Щит и Меч Огня (джен)

Щит.

Рэй в последний раз плеснул себе в лицо пригоршню холодной воды и посмотрел на себя в висящее над раковиной зеркало. Свет в туалете госпиталя был яркий, и наливающийся на скуле синяк можно было разглядеть во всех подробностях. Скула ныла, а плечо как бы простреливало болью при движении левой рукой. И да, еще щека порезалась о зубы от того удара по лицу. Господин доктор был еще милосерден: ни кости, ни внутренние органы не были повреждены, а синяки и ссадины заживут. Тем более, что это еще цветочки, а ягодки будут впереди, когда его Меч Огня будет учиться быть мечом.

Кстати, сегодня она явно не понимала, что происходит. Это очень нехорошо. Она не из Нижнего Мира, она вообще не из этого мира и, по всей видимости, не привыкла подчиняться. Если она не научится этому как можно скорее, то тяжко придется всем. Но, кажется, госпожа Сорана не лишена сочувствия. Это хорошо. Может, быть Щитом иномирянки не так уж плохо, как ему казалось вначале.

Оторвав из диспенсера бумажное полотенце, Рэй промокнул лицо, стараясь не задевать левую скулу. Синяк не спрячешь, но крови больше нет, поэтому можно возвращаться в палату к госпоже. Он еще раз окинул взглядом туалетную комнату и усмехнулся, представив отхожие места и умывальники Нижнего Мира, куда скоро предстояло отправиться ему и его Мечу. Наверное, госпожа Сорана будет в полном шоке от контраста.

Желудок требовательно забурчал. Столовая госпиталя сегодня отказалась его кормить, мотивируя это тем, что, во-первых, он был наказан, а во-вторых, его Меч очнулась и теперь его нужды — только ее забота. Только вот рассказать ей об этом явно забыли. Придется самому.

Подходя к двери палаты, Рэй взялся было за ручку двери, но замер. Оттуда слышались всхлипы. Меч плачет? С чего бы она? Наверное, сегодняшнее происшествие было для нее слишком. Что ж, госпоже Соране следует постараться привыкнуть. Иначе ни она, ни он не выживут. Но с новой информацией придется повременить.

Щит уселся на уже привычное место на полу у двери. Он не будет пока заходить в палату, пусть Меч выплачется. Ее Щит подождет.

Меч.

Утром выяснилось, что «господин доктор» сегодня не придет, у него дела. Лавиния показала упражнения вместо него и даже накормила меня кашей с ложечки. Я уже, хоть и с трудом, но могла шевелить руками и старалась взять ложку сама, но та пока выпадала из пальцев.

— Не торопись, девочка, постепенно у тебя все получится, — сиделка погладила меня по голове.

Это верно, конечно, но Каэль ясно выразился: от моей скорости завишу не только я. Кстати, а где Рэй?

— Твой Щит? За дверью сидит. Позвать?

— Нет, не надо.

Мне было как-то неловко смотреть ему в глаза после произошедшего. Несмотря на то, что бил Рэя этот псих доктор, меня не покидало чувство вины. Получалось, будто именно я подложила своему Щиту свинью.

Мысль зацепилась за фразу «сидит за дверью», но я отогнала от себя беспокойство. Какая мне разница? Хочет там торчать — пусть торчит. Меньше проблем будет… и от меня в том числе. Да и судя по той фальши, которая звучала в холодном, но безупречно уважительном его ко мне обращении, он явно не рад тому, что его Меч именно я. Я тоже, между прочим, не рада! Я не просила забирать меня из моего родного мира, стирать мне память и превращать меня в инструмент!

Но снова быть причиной чужих страданий мне не хотелось, поэтому я попросила Лавинию помочь мне выполнить упражнения, прописанные Каэлем, по второму кругу. Я должны была встать с этой уже начинающей меня раздражать кровати.

Доктор явился на следующий день. Он энергично прошагал к моей кровати, сверкая безупречно чистым белым халатом.

— Ну, как дела? — голос «господина доктора» был бодр и дружелюбен. Если бы я не видела, что он тогда вытворял, я бы поверила в его доброжелательность.

— Все хорошо, господин доктор, — смиренно ответствовала я, памятуя об его «уроке». — Смотрите, я уже могу поднимать ноги и руки.

Я старательно продемонстрировала ему свои заново приобретенные навыки. Каэль одобрительно кивнул:

— Молодец! Вижу, что подвижность восстанавливается. Если так пойдет, то с помощью моих лекарств и своего усердия сможешь встать даже раньше конца недели. Где твой Щит? Я хочу показать ему, как делать тебе массаж, чтобы ты быстрее пришла в норму. Рэй!

Каэль подтянул вошедшего Рэя за локоть к моей кровати. Я с замиранием сердца отметила синяк на лице моего Щита. Но Рэй вел себя так, будто ничего особенного не произошло.

— Смотри, — начал доктор, скидывая с меня одеяло (как хорошо, что на мне была больничная пижама!), — смотри, вот так берешь ногу и…

Доктор осекся, внимательно вглядевшись в лицо Щита, схватил того за запястье и, видимо, начал считать пульс. Затем, резко отбросив его руку, отрывисто спросил:

— Сколько дней ты не ел?

Рэй опустил голову ниже и молчал. Каэль добавил в свой голос металла:

— Отвечай, я ведь все равно узнаю.

— Два дня, господин, — тихо ответил Щит.

— Сегодня третий?

— Да, господин.

— Так, — протянул «господин доктор».

Каэль теперь смотрел на меня, и я внутренне похолодела от его взгляда. Он так же смотрел, когда…

— Опять вас надо учить. Хорошо, что я сегодня прихватил ее с собой. Эй! — крикнул он куда-то в коридор. — Принесите мне мою плеть!

Что, опять?! Что мы не так сделали? В чем я снова виновата?

Пока мои мысли лихорадочно метались в голове, а я сама не могла произнести ни слова от изумления, мой Щит… начал раздеваться. Он снял с себя свой верхний «кафтан», затем черную рубашку из шелковистой ткани и встал на колени, перекинув свои длинные волосы со спины вперед.

В любое другое время я бы полюбовалась его подтянутым и спортивным телом, но не сейчас, когда я знала, к чему все эти приготовления.

В руках того психа оказалась плеть, которая в сочетании с белоснежным халатом смотрелась еще ужаснее, несмотря на инструктированную золотом рукоять. Взмах, и на спине Рэя осталась красная полоса. Щит дернулся от боли, но даже не вскрикнул. Зато закричала я:

— Да что опять не так?! Теперь-то за что вы его бьете?

— Ах, да, — повернулся ко мне Каэль. — Я забыл, что ты еще не все понимаешь. Щит Огня Рэй! Расскажи своему Мечу, за что я тебя наказываю.

— Госпожа, — стоящий на коленях Рэй склонился в уже знакомом мне низком поклоне, — господин наказывает меня за то, что я настолько сильно пренебрег своим здоровьем.

— Чего?! За это здесь порют плетью? — я от злости даже почти села в кровати.

Псих доктор вздохнул.

— Я все упускаю из виду, что ты совсем не знакома со здешними правилами. Давай-ка я объясню подробнее. Вот это, — доктор рукоятью плети приподнял подбородок Рэя и развернул его лицо в мою сторону, — полностью принадлежит тебе. Это значит, что он — твоя собственность и твоя ответственность. Это значит, где он спит, что он ест и во что он одевается — это твоя и только твоя забота. Твой Щит не ест уже третий день! Немаленькая оплошность, тебе так не кажется? Ты же так могла испортить ценный инструмент!

— Но я… но я же не знала, — залепетала я. — Мне никто об этом не говорил!

— За это и был первый удар. За то, что Рэй тебе об этом не рассказал. А вот второй…

На спине Щита расцвела вторая полоса.

— Это за то, что ты сама не догадалась об этом спросить. Мне передали, что за весь вчерашний день ты ни разу не призвала к себе Рэя. Что тебе стоило просто поинтересоваться, что ел твой Щит на завтрак?

— Но.. — протестовала я, — но ведь тогда за это нужно наказывать меня, а не его!

Хлесть! Рэй вздрогнул и выпустив воздух сквозь стиснутые зубы. Этот удар был явно сильнее предыдущих.

— Меч Огня Сорана! Я был к тебе снисходителен, потому что ты из другого мира. Но я не потерплю, чтобы ты мне указывала, что я должен делать. Запомни наконец: он твой Щит! Понимаешь хоть значение слова «щит»? Тебе тоже перепадет плетей, когда поправишься, не беспокойся, но большая часть того, что должно обрушиться на тебя, будет доставаться ему. И в будущем не смей повышать на меня голос, не то…

Четвертая полоса.

— Сорана, во время твоего беспамятства твой Щит кормил я. Теперь ты очнулась и должна заботиться о нем сама. Как будешь решать эту проблему?

Каэль, поглаживая рукоять плети, выжидательно смотрел на меня. Что ж, придется приспосабливаться к безумным правилам этого мира.

— Благодарю, господин Каэль, что взяли на себя заботы о моем Щите, — мой голос звучал ровно и так же фальшиво почтительно, как у Рэя. — К сожалению, я еще слаба, поэтому вынуждена умолять вас позаботиться о нем до моего выздоровления.

— Верный ответ. Как и я говорил, ты быстро учишься. Щит Огня Рэй! — «господин доктор» выудил из кармана маленькую фарфоровую бутылочку и бросил ее Щиту. — Твой Меч беспомощна, так что раны и синяки этим ты смажешь сам.

Мой Щит поймал бутылочку и снова склонился почти до самого пола.

— Да, господин. Благодарю, господин.

После ухода доктора повисло молчание. Я полусидела-полулежала на своей проклятой кровати и думала: за что мне это все? Я не хочу быть Мечом, не хочу нести за кого-то ответственность, не хочу и минуты оставаться на этой кошмарной планете Несмуа! Хочу домой, но знать бы еще, где мой «дом» и что это? Сейчас у меня нет иного выбора, как выжить здесь. И мой единственный союзник все еще стоит вон там, так и не поменяв своего положения. Ждет моего разрешения, видимо.

— Почему… — мой голос прерывался от сдерживаемых эмоций, — почему ты раньше об этом не сказал?

— Когда госпожа только очнулась, господин Каэль запретил много тебе рассказывать, чтобы поберечь твой мозг, еще не окрепший после стирания памяти.

— А потом? — не сдавалась я. — Что мешало тебе рассказать об этом потом?

— Потом госпожа была слишком расстроена, чтобы утруждать ее этим.

— Утруждать?! — я подскочила бы на кровати, если бы могла. — Тебя выпороли из-за этого, а ты просто не хотел «утруждать»?!

— Это пустяк, со мной все хорошо, госпожа. Не стоит беспокоиться, я знал, что в случае чего наказание получу я, а не ты.

— Пустяк?! — кажется, у меня снова начиналась истерика. — Ты себя в зеркале видел? Тебя избили позавчера и добавили сегодня. Как ты можешь оставаться таким спокойным?

Во взгляде Щита снова читалось полное недоумение. Он искренне не понимал моей злости. Ну да, он в родном мире, это для него в порядке вещей. После нескольких секунд молчания Рэй проговорил:

— Господин доктор справедлив: он никогда не наказывает просто так, ради забавы. Более того, сегодня он проявил милосердие — оставил мне лекарство. К завтрашнему дню я буду уже в порядке.

— Наказывать просто так? Здесь и такое бывает?

Во взгляде Щита я прочитала ответ: бывает.