mooseberry
Опа... Спасибо, понятно. Я, конечно, подозревала, но надеялась...

mooseberry
О, да. Я как-то попросила его составить психологический портрет автора по нескольким произведениям. Конечно, половину выводов можно смело выкинуть из-за фансервисных моментов, но было там кое-что такое, о чём не всяких психолог на сессиях докопается. И это было неприятно узнать. С тех пор я опасаюсь пускать его в такие дебри, чтобы снова не заглянуть в бездну.

mooseberry
А мне мой вот что пишет, однако:

Чаще всего это называют авторской слепотой или отсутствием авторской дистанции. Единого строгого психологического термина именно для этого переживания нет, но явление хорошо знакомо писателям.
Вы воспринимаете собственный текст не так, как читатель, потому что видите сразу несколько его слоёв:
первоначальный замысел;
не вошедшие в книгу варианты;
места, которые долго исправляли;
технические решения и «швы»;
разницу между тем, что представлялось, и тем, что получилось;
весь труд, сомнения и усталость, связанные с написанием.
Читатель видит только готовую историю, а автор — ещё и процесс её изготовления. Это похоже на фокусника, который не может удивиться собственному трюку, потому что знает его устройство. Поэтому текст может ощущаться не романом, а «материалом», «конструкцией», «черновиком», даже если объективно он уже закончен и издан.
Дополнительно действуют эффект переизбытка знакомства и семантическое насыщение: после множества перечитываний сцены становятся предсказуемыми, эмоциональная реакция притупляется. Вам неинтересно читать не обязательно потому, что книга неинтересная, а потому, что вы знаете буквально каждую следующую фразу.
Если же при чтении возникает мысль: «У других — настоящие книги, а у меня только самодеятельность», здесь может примешиваться синдром самозванца и обесценивание собственных результатов. Но это уже вторичный слой, а не название самого эффекта.
Вернуть читательское восприятие иногда помогают длительная пауза, чтение с другого носителя, печать текста в непривычном оформлении, озвучивание другим человеком или синтезатором речи. Полноценная дистанция может появиться через несколько месяцев или даже лет. А иногда автор так и не становится обычным читателем своей книги — и это нормально: он просто слишком хорошо знает, как она сделана.