Сорок одна смерть (джен)

Перекинув через плечо избитое и окровавленное тело, Зараки Кенпачи направлялся в лазарет четвёртого отряда. Однако ни один встречный даже бровью не повёл. Капитан одиннадцатого отряда «славился» своей жестокостью, поэтому никто не удивлялся, что очередной бедной душе прилично досталось. Единственная странность — суровый шинигами явно нёс свою жертву в лазарет, тогда как обычно оставлял её там, где она упала.

— Привет, Кен-тян!

Тот остановился, а его ноша безвольно качнулась. И теперь с интересом наблюдал, как четвёртый отряд едва ли не в полном составе только лишь не дрался друг с дружкой, чтобы убраться с дороги его зама — Кусаджиши Ячиру. А одетая в чёрное кимоно девочка, выглядевшая так, словно вчера ей исполнилось пять лет, просто шла вперёд. Подумаешь, что по нескольким шинигами она попросту прошлась, а пара-тройка улетела куда-то в сторону. Учитывая, что о своём появлении она объявила довольно громко, а её блестящие розовые волосы можно легко заметить издалека, даже странно, что этих бедолаг набралось так много.

— Привет, Ячиру, — откликнулся Кенпачи, когда девочка заняла обычное место на его широком плече. К счастью или нет, она выбрала то самое плечо, на котором висел Гарри. И когда плюхнулась на несчастного мага, тот издал болезненный стон.

— Кто это, Кен-тян? — спросила вице-капитан, только сейчас обратив внимание на тело.

— Один глупый гаки, — пророкотал здоровяк и отправился дальше. Сидя почти на Поттере, Ячиру с любопытством рассматривала его дёргавшееся от боли тело. На самом деле эта кроха гораздо старше, чем выглядит, но до сих пор ведёт себя как ребёнок. А прежде чем «вырастет», пройдёт ещё несколько веков. Поэтому она и поступила, как большинство детей, когда видят потрёпанную, избитую и окровавленную тушку, которую несёт на плече отец — ткнула пальцем. И к бесконечной радости девочки, тело опять застонало. И пока они добирались до лазарета, она так развлекалась всю дорогу.

— Эй! — вдруг воскликнула Ячиру. — У него волосы, как воронье гнездо. Точно, я буду звать его Воронье Гнездо!

Вместо ответа её босс слегка улыбнулся, не забывая осматриваться. И вскоре нашёл, что искал. Он распахнул какую-то дверь, вошёл внутрь (не забыв немного пригнуться, чтобы не зацепиться шипами за притолоку) и положил свою ношу на единственную в комнате койку.

— А что случилось с Вороньим Гнездом, Кен-тян? — полюбопытствовала девочка таким тоном, словно только что увидела, в каком состоянии их «спутник».

— Он слабак, — пояснил шинигами. — Я его тренирую.

— Правда? — глаза Ячиру широко распахнулись.

— Да. Старик Ямамото разрешил.

Его зам немного подумала, а затем задала вопрос, после которого половина коллег из других отрядов (особенно те, кто в курсе её грозной репутации) умылись бы слезами:

— Я могу помочь?

А после ответа Жнеца эти люди не только бы разрыдались, но и намочили штаны:

— Конечно.

Оставив подопечного на кровати, Кенпачи (как всегда с Ячиру на плече) отправился восвояси. Однако решил, что утром обязательно сюда вернётся. Пусть он и ненавидел бюрократию вообще и разные бумажки в частности, работу капитана одиннадцатого отряда за него никто выполнять не станет. А регулярные смерти Гарри Поттера привели к тому, что есть приличный шанс этой самой работы лишиться. Его нисколько не волнует, исполнит мальчишка свою судьбу или нет, но тут они оказались в одной лодке. Он ненавидел проигрывать, и пусть кто-то попробует заставить его признать поражение! Даже если это глупо и бессмысленно, придётся помочь этому гайдзину. И он лично проследит, чтобы глупый гаки стал сильным и сделал то, что должен.

* * *

— Подъём, гаки!

— Ааааа!

Так быстро Гарри ещё никогда не просыпался. И хорошо, что он уже мёртв — когда тебя выбрасывают из окна третьего этажа, всё может закончиться плачевно. Он со всего маху врезался в мостовую и, похоже, много чего сломал. И если бы уже не угодил в загробную жизнь, имел бы все шансы сыграть в ящик. А попутно собрал на себе столько паутины, что хватит украсить Воющую хижину. И едва подумал, что не худо бы хоть немного почиститься, как сверху упала чья-то тень. С трудом взглянув вверх, Поттер с ужасом увидел, как на него летит личный Жнец. И если быстро не взять ноги в руки, приземлится аккурат ему на голову. Всё-таки он успел. Почти. Удар, и Гарри потерял сознание так же быстро, как и проснулся. Теперь Кенпачи с некоторым разочарованием взирал на подопечного, стоя у того практически на голове. Подумаешь, третий этаж плюс брусчатка! Этот гаки был обязан справиться, но… Очевидно, сегодняшняя тренировка закончилась.

— Слабак! — припечатал шинигами.

* * *

— Подъём, гаки!

— Ааааа!

На этот раз у Гарри вышло получше, правда, техника приземления снова подкачала. Зато теперь он знал, что «учитель» последует за ним в окно. И всё равно только в последний момент спас свою многострадальную голову. Правда, Кенпачи с такой силой врезался в землю, что обломки брусчатки разлетелись во все стороны. Результат — глубокая рана на правом плече у «студента».

— Что ж, уже лучше, — проворчал шинигами и взмахнул мечом.

Однако на этот раз маг не стал ждать, а просто развернулся и рванул со всех ног. Он понятия не имел, где находится и куда бежит, но пока Кенпачи далеко, ему всё равно. Неудивительно, что капитан одиннадцатого отряда бросился следом.

— Чёрт побери, гаки, не пытайся сбежать! Сражайся! — проревел здоровяк и так лихо махнул мечом, что срубил дерево толщиной не меньше трёх Поттеров.

— Как? — крикнул Гарри, который и не думал останавливаться.

— Твоим занпакто, идиот!

— Что ещё за занпакто?

— Твой меч, дурак!

— У меня нет меча!

С тех пор, как он выкинул ученика в окно, у Кенпачи впервые пропало желание немедленно его прибить. Сейчас шинигами выглядел так, словно не понимал, что ему сказали. Правда, строптивый мальчишка не обратил на это никакого внимания и по-прежнему улепётывал во все лопатки. Конечно, будь вокруг поспокойней, можно попытаться аппарировать, но от ужаса никак не получалось сосредоточиться. Правда, ещё немного, и он, пожалуй, рискнёт. И к Моргане расщепление — лишь бы подальше от этого маньяка!

— Ха, — пробормотал Жнец. — Знал ведь, что чего-то забыл.

Он поднял голову и заметил, как с ближайшей крыши за ними наблюдает маленькая девочка с розовыми волосами.

— Эй, Ячиру!

— Да, Кен-тян.

— Вернись в казарму и принеси для гаки учебный меч.

— Конечно! — вице-капитан радостно взмахнула рукой и собралась уходить. — Удачи!

Но грозный шинигами уже не видел, как его зам (а по сути — приёмная дочь) исчезла с таким громовым ударом, что только черепица брызнула. А взамен стал стремительно нагонять непутёвого «ученика». Ноги-то у него подлиннее будут. С улыбкой голодной акулы Кенпачи вскинул клинок.

— Наконец-то!

И так рванул, что раздался звук, поразительно напоминавший тот, с каким исчезла Ячиру.

— Эй, гаки, хватит бегать, начинаем работать!

— Нееет!

* * *

— Как вы себя чувствуете, Поттер-сан?

— Пожалуйста, убейте меня! — взмолился тот.

Однако капитан и главный целитель четвёртого отряда Унохана Рэтсю даже бровью не повела. К такому она уже привыкла, особенно если не обошлось без Зараки Кенпачи. Кроме того, если молодой человек в состоянии разговаривать, значит, коллега из одиннадцатого отряда пока не сильно зверствовал.

— Боюсь, вы и так уже мертвы, Поттер-сан, — напомнила целитель, одновременно латая пациента. В конце концов, завтра его ждёт очередная тренировка.

— Тогда я просто хочу отдохнуть, — простонал Гарри, наблюдая, как Рэтсю открывает банку с лечебным бальзамом. И вскоре его вымазали едва ли не с головы до ног. — А могу я просто умереть?

— Пока Зараки-тайчо не отправит вас в мир живых, боюсь, что нет.

— Убейте меня. Ну пожалуйста!

* * *

— Подъём, гаки!

— Ааааа!

Впрочем, Гарри уже привык просыпаться в воздухе. По правде говоря, вот так летать — совсем неплохо. Недавно он обнаружил, что это здорово бодрит. Глядишь, ещё немного, и он решит, что лучшего способа проснуться попросту не существует. Правда, приземляться по-прежнему больно (да и кости жалуются), и к такому вряд ли привыкнешь. Вскочив на ноги (с каждым днём получалось всё быстрее), он тут же попытался сбежать, но, сделав всего лишь один шаг, врезался, как ему показалось, в кирпичную стену. На самом деле, это оказалась широкая мускулистая грудь Зараки Кенпачи. Сообразив, что на этот раз сбежать не удастся, Поттер чуть не расплакался. А когда заметил, что сегодня «тренер» принёс сразу два меча, у него затряслись поджилки. Вот почему он упал, когда Жнец сунул ему в руки клинок в ножнах.

— Держи — твой занпакто. Лезвие души, оружие шинигами.

Сначала волшебник недоверчиво уставился на своего наставника, и только потом — на меч, который теперь лежал у него на коленях. О тех он помнил немного (а близко познакомился только лишь с мечом Гриффиндора), но всё равно опознал катану.

— А можно мне волшебную палочку? — не подумав, ляпнул Гарри. — Я же всё-таки волшебник.

Жнец долго на него смотрел, и только потом соизволил ответить:

— Никогда не бери палку, если есть меч.

— Но это не меч! — настаивал бедный «ученик». Он попытался встать, но быстро обнаружил, что занпакто гораздо тяжелее, чем кажется с виду. И чтобы его поднять, понадобятся обе руки. — Ни у одного Пожирателя смерти нет меча, да и у Волдеморта тоже.

— Отлично! Значит, на твоей стороне будет элемент неожиданности, — «обрадовал» Кенпачи.

— Но от проклятий и заклинаний больше толку, чем от меча, — продолжал спорить подопечный. — Не успею я подобраться поближе, как меня попросту убьют.

— Значит, будешь тренироваться, чтобы стать быстрее.

Видимо, желая продемонстрировать, к чему нужно стремиться, Жнец обнажил собственный меч так быстро, что показалось, будто клинок сам появился в его руке. Даже со своими отточенными квиддичем инстинктами Гарри едва заметил это движение. К счастью, шинигами оказался настолько любезен, что атаковал помедленнее, иначе обезглавил бы своего «ученика» первым же ударом. В конце концов, это ведь всего лишь тренировка.

Гарри едва успел поднять меч, чтобы отбить удар, однако тот оказался настолько сильным, что выбитое оружие перелетело через улицу. А заодно с треском сломал начинающему фехтовальщику оба запястья. Ну и меч заодно.

— Ааааа!

Так что тренировка на мечах на этом закончилась. Однако само «занятие» продолжалось, и Кенпачи снова пришлось побегать за строптивым учеником. Похоже, кое-кто считает, что пара сломанных запястий не мешает бегать и прыгать. А после того, как появилась Ячиру и стала помогать своему боссу, Поттер понял, что для него этот день будет длиться вечно.

* * *

Странно, но наутро занпакто оказался в целости и сохранности. Впрочем, весьма полезное свойство. А если вспомнить, как легко шинигами его сломал, у Гарри появилось ощущение, что в ближайшее время такое будет происходить каждый день. И продлится долго.

Он взял меч и начал его рассматривать, однако тот снова вырвался из рук. Правда, на этот раз упал не на землю (Поттер снова загремел в лазарет), а, к сожалению, хозяину на колени. Тому показалось, что ему едва не раздавило всё что только можно. А всё потому, что за ночь клинок здорово вырос. Рэтсю любезно объяснила, что любой занпакто подстраивается под владельца. Понятно, почему теперь оружие больше напоминало не катану, а традиционный английский меч, чем-то похожий на меч Гриффиндора. Правда, клинок Основателя далеко не пяти футов в длину и полфута в поперечнике в самом широком месте. Стараясь не обращать внимания на боль в паху, Гарри попытался представить реакцию Малфоя, когда слизеринец впервые увидит его с этой железякой. Оставалось надеяться, что к тому времени они с занпакто найдут общий язык, и тот станет более привычного размера. Если верить целителю, всё дело в плохом контроле над какой-то загадочной «духовной энергией». Именно по этой причине клинок пока такой здоровенный. А вот как только Поттер-сан сумеет «договориться» с мечом, тот действительно станет более традиционного размера.

Снова подняв клинок, Гарри возобновил осмотр. Как оказалось, кромка лезвия острее бритвы, так что ронять эту штуку не стоит, иначе запросто можно лишиться какой-нибудь важной части тела. Хватит с него Кенпачи и этого мелкого монстра с розовыми волосами. Опять-таки, как сказала Рэтсю, которая много чего объяснила (в отличие от Жнеца — тот и не почесался), занпакто в какой-то степени живой. Недаром же считается, что у меча, как и у человека, есть душа. Подумав о крестражах, Гарри поёжился, но здесь явно не тот случай. Не обращая внимания на мелкие неудобства (во всяком случае, именно так отозвалась о них целитель), Гарри возобновил попытки «достучаться» до своего оружия. Оказывается, у каждого занпакто есть имя, и если он хочет после очередного «занятия» остаться в живых, надо непременно это имя выяснить.

* * *

— Подъём, гаки!

— Ааааа!

На сей раз Гарри удачно приземлился и моментально вскочил на ноги. А когда Кенпачи выпрыгнул в окно вслед за ним, выхватил по-прежнему безымянный меч и выставил перед собой на манер дубины.

— Чёрт побери! Ты когда-нибудь прекратишь?

— Нет.

Пятясь от наступавшего шинигами, Поттер попытался отвлечь его разговором:

— Неужели нельзя учить так, чтобы я больше не возвращался в лазарет?

Здоровяк продолжал наступать.

— Учись уворачиваться и парировать удары — и не вернёшься.

— Но ты не объяснил, как правильно отбивать.

— Мечом, гаки.

— Да я с трудом могу поднять эту чёртову штуку!

— Будь сильнее.

— Но на это нужно время.

— Если как следует тренироваться — нет.

— Ага, конечно, — простонал бедный волшебник.

Внезапно Жнец остановился и призадумался. А затем, к величайшему удивлению «спарринг-партнёра», вложил свой страшный клинок в ножны.

— Как насчёт шанса? Прежде чем мы начнём, разрешаю ударить меня в любое место, — предложил Кенпачи и приглашающе развёл руки в стороны, оставшись совершенно беззащитным.

— Ты серьёзно? — недоверчиво спросил «ученик».

— Конечно, — вежливо (!) ответил шинигами.

— Ты с ума сошёл? Я ведь могу тебя убить! — заявил Гарри.

И тут до него окончательно дошло, ЧТО ему предлагают. Неужели появилась возможность покончить с этим адом всего лишь одним ударом? Зелёные глаза загорелись хищным блеском.

— Ты сумеешь меня убить? — словно считая такую идею абсурдной, «наставник» презрительно фыркнул. — Да я удивлюсь, если тебе удастся попортить мне кимоно.

Но Поттер уже не слушал. Пора показать, что эти зверские «уроки» пошли впрок.

— Умри! — он рванул вперёд и сделал выпад, ударив Жнеца в грудь. Однако ликование мгновенно сменил ужас — лезвие раскололось, словно стеклянное, и в руках у незадачливого мага остались только рукоять и несколько дюймов стали. Как и предсказывал шинигами, у него даже одежда не пострадала. Увидев такое, Гарри едва не зарыдал. Ну а «тренер», похоже, решил: пусть подопечный и лишился меча, это не повод прекращать занятие.

— Моя очередь.

* * *

— Поттер-сан, не думайте о Зараки-тайчо слишком плохо, — приговаривала Рэтсю, заворачивая пациента в ещё один слой бинтов (к слову, это уже третья пачка). — Пусть его методы оставляют желать лучшего, он всего лишь пытается помочь.

— Он сошёл с ума, — едва сумел прохрипеть Гарри.

— Есть немного, — добродушно согласилась целитель. — Однако он — один из наших сильнейших бойцов.

— Он безумец, — настаивал пациент.

— Х-м-м, а теперь постарайтесь не нагружать нижнюю часть спины хотя бы в ближайший час, ладно?

— Он сошёл с ума.

— Возможно, но едва ли не каждый шинигами — готовый клиент для психиатра, — откликнулась капитан, переключив внимание на ноги бедняги. Кости она уже поставила на место, а теперь настала очередь шин. А дальше — снова раскатывать бинт. Надо напомнить своему заму, что не худо бы пополнить запасы перевязочного материала. К сожалению, пока у неё в пациентах Поттер-сан, медикаменты расходуются гораздо быстрее.

* * *

— Подъём, гаки!

— Ааааа!

Что ж, просыпаться в полёте уже вошло у Гарри в привычку. Он даже сумел сориентироваться и приземлиться на ноги. Правда, обнажить меч одним слитным движением пока не выходит. И всё-таки получилось быстро. Доказательство простое: когда он нанёс удар с разворота, Мародёр (его занпакто), со звоном столкнулся с зазубренным клинком Кенпачи. Впервые с начала тренировок маг сумел нанести удар первым. Может, это потому, что накануне вечером он понял, как «зовут» его меч? Только сейчас не до раздумий — «тренер» обрушил на него град ударов, не позволив развить атаку. Внезапно Жнец довольно хмыкнул.

— Неплохо, гаки. У тебя почти получается.

— Когда тебе целый месяц каждый день угрожает мучительная смерть — неудивительно, — ответил Поттер, пытаясь одновременно не терять связь с мечом и парировать удары.

— Смерть и боль — небольшая плата, когда учишься сражаться по-настоящему, — любезно пояснил маньяк с шипами вместо волос. Он ещё сильнее взвинтил темп, и один удар всё-таки прошил защиту противника. Правда, случилось это из-за того, что Гарри на мгновение отвлёк какой-то странный шёпот. Это же Мародёр, лезвие его души, пытается что-то ему сказать! Однако прислушиваться сейчас — непозволительная роскошь, и Кенпачи это моментально доказал, следующим же ударом отшвырнув оппонента на десяток шагов.

— Внимательней, гаки. Хватит считать ворон!

«Поклянись».

Ошеломлённый ударом Гарри моргнул.

«Поклянись».

Шёпот стал громче и яснее. И что это значит?

«Поклянись».

В конце концов, начинающий мечник мысленно отмахнулся — сейчас на повестке дня более важные вопросы. Например, снова ринувшийся на него Кенпачи. Однако Мародёр не подвёл, и очередная атака отбита. Правда, со знакомым треском снова сломалось правое запястье, но на этот раз Гарри и бровью не повёл. Самое главное — он отбил удар.

«Поклянись».

* * *

— Вот и готово! Ну как тебе?

Гарри едва удостоил взглядом вице-капитана Ячиру и её последний «шедевр». А именно — его самого. И даже когда та сунула ему зеркало прямо под нос, чтобы оценил результаты её титанических трудов, лишь мельком взглянул на своё отражение. По какой-то непонятной причине девочка с розовыми волосами решила заняться его внешностью. Именно на это она и потратила последний час. Главное (не считая теней, румян и помады) — перевязать тесьмой каждую прядь. В итоге вместо обычного вороньего гнезда теперь на голове у Поттера красовалось нечто, напоминавшее клубок чёрных спагетти. Вряд ли так лучше.

— Классно выглядит, — пробормотал он, по-прежнему не слишком обращая внимания на то, что с ним сотворили. Ведь по сравнению со всем остальным это сущие пустяки.

— Ура! — обрадовалась Ячиру и запрыгала как бешеный кролик.

Но Гарри снова её проигнорировал, а взамен сосредоточился на здоровенном мече, который сейчас лежал у него на коленях. Сегодня он обязательно попробует что-то новое, а именно: сделает следующий шаг, который поможет установить «связь» с Мародёром. Впрочем, начало положено — имя он узнал, однако этого явно недостаточно. И тем не менее, результат налицо — его сила возросла, а навыки заметно улучшились. И он не успокоится, пока не пройдёт первый этап до конца, ведь перед ним стоит серьёзная задача — убить Кенпачи.

* * *

— Подъём, гаки, у нас есть работа.

Остановившись в дверях помещения, которое уже давно окрестили личной комнатой Гарри Поттера в лазарете четвёртого отряда, Зараки Кенпачи удивлённо моргнул. Тут явно что-то не так, а именно: вышеупомянутый волшебник доблестно отсутствует. Сердито подумав, что ночью мальчишка опять попытался сбежать, Жнец едва не пропустил внезапную атаку.

— Умри!

Шинигами действительно достался удар, но только потому, что он не пожелал уворачиваться. А удар-то оказался знатный — таким запросто можно развалить каменный столб. Неудивительно, что на шее у Кенпачи появилась кровоточащая царапина. Впрочем, красный ручеёк быстро иссяк. «Тренер» медленно повернулся к «ученику», на лице у которого гнев смешался с радостным предвкушением. Ведь оба прекрасно друг друга понимали. Гарри так сильно ненавидел своего «наставника», что словами это не передать. И впервые за все «занятия» удалось пустить ему кровь. А тот сейчас пребывал в раздумьях: то ли поздравить сопляка, у которого наконец-то вышел приличный удар, то ли как следует врезать за трусость. В одиннадцатом отряде, как правило, бились лицом к лицу, и даже намёк на подобную засаду считался дурным тоном.

— Неплохо, гаки. Неплохо.

Удар наотмашь, и незадачливый маг летит через всю комнату — прямо в окно.

— Ааааа!

Не мудрствуя лукаво, Жнец решил сделать и то, и другое.