Северус и Стратегия (джен)

После ужина декан Флитвик собрал первокурсников в башне Рейвенкло. Их оказалось всего шестеро. В Рейвенкло редко набирались большие потоки: тех, кто тянулся не к борьбе, статусу или тёплой поддержке, а к интеллектуальной нагрузке, было немного.

Башня встречала их мягким светом зачарованных ламп: стеклянные шары под потолком лениво переливались, меняя оттенок от тёплого янтарного к холодному голубому. В воздухе стоял едва уловимый запах старой бумаги, воска и чего-то ещё — сухого и прохладного, как пыль с древних фолиантов.

За окнами шуршал ночной ветер, и откуда-то из глубины башни доносился негромкий шелест страниц — библиотека Рейвенкло жила своей собственной, почти разумной жизнью. У Рейвенкло была собственная библиотека — меньше школьной, но куда более специализированная, с подборкой редких трактатов и экспериментальных записей. Там до самого потолка тянулись узкие полки, между ними парили зачарованные таблички с названиями разделов, а на столах мерцали мягкие огоньки чар. Потом Лили и Северусу рассказали, что если зайти туда без ясного запроса, книги словно прятались: корешки тускнели, названия расплывались, а нужные разделы упрямо не находились. Зато стоило сформулировать вопрос или цель — пусть даже мысленно, — как полки отзывались: один том выдвигался чуть вперёд, другой мягко скользил в руку, а между стеллажами появлялась короткая дорожка света, указывающая путь к нужному разделу.

Неподалёку от библиотеки располагались факультетские лаборатории зелий и чар. В лаборатории зелий за матовыми стеклянными дверями тихо побулькивали колбы, мерно тикали счётчики времени для настоев, а воздух был насыщен сложным, терпким запахом трав и металлов. При виде этой роскоши Северус заметно оживился: его взгляд стал цепким, сосредоточенным, словно он уже мысленно выстраивал маршруты между полками с ингредиентами и столами для опытов.

Лаборатория чар больше напоминала мастерскую, чем класс. Вдоль стен тянулись столы, испещрённые тонкими защитными рунами; над ними медленно вращались прозрачные сферы с закреплёнными внутри заклинаниями — мягко светящиеся узоры пульсировали, то сжимаясь, то распускаясь, словно дышали. В углах тихо потрескивали стабилизаторы магического поля, удерживая чары в заданных границах, а воздух был наполнен сухим, чистым запахом озона и нагретого камня. На полках стояли кристаллы-стабилизаторы чар, каждый со своей подписью и пометками об устойчивости, а рядом лежали стопки пергаментов с расчётами: линии заклинаний были выведены так аккуратно, будто это были чертежи сложных механизмов.

Доступ к этим помещениям получали только студенты факультета.

Флитвик повторял то, что объяснял первокурсникам каждый год, — спокойно, чётко, без лишней торжественности. Он рассказал, как устроены занятия по чарам, трансфигурации и зельеварению, как формируются учебные группы, где находятся аудитории и кто из старших отвечает за каждое направление.

— Если в какой-то момент вам будет неясно, что делать дальше, какую стратегию выбрать или где искать нужные сведения, — добавил Флитвик, — обращайтесь к старостам или ко мне. В Рейвенкло не принято действовать наугад. Сначала мы анализируем ситуацию, потом определяем, что именно нужно сделать, и только потом берёмся за дело.

Лили подняла руку и спросила декана, как лучше выбрать основное направление учёбы. Декан Флитвик посмотрел на неё с одобрением, словно услышал именно тот вопрос, ради которого и собирают первокурсников каждый год.

— Хороший вопрос, мисс Эванс. Не спешите с выбором. Пройдитесь по всем группам, посмотрите, как там работают, подумайте, какие задачи вам действительно интересны, понаблюдайте, и только потом решайте. Многие не торопятся с выбором до второго курса.

На следующее утро староста Рейвенкло, Уильям МакДугал, с которым Лили и Северус познакомились в поезде, раздал первокурсникам расписания и карты замка. Карты были живые: коридоры на них чуть шевелились, лестницы медленно меняли направление, а некоторые двери время от времени подмигивали тонкими золотыми контурами — словно намекали, что сегодня они могут оказаться не там, где были вчера.

МакДугал протянул каждому ещё и тонкий пергамент с собственным расписанием, аккуратно подписанным ровным почерком.

— Если понадобится поговорить или что-то уточнить, ищите меня в любое окно между занятиями.

Он говорил спокойно, без нажима, с уверенностью человека, привыкшего всё продумывать наперёд.

— Дальше всё зависит от вас. Но мой совет: сначала понаблюдайте. Не спешите общаться с другими факультетами, особенно с Гриффиндором: они шумные, импульсивные и любят решать всё дракой — а для вас это будет просто напрасная трата сил. А, вот еще что: вас шестеро. Договоритесь заранее, кто с кем сидит на занятиях. Так будет меньше лишней беготни.

Лили понравился этот подход: наблюдать, не отвлекаться на лишнее, выбирать осознанно. В Рейвенкло, похоже, всё начиналось именно с этого.

Северус и Лили, разумеется, сели вместе.

— Мы соседи и давно дружим, — спокойно сказала Лили.

Северус с гордостью кивнул.

* * *

Гриффиндорцы не заставили себя ждать. Ещё до ужина двое мальчишек из поезда бесцеремонно оттеснили Северуса и уселись рядом с Лили.

— Просто интересно, что такая девчонка забыла за таким скучным столом, — с улыбкой сказал Джеймс. — Пересаживайся к нам.

— Это стол моего факультета, — спокойно ответила Лили. — Мне тут нравится.

— Да брось, — усмехнулся Сириус.

— Пожалуйста, встань. Это место занято, — ровно сказала Лили. — Здесь сидит мой сосед.

— Уже нет, — фыркнул Сириус и толкнул Северуса плечом.

— Мистер МакДугал, — негромко позвала Лили.

Уильям, некоторое время наблюдавший эту сцену, спокойно подошёл, без лишних слов схватил обоих мальчишек за запястья и подвёл к старосте Гриффиндора.

— Эй, Макфи, — сказал он с лёгкой усмешкой, — у тебя в этом году первокурсники какие-то голодные: по чужим столам шастают.

Кормак Макфи, высокий, широкоплечий, с типично шотландским упрямым выражением лица, обернулся.

— О, Билл, привет! Как лето прошло? — улыбнулся он, потом хмыкнул и окинул взглядом провинившихся. — Сейчас я с этими бойкими разберусь. У меня тут, знаешь ли, целый курятник — слежу за цыплятами, как дракклова наседка.