Мальчик-который-в-деле (джен)

Собравшиеся в кабинете директора маги ругались долго и в итоге перешли на личности. Но вовремя спохватились и выставили студентов-чемпионов за дверь, так толком ни о чем их и не спрося. Зачем тогда звали, не понял Гарри. Ну да, маги же.

Сам Гарри решил драгоценное время не терять, раз уж собрался обзаводиться нужными знакомствами. Мировая звезда квиддича вполне подходит.

Нисколько не смущаясь негодующим фырканьем Делакур, он радостно представился, пожал руку обалдевшему Краму и познакомил его с Седриком, сказав, что Диггори тоже ловец и что Хаффлпафф отличные ребята. И квиддич они тут все уважают.

Крам на ломаном английском сказал, что он готовился к соревнованиям магов, а здесь совсем не это ... Но Гарри его утешил, сообщив, что просто у них в этом сезоне очень скучно в Хогвартсе, жаль, они не приехали в прошлом году, тут два месяца оборотень уроки вел, а вокруг школы дементоры круги наворачивали. Делакур побледнела и в ужасе прижалась к стене, бормоча что-то про сумасшедших англичан.

С этим и Крам не спорил, упомянув, что не зря профессор Антонофф говорить, что английские маги... сильно е...э... как это слово?

— Эксцентричные, — пришел на помощь Седрик.

— Почти похоже, — кивнул Крам.

Гарри обрадовался общей теме и рассказал, что книжка этого профессора Антонофф про стаховидлы — его любимая, очень здорово написано. Оказалось, что автор "Бестиария славянских земель" преподает боевую магию в Дурмштранге. И Крам как-то расслабился и перестал на Гарри и Седрика коситься с подозрением.

Хогвартс иностранцы практически не знали, и чтобы они не заблудились, Гарри повел болгарина в Западное крыло, а Седрик пошел провожать Флер к Восточному. Как раз успели вернуться к себе до отбоя.

Войдя в гостиную, Гарри был просто оглушен шумом. Гриффондорцы орали как на квиддичном матче. Все хотели знать, как именно Гарри обманул Кубок, что было в кабинете директора, чемпион он теперь или нет, почему он им всем ничего не сказал и что теперь будет. А еще он должен выиграть, чтобы прославить факультет.

Гарри потерял терпение, обозвал всех вислоухими кретинами, которые до сих пор не въехали, что Кубок сломался. Слизеринцы и райвенкловцы сходу сообразили! И нет у него никакой инсайдерской информации. А если бы и была, прищурился Гарри на близнецов, делавших уж больно невинные лица, то делиться за просто так — поищите дураков в зеркале.

Поттер зазнался, решил факультет.

Гриффиндор — это диагноз, решил Поттер.

В спальне было потише. Невилл сказал, что верит ему, Гарри бы не стал нарушать правила. Дина с Симусом больше интересовали французские девчонки, там такие красотки были, не только Делакур. А Рон Уизли сидел на кровати с надутым видом. Но душевное состояние шестого представителя семьи Уизли Гарри не заботило вообще.

Пока Гарри Поттер засыпал, в кабинете директора продолжали кипеть страсти. Ни Каркаров, ни мадам Максим не согласны были разрешить своим студентам выступать за другие школы. Виктор Крам мировая звезда! Флер Делакур дочь начальника департамента и талантливая волшебница! И принять чужих учеников как своих — тоже отказывались. Ваш студент, Каркаров, просто мужлан, как вы все! И не имеет понятия об изящных чарах! Да кто бы жаловался, но не вы, мне вообще подсунули английского неуча! Это кто тут еще неуч, возмутилась Помона Спраут и конфликт вышел на новый уровень.

Ах, как Альбусу Дамблдору не хватало сейчас Старшей палочки! Даже пальцы зудели. И поддержки тоже не хватало. За него была только Минерва, остальные смотрели волками и чуть ли не открыто винили в плохой организации Турнира. Какая несправедливость!

А Малфой вообще выступил с речью, в которой дал понять всем собравшимся, что этот скандал — прямое следствие того, что Дамблдор не советовался с умными и грамотными людьми, хотел сделать все в одиночку, но опыта не хватило. Обратился бы к попечителям, они для этого и нужны, так нет же, только деньги требовать и умеет. Много и постоянно.

Когда все охрипли и устали, Малфой все же продавил обращение в Визенгамот. Иначе никакого Турнира не выйдет, они тут будут спорить до скончания века. Люциус брал на себя организацию внеочередного заседания, с Верховным чародеем Тиберием Огденом он хорошо знаком.

Утренний номер "Ежедневного пророка" вышел в два раза толще обычного, совы еле дотащили подписчикам газеты.

Скитер развернулась во всю ширь своего таланта. А какие были колдографии! Растерянные чемпионы, скандалящие иностранцы, Кубок крупным планом... Особенно хорош был кадр, на котором директора Хогвартса атаковал рой записок с именем Поттера.

И красной нитью через весь репортаж, занимавший несколько страниц, проходила мысль, что Великий и Светлый волшебник теряет хватку, раз не справился даже с организацией школьных соревнований. Что это: неумение работать или нежелание следовать законам магического мира?

Альбус Дамблдор, читая "Пророк" в своем кабинете, не выдержал и испепелил паскудную газетенку! Клевета, предательство и обман! Они еще ответят! Вот как только Волдеморт вернется...

Заседание Визенгамота было назначено на вторую половину следующего дня. Немыслимая для британской бюрократии скорость.

И Гарри, и всех остальных чемпионов потащили на слушание. Деканов не взяли, представителем каждой школы был директор, а Попечительский совет единогласно доверил говорить от своего имени Люциусу Малфою.

Журналистов тоже запустили в зал. Международное событие, понимать надо! Дамблдору очень хотелось прихлопнуть Скитер мухобойкой, и плевать, что в прошлом она была ему очень полезна. А тут смотрите, сенсацию почуяла!

Разбирательство тянулось долго и нудно. Судьи Визенгамота заслушали свидетельские показания, осмотрели записки, выброшенные Кубком Огня и только что на зуб их не попробовали. Заинтересовались, где вообще эта Гренландия и долго искали ее на карте магической Европы.

Не нашли.

Бартемиус Крауч заболел и вместо него правила Турнира Трех Волшебников озвучивал Перси Уизли.

— Совершеннолетний участник, бросивший свое имя в Кубок Огня, заключает магический контракт, не подлежащий расторжению до конца Турнира, — монотонно бубнил Перси.

И Гарри снова потребовал себе юриста, а то он в магических контрактах не специалист. Судьи покривились, но разрешили пригласить мистера Филлипса, обговорив, что оплачивать эти услуги мистер Поттер будет сам. Гарри согласился, а за юристом посылать было не надо, он уже ждал под дверью.

Вместе с Сириусом Блэком.

Поттер ведь несовершеннолетний, вспомнили судьи Визенгамота. Хотя вот же опекун...

— Гарри! — бросился к нему Сириус. — Ты попал на Турнир! Джеймс бы так гордился этой шуткой!

— Мистер Блэк, даете ли вы согласие, как опекун мистера Поттера, на его участие в Турнире Трех Волшебников? — строго спросил Тиберий Огден.

Блэк положил руку на плечо Гарри, улыбнулся до ушей и громко сказал:

— Я рад за своего крестника! Конечно, я даАААААА!!!

Гарри, поняв, что крестный, желая как лучше, сейчас втянет его в эту мутную движуху, наступил Блэку на ногу. Своим тяжелым ботинком.

— Видите, — не растерялся мистер Филлипс. — Даже Сириус Блэк, маг с тяжёлой судьбой, достигший вершины азкабанского дна — и тот кричит от ужаса, что его несовершеннолетний подопечный оказался в такой ситуации.

Комедия продолжалась и запутывалась все сильнее.

Идее Малфоя обратиться за консультацией в Отдел Тайн противился Дамблдор. Он упирал на то, что ээээ реквизит для первого испытания уже пересек границу и надо решать быстрее. А проверка невыразимцев может и затянуться. К тому же, чемпионы уже выбраны, о чем тут можно спорить.

Альбус пытался со своего места просигнализировать Блэку, чтобы тот активнее защищал интересы своего подопечного, а то этот скользкий тип юридической наружности того и гляди отмажет, то есть отстранит Поттера от Турнира. И кто тогда поверит в его Избранность?

Но блохастого идиота обрабатывала Рита-подлая-тварь-Скитер. Дирижируя своим зеленым пером, она облизывала губы и намекала Блэку, что с радостью возьмет у него... интервью. А тот и рад хвостом махать!

Кобель.

Тем временем Люциус Малфой напомнил Визенгамоту, что это не первый провал Дамблдора как директора школы. В ход пошла и история трехлетней давности с Запретным лесом и акромантулами, и окаменения студентов два года назад, да и назначение оборотня преподавателем ЗОТИ тоже наделало много шума. На Альбуса Дамблдора судьи косились с подозрением, а мадам Максим и Каркаров — с неприкрытым злорадством.

Злопамятная сволочь, что значит бывший Пожиратель!

Наконец судьи устали препираться. И Эдриан Уоррингтон предложил просто проверить чемпионов на наличие пресловутого магического контракта. Скоро ужин, а болтовне конца и края не предвидится!

Так и сделали. Манипуляции приглашенных специалистов по магическим обязательствам выявили интересную картину.

У Виктора Крама, Флер Делакур и Седрика Диггори контракты действительно были. Эти совершеннолетние волшебники сами написали собственные имена и сами же бросили их в Кубок Огня. Что им придется выступать не за те школы, в которых они учились — непредвиденные обстоятельства. Все вопросы к организаторам.

Гарри Поттер оказался чист как стеклышко. Выходит, мальчишка не врал, когда говорил, что ничего в Кубок не бросал и запретную черту не пересекал. Получается, что его подставил кто-то совершеннолетний. Дамблдор, вы уверены, что не стоит привлекать невыразимцев для тщательного изучения Кубка?

— Мистер Поттер, — поинтересовался Верховный чародей, — есть ли у вас враги?

Гарри задумался.

— Волдеморт если только, — наконец сказал он. И обрадовал вздрогнувших судей: — Но это ненадолго.

Решение Визенгамота, принятое абсолютным большинством голосов, было следующим:

Турниру быть

Три чемпиона выступают за школы, которые выбрал Кубок. Будем считать, что это для укрепления международного сотрудничества.

Гарри Поттер в Турнире участия не принимает.

Протесты Гренландской школы, если ее представители все же доплывут, будут рассмотрены в установленном законом порядке.

Мистер Филлипс, наскоро посовещавшись с Поттером, встал и сообщил Визенгамоту, что его клиент решил подать иск к организаторам Турнира с требованием компенсации.

— За что?

— Как? Причинение морального вреда, урон деловой репутации, необоснованные обвинения, подвергание несовершеннолетнего заведомой опасности...

— Месье Филлипс, — поднялась со своего места мадам Максим. Юрист задрал голову и показал, что он весь внимание.

— Я хотеть подать иск за мадмуазель Делакур. Организатор платить за нашу честь!

Не успел мистер Филлипс ответить согласием, как директор Дурмштранга вскочил и потребовал того же самого. И в полном объеме! Иначе он будет жаловаться!

Великий и Светлый волшебник Альбус Дамблдор в полуобмороке медленно сполз под стол.