Мальчик-который-в-деле (джен)

— Кричер, ты можешь забрать нас отсюда? — надо действовать срочно, шум такой, словно сюда стадо бизонов ломится через лес.

— Кричер может перенести достойного потомка Гарри в дом благороднейшего и древнейшего семейства Блэк, — пробубнил домовик, отводя глаза, и Гарри сходу почуял подвох.

— Не только меня, Рона и Джинни тоже, — уточнил он.

Как же, держите карман шире.

— Предатели крови не должны ступать на порог дома благороднейшего и древней...

— Ладно, а в Нору их можешь доставить?

— Что бы сказала Кричеру его бедная госпожа, если бы он осквернил себя тенью свинарника рыжих Предателей крови....

Аааа, долбанные чистокровные, их долбанные эльфы с их бредовыми заморочками!

— Кричер, блин! А что тебе скажет госпожа, если узнает, что ты бросил погибать гостей своего хозяина и его крестника, а? — Гарри отбросил церемонии и пошел с козырей. — И сам твой хозяин где-то здесь бегает, если его в темноте прибьют, у тебя Блэков больше не останется!

О! Вот тут Кричера проняло. Эльф, не переставая причитать про осквернение благородной крови, крепко взял Гарри за руку, другой рукой схватил Рона за волосы. А Джинни и так вцепилась Гарри в плечо, не оторвать.

Их затянуло в воронку аппарации и выбросило в холле дома на Гриммо, прямо перед портретом Вальбурги.

— Рыжая грязь! Поганые отродья! Мерзкие ублюдки! Чтоб вы сдохли! — заверещала госпожа Кричера и тут же сменила тональность:

— Здравствуй, внук Дореи. Ты припозднился, мальчик. А где эта неблагодарная свинья?

О ком Вальбурга еще могла спрашивать?

— Обросла шерстью и бегает по кустам, — мрачно ответил Гарри. Да, он был зол на крестного.

И у него была своя причина для беспокойства. Перемещение из леса на Гриммо сказалось на Роне не лучшим образом, да еще он, кажется, снова ударился головой. И теперь вообще непонятно, что делать.

— А ну быстро отпустила руку внука Дореи Блэк! Шалава рыжая! Потаскуха! Предательница крови! — набрала громкость Вальбурга.

— Да как вы! Как вы смеете! Я вообще его девушка! Подруга! — не выдержала Джинни.

— Достойный потомок Гарри не испачкает предательской грязью родовой гобелен Блэков, старый Кричер об этом позаботится...

А если у Рона сотрясение мозга? Или еще какое сотрясение? Вот же он дурак, почему не попросил Снейпа научить его хотя бы диагностическому заклинанию! Почему они в Хогвартсе проходят всякую хрень? Нафиг ему сейчас превращение мышей в табакерки, если он первую помощь оказать не может? Ага, пульс Гарри вроде нащупал, значит Рон точно живой.

— Не разевай свою гнилую пасть на потомка Блэков! Твое место в канаве! В Лютном! Подлая мразь! Хуже грязнокровки!

— Гарри, она меня оскорбляет, почему ты молчишь?!

Ему нужна помощь, и побыстрее.

— Старый Кричер помнит, раньше Предатели крови не могли даже поднять глаза на члена рода Блэк, а недостойный хозяин Сириус привечает эту шваль в родовом гнезде...

Тут Гарри услышал, что Рон слабо застонал.

— А ну заткнулись все! — потребовал он, и все, что удивительно, заткнулись.

— Кричер! Найди Сириуса и притащи его домой! — приказал Гарри. Домовик скорчил недовольную физиономию, но послушно исчез.

— Джинни! Вызови сюда миссис Уизли. Надо переправить Рона в Нору. Или в Мунго.

— Зачем? — захлопала на него ресницами рыжая бестолочь и Гарри начал терять терпение.

— Затем, — объяснил он сквозь зубы. — Я медицинских заклинаний не знаю.

Не Снейпа же дергать в два часа ночи, это было бы уж совсем жестоко. Эх, была бы с ним хотя бы Гермиона. Она бы истерик устраивать не стала. На нее всегда можно положиться.

— А я знаю, — сказала Джинни и взмахнула палочкой. — Эннивейт!

И только-только начавший приходить в себя Рон тут же снова обмяк.

— Коза безмозглая! Мазила! С руками из задницы! — отреагировала Вальбурга со стены. — И задница тоже плоская. Омерзительное зрелище.

— Гааааарриииии, — захлюпала носом Джинни.

Это был долгий день и очень тяжелая ночь. Стоит ли удивляться, что у Гарри сдали нервы?

— Лезь в камин, дура, — заорал он на Джинни так громко, что даже Вальбурга замолчала. — Мать твою... позови. Миссис Уизли!

— А...

— Бегом!!! Хочешь, чтоб Рон тут сдох?

На нее никогда так не кричали. Никогда! С лицом, выражающим всю мировую скорбь, и разбитым сердцем, Джинни Уизли ушла через камин в Нору.

Через пару минут из того же камина выскочила Молли, ахая, охая и задавая ненужные вопросы, на которые Гарри не хотел отвечать. Он очень устал и вспышка гнева отняла у него последние силы.

Миссис Уизли применила к сыну кучу заклинаний, добилась того, что он пришел в себя и забрала Рона домой. Гарри наскоро объяснил ей, что произошло после матча и попросил связаться с мистером Уизли, передать ему, что они все живы.

Не успели Молли и Рон исчезнуть в зелёном пламени, как Кричер притащил Сириуса. Уже в человеческом виде, правда, исцарапанного и грязного.

— Гарри! — бросился к нему крестный. — Ты в порядке? А я... а я вот...

Гарри махнул рукой и ушел к себе.

Спать.

На следующее утро (хотя какое утро, время обеденное) Сириус Блэк сидел в гостиной, съежившись в кресле и не поднимая глаз. А перед ним прохаживался очень недовольный Гарри Поттер и в энергичных, но не всегда цензурных выражениях рассказывал, что он думает о безответственном поведении своего крестного отца.

Сириусу Блэку было стыдно.

Он понимал, что опять натворил какой-то фигни. Поддался своей импульсивной натуре, и вот что из этого вышло. И Пожирателя не поймал, и крестника подвел, и с Уизли как-то неудобно получилось.

И палочки у него опять нет.

Та, которую ему отдал Дамблдор, когда Блэку пришлось работать в Хогвартсе (он до сих пор это вспоминал с содроганием), ему не очень подходила. И он купил новую у Олливандера, первым делом купил, как только его оправдали. Ясень и сердечная жила дракона, 10 дюймов, очень темпераментная. Но потерял ее в этой суматохе.

А потом он погнался за Пожирателем смерти. Конечно, он не должен был бросать Гарри. Но он же не знал, что Рон так сильно разбил голову. Он думал, что мальчики к нему присоединятся... Вернее, он не думал. Он взял след, и это было все, что его интересовало тогда.

И даже не оглянулся.

Подлый Пожиратель специально водил его по кустам! И ржал над ним. Он был невидимый, но Сириус его чуял. И схватил бы!

Но этот гад вывел его на авроров, которые делали вид, что наводили порядок после этих массовых драк. Сириус увернулся от парализующих заклинаний и обернулся человеком, но тут увидел, что два аврора допрашивают какую-то эльфийку. И ушастая дрянь держит в руках его палочку!

Разумеется, он тут же потребовал ее вернуть! Это же его палочка! А эти козлы в красных мантиях прицепились к нему хуже репьев к собачьему хвосту. Мол, как он может доказать, что потерял, а кто свидетели, а когда это было. И взялись проверять последние заклинания. Сириус чуть в обморок не упал, когда Приори Инкантатем показало, что именно его палочкой тот Пожиратель и наколдовал Черную Метку!

Это было омерзительно.

Но когда это авроры при исполнении слушали чужие доводы? Блэка уже хотели задержать до выяснения обстоятельств, но Кричер его забрал прямо из-под носа этих ретивых служак.

А дома оказался Гарри, и Блэк так обрадовался!

Никто же не пострадал! И почему это теперь крестник ему втолковывает, что он поступил не по понятиям? Очень даже по понятиям! Он, Сириус Блэк, настоящий гриффиндорец!

Но стоило ему об этом вякнуть (не мог же он совсем не оправдываться), как Блэк тут же узнал о себе, что он гриффиндорский осел, который сначала делает, а потом все равно не думает. И еще много чего узнал нового и интересного.

Интонации и выражения, которыми пользовался Гарри, Сириусу были смутно знакомы. Но он никак не мог понять, почему.

А еще подлюка Кричер сидел в углу гостиной на корточках и еле слышным шепотом комментировал воспитательный процесс, глядя на крестника с обожанием. И тряпку свою сменил на новое полотенце. Что вообще в доме происходит?

И Гарри смотрит на него с разочарованием.

Эх.

Может, это потому, что Гарри не очень понимает, кто такие Пожиратели смерти и против чего они боролись в Ордене Феникса? Это же была магическая война! И они победили.

А Гарри так похож на отца...

Выбитый из колеи внешним сходством крестника с Джеймсом и полной противоположностью в плане характера и устремлений, Сириус хотел донести до Гарри, что не так уж он и виноват. Но его язык временно потерял связь с мозгом, поэтому на выходе получилось:

— А Джеймс бы мне помог...

От возмущения Гарри онемел на пару мгновений. Подумать только, и это его Снейп ругал за безрассудство, припоминая слабоумие и отвагу как отличительные признаки настоящего гриффиндорца! Что бы он сказал, узнав о фортелях крестного?

Гарри сощурил зеленые глаза и твёрдо объяснил Блэку, что, независимо от взглядов его покойного отца, лично он ни в какие криминальные магические разборки влезать не собирается. Тем более в те, которые были до его рождения. Все это давно протухло. Хватит с него и того, что он остался в полтора года сиротой! У него, Гарри, на эту жизнь есть свои собственные планы и беготня по кустам за Пожирателями-все-равно-чего в них не входит. А если у крестного свербит под хвостом, то он всегда может поступить на службу в аврорат и не морочить людям голову.

Блэк был в шоке. Гарри это сейчас серьезно? Не может ведь крестник совсем ничего не понимать, даже если вырос с этими жуткими маглами? Пожиратели — это же Тьма! А он — там, где Свет!

От того, чтобы окончательно разругаться, Гарри и Сириуса спасло только появление перед ними патронуса. Серебристый феникс помахал крылом и произнес голосом Дамблдора:

— Сириус, мальчик мой, прошу тебя, открой камин для меня и членов Ордена Феникса. Зло пробуждается, и мы снова будем бороться на стороне Добра!