Гарри, занявший место справа от наставника, живо развлекал дам разговорами. Парнишка с упоением делился впечатлениями о тренировках и тормошил пребывавшую в задумчивости Гермиону — девочка начала сдавать досрочные СОВы и теперь безвылазно засела в библиотеке Блэк-хауса.

Размеренность утра нарушилась, когда Гарри вдруг нахмурился и начал жаловаться на палочку, которая стала хуже слушаться.

— Подожди, раньше ведь всё было в порядке? — Джейсон отложил газету и пристально посмотрел на ученика. До третьего тура оставалось не так много времени, а о проблеме с палочкой мальчик ему ничего не говорил.

— Да, всё было нормально, но после того ритуала, который провела миссис Блэк, палочка стала слушаться хуже, — торопливо заговорил Гарри. — Сначала я думал, что мне показалось и всё наладится само собой. Просто усталость после ритуала или что-то в этом роде. Но нет — сейчас заклинания у меня выходят заметно хуже, чем перед первым туром.

Всё это он произнёс на одном дыхании, глядя на наставника широко распахнутыми честными глазами.

— Это вообще не проблема, — спокойно заметила госпожа Линь, до этого молча наблюдавшая за беседой. — В магической части Сохо есть превосходная лавка артефактора. Он изготавливает в том числе палочки для местных волшебников. Сам мастер родом из Ирана, там он и обучился искусству артефакторики. Но в Британии у него что-то не сложилось с пакистанской общиной — какие-то старые религиозные распри, — и он попросил защиты у Чжана. — Она грациозно отпила чай из фарфоровой чашки. — Сегодня я могу сходить с тобой к нему, Гарри. Твой наставник будет слишком занят другими делами.

Блэк на это лишь хмыкнул, не стал уточнять, что львиную долю этих дел ему подбросила сама тётушка Жуй. Впрочем, дивиденды после успешного заселения приморской деревни обещали быть более чем внушительными.

— А где мистер Блэквуд? — вдруг поинтересовалась Стелла, которая до этого тихо сидела в конце стола, задумчиво ковыряя вилкой яичницу. — Что-то его давно не было видно.

— Майкл на «Чёрной Луне» отплыл по делам в Европу, — кратко пояснил Джейсон, возвращаясь к своему кофе.

Найденные на острове корабли полностью решали проблему скрытной транспортировки Лестрейнджей и других Азкабанских сидельцев в Британию. Магические фрегаты не фиксировались магловскими радарами, а защитные артефакты делали их невидимыми для большинства магических средств обнаружения. Но по общему согласию эта операция не афишировалась: чем меньше людей знало о перевозках, тем безопаснее они для всех участников.

Майкл Блэквуд с большим энтузиазмом отнёсся к идее переселения в приморскую деревню обитателей трущоб магического мира — нищих и бесправных магов, тех, кто выживал на задворках Косого и Лютного переулков. Потенциальные жители были лояльны тому, кто даст им крышу над головой и работу. Первый визит в злачные районы приятели совершили вдвоём, рассчитывая провести переговоры тихо и незаметно.

Но всё пошло не по плану. Большой «тарарам», устроенный местными бандитами, которые не желали терять контроль над своей территорией и рабочей силой, привлёк авроров. Пришлось срочно сворачивать операцию и переносить переговоры на потом — лишний раз злить исполняющую обязанности министра Амелию Боунс никто не хотел. Женщина была принципиальной и неподкупной, что делало её одновременно и опасной, и уважаемой.

— Хорошо, госпожа Линь. — Джейсон отпил кофе и посмотрел на пожилую родственницу жены с лёгкой долей подозрительности. — Вас не затруднит отвести Гарри к этому мастеру?

— Нет, что вы, — улыбнулась старая карга, и в её глазах мелькнуло нечто лукавое. — Мы сходим вместе с Сюэ. Правда, дорогая?

Миссис Блэк мягко улыбнулась родственнице и согласно кивнула, изящно придерживая чашку с чаем.

— И да, уважаемый глава рода, — невозмутимо добавила Линь Жуй, откладывая салфетку, — я хотела бы переговорить с вами с глазу на глаз. По важному делу.

— Разумеется, — кивнул Джейсон, вставая из-за стола. — Давайте пройдём в мой кабинет.

Блэк поднялся, поправил манжеты рубашки и вышел из столовой размеренным шагом. В коридоре отчётливо прозвучали его шаги по мраморному полу, затем скрип ступеней старинной лестницы, ведущей на второй этаж, и, наконец, глухой хлопок тяжёлой дубовой двери кабинета.