В целом интересно. Я пыталась переносить персонажей из реальности по писательским заветам, но у меня выходили более картонные кусочки, чем когда я прорабатываю от себя. На мой взгляд. Возможно, я просто недостаточно поработала с этим методом, я возьму на заметку.
Нафиг такие персонажи? Могут, конечно, всё могут. В фокальных персонажах это виднее, еще виднее в ПОВ, во второстепенных персонажах это менее заметно, но если персонаж определен как некоторая "константа", то чем он собственно отличается от сюжетной функции?
Ну я же не про рост личностный, я про большую глубину. Пожалуй, могу только Набокова вспомнить и Толстого — у этих персонажи очень целостные. Но там всегда одни типажи, Набоковский скучающий интеллектуал, и Толстовские две стороны одной идеи.
Видимо я читала слишком много психологических книжек, что б поверить в неинтересного персонажа. Неинтересный сюжет -- сколько угодно. А персонаж -- нет, каждый персонаж прекрасен в своей человечности (даже если является бесчеловечным -- этот момент во всяких психологиях мой любимый), и, конечно, каждый -- сложная система. А значит - для меня - интересен.
Гм, пожалуй, я не права. Интересность зависит от условий, в каковые персонаж ставится.
Взяла я сегодня отгул, отпросила ребёнка из садика, и поехали мы почти всем составом на Елизавет гулять, пока погода хорошая.
Для начала нам встретились грибы. Мы их собирать не стали, только Дашке показали, что можно брать (грузди, сыроежки), а с чем лучше не связываться (поганки). Потом Даша стала искать мухомор, и мы его нашли. Один, но симпатичный.
На пруду видели двух чомг - видимо, родитель и большой детёныш. Одна чомга надолго нырнула, поймала рыбку. Вторая запищала - выклянчила эту рыбу. Потом обе нырнули. Фоткать их я не стала, но сфоткала пруд.
Ещё один гриб пробил асфальт.
Во время прогулки встретили пять котиков, и двух я даже сфоткала.
Рыжик после фотографирования включил мурчалку, потёрся об ноги Дашки, потом переключился на меня. Намотал несколько восьмёрок и ушёл, не обратив на Макса ни малейшего внимания.
А ещё в наших краях, кажется, не бабье лето, а вторая весна.