В общем, поковырялся ещё, используя метод половинного деления опять. Выяснил, что в приколах с бекспейсом виновата строка set term=xterm
" 256 цветов в конэму.
if !has("gui_running")
set term=xterm
set t_Co=256
let &t_AB="\e[48;5;%dm"
let &t_AF="\e[38;5;%dm"
inoremap <Char-0x07F> <BS>
nnoremap <Char-0x07F> <BS>
endif
Чисто охота нормальную цветовую схему использовать, на 256 цветов, с жирным-курсивом-подчёркиваниями и прочими подобными мелочами. Но увы, либо то, либо это. Я, конечно, ещё поковыряю документацию что одного продукта, что другого, но…
Неовиму в отличие от вима в данном случае требуется только set termguicolors
И, да, проблему с map <C-BS> <C-w> решить не получается никак, но вот при запуске gVim нормально работают и бекспейс, и контрол-бекспейс.
Надо гуёвому виму ещё подобрать шрифт как-то, потому что тот, который по умолчанию, сильно многого не хочет нормально показывать. Например, значки у NERDTree.
Упд. Еле-еле выяснил, что писать в конфиге надо так: set guifont=DejaVu_Sans_Mono:h10 (с подчёркиваниями). А ещё, что выбор шрифтов там почему-то очень бедный, и что далеко не все значки, в отличие от конэму, отображаются.
Слуш, пара мелочей:
Как гвим распахнуть на весь экран при запуске? Нашёл только паллиатив
set columns=999
set lines=999
При указании set encoding=utf8 nobomb меню гвима стало показывать иероглифы. Я сдеал по-простому, убрал меню (и тулбар) вообще. Но это тоже паллиатив.
Ну и ещё такое: при первом старте гвим говорит что-то типа «библиотеки не зарегистрированы, зарегистрировать?» — что за библиотеки и как бы этот вопрос вообще убрать? Дело в том, что в силу виртуализации после перезагрузки всё возвращается на круги своя и эти библиотеки вновь незарегистрированы.
Энни Мо:
Это, пожалуй, лучшее произведение, что я читала по вселенной ГП.
Многогранное, тяжелое, жизненное, где светлые моменты спорят с реальностью войны, тяжелыми выборами и опустошением после окончания ...>>Это, пожалуй, лучшее произведение, что я читала по вселенной ГП.
Многогранное, тяжелое, жизненное, где светлые моменты спорят с реальностью войны, тяжелыми выборами и опустошением после окончания горячей фазы гражданского конфликта.
Никто здесь ни хороший, ни плохой, здесь все люди, начиная с главных героев, продолжая профессорами Хогвартса, его директором, и заканчивая поверженным Краучем.
Война разделила людей на два лагеря, а после и разделила людей внутри себя.
Как жить, когда твои друзья хуже чем мертвы, а их ребенок еще даже не понимает, что лишился самого важного в своей жизни.
Как жить, когда в поисках правды и возмездия, люди переступают через свою человечность, ясно осознавая, чем это грозит.
Как жить, когда твоя личность распадается во имя мести. Когда единственное, что еще держит на плаву - мысли, что ты поступил правильно, но лучше от того не стало никому.
Когда даже самая горячая, искренняя любовь не может спасти, и угасает, забирая в никуда часть тебя.
Когда, желая защитить других, ты теряешь самое главное - себя, а другие все равно умирают.
Когда погружаешься в кромешный ад, из которого выход только смерть, но и ее принять не в силах.
Этот роман о двух противоположностях - той, кто имеет смелость любить, верить и жертвовать собой, и о том, кто в первую очередь пожертвовал собой без надобности, и остался в победителях, но мертвым внутри.