Положительный результат (джен)

Первой парой у нас была Трансфигурация, так что из Большого зала мы рванули так, словно за нами гнался тот самый хвостатый и рогатый из Симусовой песенки. Надо сказать, что высокий темп задал Перси, который быстро показал нам дорогу и извинился за спешку, пояснив, что у него сейчас Руны, а профессор Бабблинг страшно не любит опаздывающих.

— Перси, — окликнул я убегающего старосту, — а как же Рон? Куда он убежал?

— Надеюсь, что недалеко, — вздохнул Перси. — Увы, у меня сейчас нет времени на его поиски, но после Рун я непременно его отыщу.

И староста торопливо убежал на собственный урок.

— Вот же ж... — проворчал Дин. — Влипнет куда-нибудь этот дурак... Мне кажется, что шляться в одиночку по этой школе — плохая идея.

Похоже, у Дина очень развито одно хорошее чувство под названием «попочуй». Потому как я с ним полностью согласен.

— И что делать? — спросил Симус. — Мы с урока уйти не можем.

— А давайте скажем декану, — предложил я. — Всё-таки забота о нашем здоровье — это её обязанность.

— Что же, попробуем, — согласился Марк. Он ещё что-то хотел добавить, но тут к кабинету чинно подошли слизеринцы. Мне захотелось схватиться за голову. Похоже, отработанная схема из канона: слизеринцы — враги, Пожирательское отродье и сплошь наитемнейшие маги, начала претворяться в жизнь и здесь. Кстати... а не могло зелье, которым был от души заряжен тыквенный сок, быть зельем вражды? Интересно, а слизеринцам тоже досталось?

Но тут я заметил Драко и помахал ему рукой:

— Привет! Рад тебя видеть! Как устроился, дорогой родственник?

— Привет, — спокойно ответил Драко. — У меня всё в порядке. Вижу, что у тебя тоже. Тебе понравился тыквенный сок?

— Мы не пили тыквенный сок, — ответил я, и Драко облегчённо выдохнул. — Марк догадался позвать факультетского эльфа и он заменил нам сок на чай.

— Мудрое решение, мистер Роджерс, — кивнул Драко. — Чай гораздо лучше подходит к завтраку.

— Вам тоже так показалось? — светски поинтересовался Марк.

— О, да, — ответил Драко. — К тому же в соке могут попасться... незапланированные добавки. Бывает, знаете ли. Поэтому наши родители постарались обезопасить нас.

И он поднял руку, показав перстень с золотисто-зелёным камнем на указательном пальце.

— Конечно, — продолжил Драко, — эта вещь из наших фамильных драгоценностей, но в лавках Косой аллеи можно найти нечто похожее во много раз дешевле. Поверьте, это может уберечь от многих неприятностей.

Стоявшие рядом с Драко Крэбб и Гойл согласно закивали.

— Благодарю, — отозвался Марк. — Это было познавательно.

В общем, беседа была насквозь светская и мирная. А с чего бы нам ссориться? Слизеринцы вели себя вполне корректно, не обзывались, на рожон не лезли, а Драко так вообще практически открытым текстом предупредил о необходимости ношения амулетов для распознавания зелий в еде. Надо бы озаботиться. У нас с Марком такие есть, у Лаванды, Парвати и Фэй — тоже, а вот Дин и Симус, да и наше горе луковое вообще без защиты. Надо с этим разобраться...

Но додумать эту мысль я не успел, поскольку двери в кабинет Трансфигурации скрипнули, и стали медленно открываться. Мы восприняли это как приглашение войти, и медленно прошли в просторную и светлую аудиторию.

В принципе, это был вполне обычный класс — парты в несколько рядов, кафедра преподавателя, преподавательский же стол, большая доска и развешанные по стенам таблицы. Одна из них была озаглавлена: «Законы Гампа», другая — «Движения палочкой при простейшей трансфигурации», остальные я разглядеть не успел, поскольку наш бравый боец ИРА отмочил очередной номер.

Дело в том, что на преподавательском столе сидела кошка. Точнее, я-то видел, что это анимаг, и даже не сомневался, что нас таким образом встречает Макгонагалл. Кстати, если в каноне госпожу декана описывали как самую обычную полосатую мурлыку с тёмными «очками» вокруг глаз, то здешняя кошка была равномерно серая с прижатыми к голове короткими ушками и большими жёлтыми глазами. Шёрстка кошки была короткая, словно плюшевая, а вот «очки» вокруг глаз действительно были, только не тёмные а белые.

То есть перед нами на столе сидела кошка породы скоттиш-фолд и выглядела она при этом неописуемой милашкой, как и большинство шотландских вислоухих.

Впрочем, о том, что это не совсем кошка, догадались почти все. Но вот Симус точно был не в курсе, поэтому, завидев кошку, тут же рванул к ней и подхватил на руки, прежде чем мы с Марком успели его задержать.

— Киса! — счастливо выкрикнул он и подхватил кошку на руки. — Ты как здесь оказалась? От хозяйки убежала? Какая красивая киса! Надо найти твою хозяйку...

И наш несгибаемый боец ИРА начал наглаживать и почёсывать кошку, глаза которой сделались совершенно обалделыми. Бьюсь об заклад, что это первый такой случай за всю преподавательскую карьеру Макгонагалл.

Слизеринцы сдержанно захихикали. Зрелище и впрямь было уморительное, но пора с этим заканчивать. А то нанесёт Финниган психологическую травму преподавателю, как пить дать нанесёт, а где мы второго вменяемого декана возьмём?

А Симус между тем продолжал ворковать над кошкой:

— Подожди, киса, вот придёт декан Макгонагалл, и я попрошу, чтобы она разрешила мне отнести тебя хозяйке, хорошо? Да, киса?

— Симус, — мягко сказал я, — положи кису на место.

— Зачем? — спросил ирландец. — Если хозяйка не найдётся, я её себе заберу. Это ведь можно?

— Эту кошку — вряд ли, — твёрдо сказал я. — Положи её на стол, а то занятие может не начаться.

— Что? — удивился Симус, но тут до него стало что-то доходить и он осторожно, словно хрустальную, опустил кошку обратно на стол и отошёл за свою парту. Смешки стихли.

И тут кошка спрыгнула со стола, а на пол приземлилась уже женщина.

— Ой... — смутился Симус. — Декан Макгонагалл... Извините... Я не думал...

— Ничего страшного, — неожиданно улыбнулась Макгонагалл. — Это хорошо, мистер Финниган, что вы любите кошек. Но впредь так не делайте. Хогвартс — это место, где всё может оказаться не тем, чем кажется. А сейчас давайте перейдём к нашему занятию. То, что я вам продемонстрировала, называется анимагией. Это высшая степень Трансфигурации и большинство из вас может овладеть ею. Но помните «может овладеть» не равно «овладеет». Анимагия требует больших усилий и большой магической силы. И этим мы займёмся на старших курсах. А начнём мы наше обучение с простейших вещей. Но... Гриффиндор, где мистер Уизли?

Я поднял руку:

— Простите, профессор Макгонагалл, мы хотели сказать, но просто не успели. Рон ещё на завтраке убежал из Большого зала, он был очень расстроен. И сейчас мы не можем сказать, где он.

— Вот оно что... — нахмурилась Макгонагалл. — Хорошо, что сказали, мистер Поттер. Мистера Уизли лучше разыскать...

И она, нахмурившись, подняла глаза к потолку и негромко позвала:

— Сэр Николас! Явитесь немедленно!

Мы удивлённо переглянулись, но Макгонагалл явно знала, что делала. Через мгновение под потолком появился серебристо-серый призрак в костюме шестнадцатого века (куртка и короткие штаны с буфами, высокий плоёный воротник и короткий плащ), с кудрявой головой и аккуратной бородкой.

Призрак с опаской покосился на нас с Марком, но Макгонагалл поманила его к себе, и он не посмел ослушаться.

— Сэр Николас! — сказала Макгонагалл. — Прошу вас, разыщите одного из наших учеников. Он убежал с завтрака в расстроенном состоянии и не дай Мерлин попадёт куда-нибудь... не туда.

— Это такой рыженький мальчик? — шелестящим голосом уточнил призрак.

— Да, — ответила Макгонагалл. — Вы его видели, сэр Николас?

— Нет, но леди Елена сказала мне, что какой-то мальчик плачет в туалете Плаксы Миртл. Похоже, у него случился стихийный выброс, и он напуган. Ведь туалет...кхм... немного пострадал.

Стихийный выброс? У Рончика? Воля ваша, но, по-моему, это говорит о том, что Рон далеко не слаб. Впрочем, ни Джеймс Поттер, ни Беллатрикс Лестрейндж не были слабыми волшебниками по определению, одни «подвиги» Беллы в каноне чего стоят... Так с чего ему быть слабым?

А вот то, что парня к одиннадцати годам не научили справляться со стихийными выбросами — плохо. И у меня в этом плане возникают вопросы к Молли Уизли. И чем дальше — тем больше.

Между тем Макгонагалл внимательно выслушала Почти Безголового Ника и взмахнула палочкой. Перед ней тут же замерла огромная серебристая кошка. Патронус.

— Поппи, дорогая, — сказала Макгонагалл, — прошу тебя, пройди до туалета Плаксы Миртл. Там находится первокурсник Рон Уизли. Похоже, у него случился стихийный выброс. Забери его, пожалуйста, в Больничное крыло и дай Успокоительного. Я зайду после уроков.

После этого кошка кивнула и исчезла. Ну вот, здешняя Макгонагалл разрулила ситуацию. Надеюсь, с Роном всё будет в порядке... но его реакция говорит о том, что его ругали за стихийные выбросы. А ведь волшебники такого никогда не делают. Напротив, радуются. Что ж там Молли-то намудрила? Она ведь чистокровная волшебница и таких элементарных вещей не знать просто не может. Впрочем, педагогические приёмы Молли вызывали у меня недоумение и в каноне, что уж говорить о здешней вариации мира Роулинг с его вывертами.

После того, как Патронус Макгонагалл умчался к школьной медиведьме, наконец-то начался урок.

Надо сказать, что во многих фанфиках педагогическое мастерство Макгонагалл оценивалось крайне негативно — и сухо она-де объясняет, и сложно, и не рассказывает толком ничего, просто требует заучивать заклинания... Авторы этих фанфиков забывают, что Трансфигурация — очень сложный предмет, при этом предмет, ограниченный весьма строгими законами. И что неопытный трансфигуратор может по незнанию натворить много неприятных вещей и с другими, и с собой.

Естественно, что перед Макгонагалл стояла сложная задача. С одной стороны — заинтересовать детей и дать им чёткое понятие о своём предмете, и о том, какие возможности он даёт. А с другой стороны — дать первокурсникам понять, что есть столь же чёткие ограничения, связанные с возрастом учеников и количеством имеющихся у них знаний. А ещё учесть, что кроме чистокровных, уже более или менее разбирающихся в предмете, в классе есть магглорожденные, которые хорошо, если пару месяцев назад палочку увидели.

И, на мой взгляд, с этой задачей профессор справилась очень даже неплохо. Для начала она дала технику безопасности, причём не сама диктовала заумные фразы, а просила отвечать прежде всего слизеринцев. Те реально шарили в предмете, даже Крэбб с Гойлом пару раз сказали дельные вещи. Мы с Марком тоже несколько раз поднимали руки, зарабатывая баллы для факультета. Так же поступали и Лаванда и Парвати. Поэтому к концу первого урока все успели записать правила, и почти все заработали баллы. Никакого унижения слизеринцев в этом плане я не заметил — Макгонагалл на баллы не скупилась.

После того, как все освоили правила, был сделан небольшой перерыв, а во второй части занятия профессор Макгонагалл продемонстрировала нам возможности Трансфигурации.

— Существуют следующие направления Трансфигурации, — сказала она, — и я их располагаю от простого к сложному. Первое. Превращение неживого в неживое.

Женщина коснулась палочкой стоявшего на столе узкого хрустального графина... и он превратился в металлический кубок. Ещё одно касание — кубок стал фаянсовым блюдом, потом — деревянной шкатулкой, потом — глиняным горшком, потом зеркалом в красивой оправе... И после всех превращений перед нами вновь стоял хрустальный графин.

Народ зааплодировал. Макгонагалл улыбнулась.

— Вы сможете научиться этому, если будете внимательны и трудолюбивы. Но перейдём ко второму направлению. Это превращение живого в неживое.

И пошло-поехало. Жуки превращались в пуговицы и брошки, беленькие мышки — в шкатулки и кубки, а большие серые пауки — в зеркальца и расчёски. Это тоже было здорово, но беленьких мышек было жаль.

— Скажите, профессор, — спросила Лаванда, когда Макгонагалл закончила демонстрацию и вернула всем брошкам, шкатулкам и расчёскам первоначальный вид, отправив их в специальные контейнеры, — а им не больно?

— Нет, мисс Браун, — ответила Макгонагалл. — В этом случае они не чувствуют ничего. Это точно установлено, ибо были добровольцы, соглашавшиеся испытать трансфигурацию на себе. Так вот, они ничего не помнили и ничего не ощущали, находясь в трансфигурированном состоянии.

Лаванда кивнула и немного приободрилась. А Макгонагалл уже перешла к описанию следующего направления Трансфигурации.

— Третье направление — это превращение неживого в условно живое.

После этого малахитовый письменный прибор, стоявший на столе у декана, превратился в жабу, лежащий там же свиток обрёл крылья и полетел большим вороном, а сам стол превратился в свинью.

— Эта жаба будет прыгать по болоту, и ловить комаров, ворон летает не хуже настоящего, а свинью можно забить и приготовить из неё жаркое, — сказала Макгонагалл. — Так вот. Последнее делать нельзя категорически. Не бывает вечной трансфигурации, и, подумайте, что почувствует человек, в чьём животе аппетитное жаркое начнёт превращаться в куски дерева? Именно поэтому мы не говорим — живое. Мы говорим — условно живое. Запомните, это направление стало развиваться позже остальных, вероятно потому, что до установления Статута Секретности подобное пугало магглов.

— Одна из самых известных историй об условно живых существах — это история пражского голема — сделанного из глины подобия человека. Его сотворил в XVI веке иудейский служитель культа Леви бен Бецалель, обладавший потрясающим даром к Трансфигурации, — продолжила профессор. — Он создал голема для защиты еврейской общины от погромов христиан и надо сказать, что его творение продержалось целых тринадцать лет! Увы, со временем управляющий контур ослабел, и голема пришлось уничтожить, поскольку он вышел из-под контроля создателя. К счастью, он не успел причинить слишком больших бед, но это лишний раз доказывает нам, что стоит быть осторожными с разного рода экспериментами. И сейчас я хочу обратиться прежде всего к магглорожденным студентам. Помните, что палочка, которую вы получили, это не только ваш основной учебный инструмент, но и опасное оружие, способное натворить немалых бед. Пока вы находитесь на первом курсе и разучиваете свои первые заклинания, колдуйте только под присмотром преподавателей или старших товарищей. И, прошу вас, не пытайтесь осваивать заклинания самостоятельно и опережать учебную программу хотя бы первые полгода. Вы можете нанести непоправимый вред собственному магическому ядру. Именно поэтому на первом курсе заклинания даются строго дозированно. Наша задача — помочь вам подчинить свой дар, не причиняя при этом вреда другим — неважно, магам или магглам. Все ли меня услышали?

— Да, профессор Макгонагалл, — дружно отозвался класс.

— Хорошо, — кивнула женщина. — А сейчас вы попробуете сотворить первое в своей жизни превращение. И не стоит расстраиваться, если вдруг не получится. Запомните — вы волшебники и многое зависит от вашего личного желания.

После этого Макгонагалл снова взмахнула палочкой, и на доске появились схема движения палочки и произношение заклинания⁽¹⁾.

— Вам предстоит превратить простейший маггловский предмет — спичку — в иголку, которая используется для шитья и штопки. Взгляните, как выглядят оба эти предмета, — продолжила профессор, и повинуясь взмаху её палочки на каждой парте возник коробок с несколькими спичками и большая штопальная игла.

Игла вопросов не вызвала, а вот спички некоторых удивили.

— Профессор Макгонагалл, — подняла руку Лаванда. — А для чего магглам нужны эти деревянные палочки?

— Для разжигания огня, мисс Браун, — ответила Макгонагалл. — Мистер Томас, продемонстрируйте, как это делается.

— Да, профессор! — ответил Дин и чиркнул спичкой о коробок. Возникший огонёк многих удивил.

— Это тоже магия? — удивилась Панси Паркинсон.

— Нет, — ответила Макгонагалл. — У магглов есть наука химия, которая рассказывает о превращениях веществ. Видите, на головку спички нанесено одно вещество, а на бок коробочки — другое. При трении они вступают в химическую реакцию, и возникает огонь. Но это не магия. Это то, что магглы называют наукой. Но давайте поговорим об этом в другой раз. Вам всё-таки нужно попробовать ваше первое превращение.

После этого Макгонагалл показала движения палочкой и произнесла заклинание. Лежащая перед ней спичка тут же превратилась в длинную иглу с большим ушком. Женщина приглашающе улыбнулась.

Ну, что сказать? Мы с Марком уже умели проделывать этот несложный фокус, но показывать себя слишком умными — дурных не было. Поэтому мы сделали несколько провальных попыток, дождались, пока иголки получатся у Драко и Блейза Забини, и только потом моя спичка превратилась в изящную иголочку. И пошло-поехало...

Следующей стала Фэй, затем — Марк, затем Нотт и Гринграсс со Слизерина, затем наши Лаванда с Парвати... Макгонагалл только улыбалась и добавляла факультетам баллов.

Самое удивительное, что справились практически все. Даже Крэбб и Гойл. И Дин с Симусом не подкачали. Правда, Симус спалил две первые спички чисто на энтузиазме, но Макгонагалл не стала сердиться. Просто мягко сказала:

— Не злись, спичка тебе не враг. Представь, что это глина, из которой можно вылепить что угодно. Вот и вылепи из неё иголку.

И у Симуса получилась игла. Правда, здоровенная и чуть кривая, но это, несомненно, была игла. Так что свои законные баллы парень получил заслуженно.

В общем и целом первый урок понравился всем. И со слизеринцами мы не ругались, а общались вполне мирно, тем более что они первыми агрессию не проявляли. Может, и получится обойтись без межфакультетской вражды?

Второй парой сегодня у нас были Чары, после этого мы шли на обед, а потом — сюрприз! — для первого курса был назначен факультатив по чистописанию. Всё страньше и страньше... Нет, я-то понимаю, что это вполне логично, особенно для магглорожденных, но в каноне о таком ни гу-гу.

Я вопросительно взглянул на Марка и тот тоже удивлённо покачал головой. Вот как. У него тоже ничего такого не было?

«После поговорим», — одними губами прошептал Марк, я кивнул и мы двинулись дальше. Но так просто дойти до кабинета профессора Флитвика нам было не суждено.

Неожиданно из-за ближайшего поворота коридора выбежала полная рыжеволосая женщина, чьи роскошные кудри более всего напоминали причёску «я упала с самосвала, тормозила головой». Одета она была в длинную вязаную кофту расцветочки «вырвиглазиубейсяапстену» и длинное же серое платье с довольно потрёпанным подолом. Что же касается обуви... Можно, я промолчу? Ибо назвать обувью то безобразие, что находилось на ногах почтенной дамы, было весьма сложно.

Короче говоря, к нам на всех парусах неслась Молли Уизли собственной персоной. Очень даже разъярённая Молли Уизли. И я, в принципе, даже не сомневался, кому сейчас будут предъявляться претензии.

— Мама? — растерянно спросил Перси, который вёл нас на урок. — Мама, что случилось? Может, тебе стоит успокоиться?

Похоже, внешний вид родительницы впечатлил и его. Но Молли явно не хотела слушать самого разумного из оставшихся в наличии сыновей. Её кто-то здорово завёл... и я даже догадываюсь, кто... Но зачем? Ладно, подумаю об этом позже, поскольку разъярённая женщина явно нацелилась на меня. И ведь безошибочно узнала, хотя от растиражированного местными СМИ и прочими тупыми сказочками образа я отличался очень сильно. Ни тебе очков-велосипедов, ни яркого шрама на лбу, ни шухера на голове. Разве что цвет глаз остался прежним... По нему, видать, и вычислила.

Но тут мне стало не до раздумий, поскольку Молли подлетела ко мне и завопила:

— Как ты мог? Гарри, как ты мог? Как ты мог так обойтись с моим мальчиком? Сломать ему палочку! Отправить его в Больничное крыло! А ведь Рон так хотел подружиться с тобой!

— Простите, мэм... — отступил я на шаг. — Не понимаю сути ваших претензий.

— Гарри ничего не делал Рону! — возмутился Симус. — Рон сам попробовал колдовать сломанной палочкой, вот она и испортилась!

— И в Больничное крыло Рон попал из-за того, что у него случился стихийный выброс, — попробовал пробудить голос разума Перси. — Гарри здесь совершенно ни при чём. Откуда ты взяла эту чушь, мама? Скажи лучше, ты привезла Рону палочку?

— Что? — взвыла Молли. Похоже, слово «палочка» сработало как триггер, и вроде бы начавшая успокаиваться женщина вновь стала агрессивной. — Это он должен купить новую палочку Рону! Ведь палочка сломалась по его вине! Я тебе покажу!

Последняя фраза была адресована непосредственно мне, но что мне собиралась показать Молли Уизли, я так и не понял. Когда она протянула ко мне руки, притаившийся в капюшоне мантии Санчо, до того не подававший признаков жизни, вылез мне на голову, распушился и продемонстрировал хелицеры, на кончиках которых показались желтоватые капельки.

— Не подходите, миссис Уизли, мой фамильяр этого не любит! — отскочил я в сторону.

Но, в принципе это было уже лишнее. Увидев моего милого паучка, Молли отреагировала примерно так же, как и Рон. Её глаза съехали к носу, она отчаянно вскрикнула:

— Тёмное отродье! — и рухнула бы на пол, не подхвати её Перси. Ну да. Обморок классический. Вот такие они — мелочи жизни.

1) В каноне не упоминается.

Вернуться к тексту