года. Те же стрельба, взрывы, боль и кровь, только теперь в спину кричат не «Руки в гору!», а «Хенде хох!».

Рефлексы хирурга и бойца проходят проверку новым-старым временем: зажим - спасение своего, выстрел - смерть врага. Так начинается его новая старая Великая война.

Лучший адвокат своего времени умирает сразу после громкого оправдательного приговора в суде — и приходит в себя в теле забитого письмоводителя в Российской империи.

Здесь его зовут Аркашкой, пинают как прислугу, а за его спиной уже делят его деньги и судьбу. Но голова, хватка и ремесло остались при нём. Он начнёт с почти мёртвых дел, от которых все отказались, и очень скоро весь город узнает, что самый опасный человек в нём — адвокат.

Пётр Васин по прозвищу Неправильный служил сапёром в отряде «Контур». Очередная операция, подрыв — и он приходит в себя в 1941 году.

Первые месяцы войны. Отступление, разбитые части, паника. Немецкие танки идут по советской земле. Васин умеет собрать мину из груды хлама, на ходу заминировать мост, поставить растяжку — и сдерживать натиск врага, где обычная рота уже откатилась назад. Вот ...>>только сейчас такие приемы слишком быстро привлекают внимание Особого отдела.

Чтобы выжить и спасти боевых товарищей, ему снова придется стать Неправильным. Собрать взрывчатку из подручного хлама, научить необстрелянных бойцов минному делу, спорить с политруками и командирами и принимать решения быстрее, чем война перемелет очередную роту.

А впереди — мост. Тот самый, которого никак нельзя оставить врагу целым.

ПЕРВЫЙ ТОМ ТУТ: https://author.today/work/589165#

Штурмовик Владимир Сошников закинул гранату во вражеский «укреп», но после взрыва очнулся в окопе, среди красноармейцев с трехлинейками, отбивающих атаку угловатых серых танков с черными крестами на броне.

Он служил в добровольческом батальоне «Буря» и знал войну не понаслышке. Д...>>ва года на ЛБС, десятки взятых «укрепов» и уничтоженных солдат противника.

Теперь Сошников — боец Красной Армии, у него нет привычного автомата «АК-12», разгрузки с магазинами и мощной артиллерийской поддержки. Только старенький «Наган», граната на длинной ручке и жестокая реальность самого страшного лета в истории страны.

Поможет ли опыт современной войны 21 века изменить историю? Но для начала ему надо просто выжить.

Он погиб, спасая раненого на поле боя — чтобы очнуться в том же аду, но теперь 1941 года. Те же стрельба, взрывы, боль и кровь, только теперь в спину кричат не «Руки в гору!», а «Хенде хох!». Рефлексы хирурга и бойца проходят проверку новым-старым временем: зажим - спасение своего, выстрел - смерть врага. Так начинается его новая война.

Госпиталь в сельской школе, растерянный персонал, главврач-ретроград. Десятая палата, откуда выносят только вперёд ногами. Бывший майор, снова став сержантом, строит свой новый гарнизон.

Его убили в девяностых.

Очнулся он в 2026-м — в теле психолога элитного лагеря для трудных мажоров.

Здесь избалованные сынки богачей ломают персонал, качают права и никого не боятся.
 Но они ещё не знают, что старый психолог умер. А новый пришёл стать вожаком.

Опытный рабочий, всю жизнь проведший за станком, приходит в себя в теле худого мальчишки Прошки — бесправного работника паровозного завода.

Калуга. 1887 год. Грязный цех, ременные передачи, грубый инструмент и начальство, которое привыкло списывать свой брак на слабых.

Для них Прошка — мальчишка для побоев.

Но теперь в этом теле — старые руки, рабочий глаз и человек, который видит: каждая ошибка здесь пахнет не только маслом, но и чужой выгодой.

Металл можно выправить. Станок можно настроить.

А тех, кто делает брак нарочно, придётся разобрать по винтику.

Штурмовик Владимир Сошников закинул гранату во вражеский «укреп», но после взрыва очнулся в окопе, среди красноармейцев с трехлинейками, отбивающих атаку угловатых серых танков с черными крестами на броне.

Он служил в добровольческом батальоне «Буря» и знал войну не понаслышке. Два года на ЛБС, десятки взятых «укрепов» и уничтоженных солдат противника.

Теперь Сошников — боец Красной...>> Армии, у него нет привычного автомата «АК-12», разгрузки с магазинами и мощной артиллерийской поддержки. Только старенький «Наган», граната на длинной ручке и жестокая реальность самого страшного лета в истории страны.

Поможет ли опыт современной войны 21 века изменить историю? Но для начала ему надо просто выжить.

Лозунг «Контура» - «Для нас устав ещё не написали!».

Таких отрядов вообще мало – только там, где ранее проходили боевые действия. И занимаемся мы исключительно всякими каверзными и нештатными ситуациями – обычное разминирование и зачистку местности, тоже, разумеется, производим – чай, не графья там какие-то! Но основная наша цель – всякие нестандартные ситуации и случаи.

Но ч...>>то делать, если эти самые боевые действия вдруг сваливаются тебе прямо на голову? И ты махом переносишься аж в самую гущу 1941 года?

И там - у тебя нет ничего привычного - ни приборов, ни оборудования - только руки и голова...

Он погиб, спасая раненого на поле боя — чтобы очнуться в том же аду, но теперь 1941 года. Те же стрельба, взрывы, боль и кровь, только теперь в спину кричат не «Руки в гору!», а «Хенде хох!». Рефлексы хирурга и бойца проходят проверку новым-старым временем: зажим - спасение своего, выстрел - смерть врага. Так начинается его новая война.

Госпиталь в сельской школе, растерянный персонал, главврач-ретроград. Десятая палата, откуда выносят только вперёд ногами. Бывший майор, снова став сержантом, строит свой новый гарнизон.

Талантливого хирурга убили за то, что он слишком хорошо делал свою работу. Но смерть дала ему второй шанс: он очнулся в теле молодого врача первого года практики в современной поликлинике. Теперь перед ним новая операционная — вся система здравоохранения, с её жалобами, отчётами, хамством, коррупцией и усталыми людьми. Он хотел стать лучшим хирургом страны. Для этого ему придётся снова доказать: настоящий врач лечит не ради должности, а ради тех, кого ещё можно спасти.

Его убили в девяностых.

Очнулся он в 2026-м — в теле психолога элитного лагеря для трудных мажоров.

Здесь избалованные сынки богачей ломают персонал, качают права и никого не боятся.
 Но они ещё не знают, что старый психолог умер. А новый пришёл стать вожаком.