Альтра восседает на горе убитых и отклоненных фиков, трон из костей йашек, на голове корона, в руках чаша с дымящимся разбором очередного фанфика, к подножию трона тянется вереница понурых йашек, сжимающих в потных ручонках рукописи и рыдающих горючими запятыми.
- Отклонить его!
Раздается вопль, и очередной неудачник скатывается к подножию, добавляя свою рукопись в основание горы.
На заднем фоне играет тревожная музыка.
Где-то вдалеке Реф, гнусно хохоча, пересчитывает деньги.
Неподалеку стоят накрытые столы, за которыми местная илитка тычет вилками в новичков и упавших с горы, ведет великосветские беседы о Мэри-Сьях, и глумливо отпихивает ногами всех, кто пытается приблизиться.
=====
не знаю, выглядит ли оно так с высоты фикбука, просто после пары последних коммов, вдруг нарисовалась картинка.
Ах да, еще нужно светящуюся надпись "Оставь безграмотность всяк, сюда входящий"
Zemi:
Уж не свихнулся ли дурень блаженный на старости лет? Нет, здесь применимо исключительно высокое толкование для "блаженный". Миру нужно больше добра. И таких обаятельных светлых душевных историй.
Безу...>>Уж не свихнулся ли дурень блаженный на старости лет? Нет, здесь применимо исключительно высокое толкование для "блаженный". Миру нужно больше добра. И таких обаятельных светлых душевных историй.
Безупречный прекрасный в своей живой естественности язык. Филигранная стилизация. По праву может стоять на одной полке с классиками.
Казалось бы, сколько притч мы с вами уже слышали. Эта преподнесена по-особенному. Она выделяется отсутствием наставительной поучительности, ненавязчивостью, свойской манерой речи.
Как персонаж может быть настолько трогательно забавным и одновременно вызвать большое уважение и море теплых чувств? Магия слова.