Мальчик-который-в-деле (джен)

Времени было так мало, а дел так много, и хитрости директора его так задолбали, что Северус Снейп не стал тратить время на хождения вокруг да около и разговор с Поттером начал сразу с самого интересного вопроса:

— Поттер, скажите, хотели бы вы принять участие в грядущем Турнире?

Снейп не забывал о четвертом драконе, интригах Дамблдора, которые определенно связаны с мальчишкой, своих собственных клятвах и прочих заботах. А еще он хотел выжить, что будет затруднительно, формулировка проклятых обязательств ему не даст. Сдохнет Поттер — он отправится следом. А у него планы. И помирать не хочется, хоть за победу Света, хоть за торжество Лорда, хоть за просто так.

Снейп был готов к тому, что, как любой амбициозный подросток, этот оболтус ухватится за шанс стать чемпионом школы. Или испугается ... Хотя нет, это же Поттер. К чему он не был готов, так это к тому, что гриффиндорец поправит очки и доверительно скажет:

— А мне это невыгодно, сэр.

Приплыли.

А нечего было отдавать героя магической Британии маглам на воспитание. Вот Петунья и вырастила такое. Меркантильную и наглую шпану.

— Вы не могли бы пояснить свою мысль детальнее, Поттер, я теряюсь в вашей парадоксальной логике.

— Но мне правда невыгодно, — пожала плечами надежда Дамблдора. — Даже если выиграть, там дадут только тысячу галлеонов.

— Вы не хотите вечной славы? — съехидничал Снейп.

— Только не посмертную, сэр, — отрастил зубы, молодец. — И славы мне вообще-то своей хватает. Чемпионов много было, а я у магБритании один.

— От скромности не помрете.

— Спасибо, сэр, — заулыбался Поттер. — А тысячу галлеонов я могу и так получить. Я уже прикинул, это отчисления от тех торговцев, помните, мы с вами их в Годриковой лощине видели. Года за три примерно. Суды уже почти все закончились в мою пользу. Ну или за четыре года, еще же юристу гонорар, налоги, но зато никакого риска.

— А как же престиж?

— Штука хорошая, но на хлеб не намажешь. И потом, я хотел посмотреть, кто приедет. Поговорить, вдруг в тех странах есть что-то интересное. Или полезное. А если я буду участвовать, то я получаюсь конкурент и мне никто ничего не расскажет. А мне нужны связи, вот.

Ох, хорошо, что Поттера сейчас Дамблдор не слышит. Или плохо. Услышал бы рассуждения своего Избранного Героя, упал бы замертво. А они бы все жили дальше спокойно... Мечтать, Северус, будешь, когда рак на горе свистнет. Или Волдеморт упокоится.

— Я буду с вами откровенен, Поттер, до определенного предела, конечно. Раз уж мы с вами оказались в одной лодке.

Гарри покивал, показывая, что он весь внимание, и Снейп продолжил:

— Вы в общих чертах знакомы с историей противостояния Пожирателей смерти и Ордена Феникса. А на каникулах, как я понял, имели удовольствие встретиться с его теперешним составом.

— Полные ушлепки, сэр, — вставил свои пять кнатов Гарри. Эта инвалидная команда у него никакого доверия не вызывала.

— Я разделяю ваше мнение, но прошу его публично не озвучивать, — строго заметил Снейп. — Думаю, директор этому не обрадуется. Но к делу. В том пророчестве, которое вы так успешно расколотили, профессор Трелони предсказала, что вы и есть волдемортово проклятье и пасть ему суждено от вашей руки. Но недавно она сделала еще одно.

— А я его слышал, сэр, — поделился Поттер.

— И вы молчали?

— Да там такая ерунда была. Что грядет что-то там и восстанет. А потом она башкой об стену брякнулась и мы с Гермионой ее ковром прикрыли. Чтоб не простудилась. А про это пророчество я забыл.

Снейп сжал пальцами переносицу. Вот что ему стоило тогда забыть все, что он подслушал? Или забить на услышанное?

— Тогда вы понимаете, что просто так Дамблдор от вас не отстанет. И весь Орден Феникса тоже. Не случайно в Хогвартсе теперь преподает Грюм.

— А я думал, просто нормальные кончились, некому ЗОТИ вести, — проворчал Поттер.

— Поттер, отнеситесь серьезно к моим словам! У Волдеморта, как вам известно, не найдены два крестража. Я не могу исключать, что они попали не в те руки.

— То есть Темный хрен придет в Хогвартс и захочет меня убить?

— Я вас сам сейчас прибью! Мне не нравится подозрительная возня вокруг вашей персоны. И мне не нравится, что, судя по косвенным признакам, вас так или иначе выставят на Турнир. Шансы выжить там у вас невелики. Взрослого дракона вы вряд ли одолеете, при всем своем нахальстве.

— Нифига себе, — обалдел Гарри. — А это точно?

— Почти. В первом задании будут драконы. Они уже едут. Четыре штуки. А чемпионов должно быть три.

Поттер присвистнул, и Снейп с трудом удержался, чтобы не дать ему подзатыльник.

— Делайте выводы и думайте, как будете выкручиваться.

— Турнир — затея директора, — задумчиво начал прикидывать расклады Гарри. — Может, он рассчитывает, что Волдеморт вылезет из своей норы и придет посмотреть? А тут я. Бред какой-то. Что я могу с ним сделать? Палочку Экспеллиармусом отобрать? Или лучше Агуаменти, он вымокнет и будет чихать...

— Вот именно. Поэтому вам нужно освоить несколько простых боевых заклинаний и щитов. На сложные у вас силы не хватит, а так хоть уклониться сможете и сбежать.

— А если поближе подобраться, то я и кулаком врезать смогу, — замечтался Гарри. — Это намного эффективней. Круче магии мозги прочищает. Ой, сэр, я тут вспомнил, мне бы еще что-нибудь медицинское, хотя бы для первой помощи, а то всякое случиться может.

Но разговаривать с ним дальше Снейп не стал. Потащил в тренировочный зал, где показал ему Секо и Бомбарду, а также Протего и Реннервейт. Гарри повторил, но Снейп все равно остался недоволен. Позвал эльфа, велел доставить сюда Малфоя, Нотта и Забини. После чего гонял всех четверых до седьмого пота. В смысле, они взмокли, Снейпу-то что сделается.

Наконец декан Слизерина принял решение и поставил Поттера в известность, что каждую неделю он на зельях будет получать отработку. За иглы дикобраза.

— А если я не принесу? — поинтересовался Гарри.

— Тогда за их отсутствие, — не разочаровал его Снейп.

Но вместо чистки котлов Гарри придется отрабатывать все, чему он сейчас научился. В принципе, так тоже неплохо.

Еще Снейп обязал троих слизеринцев тренировать с Гарри его умение ставить щит. Стратегия простая: Малфой, Нотт и Забини насылают на него Жалящее без предупреждения, а его задача — вовремя отбить заклинание своим Протего.

Они так развлекались пару дней. И у Гарри нормально получалось уже. Хотя от заклинания он все равно старался увернуться так, как привык в драках. Но и щит тоже полезное умение.

Проходя через холл после уроков, он даже не увидел, а скорее почувствовал знакомую вспышку Жалящего, летящую в спину. Развернулся, ушел с линии огня, щит выставил уже почти автоматически...

— НУ УЖ НЕТ, ПАРЕНЬ!

С лестницы спускался Грюм, хромая даже больше обычного. Его волшебный глаз вертелся в глазнице как вентилятор.

Он взмахнул палочкой в сторону Малфоя, крикнул незнакомое Гарри заклинание, студенты шарахнулась в сторону, а на пустом пространстве оказался белый, как снег, хорек.

Грюм зарычал про проклятых Пожирателей, что вечно норовят ударить в спину и движением палочки подбросил хорька в воздух.

— Захерачь себя лопатой! Глаз на жопу! Жопу в глаз! Гребаный мудила! Сожри свои яйца!

Все, кто был в холле, просто онемели. И Грюм тоже А хорек продолжал летать и орать на весь Хогвартс:

— Мухомор в подштаниках! Отсоси кентавру! Жопа с ручкой!

К ним уже бежала профессор МакГонагалл, держась за сердце.

— Что здесь происходит? Профессор Грюм!

— Учу, — сказал Грюм, но из-за матерщины его было слышно плохо.

— Это что — студент? Или фамильяр студента? Немедленно перестаньте...

— Это джарви, профессор МакГонагалл, — сообщил ей Драко Малфой, стоявший среди толпы.

— Как джарви? Откуда он взялся? Мистер Малфой! Профессор Грюм, да прекратите это!

Грюм опустил палочку и хорек упал на каменные плиты, не переставая выражать свое недовольство.

Драко поднял орущего благим матом зверька и перехватил его покрепче.

— Он сбежал из вольера.

— Но почему он белый?

— Он альбинос, профессор. И его дразнят остальные. А мисс Астория Гринграсс, ду...добрая девочка, его нашла и пожалела. И принесла в гостиную Слизерина.

— Было весело, чо, — прогудел Крэбб.

— Девчонки визжали. Громко, — добавил Гойл.

— А потом пришел декан и всех разогнал, — закончил Малфой.

— Гребучий случай, — грустно подтвердил джарви, вися у Малфоя в руках.

— И теперь я несу его к Хагриду, чтобы он сделал отдельную клетку, — сообщил Драко.

— А почему ты? — заинтересовался Гарри.

— Ближе всех стоял, — поморщился Малфой.

— Громче всех ржал, — уточнил Нотт.

— Но ты! Ты напал на Поттера! Я видел! — Грюм хватал ртом воздух и пытался заставить глаз смотреть на слизеринца. Но Малфой не обращал на него внимания, обращаясь только к МакГонагалл:

— А профессор Грюм плохо видит. И еще хуже себя контролирует.

— Чмо вонючее, — сказал джарви. И этого было достаточно, чтобы собравшаяся толпа начала ржать как стадо пьяных кентавров.

— Десять баллов со Слизерина, — с достоинством сказала МакГонагалл. — За нецензурные вопли в общественном месте.

Малфой потащил хорька-матерщинника к Хагриду, МакГонагалл строго посмотрела на студентов и все они резко вспомнили, что у них есть дела. А Аластор Грюм повернулся и захромал по коридору.

Барти Крауч, принимая личину Грюма, даже предположить не мог, что будет так невыносимо сложно. Ему не удавалось подчинить глаз. Палочка слушалась плохо. Железный протез натирал культю. Неприятным сюрпризом этого тела стал застарелый алкоголизм и геморрой размером с кулак.

И никак не получалось поймать Поттера.

На одной ноге за этим шустрым засранцем угнаться было очень нелегко.