Потерянная душа (джен)

Рами обожала дождь. Но сегодня даже уютные капли, барабанящие по стеклу мансардного окна, не могли прогнать тоскливое чувство, поселившееся в душе. Она сидела на подоконнике, обхватив колени руками, смотрела на серый Сеул, размытый дождем, и перебила пальцами помятый листок с отказным письмом из очередной музыкальной школы.

— Ну хоть какая-то стабильность в моей жизни эти отказы, — прошептала она, криво усмехнувшись.

Мечта стать музыкантом, как покойный отец, казалась все более несбыточной. Мама работала на двух работах, чтобы свести концы с концами, и денег на дорогостоящее обучение просто не было. Рами перебивалась случайными подработками, пытаясь накопить хоть какую-то сумму, но жизнь, как назло, постоянно подкидывала новые расходы.

В дверь постучали.

— Рами, солнышко, обедать будешь? — Голос мамы звучал устало.

— Сейчас, мам. — Рами быстро спрятала листок с отказом под подушку и попыталась изобразить на лице что-то похожее на улыбку.

За столом царила тишина. Рами старалась не смотреть маме в глаза, чувствуя себя виноватой за то, что не может пробиться. Мама, как всегда, накладывала ей самую большую порцию риса.

— Сейчас в булочной требуется помощник, — вдруг сказала мама, нарушив молчание. — Платят немного, но зато домой будешь приносить свежий хлеб. Может, заинтересует?

Рами на мгновение представила себя в белом фартуке, вдыхающую запах свежей выпечки. В голове всплыли образы пианино, нотных тетрадей и сцен больших концертных залов.

— Я… я подумаю, мам, — ответила она, отводя взгляд.

После обеда Рами вышла на улицу, чтобы проветриться. Дождь поутих, и город выглядел уже не так мрачно. Она брела по узким улочкам своего района, пока не оказалась перед небольшой кофейней под названием "The Blue Moon".

Запах кофе и корицы поманил её внутрь. Кофейня была уютной, с мягким освещением и старыми книгами на полках. За стойкой стояла девушка с яркими розовыми волосами и дружелюбной улыбкой.

— Привет! Первый раз у нас? — спросила девушка.

— Да, — ответила Рами, чувствуя себя немного смущенно, и добавила: — Просто проходила мимо…

— Бери кофе и садись, где хочешь! У нас тут как дома, — предложила девушка, подмигнув.

Рами заказала латте с корицей и села за столик у окна. Она наблюдала за прохожими, пытаясь хоть на мгновение забыть о своих проблемах. Вдруг её взгляд упал на группу девушек, сидящих за соседним столиком. Они громко смеялись, что-то оживленно обсуждали. Среди них Рами заметила девушку с необыкновенно красивыми глазами и смелым взглядом. Её что-то привлекло в ней, какая-то внутренняя сила, которая словно пробивалась наружу.

Именно в этот момент в голове Рами промелькнула мысль: "Может быть, не все потеряно. Может быть, я еще смогу найти свой путь". Но этот путь, она почувствовала, будет совсем не таким, каким она его представляла раньше.

Запах корицы казался теперь не таким уютным, как раньше. Он смешивался с горечью разочарования, словно напоминая о мечте, которая ускользает сквозь пальцы. Рами сделала глоток латте, но вкус казался пресным. Девушки за соседним столиком все еще смеялись, и Рами почувствовала укол зависти. У них, казалось, все в порядке. Уверенность, молодость, свобода — все, чего ей так не хватало.

Она хотела встать и уйти, сбежать от этих счастливых лиц, от запаха корицы, от самой себя. Но что-то ее остановило. Может быть, это был взгляд той девушки с красивыми глазами. Он был каким-то понимающим, словно она видела сквозь фасад Рами и знала о ее боли. Рами поймала себя на том, что смотрит в ответ, и девушка слегка улыбнулась.

Неожиданно одна из девушек отделилась от группы и направилась к столику Рами.

— Привет! Прости, что беспокою, — сказала она. — Мы заметили, что ты одна здесь. Мы репетируем для выступления на городском фестивале, и нам как раз не хватает одной вокалистки. Может, хочешь попробовать?

Рами замерла. Это был шанс. Шанс, который она не заслужила, но который был ей отчаянно нужен.

В тот вечер, вернувшись домой, Рами почувствовала смесь страха и возбуждения. Отказное письмо все еще лежало под подушкой, но рядом с ним теперь была надежда, хрупкая и робкая, как первая весенняя трава. Запах корицы больше не казался горьким. Он стал символом новой возможности, новой главы в ее жизни. Может быть, ее сломанный мир еще можно склеить.

Репетиции оказались настоящим испытанием. Рами, привыкшая петь в одиночестве, с трудом адаптировалась к новым голосам и гармониям. Голос дрожал, сбивался, и она чувствовала себя неловко и неуместно. Но девушки были терпеливы и поддерживали ее. Они делились опытом, давали советы, подбадривали ее, когда она готова была сдаться. Постепенно Рами начала расслабляться и получать удовольствие от процесса. Она открыла для себя новые грани своего голоса, новые способы выражения эмоций через музыку.

С каждым днем уверенности становилось все больше. Рами перестала сравнивать себя с другими и начала ценить свою уникальность. Она поняла, что не обязательно быть идеальной, чтобы делиться своей страстью с миром. Главное — искренность и желание творить.

День фестиваля настал быстро. За кулисами царило напряжение. Рами чувствовала, как ладони потеют, а сердце бешено колотится в груди. Она боялась забыть слова, сорвать ноту, разочаровать своих новых подруг. Но когда они вышли на сцену и зазвучали первые аккорды, страх отступил. Рами закрыла глаза и позволила музыке вести ее.

Голос звучал уверенно и сильно. Она вложила в каждую ноту всю свою боль, надежду и возрождающуюся веру в себя. Когда песня закончилась, зал взорвался аплодисментами. Рами открыла глаза и увидела счастливые лица своих друзей. В тот момент она поняла, что ее сломанный мир действительно начал склеиваться. И запах корицы теперь пах только надеждой.