Луна Лавгуд окончила Хогвартс, затем прошла годичные курсы в Шармбатоне и получила степень в Ильверморни на факультете «Рогатый Змей». Вернувшись в Британию, она устроилась учителем нумерологии в Хогвартс.
***
— Нумерология — полная ерунда, мисс Лавгуд, — заявил Альбус с видом мага, создавшего новое заклинание.
Класс застыл. Луна иногда позволяла ученикам некоторую вольность, но не перешел ли Скорпиус черту ее терпения?
— Ерунда? — переспросила Луна, поворачиваясь к нему. — Хорошо, согласна. Но добавьте к нумерологии немного абсурдологии — и она станет мощным инструментом в руках мага.
— Абсурдо... чего? — удивился Альбус. — Что это? Никогда не слышал о таком разделе волшебства.
— Это легко, я покажу на примере, — улыбнулась Луна и взмахнула палочкой. На доске заплясал мел, выводя условия задачи. — Итак, дети, решите задачу. Дано: Мальчик упал с лестницы и сломал одну ногу. У лестницы было 4 ступеньки. Сколько ног сломает мальчик, если он упадет с верхушки веревочной лестницы в кабинете прорицаний, у которой 33 перекладины?
Класс застыл. Потом зашуршали перья. Гермиона Грейнджер, заглянувшая проведать Альбуса, подняла руку, но, вспомнив, что она здесь не ученица, а учитель, сделала вид, что просто хочет потереть переносицу. Альбус вывел на пергаменте: «8,25 ноги».
Луна с легкой улыбкой подошла к окну, где виднелась крошечная сердитая туча.
— Я решил, — сказал Альбус Скорпиус.
— О, ты близок к этому предмету, — ответила Луна, — но нет.
— А сколько, по-вашему, профессор?
— Ноль, — почти пропела Луна. — Веревочная лестница в кабинете прорицаний висит над бездной снов. Мальчик не сломает ноги, падая. Он просто проснётся в другом теле. Возможно, в теле самой лестницы, и тогда ему станет очень скучно.
Класс молчал, обдумывая её слова.
— Но это же неправильно, профессор Лавгуд! - не выдержала рыжая первокурсница. - Задача на логику и пропорцию!
— Именно, — кивнула Луна. — Логика говорит: 33 делится на 4, получается 8 сломанных ног и еще одна ступенька в остатке. Остаток — это всегда самое интересное. Фильтрат. Осадок, огрызок, излишек, обломок или даже, не побоюсь этого слова, фрагмент. Эта одна ступенька — это момент перед падением. В нем содержится весь ужас и вся свобода. Он и ломает ногу, если нет под рукой бездны снов. Не физическую, конечно. А ту, на которой стоит душа.
На задней парте Денис Криви, пятикурсник, которого занесло на этот факультатив чисто поржать над юными ботанами, тихо спросил у соседа, такого же пятикурсника:
— И что, ей платят за это?
— Думаю, ей платят этим, — мудро ответил сосед, указывая подбородком на тучи за окном, которых стало больше, они выстраивались в ряд, напоминающий эскадру броненосцев в небе.
— Домашнее задание: рассчитать, сколько снов нужно потерять, чтобы вместо ноги сломалось сердце. Учтите фазу луны и количество пауков в вашей комнате. Избегайте запаха пыльных пророчеств. Удачи!
Она вышла из класса, оставив за спиной шум недоумения. В кабинете прорицаний, куда она направлялась, веревочная лестница тихо раскачивалась, хотя воздух был недвижим и окна плотно закрыты. На верхней перекладине, тридцать третьей по счету, сидел мальчик с лицом, стертым, как старая монета. Он смотрел на свои голые ноги и беззвучно смеялся. Он знал, как решить эту задачу. Ответ был так прост; ногу ломает не падение. Ногу ломает ожидание ответа от мира, который задает вопросы, не проводит проверочных работ никогда.
Профессор Лавгуд шла по коридору, и ее туфли отстукивали по каменным плитам идеальную аксиому: ступенька-ступенька-ступенька-пропасть. Четыре шага всего. Но их достаточно для одной сломанной судьбы. Остальное — простая нумерология.
Заболел я раком крови, не самый частый подвид - множественная миелома. Костный мозг начинает вырабатывать мутировавшие клетки крови, которые атакуют кости, разъедают их и вымывают кальций, делая хрупкими. Поэтому я доходился до шести компрессионных переломов позвонков, пока не слёг, это было ещё в мае, за почти три месяца лежачего постельного режима позвонки все срослись + лечение миеломы идёт, кальций возвращается в кости. Сейчас могу ходить, но из-за длительного лежания и прочего, что происходит в организме, очень ослаб, лишился существенной части мышечной массы (похудел на 25 кг), поэтому дохожу до туалета и уже хочется вновь прилечь.
Кроме костей миелома у меня поразила почки, и я сам добавил им, более месяца принимая ежедневно обезбол. Именно по почкам меня госпитализировали в Мариинку на нефрологию, уже там увидели онкологическую причину всех бед и смогли оперативно перевести в 31 больницу на онко-гематологию.
Если бы не это стечение обстоятельств, неизвестно, попал бы я на лечение вообще, ибо диагноза верного не было, на контроле я стоял ещё у нейрохирурга, так как изначально таки болела спина и думали, что с ней делать. В онкологию пришлось бы влезать с нуля, а там даже первый приём районного онколога только через 2 недели. Очень много историй от людей именно о том, что не могут поставить диагноз, а потом не попасть на лечение…
В 31 больнице меня положили в реанимацию. По словам врача, почки уже отказали полностью, в крови было столько калия, кальция и другой отравы, что под угрозой было сердце. Не исключен был летальный исход при начале лечения. Мне этого не говорили, а вот жене - да. И не пускали её ко мне первые три дня. Через два дня начали делать гемодиализ ежедневно - чистить кровь. Через неделю подтвердили окончательно диагноз (брали пункцию из грудины), подали заявку на квоту химиотерапии, её подтвердили. Меня перевели на гематологическое отделение и начали колоть дорогущие уколы, недешевые капельницы и таблетки давать.
Чтобы не расслаблялся, в реанимации нас с соседом как-то ночью качественно проморозили, подарив обоим бронхит. Следующие две недели, параллельно с лечением и ежедневным гемодиализом я кашлял и температурил. Сначала говорили, что сильной инфекции не видно, анализы в норме, само пройдет (Ксю меня лечила АЦЦ и ингаляциями). Но когда температура два дня подряд поднялась до 38, назначили антибиотик, прокололи 5 дней. Бронхит вроде прошел, небольшая температура осталась, вроде как это может быть от миеломы и лечения.
Почки до сих пор самое слабое место - могут восстановиться в процессе лечения миеломы, а могут и не восстановиться, тогда я буду всю оставшуюся жизнь обязан три раза в неделю являться в диализный центр и по четыре-пять часов лежать на диализе. Есть, оказывается, такое, такие люди. Конечно, это лучше, чем помереть от почечной недостаточности, но очень хочется всё же избежать такой участи и вернуться к полноценной свободной жизни.
Сама миелома в наше время лечится, но обязательно возвращается. У кого-то через несколько месяцев, у кого-то через десять лет. Каждый рецидив повреждает организм - кости, почки, снижает иммунитет. Больные мрут от сепсиса, инфекций и прочих осложнений, страдают от переломов хрупких костей. И каждый рецидив требует другого лечения, потому что миелома привыкает к уже прошедшему лечению. Благо их существует несколько.
После первого курса химии в середине августа меня могли бы выписать на неделю, но я всё ещё был не ходячий и нужен был ежедневный гемодиализ. Поэтому меня перевели на нефрологию.
Была ещё проблема с самим диализом, он делается через специальный двойной катетер - забор крови и возврат крови, мне ставили к тому моменту уже два разных, сначала подключичный, затем прямо в шею поставили, забыл как его называют. Но они оба работали еле-еле, по два раза каждый переставляли, передвигали и что-то там ещё. В итоге было принято решение нарезать мне фистулу, это такая операция, на запястье или у локтя вскрывают кожу и специальным образом сшивают вену с артерией, после заживления образуется сосудистое образование, в которое можно воткнуть иголки с двух сторон и делать диализ. Всем, кто пожизненно на диализе делают фистулу. Но фистула заживает 3 недели, поэтому ещё мне поставили в правую часть груди диализный катетер постоянного доступа, защищенный от инфекций, с ним даже можно принимать душ. Обе операции проводил приглашенный сосудистый хирург из первого меда, в 31 больнице своего такого специалиста нет.
На нефрологии я отлежал неделю, потом подтвердили квоту на второй этап химии и перевели обратно на гематологию. Продолжились таблетки, уколы, диализ через новый катетер пошел хорошо, смогли перейти от 2 часов ежедневно на 4 часа через день, а с прошлой недели на 3 раза в неделю.
В начале второго этапа взяли кровь на специализированный анализ какого-то там белка, который показывает активность конкретно миеломы в организме, и вот только недавно пришли результаты - первый этап лечения показал "частичный ответ", показатель снизился с 50 до 16. По словам лечащего врача, это очень хороший результат, говорит о том, что лечение на мне работает и всё с большой долей вероятности будет хорошо.
Завтра меня выписывают. Ориентировочно на неделю. Надо ещё побегать по врачам, встать на учёт и получить льготные рецепты на лекарства для дальнейшего лечения. Первые два этапа лечения оформлял врач через какую-то там квоту, дальше надо иначе.
После третьего курса химии мне предстоит пересадка стволовых клеток костного мозга, это ещё месяц займёт и содержит в себе высокодозную химию с карантинной палатой, удар по организму может быть очень серьёзный, но может обойтись без серьёзных негативных последствий, всё очень индивидуально. Зато эта пересадка даёт шансы, что миелома вернётся не скоро.
Потом нужны ещё два курса химии с пониженными дозами. Эти заключительные курсы могут проходить амбулаторно, приезжать надо будет только на уколы/капельницы раз в неделю примерно.
Итого где-то в декабре я должен оказаться постоянно дома, а к концу января выйти на ремиссию. Дальше ещё наблюдение, таблетки, анализы. Получится год с момента начала проблем, ибо первые боли в спине начались в январе текущего года.
Лечусь и четко настроен вылечиться, а потом прожить вторые счастливые сорок лет детства!)