Щит и Меч Огня (джен)

Верхний Мир. Особняк Ланье.

— В таком случае… нам нужен Огонь.

Взгляды всех разом устремились на Рэя. Он же молчал, устремив взгляд на стол. Наконец он, будто через силу, произнес:

— Показать миру это может только госпожа Сорана, а не я.

— А я о чем? — подхватил Тео. — Тут, Рэй, у вас два пути: либо вы дальше просто подталкиваете свой Меч к этому, держа ее в неведении, либо все честно выкладываете ей, а дальше она сама принимает решение. Выбирать сейчас именно вам.

— Им? Кому им? — встрепенулся непонимающе Зиг. — Госпожи Сораны ведь сейчас тут нет?

Леон шикнул на своего Щита и тот замолчал.

— Надо бы как-нибудь объяснить тебе, что правила этикета могут касаться не только Верхнего Мира, — пробормотал молодой врач и обратился к Рэю: — Ну, что решишь? Или тебе нужно время, чтобы подумать?

Рэю и в страшном сне присниться не могло, что когда-нибудь ему, Щиту, придется решать судьбу Несмуа. Не окончательно решать, но первому. И это было даже… страшно.

Но это был шанс. Шанс, что удастся очистить имя Антуана Клермона и восстановить свою семью в правах. А также… шанс на свободу. Свою и госпожи Сораны. Значит, нужно им воспользоваться.

— Надо все рассказать моему Мечу, — произнес Рэй. — Она заслуживает знать все. Госпожа Сорана и так слишком долго оставалась в неведении.

Тут Рэй встал и окинул сидящих за столом «сообщников» предостерегающим взглядом:

— Но если она откажется… А она имеет право отказаться, ведь этот мир ей чужой… То никто не будет ее принуждать.

— Вы ставите условия? — прищурился Тео.

Рэй спокойно ответил:

— Вы сами дали мне право решать, господин Тео. Вот мое решение.

Юный законник пристально посмотрел на Щита и проговорил:

— Знаете, что, Рэй… вы мне нравитесь! Приятно иметь дело с такими людьми.

Леон поперхнулся и закашлялся. Зиг поднял было руку, чтобы помочь — как следует хлопнуть своего господина по спине, но стушевался и медленно ее опустил под взглядом Леона.

— Что ж, — Тео сложил руки на груди и откинулся на спинку стула, — значит, вы, Леон, идете к Соране и вместе с Рэем рассказываете ей все.

— Я? — Леон наконец прокашлялся.

— Именно вы. У вас лучше получится все объяснить, а у Рэя — уговорить Меча Огня. Это идеальный план.

Меч.

Когда я увидела идущего ко мне по коридору Рэя, живого и здорового, то у меня в голове все отключилось. Неожиданно для себя самой я бросилась к нему и повисла у него на шее, крепко его обняв.

Прижавшись к груди своего Щита, я услышала, как он прерывисто выдохнул от неожиданности. Рэй неловко расставил руки, будто не знал, куда их девать.

Как и тогда, когда я обняла его в порыве радости от возвращения памяти.

И хотя это некстати пришедшее воспоминания болезненно меня укололо, я тут же его отогнала и еще крепче обхватила Рэя.

И тут послышалось деликатное покашливание. Повернув голову, я увидела, что Рэй был не один.

— Я, конечно, все понимаю, — улыбаясь, проговорил Леон, — но если ты и дальше будешь так сжимать своего Щита, то раздавишь его в лепешку.

Я от внезапного смущения была готова сквозь землю провалиться. Но показывать это аристократишке я не хотела. Отлипнув от Рэя и чувствуя, как пылают мои уши, я парировала:

— Лучших Щитов просто так не раздавишь!

— А, так он для тебя — лучший? — не сдавался Леон, продолжая посмеиваться и как будто не замечая, что я намеренно упустила обращение «господин».

Ощутив, как кровь окончательно прилила к щекам, я открыла было рот, чтобы возмутиться, но Рэй тихонько дернул меня за рукав и просяще-предостерегающим тоном проговорил нам, спорщикам:

— Госпожа! Господин Леон!

— Все, все! — Леон шутливо поднял руки вверх. — Не буду больше дразнить твой прекрасный Меч.

Тут молодой аристократ резко стал выглядеть серьезнее.

— Мне нужно поговорить с тобой, Сорана. Очень серьезно поговорить.

Спустя какое-то время, которое, как мне показалось, пролетело в один миг, я сидела на скамейке в пустынном дворике гостевых покоев Академии. Тут были только мы трое и дурацкая тайна чужой мне планеты.

— Зачем ты мне это рассказал? — я зло пнула песок дорожки. — Манипулировать мною хочешь? Как твой папаша?

Глаза Рэя испуганно округлились — как же, я не только упустила обращение «господин», да еще и хамлю верхнему, золотому аристократу:

— Госпожа…

Но Леон жестом его остановил:

— Я понимаю, что тебе, Сорана, этот мир ничего хорошего не принес. Но разве ты не хочешь показать всем всю его ложь и грязь? Разве тебе не хочется ткнуть Верхний Мир носом в его же темные дела?

— Нет, — я встала. — С какой стати я должна? Я ненавижу вас, золотых, и весь Верхний Мир. Ты рассказал мне это только для того, чтобы использовать меня. Твой папаша уже и так меня вовсю использует, теперь и ты захотел?!

Я невольно повысила голос, забыв о последствиях такого моего поведения, но Рэй, как-то плавно и незаметно переместившись, оказался между мной и Леоном, прикрывая меня от возможного гнева аристократа. И это меня немного отрезвило.

— И вообще, почему я должна вам верить, господин Леон? — на этот раз я все же решила следовать правилам этикета. Хотя бы ради Рэя.

Леон, единственный среди нас, кто остался сидеть, развел руками:

— И тут я тоже могу понять твое недоверие — нельзя же принести сюда планшет или бумаги. Но… своему Щиту ты доверяешь?

Я посмотрела на Рэя. В наступившей тишине я видела, как он под моим взглядом бледнеет и опускает глаза. Мы оба знали, к чему привело мое прошлое доверие.

Но… Но сейчас я хочу второй шанс. Для нас обоих.

— Доверяю, — твердо ответила я.