Щит и Меч Огня (джен)

Леон Ланье.

— Надеюсь, ты помнишь, что нужно соблюдать правила службы Переходов? — строго спросил Каэль, указывая на разложенные в кресле одежды Нижнего Мира.

— Помню, папа, помню, — обреченно вздохнул Леон. Ему очень не хотелось менять строгий костюм на эти пафосные тряпки. Но делать было нечего: правила есть правила. Молодой аристократ присмотрелся к этой куче богатого тряпья и обернулся к отцу:

— Я, конечно, все понимаю, но вот это что такое?

Леон брезгливо, двумя пальцами, приподнял плеть за кончик.

— Это же дикость, папа!

— Это не дикость, а символ твоего статуса в Нижнем Мире, Леон!

Леон разжал пальцы, и плеть упала на кресло.

— Нам в Университете говорили, что мы, господа Верхнего Мира, должны относиться к Нижнему с любовью и по-отечески…

— А ты знаешь, что в те времена, когда придумывали эти правила, и потомков золотой аристократии пороли только держись? — оборвал его Каэль. — «По-отечески» — это и означало воздействовать когда ласковым словом, а когда и плетью. Сейчас мало что изменилось, Леон. Ты должен научиться пускать плеть в ход строго, но справедливо.

— А ты сам-то ею пользуешься? — Леон пристально посмотрел на отца.

Тот не отвел взгляд и твердо ответил:

— Пользуюсь. Не смотри так на меня, Леон. Думаешь, я чудовище какое-то? Ты еще чудовищ не видел.

Каэль достал с полки фотоальбом и жестом подозвал сына.

— Вот, смотри. Это Филипп Леру. Мой однокурсник. Но сейчас он не врач и никогда им больше не будет. Знаешь, почему? Учась на последних курсах Университета, он часто спускался в Нижний Мир. Там он на деньги своих родителей организовал притон, куда насильно притаскивали «нижних». Не все выживали после тех развлечений, что там устраивал Филипп и такие, как он. В итоге даже Верхний Мир, обычно равнодушный к тому, что происходит в Нижнем, устроил облаву и разогнал этот бордель. Филипп тогда выплатил крупный штраф. Но он не успокоился — купил себе Меч и Щит. После третьего Щита, умершего якобы от несчастного случая, ему запретили покупать Мечи и Щиты, а также лишили его медицинской лицензии. Убийца не должен лечить людей, я с этим полностью согласен. Ты понимаешь, Леон, зачем я тебе это рассказал?

Немного обескураженный Леон неуверенно кивнул.

— Найди золотую середину, ты ведь аристократ, — продолжал Каэль. — Поощряй успехи и наказывай за промахи. Будь справедлив, а не мягкотел и тем более не жесток.

— А ты…, — проговорил Леон, — ты справедлив, папа?

Каэль немного помолчал, затем ответил:

— Я стараюсь. Но я не святой, Леон, не буду тебе лгать. Пару раз я в гневе перегибал палку, чем нисколько не горжусь. Поэтому тебе я советую быть сдержаннее и хладнокровнее.

— Я понял, папа.

Оказавшись в Академии, Леон окончательно понял, что он понятия не имеет, что делать, а сам факт, что он должен кого-то «купить», его коробит. Но нужно было с чего-то начинать, и он затребовал с главы Академии досье выпускников. Все досье, включая уже купленных Щитов. Молодой аристократ хотел понять, какими критериями руководствовались его отец и другие в этом выборе.

Но перелистывание бумаг не внесло никакой ясности. Вот, например, Щит его отца — Рэй. Почему папа выбрал именно его? Зная отца, Леон был уверен, что тот обязательно взял бы лучшего. Кора. Первого в списке выпускников. Но почему внимание его отца привлек не первый, не второй, а всего лишь третий?

Андриан Вальмонт купил второго. Снова не лучшего, а второго, Векса. Почему? Кор был слишком идеален для него?

В итоге Кор достался тому, кому и не был особо нужен. Наверное, это очень обидно для Щита. Но Верхний Мир, как давно заметил Леон, не заботится об обидах Нижнего.

Единственно понятным выбором была покупка Гюнтера. Старый вояка грезил созданием идеальной боевой пары, вот и подобрал себе «дальников».

Что ж, видимо, выход — это самому посмотреть на тренировки Щитов. Может, тогда его, Леона, и осенит.

Щиты.

В этот небольшой перерыв между тренировками Зиг с таинственным видом громко прошептал переводящим дух Щитам:

— А у меня новость есть! Слыхали, к нам сегодня молодой золотой приехал? Щит выбирать будет!

— И откуда ты все знаешь? — буркнул Дорн, перебирая стрелы для арбалета.

— Уметь надо! — показал ему язык Зиг. — И, кстати, знаете, кто это? Говорят, это сын Каэля Ланье, господина Рэя. Вот бы меня выбрали…

Дорн поднял на него хмурый взгляд:

— Если это сын господина Каэля, то он может быть весь в отца. И будешь ты вечно с поротой спиной ходить, вон как Рэй.

— А что, так заметно? — Рэй повернул голову, пытаясь разглядеть собственную спину.

— Не заметно, — успокоил его Щит Воздуха. — Твой Меч явно не жалеет на тебя лекарства. Но от тебя этим «Регенексом» шагов за двадцать уже разит, весь пропах. Что, в прошлый раз сильно досталось?

— Ну… неслабо, — чуть улыбнулся Рэй.

— Оно и видно. То-то от тебя лекарством вдвойне сильнее несет.

— Кстати, Рэй, а чего он тебя полосует-то? — влез в разговор Зиг. — Неужели так сильно косячишь? Во время учебы что-то это незаметно было, наоборот, меньше всех получал. Ладно я: только встал, рот для зевка раскрыл — три плети уже заработал. Дескать, не так, не в том месте и не с той громкостью зевнул. А ты что?

— А это не он косячит. Это его Меч, а он за нее огребает.

Но Щиты даже не повернулись к тому, кто это сказал. После того инцидента Векс как бы перестал существовать для остальных.

Зиг взъерошил волосы:

— Вы все как-то изменились. Рэй теперь умудряется молчать еще больше, чем раньше. То есть больше, чем всегда. Не знаю, как ему это удается, но факт. К Вексу теперь и подойти нельзя, того и гляди укусит. Вот-вот, видите! Когда он кидает на меня такие взгляды, мне хочется спрятаться за что-нибудь надежное. За Рэя, например. А на Кора и посмотреть страшно.

— Не лезь к Кору, — предостерегающе бросил Дорн.

— Я и не лезу! — в голове Зига послышались обиженные нотки. — Я, конечно, дурак, но не настолько.

— Тут не угадаешь, насколько ты дурак, — примирительно проворчал Щит Воздуха.

— Знаешь, чем ты мне нравишься, Дорн? Тем, что ты один не меняешься. Все такой же невозмутимый ворчун, как и всегда. Дай-ка я тебя обниму!

— Отвянь!

Зиг ловко увернулся от пинка Дорна, но врезался в стойку тренировочных мечей. Стойка покачнулась, и с нее свалился один из мечей Зигу прямо на ногу, благо, что в ножнах. Когда Зиг зашипел от боли и запрыгал на уцелевшей ноге, Щит Воздуха удовлетворенно хмыкнул:

— Я знал, что так будет.

Леон Ланье.

Наблюдавший эту сценку из окна кабинета главы Академии Леон улыбнулся.

— Кто это, Себастьян?

— Кто именно, господин Леон? — глава Академии тоже подошел к окну.

— Вон тот. На одной ноге прыгает.

— Ах, он. Это Зиг.

— Пригласите его ко мне, Себастьян.

— Вы уверены, господин Леон? Зиг- неплохой боец, но в обычной жизни он болтлив, неуклюж и вечно влипает в истории. Не хотите посмотреть других?

Леон кинул еще один взгляд на площадку и твердо проговорил:

— Пригласите Зига, Себастьян.