Щит и Меч Огня (джен)

Леон Ланье.

— Звал, папа?

Леон быстрым шагом приблизился к столу. Каэль отложил бумаги, которые просматривал до прихода сына:

— Леон Ланье, разве ты не знаешь, что неприлично заходить без стука?

— Даже к собственном отцу? Папа, не превращай наш дом в филиал своей работы, — отмахнулся юноша и, придвинув стул, сел напротив отца.

Каэль бросил на него недовольный взгляд, но не стал спорить и перешел к делу:

— Леон, ты закончил Университет, пора тебе войти в круг золотых аристократов. Лучшего места, чем Салон госпожи Женевьевы, не найти. Можно, конечно, и просто приходить туда делать ставки, как Монфор, но предпочтительнее быть владельцем Щита и Меча. Меч, как ты уже знаешь, я тебе купил, но ты ни разу ею не заинтересовался. Даже имени не спросил.

— Пап, может, не надо? Это же такая морока со всеми этими Мечами, Щитами, Академиями… Я хочу разрабатывать новые лекарства, а не ломать голову, что мне делать с двумя людьми, которые полностью от меня зависят.

— Леон! Я тебе уже много раз объяснял, что без связей ты ничего в Верхнем Мире не добьешься. У тебя даже шансов на твои разработки может не быть! Кто будет оплачивать тебе финансирование твоих исследований? Фармацевтические компании? А они тебя знают? Чтобы о тебе узнали, надо зарекомендовать себя не только как специалиста, но и как светского человека. Поэтому для тебя один выход — Салон!

— Ладно, ладно, папа, я понял. Хорошо, я на этой неделе спущусь в Нижний Мир и посмотрю на мой Меч. Заодно и Щит выберу, как ты сказал. Как там зовут мой Меч?

— Меч Воды Верена.

— Воды, да? Как-то несерьезно.

— Тебе пока и Воды хватит. Меч Воды — все равно Меч.

Леон вздохнул: ему еще ни разу не удавалось переспорить отца. Взгляд юноши упал на стол Каэля. Там, среди бумаг, он заметил… рисунок. Вытянув лист, Леон принялся рассматривать набросок карандашом: какие-то развалины, заросшие травой и деревьями. В углу он заметил подпись, сделанную неуверенным почерком: «Элоиза Клермон, 17 лет».

— Что это? — не удержался от любопытства Леон.

— Рисунок, как видишь. Вот еще, — с этими словами Каэль нашарил в кипе бумаг на столе еще несколько набросков. Один был даже выполнен акварелью. — Что скажешь?

— Ну… — протянул Леон. — Техника, конечно, хромает, но задатки у этой Элоизы явно есть. Кто это?

— Талантливая медная. Завтра поеду в твой Университет к ректору, господину Арману, буду настаивать на ее поступлении.

Леон удивленно уставился на отца:

— Папа, ты же сам был недоволен, что медным дали право учиться вместе с золотыми и серебряными. Что вдруг изменилось?

— Изменились мои планы. И теперь внезапная демократичность Армана Дюбуа, добившегося этого права для медных, мне только на руку.

— А это…? — Леон заметил на столе еще одну бумагу. «Результаты комплексного медицинского обследования. Ян Клермон. 14 лет».

— Они родственники? — юноша был явно заинтригован.

— Брат и сестра. Мальчишка вопиюще невежественен, но достаточно здоров, чтобы пойти к Гюнтеру, в его службу Переходов. Я уже договорился.

— Пап, — осторожно начал Леон, — хотя медным и позволили учиться в университете, обучение осталось платным для всех. Те немногие, что учились вместе со мной, имели покровителей среди золотых. Аллена Кляйна, например, поддерживал судья Ларош, остальных — тоже кто-то из круга господина Лароша. Гюнтер учит своих бесплатно, но еда, форма, обувь и прочее — за счет воспитанников. Это тоже, думаю, недешево. Клермоны-то потянут?

— Все расходы я возьму на себя, — проговорил Каэль.

Леон от удивления выронил документ:

— Я тебя не узнаю, папа. С каких пор ты занялся благотворительностью? Ты перед ними в долгу, что ли?

— Рано тебе пока знать, — отрезал Каэль. — Выбери себе Щит, не затягивай с этим. Через месяц пойдешь со мной в Салон.

Доктор махнул рукой, показывая, что разговор окончен.

Меч.

Как и говорил Каэль, Рэй встал на ноги через три дня. Мое же восстановление заняло неделю. И все равно это поразительно малый срок для заживления всех ран, что достались на нашу с Рэем долю. На месте моего ужасного ожога не осталось даже шрама. Почему-то мне кажется, что в моем мире это было бы невозможно, иначе я бы так не удивлялась.

Наверное, именно потому господа и не сдерживают себя в обращении с нами, что убить или покалечить при таком уровне восстановительной медицины невероятно сложно. А что чувствует наказываемый в процессе, их не заботит. Гады. Самих бы хоть разок плеткой угостить, интересно, как бы они тогда запели?

Когда мы вернулись в Академию, то меня сразу же окружили другие Мечи.

— Ты как? Я о тебе волновалась, — обеспокоенная Верена прикоснулась к моему боку.

Фырканье Аэллы было таким знакомым и привычным:

— Жива она, как видишь. Что ей сделается?

— Кстати, спасибо, Аэлла, без тебя я бы живой не выбралась, — я протянула было к ней руки, чтобы обнять, но Меч Воздуха отпрянула.

— А так ты выбралась чуть живой. И давай без рук.

Но я заметила, что уши Аэллы чуть покраснели.

— Сорана, — медленно проговорила Сабина. — Я… Я клянусь, что не знаю, что это было. Все произошло на моих глазах, и я никак не успела среагировать. Тебя отбросило слишком далеко, а перед нами были ксиги. Я сама не понимаю, нарочно ли Векс это сделал или это была случайность. Он ничего не говорит. Я его хорошенько проучила, а спустя два дня его наказал и господин Андриан. У меня есть подозрения, но… это только подозрения. Но, уверяю тебя, к тому, что произошло в том бою, я непричастна!

Мне показалось, что она говорила правду. Может, она действительно не имела к этому никакого отношения, но теперь доверять паре Земли все равно было опасно. Судя по всему, Сабина, хоть и охаживала Векса, по ее словам, время от времени плетью, реальной власти над ним она не имела. А ее подозрения… Что ж, и у меня есть подозрения. Но показывать их сейчас я тоже не буду.

— Все хорошо, Сабина, — я попыталась улыбнуться. — Я тебе верю. Думаю, Каэль… то есть господин Каэль это сам выяснит.

Щит.

От внушительного удара в челюсть Векса отбросило к стене. Он медленно встал с пола и сплюнул кровь. Щит не увернулся, хотя явно мог, только прямо смотрел на Рэя, и его глаза горели странным огнем в темноте вечерних коридоров.

Рэй сгреб Щита Земли за одежду на груди и прошипел:

— Наша ссора касается только нас с тобой. Не втягивай туда других! Если осмелишься провернуть подобное еще раз, клянусь, я тебя убью. Ты сильнее меня, но я найду способ. И знаешь что? Господин Каэль меня даже на Барьер за это не отправит! Шкуру спустит — это да, но мне уже не привыкать по твоей-то милости. А на Барьер не пошлет: слишком многое нас с ним связывает. Надеюсь, ты меня понял.

Щит Огня отпустил Векса и ушел в темноту, не оборачиваясь. Векс некоторое время смотрел ему в спину, затем прошептал:

— Я не этого хотел…