Гарри Поттер и внутренний голос (джен)

Драко потянулся к внутреннему карману пальто, вытянул аккуратный квадратик носового платка. Я отвел глаза: за окном расцветали огни, насыщая мир буйством красок; истекали последние дни каникул, лавки и магазинчики изощрялись, завлекая зевак.

— Что мне делать?

Голос Драко, выцветший, какой-то потухший, уронил вопрос и затих. Он, похоже, не ждал ответа. Уже — нет.

— Не знаю.

— Зачем тогда вернулся?

Мы ещё сидели рядом. Но с каждой секундой между нами — я чувствовал кожей — росла пропасть, отдаляя, разрывая то, что когда-то казалось дружбой.

Драко осторожно шмыгнул носом, отнял руку, шевельнулся, пряча платок, помедлил ещё немного. Я молчал, разглядывая освещенную улицу. Малфой медленно поднялся, аккуратно задвинул стул, придерживая, словно боясь малейшего звука, и шагнул прочь.

— Стой.

Он не слышал меня! Я едва сообразил схватить его за рукав.

Снаружи орала, пела, звенела Косая аллея. Но тут, в крошечном кафе, где, кроме нас троих, никого не было, тишина казалась абсолютной.

— Сядь.

Пауза.

— Что ещë?

— Они спасли мне жизнь.

Драко резко дëрнул стул, уже не заботясь о тишине — похоже, до настоящей истерики ему оставалось совсем немного.

— Теперь они ничем не могут быть тебе полезны.

— Ошибаешься.

— И чем же?

— Они молчат.

— Что?

— Они молчат. Оба. Как думаешь, почему?

— Наверняка не ради тебя.

— Опять ошибаешься. Они молчат, и меня до сих пор не нашли. Хотя… И ради тебя — тоже.

— Уверен?

— Частично. Давай не сейчас.

— А что — сейчас?

— На сложные выкладки уже нет сил. Девушку нужно отправить домой, а это долго и далеко. Нам надо понять, как общаться, если я для тебя невидим. Перстень снимать не буду. Я сделал это в Рождество буквально на минуту, вынужденно, но уверен, что по моим следам уже идут и даже знают, что я уже в Англии.

— Спасибо.

— За что? У меня ни одной идеи. Тебе придётся вспоминать всё, что известно о магическом судопроизводстве, потому что изучать его некогда. Моё перо не достать, почтовая шкатулка в чужих руках. И этот вопрос тоже решать тебе. Я же подумаю, как вытащить наших.

— Ты не должен.

— Так будет правильно. Заканчивай страдать фигнëй. Думай. Или хотя бы закажи нам ещë чая, что ли.

Драко вдруг улыбнулся.

— Я бы съел чего-нибудь.

Мы пересели к Салли, Малфой быстро переговорил с ней и заказал паровую треску с овощами для девушки и нам — бифштексы с картофелем. Салли коротко пожелала нам приятного аппетита и взялась за вилку.

— Если вы заняты, я могу доехать на такси, сама, — предложила она, жуя.

— Посмотрим.

Драко явно не знал, как вести себя с ней. Она не капризничала, не требовала развлекать. Не мешала. И сейчас она ела быстро, не теряя времени, но явно наслаждаясь едой, — на неё было приятно смотреть. Рот она открыла лишь однажды, попросив передать соль.

— Мы проводим вас, кузина, — решил вдруг он, вставая и помогая подняться ей. Она пожала плечами. Пока я надевал куртку, Малфой расплатился, и мы покинули кафе.

— Аппарация? — уточнил он у пустоты за моим плечом.

— Тебя переносили когда-нибудь? — перевёл я девушке его вопрос.

— Типа порталом? Нет, никогда. Во всяком случае, не помню такого.

— Тогда такси.

— Нет, — она даже приостановилась, — я хочу попробовать.

— Ты поела, может стошнить, — предупредил я.

— Предпочитаю рискнуть.

— Хорошо, — правильно понял её реплики Драко. — Мне нужно знать место.

Салли покопалась в сумочке и вынула небольшую фотографию. Она и какой-то незнакомый мне парень сидели на скамейке у сквера, а на заднем плане смутно-знакомо проглядывал дом и входная дверь.

— Подойдёт.

Спрашивать, пробовал ли Дракон тройную аппарацию, было неуместно. Я не знал даже, что он вообще умеет это делать.

— Держись крепко, — предупредил я. Она колебалась, и я обнял её талию, а она вцепилась в ладонь Драко. Меня тот держал за плечо.

— Подожди.

Я вынул его палочку и вернул:

— С этим будет лучше.

Драко вдруг улыбнулся — открыто и радостно.

— О, теперь наверняка. Аппарейт.

Удивительно, но никого из нас не расщепило. И не стошнило. И мы даже попали по назначению, вот только на ногах удержаться не могли и рухнули вповалку где-то возле той самой скамьи.

— Кто тот парень? — поднимаясь и отряхиваясь, буркнул я, наблюдая, как Драко топчется вокруг неё, пытаясь поднять и залипая на длинные ноги и короткую, сбившуюся в падении юбку.

— Спасибо, кузен Драко.

Мне она не ответила.

С Драко они простилась церемонно, он почтительно поклонился, пожимая ручку и желая ей приятного отдыха.

Меня она погладила по рукаву куртки. Молча. Благо, Малфой меня не видел. Мы дождались, пока она вошла в дом, и он перенëс нас обратно на аппарационную площадку Косой аллеи. На этот устоять удалось.

— А ты силён.

— Спасибо. У меня амулетов полные карманы.Кстати, что думаешь о Протеевых чарах?

— А они сработают?

Он вынул два золотых галлеона. Над ребристым гуртом монет дрожало едва заметное марево чар.

— Я думал дать один отцу. Ну, когда разрешат свидание. Но меня не пустили.

Я взял одну монету. Дракон направил палочку на свою, пошевелил губами. Жёлтый кружок нагрелся. И всё.

— Сейчас попробую написать что-нибудь.

Но монета отказывалась работать в моих руках. Нагревалась — да, но буквы не проявлялись.

Попробовать отправить сообщение Драко я не мог. Палочки у меня не было.

— Я постараюсь раздобыть твою палочку, — поколебавшись, пообещал он. — Если получится.

— А где она?

— Наверное, у Руди. Если у Петтигрю, то вряд ли.

—- Может, новую купить?

Драко замялся. Я и сам понял, что сказанул глупость.

— Если не отыщешь мою, принеси любую.

Драко снова становился прежним, решительным и самодовольным. Он вдруг остро на меня взглянул и полез во внутренний карман:

— Вот… Любую могу дать прямо сейчас.

Я взял палочку из его рук. Она была средней длины, чёрная, жёсткая, местами потёртая, но удобно легла в ладонь.

— Подойдёт.

— Не потеряй, — потупился вдруг Дракон, —- это крёстного. Когда его забирали, он успел передать её папá. Так у него оставался шанс когда-нибудь получить её обратно.

— Что внутри?

— Сердечная жила дракона. Наверное.

Палочка Снейпа успокаивала.

— Зачем тогда послал мне свою? Если у тебя чужая была?

— Чтобы ты точно вернулся.

Какое-то время мы просто шли молча.

— Если сможешь, принеси палочку Темного Лорда.

— Чего?

— Ты показывал воспоминания. Вряд ли Лестрейндж вернул крысе палочку сквиба.

Вдохновленный Дракоша был прекрасен. Он расправил плечи и даже глаза казались ярче.

— Идём, Поттер. Возможно, я смогу решить и вопрос связи.

Мы свернули и спустя пять минут оказались в темноватом помещении лавки Горбина и Бэркса.

Тут я притих, не мешая приятелю самоутверждаться. На самом деле меня заботило, что из глубины шкафа ко мне тянулась костлявая рука. Та самая, что чувствовала воров.

Но хозяин был занят, и после бешеного торга у нас оказались две потрёпанные страницы какой-то книги. Мне досталась одна из них.

— Протеевы чары сработают, даже если окажутся у сквиба в руках, — гордо сообщил Малфой.

— Откуда знаешь?

— Горбин видел нас. Решил, что я завёл интрижку с гр… магглорождённой. Я не стал отрицать. Зато он смог подобрать нужную разновидность чар.

— А твоя репутация?

— Папá в Аврорате. Какая теперь разница.

Драко явно учился расставлять приоритеты.

— У тебя хватит сил ещё на одну аппарацию?

— Имей совесть!

— Отнеси меня домой.

— Куда это?

— В Суррей.

—Тоже по фото? Ну, знаешь. Я тебе не домовик!

— У меня нет фото. Кстати, о домовиках. Твой эльф знает, где мой дом, твой отец знает, Снейп знает, и тебе стоило бы.

Попререкавшись, Малфой вызвал своего эльфа, и минутой позже мы стояли в тени живой изгороди у дома номер 4 по Тисовой улице. Я отпустил Дракошу, шлëпнув по спине, и побрёл к входу.

* * *

Решив вопрос с группой поддержки и связью, я вооружился карандашом, тетрадкой и принялся думать.

Снейп обвинен в моей смерти. Имеются доказательства, косвенные, так как тела не нашли.

Люциус. Со слов Драко, он арестован за соучастие в том же. Вот это полный бред, видно, кому-то очень хотелось посадить Малфоя. Если и не закрыть надолго, хотя бы напугать. Проще всего найти способ извлечь Малфоя. Предъявить меня живого было делом нескольких минут, но покуда Петтигрю на тропе войны, открываться не следовало. А он выжидает.. Наверняка всë затеяно с целью выманить меня.

Может быть, за Драко следят, а я был беспечен и подставился.

Петтигрю. Он выглядел верным сторонником Лорда. Такой ни перед чем не остановится. Он мог клеветать, обвинить кого угодно в чем угодно. Он был опасным противником.

Прочие ПСы. Со слов Малфоя, не хотели возрождения господина. Успокоились, и мне вроде как не было смысла опасаться их. Не факт, что Драко прав. Не факт, что он не приврал.

Снейп в Азкабане. Идей, как его вытащить, не было. С дементорами я встречался, и если б не Патронус, мне не поздоровилось бы. А профессор без палочки. Наверняка и щиты антимагические стоят… Как бы передать ему весточку?

Ну что ж. Будем решать проблемы по мере того как…

* * *

— Алло. Добрый день. Могу я услышать мисс Тонкс?

— Сейчас позову, — отозвался на том конце провода голос Сэма.

Значит, он вернулся.

— Привет, — минуту спустя пропел в трубке девичий голос.

— Это Гарри Поттер. Здравствуй.

— Сэм не помнит тебя, — немедленно сообщила она.

— Это не я. Честное слово.

— Не бери в голову. Так что?

— Хочешь пройтись?

— Шутишь? Конечно.

— Только… Э… У тебя есть юбка подлиннее?

Салли явилась в сером шерстяном пальто до колен и с глубоким капюшоном. Выглядела она хорошо, но строго и даже консервативно, поэтому своё восхищение я выразил абсолютно искренне.

— Жаль, что ты не можешь перенести нас, — только и сказала она, когда я принялся ловить такси. — Это было круто.

В Лютном, в Дырявом Котле, я сразу направился к камину, заплатив за две порции пороха. Были и другие камины, но здесь он был широким и позволял свободно перемещаться вдвоëм. Салли переступила решëтку и позволила обнять себя за плечи.

— Атриум.

Мы вышли, отряхиваясь и чихая. Связываться с лифтом я не стал и на один этаж мы спустились по лестнице.

— Это почтовый отдел, — указал я на широко открытую дверь. — Мы войдëм, и ты попроси отправить посылку. Если спросят, почему не воспользовалась совой, скажи, что у тебя еë нет. Нужно будет заплатить, дашь им это, — я вложил ей в пальцы монету.

Она приняла от меня мягкий свëрток.

— А кому и куда?

— Азкабан. Северусу Снейпу.

Она пошевелила губами, запоминая, и решительно шагнула внутрь.

Еë сперва направили в один кабинет, затем в другой. На неë таращились, но она невозмутимо шагала, куда велели, отвечала на вопросы, по сторонам особо не глазела и не шарахалась от летающих писем.

Меня никто не замечал. Министерство, блин!

— Вы уверены, что в Азкабан принимают передачи? — недружелюбно буркнул лысый пожилой маг, касаясь палочкой пакета.

— Абсолютно, — не моргнув глазом заявила она.

Тот с сомнением помял подбородок.

— Ваше имя, мисс.

— Зачем?

— Таков порядок.

— Я мисс Тонкс.

Волшебник наморщил лоб, припоминая, не вспомнил и потянулся к посылке:

— Десять сиклей.

Это был грабёж. Совы носили почту за два кната. Салли знать этого не могла, я же не был уверен, что переданных ей монет хватит, и полез было в карман.

— Выпишите мне квитанцию, пожалуйста, — равнодушно уронила она, не думая уходить.

— Что?

— Квитанцию. Посылка весом в два фунта, расстояние и стоимость. Сегодняшняя дата И ваша подпись. С печатью.

— Мы такое не выдаем, — занервничал маг при слове “печать”.

— Неправда. Везде, где есть деньги, существует система отчетности. И прейскуранты существуют тоже.

Маг покраснел, затем побледнел.

— Куда, вы сказали, доставка?

— Азкабан.

— Минуту.

Он раскрыл посылку, пошелестел газетной бумагой и вынул сверток белой хлопчатобумажной ткани. Сбоку болталась этикетка магазина.

— Это сделали магглы?

— Вдруг бы вы отказались принять магическую вещь.

Он порылся в бумагах, вытащил бланк, ткнул в него палочкой. На пергаменте проявились ровные строки. Палочка оставила в углу витиеватый цветной росчерк. Маг взмахнул рукой, и копия опустилась на стол перед Салли.

— Десять кнатов.

Она спокойно выложила монеты и забрала квитанцию.

— Здесь нет даты. Поправьте, пожалуйста. И на втором экземпляре тоже.

Она не уходила, покуда второй листок не был накрепко прикреплен к посылке.

— Как скоро будет доставлено?

— Не знаю, — почти грубо ответили ей, — когда случится оказия в Азкабан, и тогда со всеми посылками отправят и её.

— То есть такое уважаемое заведение как Азкабан, — чуть повысила голос Салли, — должно дожидаться, пока вам будет удобно? Почему тогда на квитанции написано: доплата за срочность?

— Мисс, ступайте уже, — устало махнул маг. — Посылку мы доставим за два дня. Но я не гарантирую, что ваш мистер Снейп её получит.

— Хорошо. Как я узнаю, что он ее получил?

— Да что ж такое! Дайте вашу квитанцию!

Маг снова ткнул палочкой в один и другой бланк.

— Снейп должен будет пометить бланк кровью, если захочет, чтобы вы успокоились насчёт доставки.

— Мистер Снейп. Не стоит неуважительно отзываться о своих клиентах. Всего доброго. Я ещё зайду.

* * *

— Однажды при мне тётка-продавщица невежливо говорила с мамой, — сообщила Салли. Мы уже убрались из Министерства и остановились у мокрой клумбы с почерневшими кустиками. — Знаешь, Гарри, я поняла, как люди убивают.

Он неожиданности я зацепился за ногу и едва не упал.

— Мама не сделала ничего плохого. Она у меня просто хрупкая, воспитанная, и та бабища решила, что можно обругать её безнаказанно. Да и не было там особой ругани, так… Невежливость. Но внутри меня вдруг поднялась волна — по-другому не могу объяснить. Я вдруг почувствовала, что пока могу это контролировать, но если не сдержусь, ярость овладеет мной. Я почувствовала, что эта ярость не будет иметь границ, что все заморочки воспитания, законы и мораль — исчезнут. В этот миг я осознала, как идут на смерть те, что защищает своих близких. Они ничего не боятся, потому что их гнев превыше страха смерти.

— И что ты сделала?

— Постаралась успокоиться.

Салли грустно улыбнулась мне.

— Кажется, за ту минуту я повзрослела на десять лет.

— Поэтому ты так жёстко вела себя с тем мужиком?

— А что я должна была приседать, упрашивать и притворяться дурой? Не интересно. Я не знала, кстати, почём доставка, и в этих монетках ваших не разбираюсь, но у него руки тряслись и глазки бегали. Так что в любом случае ничего б не случилось.

Я вынул несколько монет.

— Это галлеон, приблизительно равен пяти английским фунтам. В нем 16 сиклей, в каждом сикле 29 кнатов.

— Сколько стоит обычная доставка?

— Два кната.

— Вот гад! — в сердцах выругалась она, — надул всё-таки!

— Будем считать, что не особо. Ты и так сбила цену в двадцать девять раз.

Мы шли, и я размышлял, будет ли уместно попросить помощи Салли с банком Гринготтс. Вреда ей не причинят, а входить туда могут даже магглы. Отец Гестии Джонс, например.

— Сэм не помнит меня, но он не виноват. Ты меня тоже не помнишь, — признался я.

— У нас что-то было? — она кокетливо поправила волосы.

— Нет, ничего. Просто… Общая вечеринка.

— И ты вот так запросто зашёл в наш дом и позвал на прогулку? Почти незнакомого человека?

Я не нашёлся что ответить.

Мы нашли такси, но дальше девушка решила ехать сама.

— Всё нормально. Просто хочу побыть одна. Позвони мне как-нибудь.

— Хочешь подбодрить? Я так уныло выгляжу?

— Вроде того. Пока. Я серьезно, звони. Похоже, без моей помощи не обойтись.

* * *

Два дня спустя мы с младшим Малфоем снова сидели в том же кафе. Драко нервничал и едва я прикоснулся, вцепился в руку так, что я зашипел.

— Тебя обнаружили!

Он попытался вытащить что-то из кармана пальто, неловко, поскольку отпускать меня не хотел тоже, и наконец извлëк мятую газету.

— Маггловская? Фу. Мельчаешь, наследник Малфой.

— Тут ты!

С не очень качественного фото, неподвижного и плоского, смотрело моë лицо.

— М-да. Заметку читал?

— А тут заметка есть?

— Я, между прочим, старался!

Драко наконец нашел заметку и принялся, смешно шевеля губами, придираться сквозь дебри французского текста.

— Что за бред!

— Ну извини!

Драко перечитал заметку.

— Ты действительно упал в обморок прямо на улице ?

— Какая разница. Важно, что об этом прочтут. Газетка бесплатная, зато ежедневная. Им главное тиражи, за деньги они что хочешь напечатают… Теперь можно разместить заметку где-нибудь ещë…

Ещë через полчаса в гостиничном номере Драко, наколдовав большое зеркало в рост, нервно наблюдал, как я выкладываю на стол маггловский фотоаппарат, стягиваю рубаху и аккуратно раскладываю на постели.

— Мы сделаем фото. И пошлем его в газеты.

— Парижские?

— В разные. Твоему отцу нужны доказательства, что я жив? А мне — что меня тут нет. И начнëм мы с магглов.

Спустя час и много матов на английском и французском я стал обладателем нескольких отличных фото себя самого. Драко виртуозно колдовал любой фон, одежду разных фасонов и даже магические светильники — и сам же орудовал камерой, оценивающе разглядывал медленно выползающие снимки и цокал языком.

— Поттер, ты красавчик, — между щелчками бормотал он, — выпрямись и брюхо подтяни.

— Пошел ты. Нет у меня брюха.

Фотографии сменяли одна другую: строгие костюмы на фоне апартаментов, шорты и поло — на фоне поля для гольфа и с клюшкой. Наконец плëнка закончилась.

Перекусив, мы принялись сортировать фото.

Заметки сочиняли тоже вдвоем. Затем некоторые переводили на французский. Удалось даже сочинить пару строк на зулу, на большее меня не хватило. Наконец Драко отправился домой, а я поплëлся в Лондон, искать фотоателье или интернет-кафе. Короче, мне нужны были цифровые копии.

Тьфу, снова забыл попросить Дракона сходить со мной в Гринготтс!

* * *

Акция «путешествующий по свету смертельно больной подросток ищет клинику, где ему помогут» заработала.

Если уж судьба сдала мне карты, глупо сидеть на них и не попробовать разыграть. Я пользовался только электронной почтой. Свои фото, копии медицинских заключений и так далее. Ведущие маггловские клиники Америки и Франции получили от меня письма, а через сутки в редакции печатных изданий летела моя заметка — с фотографиями. Я писал, что живу в Кимберли. Что ищу, кто бы мне помог.

Не сразу, но обо мне всë же написали — и я стал получать формальные ответы от клиник. Все как одна предлагали обследование и обещание значительно облегчить состояние, замедлить обострение и так далее. Это я и так знал. Возможно, когда-нибудь даже порачу на них деньги, — но решения проблемы не предлагал никто. Потому что его не было.

Кое-кто напечатал обо мне заметку, я все передал Драко. Найти саму газету дело не моë, пусть и он как-то поработает.

Прошла неделя. Все нормальные дети давно уехали в Хогвартс, и я решил было, что ничего не вышло, но тут Драко связался со мной. Люциуса Малфоя выпустили, поскольку состав преступления отсутствовал. «Пророк» тиснул короткую статью с ужасным фото, перепечатанным из французской «Фигаро».

Итак, один был свободен. С частичным и не долговременным поражением в правах, но — всë таки. Суда не было, то есть оправдан он не был и находился в условном статусе «до выяснения обстоятельств».

О Снейпе молчали. Это было плохо. Квитанция по-прежнему не носила оттиска о доставке.

Драко я написал на следующий день. На том клочке, с чарами.

«О крëстном вестей нет», — ответил он мне.

«Надо подать прошение о пересмотре дела».

«Отец запретил мне высовываться».

«Значит, Снейпа казнят. Знаешь, как выглядят поцелованные дементором? Я видел в Мунго. Брëвна, не люди».

«Я не могу».

«Тогда организуй встречу мне с л.Л.М. Завтра, там же, и пусть попробует не прийти».

Назавтра вместо сына, ожидаемо, в кафе меня ждал лорд Люциус. Внешне Малфой почти не изменился. Ни новых морщин, ни седины в роскошных волосах… Одет по-прежнему безупречно, но яркие краски сменились элегантной сдержанностью тонов. Да и осанка… Развëрнутые плечи, ровная спина. Но теперь бравады не было в его позе. Исчезли нарочитая горделивость, да и высокомерия поубавилось. Передо мной сидел просто очень хорошо воспитанный, обеспеченный, моложавый маг.

Вздрогнул, когда я его коснулся, и протянул руку:

— Гарри?

— Рад, что вы на свободе, сэр.

— Всë потом. Петтигрю очень опасен. Кольцо носишь, молодец.

— Оно отлично работает. Да и мантия у меня при себе. Спасибо.

— Наверное, ты удивлен, кто смог тебя похитить? Все просто. Волшебные светящиеся шары. Некоторые из них были не светильниками, а порталами. Так что аккуратнее выбирай поставщиков.

И рассказал всë, что и Дракон, но с подробностями. Петтигрю едва не спятил, обнаружив, что господин лишился магии. Но никто теперь не собирался помогать ему. Денег, чтобы нанять головорезов, у Питера не было. Субсидировать его никто не торопился.

— Мы можем вызволить Снейпа, доказав, что он убил Темного Лорда?

— Могли бы, если министр магии изволит поверить, что возрождение вообще имеет место быть.

— Что будем делать?

Малфой нахмурил идеальный лоб:

— Знаешь, Гарри… Не думал,что скажу такое, но нашлась управа и на меня…

Он вдруг сгорбился и с усилием потëр ладонями лицо.

— Две недели заключения — и я уже другой человек.

— Но мы же поможем профессору, сэр?

— Не поверишь. У меня ни одной идеи.

— Я сам напишу в Визенгамот и министру. Вы отправьте только. Не хочу снимать кольцо, пока Петтигрю на свободе.

Малфой согласился. А ещë он сходил со мной в банк и там, закрывшись с гоблином Поттеров в кабинете, попросил его протянуть лапу.

Мое появление не слишком удивило банкира — зато мы смогли решить большинство проблем. Видимо, с Нгамбой он уже связался, и сделал это снова. Мне выдали новую шкатулку и новый самопополняюшийся кошелёк, который работал даже в моих руках. Мы договорились об обмене галлеонов на фунты, я поставил свою подпись на счëте и вдруг спросил:

— Как переслать что-либо узнику Азкабана?

Гоблин поджал губы, Малфой отвернулся.

— Обычно их передают, если только…

— Что? Не говорите, будто он уже казнен!.

— Не обязательно. Возможно, он болен, или в карцере, или ему просто не отдали посылку.

— Как это узнать? И что вообще можно сделать?

— Мы не вмешиваемся в дела магов.

— Вот уж неправда! Вы ведёте их дела. Вы уже вмешались.

Так спустя сутки мне пришло сообщение, что мистер Северус Снейп получил мою посылку в Азкабане.

Малфой воспрял духом и сам стал регулярно слать Снейпу передачи — в основном с едой. Были там перья, пергамент и книги.

Хоть тут я мог передохнуть и подумать.

Можно мне попасть домой?

Если я напишу Рамзи?

Написал. И даже встретился с ним. И попал домой, проникнув под чары Ненаходимости, потому что я сам их и накладывал и сам был Хранителем.

Жизнь налаживалась.