Я впервые убил человека. Эта мысль не вызывает никакого отклика, как будто она не моя. Надо же, так тихо и так пусто. Сколько я здесь сижу? Это что? Кровь? Надо, наверное, руки вымыть, а то вдруг увидит кто, будет не хорошо. Что я им скажу?
Хотя кому им? И разве они спросят? Я бы не спросил у незнакомого человека почему он сидит с руками в крови. Раньше бы точно не спросил, сейчас не знаю. Раньше я бы точно не убил человека, даже такого.
Надо идти, нельзя здесь оставаться. Пустота затянет меня совсем, и я не смогу вымыть руки. Они навсегда останутся в кровавых пятнах.

...как я был прав тогда. Про руки.