Положительный результат (джен)

До нас с Марком донёсся резкий, громкий и немного визгливый женский голос:

— Так и знала, что здесь будет целая толпа магглов!

Рука-лицо… Ну, здравствуй, канон!

— Это ещё что за?.. — удивился Марк.

— Не смотри на них впрямую, — прошептал я. — Думаю, что это группа встречи Избранного. Давай попробуем их обойти.

— Да уж, — пробормотал Марк, искоса бросив взгляд в сторону источника шума. — Предатели Крови. Не лучшая компания. Судя по всему, это Уизли, так? Папаша — вылитый Септимус Уизли, сталкивался я с ним в своё время…

Я покосился в ту же сторону. Ну да, они самые и есть. Впрочем, выглядела рыжая семейка не так похабно, как в каноне. Мама Молли была облачена в довольно приличное синее платье, волосы её были собраны в косу, а коса обёрнута вокруг головы, что-то вроде популярной в пятидесятые годы причёски «корзиночка». Впечатление портила длинная вытянутая самовязаная кофта расцветки «вырвиглазубейсяапстену», связанная, такое чувство, из всех остатков пряжи, что имелись в доме. Маячивший рядом лысоватый мужичок с остатками морковной шевелюры и конопатой лысиной был одет в несколько потрёпанный костюм-тройку с кожаными заплатами на локтях. Двое одинаковых огненно-рыжих парней выглядели вполне обычно — джинсы, свитера, кроссовки. Правда, одеты парни были абсолютно одинаково и двигались в унисон. Так что непривычному человеку могло показаться, что у него двоится в глазах. Третий подросток — постарше — смотрелся эталоном нормальности — серый костюм, начищенные туфли, белая рубашка, красно-жёлтый галстук и значок на лацкане пиджака. Вот он выглядел, как ученик дорогой частной школы. Что касается Шестого, то есть младшего из мальчиков, то его одежда была похожа на одежду близнецов, но выглядела изрядно поношенной, хоть и чистой.

Правда, в отличие от канона, паренёк был аккуратно причёсан и никаких пятен грязи у него на носу не наблюдалось. А вот вид у него был… слова не подберу. Какой-то тоскливый.

И, наконец, младшенькая девочка. Вот при виде её мне захотелось постучать головой об стену.

Девочка лет десяти выглядела как папина и мамина принцесса. Никаких тебе ночнушек и резиновых сапог. Атласное платьице, лакированные туфельки, белые гольфики и огромный бант в тщательно причёсанных рыжих волосах, трепетавший над головой девчушки словно пропеллер.

В принципе всё приемлемо, если бы не цвет… Я ещё по расцветочке кофты Молли понял, что у неё проблемы со вкусом, ограниченные только бюджетом. Но на единственную доченьку денег семья, похоже, не жалела. Итак. Платье цвета взбесившейся фуксии, настолько яркое, что от него начинали ныть зубы и чесаться глаза. Платье было обшито розовым кружевом — самое мерзкое из возможных сочетаний. Бант, трепетавший на голове, вносил разнообразие своей кислотно-зелёной расцветкой. А туфельки удачно имитировали цвет расплавленного золота и блестели на ярком солнце нестерпимым блеском. В общем, любящие родители сделали всё, чтобы по их кровиночке не промахнулся бы и одноглазый криворукий снайпер.

При этом девочка не стояла на месте спокойно, как старшие братья. Она то и дело дёргала то маму, папу или близнецов с одним вопросом:

— А где Гарри?

— А скоро придёт Гарри?

— А почему не идёт Гарри?

— А я увижу сегодня Гарри?

Если честно, мне захотелось её прибить уже после третьего вопроса в этом духе. Однако семейство Уизли проявляло в отношении своей младшенькой просто чудеса терпения. Её всего лишь просили подождать, обещая, что как только, так сразу, Гарри ей непременно покажут.

Любоваться на этот балаган у нас с Марком намерения не было, поэтому я пересадил Санчо из капюшона себе под худи и накинул капюшон на голову. Марк же, напротив, капюшон снял и занял место слева от меня, так что в глаза бросались прежде всего его кудрявые волосы и синие глаза. Никакого сходства с зеленоглазым очкариком со шрамом на лбу. И вряд ли Уизли ожидают, что Избранный будет не один.

Таким образом, толкая тележку перед собой, мы проскользнули под самым носом у выслеживающей Героя семейки и бегом понеслись прямо на стену. Миг… и мы совершенно в другом мире.

Лаково-красный паровоз разводил пары, на платформе сгрудились люди… то есть, на первый взгляд сгрудились. На самом деле можно было выделить несколько групп, которые не смешивались между собой. В центре самой заметной стояли Люциус и Нарцисса, до ужаса похожие на толкиновских эльфов длинными платиновыми волосами, ледяной статью и роскошными одеждами. Рядом с супругами Малфой находились двое мужчин из серии «шкаф двухстворчатый с антресолью», облачённые в дорогие костюмы и с суровыми выражениями лиц. Крэбб и Гойл старшие, ясно, как Божий день. Две уменьшенные копии своих папочек стояли рядом с Драко, который с почтением на лице слушал последние наставления рара. Дивное зрелище. Драко, кстати, увидев меня в толпе, еле заметно кивнул, и такой же лёгкий кивок сделал Люциус.

Центром другой группы, выглядевшей не столь блистательно, была пожилая дама с орлиным взором, одетая по моде века этак девятнадцатого. Правда, шляпа с чучелом какой-то магической тварюшки (в каноне это был гриф, но тут явно было что-то другое. Хотя бы потому, что у грифов рогов не бывает) на голове придавала этому наряду подходящую случаю фееричность. Даму сопровождали то ли дальние родственники, то ли привилегированные слуги — супружеская чета, настолько серая и неприметная, что глаз на ней вообще не задерживался. Дама цепко придерживала за плечо полноватого мальчика с рассеянным лицом, который привычно кивал в такт её словам. Так, а это, похоже, Невилл Лонгботтом.

Я бы ещё посмотрел на провожающих, угадывать в них персонажей саги было довольно забавно, но Марк прошипел в ухо:

— Пошли в вагон. Хочешь, чтобы эти рыжие нас догнали?

Я не хотел, поэтому снял с тележки свой чемодан и переноску с Мистером Лапкой и отправился вслед за Марком.

— Обычно первокурсники едут во втором-третьем вагонах, — тихо объяснил Марк. — И это логично. В первом вагоне едут старосты, смогут помочь, если что. Чем дальше от паровоза — тем старше курс. Когда я… давно, в общем, в каждом вагоне был ещё сопровождающий от аврората, но что-то сейчас я никого не вижу.

Я помнил, что в каноне по вагонам ходила из взрослых только продавщица сладостей, и больше никаких взрослых сопровождающих, кроме, собственно, машинистов, в поезде не было. Раньше я как-то своё внимание на этом моменте не заострял, но сейчас подумал, что это просто чудовищно безответственно — поезд, полный детей и подростков и ни одного сопровождающего. А ведь поезд идёт несколько часов и прибывает только к вечеру. Блин, да если бы в такой ситуации оказались бы обычные дети — точно были бы жертвы и разрушения. И как только у магов без этого обходится?

Да, семикурсники считаются уже совершеннолетними, но более или менее следят за порядком только старосты. И что-то мне подсказывает, что ответственно относятся к этому далеко не все из них. Впрочем, заплыв на лодочках через озеро ничуть не лучше, да и Хагрид в виде сопровождающего доверия не внушает. Охо-хо, грехи наши тяжкие… Ладно, проблемы будем решать по мере их поступления, а пока меня подстерегают канонные знакомства с Роном, Гермионой и Невиллом. Поглядим.

Мы с Марком быстренько затащили наши чемоданы во второй вагон и отыскали свободное купе. Билеты, кстати, у нас никто не спрашивал, так что, зачем он вообще, мне было не очень понятно. Когда я озвучил этот вопрос Марку, тот пояснил:

— Билеты получают только первокурсники. На сам Хогвартс-экспресс наложены чары, и когда первокурсник занимает место в поезде, имея при себе билет, в Книге Душ Хогвартса появляется отметка напротив его имени. Это значит, что ребёнок благополучно отправлен в школу. А если такая метка не появляется, то сигнал поступает в аврорат. Сначала авроры проверяют поезд — мало ли, может, ребенок просто забыл билет. А потом, если его нет в поезде, аппарируют по месту его жительства. А уж там разбираются с нюансами.

Ого. А волшебники всё-таки имеют хоть какое-то понятие о безопасности детей. Но…

— Марк, а почему билет получают только первокурсники? Ведь проблемы могут быть у ученика любого курса.

— Это так, — пояснил Марк. — Но когда будущий первокурсник в первый раз садится в Хогвартс-экспресс, то чары как бы «запоминают» его. И в последующие годы оповещают, сел ли он в поезд. Действие этих чар прекращается после пятого или после седьмого курса. Это зависит от того, когда студент решит закончить обучение.

Вот так так! Оказывается, Хогвартс-экспресс не так прост! Но как интересно в этом свете выглядит приключение Гарри и Рона, когда они помчались в школу на автомобиле Артура Уизли! Получается, им вообще ничего не нужно было делать, просто дождаться появления авроров, которые под белы рученьки препроводили бы их в школу! Но ведь авроров не было… Наверняка это был один из пунктов плана Святой Бороды по воспитанию и приручению Героя. Но тогда получается, что Рон сознательно подтолкнул Гарри к этой поездке… Почему? Да потому что он не мог не знать такого. Марк, вон знает, а маг из чистокровной семьи — нет?

Да уж, чем больше таких нюансов узнаёшь, тем больше удивляешься тому, что Гарри всё-таки умудрился в итоге выжить. Правда, женитьбу на Джинни я не назову счастливым финалом, но это уже моя личная печаль. Во всяком случае со мной Джинни точно ничего не светит. Не-не. Не в этой жизни.

* * *

Мы вполне обустроились в купе. Чемоданы отлевитировали на багажную полку, туда же отправили переноску, откуда я предварительно выпустил Мистера Лапку.

Свободолюбивый книззл немедленно обследовал всё купе, решил, что на время сойдёт, и устроился на коленях у Марка, к которому с первой встречи проникся самыми тёплыми чувствами. Кстати, остальные книззлы отбыли в Запретный лес вместе с Юдит. Для всех наших соседей миссис Фигг уехала к дальней родне в Брайтон, поскольку эта самая родня обеспокоилась её здоровьем и пригласила в гости на неопределённый срок.

Дамблдору она наплела что-то похожее — дескать, у неё отыскалась родственница в маггловском мире, весьма обеспеченная одинокая дама, которая пригласила её в качестве компаньонки, и она согласилась, поскольку сия дама живёт в поместье, и котикам там будет полное раздолье.

Может и не прокатило бы, но тут Светлейший сам виноват. Сам пожадничал. Точнее, послал миссис Фигг крайне сухое письмо, в котором говорилось, цитирую: «Дорогая Арабелла! Поскольку Гарри уезжает в Хогвартс, а моя непрестанная борьба с Тьмой во имя Всеобщего Блага требует постоянных денежных расходов, я вынужден прекратить тебе выплату вспомоществования до следующего лета…»

Вот же козёл бородатый! То есть, пока ему нужен был постоянный присмотр за Избранным — можно было и поддержать старую сквибку деньгами. А вот переплачивать ей он не намерен. Футакимбыть. Экономить на своих же соратниках — дурной тон.

Но Юдит такая скупость Светлейшего даже на руку. Теперь, когда в Литтл-Уингинге постоянно находятся другие оборотни, необходимость в её постоянном присутствии отпала. Так что пусть миссис Фигг отправляется в Брайтон. К лету вернётся — к гадалке не ходи. Дамблдор, похоже, и не сомневается, что так и будет, стоит ему только свистнуть.

Что-то портрет Великого и Светлого у меня в голове складывается всё непригляднее и непригляднее…

Итак, Мистер Лапка мирно мурчал на коленях у Марка, Санчо тоже явил себя миру, скромно устроившись на моём плече. Мы мирно обсуждали текущую ситуацию, на столике лежал свёрток с пирожками и стоял термос с какао… Идиллия…

И тут дверь купе распахнулась, и в проёме появился Шестой Уизли. Мы с Марком с интересом уставились на него, Мистер Лапка из положения лёжа вспрыгнул на багажную полку и зашипел на незваного гостя, а Санчо не упустил случая горделиво надуться и распушить все свои щетинки, сразу став крупнее.

Узрев этакое диво, Рон замер, лицо его приобрело неприятный оттенок несвежей простыни, так что на щеках и носу стали заметны тёмные крапинки веснушек.

— Эт-то что? — выдавил он.

— Не что, а кто, — наставительно сказал я. — Это мой фамильяр. И он очень милый, правда?

Сказав это, я нежно улыбнулся и погладил паучка. Довольный Санчо ещё более горделиво надулся и постарался продемонстрировать себя во всей красе.

— Фа-фамильяр? — переспросил бледный Рон. — Где ты взял этого монстра? ВЫ что, к слизням поступать собираетесь? Фу-у…

— Не обижай моего малыша… — ещё более ласково улыбнулся я, да так, что Рон попятился. — Он хороший и полезный. Хочешь погладить?

Надо отдать должное Шестому. До этого момента он героически боролся со своей арахнофобией. Но последним вопросом я его доконал. Рон отступил ещё на шаг и взвизгнул:

— Вы ненормальные! Вам со слизнями место!

После этого он со стуком захлопнул дверь купе, и помчался по коридору вагона с грацией и бесшумностью стада бегемотов.

Мы с Марком переглянулись и заржали, хлопнув друг друга по ладоням.

— Никаких Уизли! — хмыкнул я.

— Никаких Уизли! — согласился Марк. — Аминь!

«Плохой маг, — высказался Санчо. — Грязный. Испачкает».

После такого стоило перекусить, и Марк разлил какао по кружкам. Мистеру Лапке достался кусочек ветчины, а Санчо получил перепелиное яйцо, яйца он просто обожал. Но мы успели заточить только по одному пирожку, когда стук раздался вновь.

— Какого попугая? — возмутился Марк. — Сидим, никого не трогаем…

— Примус починяем… — добавил я в тон.

Марк сначала взглянул на меня с недоумением, а потом хлопнул себя по лбу и заржал. Ну да, Булгакова он точно в прошлой жизни читал. И вообще — таких образованных и начитанных людей, как Том Риддл, ещё поискать нужно было.

— Спокойно, Марк, — сказал я. — Может, это Драко.

Марка и Драко познакомил я, и они вполне мирно сошлись. Никаких воплей по поводу магглорожденности я не услышал от Драко. Но тут следует отметить, что младший Малфой умел оценивать людей и моментально просёк и обаяние Марка, и его начитанность. Так что общались они вполне непринуждённо, можно сказать, приятельствовали.

— Войдите! — крикнул Марк.

Дверь распахнулась, и я чуть не потерял дар речи. В купе вошли Невилл и… Гермиона? Матерь Божья, вот это выверт канона! Мама Ро, чтоб ей икалось!

— Здравствуйте, мальчики, — между тем поздоровалась девочка. — Это Невилл, а меня зовут Гермиона. Невилл потерял жабу, и я помогаю ему найти её. Не видели ли вы жабу?

Всё вполне мило, достаточно вежливо, но… Здешняя Гермиона была типичной мулаткой. Кожа цвета тёмного загара, характерный чуть широковатый вздёрнутый носик, большие бархатные тёмные глаза, припухлые губы, которые так мечтают получить некоторые красотки, закачивая в них силикон. И, когда девочка улыбнулась, я увидел ровные белые зубки и ямочки на щеках. Да она просто красавица! И, похоже, не настолько заучка, как в каноне. Но темнокожая Гермиона… Кошмар всех истинных фанатов саги… Впрочем, девочка-то ни в чём не виновата.

Марк покосился на меня с непониманием и вежливо ответил:

— Здравствуйте. Я — Марк, а это — мой друг Гарри. Мы не видели жабу, но думаю, можно призвать её Акцио. Судя по тому, что она убегает, она не фамильяр, а питомец, не так ли?

Невилл кивнул и угрюмо произнёс:

— Мне подарил её дядя Элджи, но я не захотел привязывать её, как фамильяра. Не люблю жаб. Книззлы гораздо лучше, но тётя Энид начинает от них чихать. Я не хотел брать Тревора в Хогвартс, но пришлось.

— Тревор? — переспросил Марк.

— Моя жаба — самец. Её зовут Тревор.

— Акцио, Тревор! — взмахнул палочкой Марк. И через минуту, поскольку дверь в купе осталась открытой, прямо в руки ему упала огромная склизкая бородавчатая и страшно недовольная жаба.

— Фууу! — вырвалось у Гермионы, и мы с Марком вполне были с ней согласны. Трудно найти более противное создание. Любящий у Невилла дядюшка, ничего не скажешь. Невилл обречённо вздохнул и попросил:

— Извини, ты уже помог. Но не мог бы ты призвать переноску Тревора? Иначе, я боюсь, он опять сбежит.

— Не вопрос, — согласился Марк и снова взмахнул палочкой. Переноска прилетела, как миленькая, и Марк с Невиллом общими усилиями запихнули жабу туда. Тревор был страшно этим недоволен и издал целую серию резких булькающих звуков, которые можно трактовать как отборный жабий мат. Марк быстренько запер крышку заклятьем и сказал:

— Ну вот, какое-то время продержится. Но тебе нужно будет заказать зачарованный террариум, иначе этот экземпляр опять сбежит.

Раздавшееся в ответ булькающее кваканье можно однозначно трактовать как «Сбегу, даже не сомневайтесь!»

— На твоём месте я бы его потерял, — высказываюсь я. — Пусть сбегáет. В Хогвартсе полно котов и книззлов, которые с удовольствием полакомятся такой экзотической закуской.

Невилл нерешительно улыбнулся, а Тревор издал негодующее кваканье… и затих. Теперь он смирно сидел в переноске, кидая на окружающую действительность мрачные взгляды. А Мистер Лапка, умница, чтобы закрепить эффект моих слов, спрыгнул с колен Марка и горделиво прошëлся перед переноской, как бы невзначай демонстрируя страшенные когти и крепкие зубы. Тревор затих окончательно, и мы рассмеялись уже все вместе. Лёд был сломан, и Марк тут же принялся ковать железо пока горячо.

— А теперь давайте познакомимся поближе, по-взрослому, как это принято. Я — Марк Роджерс, мой отец служил в охране английского посольства в Албании, но сейчас мы вернулись в Британию, и он будет работать в Си-ай-ди.

— В Си-ай… где? — переспросил Невилл.

— Криминальная полиция! — уточнила Гермиона. — Круто!

— Спасибо, — кивнул Марк и, наткнувшись на непонимающий взгляд Невилла, пояснил:

— Это как ДМП, только в обычном мире.

Невилл понимающе кивнул в ответ и представился:

— Невилл Лонгботтом. Я из семьи магов.

— Гермиона Грейнджер, — произнесла девочка. — Мои родители — врачи. То есть, целители, — так, кажется, говорят маги?

Мы кивнули.

— У них своя клиника, — продолжила Гермиона. — И они давно знали, что со мной что-то не так. Письмо из Хогвартса всё разъяснило, правда, мне пришлось ждать почти год, ведь у меня день рождения в сентябре. А ещё у меня есть бабушка, и она живёт в Австралии. Она коренная австралийка.

Ах, вот оно что… Вот откуда у Гермионы негроидные черты. Австралийские аборигены именно к негроидной⁽¹⁾ расе и относятся. И у них, я читал, очень интересные шаманские практики. Так что Гермиона вполне может быть очень сильной волшебницей именно из-за австралийских корней. И она точно будет настоящей красавицей, когда подрастёт.

— А я, — закончил я представление, — Гарри Поттер. Прошу любить и не жаловаться!

— Прошу прощения за вторжение, — раздаётся от открытой двери, — Драко Малфой. А это — Винсент Крэбб и Грегори Гойл. Мы всё из магических семей. Рад знакомству с будущими соучениками.

Ага, а вот и Драко пожаловал. Как говорится — все птички в гнёздышке.

1) Гарри ошибается, но ему простительно. Австралоиды похожи на негроидов из-за схожих условий существования, но они древнее любой из современных рас.

Вернуться к тексту