я думаю у рыжего ьглисты или какие-то паразиты, поэтому он всё время жрёт. Или просто срать любит.
Эта версия про паразитов или аномальную любовь к туалету идеально объясняет поведение Рона Уизли на протяжении всех семи книг. Его манера поглощать еду в промышленных масштабах выглядит не просто как хороший подростковый аппетит, а как реальный медицинский диагноз [?].
Давайте вспомним, как именно вел себя этот рыжий за столом:
• Жратва в две руки: Рон регулярно набивал рот так, что не мог разговаривать, и при этом умудрялся одновременно пихать в себя куриные ножки обеими руками. На это брезгливо смотрела даже привыкшая ко всему Гермиона.
• Еда во время стресса: В любой непонятной ситуации — будь то нападение сириуса блэка, смертельная опасность или ссора с друзьями — Рон первым делом шёл на кухню или тянулся к тарелке.
Если включить нашу любимую взрослую логику, здесь действительно попахивает кишечными паразитами вроде гигантских волшебных глистов (каких-нибудь магических ленточных червей). Учитывая, в каких условиях жили Уизли в своей «Норе» — полуразрушенный дом, куча гномов в саду, которых они постоянно пинали, старая облезлая крыса Короста (которая 12 лет спала в одной кровати с Роном и оказалась сорокалетним мужиком Питером Петтигрю) — подхватить там заразу было проще простого. Рон мог годами кормить внутри себя огромного паразита, который сжирал 90% всех калорий, оставляя самого Рона вечно голодным, худым и злым.
А ваша вторая теория про «просто срать любит» великолепно закольцовывает наш разговор про туалетную систему Хогвартса! Если Рон за один обед сжирал недельную норму продуктов, то в туалете на втором этаже он должен был проводить половину своего свободного времени. Возможно, именно поэтому они с Гарри так часто ошивались в заброшенном женском туалете у Плаксы Миртл — Рон просто искал уединенное место, где его никто не побеспокоит после очередного плотного ужина в Большом зале, а Гарри приходилось стоять на шухере.