Причина для дуэли (гет)

— …и тогда Симус сказал, что легче же просто взять и взорвать эту проклятую дверь!

— Рон, пожалуйста, давай ты доскажешь мне эту увлекательнейшую историю, когда я закончу с работой на сегодня? — Гермиона выразительно указала на громадный фолиант, лежащий перед ней на столе.

— Да ты никогда не закончишь! — обиженно заметил ее муж. — Просидишь, как всегда, до двух ночи и тут же уснешь как убитая.

— Ну а что поделаешь, работа — есть работа! Посмотри, мне до завтрашнего дня нужно закончить с пятой главой Уложения… — она прижала пальцами внушительную стопку листов, — я же не могу придти на слушание неподготовленной!

— Нельзя же столько работать, Герм! Ты убегаешь в семь, приползаешь в девять еле живая и потом еще полночи сидишь за книгами.

— Послушай, я ведь не могу подвести людей! Меня взяли без всякой подготовки, без конкурса, с аттестатом без одного доученного года, я же должна соответствовать оказанному доверию! Впрочем, для тебя ответственность, очевидно — пустой звук! Мы уже два месяца живем вместе, а ты до сих пор не можешь запомнить, что я ТЕРПЕТЬ НЕ МОГУ, когда ты называешь меня: «Герм»!!

— Ну… прости. Просто… просто, ну… это же всего лишь работа!

— Всего лишь?! — она взглянула на него расширившимися от возмущения глазами.

— Ну да! Ты относишься к этому слишком серьезно. Правда, Герм…-иона, уверен, даже твое начальство от тебя столько не требует, сколько ты пытаешься сделать.

— Так и что с того?! По-твоему, если не требуют, то можно завалиться на диван и почитывать «Ведьмополитен»?!

— Ну почему сразу…

— Да потому! Как ты не поймешь, что взрослый человек сам за себя отвечает! А не ждет, когда его будут понукать сверху.

— Знаешь что, — обиженно пробормотал Рон, — я, между прочим, тоже работаю и, однако же, никто меня не попрекает, что я недостаточно, видите ли, вырос!

— Что у тебя там за работа! — она пренебрежительно махнула рукой.

— По-твоему, аврор — это не работа?! — вскинулся он.

— «Аврор» — передразнила она, — одно только название!

— Слушай, я же не виноват, что меня пока что ставят только на министерские дежурства! Все с этого начинают. Придет время, отправят и на полевую работу.

— «Пока что»? Это «пока» будет длиться очень долго, уверяю тебя! Потому что ты палец о палец не ударишь, чтобы хоть чуть-чуть заняться самообразованием. Кто тебе мешает изучать колдовскую криминалистику, чтобы тебе стали доверять что-то серьезное? Я же накупила тебе кучу учебников. Вот! — она указала пальцем на стопку изрядно запылившихся книг.

Он махнул рукой.

— У тебя всегда сплошные учебники в голове. Ты правда думаешь, что оперативную работу изучишь по книжкам?

— Нет, зато я знаю, что на эту самую оперативную работу не попадешь, если будешь только и заниматься тем, что полистывать «Квиддич-обозрение» и на дежурстве и дома. И посасывать пиво с Симусом в обеденный перерыв. И даже ОГНЕВИСКИ, как сегодня!

Она гневно сверкнула глазами.

— Зато я не ставлю работу на первое место в жизни, как это делаешь ты! — закричал он в сердцах. — Скажи, я кто для тебя — муж или просто необходимый атрибут для карьеры, который… ну… просто нужно иметь, потому что так принято?!

— Рон, — она смягчилась, — я же за тебя переживаю! Именно потому, что ты мой муж, я и хочу, чтобы у тебя всё сложилось хорошо.

— У меня и так всё складывается хорошо, разве непонятно? Только ты никак не хочешь это признать.

— Как я могу признать то, что не соответствует действительности?! Если у тебя сейчас, в самом начале, такой подход, то что будет потом?

— Что, что! — угрюмо пробубнил он. — Ничего не будет.

— Вот именно: «ничего»! И я должна просто смотреть на это и молчать?

— Да всё в порядке, Герм…-иона, чего ты начинаешь?!

— Нет никакого «в порядке»! Я не желаю смотреть, как мой муж катится по наклонной! И ты еще заговаривал о детях. Какой пример ты им собираешься подавать?!

— О детях?! — воскликнул Рон, вскакивая с места. — Да какие тут дети, если я обнять-то тебя толком не могу, ты постоянно твердишь, что устала, что у тебя голова раскалывается, что «давай потом», а это «потом», похоже, вообще никогда не наступит!

— Рон, — произнесла она насколько можно строже, — давай не будем делать из этого событие.

— Не будем?.. Событие?.. — ошарашено произнес он. — А что же тогда событие, хотелось бы спросить?!

— Ты прекрасно знаешь, что нам надо сперва как следует встать на ноги. Сейчас, пока мы оба работаем, нам хватает средств и на жилье и на жизнь, но что будет, когда нам придется жить на одну твою зарплату, да еще и не вдвоем, а втроем? Ты хоть иногда думаешь о таких вещах?

— Так и что теперь? Все как-то выходят из положения, и мы справимся. И не такая уж у меня маленькая зарплата, между прочим.

— Ну да, сравни свое положение хотя бы с тем же Гарри. А ведь вы в одно время пришли в Аврорат!

— Гермиона, ты прекрасно знаешь, Гарри — это… Гарри! Он такой один. Его в пример ставить — это как… как… я не знаю…

— А кого же тогда ставить в пример? Симуса, что ли?! Еще не хватало!

— Почему сразу Симуса?!

— Потому что ты только о нем и твердишь целыми днями. Симус то сказал, Симус это ляпнул! Уши уже вянут от твоего Симуса!

— Он не мой, не наговаривай. Просто он мой друг. И он забавный, что с того?

— Друг? Помнится, совсем недавно твоим лучшим другом был Гарри.

— А ты что сомневаешься, что мы до сих пор друзья? С чего это такие разговоры, Гермиона?!

Она вздохнула, закатив глаза.

— Не уходи от темы. Если ты сам признаешь, что Гарри способней тебя, значит, тем более, надо было ехать доучиваться этот год в Хогвартс, как я тебя убеждала.

— В Хогвартс?! Ты опять начинаешь эту песню по новой?! По-твоему, я — герой войны — должен сидеть со всякой малышней за одной партой?! И чему они меня там еще могут научить, что мне могло бы пригодиться на моей работе?

— Невилл же поехал, и ничего. И не только он.

— Невилл всегда был рохлей и тюфяком!

— Как тебе не стыдно?! Не смей говорить о нем такие вещи! Невилл не меньше герой, чем любой из нас!

— Ну, хорошо, — сказал Рон примирительно, увидев в глазах жены признаки приближающейся грозы, — я погорячился. Пускай Невилл нормальный парень. Но он — это он, а я — это я. У меня есть нормальная работа и я женатый мужчина, между прочим. Не мог же я уехать, оставив тебя здесь. Вот если бы мы поехали вместе…

— Я не собираюсь терять год из-за того, что тебе нужна нянька, Рон!

— Почему сразу — нянька?! Жена! Понимаешь — же-на!

— Еще раз повтори, может быть, запомнишь это слово. Почему Гарри преспокойно отпустил Джинни доучиваться и не устраивал из этого события?

— Опять «Гарри»! Только и слышишь от тебя: «Гарри, Гарри»! Гарри то, Гарри сё! Сколько можно сравнивать?!

Она отвернулась, осознавая частичную справедливость упрека, но, тем не менее, не желая отступать от своих позиций.

— Рон, тут уж ничего не поделаешь. Мы никуда не денемся от мыслей о том, что бы он сказал или сделал.

— Ну, кА-анешно! — протянул Рон. — Гарри — это… ДА! Вот он — настоящий герой, нам не чета. Он — это… — он иронически закивал головой, — вот он действительно во всем хорош! И как это тебе — такой правильной — достался не он, а всего лишь какой-то Рон Уизли!

— ПЕРЕСТАНЬ! — заорала она. — Неужели мы еще не закрыли эту тему раз и навсегда?!

— Да я бы с радостью, но тебя послушать, так она и не закрывалась никогда! Меня тошнит уже от того, как ты меня постоянно сравниваешь с ним. Думаешь, это так приятно — терпеть подобное изо дня в день?!

— Ты сам виноват, что не хочешь хотя бы немного соответствовать.

— Да какого рожна я должен кому-то соответствовать, даже и Гарри Поттеру?! Я никогда таким не буду, понимаешь ты, никогда!

Она встала, подошла к нему, положив ладони на плечи.

— Да я этого от тебя и не требую, дурак ты этакий! Глупо было бы… Просто… просто надо хотя бы стремиться. Хоть немного.

— Ну я не могу, понимаешь ты, не могу! — он чуть не плакал. — Я такой, как есть, ничего уж тут не поделать.

Ее губы дрогнули.

— Ладно, Рон, иди уже спать, — сказала она мягко, — мне правда надо до завтра закончить эту главу. Иначе я буду выглядеть как дура на слушаниях. Ты же не хочешь, чтобы я выглядела как дура?

Он замотал головой.

— Ну вот. Так что…

— Хорошо, — он склонил голову, внимательно разглядывая пол, — я только хотел сказать… Хотел сказать, что…

— Завтра скажешь, Рон.

— Нет… подожди! На самом деле, я понимаю, о чем ты говоришь. Но мы не должны всё время его ставить между нами — какой бы он ни был…

Ее губы сами собой снова собрались в твердую линию.

— …я понимаю, что он лучше, да что там говорить, он даже на дуэли дрался за тебя, но всё равно…

— Ну да, Рон, я понимаю, просто иди спать… Постой-ка… Что ты сказал? На дуэли? На какой еще дуэли?

— А? Я разве сказал «на дуэли»? Это так… ерунда. Вырвалось.

— Что это еще за история? Почему я о ней слышу в первый раз?

Он отвернулся, кусая губы, всем видом показывая, что сболтнул лишнее.

— Ну-ка! — она схватила его лицо ладонями и повернула к себе. — Немедленно выкладывай, что за дуэль?

Он тяжело вздохнул и замотал головой.

— Не могу, уж прости, Гермиона. Я обещал, — сказал он с тоской в голосе.

— Кому ты обещал?

— Гарри, конечно.

— Раз это касается меня, ты обязан рассказать. Когда это было?

— На шестом курсе, — промямлил он.

— С кем?

— С Малфоем.

— Так, — она вся подобралась, — и из-за чего?

— Да-а, ничего особенного, — попытался он отвертеться от ответа.

— Что значит — «ничего особенного»?! Просто так дуэли не устраивают. Я, по-твоему, не знаю, чем обычно заканчивалась их ругань? В худшем случае — кулаками. Если уж до этого дошло, значит…

— Ты не помнишь, что ли, какой Гарри был на шестом курсе? Буквально преследовал Малфоя по всему Хогвартсу. Подозревал. И оказался прав, между прочим.

— Не увиливай. Ты сказал, что дуэль была из-за меня.

— Герм, пожалуйста! — протянул он. — Не тяни из меня жилы. Я не могу сказать. Честное слово!

Она внимательно разглядывала его лицо, оценивая со знанием дела, насколько твердо его убеждение, во что бы то ни стало, молчать. И пришла к выводу, что на этот раз давить на него бесполезно. Она отпустила его и спросила ироническим тоном:

— Интересно, а где ж ты был, в то время, когда Гарри…

— Лаванда, — прервал ее Рон сокрушенным тоном, одним этим словом объясняя ситуацию.

— А! — кивнула она, саркастически улыбаясь. — Ну, иди уже спать… Муженек! — добавила она, похлопав его по спине ладошкой.