С книгами Владислава Крапивина я познакомилась, когда мне было двенадцать. Я , к сожалению, мало знаю о его фантастических книгах, но мне оченьнравились рассказы про школьников. "Бегство рогатых викингов", "Шлем витязя.", "Мушкетёр и фея", "Та сторона, где ветер", "Бабушкин внук и его братья", "Оруженосец Кашка" и "Однажды играли": все эти повести захватывали меня , когда я их читала. Мне всегда нравилось, что Владислав Петрович говорил с нами через свои книги о простых и в то же время о таких сложных вещах: о настоящей дружбе, о трудности выбора. Владислав Петрович стал для меня первым автором, который очень осторожно затрагивал сложные для нас темы: трудности послевоенного времени, войны современности. Очень нравились персонажи: Мальчики и девочки, ищущие преключений, умеющие дружить. Почти всегда они оказывались мудрее и человечнее взрослых.
Уважаемый Владислав Петрович! Здоровья Вам и огромное спасибо за ваши книги!
— Мамба, мамба, x*ямба, — заявила Нагини, и Гарри опешил.
— Шта?
— Я говорю, не мамба я, тупица.
— Но я ничего не говорил.
— Зато подумал.
— Я смотрю, вы и мысли читать умеете? — вмешался в разговор Снейп.
— Я смотрю, вы и язык из жопы доставать умеете? — передразнила его Нагини. — Как перед Томом объясняться, так обсираешься от страха, а тут, смотри, вопросы задавать начал.
— Профессор, вы знаете змеиный? - снова опешил Гарри.
— Нет, Поттер, это польский. Конечно, я знаю змеиный, идиот! Я декан Слизерина! — выместил зло на Гарри Снейп.
— Мадам, вы бы за речью последили, я вам не этот, — угрожающе сузил глаза Снейп.
— Этот, не этот. Сорок лет, а жены нет. Не рассказывай мне тут, мальчик мой.
— Профессор, а при чем тут польский? — явно не успевал за дискуссией Гарри.
— Мда, и это ваш лучший избранный. Мельчает род геройский, мельчает... Слушай, Снейп, а он у вас точно не даун? — внезапно поинтересовалась Нагини.
Снейп оценивающе посмотрел на Поттера, как будто видел его впервые.
— Вряд ли. Нет, он, конечно, тупоголовый кретин-полукровка, выросший среди тупоголовых баранов-магглов, который пытается копировать тупоголового отца-садиста. Но вряд ли даун.
— Слушай, ну прям вылитый ты, Снейп, — ехидно добавила Нагини. — А ты точно не его папаша?
И тут Рон не выдержал.
— Да, ты задрал уже, Гарри! Ты мне спать сегодня дашь?! Мало того, что на разные голоса сам с собой говоришь, так еще и с английского на змеиный постоянно переходишь!
— Прости, Рон, — виновато потупился Гарри. — Просто мне Гермиона посоветовала проработать свои психотравмы и сублимировать их в пьесу. Ну вот я и пытаюсь, по мере сил.
Рон как-то странно посмотрел на Гарри, молча встал из кровати, подошёл к стенке и начал методично биться о нее головой.