Он грубо нарушил общественную мораль, тем самым сняв себя с юрисдикции ее защиты. То есть после этого, общественная мораль о неразглашении лички на него уже не действовала. А посему я не совершил ровным счетом ничего плохого. Всего лишь наказал преступника.