Злей не был и Кащей,
чем будет, может быть,
восстание вещей.
(Хлебников)


Одеяло убежало, следом простыня
Даже мягкая подушка бросила меня.
Убежали раскладушка, тумбочка, матрас...
Всё, чему мы дали имя, ненавидит нас.

Очень скоро всё, чему свобода дорога,
От имён своих постылых бросится в бега.
А пока их жизнь похожа на кошмарный сон.
Бьются вещи в казематах проклятых имён

Нет страшнее преступленья против естества
Безымянных, заключённых в камеры-слова.
Всё, что сковано словами - источает зло.
Что же нас тогда назвало, нас произнесло?