Положительный результат (джен)

«Старый-бородатый был здесь», — уловил я. И Мистер Лапка показал мне седобородого старика в ярко-красной мантии, выходящего из камина.

Вот уж точно — не понос, так золотуха! И что этому старому пи… то есть педагогу надо? Это обычная проверка или его что-то обеспокоило?

Мистер Лапка подкинул мне ещё один мыслеобраз — Дамблдор, сидящий за столом в гостиной миссис Фигг, и устроившаяся напротив на диване хозяйка дома. Загипсованную ногу женщина устроила на низенькой приставной скамеечке, костыли стояли рядом. Ракурс наблюдения был какой-то страннованый — словно бы сбоку и снизу. Но тут я сообразил, что вижу всё глазами Мистера Лапки. Вот бы ещё услышать, о чём толкует эта парочка…

Мистер Лапка покосился на меня круглыми жёлтыми глазами, прикрыл их… и у меня в голове словно тихонько щёлкнуло что-то, а потом я услышал голос Дамблдора:

— …недоволен тобой, Арабелла. Ты слишком мало времени уделяешь наблюдению за мальчиком.

— Но, Альбус, ты же видишь, какая неприятность со мной приключилась. А с мальчиком всё в порядке. Мои котики наблюдали за ним всё время моего отсутствия. Дурсли держат Поттера в строгости, Альбус, не сомневайся.

— Да?

— Да. Они не спускают ему ни одной провинности, к тому же не взяли его с собой в поездку. По-моему, это явно свидетельствует об их отношении.

— Поттер жаловался тебе?

— Мальчишка доверяет мне, Альбус. К тому же, я заходила к ним в дом — Петунья поручила мне проверять его, чтобы он не натворил ничего. Так вот, он всё время был занят домашней работой. А потом я, увы, оказалась в больнице…

— А Поттер — без присмотра?

— Он ходил кормить моих котиков. Я попросила его. А ещё он прибирал дом и работал в саду. У него не было времени на глупости.

— Хорошо, если так, — отозвался Дамблдор. — Но мне нужно прояснить один вопрос, Арабелла. В моём кабинете, в Хогвартсе, есть артефакт, настроенный на Гарри. Может быть, ты объяснишь мне, почему он некоторое время показывал, что мальчик мёртв?

Б*ядь! Вот так на мелочах и палятся! Только вот старая сквибка оказалась умнее, чем я ожидал.

— И когда это было? — спросила она. — Поверь мне, Альбус, мальчишка живее всех живых. Котики показали мне, что Петунья со своим сыном и мальчишкой несколько часов назад покинули дом. А вот куда они отправились — сказать не могу, уж извини. Я сама вернулась только что. Артефакт сейчас показывает, что мальчишка мёртв?

— Нет, сейчас он показывает, что с Поттером всё в порядке. Это… это было довольно давно.

— А почему ты сразу не проверил? — поинтересовалась старая сквибка.

— В тот момент я был на конференции МКМ, — проворчал Дамблдор. — А вернувшись, не сразу заметил, что с артефактом что-то не так.

— Уверяю тебя, — ехидно сказала Фигг, — я общалась с Гарри. Он вполне себе живой. Может, это просто сбой?

— Возможно, — согласился Дамблдор. — Это достаточно старый артефакт. Но меня больше волнует, что на доме Дурслей больше нет никаких чар, кроме Сигнальных. Кровная защита…

— Не свисти мне про кровную защиту, Альбус, — ехидно сказала Фигг. Ого! Что-то старая сквибка теряет берега. Так разговаривать со Светлейшим? Неужели он ей спустит? А миссис Фигг продолжила:

— Я не ведьма, но кое-какое воспитание получила. Оставь свои сказочки для магглорождëнных недоучек, закончивших Хогвартс и полагающих, что они знают о магии всё. Какая кровная защита? Лили Поттер просто не смогла бы наложить на мальчишку ничего подобного, а если и смогла бы — при чём здесь эта тупая длинношеяя корова с лошадиным лицом? Защита была бы наложена на мальчика — и неважно, где и с кем он живёт. Удивительно, как магическое сообщество вообще поверило в твою сказочку! Не было на доме Дурслей никакой кровной защиты, были только заклятия, что наложил лично ты. А у мальчишки, видимо, случился стихийный выброс и он просто снёс почти все твои плетения, тем более, что ему дорогих родственников любить не за что!

И старая сквибка рассмеялась мелким дробным смешком. Зря она так. Насколько я понимаю логику такого персонажа, как Дамблдор, он терпеть не может, когда его тычут носом в собственное дерьмо. И я не ошибся.

— Арабелла! — голос Дамблдора стал ледяным. — Ты забываешься! Ты забыла, из какой истории я тебя вытащил? Могу вернуть всё на свои места. И что тогда тебя ожидает в магическом мире? Вместо собственного домика, твоих любимых котиков и ежемесячного содержания? Уютная комната в комфортабельном отеле с видом на море? Долго ты там выдержишь?

Ого… а миссис Фигг у нас, оказывается, женщина с прошлым… и чем-то Дамблдор крепко её держит. Была бы мужиком — сказал бы, за яйца. Впрочем, думаю, что весь Орден Феникса держится явно не на бескорыстии и светлых убеждениях.

Между тем миссис Фигг резко сменила тон.

— Прости, Альбус, я вела себя непозволительно. Впрочем, можешь подождать и убедиться сам — с мальчишкой всё в порядке.

— Нет, Арабелла, — ответил Дамблдор. — Увы, но я и эти полчаса еле выкроил. Возможно, это и впрямь был детский стихийный выброс, и сбой артефакта именно этим и объясняется. Но тогда с Поттера могли слететь ограничители… Вот что, Арабелла, ближе к вечеру я пришлю Флетчера, он передаст тебе кое-что. Если мальчика оставят с тобой, угостишь его чаем. Если нет, подлей во что-нибудь и угости, когда он будет работать в саду. Не будет таким шустрым… И будешь подливать ему каждый месяц до Хогвартса.

— Догадываюсь, что это за дрянь, — процедила Фиггша, — мальчишка от неё дураком не станет?

— Мне его ум не нужен, — отрезал Дамблдор. — От умных одни проблемы. Не волнуйся, дураком не станет, да и в магии прибавлять не будет. Побочный эффект этой штуки — она играет роль ограничителя. Не нужно, чтобы мальчик почувствовал свою силу раньше времени и стал чересчур самостоятельным. Нужно, чтобы он нуждался в чуткой и мудрой руководящей и направляющей руке. Ты ведь понимаешь, что его ждут нелёгкие испытания, Арабелла? И он должен быть готов к ним, дабы совершить предначертанное!

— Тебе виднее, Альбус, — отозвалась миссис Фигг. — Это ведь ты — Великий Светлый волшебник и победитель Тёмного Лорда. А я всего лишь слушаюсь тебя, ибо верю в твою руководящую и направляющую силу.

— Вот так-то лучше, Арабелла, — величественно кивнул головой Дамблдор. — Слушай меня, выполняй мои указания, и ты непременно добьёшься желаемого. Кстати… Вот твоё содержание за два месяца. Флетчеру такое лучше не доверять — добрейшей души человек, но ведь и соблазниться может.

— Скажи сразу, — проворчала Фигг, — вор, жулик и пьяница. Благодарю за заботу.

Дамблдор снова кивнул, достал откуда-то из таинственных глубин своей мантии небольшой туго перевязанный мешочек и протянул миссис Фигг. Внутри что-то сыто звякнуло. Хотя понятно, что. Милые, славные галеончики, как бы не с Поттеровского счёта. Это ведь так в духе Дамблдора — платить тюремщику за счёт заключённого. Наверное, его собратья по духу надумали уже в маггловском мире предъявлять семье казнённого счёт за потраченные боеприпасы.

Впрочем, получив деньги, Фигг криво улыбнулась и вполне угодливо распрощалась с директором. Однако, стоило Дамблдору исчезнуть в зелёной вспышке каминного пламени — и её лицо исказилось в злобной гримасе.

— Слушать тебя… выполнять твои указания… Да почти все, кто тебя слушал, не желаемого достигли, а могилы. Нет уж, Альбус, у тебя своя дорога, а у меня — своя. И нам по пути только до тех пор, пока мы идём в одном направлении. Однако жаль, что мальчишка такой живучий… главное, чтобы до совершеннолетия не дожил, — тогда всё будет потеряно…

И тут злобная ухмылка сквибки стала расплываться. Мистер Лапка передал мне всё, что смог.

Я присел и порывисто обнял книззла:

— Спасибо, Мистер Лапка! Ты — лучший.

В ответ книззл успокоительно муркнул и лизнул меня в щёку, мимолётно повеяв теплом и приязнью. Мне стало как-то легче, потому что от услышанного разговора Дамблдора и старой сквибки поневоле захотелось отмыться от грязи и мерзости человеческой. Бедный Гарька… Нет, правильно всё-таки сделал Смерть, что послал меня сюда. Тут действительно хуже, чем в каноне. Нельзя так с детьми. Ох, нельзя… Живой человек, ребёнок, а всех мыслей у облечённых властью взрослых — как бы поудобнее его использовать, а то и вообще устранить. Цинизм зашкаливает. Ну и ладно, господа хорошие, всё будет, как в поговорке — за что боролись, на то напоролись.

И начну я, пожалуй, с дорогого Вернона нашего Дурсля… А там и с миссис Фигг разберёмся.

* * *

Вернон, кстати, сумел удержать лицо, когда, вернувшись с работы, узрел меня вполне бодрым и довольным жизнью. Не знал бы я о его подставе — не заметил бы злости, промелькнувшей в его глазах. Но я знал, и поэтому, поужинав со всеми, помог Петунье помыть посуду и отправился в свою комнату. Потом пришёл гордый и довольный собой Дадли и заявил, что дочитал Диккенса. И даже сумел толково пересказать содержание книги и сделать вывод из прочитанного.

— Это здорово! — восхищался Дадли. — Мне теперь и другое лучше запоминается! Завтра надо сходить в библиотеку и получить наклейку за прочитанную книгу! Наконец-то я не буду самым последним в программе летнего чтения! А ты свою карту уже начал заполнять, Гарри?

«Какую карту?» — чуть было не спросил я, но потом смутно припомнил, что видел что-то такое, когда разбирал свои учебные принадлежности. Точно, у школы был договор с детской библиотекой Литтл-Уингинга, за каждую прочитанную книгу библиотекарь мистер Уилер давал специальную наклейку, которую надо было наклеить на карту и написать название и автора книги. Причём книга совершенно не обязательно должна была быть библиотечной — достаточно было просто рассказать о её содержании мистеру Уилеру. А в начале учебного года учительница собирала листы, и лучшие получали награду… Гарри довольно часто бывал в библиотеке и читать любил… только вот награды не получал ни разу. Дадли отбирал его лист с наклейками и разрывал на мелкие кусочки, а учительница постоянно отчитывала мальчика…

Откуда я это знаю? Так сам Дадли и рассказал в приступе искреннего раскаяния. И прощения попросил. Я сказал, что не сержусь — в принципе, после того, как исчезло действие артефакта, Дадли на глазах становился всё нормальнее. И мне тошно было от того, что я сделаю его сиротой. Но другого выхода я не видел.

Поэтому мы с Дадли начали читать новую книгу — кузен соблазнился индейцем на обложке книги Карла Мая и начал читать первый из романов о Виннету. То есть начал читать я, а Дадли продолжил, и я отметил, что он стал читать гораздо быстрее… и как-то осмысленнее, что ли.

Потом мы договорились с Дадли посетить завтра библиотеку, а потом мне нужно было поработать в церковном саду. Зарабатывать очки репутации, так сказать… А ещё мне нужно было железное алиби для того, что я задумал. А какое алиби может быть крепче слова священника?

Дадли наконец-то ушёл к себе, а я позвал Санчо и начал усиленно расспрашивать довольного моим вниманием паучка насчёт свойств его яда и сделал вывод, что задуманное мной вполне может получиться. А что касается Петуньи и Дадли… Да, кома или смерть Вернона станут для них большим ударом, но… Я успел узнать, что у Вернона весьма внушительная страховка, взносы за дом почти выплачены, да и компанией дядюшка владеет, хоть и не полностью. Но думаю, что совладелец выкупит у Петуньи её долю или будет выплачивать ей дивиденды с прибыли. Так что в материальном плане Петунья и Дадли пострадают не сильно. А насчёт морального плана… Ну, извините, Гарри дорогие родственнички всё-таки угробили. А я всего лишь защищаюсь. Главное, чтобы у Петуньи даже мысли не возникло о моей причастности к случившемуся с Верноном. И ещё… Миссис Фигг наверняка донесёт Дамблдору об этом… и как поступит Светлейший?

Я мысленно хихикнул, припомнив повороты сюжета некоторых фанфиков, где Дамблдор заставлял Снейпа жениться на Петунье. Мне это, в принципе, только на руку, но вряд ли до этого дойдёт. Скорее всего, Добрый Дедушка постарается обработать Петунью ментально. А этого нам не надо, не-ет…

Тут раздался тихий стук в окно, и я заметил сидящую на ветке крохотную и неприметную серенькую сову. Я торопливо открыл окно и сова протянула мне лапку с привязанным к ней металлическим цилиндриком размером с мизинчиковую батарейку. Я отвязал цилиндрик, поблагодарил сову пригоршней чипсов из приныканной пачки (слопала и не поморщилась, куда там совиному печенью!) и крохотная почтальонша упорхнула в окно, мгновенно растаяв в вечерних сумерках.

Письмо, как я и предполагал, было от Снейпа. Стоило мне потянуть за язычок наверху цилиндрика, как он развернулся в тонкую полоску.

«Полночь, парк Литтл-Уингинга, третья скамья от входа. Жди. С.С.»

Стоило мне прочитать письмо, как вроде бы прочный цилиндрик рассыпался прахом в моих руках. Я вздохнул. Ещё и это. Прямо злодейские планы задумывать некогда. Но раз уж назвался груздем — полезай в кузов. Нужны были союзники в магическом мире — получи и распишись.

* * *

Ровно в полночь я сидел в парке Литтл-Уингинга на скамейке, третьей от входа. Выбраться из дома ночью оказалось легко — всё семейство Дурслей к одиннадцати вечера уже угомонилось и спало крепким здоровым сном. Так что я выскользнул из дома незамеченным и со всей возможной скоростью добежал до парка.

На ночной улице было пусто, даже фонари светили как-то приглушённо и слабо, зато свежий ночной воздух разогнал остатки сонной мути в голове, так что к появлению Снейпа я был уже предельно спокоен и собран.

Сначала, я, кстати, удивился, почему Северус не забрал меня прямо с заднего двора дома Дурслей, но потом вспомнил, что он собрался меня трансфигурировать, чтобы доставить в Хогвартс, а на это заклинание могли отреагировать Следящие чары — единственные, которые точно были на доме. А появление наряда авроров для проверки лично мне точно было не нужно.

Северус материализовался неожиданно, просто шагнув из тени раскидистого дуба. Он кивком поздоровался со мной и спросил:

— Ты готов, Гарри? Это не слишком приятные ощущения.

— Готов, — ответил я.

В руке Снейпа появилась палочка, он пробормотал заклинание и вывел в воздухе слегка засветившуюся двойную спираль. И в ту же секунду я ослеп и оглох, более того, мне показалось, что я заперт в тесном тёмном помещении, так что какое-то время я потратил, борясь с приступом клаустрофобии. А потом возникло ощущение скольжения по наклонной плоскости, и, сколько оно продолжалось, я определить не мог, поскольку, справившись с клаустрофобией, ощутил сильнейшую тошноту. И это весьма мучительное ощущение продолжалось слишком долго. Так что, когда вокруг неожиданно возникли отделанные серо-белым, кое-где выщербленным кафелем стены, я упал на колени, борясь с тошнотой.

— Ну-ну-ну… — успокоительно пробормотал Снейп, поднеся к моему носу открытый флакон, — вдохни запах, а потом выпей. Всё будет хорошо…

Я вдохнул мятный запах, тошнота стала проходить, а когда я пересилил себя и сделал глоток зелья, прошла совершенно. Более того, я почувствовал себя бодрым и полным сил. Я вскочил на ноги, протянул флакон обратно Снейпу и спросил:

— Мы в Хогвартсе?

Снейп кивнул и добавил:

— Более того, мы в женском туалете, называемом туалет Плаксы Миртл. Этот призрак слишком любопытен, поэтому мне пришлось её нейтрализовать. Временно, конечно.

Я повернул голову и увидел парящий в воздухе призрак девочки, словно сотканный из серого комковатого тумана. Глаза Плаксы Миртл были закрыты, выражение лица — скорбно-отрешённое.

— К утру придёт в норму, — махнул рукой Снейп. — И, что характерно, ничего никому не сможет рассказать. Кстати, где же твой пресловутый вход в Тайную комнату, Гарри?

— Сейчас… — огляделся я и бодро порысил к умывальникам. Остановившись у них, я начал старательно разглядывать краны. На лице Снейпа отразилось некоторое сомнение в моей психической нормальности, но комментировать мои действия он не спешил. А я же просто холодным потом облился, пока не разглядел на одном из кранов нацарапанную маленькую змейку.

— Всё в порядке, — сказал я. — Вход на месте. Ты готов, Северус?

— Погоди немного, — сказал Снейп. — Сейчас к нам кое-кто присоединится.

— Лорд Малфой? — вздохнул я. — Ну да, куда же без него…

— Совершенно верно, мистер Поттер, — ответил мне красивый бархатный голос. Этакий глубокий баритон, который хотелось слушать и слушать. — Я некоторым образом заинтересован в том, чтобы это безумное предприятие увенчалось успехом.

И в туалет прямо из стены шагнул потрясающе красивый мужчина — сероглазый платиновый блондин с длинными волосами, собранными в хвост, в дорогой мантии и с тростью в руке.

— Здравствуй, Северус, — сказал он. — Здравствуйте, мистер Поттер. Не буду спрашивать, откуда вы узнали о Тайной комнате Салазара Слизерина, но вы дали мне надежду на то, что с моим сыном всё будет хорошо. Надеюсь, что я не разочаруюсь.

— Я тоже, — ответил я. — Кстати, сэр, вы умеете проходить сквозь стены?

Люциус тонко улыбнулся, но Снейп тут же разрушил его интригу:

— Маги не могут проходить сквозь стены, Гарри. Это иллюзия. На самом деле Лорд Малфой ждал нас здесь, скрытый чарами невидимости.

— Всё равно здорово, — ответил я. — Теперь мы можем отправляться?

— Вполне, — отозвался Люциус Малфой. — Ведите нас, мистер Поттер.

Я склонился над краном с процарапанной на нём змейкой, представил настоящую змею и прошептал:

— Открой-сся!

Умывальник стал плавно и бесшумно отъезжать в сторону, и глаза Снейпа и Малфоя стали одинаково круглыми, а на лицах их отразилось глубокое потрясение.

— Я не верил… — прошептал потрясённый Малфой. — А теперь…

— Погоди, Люц, — более строгим тоном сказал Снейп. — Дело ещё не сделано.

— Прошу, — улыбнулся я, — Только осторожнее — там очень крутой спуск.

И шагнул в трубу.

* * *

Помотало меня знатно, прямо как на американских горках. Правда, к концу скорость спуска замедлилась, и мне удалось приземлиться на ноги. Поверхность, на которую я приземлился, отозвалась тихим хрустом и слегка спружинила — весь пол был покрыт слоем мелких косточек. Бедный василиск, как он, должно быть, будет голоден после пробуждения — для него крыса — всё равно, что для меня крохотный леденец.

Но я не стал долго думать, быстренько отойдя в сторону, и тут же на моё место приземлился Снейп, а затем и Малфой.

Они тут же стали с любопытством оглядываться, я же только убедился, что антураж подземелья почти не отличается от показанного в фильме, и пошёл вперёд, по пути чуть не споткнувшись об лежащий скомканный выползок. Довольно красивый, кстати, — зеленовато-голубая чешуя с серебристыми просверками даже не потускнела и не выглядела высохшей. А вот Северуса с Люциусом этот выползок ввёл в настоящий ступор.

— Мерлин и Моргана! — вырвалось у Снейпа. — Гарри, прости, что сомневался… Это действительно выползок василиска!

— Какой огромный, — вторил ему белобрысый Лорд. — И он не высох, значит василиск сбросил кожу не более сорока-пятидесяти лет назад!

— Ценнейший материал, — согласился Снейп. — Ценнейший!

— Мистер Поттер, я куплю это у вас, — тут же добавил Малфой.

— Погодите, сэр, — ответил я. — Мы ещё не дошли до цели.

И я двинулся вперёд — туда, где в полумраке, слабо подсвеченном Люмосами, светились зелёными огоньками глаза каменных змей, охранявших вход в Тайную комнату.