Коллекции загружаются
#старое_кино
Тематическая подборка: 20 фильмов-притч. Есть и забавные (немного, правда), и грустные, и очень жестокие… Совсем уж всенародно известные, вроде нежно мною любимых «Дня сурка», «Шоу Трумана» или «Города Зеро», не включаю. На универсальность своих вкусов претендовать не могу: все ссылки ведут на «Кинопоиск», где можно почитать отзывы других зрителей и критиков. По хронологии: 1. Ангел-истребитель (1962, Л.Бунюэль, Мексика) Замкнутое пространство, из которого невозможно выйти. Просто кто-то должен сделать это первым. А всегда ли найдется желающий быть «первым» в обществе, надежно запрограммированном на массовые реакции? 2. Женщина в песках (1963, Хироси Тэсигахара, Япония) По одноименному роману Кобо Абэ. Каждый день надо просто отгрeбать песок, чтобы тебя не засыпало… и чтобы сверху спустили немного заработанной еды. Ты считал, что проведешь с этой женщиной всего одну ночь? Родина, труд, семья… песок, песок, песок… — Вы отгрeбаете песок, чтобы жить, или живете, чтобы отгрeбать песок? Как можно жить в такой ловушке? — Это мой дом. 3. Легенда о Нараяме (1973, Сёхэй Имамура, Япония) 16+ XIX столетие: глухая, беспросветно нищая японская деревушка. «Бесполезные» не должны жить, потому что тогда голодная смерть ждет всех. О беспощадной жестокости жизни и людей, о чувстве долга и, может быть, самую малость — о любви. 4. Аллонзанфан / Вперед, сыны Отечества! (1974, П. и В. Тавиани, Италия) Постаревший революционер устал и мечтает бросить братьев по оружию, зато они даже не думают бросать его. Предательство следует за предательством, но… ничего не меняется. Впрочем, роковым для героя оказывается один-единственный миг сомнения. Притча о безумцах и утопических мечтах. А также об идеалах юности, которые развеялись, но жизнь продолжается в проложенном ими русле. Визуальный ряд фильма напоминает оперные постановки, присутствует явственный оттенок гротеска. 5. Пустыня Тартари (1976, В.Дзурлини, Италия) По одноименному роману Дино Буццати. Молодой лейтенант прибывает на место службы — в отдаленную крепость, затерянную в песках и отделенную от мира горной цепью. Задача гарнизона — отразить возможную атаку грозного противника, затаившегося где-то в пустыне. Они на страже. Они ждут… И так идет жизнь. Да собственно, это и есть жизнь. 6. Репетиция оркестра (1978, Ф.Феллини, Италия) Отношения дирижера и оркестра — отношения народа и власти. Маятник качается туда-сюда, от тирании к анархии, не задерживаясь на точке равновесия. Да и может ли быть иначе для маятника? 7. Парад планет (1984, В.Абдрашитов, СССР) Шесть героев фильма получают возможность на несколько дней выпасть из обычного круговорота своей жизни. И это оборачивается путешествием… куда? Возможно, в собственную память, в свои мечты и тайные сожаления. А может быть, это просто шанс оценить пройденный путь со стороны. 8. Фавориты луны (1984, О.Иоселиани, СССР – Франция) Париж. Начиная с незадачливого мужа-рогоносца — мастера на все руки, который готов по сходной цене и соорудить взрывное устройство, и отремонтировать наручники, которые будут надевать на террористов, — многочисленные герои этой комедии подчас даже не представляют, как пересекаются их судьбы и их пути. И как легко меняются местами преступник и законопослушный гражданин. 9. Пурпурная роза Каира (1985, В.Аллен, США) Ах, если бы герой, которого ты любишь, сошел к тебе со страниц книги или с киноэкрана — и заслонил собой унылую реальность! (Все лихорадочно вспоминают «своего» кумира.) Вот только одна проблема: есть не только герой, но и… сыгравший его киноактер. — Я люблю тебя. Я честен, я смел и романтичен, и на меня можно положиться. — А я настоящий! 10. Счастливые дни (1991, А.Балабанов, СССР) По мотивам творчества классика абсурда С.Беккета. Человек без имени, без прошлого, без друзей, без места, где можно жить. Не понимающий, что происходит. На черно-белых улицах перестроечного Ленинграда — и одновременно в некоем вечном метафизическом пространстве неприкаянности, всеобщего отчуждения и кафкианского хаоса. 11. Цареубийца (1991, К.Шахназаров, СССР) Не столько историческая драма, сколько драма вечно повторяющейся истории — от режиссера «Города Зеро». Пациент психиатрической лечебницы, которому мерещится, что он — давно мертвый убийца императора. Врач, которого постепенно затягивает в чужое… безумие? Так и не появившаяся в кадре неизвестная девочка — то ли неистребимая память, то ли совесть… Нужна ли она кому-либо из этих людей? — Империи было необходимо уничтожить меня, потому что никто не должен был заподозрить, что ее новая идея в сущности отличалась от старой только отсутствием в ней меня... 12. Быть Джоном Малковичем (1999, Спайк Джонз, США) Можно ли раскрутить коммерческий проект на возможности сделаться «попаданцем» на 15 минут? Еще как! Обычно смысл фильма подводят к тому, что он иллюстрирует многогранность актерской натуры. Но мне тут видится нечто другое. Люди страстно хотят «играть роли», потому что большинство недовольно той ролью, что выпала на их долю в реальности. Еще приятнее, когда можешь одновременно ощущать себя кукловодом. Беда только в том, что кукловод сам незаметно превращается в куклу. 13. Икота (2002, Д.Палфи, Венгрия) Старая венгерская деревушка. А еще сюрреализм, крупные планы и почти полное отсутствие слов: они все равно не нужны. Странные смерти, которые проходят практически незамеченными… И образ жизни как пищевой цепочки. Предупреждение: элементы натурализма, категория «кино-не-для-всех» (артхаус). 14. Догвилль (2003, Л. фон Триер, Дания) 16+ Неспешно развивающаяся (почти 3-часовая) история, которая поначалу выглядит едва ли не рождественской сказкой о силе доброты, но в итоге оказывается исключительно жестокой притчей о развращающей вседозволенности, лицемерии и о самых темных сторонах человеческой природы. Особенность фильма — демонстративно экспериментальная постановка в «брехтовском» стиле: декорации и реквизит не просто театрально-условны, а супер-условны, вплоть до расчерченных мелом квадратов, обозначающих дома, где обитают персонажи. Имеется сиквел Мандерлей — с более узкой тематикой расовой сегрегации; для нас, возможно, не особо актуально, но любопытно в свете текущей «повесточки»: Определение времени суток путем общественных дебатов едва ли можно считать разумным. 15. Весна, лето, осень, зима... и снова весна (2003, Ким Ки Дук, Корея) Незамысловатая (?) и неспешная дзэнская притча о мирских страстях и суете. Красивые пейзажи. Павильон отшельника посреди озера — выше всяких похвал. 16. Таинственный лес / Деревушка (2004, М.Найт Шьямалан, США) Жители деревушки живут в окружении страхов — не отвлеченных, а вполне материальных, хотя и неведомых. Люди привыкли: надо только избегать, не смотреть этим страхам в лицо. Не спрашивать себя, что они такое, откуда взялись. Просто жить дальше, просто бояться дальше… 17. Неуместный человек (2006, Й.Лиен, Норвегия) 16+ Когда достали проблемы и депрессия, хочется сбежать от жизни — хоть бы и в небытие. Только у неудавшегося самоубийцы получается что-то вовсе неожиданное: он прибывает в мир, в котором нет проблем и нет места для депрессии. 18. Дикие истории (2014, Д.Сифрон, Аргентина) 16+ Действительно дикие. Невероятные, но не фантастические. И если подумать, то сгущение красок — вполне законный прием в искусстве. В титрах имена персонажей сопровождаются фотографиями животных. Разных. И, несмотря на долгие века цивилизации, все эти животные по-прежнему дремлют в нас, и их очень легко разбудить… Предупреждение: чернуха! 19. Место встречи (2017, П.Дженовезе, Италия) Об исполнении желаний. Об их цене. О стремлении убедить себя, что всему виной Судьба. А Судьба между тем посиживает себе в кафе. И бесполезно спрашивать ее: «На чьей ты стороне?». Бесполезно кричать: «Ты чудовище!». Потому что она может ответить только одно: «Я кормлю чудовищ». Предупреждение: все действие фильма происходит в упомянутом кафе, «экшена» нет — только рассказы персонажей («разговорный» жанр). 20. Платформа (2019, Г.Гастелу-Уррутия, Испания) 16+ Почти аллегория, о смысле которой догадаться нетрудно. Просто воспроизведу аннотацию: Герой соглашается на участие в некоем эксперименте и вскоре приходит в себя в почти пустой комнате на 48-м уровне (этаже). Этажи связывает общий колодец, по которому раз в день опускается платформа с едой: чем ниже находятся люди, тем меньше у них шансов поесть. Каждый месяц происходит рокировка, и обитатели верхних уровней могут оказаться в самом низу, и наоборот. На каждом уровне — двое человек; сколько всего уровней — неизвестно. Разрешено взять с собой один предмет. Герой выбрал томик «Дон Кихота», а его сосед — большой нож. 4 ноября в 09:54
8 |