Раван, Сита, Рам (Рамаяна кункнов) (гет)

На Дхавалегире у Махадева и Парвати родилась дочь Ахалья. Когда ей пришло время выходить замуж, родители решили, что ее мужем может быть только тот, кто равен Махадеву по силе и уму. Желая найти такого мужчину, Парвати объявила:

— Ахалья станет женой того, кто сможет обойти весь мир за один день. Все — и цари, и простые люди — могут принять участие в состязании и попробовать выполнить это задание, если хотят взять Ахалью в жены.

Весть об этом распространилась повсюду. Люди со всех концов света шли на Дхавалегир, чтобы или поучаствовать в состязании, или посмотреть, как соревнуются другие.

Великий мудрец Гаутам жил в лесу вдали от мирской суеты, но даже туда дошла новость о состязании на Дхавалегире. Гаутам только закончил свои аскезы, которые совершал в течение двадцати четырех лет, когда услышал о состязании. Он подумал: «Мне стоит пойти туда. Там соберется множество народу, а я так давно не был в обществе людей. Будет интересно посмотреть на них и послушать, что они говорят».

И Гаутам отправился на Дхавалегир.

* * *

Священная корова Девбахола шла на Дхавалегир неспешным шагом, и Гаутам обогнал ее. Однако он был так погружен в свои мысли, что даже не заметил ее и не выразил ей никакого почтения. Корову немного обидело это, и она решила проучить мудреца. «Я сделаю так, что ему придется жениться на Ахалье, — подумала она, — а Ахалье придется выйти замуж за аскета, у которого из одежды есть только набедренная повязка. И Махадеву придется смириться с тем, что свадьба его дочери станет посмешищем».

— Ты так спешишь, Гаутам, — окликнула Девбахола мудреца, — что даже не удосужился поприветствовать меня. Ты настолько уверен, что станешь мужем Ахальи и зятем Махадева, что не считаешь больше нужным оказывать мне почтение? Ты жег мой навоз для того, чтобы пеплом обмазывать свое тело, а теперь даже не посмотрел в мою сторону, когда мы встретились на дороге! Разве тебя можно называть мудрецом после этого?!

— Матушка, как такое могло прийти тебе в голову?! — горячо возразил Гаутам. — Просто я задумался и не заметил тебя. Ты тоже идешь на Дхавалегир?

— Да, Гаутам, я иду туда. Ты можешь оказать мне услугу?

— Конечно! По твоему приказу я возьмусь даже за невыполнимое задание.

— Это будет выполнимое задание — к тому же, очень легкое.

Девбахола сказала Гаутаму, чтобы он сделал из глины горшок и несколько ламп. Горшок она наполнила своим молоком и попросила мудреца положить туда листья диких растений, чтобы приготовить курд и гхи. Также они нашли хлопчатник и из его хлопка скрутили фитили для ламп.

— Теперь мы можем продолжить наш путь на Дхавалегир, — сказала Девбахола. — Но мы должны пойти туда разными дорогами. Возьми с собой эти лампы. На состязании не спускай с меня глаз, и когда я подам тебе знак, зажги их и благослови всех, кто там будет. Сразу после этого вырази почтение всем участникам состязания, которые, несомненно, достойны всяческого уважения, обойдя их по кругу. Вот то, что ты должен для меня сделать. Это мой приказ.

* * *

Гаутам и Девбахола добрались до места состязания разными путями. Махадев поприветствовал пришедших и объявил, что тот герой, который сумеет обойти весь мир за один день, станет мужем Ахальи. Сурьядев, бог Солнца, и Чандрадев, бог Луны, были среди участников состязания, и каждый из них думал, что только ему под силу выполнить такое задание.

Когда все участники были готовы и ожидали знака, чтобы начать свой путь по свету, Девбахола кивнула Гаутаму головой. Гаутам тут же прочитал молитвы и обошел по кругу всех участников. Люди недоумевали, зачем какой-то тощий, почти голый аскет это делает.

Как только Гаутам закончил, Девбахола заявила во всеуслышанье:

— Ахалья должна выйти замуж за этого аскета, потому что он и есть победитель состязания. Он благословил всех и обошел вас по кругу. Здесь собрались люди со всех концов света, и обойти такое собрание — это всё равно что обойти весь мир.

Всем участникам состязания пришлось согласиться с тем, что сказала Девбахола. Ахалья вышла замуж за аскета, у которого из одежды была только набедренная повязка. Гаутам повел молодую жену в свою лесную хижину.

Уверенные в своей победе Сурьядев и Чандрадев были в ярости. Каждый уже видел Ахалью своей женой, и теперь оба затаили злобу и на Махадева, и на Девбахолу, и в особенности на Гаутама. Мудрец хитростью стал мужем Ахальи, поэтому Сурьядев и Чандрадев решили отомстить ему тоже хитростью и всё-таки получить Ахалью.

* * *

Мудрец Гаутам дал клятву, что только один раз в жизни позволит себе близость с женщиной. Зная об этом, Ахалья особенно готовилась к их брачной ночи. Вечером она приготовила много изысканных блюд и подала их Гаутаму, надев красивые новые одежды. Почтив своих учителей и отложив несколько крошек для насекомых и несколько кусков для богов, он принялся за еду. Потом Гаутам и Ахалья легли на кровать и весело болтали в ожидании полуночи — времени для греха и страсти, — предвкушая удовольствие от любовных забав.

Наконец полночь наступила. Сурьядев и Чандрадев, спрятавшись у хижины Гаутама, следили за парой. Их коварный план заключался в следующем: когда Гаутам решит соединиться с Ахальей, Чандрадев должен будет прокукарекать петухом, чтобы Гаутам подумал, что уже наступает рассвет, и ушел из хижины, оставив жену. Тогда они по очереди зайдут в хижину и возьмут Ахалью силой.

* * *

Ахалья наслаждалась ласками своего мужа, как вдруг запел петух! Гаутам тут же вскочил с кровати, надел свою набедренную повязку и бросился из хижины к реке Гаутамиганге для омовения. Ахалья очень просила его не оставлять ее сейчас — ведь другой подобной ночи у нее уже не будет! Но Гаутам не послушал ее. Теперь его больше заботило то, чтобы успеть вовремя совершить утренние обряды.

Как только Гаутам ушел из хижины, Сурьядев принял облик мужчины и пошел к Ахалье, желая исполнить свой злой умысел. Несчастная Ахалья ворочалась там на кровати, страдая от того, что единственный шанс близости с мужем упущен. Когда Сурьядев оказался рядом с ней, она не сопротивляясь уступила ему.

* * *

Гаутам пришел к реке и окунулся в нее.

— Что за дурак купается здесь в полночь?! — с негодованием спросила богиня реки.

— Матушка, это я, Гаутам!

— Разве ты не знаешь который час, Гаутам? Сейчас не время для омовений!

— Но петух уже пропел!

— Это может значить только одно: то, что ты услышал, не было пением петуха. Бегом возвращайся в свою хижину. Ты оставил там Ахалью одну. Может, с ней случилась беда.

* * *

Сурьядев вышел из хижины, но стоило Чандрадеву зайти туда, как Сурьядев увидел несущегося к хижине Гаутама. Он крикнул своему сообщнику, чтобы тот сейчас же вернулся. Чандрадев показался на пороге хижины как раз тогда, когда туда подбежал Гаутам. Поняв, что произошло, Гаутам побил Чандрадева своей набедренной повязкой. От этого на теле Чандрадева навсегда остались синяки, и Луна покрылась пятнами.

Обоим с трудом удалось спастись бегством.

* * *

Случившееся так поразило ни в чем не повинную Ахалью, что она потеряла память, дар речи и способность двигаться. Но хоть ее тело и стало безжизненным, словно статуя, внутри него продолжалась жизнь. Через девять месяцев у нее родилась девочка. Ее назвали Анджана.

Повзрослев, Анджана стала испытывать страх перед мужчинами и ненавидеть свое тело. «Сколько страданий причиняет женщине нижняя половина ее тела!» — думала она. Однажды она закопала себя в землю по пояс и погрузилась в медитацию.