Apprentice (джен)

Обратная дорога до Хогвартса осталась в сознании невнятным сном, из которого иногда всплывали отдельные сцены: свои пять капель он принял прямо перед порталом и у Дырявого Котла приземлился несколько не в себе.

Потому слабо запомнились ему и напутствия хозяйки дома (вручившей, кстати, исписанный рунами глиняный кубок), и прощание со старшими Энквистами (кажется, миссис Энквист плакала и пыталась его обнять?) В какой-то момент он очнулся уже в купе, с удивлением обнаружив на шее толстенный шерстяной шарф, а в руках — запотевшую от холода бутылку ненавидимого им тыквенного сока.

Энквист сидела напротив, но глядела не на него, а в окно. Лицо ее было неожиданно серьезно, даже напряжено, но, стоило ей заметить, что он смотрит, как она тут же улыбнулась.

— Я надеюсь, тебе понравилось, — тепло сказала она.

— Да. Да, конечно. Извини, ты, наверное, что-то и раньше говорила, но я был немного…

— Не в себе. Я заметила. Но знаешь, лучше уж так, чем когда ты весь серый или делаешь вид, что сделан из камня. Ты ведь что-то принимаешь?

Нэт поставил бутылку с соком на стол и принялся разматывать душивший его шарф.

— Это я к тому, что… Может, тебе стоит принимать свое лекарство почаще?

— Чаще нельзя, — хрипло ответил он.

Энквист отвернулась, пряча глаза.

— Я спрашивала бабушку. Она сказала, что не может тебе помочь. И ещё, что ты очень храбрый.

— Да скорее уж упрямый, — усмехнулся Нэт. — И не переживай, мы с ней поговорили, через твою мать.

— Это когда?

— Когда ты умчалась искать логово какого-то очередного монстра, помнишь? Кстати, это у тебя «Пророк»? Дашь посмотреть?

Она протянула ему газету. За окном темнел очередной припорошенный снегом лес и слабо светилось перламутровое небо.

Листать долго не пришлось. Уже на третьей странице — знакомое лицо. «Двойной триумф Дамоклоса Белби», значилось там. От нечего делать он прочитал статью и с удивлением узнал, что совершил «прорыв в разработке кроветворных зелий».

«Самое время еще какой-нибудь прорыв совершить. Чего ты ждешь? Пока скрутит окончательно? Доставай пергамент и за работу!»

Внутренний голос говорил дело — Нэт полез в сумку, расправил на столе свиток и уставился в такие понятные, но совершенно избыточные схемы. На долю секунды ему захотелось поддаться порыву и сжечь всю эту чушь, но он сдержался.

«Итак, квадрат Фламеля не может не взаимодействовать с ядром. Непереносимость тут не при чем. А орлы Гриндевальда либо не сделали квадрат, либо до этого не дошли, либо дошли и скрыли. Или скрыл кто-то другой, не суть. Суть вот в чем — если выводящему зелью удастся-таки вытащить наш якорь, это будет настоящее чудо, потому что на нынешней день известен только один состав четверичной структуры, не убивающий мага — а именно, камень Фламеля. Теперь обратный якорь-дублер. Если уж с ядром он не взаимодействовать не может, нужно (как это, должно быть, сделал Фламель) взаимодействие направить! Учитывая, что в крови реципиента будут еще первичный якорь, матрица проклятия и чужая отравленная кровь…»

Он был так занят, что долгое время не замечал — ни ноющих висков, ни тошноты. Не замечал он и Энквист, вместо него допившую сок и наколдовавшую ему воды. Только когда перо перестало слушаться, а буквы заплясали по листу, протянул руку к стакану — и тут же одернул.

— Ты не знаешь, с тележки водой не торгуют?

— Да это нормальное Aguamenti, пей спокойно. Хочешь, льда наколдую, или согрею? Все равно практика нужна перед чарами.

— Мне бы без магии, — признался он, поднося ладони к горящим щекам.

Дело было плохо. Жар, тошнота, потом что — тремор?

— Тогда не знаю. Я видела, как продавщица сама наколдовывала в стакан.

Туалет. В туалете должна была быть нормальная вода.

— Если хочешь, я пойду поищу, — предложила Энквист, с тревогой глядя на него.

— Не надо. Я выйду, ладно?

Он встал, предусмотрительно опираясь на стол, и даже кое-как добрался до двери. Пол в чертовом поезде ходил ходуном.

— По-моему, тебе лучше лечь, а я схожу к машинисту. Или к старостам…

— Я сам, — ответил Нэт, взяв себя в руки. — Приму зелье, все будет нормально.

В коридоре оказалось прохладнее, но вместо облегчения пришел озноб. Он направился к туалету, покачиваясь и цепляясь за стенку, зашел. Внутри было тесно, и зеркало на двери только мешало. Приник к крану — вода пахла железом, но казалась чистой. Облил лицо и шею, намочил волосы и без сил опустился на пол. Потом дернулся к унитазу, но не успел, рукав все равно испачкал.

— Alahomora! — требовательно заявили из коридора, и дверь щелкнула, открываясь. — Ой. Ты что, приятель? Десять минут уже сидишь!

— На праздниках перебрал?

— Вылезай давай, тут целый хвост из первоклашек.

Это были старосты. Кто-то с Хаффлпаффа? Нэт не разобрал, вываливаясь в коридор, потом к окну — открытому достаточно широко, чтобы он мог высунуть руки. Во рту кисло и горько, но если подышать холодным воздухом, то лучше.

Дрожащими пальцами вытащил пробку из флакона. Флакон был пустой.

* * *

Если бы не Энквист, и если бы она не послушала его, и не потащила на себе в подземелья, а отправила бы с кем-то в больничное крыло…

Но она была на высоте. Она помогла ему вылезть из поезда, и довела до колясок, и даже кричала «занято» всем, кто хотел устроиться вместе с ними. И откуда-то достала еще воды. Она держала его за плечо, пока колеса пересчитывали коряги и камни на лесной дороге. В конце концов, именно она, игнорируя любопытные взгляды, уволокла его вниз, и помогла стоять, пока он выговаривал пароль.

— Теперь ты сиди здесь, а я схожу за профессором Снейпом.

Но тот уже стоял в дверях, сложив на груди руки.

— В этом нет необходимости. Ступайте в зал, мисс Энквист.

Она исчезла, а Нэт успел только охнуть, ощутив знакомый холод стекла на губах — и мерзкий вяжущий вкус.

— Вставай!

— Не могу.

— Встал, взял палочку и за мной!

Нэт был абсолютно уверен, что ничего не сделал сам — какая-то недобрая сила подняла его и заставила двигаться, и вскоре он уже дрожал от озноба не в кабинете, а в классе зельеварения.

— Excuro, на парты, одну за другой! Пошел!

Он, кажется, плакал, и ронял палочку, и да, колдовал, и падал, и катался по полу, оставляя влажные следы ладоней на камне, но его поднимали снова, и он снова колдовал. Он не произносил заклятия, он просто кричал. После четвертой парты Снейп опять влил в него зелье, и стало чуть легче.

— Продолжай.

— Пожалуйста… мне уже лучше.

Перед глазами было темно, голос пропал совсем.

— Я сказал, продолжай.

Он покрепче обхватил рукоять — и продолжил.

Жара больше не было, не тошнило. Да, голова болела, и не только — он даже ногой не мог пошевелить — но зато он смог полностью снять блок, и теперь сидел, вытирая то глаза, то щеки от слез. Его слегка трясло, но это было нервное, а не от озноба.

— Ты что, всю неделю не колдовал? — Снейп открыл воду в мойке.

— День, — просипел Нэт. — Сегодня и вечером, вчера.

— У тебя должна была остаться настойка.

— Не осталась.

От взгляда мастера ему захотелось провалиться под землю.

— Дальше принимать зелье будешь при мне, и только из моих рук.

— Хорошо, — Нэт потрогал чистую до отвращения столешницу. — Я и сам хотел вас попросить.

Несколько минут они молчали — Нэт смотрел, как мастер моет флаконы.

— Вы пойдете в Большой зал?

— Зачем? Ужин закончился, — Снейп закрыл кран и вытер руки.

Нэт и не подозревал, что прошло так много времени.

— Спасибо.

— Спасибо? — мастер был, кажется, зол. — Своей подруге спасибо скажешь, если бы не она, мы бы увиделись разве что в Мунго.

— В закрытом боксе, — согласился Нэт.

— Или на следующий Самайн, — мрачно добавил Снейп. — В дыму.

К его удивлению, Нэт рассмеялся.

— Нет, на Самайн вряд ли, — сказал он, откашливаясь. — Торжественно обещаю, сэр, что не стану лезть к вам оттуда и портить настроение. Так что, если я вдруг появлюсь, вы будете знать, что этот вовсе не я, и не моя тень, а всего лишь усиленная магией галлюцинация…

— Ты не в себе.

— Сами сказали снять блок, — Нэт еще раз вытер глаза. — По-моему, сейчас я усну…

* * *

Проснулся он в своей каморке, весь липкий от пота и дрожащий от слабости, задолго до рассвета. Закутался поплотнее в мантию, а потом и в шарф, порылся в столе. Пергамент чистый ещё оставался, а вот чернила уже были на дне.

Он пришёл в лабораторию утром, до завтрака — Снейп появился тут же, как ждал.

— Привел себя в порядок?

— Да, сэр, — кивнул бледный, как простыня, но вымытый и причесанный Нэт.

— Тогда мне есть, что тебе показать.

Снейп поставил на стол тяжелую чашу, украшенную по краям огамическим письмом. Заметив, как на это чудо смотрит ученик, он поднял бровь.

— Пока что удивляться нечему.

— Как-то слишком… роскошно, что ли? Нефритовый?

— Одолжил у директора. Станет плохо, подашь знак, ясно?

— Ясно.

Они оба склонились над чашей.

На завтрак ни Нэт, ни его мастер не пошли. Спорили у доски, исписанной мелом.

Рядом стояла клетка с крысой, здоровой и полной сил, и все ещё способной искать магически спрятанный сыр. Той самой крысой, которую напоили якорем, над которой провели ритуал, а потом угостили выводящим зельем.

— Я уже все приготовил. Отправимся туда завтра.

— Хотя бы неделю, сэр. Давайте ещё неделю подождем, вдруг будут осложнения.

— У тебя нет недели.

Крыса весело хрустнула листом салата.

— Твой последний приступ я снял белым маком.

* * *

Время ускорилось, сыпалось, как песок сквозь пальцы, проливалось, как вода из разбитой чашки. Зачем-то он отсидел полтора часа на лекции по чарам — но вместо того, чтобы слушать, смотрел, как луч солнца скользит вдоль рядов влево. В теплицах он машинально рыхлил компост вокруг каких-то ядовитых лиан — и был как пьяный от одного вида их оранжерейной зелени. Он, прикрыв глаза, вдыхал запах драконьего навоза, и слушал чью-то перебранку.

Он видел Энквист за обедом — взметнувшуюся тонкую бровь, не заданный вопрос. Успокоил её улыбкой — когда она улыбалась в ответ, она спрятала за ухо челку. Он с каким-то исступленным наслаждением ел свои овощи и запивал их водой.

Чем ближе был вечер, тем дальше отодвигался от него этот, видимый мир — то ли блок он поставил слишком крепкий, когда колдовал, то ли просто устал. Он прошёл по подземельям к своей каморке, бросая под ноги очищающие чары, и даже не сбился с шага, только остановился у двери, тяжело дыша.

«Вопрос — что есть магическое воздействие, и какова его природа, решать нужно не только опытным путём, или обращаясь к источникам. Нужно изменить способ описания. Классическая карта Гэмпа предполагает абсолютный горизонт — но магическое воздействие, будь то ритуал, заклятие или зелье — относительно. Карту Гэмпа стоит обобщить, упразднив понятия точки перехода, точки положения и средней постоянной магического ядра…»

Вступление заняло полфута, аккуратно переписанные формулы — ещё два, с комментариями.

Меньше, чем МакГонагалл требует для проходного балла.

Нэт собрал черновики — целую гору, и положил этот, не запачканный вымаранными строками и пятнами свиток сверху. Потом взял последний оставшийся пергамент и скорописью внёс:

«Четв.структура. Зелья». Обновил стазис над котлом с основой — на всякий случай. Продолжил писать.

Когда закончил, было уже поздно, но ему захотелось выйти, захотелось воздуха и увидеть какие-нибудь звезды, или просто огни Хогвартса в темноте. Он даже дошёл до двери, взялся за ручку, повернул её, усмехнувшись.

В лаборатории было темно, горел только маленький светильник в углу. На вымытых дочиста столах отдыхали котлы, дремали в стеклянном шкафу скальпели, ножи, щипцы и пинцеты с александрийским клеймом. Нэт вынул мешалки из поддона, предложил в футляр. Вылил остатки раствора. Открыл окна и погасил светильник — увы, звезд он не увидел, но поймал тревожный, почти весенний запах, который бывает ночами в первой трети января.

Потом он вернулся к себе, лёг в кровать и спал, как ребёнок, до самого утра.

* * *

Солнце только всходило, когда он и мастер спешили к воротам. Возможно, их видел Хагрид — а впрочем, вряд ли, зимой он редко выбирался из хижины до света. Оставались в свидетелях только редкие лесные птицы, из тех, что не улетали на юг, да гнездо заиндевевших от мороза лукотрусов.

— Готов? — спросил Снейп, протягивая ученику флакон.

— Да.

— Половину здесь, половину после.

Нэт выпил зелье и спрятал остаток в карман. Мастер взял его за плечо, и они исчезли.

Рука потянулась к карману, как только он ощутил твёрдое под ногами, но его остановили:

— Рано.

Они аппарировали снова, и снова, будто запутывали след. После пятой Нэт просто свалился кулём.

— А говорил, готов, — сказал сухой голос, и этого оказалось достаточно.

Он кое-как поднялся и даже нащупал флакон, благословляя того безвестного и трудолюбивого мага, который придумал чары неразбиваемости.

— Мы почти на месте, — добавил Снейп. — Пей, и пойдём.

Они были в лесу, и даже в знакомому лесу. Тропа-невидимка вывела их к двум дубам и пропала — поле впереди было засыпано снегом, в который они то и дело проваливались. Холодное солнце серебрило ледяную кромку там, где они оставляли следы, клочки сухой травы, торчавшие из сугробов, дрожа, показывали путь.

Впрочем, идти Нэт мог бы и с закрытыми глазами. Зловещий гул поднятного над убежищем контура он даже не слышал, а чувствовал всем телом. Как и в прошлый раз, перед ними выросла каменная плита — с шапкой снега, закрывшей и змею, и череп. Как и в прошлый раз, Снейп провел ножом по его предплечью, и они спустились под землю.

Там, под землёй, оказалось намного теплее, чем снаружи — там как будто не было времени, и царила все та же влажная прохлада летнего грота. Все те же светильники расцветили зелёным стены. Давил вниз потолок и царапали тишину осторожные шаги.

В зале, где они однажды уже пробовали ритуал, дожидались на столе флаконы, вода и даже чистая одежда.

Снейп выложил на стол палочку и ослабил воротник.

— Обратный портал до Хогсмида, — он показал на перо рядом со стопкой одежды. — Делал не я, сработает при любом исходе. Выбраться ты отсюда сможешь, контур пропустит, зайти без меня — нет. Теперь главное — тебе нужно довести ритуал до необратимой жертвы. И подождать моего знака. Попытка будет только одна, у нас мало зелья.

— В любом случае, у тебя начнётся ремиссия, возможно, проклятие вообще не вернётся. Я настаиваю, чтобы ты использовал этот шанс с умом — поэтому сейчас ты засечешь время, а когда закончишь, зачистишь палочку. И если нужно, ты вернёшься в Хогвартс один.

— Сэр…

— В моем столе в кабинете приготовлены все необходимые бумаги.

— Но…

— Ты справишься, — без всякой пощады закончил мастер.

Он не думал, справится, или нет. Он всего лишь знал, что нужно делать.

Поэтому засек время и выстроил полный блок, но даже так — было тяжело смотреть на учителя, спокойно стоявшего перед ним с флаконом в руке.

— Если тебе так будет легче, — усмехнулся Снейп, — я могу поднять палочку.

— Не нужно, — ответил Нэт, считая по привычке секунды.

Снейп выпил зелье одним долгим глотком.

— Тогда начинай.

Ритуал занял целую вечность.

Был свет, сначала слепящий, а потом нагревший воздух. Была легкость, восторг наполняющей тело силы — и не было боли. Палочка рвалась вон из рук, а когда он увидел, что мастер упал — то и сам уже хотел её бросить. Но не бросил, держал.

И конечно, никакой знак Снейп подать ему не смог — к тому моменту, как чудовище получило свою жертву, он давно был без сознания. Но Нэт чувствовал, что происходило — он словно видел, как действует якорь. На мгновение поток магии застыл, будто сбитый с толку, и он, угадав момент, поднял мастеру голову, заученным движением зачаровал содержимое второго флакона внутрь.

Поток успокоился и затих.

Снейп в себя не приходил ещё полчаса.

* * *

Сначала он медленно открыл глаза — и на секунду, когда он увидел тёмный каменный свод, в его глазах мелькнул страх. Нэт бросился к нему, с водой и зельями.

— Сесть помоги.

Снейп сел, оглядываясь и, похоже, с трудом дыша.

— Сколько я… сколько мы здесь? — спросил он тихо.

— Меньше двух часов, сэр.

Воду выпил сам, и укрепляющее. Вытер лицо, но не торопился встать с пола. Глаза он прикрыл, губы сложились в усмешку.

— Все оказалось немного сложнее, чем мы ожидали?

Нэт не ответил.

«Немного сложнее» — не те слова, которыми бы он это описал.

Он больше не чувствовал боли.

Но магию он чувствовал, все так же, если не сильнее. Возможно, дело было в том, что проклятие влияло на него так долго? Он чувствовал волны, грязное эхо тёмного волшебства, оставленное их ритуалом. Оно расползалось по подземному убежищу, пропитало насквозь камни пола — и вошло в его кровь.

— Вы уверены, что нормально перенесете портключ?

— Мы аппарируем, — ответил Снейп. Полчаса и целый водопад диагностирующих заклятий спустя, он по-прежнему был жив, и даже не жаловался. — Пора отсюда выбираться, и так задержались.

Они выбрались, Нэт — твёрдым шагом, а мастер — иногда задерживаясь, и словно в забытьи, прикасаясь к стенам. Однако, аппарировать он смог — раз, второй, третий. На третий была лесная, уставленная острыми камнями, поляна. Из-под одного Снейп выудил мешок с подмороженным, собранным накануне ведьминым пухом, в изобилии росшим поблизости.

— Алиби, — сказал он. Не успел Нэт оглядеться, как их снова затянуло в тоннель аппарации , и на этот раз выбросило у ворот школы.

Вид ученика с мешком за плечами, спешащего вслед за мастером, ни у кого не вызывал подозрений.