Если я искренне следую идеалам гуманизма, равноправия и прочего, то я принципиально не верю в существование чистого Зла, и даже в мире, где такое Зло существует, я буду отрицать это, невзирая на что. И верить в то, что вампиры или демоны способны прийти к тому, чтобы добровольно принять идеалы общего блага.
Но это не помешает мне осознать, что выпускать их всех на волю не вариант. С демонами проще. Пытки, хотя и отвратительны моим взглядам, это приемлемая альтернатива в случае, если других вариантов нет или они слишком рискованные. Однако это крайняя и временная мера, поэтому буду искать другие способы.
С вампирами сложнее. Нет, кормить преступниками и резать их на ингредиенты я не позволю. Даже если эти ингредиенты необходимы для лечения чумы, которая может убить половину планеты. Нельзя намеренно убивать разумных. Тех вампиров, кто не совершали преступлений, необходимо отпустить, ограничив их силу по максимуму. Совершавших преступления приговорить к конкретным срокам и ограниченному сбору ингредиентов, не являющихся жизненно-важными для функционирования их тела.
И гори мир огнём и кровью, я не откажусь от следования идеалам, которые я принял и в верности которым я клялся.
В выходные резко потеплело, и с окон начали шумно падать комья снега. Жуля тут же перешла в режим паники и запрыгнула в ванну, чего не делала с лета. Фейерверков она, значит, не боится, раскаты грома тоже побоку, а вот падающий снег, шум дождя и завывания ветра в вентиляции наводят на неё ужас.
Потом снег падать перестал, и к вечеру Жульен перешла в игривое настроение, заскакав с косточкой. Била лапой, по-лисьи крутила головой, ворчала. Потом загнала кость под диван и поскуливала, пока Дашка эту кость ей не достала.