Гарри терпеливо ждал того дня, когда они с наставником наконец отправятся на обещанное задание. После второго тура Тремудрого турнира прошла целая неделя, а Джейсон был занят по горло, крутясь словно белка в колесе. Встречи, переговоры, поездки — дела рода и последствия недавних скандалов требовали его постоянного присутствия. И всё же он неизменно находил время для Гарри: для тренировок, разговоров и неспешных объяснений того, что на самом деле происходит вокруг.

Так, между делом, Блэк прояснил истинные намерения мистера Делакура. Оказалось, что после спасения его младшей дочери у его семьи перед Гарри образовался полноценный долг жизни. А во исполнение этого долга месье Делакур, не видя в своём предложении ничего необычного, предлагал мистеру Поттеру в жёны Габриэль — ту самую девочку, которую он вынес из ледяных глубин Хоглейка.

Если быть честным, только теперь, на четвёртом курсе, до Гарри начало доходить, как на самом деле устроен магический мир. И этим прозрением он был обязан не лучшему другу и не профессору Дамблдору, а именно мистеру Блэку, который столь неожиданно и резко вошёл в его жизнь. Теперь Гарри понимал, почему перед наставником стелется лорд Малфой и почему с таким подчёркнутым уважением держится лорд Монтегю. Джейсон не торговался и не уговаривал — он просто молча выставлял счёт за свои услуги, и лишние люди отсекались сами собой.

Вот как, оказывается, следовало общаться с окружающими: без заискивания и пустых обещаний, не позволяя ездить на себе и заливать уши сладкими речами об избранности и героизме.

Что же до женитьбы — тут Гарри хотелось взять паузу. Очень длинную паузу. Его жизнь к такому точно не готовила. Когда все сознательные годы ты прожил в тихом пригороде, в семье обыкновенных обывателей, принять мысль о браке по расчёту оказалось куда сложнее, чем сражаться с драконом или нырять в чёрное зимнее озеро.

Нет, Чжоу ему нравилась, Габриэль была тоже ничего, только мелкая. Но жениться — это уже совсем другое. Слишком серьёзно, слишком окончательно. Он был ещё слишком молод для подобных решений.

Помимо всех этих волнительных личных дел в магической Британии разворачивался ещё один громкий процесс. В Визенгамоте шло судебное разбирательство по иску Джейсона Блэка — как официального опекуна несовершеннолетнего Генри Поттера — к Арчибальду Дожу и Миллисент Багнольд. Их обвиняли в незаконном присвоении имущества сироты и злоупотреблении служебным положением.

Процесс с самого начала принял бурный и скандальный характер. Газеты пестрели заголовками, журналисты наперебой публиковали «расследования», утечки и громкие обвинения. К слову, многие из этих материалов были весьма щедро оплачены мистером Блэком, который прекрасно понимал, какую роль в магическом обществе играет общественное мнение.

Самого Гарри в суд не вызывали. Джейсон заранее объяснил ему процедуру рассмотрения дела и порядок предоставления доказательств. К немалому удивлению подростка, выяснилось, что суд — это в первую очередь холодное и педантичное изучение документов, представленных сторонами, а вовсе не эффектные речи и театральные жесты. Поэтому Гарри следил за развитием скандального процесса лишь по газетным публикациям и по рассказам наставника, а также его юриста, который регулярно наведывался в Блэк-хаус, отчитываясь перед своим работодателем.

Параллельно полным ходом шла подготовка к свадьбе главы рода Блэк. Сама церемония была назначена на двадцать первое марта тысяча девятьсот девяносто пятого года. Старшая мисс Блэк металась между составлением списков гостей, портнихами и поставщиками продуктов, крутилась как могла и время от времени привлекала Гарри к различным поручениям. Подросток и представить себе не мог, что свадьба может оказаться настолько хлопотным и изматывающим мероприятием. Тем не менее помогал старшей родственнице он без всяких возражений, искренне стараясь быть полезным.

Гарри тихо подошёл к кабинету главы рода Блэк и осторожно постучал в дверь. Дождавшись негромкого «войдите», он нажал на ручку и шагнул внутрь.