И да, параноики все, сталкеры друг-друга стремаются, но почему-то плечом к плечу мочат бандитов, и ведут себя как в каноне, вот же херь.
"Шрам упер немигающий взгляд в проводника. Тропник казался тертым калачом, серьезным и морально сильным мужиком, но даже ему становилось не по себе от этих прозрачных, как мертвая вода омута, глаз собеседника-бродяги." ох, ехал пафос через пафос, а кругом один лиш пафос. Тропнику небось довелось людей повидать, а тут вот дела, стремный мутноглазый. В этой книжке хоть кто-то может разговаривать нормально, нейтрально или дружелюбно, без пафосных молчаний, мыслей и взглядов?
Походу автор решил насрать на канон полностью, ибо там ЧН была тайной группировкой, про которую никто не знал.
NAD:
Вряд ли ты вспомнишь лето. Беззаботное время жизни…
Лужи казались морем, и мир был таким огромным.
И солнце светило ярко, и дождик смешливо брызгал,
И можно было скакать и песни горланить нескромно...>>Вряд ли ты вспомнишь лето. Беззаботное время жизни…
Лужи казались морем, и мир был таким огромным.
И солнце светило ярко, и дождик смешливо брызгал,
И можно было скакать и песни горланить нескромно.
Ты помнишь свою весну? Как всё расцветало, дурманя?..
Море манило соблазном, и всё получалось, играя.
И солнце светило жарко, и дождь по зонту чеканил,
Распевая морзянку жизни: «Точка. Тире. Запятая».
А следом дохнула осень. Зрелость и вниз ступеньки.
И можно поехать к морю, а лучше в горы с друзьями.
И солнце светило устало, и ныли на дождь коленки,
И лопались с лёгким хлопком в лужах мечты пузырями.
Вот и пришла зима. Беззащитное время года…
И сузился мир до очков и воды в половине стакана.
Но вспомнится вдруг та летняя юная шкода.