Когда Дамблдор отказывает Волдеморту в устройстве на работу, то самообвинениями, конечно, не занимается: это бессмысленно. Он же не пророк, чтобы знать, что в итоге получится. Но жалеет, что в свое время в какой-то момент или моменты принял не самое лучшее решение:
– В таком случае нам больше не о чем говорить.
– Действительно, не о чем, – согласился Дамблдор, и на его лице появилось выражение великой печали. – Время, когда я мог напугать вас вспыхнувшим платяным шкафом или заставить расплатиться за ваши преступления, давно миновало, Том. Но я желал бы иметь такую возможность… желал бы…
ГП и ПП, гл.20
#реал
Потеплело. Хожу в толстовке.
Пошел отправлять посылку, на обратном пути заглянул в пятерку, ну а пакеты там платные – это важно.
Короче, иду домой, на лавке сидит соседка.
Я не заметила ее, когда шла с посылкой, потому говорю:
– Здрасти.
– Здравствуй, – отвечает она и, пялясь на моё пузо, спрашивает: – А тебе разве можно тяжелое носить?
Ну я без задней мысли отвечаю:
– Нет, конечно, меньше месяца назад операция на спину была, но деваться некуда же…
По лицу соседки понимаю, что она ждала другого. И тут догоняю, что пялится она на мое пузо.
Достаю с напузного кармана толстовки 2 бутылки йогурта, упаковку сыра, пачку сочников…
– Вообще-то, я похудела, – сообщаю я с улыбкой и валю домой.
Лицо соседки непередаваемо.