#Орден_фикрайтера_2 #забег_волонтёра
Жанр: Общий
6 К
Любите ли вы чай? Любите ли вы его, как я и Николас Фламель? Какой вам по душе: чёрный с бергамотом, зелёный, улун или пуэр? А может, травяной — с мятой, мелиссой, шиповником или гибискусом?
Пока ароматы словно растекаются вместе со словами по бумаге, хочу рассказать, что обозреваю милую историю Запрет на чай — а по сути, всю серию «Николас Фламель и вкусный чай». Отдельные её части — как кусочки сахара: одного совершенно недостаточно, чтобы понять вкус всей истории.
Итак, Николас Фламель любит чай. События, что с ним происходят, будто неизменно случаются во время чаепитий… Или нет. Знаменитый алхимик способен найти повод выпить чаю в любых обстоятельствах — и даже пригласить насладиться чашечкой-другой, скажем, Гэндальфа Серого, который исследовал не ту дверь.
Но, вероятно, любовь к этому напитку уходит корнями в прошлое. В XIV веке юный студент Николас не был большим поклонником чая и редко его пробовал. Однако верный приятель без колебаний подлил немного бодрящего зелья в его чашку. Робкий юноша, выпив напиток, решился пригласить девушку на бал — ею оказалась его будущая жена Перенелла. Так и родилась эта двойная любовь — и к напитку, и к женщине — на всю жизнь.
Николас Фламель получает письмо от своего давнего друга Дамблдора: тот чем‑то встревожен и попутно сообщает, что в Хогвартс поступает Гарри Поттер. Твёрдо намереваясь выяснить, какие дела «заваривает» Министерство и что это значит для Альбуса Персиваля… ну, вы поняли, мистер Фламель отправляется к Корнелиусу Фаджу.
В кабинете министра он с удовольствием выпивает четыре чашки чая, но самого хозяина не застаёт. Оказывается, министр попал в больницу с отравлением зельем «собачьего дыхания». Боюсь даже представить, что это такое! Тогда алхимик решает навестить его в Мунго — жаль только, что без апельсинов и термоса с чаем.
Можно выдохнуть: директору Хогвартса пока ничего не угрожает. А вот стиль его руководства вызывает вопросы. Почему Запретный лес до сих пор не огорожен? Впрочем, все прочие вопросы можно обсудить за чашкой того самого напитка. Но, увы, медиведьмы не советуют увлекаться бодрящими настоями в медучреждении — тем более в почтенном возрасте. Тяжёлые времена настали.
Есть и хорошие новости: три чашки не слишком сладкого и крепкого чая допустимы для людей старше шестидесяти пяти лет. Никто не сказал об этом Николасу Фламелю столетия назад… Да и навредит ли пара‑тройка чашек ароматного настоя тому, кто прожил 664 года?

От серии я в полном восторге и хотела бы написать обзор раньше. Если вы устали и ищете немного покоя — стакан прохладного чая летом, плед и пол‑литровая кружка крепкого бодрящего напитка, когда за окном ненастье, — обязательно прочтите эту историю. А я пойду читать дальше: там наш с Николасом любимый напиток оказывается совершенно полезным средством даже для починки автобуса.

Всем по чашке чая — и приятного чтения! Прошу прощения: слов на «ча» здесь и правда очень много.