Положительный результат (джен)

Один из единорогов кинулся вдогонку за пауками, а второй подошёл ко мне и положил голову на плечо, ласково фыркнув.

«Смелый ты, детёныш…» — прозвучало у меня в голове.

— Ой! — вырвалось у меня. — Вы разговариваете?

Что-то я такого не припомню…

Единорог насмешливо фыркнул: «Мы умеем общаться мысленно, как и большинство детей Магии. Только из вас, магов, слышат нас единицы. Ты, оказывается, из таких. Редкий дар, редкий… Да ещё и феи тебе подарок сделали…»

— Вы про пыльцу?

«Про неё, ага… — единорог тряхнул роскошной гривой. — Феи редко делают подарки смертным, ты и впрямь сумел им угодить».

В смысле? То есть шоколад феечкам понравился, это я понял, но причём здесь пыльца?

«Неуч, — беззлобно отозвался Единорог, — пыльца фей, да ещё отданная добровольно, притягивает удачу. Но только в ночное время. С рассветом это прекращается… до следующего заката».

Вот лафа-то! Всегда мечтал ночью гулять по тëмной улице в короткой юбке! А если серьёзно — мне лишняя удача не помешает — хоть днём, хоть ночью, если учесть количество желающих помножить меня на ноль.

— Спасибо за информацию, — отозвался я. — Это из-за пыльцы акромантулы сразу на меня не напали?

«Да нет, они просто обалдели от твоей наглости, — фыркнул единорог. — Шутка. Действительно, тебе помогла пыльца фей. Эти твари могут быть очень быстрыми. И подлыми. Нас, взрослых, они не трогают, боятся. А вот стоит детёнышу отбиться от стада — они тут как тут».

— Вот же погань… — вздохнул я. — Почему их до сих пор не ликвидировали?

«Маги редко бывают в сердце Запретного леса, — вздохнул единорог. — А дорогу к логову этих тварей знает только великан из замка. А он их любит и они его не трогают».

— А оборотни? Они же могут собраться и уничтожить акромантулов, — сказал я.

«Могут. Но великан из замка в отместку может навести на их поселение охотников на Тёмных тварей. У них и так немного мест, где они могут жить сравнительно спокойно, поэтому они не трогают пауков, если те не нарываются», — вздохнул единорог.

Ох уж этот мне Хагрид… Поселил, понимаешь, «милого паучка» в Запретном лесу… Но это ещё полбеды — этот его акромантул… как его там… Арагог, кажется, сам по себе помер бы рано или поздно, так нет! Хагрид ему самку нашёл. Самку, Карл! Чтобы «бедный паучок» не скучал! Так Арагог и не скучал. А занялся воспроизводством потомства с небывалым энтузиазмом, вовсе не думая о том, чем будет это самое потомство кормить. А теперь от этого страдают не самые худшие обитатели Запретного леса. Интересно, а насколько обрадуются ДМП и аврорат наличию колонии акромантулов в лесу по соседству со школой, полной шебутных детишек, всегда готовых на подвиги? Вот не верю, что никто из школяров никогда в Запретный лес не совался… А как относится потомство Арагога… да и он сам… к мажатам, я помнил из канона. Рона и Гарри эти милые паучки чуть не слопали, а ведь те представились Арагогу друзьями Хагрида.

Так что наверняка были несчастные случаи, возможно даже со смертельными исходами, только они либо скрывались Светлейшим, либо толком не расследовались, как смерть Плаксы Миртл. И если в первом случае тут вина руководства школы, то во втором налицо преступная халатность правоохранительных органов. Впрочем, не попробуешь — не узнаешь. А акромантулам не место в Запретном лесу, в этом мне пришлось убедиться лично.

«Не расстраивайся, — возникли у меня в голове слова единорога. — Мы довольно давно живём бок о бок с этими существами и научились защищаться. А тебе нужно вырасти… вокруг тебя много опасностей — я чувствую это. Не тебе разбираться с восьмилапыми… во всяком случае не сейчас точно».

Я вздохнул. Интересно, а Снейп знает об акромантулах? Не может не знать, он же ходит в Запретный лес за ингредиентами. Но что-то мне подсказывает, что никого из силовых структур он в это знание не посвящал. Почему? Не понимает смертельной опасности нахождения этих существ рядом с Хогвартсом? Понимает, ибо не дурак по определению. Да и другие преподаватели… Меня в каноне всегда удивляла их избирательная слепота… Или Дамблдор им запрещает? Всё, что происходит в Хогвартсе, остаётся в Хогвартсе? Вообще-то вполне возможно. Надо бы аккуратно Снейпа расспросить об этом. Обругает, конечно, обшипит… ну и пусть, у меня психика крепкая, переживу. Кабы не крепкая психика, я бы уже давно чокнулся в этом дурдоме, удивительно, как бедный Гарька вообще до своих лет дожил…

Толчок в плечо мордой и ласковое фырканье отвлекло меня от раздумий.

«Так куда тебя доставить? — спросил единорог. — Ночь уже наступила, а ночью здесь… неуютно».

Я огляделся. Неуютно — это да. Нас окружала почти чернильная тьма, наполненная странными, пугающими звуками. Хруст, треск, чей-то тонкий визгливый писк, уханье… Всё это сливалось в жутковатую и пугающую симфонию ночного леса.

Только чуть светящаяся шерсть единорога немного разгоняла тьму, а рог у него во лбу вообще сиял, как маленький фонарик. Красиво…

— Если можно… мне всё-таки хотелось бы к оборотням, — тихо сказал я.

Единорог важно кивнул и согнул колени.

Я осторожно взобрался к нему на спину и обхватил за изящно выгнутую шею. Мистер Лапка прыгнул на круп и вцепился в достаточно свободное худи когтями. Единорог насмешливо фыркнул и плавно тронулся с места, постепенно набирая скорость. Бег его был быстрым, но ровным и плавным, так что свалиться мне точно не грозило. Я попытался оглядеться по сторонам… и кое-что разглядел.

Мы проскакали мимо поляны, на которой кружились феечки, распевавшие что-то нежными голосами и рассеивавшие вокруг радужную пыльцу, мимо высоченного дерева, на ветвях которого расселись странные существа, более всего похожие на еловые шишки, к которым кто-то приделал узловатые ручки и ножки и круглые глазки. Они тоже слабо светились.

Потом я увидел трёх кентавров, которые разглядывали ночное небо и о чём-то ожесточённо спорили. Видимо, выясняли степень яркости Марса. На нас они даже внимания не обратили, так были увлечены.

И наконец единорог вынес меня на поляну… точнее — целую прогалину, на которой разместилось штук сорок небольших домиков, построенных из нетёсаного, как иногда говорят, «дикого», камня. Впрочем, кроме материала, в домах ничего дикого не было. Уютно светящиеся окна, черепичные крыши, садики возле домов с цветами и какими-то ягодными кустарниками. Как я всё это разглядел в ночи? Так поселок освещали кованые фонари на столбах, разгонявшие тьму… и далеко не все обитатели сидели дома. По улице бродили компании парней и девушек, которые то сходились, то расходились, то обменивались ехидными замечаниями, то затевали какие-то состязания.

В целом, не знай я, что обитателей этого места маги причисляют к Тёмным тварям и всячески гнобят, ни за что бы не догадался.

Молодёжь быстро заметила приближение единорога со мной на спине и замерла в ожидании. Агрессии никто не проявлял, но смотрели все настороженно — не на единорога, на меня, когда я соскользнул с его спины. Мистер Лапка умудрился куда-то ускользнуть незамеченным, а к красавцу жеребцу тут же потянулись девушки, протягивавшие ему морковки и кусочки лепёшек. Единорог аккуратно брал подношения и позволял себя гладить. А потом взглянул на меня и фыркнул.

«Подойди ближе, детёныш», — услышал я. Я подошёл, единорог мотнул головой… и чудесный, сверкающий рог упал прямо мне в руки.

— Ах! — вырвалось и у меня, и у всех присутствующих.

«Это тебе. Возьми. Пригодится, когда вернёшься, — высказался единорог. — И не переживай. У меня к утру отрастёт новый. Ступай, детёныш. Встретимся, когда ты приедешь в замок».

Я прижимал продолжавший светиться рог к себе, слабо ощущая его тепло, а единорог уже снял губами с руки девушки последний кусочек лепёшки, царственно развернулся и в несколько прыжков исчез в Запретном лесу. А меня обступили молодые оборотни, в чьих глазах стали зажигаться жёлтые волчьи огоньки. Мне, честно говоря, стало страшновато, хоть я и понимал, что сейчас меня просто проверяют на прочность. Так что я задвинул поглубже страх и вежливо поздоровался.

— И кто ты такой? — ехидно спросил меня высокий светловолосый парень с неожиданно карими глазами. Очень красивый парень, кроме желтоватых огоньков в глазах ничто в нём не наводило на мысли о Тёмных тварях. Кстати, молодые оборотни были одеты куда более современно, чем их сверстники из Магического мира. Джинсы, футболки, рубашки-поло, рубашки-сафари, кожаные куртки у большинства, хотя некоторые девушки были одеты более нарядно — в красивые платья и туфли на каблуках. У большинства обувь была из драконьей кожи и представляла собой высокие ботинки типа берцев.

— Я — тот, кому нужно увидеться с Фенриром, — пояснил я. — Прошу вас, проводите меня к нему.

— А захочет ли вожак с тобой говорить, букашка мелкая? — спросил второй парень — здоровяк с копной русых волос, еле сдерживаемых плетёным кожаным ремешком.

— Злые вы, дяденьки… — вздохнул я. — И не стыдно ребёнка обижать?

Парни дружно заржали, а вот девушки не менее дружно на них насупились и заявили, что маленьких действительно обижать нельзя и что если меня привёз в селение сам вожак единорогов, значит, дело серьёзное, а вам, дуракам таким, только бы ржать.

И, прежде чем опешившие парни опомнились, девушки окружили меня, потискали, причесали, поправили худи и… дружно завизжали. Ибо из капюшона, сонно помаргивая чёрными глазками, вылез Санчо во всей своей красе.

— Не бойтесь, — попытался я воззвать к голосу разума. — Это мой фамильяр. Он никого не тронет.

Девушки вроде как успокоились, но продолжали кидать на Санчо подозрительные взгляды.

— Он ядовитый? — спросила одна подозрительно.

— Вообще-то да, — честно ответил я. — Но он опасен только тогда, когда опасность угрожает мне.

«Глупые самки, — высказался Санчо. — Разве я не красивый?»

— Красивый, — погладил я паучка. — Хороший. Полезный.

На лицах местной молодёжи отразилось глубокое сомнение в моей психической нормальности, но, к счастью, Мистер Лапка времени не терял. Оказывается, он не просто так слинял, когда единорог привёз меня в поселение оборотней, он побежал разыскивать Фенрира, резонно посчитав, что мне придётся объясняться с местными обитателями слишком долго.

Так что наш не особо продуктивный диалог прервал весёлый, с хрипотцой, голос:

— Что за шум, а драки нет?

— А надо? — тут же озадачились местные юноши.

— Не надо, — отрезал Сивый. — Это ко мне. А вы — кыш с глаз моих! Гарри, какими судьбами? Пришёл повидать друзей отца? Как ты вообще сумел сюда добраться? И ты понимаешь, какое чудо, что ты вообще добрался сюда живым?

Молодежь растворилась в ночи бесшумно, беззвучно и на хорошей скорости.

— А вот об этом я и хотел бы поговорить… — вздохнул я. — Ну, и мистера Люпина с мистером Петтигрю повидать.

— Петтигрю — вряд ли, — отозвался Сивый. — Он сейчас в маггловском мире. Деньги зарабатывает. А вот Римус — здесь. Ему теперь отсюда отлучиться затруднительно.

— Он болен? — спросил я.

— Проклятие, — коротко отозвался Фенрир. — Впрочем, пойдём ко мне. Там и поговорим.

— А мистер Люпин?

— Он не настолько плох, чтобы не суметь дойти до соседнего дома, — отрезал Сивый и махнул рукой. — Пошли!

Мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Шли мы недолго. Сначала по улице, потом пару раз свернули в проулки и оказались на довольно широкой площади, окружённой каменными домами той же «дикой» постройки. Впрочем, смотрелись они мило и вполне цивилизованно — ничто не напоминало о мрачных норах Тёмных тварей.

— Будь моим гостем, Гарри! — улыбнулся Фенрир. Зубы у него были белые, ровные и безупречно здоровые. Да уж, вот кто не нуждается в стоматологах — так это оборотни.

— Спасибо, — поблагодарил я. — Я очень рад, что сумел добраться сюда. Хотя изначально это было не моё желание.

— Вот и расскажешь, — заявил Фенрир, улыбнувшись ещё шире. — Проходи, не стесняйся.

И я вошёл. Что сказать — домик как домик. Маленькая прихожая, из которой вели две двери — в гостиную и на кухню. Почему я так решил? Так обе двери были приоткрыты, и из-за одной доносились вкусные запахи и виднелся кухонный буфет с посудой, а за другой я разглядел пылающий камин, сложенный из валунов, и край пушистого длинноворсного ковра.

— Ты, наверное, голодный, Гарри, как и твои питомцы, — заявил Фенрир. — Давай поедим для начала, а потом Виви позовёт Римуса для беседы.

Мой желудок тут же согласился громкой трелью, а Мистер Лапка — басовитым урчанием.

Фенрир снова улыбнулся, а потом крикнул:

— Виви, покажись! Я привёл гостя, можешь накрывать на стол!

Из кухни выглянула миленькая девушка лет двадцати совершенно не похожая на Фенрира. Жена? Дочь? И почему она сидит дома и готовит ужин, а не веселится со всей молодёжью на улице?

Девушка взглянула на меня с некоторой настороженностью, и Фенрир поспешил её успокоить:

— Не волнуйся, милая, сегодня наш гость — Гарри Поттер. Гарри, это Вивиан. Моя приёмная дочь.

— Рад знакомству, — сказал я. — Вы такая красивая, мисс Грейбек. Мы с вами раньше не встречались? Ваше лицо кажется мне знакомым…

Девушка смутилась, покраснела и скрылась в кухне, а Фенрир расхохотался:

— Малыш, да ты весь в своего крёстного! Вот уж кто не мог пройти мимо любой симпатичной особи женского пола, не отвесив ей комплимент!

Я вздохнул:

— Вряд ли у крёстного сейчас есть возможность делать кому-либо комплименты…

— Это да… — вздохнул оборотень. — Прости, что расстроил.

Я молча кивнул. Блэка, конечно, было жалко, но говоря о том, что лицо приёмной дочери Сивого мне знакомо, я ничуть не солгал. Мне и впрямь показалось, что я где-то видел её… или кого-то сильно на неё похожего. И что это важно — понять, на кого похожа эта милая девушка. Вивиан. Довольно редкое имя, но я его точно слышал, и не так давно…

Между тем Вивиан расстаралась, и я опомниться не успел, как оказался за накрытым столом. Угощение было не особо изысканным — тушёные бобы, жаркое из кролика, свежие лепёшки, сыр, маленькие пирожки трёх видов — с мясом, с ревенем и с какой-то сладкой начинкой, а так же яблоки и орехи. Но всё было приготовлено очень вкусно, так что на какое-то время я выпал из реальности, ибо только сейчас понял, как проголодался.

— Уффф… — выдал я через некоторое время, почувствовав, что ещё кусочек — и я лопну, — Спасибо, мисс Грейбек, всё очень вкусно. Моя тётя замечательно готовит, но вы её превзошли.

Вивиан чуть улыбнулась и ответила:

— Дело не в моей готовке. Тут большинство продуктов — местного происхождения, а значит — магически насыщенные. Для юного мага это то, что нужно, ведь его организм нуждается в структурной перестройке, готовясь к взрослению.

Ни фига себе! Эта юная леди точно в лесу выросла? Да тут колледж, как минимум, и хороший колледж. С магическим уклоном… А ведь маги среди оборотней встречаются нечасто… И я с удивлением посмотрел на Грейбека.

— Вивиан была сквибом и жила в маггловском мире, — ответил он. — А после того, как я её удочерил… у неё есть возможность получить хорошее домашнее образование. Тем более, что СОВ и ЖАБА ей не грозят, сам понимаешь.

Вивиан погрустнела, быстро собрала посуду и исчезла в кухне. Но почему её лицо кажется мне знакомым? Причём чем-то оно ассоциируется с Литтл-Уингингом… Но память упорно твердит, что там я её не встречал. Никогда.

— Она… она скрывается? — спросил я.

Грейбек нахмурился:

— Да. С ней худо обошлись, очень худо. Так что теперь она не слишком доверяет и людям, и магам… Только нам — Тёмным тварям.

— Перестаньте, — вздохнул я. — Какие же вы Тёмные твари, если владеете собой и не теряете разум в полнолуние. И оборачиваться ведь можете по желанию, так?

Фенрир кивнул и тут же отрастил себе волчьи уши и пушистый хвост-поленце. Ну да, волки хвостом вилять не способны в принципе, разве что в присутствии доминирующей особи, а какая я ему доминирующая особь? Он сам кого хочешь задоминирует… Но выглядит мило — чистый Ину, японцы бы на сувениры порвали.

— Класс! — вырвалось у меня. — А потрогать можно?

— Нет! — несколько нервно возразил Фенрир и тут же вернул себе обычный внешний вид.

И чего нервничать? Я и так понял.

И тут в дверь постучали.

Вивиан отправилась открывать и вежливо поздоровалась с гостями. Их оказалось двое. Петтигрю в серых джинсах и пушистом полосатом свитере расцветки «Билайн», напоминавший добродушного шмеля, и незнакомый мне высокий, очень бледный мужчина с тремя почти зажившими пунктирными шрамами на правой щеке. На нём был коричневый вязаный жакет с кожаными круглыми заплатками на локтях и серые домашние брюки. Ступал он тяжело, опираясь на трость, и выглядел весьма болезненно.

— О, Пит! — весело выдал Грейбек. — Ты никак уже вернуться успел!

— Удачно расторговался, — улыбнулся Петтигрю и протянул Грейбеку небольшой свёрток. Тот кивнул и спрятал свёрток в карман, а Питер тут же переключился на меня.

— Здравствуй, Гарри! — жизнерадостно улыбнулся он. — Не думал, что ты окажешься в наших местах так скоро. Позволь представить тебе…

— Я догадываюсь, — сказал я. — Здравствуйте, мистер Люпин. Рад вас видеть.

— Я тоже, Гарри, — искренне улыбнулся в ответ Римус Люпин, а затем прошёл в комнату и уютно устроился в стоящем в углу кресле. — Но ты очень рисковал, добираясь сюда. Что произошло?

— Это был не мой выбор, — вздохнул я, и, набрав в грудь побольше воздуха, начал рассказывать.