Щит и Меч Огня (джен)

Эпилог

Ирина.

Время идет так быстро. Скоро будет уже два года, как я открыла Несмуа тайну ксигов. И уже два года, как все изменилось.

Для меня было удивлением, что не все Щиты и Мечи сразу приняли эти изменения. Были недовольные, которые сетовали на то, как спокойно и стабильно жилось раньше, не то, что теперь. Раньше обо всех твоих нуждах и нуждах семьи заботился твой господин, а теперь ты сам вынужден обеспечивать себя и близких. Находились даже те, кто открыто проклинал нас за нарушение этого векового распорядка жизни. К счастью, до физической расправы дело не дошло: я, по совету Леона, играла дурочку, которая «случайно» обнаружила правительственный секрет.

Но зато теперь мы жили в Верхнем Мире и у нас были права. Как у человека. И мы уже не были орудиями, а солдатами. Щитов специально учили обращаться с современным оружием, чтобы нейтрализовать ксигов еще на подходе, а нам, Мечам, оставалось лишь добить ту дергающуюся бесформенную массу, уже нисколько не опасную. Монстров становилось все меньше, и еще через год, согласно нашим контрактам, мы будем вольны стать теми, кем только пожелаем. Не особо я верю в Щедрость Верхнего Мира: я, и Леон, и его друг-законник Тео Ларош считаем, что тут скрыто много подводных камней.

Кстати, о Тео. И о Рэе. Я все никак не могу привыкнуть называть его Райнаром, но все еще стараюсь. Да и он сам, кажется, отвык от этого имени.

Рэй действительно принял совет Каэлю к сведению и готовится поступать в Университет на юридический как раз через год. Жалования военного нижнего чина, конечно же, будет недостаточно для обучения в орбитальном Университете, но Университет составляет рейтинги абитуриентов, и первые десять, набравшие наибольшее количество баллов, учатся за счет государства. Это правило недавно ввели, чтобы дать возможность талантливым медным пробиться и без покровительства золотого аристократа.

Когда Тео узнал об этом правиле, то воспринял его как вызов. И вот он теперь чуть ли не каждый день приходит в наше общежитие или вызывает Рэя к себе, чтобы мучить его подготовкой. Как сказал Тео: «Не будь я Ларошем, если не подготовлю вас на высший балл!».

И вот теперь из-за тонкой стенки я слышу очередную пытку законами.

— Расскажите мне о влиянии классовой принадлежности на ответственность, — тоном строгого учителя вопрошает золотой аристократ.

Ответ Рэя я слышу тоже и знаю, что он отвечает правильно. Сама вчера видела, как он это зубрил. Но, с точки зрения Тео, правильно не значит идеально. А чтобы достичь цели, нужно стремиться к идеалу:

— Вы снова упускаете нюансы. Соберитесь, Райнар! Это вам не мечом от ксигов отмахиваться, тут мозги нужны!

— Чтобы от ксигов отмахиваться, господин Тео, — голос Рэя, как всегда, спокоен, — мозги тоже требуются.

Тео замолкает на пару секунд, затем выдает:

— Очень рад, что вы уже научились конструктивно спорить. Однако для того, чтобы сдать вступительный экзамен этого мало. Извольте повторить закон. И, кстати, вы же не пойдете на экзамен … в этом? Я, конечно, понимаю, что это дар вашего Меча, но если с вашей прической приемная комиссия еще смирится, памятуя о вашей прошлой профессии, то такого... ммм… перформанса она не одобрит!

Под «этим» Тео имеет в виду футболку с ксигом, наряженным в розовое платьице. Нет, никто тут не сошел с ума. Ну, почти.

Дело в том, что Верене что-то стукнуло в голову и она начала писать серии книг о приключениях разумного ксига в Верхнем Мире. Ксиг внезапно обрел сознание и интегрировался в человеческое общество, став героем, моделью, филантропом, гением и еще кем-то. На эту ерунду, к моему удивлению, нашлись читатели, а потом и фанаты. Верена, то есть Вирджиния, уже получает гонорары и зарабатывает на мерче. А мерч разрабатывает ей … Аэлла, то есть теперь Ада, у которой внезапно открылась художественная жилка. Скооперировавшись с почти что профессиональной художницей, сестрой Рэя Элоизой, они иллюстрируют эту фееричную чушь и переносят рисунки на футболки и кружки. Чтобы поддержать начинающих предпринимателей, я и купила эту дурацкую футболку. Рэю купила, сама такое носить не стану даже под дулом пистолета. А ему, что самое интересное, даже идет. И, во-вторых, есть что-то особенное в том, что мужчина охотно носит то, что ты подарила, пусть это и самое дурацкое, что он видел.

Но Тео прав, на экзамен я его в этом не пущу.

Я кричу из своей комнаты:

— Лично в костюм одену! Даже с галстуком!

За стенкой снова пауза, затем законник громко и ехидно интересуется:

— А вы, Ирина, уже выучили свою анатомию?! Смотрите, завтра Леон придет вас проверять!

Вместо ответа я вздыхаю. Мне, в отличие от Рэя, бесплатное обучение даже не светит. Но как-то ведь нужно будет жить дальше на этой планете, поэтому я с помощью Леона готовлюсь поступать в медицинский. В крайнем случае я готова взять кредит на обучение.

Почти все, кого я знаю, ищут свое место в этом новом мире.

Зиг, который теперь Зигфрид, хочет стать журналистом. С его способностью везде совать свой нос и быть всегда в курсе новостей это было бы очень даже возможным, если бы не полное неприятие им правил письменного несмуанского языка. Леон стонет от количества ошибок в записях своего бывшего Щита и еле сдерживается, чтобы не врезать ему словарем. Или, может, уже врезал пару раз за издевательства над языком.

Сабина мечтает выйти замуж, родить детей и быть домохозяйкой. Я ей сказала, что эта мечта не хуже других, но замуж за Векса выходить не стоит. Сэйл, бывшая Сабина, со мной согласилась, тем более что Векс, кажется, снова куда-то не туда ввязался.

Ходят мутные слухи о подпольных боях без правил и о вербовщиках, которые сманивают туда бывших Щитов и Мечей, обещая им легкие деньги. Как бы неравнодушные аристократы не разжевывали опасность и ненадежность такого занятия, желающие все равно находятся. И среди них Векс, который вернул себе прежнее имя — Виктор.

Дорн, то есть теперь уже Дориан, остался верен себе и Аэлле-Аде. Он собирается остаться в армии и через год планирует свадьбу.

Мы тоже… планируем.

Каэль не стал доносить на меня Стражам Порядка. Его ожоги благодаря несмуанской медицине излечились без следа, но это я узнала от Леона, который сначала дулся на меня за то, как я обошлась с его отцом. Но все же потом молодой доктор оттаял, наверное, сумев меня понять. Самого Каэля я после той моей выходки больше не видела и, надеюсь, не увижу.

Старая Меч Огня куда-то пропала, так и не рассказав о себе ничего. Вот с ней я надеюсь встретиться когда-нибудь еще раз.

Кларисса устроилась в музыкальную школу, учит малышей игре на фортепиано. Она выглядит довольной, но временами в ее словах проскальзывает грусть от того, что она больше никогда не сможет играть так, как раньше — тяжелый физический труд деформировал ее пальцы и эти изменения слишком застарелые, чтобы легко решить их даже медициной Несмуа.

Ян, младший брат Рэй, все еще учится в кадетском училище при системе Переходов, но теперь они выполняют только транспортную функцию, как, например, железные дороги на моей Земле. Рэй часто встречается с семьей, но я стесняюсь пока сопровождать его на каждую из этих встреч, хотя он и уверяет меня, что мне все будут рады.

А я… я тут, на Несмуа. Когда я уже после того, как разобралась с Каэлем, рассказала Леону и Тео о себе, то сразу же поинтересовалась, смогу ли я вернуться на Землю. Тео тогда задал один-единственный вопрос: есть ли на Земле космопорты, готовые принять пассажирский челнок с Несмуа? Об ответе можно догадаться. Оставались еще Охотники на легких и маневренных кораблях, но все они успели покинуть Несмуа до начала заварушки. Да и если бы они и были здесь, страшно представить, какую сумму они бы запросили за полет в далекую часть галактики.

Элоиза по моей просьбе нарисовала на стене березу. Получилось не очень похоже, но мне нравится, ведь теперь это единственное, что напоминает мне о Земле. А еще — сны, которые иногда мне снятся. Это мои воспоминания, вернувшиеся после того совместного применения силы. И теперь я знаю, что я неслучайно увидела горящий лес, когда пробовала визуализировать свою силу. В детстве я чуть не погибла в лесном пожаре, добравшемся до деревни моей бабушки, где я отдыхала тем летом. Возможно, это и пробудило во мне предрасположенность к дару, которую заметил Охотник.

Я рада, что теперь знаю и помню, кто я и откуда, но …

Земля, я скучаю по тебе.