Азиз пал ниц и не смел поднять лица от ставшим красным, как гранатовый сок, песка. Да и не было необходимости: крики жителей некогда богатого и благополучного города Баха и так давали ему знать, что чуда не случилось, и горизонт все так же медленно сжимается и поднимается вверх, заключая широкие улицы, богатые дворцы, белокаменные дома и их жителей в кокон. "Еще не поздно покаяться, - кричал, срывая голос старший жрец. - Боги решили нас покарать, но они милостивы! Отпустите рабов с гранатовых плантаций, разомкните оковы, выпустите людей из темниц, опустите плети!" Жреца никто не слушал. Азиз закрыл уши руками - чудовищный треск сотряс город, с неба посыпались липкие сладкие капли. Баха погряз в пороке и в алчности, Баха готовился к расплате.