Щит и Меч Огня (джен)

Орбитальный Университет.

В этот поздний час в бильярдной было почти пусто: всего двое посетителей. Один — у бильярдного стола, где короткими, точными ударами кия загонял шары в лузы. Второй — у барной стойки. Сидя на высоком стуле, он, казалось, издалека любовался искусной игрой первого. Вечерняя заря, проникая сквозь панорамные окна, заливала зал теплым, но немного неуютным светом. Откуда-то играла негромкая спокойная музыка.

Но спокойствие было недолгим. В бильярдную стремительно вошел блондинистый молодой человек в белом, расшитом золотом костюме. За ним следовали еще двое студентов, одетых чуть попроще, но тоже с претензией на роскошь.

— Тео Ларош! — притворно удивился блондин. -Снова партия в одиночку?

— И вам доброго вечера, Сен- Клер, — отозвался Тео, даже не взглянув на собеседника.

Жюльен Сен-Клер хмыкнул и наконец заметил еще одного посетителя:

— Леон, и ты тут? Снова воду хлещешь? Пора бы тебе попробовать что-нибудь покрепче, ты уже большой мальчик!

Один из пришедших с Сен-Клером с готовностью захихикал. Леон Ланье приветственно поднял высокий стакан с водой:

— Я без пяти минут врач, Жюльен. Я прекрасно знаю, что вода полезнее любого алкогольного напитка. Я пью воду, а не вино, чего и тебе советую.

— Избавь меня от своих советов, — отмахнулся Жюльен. — Если я буду жить так, как вы, врачи, говорите, я помру со скуки.

— А так помрешь молодым, — улыбнулся Леон.

Сен-Клер бросил на него недовольный взгляд и сделал вид, что не расслышал.

— Гаспар, Ксавье, айда вон на тот диванчик! — распорядился он и первым плюхнулся на сиденье, закинув ногу на ногу. — Господа, вы смотрели сегодняшнюю трансляцию боя? Леон, папаша твой — молодец, редкий Меч отхватил. Да и на вид девочка вроде ничего такая. Познакомился уже с ней? Или папаня твой сам ее… того-этого?

Компания загоготала.

— Ларош, — Леон повернулся молодому человеку у бильярдного стола, — скажите, у нас давно отменили студенческие дуэли?

— С применением оружия — около 150 лет назад. Если без оружия, то не отменили до сих пор. Можете вызывать оппонента на мордобой без всякого стеснения. Секунданта можете не искать, я к вашим услугам. — Тео так и не оторвал взгляда от кия.

Жюльен поперхнулся:

— Господа, вы что? Это же была просто шутка! К тому же, я не вижу ничего плохого в том, чтобы использовать Мечи и так. Мы все заканчиваем Университет, по традиции многим из нас должны купить Меч в подарок. Маменька моя недавно прислала каталог свободных Мечей, я уже себе подобрал.

— Ну-ка, покажи! — потребовал Ксавье, придвигаясь ближе, чтобы заглянуть в планшет Жюльена. — Да ну, она же просто Вода!

Сен- Клер ухмыльнулся:

— А она мне не для боя. Для кое-чего другого…

Он подмигнул, и товарищи расхохотались снова.

— Посмотрите, какая точеная фигурка! — продолжал Жюльен. — Какой прелестный цвет волос! Кстати, говорят, у рыжих прекрасная кожа, надо бы самому удостовериться.

Тео бросил кий на сукно. Его движение не осталось незамеченным:

— Тео, а почему тебе твой папаша Меч не покупает? Нельзя сказать, чтобы ему на это денег не хватало…

— Я вспоминаю… — протянул Тео Ларош.

— Вспоминаешь? — не понял Сен-Клер.

— Вспоминаю, когда мы с вами успели на «ты» перейти, — отчеканил Ларош. — И что-то не припомню. Мы с вами не друзья, Сен-Клер, и даже не приятели. Извольте быть на «вы». А по поводу Мечей я полностью солидарен со своим отцом: он считает, что Мечи должны служить только государству и быть не рабами, а военными. Надеюсь, нам удастся рано или поздно продвинуть этот закон. Спокойной ночи, господа.

Тео надел пиджак, который снял ради игры, поправил единственную золотую деталь своего костюма — брошь на галстуке, и вышел.

— Высокомерный болван, — бросил вслед ему Жюльен. — Что ж, господа, нужно нам успеть вдоволь поразвлечься, пока Лароши не продвинули этот дурацкий закон. А ты что думаешь, Леон?

— Думаю, неужели тебе мало было медных? Тебе еще не надоело?

— Ты не понимаешь! — заспорил Жюльен. — Этих медных уговаривать надо было, вешать им лапшу на уши, откупаться потом от них… А тут — полностью твоя! Что захочешь, то и сделает. Разве не заманчиво?

— Нет, — отрезал Леон. — Это мерзко. Пойду-ка и я за Ларошем. Не хочу слушать об отношениях с той, кто и «нет» сказать не может.

Леон со стуком поставил стакан на стойку и скрылся за дверью.

— Ничего ты не понимаешь, — проворчал ему в спину Сен-Клер, — в том-то и вся соль, что она «нет» сказать не может!

Меч.

— Как ваши ставки, господин Каэль? Большой куш сорвали?

За мой рукав потянули, но я отбросила руку Рэя. От злости я забыла, чем чревато может быть мое поведение, меня просто разрывало от несправедливости.

— Учитывая твои вчерашние успехи, я прощаю тебе эту дерзость, Меч Огня Сорана, — ответил Каэль. — Но придержи свой язык, будь добра. Не думаю, что ты забыла, кто расплачивается за твою несдержанность.

Вспомнив о его методах «воспитания», я стиснула зубы и все же выдавила:

— Простите, господин.

Я не могу позволить Рэю снова пострадать из-за меня.

Сегодня этот псих приехал обсудить с нами наш первый бой. «Обсудить» — это значит процедить с кислой миной, что мы кое-как оправдали его ожидания, но в следующих боях он ждет от нас большего.

— Я тебя для того и купил, Сорана, — наставительно произнес доктор, — чтобы ты приносила мне прибыль. Ты принадлежишь мне, и я волен делать с тобой все, что мне заблагорассудится. Советую не забывать своего места.

Я уставилась в пол, потому что боялась, что если буду смотреть ему в глаза, то наговорю ему еще пару-тройку «любезностей» и будет еще хуже. Хуже для меня и для Рэя.

Я оружие. Я вещь. Я породистая кобыла на скачках.

Нет! Я человек! Только как мне остаться человеком в таких условиях? Как только я подумаю, что начинаю привыкать к этому миру, он ломает меня снова.

Мои мысли прервал приказ Каэля:

— А теперь выйди, Сорана, я хочу поговорить с твоим Щитом.

Опять? Он же сам сказал, что «прощает» мне эту дерзость. Я сделала еще что-то не так?

Как же все это бесит! Выйдя из комнаты и пойдя немного по коридору, я ударила своей силой в пустоту. От боли я тут же рухнула на пол, но эта боль меня отрезвила. У меня есть сила, которой нет у них, напыщенных аристократов. Когда-нибудь я выйду из-под их контроля. А пока придется ждать и терпеть.