Преступление и наказание (джен)

Миссис Эпплуайт направилась к ним через зал, энергично проталкиваясь между людьми, ее взгляд был полон материнской заботы.

— Гарри!

Она бросила на Снейпа испепеляющий взгляд, но через мгновение вернула Гарри свое внимание.

— Мне ужасно жаль, что тебя втянули в это. Клянусь, у наших бобби задницы вместо головы. На твоем месте я бы подала на них в суд. Нашла бы хорошего адвоката и всё бы у них отсудила за то, что они так постыдно провалили работу. Ты в порядке, дорогой?

Гарри густо покраснел. Он чувствовал на себе любопытный взгляд Снейпа, но старался не обращать на него внимания.

— Я в порядке, миссис Эпплуайт, — вежливо ответил он. — Спасибо за показания…

— Ой, ты хочешь сказать за правду? Анжелина должна была поступить так же, когда на тебя свалили обвинение в том, что ты побрил ее кошку. Глупая женщина слишком много слушает Петунию. Ты ведь не вернешься к ним, мой мальчик?

— Я, э-э-э…

— Он не вернется, — спокойно сообщил Снейп. — Для Гарри организовано другое место…

— А, это потому, что вы слишком большой тупица и бездельник, чтобы самостоятельно заботиться о сыне, верно я говорю?

Гарри уставился на миссис Эпплуайт широко раскрытыми от шока глазами. Та снова глядела на Снейпа, уперев руки в бока и плотно сжав губы.

— Миссис Эпплуайт, — запинаясь, пробормотал Гарри, — всё не так… понимаете, он ездит по работе. Он… э-э-э… он дипломат, как и его отец, и поэтому он знает, как трудно заводить друзей, когда постоянно переезжаешь. Понимаете, он думал, что поступает как лучше…

— Как же, лучше, — усмехнулась миссис Эпплуайт, не отрывая взгляда прищуренных глаз от Снейпа. — Год за годом я наблюдала, как они обращались с тобой. Стыд и позор. Знаешь, когда ты был маленьким, я писала письма, но ничего не добилась.

Снейп заметно напрягся.

— Все эти годы я говорила Петунии, что это обернется против нее и ее близких. Жестокая женщина, хуже своего мужа, клянусь. Так и случилось, согласны? Посмотрите, в какое чудовище превратился ее мальчик. Не могу дождаться, когда его отправят туда, куда отправляют подобных ему преступников.

— Все равно, еще раз спасибо, — неуверенно пробормотал Гарри. — Я думаю, мой… мой отец на этот раз справится гораздо лучше, правда. На самом деле, это отчасти моя вина. Когда я стал достаточно взрослым, чтобы писать письма, я ничего ему не рассказывал, так что он не мог знать…

— Он мог бы проверить, — фыркнула миссис Эпплуайт. — А ты перестань его оправдывать. Право слово, должен быть закон против подобного — нельзя вот так бросать своих детей на долгие годы, оставлять их расти со столь отвратительными людьми… — Миссис Эпплуайт похлопала Гарри по руке. — У тебя ведь есть мой номер, дорогой? Просто звони, если что-нибудь понадобится. Мне всё равно, где ты — на континенте или за океаном. Нужно было сказать об этом много лет назад, правда.

Как глупо, что слова миссис Эпплуайт столь много для него значили. Гарри внезапно обнаружил, что с трудом сдерживает слезы.

— Спасибо, — слабо пробормотал он, не зная, что еще сказать. — Э-э-эм… вы… вам всё вернули? Я слышал, они заложили некоторые вещи…

— Да, вернули всё самое важное, кроме жемчужного ожерелья моей матери. Судя по тому, что говорил тот грязный проныра-торговец, сейчас оно может находиться где угодно в Лондоне.

— Мне очень жаль, — посочувствовал Гарри.

Миссис Эпплуайт грустно ему улыбнулась:

— Тебе не за что извиняться, дорогой. Ты хороший мальчик. — Она легонько коснулась его щеки и вздохнула. — Мне нужно идти. Я обещала сестре, что навещу ее сегодня, а она требует пунктуальности. Звони, если что-нибудь понадобится, Гарри. — На прощание миссис Эпплуайт бросила еще один враждебный взгляд на Снейпа. — А вы, — предупредила она, ткнув в него пальцем, — проследите, чтобы о ребенке заботились.

Гарри ожидал, что Снейп скажет нечто ехидное и закончит разговор. Но этого не произошло. Снейп торжественно ответил:

— Обязательно.

Миссис Эпплуайт, похоже, нисколько ему не поверила.

— На самом деле, — вкрадчиво и очень вежливо продолжил Снейп, — я хотел бы пригласить вас отобедать с нами. Я угощаю. Тщу себя надеждой, что вы сможете рассказать мне о том, что происходило в годы моего отсутствия.

Когда слова Снейпа проникли в мозг Гарри, его тело словно застыло, и даже мысли замерли.

— Ну, я…

И только когда замедленная обработка данных закончилась, до Гарри наконец дошло, что Снейп снова собирается сунуть свой гигантский уродливый нос в чужие личные дела. Возможно, тому хотелось испортить хорошее мнение миссис Эпплуайт о Гарри, просто так, ради удовольствия. Неудивительно, что сегодня Снейп был таким мягким и… ну… почти терпимым, ведь он уже запланировал это мерзкое дело.

— Отец, но миссис Эпплуайт, вероятно, слишком занята, — перебил Гарри, подчеркнув слово «отец» в надежде, что это вызовет у Снейпа отвращение или, по крайней мере, заставит почувствовать себя неловко. — Она ведь сказала, что должна навестить сестру, не хотелось бы, чтобы из-за нас она пропустила встречу.

— Я располагаю некоторым временем на обед, — заявила миссис Эпплуайт, прямо встретив взгляд Снейпа. — И многое хотела бы вам сказать, мистер Поттер. Встретимся на Элтон-сквер. Там есть прекрасная маленькая чайная. — Она взглянула на наручные часы. — Х-м-м, скажем, через полчаса. Мне нужно успеть кое-что сделать до этого. — Она снова посмотрела на Гарри, и ее взгляд заметно смягчился. — Гарри, дорогой, увидимся позже. — В последний раз сурово взглянув на Снейпа, миссис Эпплуайт поправила сумочку и направилась к двери.

— Зачем вы…

— Затем, — перебил Снейп, говоря сквозь зубы, — что ты не слишком-то откровенно рассказываешь о своем детстве, и, поскольку я сомневаюсь, что ты согласишься повторно использовать Веритасерум, приходится прибегать к другим методам. Если решишь проявить упрямство и в этом вопросе, то я отправлю тебя домой и скажу миссис Эпплуайт, что ты плохо себя почувствовал. Ясно?

— Вы не имеете права, — начал Гарри сердито, — вмешиваться в мои отношения с другими людьми…

— Это не входит в мои намерения, — спокойно ответил Снейп, его пристальный, ровный взгляд переместился вниз и остановился на Гарри. — Нам крайне важно узнать, насколько плохо с тобой обращались, но, как я уже говорил, ты не слишком откровенен…

— Она ничего не знает! — прошипел Гарри. — Когда я жил у Дурслей, она едва меня видела! Кажется, я пару раз подстригал ей живую изгородь и раз или два подравнивал газон за несколько фунтов, но не более того! Вы просто… вы…

— Я просто… что?

Гарри ненавидел, что голос Снейпа звучал так спокойно, будто профессор испытывал лишь легкое любопытство, слушая разглагольствования Гарри.

— Вы не можете смириться с тем, что я кому-то нравлюсь, вот что! Вы хотите изменить мнение миссис Эпплуайт, раскрыть ей глаза на настоящего Гарри Поттера — преступника, о котором постоянно говорят Дурсли… Вот и всё!

Снейп чуть приподнял брови:

— Ты полагаешь, что я потрачу полдня на то, чтобы разрушить твою репутацию в глазах пожилой женщины, которая, как ты сказал, не более чем твоя знакомая?

Ну конечно, Снейп, этот абсолютный ублюдок, будет со спокойным видом отрицать свои грязные намерения. И не то чтобы слова Гарри спровоцировали мерзавца на признание. Или вызвали желание перестать вмешиваться во всё хорошее в жизни Гарри.

— Нет, — язвительно ответил Гарри, едкие слова с легкостью слетали с языка. — Конечно, нет. Как глупо с моей стороны. Я постоянно путаю вас со знакомым, который ненавидел меня и унижал на протяжении четырех лет.

Это, по крайней мере, вызвало реакцию Снейпа. Он сжал губы, морщины стали заметнее на лице, и на мгновение отвел взгляд.

— Я не собираюсь делать ничего подобного. Я просто хочу поговорить с миссис Эпплуайт о ее наблюдениях, не более того. Если это тебя хоть как-то утешит, то совершенно очевидно, что я ей не нравлюсь и она мне не доверяет.

А вот и он. Веский довод. Но не то чтобы слизеринец не смог бы манипулировать милой старушкой и заставить ее думать о Гарри худшее. Черт, у Петунии было ума, как у домашней мухи, но даже ей удалось настроить против Гарри практически весь район.

Снейп же был пугающе умен. Он наверняка сумел бы убедить миссис Эпплуайт, что глаза ее обманули и что в действительности Гарри проник в ее дом и похитил вещи.

— Подожди здесь, — внезапно скомандовал Снейп. — Мне нужно кое-что сделать. — И с этими словами он ушел, ловко пробираясь через вестибюль к двум полицейским, дававшим показания во время слушанья.

Гарри был слишком любопытен, чтобы оставаться на месте. Он последовал за профессором, хотя и старался держаться поближе к стене, чтобы подслушивание не было столь очевидным.

— А, мистер Поттер, — пробормотал офицер, который производил арест.

Гарри напрягся на мгновение, но затем понял, что офицер обращался к Снейпу, его «отцу». Боже, это испортит Снейпу настроение, правда?

— Чем могу помочь? Видите ли, мне… э-э-э… надо заняться оформлением кое-каких бумаг и…

— Надеюсь, это прошение об отставке, — протянул Снейп, его голос был холоден, как никогда. — Не могу поверить, что столь ленивому и бестолковому человеку позволили носить значок.

Пухлощекое лицо офицера покраснело.

— Так, а теперь послушайте…

— Нет, — ледяным тоном оборвал его Снейп, — это вы послушайте. Вы даже не представляете, какой бардак устроили. Вы заклеймили мальчика как вора и обращались с ним как с преступником, не имея на то никаких оснований, тогда как даже тупой, едва образованный идиот без особых полномочий потратил бы время, чтобы должным образом собрать и сопоставить факты. Но вместо этого вы посадили в камеру подростка, который и так уже горюет по товарищу, пытается оправиться от травмы и вдобавок страдает от разлуки с друзьями и семьей. Вы же без тени сомнения сообщили мне, что он проник в дом женщины и похитил ее личные вещи. Думаете, что косноязычного признания в том, что вы «могли бы справиться с делом лучше», сделанного под давлением судьи, достаточно, чтобы загладить причиненный вами вред?

Слова Снейпа разозлили Гарри. Он… горюет? Пытается оправиться от травмы? Боже, Снейп специально сгущает краски, нагнетая обстановку. Может, он вдобавок решит рассказать, что Гарри проплакал всю ночь, когда вернулся домой из участка, чтобы заставить этого парня почувствовать себя по-настоящему плохо. Да, почему бы не изобразить Гарри убогим сосунком? Всё сойдет для дела…

— А теперь послушайте, — повторил офицер, заикаясь чуть сильнее. — Тот крупный мальчик и его родители — заметьте, ваши родственники, — сообщили мне, что это ваш мальчик ограбил ту женщину. Крупный мальчик и его друзья также утверждали, что видели его, поэтому разбирайтесь с ними…

— А вы спросили у моего сына, какова его версия событий?

Гарри чуть было не фыркнул насмешливо. Разве сам Снейп не поступил также? Ведь он отказался даже выслушать Гарри. Только Веритасерум изменил его мнение.

— Ну…

— Поправьте меня, если я ошибаюсь, но сбор всех улик и свидетельств — это ведь ваша работа, не так ли? Однако, похоже, вы решили не проявлять излишнего рвения и повесить вину на первого попавшегося человека. Вы выполнили свою работу недобросовестно, не обращая внимания на последствия, но вас это вполне удовлетворило. Не могу представить, чтобы налогоплательщики страны были рады услышать, что они оплачивают столь невероятно дрянную халтуру. А уж как газеты будут смаковать такое…

Внезапно побледнев, полицейский отступил на шаг.

— Вы… вы угрожаете мне?

— Нет, конечно, — спокойно ответил Снейп, его слова звучали еще холоднее из-за отсутствия в них открытой угрозы. — Я просто показываю вам варианты выбора. Либо вы тихо подаете в отставку и ищите другую работу — желательно там, где у вас не будет возможности разрушать жизни невинных детей, — либо я привлекаю прессу. Поверьте моим словам, они будут сражаться друг с другом за право сообщить об этом. «Добропорядочный подросток ложно заключен в тюрьму…» Хм, интересно, напишут ли в статье о том, что мальчик и так был подавлен, оплакивая неожиданную смерть соученика и пытаясь оправиться от травмирующего столкновения с маньяком-убийцей?

Слышать подобные слова из уст профессора было необыкновенно странно. Не так давно Гарри пытался убедить полицейского в участке, что Снейп собирается сдать его тому самому маньяку-убийце. По крайней мере, теперь он знал, что это не так.

— Я… вы не имеете права выдвигать подобные требования…

Снейп подошел к офицеру вплотную и сказал что-то, чего Гарри не уловил, но что заставило того побледнеть. Столь же быстро Снейп отступил назад, оправил жилет и, в последний раз бросив на офицера враждебный взгляд, развернулся и зашагал прочь.

Через несколько мгновений Снейп нашел взглядом Гарри и коротко махнул рукой, показывая, что тот должен присоединиться к нему.

Гарри нахмурился. Теперь его подзывали, будто дрессированную собачку. Просто отлично.

Тем не менее он понимал, что не стоит устраивать сцену, поэтому поспешил к профессору, остановившись всего в нескольких футах от него.

— Думаю, здесь мы закончили, — объявил Снейп. — Хочешь пойти со мной на обед или предпочитаешь, чтобы я отвел тебя домой?

Гарри глубоко вздохнул, стараясь успокоиться: вдох через нос, выдох через рот. Грудная клетка расширяется, плечи поднимаются. Затем он ответил:

— Я пойду с вами, сэ… отец.

Снейп чуть кивнул, словно ожидал такого ответа.

— Тогда пойдем. Думаю, придется поймать такси.

Такси. Что Снейп задумал? Почему бы просто не аппарировать? И откуда, черт возьми, Снейпу известно о такси?

Но Гарри решил, что на данном этапе лучше быть тише воды ниже травы и продолжать играть омерзительную роль смиренного сына. Только до конца лета, напомнил он себе. И, если Гарри не станет корчить из себя шпану, Снейпу не удастся выставить его неуправляемым и плохо воспитанным мальчишкой. Поэтому он решил изображать безупречного сына, во всяком случае, когда находится на людях.

Снейп вывел Гарри из зала суда и повлек вниз по ступеням, время от времени поглядывая в его сторону, словно проверяя, следует ли Поттер за ним. «Наверное, ожидает, что я сбегу», — с горечью подумал Гарри.

Он шел за Снейпом по улице, держась на некотором расстоянии, и с безмерным изумлением наблюдал, как умело тот ловит такси. Остановив машину, Снейп открыл дверь и жестом пригласил садиться.

«Что за параноик!» — осуждающе подумал Гарри, борясь с желанием покачать головой. Всё еще играет роль любящего и заботливого отца на случай, если рядом находятся наблюдатели. Гарри забрался в такси, пытаясь удержать ускользающее самообладание.

Снейп сел рядом, слишком близко, чтобы Гарри чувствовал себя комфортно. И, в отличие от аппарации, это отсутствие личного пространства сохранится на протяжении всей поездки. Гарри прижался к окну, пытаясь смириться с судьбой.

— Куда?

— Чайная на Элтон-сквер, — коротко ответил Снейп. Он мельком взглянул на Гарри. — Пристегнись, — тихо приказал он, потянувшись за своим ремнем безопасности.

Гарри неохотно пристегнулся.

— Ты же понимаешь, что я не собираюсь допрашивать твою соседку, — произнес Снейп, отвернувшись к окну. Пока он говорил, таксист отъехал от тротуара и влился в поток машин. — Я планирую получить лишь общее представление о происходившем.

Гарри не удержался и насмешливо фыркнул.

— Если вам так интересно, спросите тетю и дядю. Уверен, они всё обо мне расскажут…

— О, я так и поступлю, — тихо прорычал Снейп, его слова были наполнены злой энергией, от которой по коже Гарри побежали неприятные мурашки.

Что, черт возьми, это значит?

— Послушайте, я не сказал, что вы должны…

— Твоим родственникам придется за многое ответить, Поттер, — резко оборвал его Снейп, по-прежнему глядя в окно. — И я прослежу, чтобы это произошло, уверяю тебя.

— Нет, — прошипел Гарри, ощущая как в груди что-то сжалось, — вы не сделаете этого. Почему вы суете нос в дела, к которым не имеете отношения? У вас нет права вмешиваться! Какого черта вы…

На этот раз Снейп все-таки повернулся, его взгляд был таким же холодным и пронзительным, как всегда.

— Ты мой подопечный, — без околичностей заявил он, в словах звучали едкие нотки. — Твои предыдущие опекуны и их к тебе отношение — мое дело, независимо от того, во что тебе хотелось бы верить. Я решу этот вопрос так, как сочту нужным. Обсуждение закрыто.

— Вы…

— Закрыто, Поттер. Больше ни слова на эту тему.

— Я не собираюсь просто сидеть и смотреть, как вы копаетесь… Господи, вы не имеете никакого права…

— Поттер, — предостерегающе произнес Снейп, кивнув в сторону таксиста. Подняв глаза, Гарри увидел, что тот с любопытством поглядывает на них через зеркало заднего вида.

Гарри сжал губы, внутри продолжало бурлить от негодования. Снейпу было совершенно незачем внезапно становиться его защитником, и Гарри уж точно не требовалось, чтобы ублюдок попытался как-то наказать Дурслей. Гарри был бы рад просто умыть руки и больше не иметь к ним никакого отношения.

Снейп раздраженно вздохнул, а в следующее мгновение его палочка оказалась снаружи — гораздо ниже края заднего сидения — и закружила в незнакомом ритме. Гарри почувствовал, как его окутывает магией, и внезапно понял, что на заднюю часть такси наложена защита.

— Вновь повторю, — продолжил Снейп, его низкий голос был полон досады, — я понимаю, что нынешнее положение вещей не идеально. Ты не привык к надежным опекунам, которые заботятся о твоем благополучии. Однако…

— Неважно, — оборвал его Гарри, глядя на оживленные летние улицы, проносившиеся за окном. — Вы будете делать то, что желаете, а у меня нет права голоса. Я понял. Нет нужды продолжать объяснения.

— Следи за тоном, мальчик, — предупредил Снейп, слова прозвучали очень резко. Он сурово взглянул на Гарри, затем перевел взгляд на спинку переднего сиденья. — Весь день я проявлял терпимость, но мое терпение имеет пределы.

Гарри ничего не ответил. Он понимал, что нагрубил, но его ужасно злило то, как Снейп с ним обращался. По просьбе Дамблдора, скорее всего. Но это никак не помогало избавиться от чувства бессилия и одиночества.

Что ж. Пусть Снейп выполняет свои обязанности, а Гарри просто продолжит делать то, что делал всегда. То, чем он занимался, потому что никто другой не смог.

Он позаботится о себе сам. А Снейп может валить куда подальше.

* * *

Как ни удивительно, но, когда они вошли в чайную, миссис Эпплуайт уже ждала, перед ней стояли чашка с блюдцем. Миссис Эпплуайт тепло улыбнулась Гарри, а затем перевела на Снейпа тяжелый взгляд.

— Что ж, приятно видеть, что вы не бросили мальчика снова. Хотя, полагаю, социальной службе нашлось бы что сказать по этому поводу.

Гарри в очередной раз удивился, заметив, что жесткие слова миссис Эпплуайт не произвели на Снейпа особого впечатления. Не то чтобы Гарри ожидал, что тот примет их близко к сердцу или совершит какую-то глупость, но он думал, что Снейп мог проявить хоть небольшой признак раздражения из-за того, что ему приходилось играть эту роль.

Тем не менее Снейп воспринял критику вполне спокойно.

— Уезжать снова не входит в мои намерения, поверьте.

— Не меня вам нужно убеждать.

Миссис Эпплуайт повернулась к Гарри, выражение ее лица вновь смягчилось.

— Вот, милый, присаживайся. Давай угостим тебя чашечкой хорошего чая, ладно? После того бардака, в который тебя втянули, держу пари, тебе не помешает что-нибудь крепкое.

Гарри ощутил, как в груди расцветает тепло. Он решил, что это потому, что доброта миссис Эпплуайт не была связана ни с тем, что он совершил в детстве или в школе, ни с любовью к его родителям. Без сомнения, он нравился ей сам, такой, как есть.

Гарри сел рядом с ней, чуть улыбаясь.

— Вот, — тихо проворковала миссис Эпплуайт, передавая ему меню. — Просмотри его и реши, что тебе хочется.

Снейп скользнул на сиденье рядом с ней в тот момент, когда взгляд Гарри остановился на цифрах в правой колонке меню. У него не было с собой денег. Да и в сундуке в квартире Снейпа их не было. И он не испытывал никакого желания быть в долгу у этого человека даже из-за такой мелочи, как эта.

Гарри едва не фыркнул, когда понял, что Снейп, скорее всего, будет придерживаться их легенды и продолжит играть роль преданного отца. Он оплатит обед, однако Гарри это абсолютно не устраивало.

— Вообще-то я не так уж и голоден…

— Тем не менее ты постараешься что-нибудь съесть, — быстро оборвал его Снейп, в его тоне снова проступило раздражение. — Сегодня утром ты почти ничего не ел.

Миссис Эпплуайт неодобрительно цыкнула языком:

— Ты и так тощий, будто жердь, дорогой. Я знаю, Петуния не кормила тебя как следует. Но тебе требуется нарастить немного мяса на кости, согласен? Ну же, дорогой, что нас привлекает? Может, что-то легкое, чтобы не нагружать желудок? Тут делают чудесные маленькие сэндвичи. Возможно, их?

Гарри почувствовал, как щеки вспыхнули румянцем. Никто никогда не носится с ним таким образом, не говоря уже о… ну, Снейп с ним не носился, ведь правда? Нет, профессор просто страдал странной одержимостью — следить, чтобы Гарри всегда был накормлен. Вероятно, его всё еще беспокоило мнение директора по этому поводу.

Однако миссис Эпплуайт… когда она уговаривала Гарри, ее глаза казались такими грустными, а морщины более выраженными.

И Гарри был голоден на самом деле. Поэтому он кивнул и робко улыбнулся миссис Эпплуайт.

— Отлично. А какой чай?

— Э-э-э…

Раньше Гарри не приходилось выбирать. Если он и пробовал чай у Дурслей, тот был черным, дешевым и не лучшего качества. В школе чай подавали эльфы, и Гарри не мог вспомнить что-либо слишком изысканное или особенное (ну, если не считать чрезмерно ароматизированной дряни, которую подавала Трелони для чтения чайных листьев на третьем курсе).

— Зеленый чай или черный? Смесь «Домашний завтрак» здесь весьма неплоха. Может быть, ее?

Гарри кивнул:

— Да, «Смесь для завтрака». Звучит хорошо.

Как оказалось, Матильда Эпплуайт была одной из тех напористых пожилых дам, которые умеют эффективно добиваться своего, сочетая безжалостную агрессию с достаточным обаянием, позволяющим сгладить острые углы. Ей удалось позвать официанта с другого конца зала и сделать заказ — тарелку сэндвичей для Гарри и какой-то салат для себя, а также чайник горячего чая. Наливая себе чашку чая, она беззаботно болтала с Гарри о своем саде, демонстративно и с явным удовольствием не обращая внимания на Снейпа.

Гарри был благодарен за эту отсрочку, ему совершенно не хотелось разговаривать о жизни с Дурслями. И хотя он знал, что это лишь временная передышка, так как Снейп обещал использовать встречу, чтобы выпытать у миссис Эпплуайт информацию, сейчас Гарри был рад притвориться. Притвориться, что Снейп не околачивается рядом, что его вообще здесь нет. Притвориться, что Гарри — кто? Может, внук миссис Эпплуайт? Что он провел с ней весь день, потому что они поступали так регулярно?

Да, он мог вообразить себя ее внуком. Что она в нем души не чает и балует, и любит беспокоиться из-за того, как он похудел, потому что она его бабушка, а бабушки ведут себя именно так.

Хотя как мать Вернона могла смотреть на Дадли и говорить, что тот — кожа да кости, было за пределами понимания Гарри.

Гарри спросил миссис Эпплуайт о ее сестре (о двоюродной бабушке в его фантазии), и та с удовольствием защебетала о взбалмошной старушке, живущей в Девоне. Миссис Эпплуайт рассказала, что сестре нравится жить в деревне, но иногда ей в голову приходят странные идеи, и она любит носиться с ними. Совсем недавно сестра решила, что хочет разводить кур, но не удосужилась провести хоть какое-то исследование по этому вопросу. Она даже не построила курятник, так что в итоге по двору слонялась и кудахтала стайка молодых кур.

— Гадили повсюду, — хихикнула миссис Эпплуайт. — А потом петухи — три четверти из цыплят оказались петухами, понимаешь ли, — начали кукарекать по очереди каждое утро. Они сводили бедную Эдну с ума. Думаю, в конце концов она продала их местному мяснику. И скатертью дорожка, так она сказала.

Снейп, который до этого момента сидел тихо, довольствуясь тем, что слушает беседу, наконец заговорил.

— Миссис Эпплуайт, не затруднит ли вас ответить мне на несколько вопросов о моем сыне? Боюсь, я получал абсолютно неверные сведения о нем и его жизни. Похоже, вы один из немногих надежных источников информации, надеюсь, вы поможете мне в этом.

Миссис Эпплуайт обратила каменный взгляд на Снейпа, ее лицо заметно помрачнело.

— Готова поспорить, что вы обладали бы не столь «неверными сведениями», если бы потрудились хоть раз заглянуть к своему единственному ребенку.

Снейп вздрогнул. Хорошо изображает, подумал Гарри, едва удержавшись от того, чтобы не закатить глаза из-за столь явного переигрывания.

— Да, — тихо согласился Снейп. — Сомневаюсь, что я смогу когда-либо искупить всё, через что вынудил пройти мальчика. Однако я хотел бы попытаться и чувствую, что первое, что должен сделать, — это понять, на какую судьбу его обрек.

Миссис Эпплуайт тихо хмыкнула:

— Подозреваю, если вы спросите самого «мальчика», это может сотворить чудеса.

Гарри напрягся, испугавшись, что в следующий момент Снейп именно так и поступит, просто чтобы успокоить миссис Эпплуайт или, что вполне вероятно, чтобы доказать, что Гарри всё-таки раздражителен и чрезмерно чувствителен.

Снейп вздохнул:

— По понятным причинам Гарри мне не доверяет и неохотно делится информацией. — Снейп бросил на него острый многозначительный взгляд.

Что это вообще означало? Что Гарри лучше помалкивать? Или что Снейп желал бы, чтобы Гарри говорил охотнее?

— Разумеется, неохотно, — со значением повторила миссис Эпплуайт, бросив на Гарри сочувственный взгляд. — Но, полагаю, вам действительно нужно знать.

Гарри подумал, что это прозвучало как просьба о прощении. «Сожалею (однако не слишком сильно), но я собираюсь рассказать ему всё». Гарри чуть сгорбился, стараясь обхватить себя руками как можно незаметнее, всякое подобие аппетита внезапно исчезло.

А потом миссис Эпплуайт начала рассказывать печальным и низким голосом, слишком приглушенным, чтобы услышали посторонние. И Гарри не смел ей противоречить. Он просто не мог. Миссис Эпплуайт говорила чистую правду.

Снейп, со своей стороны, внимательно слушал, ни на что не отвлекаясь. Он серьезно кивал, время от времени задавая тихий вопрос о том или ином инциденте. Иногда он поглядывал на Гарри, как и миссис Эпплуайт, не пытаясь обратиться к нему или вовлечь в разговор. И это было к лучшему: Гарри видел, что они оба понимали, что он хочет только одного — уйти.

Это был серьезный разговор между взрослыми, и миссис Эпплуайт не позволила своей явной неприязни и недоверию к Снейпу помешать рассказать обо всем, что она наблюдала на протяжении многих лет.

— Отвратительные люди, — пробормотала она где-то под конец разговора, когда весь чай был выпит и в ее чашке оставалось лишь немного заварки. — Обращались с бедным Гарри, как с рабом, пока этот их бесполезный кусок дерьма бездельничал и пальцем не шевелил. Когда Гарри был младше, я слышала, что однажды он оттолкнул братца — Петуния трындела об этом целую вечность. Выставила все дело так, будто Гарри искалечил ее дорогого мальчика. — Миссис Эпплуайт покачала головой. — Мы не видели Гарри в течение нескольких дней, даже в саду.

Высказывание прозвучало как вопрос, и взгляд Снейпа не оставил Гарри сомнений, что ему придется на него ответить. Но Гарри полагал, что должен быть благодарен уже тому, что его не заставили принимать в беседе более активное участие и что у него была возможность проигнорировать многое из сказанного.

— Она держала меня дома, где я занимался домашними делами.

Миссис Эпплуайт сморщила нос:

— Держу пари, это еще не всё. — Затем ее голос стал мягким и просительным, почти умоляющим. — Гарри, дорогой, что эта ужасная женщина с тобой делала? Ты можешь рассказать нам. Лучше сказать, чем держать всё в себе.

Гарри не хотел принимать участие в разговоре. Он не желал, чтобы кто-то из них подумал, что он ищет жалости или сочувствия. Он не искал. Он просто хотел обо всем забыть. Да и какое теперь это имело значение? Все закончилось. Снейп сказал, что он не вернется.

Гарри пожал плечами.

Миссис Эпплуайт печально вздохнула.

— Он и в детстве был таким. Я никогда не могла заставить его сказать что-то кроме «я в порядке» и «всё не так уж плохо». — Она потянулась и нежно похлопала Гарри по руке. — Может, когда-нибудь ты раскроешься перед нами, а?

Гарри густо покраснел:

— Я просто занимался работой по дому, правда, ничего…

— Гарри, никто не заставляет тебя делиться воспоминаниями, но не оскорбляй наш интеллект ложью.

Упрек Снейпа, как бы мягко он ни прозвучал, вызвал странную боль. Назвать то, что делал Гарри, ложью… Словно он намеренно обманывал, а не пропускал неприятные детали, которые не влияли ни на что.

Потому что он знал, как они воспримут его слова. Если он расскажет, что его запирали в чулане, когда он не занимался домашними делами, или что его ограничивали в еде, Снейп снова начнет твердить о жестоком обращении. Но это было глупо и никому не нужно, потому что всё уже закончилось. Да и не происходило ничего слишком ужасного, ведь Гарри всё пережил, и он в порядке. И вообще, их там не было, так что они не могли судить. И у Снейпа еще хватило наглости заявить, что Гарри лгал, когда он всего лишь старался не допустить того, чтобы они понапрасну тратили свое время и сочувствие.

Внезапно миссис Эпплуайт начала собирать сумочку.

— Мне нужно в дамскую комнату, а затем стоит трогаться в путь, — объявила она, — пока моя сестра не решила, что я заблудилась.

Снова переключив на нее внимание, Снейп кивнул:

— Еще раз благодарю вас за то, что приняли мое приглашение. Я рад, что мы смогли обсудить… дела.

Миссис Эпплуайт медленно кивнула в знак согласия, выуживая что-то из сумочки.

— Да, вам стоило услышать, к чему привело ваше глупое поведение. И я с радостью расскажу вам больше, если потребуется…

— Больше не о чем рассказать! — вскричал Гарри, прежде чем успел остановиться. Он быстро прикрыл рот и отвел взгляд, ожидая от Снейпа немедленной резкой отповеди, если ни чего похуже.

Но Снейп не стал его ругать. Услышав его слова, Гарри предположил, что тот всё ещё играет роль раскаявшегося отца.

— Я понимаю, что тебе неприятно, но это просто необходимо. — А когда немедленного ответа не последовало, Снейп тихо, но твердо произнес: — Гарри. — И подождал, пока тот не посмотрел на него.

Гарри повиновался, зная, что встретится с колким взглядом профессора, который составит полную противоположность ровному тону.

Но этого не произошло.

— Мне необходима вся правда, чтобы понять, как тебе помочь.

Гарри чуть было не закричал, что ему не требуется помощь, но, услышав слова Снейпа, миссис Эпплуайт одобрительно кивнула, а Гарри очень не хотелось вступать в перепалку, пока та находилась рядом. Поэтому он прикусил язык, снова опустил взгляд на колени и кивнул.

— Вот, — миссис Эпплуайт, очевидно, нашла то, что искала — простую белую визитку с женским именем, номером телефона и адресом. И двумя страшными словами: подростковый психолог. — Дочь моей подруги Джинни работает с подростками, которым пришлось нелегко. Возможно, вам стоит с ней встретиться.

Снейп принял предложенную карточку со словами благодарности. Гарри понадеялся, что это просто для вида.

На прощание миссис Эпплуайт одарила Гарри ласковым взглядом.

— Не стесняйся звонить, если у тебя возникнут с ним хоть малейшие проблемы, слышишь? В скором времени я позвоню, чтобы проверить, как ты.

У него не…

Снейп крепко сжал плечо Гарри, прерывая на полуслове.

— После возвращения в страну я так и не подключил телефонную линию, но я немедленно исправлю это. Пожалуйста, звоните.

— Непременно, — твердо пообещала миссис Эпплуайт. — И обязательно свяжитесь с дочерью Джинни или с кем-нибудь еще, слышите меня? Ваш мальчик заслуживает хотя бы этого после всего, что ему пришлось пережить. — Миссис Эпплуайт чуть наклонилась и снова похлопала Гарри по руке. — Береги себя, Гарри, дорогой.

Гарри заставил себя посмотреть на нее и хоть немного улыбнуться.

— Обязательно, — тихо пообещал он дрогнувшим голосом. — И вы тоже.

— Ха, не стоит беспокойся о такой старухе, как я. Я могу постоять за себя.

Ее слова не вызвали у Гарри сомнения. Кажется, даже Снейп отступал перед ее упрямством и решительностью, на которые не влиял даже самый грозный тон.

Гарри было жаль, что миссис Эпплуайт ушла. Потому что теперь он снова остался наедине со Снейпом. И как только они покинут ресторан, как только окажутся вдали от любопытных глаз, передышка Гарри закончится. У Снейпа больше не будет причин сдерживаться.

И теперь он был вооружен всевозможным компроматом, грязными подробностями о жалкой жизни Гарри в Литтл-Уингинге, полученными от миссис Эпплуайт. Гарри мог только представить, какие вещи скажет Снейп.

Снейп оставил сложенную пачку банкнот под чеком, который некоторое время назад положили на стол. Он взглянул на Гарри, вопросительно изогнув бровь.

— Ну что, пойдем?

Гарри молча поднялся. Нет смысла откладывать, подумал он, как бы ему этого ни хотелось.