Ну что ж, Флинт оказался замечательным тренером. Санни с удовольствием училась стрелять из арбалета, даже жалела, что на эти занятия выделено так мало времени. Всего по часу в день, да чуть больше на выходных. Зато начала разбираться, что стрелы к арбалету называются болтами, что наконечники бывают разными: от тренировочных тупых до боевых разного вида. Конечно, ей достались болты с тупыми наконечниками, но они достаточно прочно врезались в пористую мишень.
— Как тебе нравятся занятия с Флинтом? — задумчиво спросил её Рабастан, встретив после очередного урока.
— Очень! — честно призналась Санни. — Особенно, когда получается попасть в цель.
Рабастан хохотнул, но покивал одобрительно.
— Ничего — дома поставлю мишень и сможешь тренироваться, сколько захочешь.
Так странно это звучало — ведь Басти имел в виду их собственный дом! Подумать только, теперь они будут жить вместе, самостоятельно! Она сможет обставить многие комнаты по своему вкусу, станет хозяйкой, сможет сама распределять своё время, смогут с Басти решать любые вопросы, не советуясь со старшими… ну, иногда. И они смогут… Ей срочно требовалось отвлечься, спуститься с неба на землю. Ведь до выпуска надо ещё дожить.
В руках мужа Санни заметила конверт из плотной бумаги и ухватилась за отвлекающее обстоятельство. Басти как-то невесело усмехнулся, поймав её взгляд, и пояснил, постучав конвертом по ладони:
— Письмо от родича. Оно личное, но тебя тоже касается. Пойдём ко мне?
Она согласилась, взяла мужа под руку, и они вместе направились в слизеринскую гостиную. В комнате Рабастана Санни привычно заняла кресло у камина, а Басти магией подвинул к ней низкую подставку для ног. После чего протянул сложенный лист пергамента.
— Прочти сама, — предложил он. — Мне интересно твоё мнение, солнышко.
Санни кивнула и раскрыла послание, мельком глянув на подпись внизу листа. Рабастану написал некий Митчелл Элмерс, не указавший ни титулов, ни своей принадлежности к какому-либо сословию. Кроме того, Санни совершенно не был знаком этот человек.
«Приветствую вас, уважаемый сэр, мистер Лестрейндж! — начиналось послание. Санни прогнала неловкое чувство от чтения чужой переписки, ведь Басти сам ей предложил прочитать. — Полагаю, вы удивлены, что я вам пишу, но обстоятельства таковы, что нам необходимо с вами пообщаться. Волею судьбы я принял посильное участие в освобождении вас из рук маньяков, и никогда бы ни словом, ни делом не напомнил о своей помощи — честно признаюсь, что действовал отнюдь не ради вас и не ради вашей семьи, а ради помощи своему другу. Но случилось то, что случилось, поэтому не считаю возможным скрывать от вас важный факт или медлить в своём признании. Пойму ваше негодование, которое может последовать вслед за моим признанием, сам я тоже не испытываю счастья от случившегося, потому что абсолютно не представляю, что вы за человек. Чуть лучше я знаю вашего брата Рудольфуса, впрочем, тоже недостаточно хорошо. Но ближе к делу. Во время спасательной операции, чтобы помочь вам выжить и дать шанс вашим близким спасти вашу жизнь, я поделился с вами своими кровью и магией добровольно и осознанно, только крайняя необходимость заставила меня пойти на это. Вы понимаете, что это значит, не так ли? Предлагаю вам встретиться со мной и обсудить данное обстоятельство, когда вам будет угодно. В субботу я устраиваю в своём поместье приём, на котором будут присутствовать многие знакомые вам маги. Вкладываю официальное приглашение на три лица и портключ, настроенный на определённое время. В случае согласия, воспользуйтесь портключом. В случае отказа портключ станет простой стекляшкой, едва время минует. Мне понятно, что вы захотите взять с собой на приём вашу невесту, мисс Александру Прюэтт, и, возможно, вашего брата Рудольфуса, что не вызывает у меня ни малейшего возражения. Если вы не захотите или не сможете посетить приём, жду встречных предложений. С уважением, Митчелл Элмерс».
— Что скажешь? — Рабастан опустился перед креслом на колени и взял её руки в свои, как только Санни закончила читать. Его взгляд был серьёзен и задумчив. — Стервец спас мне жизнь, о чём ни отец и никто другой даже не в курсе, иначе бы рассказали. Поделиться кровью и магией добровольно и осознанно — это очень ответственный шаг, редкость в наше время. Теперь он мой родич по крови и магии, и я просто не вправе игнорировать данное обстоятельство. Ты же понимаешь?
— Профессор Робертс и целитель Сметвик поделились со мной кровью и магией, — Санни ощутила, как на глаза навернулись слёзы. — Ох, Басти, похоже, я в неоплатном долгу перед этим парнем. Как подумаю, что могла тебя потерять…
Комок в горле помешал закончить предложение, да так было и лучше.
— Не плачь! — Басти принялся целовать её руки. — Я выжил, я с тобой, всё хорошо!
— Ладно! — Санни шмыгнула носом, ощущая, как на душе становится легче. — Я не знаю, кто этот Элмерс, но я очень хочу его увидеть и лично поблагодарить.
— Я тоже, — криво улыбнулся Рабастан. — Хочу лично взглянуть на парня с фамилией весьма древнего рода — по слухам, давно угасшего. Либо поблагодарю, либо врежу по его наглой роже. И не делай такие глаза, я тоже не знаю, что он за человек! И не бойся, не прибью, родич же.
Санни засмеялась сквозь слёзы, отняла руки у мужа и растрепала его причёску.
— Мужчины! — с чувством сказала она, обхватив ладошками его лицо. — Вам бы всё драться! Милый мой викинг, так мы собираемся принять приглашение?
— Собираемся, — проворчал Рабастан. — Вопрос в том, говорить ли Рудольфусу.
— Лучше сказать, — Санни наклонилась вперёд и поцеловала Басти в губы. — И на приём его возьмём, тем более, раз Элмерс его знает, Руди может нас просветить заранее, что за родич у тебя образовался.
— У нас, — поправил её супруг и тоже её поцеловал так же коротко, но страстно. — У нас, милая. И может, отложим сообщение Руди на часик?
— Басти, — укоризненно поглядела Санни.
— Хорошо, ты права. Борги!
Эльф появился тут же и с умилением на них уставился большими влажными глазами.
— Борги пришёл, Борги готов исполнить поручение хозяина.
— Передай письмо моему брату, — велел Басти, снова сложив послание Митча Элмерса. — Пусть Руди прочитает. Санни, нам лучше привести себя в порядок. Насколько я знаю своего брата, он будет здесь через…
Дверь распахнулась без стука, заставив Басти весело фыркнуть. Он только и успел подняться с колен, а Руди уже был рядом с ними.
— Что это такое? — Руди потряс листком, пристально оглядывая обоих.
— Прочти, — посоветовал Рабастан, присаживаясь на подлокотник кресла и обнимая Санни за плечи. — Там всё сказано.
На чтение префект потратил меньше минуты. Глаза его оставались серьёзны — ни удивления, ни возмущения Санни не удалось увидеть на его лице. Предельная невозмутимость, даже толика высокомерной скуки.
— Забавно! — выдал Руди, дочитав, рухнул во второе кресло и взглянул на Санни внимательно.
— Что скажешь, миссис Лестрейндж?
— Мы принимаем приглашение, — сообщила ему Санни с лёгкой улыбкой. — Кто такой Митчелл Элмерс, наследник Лестрейндж?
— Один весьма борзый дикарь, — тут же выдал Руди, растеряв своё замороженное высокомерие. — По его совету я купил тебе сову, та ещё мерзавка.
— Негодница, — поправила его Санни, развеселившись. — Что значит «дикарь»?
Братья синхронно фыркнули, но ответил Руди.
— Отщепенцы, ошмётки древних родов, — Рудольфус нахмурился. — Понятия не имею, где и какой приём устраивает этот конкретный дикарь, но обычно они обитают в малоприятных норах в глубине Лютного. Санни, я не советую тебе встречаться с этим типом. Мы с Басти, конечно, отправимся портключом…
— Басти! — возмутилась Санни такому произволу и требовательно взглянула на мужа.
— Спокойно, Руди, — Рабастан успокаивающе сжал её плечо. — В Лютном приёмов не устраивают, это раз. Посмотри на слог письма, дикари так выражаться в принципе неспособны. Это два. Приём через два дня, мы вполне успеваем навести справки. Это три. И ещё, у директора Робертса так и так придётся брать разрешение. Возможно, Антуан что-то знает.
— Хорошо, — вскочил с кресла Рудольфус. — Идёмте прямо сейчас!
В кабинете директора, куда горгульи пропустили их сразу без всякого пароля, они застали не только Робертса, но ещё и профессора Даркера.
— Директор, — поклонился Рудольфус. — Декан Даркер. У нас неотложное дело к вам обоим, но мы можем зайти позже.
Профессор глядел на них с любопытством, а директор слегка нахмурился.
— Насколько важное дело, Руди? Рабастан, Санни, присаживайтесь, прошу вас. Если это не займёт много времени…
— Ознакомьтесь, — Рудольфус, поколебавшись, протянул письмо Элмерса директору.
Антуан взял письмо и бегло с ним ознакомился, брови его разгладились, улыбнулся он вполне добродушно. В отличие от того же префекта, Антуан не счёл нужным скрывать явное удивление во время чтения.
— Полагаю, вам необходимо наше разрешение? — спросил он, возвращая письмо Рабастану. — Не возражаю. Как раз в субботу утром к Элмерсам отправятся мистер Морган и мисс Пинс — господа жертвуют несколько книг библиотеке Хогвартса. Декан Даркер, что скажете вы?
— Элмерсы? — заинтересовался наставник Санни, Дэн Даркер. — Если речь идёт о приёме в их поместье в эту субботу, то я также приглашён. Так что не только не возражаю, но буду рад вашей компании, молодые люди.
— В поместье? — растерянно спросил Рудольфус, живо повернувшись к декану. — Вы с ними знакомы?
— Поверхностно, — уголки губ профессора лишь немного загнулись вверх, в остальном он выглядел невозмутимо. — Весьма достойные парни, с которыми я нахожусь в дальнем родстве, но встретил впервые несколько недель назад. Некоторое время Митчелл и Джерри работали телохранителями в агентстве «Акела» у миссис Дэшвуд, ныне известной как Ванесса Сметвик, а недавно получили весьма внушительное наследство. Кроме того, некоторое время назад Митчелл Элмерс женился на подопечной лорда Теодора Нотта, Виллоу Флинт, это было в «Пророке». Это, пожалуй, всё, что мне известно на данный момент.
Санни с удовольствием наблюдала, как у Руди расширяются глаза и отвисает челюсть — редкое зрелище на лице вечно невозмутимого префекта. Впрочем, он моментально взял себя в руки, заметив взгляд Санни.
Сама она готова была высказаться в духе Флинта: «Охренеть!». А ведь Квинтус ни разу не обмолвился, что у него имеется сестра или кузина, которая недавно вышла замуж за этого самого загадочного дикаря Митчелла Элмерса, владельца поместья. Да ещё подопечная лорда-дракона! Если уж лорд Нотт позволил своей подопечной пойти замуж за Элмерса, других рекомендаций в благонадёжности парня и не нужно.
— Спасибо за разрешение, директор, декан, — отмер префект Лестрейндж с довольно мрачным видом. Он явно подумал о том же, о чём и Санни, и вознамерился потрясти Флинта. — Рабастан, Санни, полагаю, мы можем идти.
— Идите! — благодушно позволил директор. — Я очень надеюсь, что визит к Элмерсам не станет препятствием для успешной сдачи оставшихся экзаменов.
Обратный путь они проделали почти бегом, спеша за Рудольфусом, который мчался в развевающейся мантии подобно мрачному призраку.
Басти же явно веселился, он смешливо подмигнул Санни и взял за руку, чтобы она не отставала. Флинта они обнаружили в слизеринской гостиной. Квинтус дремал с учебником по чарам на груди, нахально закинув ноги на низкий столик.
— Флинт! — рявкнул префект Лестрейндж, заставив бедолагу подскочить на месте. Руди выдохнул и смягчился, глядя в сонные глаза друга, расширенные в недоумении. — Идём, разговор есть!
— Что бы это ни было, я ни при чём! — твёрдо ответил Флинт, поспешно вскакивая. — Я невинен, как младенец, всё остальное — поклёп!
— За мной, младенец, — фыркнул Руди, приходя в хорошее настроение. Парни вокруг заулыбались, а девчонки прислушивались с любопытством. Все были рады отвлечься от бесконечной зубрёжки. — Басти, Санни…
— Мы с вами! — упрямо сказала Санни, сжав руку мужа.
Префект махнул рукой и поспешил в свою комнату.
— Что? — прошипел Флинт Санни на ухо. Они втроём шли за префектом менее спешно, набегались уже. — Кто его покусал?
— Митчелл Элмерс, — хихикнула Санни. Вся ситуация её уже тоже веселила не меньше, чем Рабастана.
— А, муженёк Вилли, — облегчённо выдохнул Квинт. — Этот может и покусать.
В комнате префекта нашлось четыре кресла, так что разместились они с комфортом.
— Квин! Что ты знаешь о Митчелле Элмерсе? — тут же перешёл Руди к делу, кивнув своему домовику. На столике тут же появились чашечки с кофе и небольшие сэндвичи с мясом.
Прежде чем ответить, Флинт пробормотал что-то вроде: «Чтоб я так жил!», заглотил сэндвич, потом второй, глотнул кофе, скривился и только тогда ответил:
— Митч, бывший дикарь, бывший телохранитель миссис Дэшвуд, ныне помещик, меценат и муж моей единокровной сестры Виллоу. Абсолютно безбашенный тип, если хотите знать моё мнение.
— Для того тебя и позвали, — нахмурился Руди, глядя, как Флинт жадно жуёт очередной сэндвич. — Что значит безбашенный?
— Под клятву! — Флинт глотнул кофе, который явно ему не нравился, и оскалился в жутковатой улыбке. — Твой отец в курсе, но тем не менее.
Они все принесли клятву неразглашения, понимая, что услышат сейчас что-то неординарное. И только после этого, уничтоживший последний сэндвич Флинт, мрачновато хохотнул.
— Кто слышал о кровавой свадьбе Монроуз?
Санни вопросительно взглянула на Басти, который расширил глаза и явственно вздрогнул. Даже Руди побледнел весьма явно.
— Ты ведь не просто так их вспомнил? — выдохнул префект, с ужасом глядя на Флинта. И покосился на Санни. — Монроуз были лордами, но давно все вымерли — не пережили свадьбы наследника, попытавшегося жениться на вейле. Невеста полюбила кровного врага наследника, перед свадебной церемонией этого бедолагу как раз изловили и собирались казнить в назидание. Увидев приговорённого, которому отрубили голову на её глазах, вейла сошла с ума, превратилась в монстра и убила всех, кто присутствовал на казни, включая женщин, стариков и детей. Свадьба наследника не состоялась, тела самой вейлы и кровного врага не нашли. Кровью была залита вся площадь, где проходила казнь, а после должна была состояться свадьба.
— Откуда свидетельства, если все умерли? — у Санни внутри всё похолодело.
— Не все, — поправил тихо Рабастан. — В замке оставался старый Хьюберт Монроуз, сошедший с ума после уничтожения всей семьи, а некоторые жители поселения смотрели на казнь из окон и успели запереться в домах.
— Твоя сестра — вейла? — резко спросил Рудольфус у Флинта.
— В точку! — мрачно отозвался Квин. — Папаня погулял напоследок, а уже после его смерти появилась на свет моя сестрёнка вейла. И не наполовину — оказалось, полувейл не бывает. Уж если передаётся дар вейлы, то целиком и полностью. Виллоу замечательная добрая и умная девочка, просто ангел, без шуток, но она настоящая вейла, о каких до сих пор мечтают разные придурки. К вашему сведению, ребятки, вейла может в считанные мгновения вырезать целую деревню, если вступит в боевую трансформацию. Причиной может стать убийство любимого, как случилось у Монроуз. Или, если прервать первое воссоединение с любимым, как случилось у нас.
— Но… — Руди встряхнулся. — Если об этом знали, то как…
— Знал все нюансы только лорд-дракон, — скривился Флинт. — Но и остальные что-то где-то слышали или читали, все были настороже. И прервать воссоединение пришлось — лорд твёрдо решил выдать Вилли замуж по всем правилам до консумации.
— Э-э, — протянул Басти нервно. — Ваши там как, многие погибли?
— Все целы, — фыркнул Флинт. — Повезло нечеловечески. Но даже матёрые боевики вспоминают эту свадьбу с дрожью. Ингис Морн вёл невесту к арке, он её брат единокровный по матери. Не спрашивайте. Вилли его очень любила, потому он и пробился к ней, смог привести в чувство немного. Парни говорили, что уже трансформация случилась, магические путы рвала, как гнилые верёвки. Когти вырастали, острые как бритва. А потом и вовсе начала умирать, любое прикосновение вызывало, как понимаю, дикую боль у девочки. Даже воду не могла пить. Ингис смог её напоить единорожьим молоком, сам повёл к жениху, а Вилли его несколько раз ранила, пока шла к арке с ним под ручку, не замечала, как выпускала когти, когда волновалась. Несколько раз чуть всё не сорвалось. Хорошо, она слышала Ингиса и Митча, больше никого не замечала. И эти двое как-то сумели её успокоить. Мужики щиты боевые поставили, держали, не опуская. Чудо само по себе, что Ингис с Вилли дошли до арки, и что самая стремительная свадебная церемония прошла почти гладко.
— И что Элмерс? — хрипло спросил Руди, глядя на Флинта горящими глазами. — Это ведь он — возлюбленный вейлы?
— Он, — хмыкнул Флинт веселее. — Митч её вроде как с детства любил, так что там всё взаимно. Как только церемония завершилась, сестрёнка прыгнула на Митча, срывая с него одежду, принялась ласкать и целовать. Еле успели ковёр наколдовать, да шатёр сверху, прежде чем супруги воссоединились окончательно. Хм. Заглушек навесили немерено, а всё равно все услышали победный крик Вилли, от которого, по словам Пранка, у всех кровь в жилах застыла. Как там справлялся Митч трое суток наедине с супругой — никто даже представлять не хочет. Безголовый тип, совершенно бесстрашный. Ваш отец лично переносил шатёр вместе со слоем почвы под ним во двор дома Ингиса Морна, чтобы молодых не потревожить. Охрану приставили, заглушки обновляли каждые два часа, те слетали напрочь. Пранк рассказывал, что Митч через три дня к лорду-дракону явился лично — доложить о самочувствии Вилли. Так новоявленный супруг вейлы был возмутительно здоров, бодр и весел. А Теодор Нотт ему руку пожал на прощанье. И не скальтесь — невиданное дело.
— Какой ужас! — вырвалось у Санни невольно. Только теперь, казалось, она смогла нормально дышать. — Бедная девочка!
— Не хотел бы я присутствовать на этой свадьбе, — Рабастан передёрнулся.
Руди согласно покивал.
— С ума сойти! — произнёс он с чувством. — Отец, вероятно, впечатлился.
— О да! — Флинт довольно щурился. — Эпичная история получилась. Ричард Лестрейндж ни кната не взял за помощь и, по словам Пранка, был великолепен. Двоих парней оставил, чтобы усилить охрану возле шатра. Но многие в цитадели не в курсе всех подробностей, мне Пранк и то под клятву рассказал. Говорит, лорд-дракон выпил огневиски прямо из горла бутылки, когда всё завершилось. Мужики смотрели с завистью, а Пранк — с осуждением.
Квин заржал, словно от хорошей шутки. Басти тоже засмеялся.
— Недаром Стив Пранк префектом школы был на последнем курсе, — уважительным тоном произнёс Руди, не поддержав веселья. — Хороший парень. Он ведь секретарь вашего лорда теперь?
— Ага, — Флинт с грустью взглянул на опустевшее блюдо от сэндвичей. — Всё время при лорде, но не важничает. Стив со школы ещё больше окреп, только ростом не вышел. Арес Шелби на спарингах с ним еле справляется, а Шелби у нас вроде гризли, быстрый и смертоносный.
— И по комплекции как гризли, — хохотнул Рабастан. — Вроде нашего Кроули.
— Точно! — покивал довольный Флинт. — Вашему Кроули тоже надо смотаться к горским девчонкам, они таких уважают. Вон, за Ареса какая красавица пошла.
— Я ему намекну, — оживился Басти.
— Не вздумай! — осадил его Руди. — Нам только разборок с кланом горцев не хватает.
— Кроули — это такой высокий и здоровенный? — уточнила Санни, припомнив холостых боевиков из ковена мужа.
— Солнышко, — Басти ласково погладил её по плечу. — Зачем тебе помнить этого придурка, когда рядом такой красивый я?
Флинт засмеялся, но тут же закашлялся.
— Нам на ужин ещё не пора? — спросил он поспешно.
Санни тут же наколдовала Темпус.
— Как раз пора, — сказала она, ощутив, что тоже проголодалась. А ещё хотелось зевнуть и вообще никуда не ходить. — Басти, возьми меня на ручки.
Рабастан вскочил и легко исполнил её шутливую просьбу под неодобрительным взглядом префекта и восхищённым — Флинта.
— Я пошутила! — ахнула Санни, обнимая мужа за шею. — Поставь!
— Если поцелуешь! — улыбнулся Рабастан, хитро щурясь.
— Все на ужин! — грозно сказал Руди. — Санни, веди себя прилично. Здесь Флинт!
— Мне всё нравится! — Квин поспешил к выходу из комнаты. — И я вообще ничего не видел!
Пришлось чмокнуть Басти в щёку, после чего Санни поставили на пол, хотя Рабастан при этом выглядел немного разочарованным и посмотрел укоризненно.
— Ночью я тебя украду, — шепнул он ей на ушко, убедившись, что Руди вышел вслед за Квином.
— Не получится, — так же тихо ответила ему Санни и потянула за руку к двери. — Мне надо выспаться и тебе тоже, завтра последний день, когда мы будем ударно готовиться к оставшимся экзаменам.
— Ничего, — Басти бодро ей улыбнулся. — Скоро домой, и все ночи будут нашими!
— Но сначала ТРИТОНы и официальное бракосочетание, — покивала Санни несколько уныло, но тут же взбодрилась, вспомнив о цели их тайного совета. — Ну и приём у Элмерсов, где будут знакомые нам маги.
— А ещё соревнование по стрельбе из арбалета среди девчонок и других неумех, — покивал Рабастан. Санни изумлённо на него оглянулась, и муж шаловливо ей улыбнулся. — Не хочешь отказаться? Поверь, никто не осудит.
— Да ни за что! — ответила Санни еле слышно — они уже вышли в гостиную.
При виде них народ повскакивал со своих мест, спеша к двери, у которой, застыв, стоял Рудольфус и глядел на них нетерпеливо. Санни решила, что без Беллатрикс префект с каждым днём становится всё невыносимей. Хорошо, что Бель возвращалась завтра, в пятницу. Пусть между ними царит сейчас что-то непонятное, холодное и дико вежливое, но по крайней мере рядом с Бель префект занят именно Бель, а не ими всеми.
Организованной толпой они отправились на ужин. Ещё немного, и Руди прикажет им ходить строем, с него станется. Санни за него волновалась — не чужой ведь человек, семья и даже друг. И что у него в душе, кто бы знал?!
* * *
В душе Рудольфуса царил мрак. Нелепая глупая ссора с Беллатрикс незаметно переросла в холодный выматывающий нейтралитет, а он упустил момент, когда всё пошло в пасть мантикоре. Самое сложное время — драккловы ТРИТОНы, каждую минуту желательно посвятить повторению пройденного за все семь лет. А он ещё и префект! И надо же такому случиться — такая глупая размолвка так невовремя! Не потому ли Бель раз за разом отправляется домой по особому разрешению директора? Вдруг не семейные ритуалы тому виной, а банальное нежелание Бель его видеть?
Он так привык, что Беллатрикс всегда на его стороне, всегда рядом, всегда поддержит, что сейчас явственно ощущал, как теряет почву под ногами. Руди разучился жить в одиночку и учиться этому снова отчаянно не желал. А в душу уже в который раз заползал липкий изматывающий страх — а вдруг свой шанс всё исправить он уже упустил? Вдруг Бель готовится ему сказать о разрыве помолвки?
Бель на ужине не появилась. Холодный рассудок подсказывал, что она вернётся лишь утром — после дневного ритуала ей нужно отлежаться, и смысла нет отправляться в школу вечером. Но разочарование всё равно затопило все внутренности кислотой, когда Руди не увидел её за слизеринским столом.
И что ему оставалось делать? Цветы? Он не помнил, когда дарил их невесте последний раз. Драгоценности? Эмили упоминала о каком-то шикарном колье… Позвать на свидание? Мрак! Он совсем расклеился, ему даже не к кому обратиться за советом, его советчицей всегда была Беллатрикс последние годы. И до дрожи в руках никого не хотелось посвящать в их размолвку. Санни и Рабастан поглядывают сочувственно, но они тем более не должны знать, насколько всё плохо.
А может быть Бель так и не простила его окончательно за разрыв помолвки на рождественском бале? Это было бы совсем страшно. Руди не понимал, что теперь с этим делать. Что он вообще может сделать?! Как доказать, что любит безумно, как дать понять, что по-прежнему не может без неё жить? Как убедить, что готов сделать всё что угодно, всё, что она пожелает, лишь бы вернуть их доверительные и очень близкие отношения.
Вот завтра она вернётся рано утром, чтобы провести последний день подготовки вместе со всеми. И узнает, что Руди, Басти и Санни отправляются на приём к Элмерсам без неё. Почему безумный Митчелл не прислал четыре приглашения? Что мог знать бывший дикарь о его отношениях с Беллатрикс? Руди усмехнулся, понимая, что это уже паранойя. Он не представлял, как переживёт эту ночь со своими личными демонами.
В середине бессонной ночи его вдруг осенило: перо! То чудо-перо от Покахонтас, которое Санни подарила ему на день рождения! Беллатрикс к его коллекции перьев относилась снисходительно, считая блажью, и мало придавала значения их свойствам. Вполне могла не задумываться, что за перо подарила Санни. А ведь оно зачаровано на Беллатрикс — стоит попросить её написать своё желание этим пером, и перо сразу после этого напишет Рудольфусу, что хочет и что думает невеста на самом деле.
Руди длинно выдохнул, расслабляясь, увидел, как наяву, образ любимой и провалился в сон без сновидений.
Утром он почти скатился по лестнице в гостиную Слизерина, и не ошибся в своей торопливости — сёстры Блэк как раз заходили в гостиную, о чём-то тихо переговариваясь.
Беллатрикс подняла на него свои мятежные глаза, Руди застыл на нижней ступеньке, так же серьёзно глядя в ответ. Миг пролетел или вечность, он так и не понял.
— Привет, — дрогнули губы старшей мисс Блэк, разрушая таинство их взгляда. — Выглядишь неважно, префект.
Рудольфус успел отметить, что в гостиной они остались одни, медленно подошёл к невесте и попытался обнять. Бель отступила на полшага, качнув головой.
— Бель, — произнёс он с мукой в голосе, но тут же исправился, заговорив спокойно и даже почти равнодушно: — Как ритуал? Всё нормально прошло?
— Вполне, — коротко ответила Беллатрикс. — Выглядишь замученным. Не спал?
— Мне тебя не хватает, — выдохнул он, глядя в её глаза неотрывно. — Готов на всё, чтобы… Что я могу для тебя сделать? Что ты хочешь от меня? Нет, не говори. Просто напиши, я прочту у себя в комнате.
Он протянул ей перо и блокнот, ни на что уже не надеясь. Дурацкая была мысль, Бель не оценит.
Невеста удивлённо подняла брови, не теряя достоинства, но перо и блокнот взяла из его рук. Не сказала, что ничего уже не исправить, не рассмеялась — уже хорошо.
— Повернись, — велела она деловито, открывая обложку простого блокнота. И когда он повиновался, прислонила блокнот к его спине. Писала недолго, всего минуту, не больше. Потом захлопнула блокнот и отстранилась. — Готово! И ты прав, прочтёшь, когда я уйду.
Он забрал сунутые ему в руки блокнот с пером и угрюмо смотрел как она удаляется в женский коридор. Изящная красавица, желанная и недоступная сейчас. Она с достоинством преодолела лестницу и скрылась за резной деревянной дверью. Ни разу не оглянулась.
Рудольфус бегом вернулся к себе в комнату, не собираясь нарушать данное обещание. С сильно бьющимся сердцем он дрожащими руками положил блокнот на письменный стол и с минуту его гипнотизировал. Тяжело дыша, как после долгого бега, Руди откинул обложку, впиваясь в три строчки, написанные убористым почерком зелёными чернилами.
«Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое до окончания экзаменов. Поговорим перед выпускным балом».
На миг показалось, что ему нечем дышать. Такого приговора он не ожидал. На глаза Рудольфуса навернулись слёзы бессилия, в груди болело. Он и не помнил, когда плакал в последний раз, кажется, лет в восемь. Ощущая ком в горле, он упрямо поставил кончик заговорённого пера на лист сразу после точки. Перо зависло, покачалось и застрочило в бешенном темпе уже красными чернилами. Закончив писать, перо упало и отползло, чтобы не закрывать текст. Русалка на оперенье сочувственно ему улыбнулась. Рудольфусу пришлось рукавом вытереть глаза, чтобы сфокусировать зрение. Красных строчек оказалось куда больше.
«Что я хочу, Руди, трудно передать в двух словах. Я так тебя люблю, что иногда мне больно. Когда ты так смотришь, как сейчас, так серьёзно и не мигая, у меня мурашки бегут по позвоночнику. У меня мысли исчезают, я готова утонуть в твоём взгляде. Я завидую сама себе, что именно я твоя невеста и скоро стану женой. Да что там, от такого твоего взгляда я с пятого курса готова была тебе отдаться немедленно, не сходя с места. Что я хочу от тебя сейчас? Прочитать твои мысли. Что ты думаешь обо мне на самом деле? Что ты думаешь о нас? Что ты чувствуешь ко мне? И если действительно любишь, почему мы так давно не целовались? Почему ведём себя как чужие? Иногда мне кажется, что я тебя теряю. Руди — ты лучший, кого я встречала в жизни. Ты самый желанный, самый интересный, и самый красивый мужчина. Мой мужчина, и я намеренна отстаивать своё право называться твоей. Мне не нужен никто другой. Я восхищаюсь и горжусь тобой, мой единственный. Надеюсь, твое заколдованное перо в точности передаст мои мысли, потому что самой мне сложно себя пересилить, и произнести вслух всю эту сопливую чушь, забыв о гордости и о надуманных обидах. Хорошая штука, мне бы хотелось иметь такое же перо, настроенное на тебя. Поговори со мной, Руди, найди время в своём очень плотном расписании, или подари уже что-то похожее на твоё пёрышко. В субботу меня опять забирают домой на выходные. Не теряй время, дорогой префект, мне очень нужно узнать, что ты по-прежнему мой, и что ты любишь меня до безумства. Твоя и только твоя Беллатрикс всё-ещё-Блэк!»
Рудольфус выдохнул, дочитав. Он улыбался, как идиот, и ничего не мог с этим поделать. Бель прекрасно знала, что делает, это он, дурак, решил, что её не интересуют его перья. Заказ на баснословно дорогое перо от Покахонтас в далёкую Францию он отправил уже через десять минут, с припиской — возможно ли сделать его для девушки. Оставалось совсем немного времени до общего пробуждения. Руди сдирал с себя одежду, словно она на нём горела. Душ, чтобы взбодриться и предстать перед Бель на завтраке в самом лучшем виде.
Он малодушно порадовался, что её забирают в субботу, не нужно придумывать, почему собрался к Элмерсам без неё. Но, несмотря на эту маленькую тень, мир всё равно расцвёл яркими красками, наполняя Рудольфуса желанием жить, любить, творить и совершать безумства.
* * *
Мелани Стерн иногда казалось, что всё её детство и жизнь до ковена — это безумный сон, ночной кошмар, привидевшийся ночью. А настоящая жизнь только началась — здесь, в ковене Ноттов, в Северной Цитадели, где у неё чудесная комната в настоящей старинной башне, как у сказочной принцессы. Где у неё брат — командир волчат, где есть лучшая подруга Шани — уже готовый мастер-артефактор, и мама Марта — самый добрый человек в мире, и наставники, и много кто ещё, и, конечно — ужасно опасный и крутой лорд-дракон и добрый патрон Магнус Нотт, которые вот так запросто их всех спасли.
Может, поэтому, в историях, написанных Мэлл, герой или героиня обязательно кого-то спасают. То котёнка, то ребёнка, то девушку или вообще, дракона. Про драконов Мэлл особенно любила сочинять, но это было её маленькой тайной, именно эти рассказы она стеснялась показывать и читать кому-нибудь, кроме брата. Спасибо Стиву Пранку, он подарил ей сразу три книги про драконов — так что рассказы Мэлл писала со знанием дела, хотя и понимала, что у неё получаются сказки, далекие от реальной жизни.
Про ребят, ждущих её историй, она тоже не забывала, и с радостью дописывала эпизоды про Ариву — маленькую сироту-волшебницу из горной деревушки, воспитанную старым оборотнем-отшельником. Арива Дрэй стала любимицей её слушателей, даже взрослые наставники иногда говорили Мэлл, что очень ждут продолжения приключений мисс Дрэй. И от этого у Мэлл сильно колотилось сердце и хотелось немедленно бежать в башню, и писать, писать и писать.
После короткого стука в дверь, в комнату Мэлл проскользнула Шани, подруга всегда вставала в несусветную рань.
— Только не говори, что ты опять писала всю ночь! — Шани плюхнулась на застеленную кровать, упала на спину и раскинула руки.
— Кто бы говорил! — Мэлл отложила перо и повернулась на стуле к подруге. Для этого не нужно было вставать, её великолепное креслице, сделанное собственноручно и подаренное ей Шоном Фишером, легко крутилось в любую сторону. — Сама-то по ночам любишь работать. И я не всю ночь. Просто рано проснулась, пришла мысль и поспешила её записать. А ты чего? Доделала тот артефакт?
— Готов! — ухмыльнулась Шани, приподнявшись на локтях. — Вот, не поверишь, кажется, что ничего не получится, когда такая сложная работа, а берёшься, делаешь — и вдруг получается.
Мэлл рассмеялась.
— Поверю! — ухмыльнулась она. — У меня так часто бывает. Но начинаешь писать — и как будто само как-то приходит. Да и мама Марта говорит, что глаза боятся, а руки делают. Так во многом. Но я поздравляю тебя с завершением!
— Ага, спасибо! Ну что, Арива победила злого духа в замке противного Гарта? — прищурилась Шани.
Мэлл помотала головой с лукавой улыбкой.
— Не скажу! Самой же будет неинтересно. Вечером узнаешь, вместе со всеми.
Шани тут же вскочила с кровати, расправила складочки на покрывале и поглядела на подругу с хитринкой.
— Полетишь со мной в главное поместье? Или тебе писать нужно?
— Полечу! — решилась Мэлл, живенько пряча недописанный пергамент в ящик стола. — Я Мадлен и Тину навещу. Обещала ведь привезти им продолжение.
— О, и я их навещу, — решила Шани. — Тогда одевайся, я сбегаю в мастерскую, захвачу для них кое-что.
Мэл сноровисто переоделась из пижамы в штаны, тунику и сапожки, сверху накинула жилетку, подбитую мехом, переплела косу. На полочке в шкафу из пакета с надписью «Арива» выбрала нумерованные свитки под номерами семь, восемь и девять. Здесь их уже прочитали.
Свитки спрятались в новенький рюкзак, как и два новых романа от наставника Уркхарта — Мэлл их давно прочла, а потом давала Хэрри, брат как раз вернул вечером.
С Шани они встретились внизу, обе уже держали в руках мётлы. Неподалёку парни конструировали большую телегу. Шон обернулся к ним и негромко позвал:
— Привет, девчонки! А вы куда?
Вот и Маркус Бойл выглянул из-за телеги, подняв вопросительно брови.
— В главное поместье, — ответила им Шани. — Мы там Мадлен и Тину навестим.
— Сестрёнкам привет передавайте, — тут же попросил Фишер — именно его родители удочерили двух старших девочек. — Скажите им, что мы с Винсом завтра их навестим.
— Передадим! — кивнула Шани.
Мэлл не была такой бойкой, и так легко болтать с парнями — особенно старшими — всё ещё стеснялась. И восхищалась, как легко и просто получается это у Шани.
По уже знакомой просеке через лес летели неспешно. Мэлл уже вполне уверенно держалась на метле, но в квиддич бы играть не решилась. Это Шани на метле словно родилась и вытворяла всякие фортели при желании.
— Расскажи ещё про Джейми-дракона, — попросила Мэлл.
Пока Шани с чувством в сто первый раз рассказывала, как Джейми Прюэтт превратился в дракона на крыше больницы, они как раз долетели до небольшой площади, от которой расходились лучами три дороги: направо — к главным воротам, налево — к главному поместью и прямо — к поселению вассалов.
— Давай, сначала к Стиву, — попросила Мэлл. — Я книги ему отдам и попрошу скопировать свитки, чтобы отдать девочкам.
Она уже так делала не первый раз, чтобы и у подруг, и у неё оставалась полная история, а не кусочки.
— Ага, — кивнула Шани. — Я так и хотела. Тем более, ещё очень рано…
Они свернули налево, к главному поместью. Мэлл знала, что Стив отправляется к лорду-дракону позже, где-то через полчаса. И она надеялась, что этого времени им хватит. К дому Пранков было ближе от главного поместья, поэтому они продолжили путь, не сворачивая.
Их встретила Мэйси, открыв дверь на негромкий стук.
— О, девчонки! — обрадовалась Мэйси. — Какими судьбами?
Она приветливо распахнула перед ними дверь.
— Нам Стив нужен, — вздохнула Шани. — Думали, что застанем его дома.
— Стив уже ушёл, дела какие-то с лордом, — Мэйси поглядела сочувственно. — Да вы заходите, ведь ещё не завтракали?
— Спешим, — помотала головой Шани.
— Мы не голодные, — поддержала её Мэлл, которой о еде и думать не хотелось в последнее время.
— Ну тогда вам во дворец, — усмехнулась Мэйси. — Знаете, как добраться до приёмной лорда?
— Знаем! — Шани тут же оседлала метлу.
Мэлл немного расстроилась — идти во дворец лорда, как Мэйси назвала большой дом с башнями, было жутковато. Лорда-дракона Мэлл боялась, хоть и уважала, и была ему сильно благодарна за всё. Но решительность Шани не оставила выбора.
Мэйси их отпустила, но вручила по хрустящему пирожку. Шани сжевала свой сразу, в полёте. А Мэлл спрятала в карман, кому-нибудь отдаст. Сама есть не решилась, вчера весь её скудный обед оказался в мусорном ведре. Вроде и немного съела, а всё вышло обратно. И хорошо, что никто не видел, успела сбежать в уборную. Ужин она пропустила, боялась повторения. А аппетита всё равно не было.
Приземлились прямо на площадке перед дверьми, минуя лестницу. Мётлы оставили за первой дверью, надо думать — не сопрут. Это Мэлл от нервов так подумала, в ковене никто и никогда не брал чужого.
Она шла за Шани, чуть отстав — про дворец и приёмную слышала уже много, а попасть самой внутрь довелось впервые. Коридор, ещё коридор, лестница и, наконец, большая приёмная. Целый огромный зал, где справа, у нескольких полок с книгами, она увидела широкий стол Стива Пранка — из тёмного блестящего дерева с толстыми витыми ножками.
К разочарованию Мэлл, хозяин стола и кресла с высокой спинкой — сейчас отсутствовал. И они обе замерли посреди зала в нерешительности.
— Так, — тихо сказала Шани, с опаской поглядывая в сторону высокой массивной двери. Мэлл уже знала по описаниям подруги, что эта дверь ведёт в кабинет лорда-дракона. А Стив запросто может туда зайти! — Подождём немного.
Шани просто опустилась на пол, усевшись по-турецки — скрестив ноги. И Мэлл последовала её примеру, не стоять же одной так глупо, как потеряшка. Она и сама с опаской косилась на дверь, за которой мог сейчас находится сам лорд-дракон.
— Интересно! — шёпотом заговорила Мэлл, хотя отчаянно трусила, но старалась не подавать виду. — Дракон Джейми поместился бы в этом зале?
— Наверное, — так же шёпотом ответила Джоанна, оглядевшись. — Не такой уж он огромный. Ещё место бы вокруг него осталось.
Почти бесшумно приоткрылась и снова закрылась Дверь — именно так она представлялась в мыслях Мэлл. Они обе вскочили при виде Стива, который замер, сделав несколько шагов к своему столу.
— О, привет, — улыбнулся им светло, как только он умеет. — Подходите к столу, я сейчас.
Стив нёс в руках несколько свитков, еле удерживая их в руках. Один всё же выскользнул, и Шани метнулась вперёд, живо подняла и положила на стол. Мэлл лишь тихонько вздохнула — хотелось бы ей быть такой смелой.
— Спасибо, Джоанна, — пусть негромко, но нормальным голосом поблагодарил Стив. — Их нельзя магией перемещать. Мэлл, неужели готова новая глава?
— Готова, — не удержалась от счастливой улыбки Мэлл. И спохватилась: — Целых три готово!
Она достала из своей любимой сумки три свитка и протянула их секретарю лорда-дракона.
— Да ты умница, Мэлл! — восхитился Стив, доставая стопку чистого пергамента из ящика стола.
Он всегда делал три копии — для девочек две и одну оставлял себе. Говорил, что Мэйси и Лисс, его сестра, обожают слушать про Ариву. А ещё Стив обещал, что оформит её рукопись про маленькую волшебницу в настоящую книгу, когда Мэлл её допишет. Она с трепетом ждала этого момента, это же будет настоящее чудо — подержать в руках книгу, которую она написала. Первую её настоящую книгу. Остальные рассказы были короткими, на один свиток стандартной длины. Иногда — на два. Про Ариву Дрэй впервые получалось много.
Мэлл заворожённо смотрела, как с помощью палочки Стив Пранк легко и изящно делает три копии. Уже послезавтра их с братом возьмут на Косую Аллею, чтобы купить палочки в лавке Олливандера. Ведь завтра у них день рождения, им с Хэрри исполнится по одиннадцать лет. И Мэлл обязательно попробует это заклинание копирования. Пусть его проходят в Хогвартсе только на третьем курсе, она уж постарается выучить его пораньше. Её уже и Стив учил, как кастовать копирование, и Уркхарт, снисходительно усмехаясь, показал.
Конечно, они не верят, что у неё получится. А Мэлл неловко напоминать, что ещё в питомнике Трэверса их жёстко тренировали с пяти лет работе с палочкой. Палочек для девочек было всего две, которые слушались через раз, будучи сильно потрёпанные жизнью. Приходилось колдовать по очереди, палочки забирали после занятия, так что времени на каждую девочку оставалось всего чуть. И тем не менее, Мэлл многое умела, как и её подруги.
Попробуй не научись, когда за каждое неправильное заклинание или движение палочкой получаешь розгами по пальцам. Конечно, тексты они не копировали, кто бы им вообще дал эти тексты — книги в питомнике были под строжайшим запретом. Но в бытовых чарах Мэлл была лучшая, а в последний год в питомнике она выучила парочку щитов и одно боевое заклятие — «Секо». И это тайно, под руководством Брэнана, наставник явно хотел научить Мэлл защищаться от всяких гадов самостоятельно. А может, Хэрри попросил его учить Мэлл.
— Готово! — Стив протянул ей маленький тубус для переноски свитков. У Мэлл уже пять таких скопилось, в них можно было спрятать дюжину свитков, если аккуратно сложить. — Завтра я буду в Северной Цитадели с утра. Там и увидимся. Ах, да, Шани!
Он вытащил из ящика стола небольшой кожаный мешочек. Джоанна, увлечённо рассматривающая книги на одной из полок, с интересом обернулась и подошла к столу, принимая мешочек.
— Что это?
— Бэддок сказал, что ты поймёшь, — чуть неодобрительно нахмурился Стив. — Надеюсь, ты не за бесплатно делаешь им всем артефакты?
— А-а, клыки гризли, — заглянула в мешочек Шани. Мэлл с трудом сдержала нервную дрожь — все эти звериные останки восторга у неё не вызывали. Другое дело — в готовых изделиях. Там они не смотрелись так гадко. — Конечно, он заплатит, обещал.
Послышались лёгкие упругие шаги, и они дружно обернулись к лестнице. Пугающий своим ледяным взглядом Гаррет Бойл насмешливо их оглядел, уверенно шагая к Двери кабинета лорда-дракона.
— Здорово, Стив, — бросил он на ходу. — Привет, мелочь. Как оно?
— Лорд тебя ждёт, — только и успел сказать Стив.
А они с Шани и вовсе промолчали, провожая его взглядами.
— А леди Анжелика его не боится, — хихикнула Шани, когда Дверь мягко закрылась за ближником лорда.
— Бесстрашная, — серьёзно согласился с ней Стив Пранк, тоже задумчиво глядя на Дверь. И неодобрительно покачал головой: — Даже лорду дерзила. Так, девочки, вам пора, у меня тут важное задание от лорда. Завтра увидимся.
Выбегая с метлами из дворца, они невольно дружно рассмеялись — как в логове настоящего дракона побывали!
— По коням! — залихватски воскликнула Шани, лихо седлая новенькую метлу. Явно повторяла за кем-то из старших парней.
Она успела сделать крутой вираж над крыльцом, пока Мэлл чинно взлетала на своей метле.
К дому Фишеров они долетели по длинному пути, сначала до развилки, а потом уже по дороге к поселениям вассалов. Не потому что не знали короткого пути, а просто хотелось полетать подольше. Это Шани шла на уступки Мэлл, знала, как подруге нравится летать в любую свободную минуту.
Пока летели, встретили немало народу. Все им махали или громко здоровались. Шани бойко отвечала, а Мэлл хватало лишь на робкую улыбку. Это с Шани знакомы были все, а она едва ли кого-то могла узнать, да и управление метлой требовало внимательности и концентрации.
Мадлен и Тина, похоже, их уже ждали, потому что выбежали на крыльцо, едва гости начали снижаться. Кто-то их явно предупредил о визите.
— Мэлл, Джоанна! Привет, — дружно замахали им девчонки. А Мадлен, как старшая продолжила: — Мама велела звать вас на завтрак! Мётлы вон туда ставьте, ну, вы знаете. И бегом мыть руки, еда уже на столе.
Против еды Мэлл никогда не возражала, хоть и постеснялась бы просить. Ей было ново не испытывать постоянно голодные спазмы в желудке, да что там, она ни разу, живя в ковене, не ощущала настоящего голода. Особенно, когда Мэрит, жена Винсента Фишера, подлечила ей желудок и ещё какие-то внутренности. Зелье ещё пришлось пить по часам — немного неприятное и тягучее, но терпимое. Зато боли прошли совершенно, и съесть Мэлл могла теперь очень много без боли — глазами.
Другое дело, что влезало в Мэлл откровенно мало. Тарелка каши, даже неполная — и больше не могла съесть не кусочка. Мэрит велела не унывать, мол, всё наладится месяца через три-четыре. Желудок станет эластичней и что-то ещё, Мэлл в медицинских терминах разбиралась мало. Это задира Влад Торнхилл оперировал любыми целительскими терминами с апломбом настоящего целителя и скалился с превосходством. А Мэлл эта наука не даётся, да и не слишком интересна.
Но, когда девочки сказали про завтрак, Мэлл захотелось сбежать. Ведь не факт, что она сможет уйти здесь в уборную.
Мэлл осторожно перемешивала кашу, страшась съесть хоть одну ложку. При мысли о том, как глотает, к гору подкатывала тошнота.
— Пирожные ещё будут, — толкнула её локтем Тина и активно заработала ложкой, торопясь уничтожить свою порцию. Сглотнув, добавила, скорчив рожицу: — Если кашу не хочешь, не ешь. Я тоже не сразу её полюбила.
Мама девочек поглядела на неё с сочувствием, а у Мэлл почему-то навернулись на глаза слёзы — она ужасно смутилась, что приходится отказываться от угощения.
Мадлен шикнула на Тину и подмигнула Мэлл, которая со вздохом отодвинула от себя тарелку.
— Пирожные у нас сегодня обалденные, вот увидишь. Я помогала маме с начинкой, — сообщила Мадлен.
Отец девочек только щурился с довольным видом, сидя во главе стола, он явно рад был гостям также, как и его супруга.
— Ой, Шон и Винс передали, — вспомнила Мэлл. — Что они завтра вас навестят.
— Обещали гостинцы, — подмигнула девочкам Шани. Подруга доедала вторую порцию каши без всякого труда — могла съесть очень много, хотя не в коня корм — Клоди говорила, что у Шани излишки скопиться не успевают, слишком шабутная, да и магии много сжигает в работе с артефактами.
— Ура! — дружно завопили девочки Фишеров, братьев они обожали, и гордились обретённой крутой роднёй.
Они и в Цитадели изредка бывали — навещали Винса и Шона. А у Мэлл, зато, есть родной брат, и всегда был. И ей не нужно никого больше, наверное. А ещё есть мама Марта, и обнимет, и поцелует, и назовёт «своей тростиночкой» и этот так ласково получается, совсем не обидно.
Пирожные оказались необыкновенно воздушными и вкусными. Мэлл бы глазами съела всю эту прекрасную горку на большом блюде. Но и одного осилила только половинку, замерла с недоеденным пирожным растерянно, понимая, что ни кусочка проглотить не сможет больше. А съеденное опять просится наружу, как вчерашний обед.
— Оставь, — велела тут же внимательная Шани. — Лучше чая глотни, вку-у-усный!
— А я вам с собой уже несколько упаковала, — ласково сообщила мама Мадлен и Тины. — Дома ещё поешь или угостишь кого-то. А кусочек брось Найде, вон, как хвостом виляет, тоже попробовать хочет.
Найда — ещё одна гордость девчонок. Родители им щенка подарили, ласковую шотландскую овчарку. Уже подросла и действительно стояла возле стула Мэлл, преданно заглядывая в глаза.
— Да она не будет, — с сомнением протянула Тина. — Она у нас мясоедка.
Но Мэлл всё же протянула рыжей попрошайке свое недоеденное лакомство. Найда аккуратно слизнула его с ладони, проглотила, не жуя и облизнулась розовым языком, глядя с готовностью, мол — давай ещё.
Девчонки засмеялись, очень уж забавно это выглядело. Мэлл тоже стало веселей. Набравшись храбрости, она всё же спросила, можно ли ей отлучиться в уборную. Родители девочек переглянулись, а мама Мадлен и Тины ей тут же кивнула:
— Пойдём, милая, покажу, где это.
Склонившись над унитазом, Мэлл рассталась со съеденным пирожным без сожаления. Она просто не голодная — и всё тут. Мэлл долго полоскала рот, маленькими порциями, чтобы не стошнило снова.
При мысли о чае замутило. А ведь ей так понравился этот терпкий напиток! До недавнего времени Мэлл запросто могла выпить две чашки, а то и больше. И мама Марта всегда ей с собой чай на вечер давала под стазисом в специальной бутыли, оплетённой кожаными шнурками. Чай из этой бутыли казался особенно вкусным и сладким, и Мэлл не замечала, как рассправлялась с ним, если увлекалась на полночи записями приключений очередной героини.
Вернувшись за стол, где на неё с тревогой смотрели взрослые, Мэлл скромно заняла своё место и чуть пригубила чай. И сразу поняла, не сможет выпить. Но можно было отвлечься, сделать вид, что ей интересно смотреть на щенка.
Смотрела, умилялась и понимала, что своя собака ей, пожалуй, не нужна. Не умеет она с животными обращаться, как тот же Калеб Мэтисон, например. Да и некогда ей. И не в башне же держать животинку. У Шани, вот, фамильяр есть, так он много заботы не требует, но… Магическую игуану Мэлл побаивалась. Нет, не нужно ей никого, разве что помечтать можно. И да, у Аривы Дрэй обязательно должен появиться маленький мохнатый друг! И Мэлл тут же представила, как Арива находит измученного щеночка в замке жуткого колдуна.
Стук в дверь ознаменовал окончание завтрака, Мэлл даже обрадовалась, что ещё один гость, и никто не заметит, что чай она не выпила. А потом они с девочками пойдут в их комнату, чтобы обсудить предыдущие главы от Мэлл — новые они прочтут позже, в спокойной обстановке и каждая — свою копию.
Дверь распахнулась и на пороге показалась грузная фигура Ареса Шелби. Мэлл наставника знала хорошо — он занимался с волчатами и ей тоже позволял присоединяться к тренировкам. «Боевая малышка» — называл её наставник. Ну а что, драться Мэлл сам Хэрри учил. И Брэннан ещё — не велика наука, любому под силу научиться. Вот у Влада — талант к медицине, такое редко кому даётся. А Сэм Логгер изумительные вещи может вырезать из любой деревяшки…
— Доброе утро, честной народ, — рявкнул Арес и за руку поздоровался с подошедшим к нему главой семейства. — Мелочь! Джоанна и ты, Мэлл! Вас велено доставить в Цитадель портключом. Если поели, живо на выход.
Мадлен и Тина поглядели на них с Шани восхищённо, а Мэлл только вздохнула тихонько, выбираясь из-за стола. Не сложилось обсуждение рукописи, и на метле не полететь обратно. Но, видимо, неспроста их экстренно возвращают. Даже тревожно стало на душе — вдруг что-то случилось.
Скомкано попрощавшись с девочками и сунув им в руки копии новых глав, Мэлл поблагодарила их родителей за завтрак и вышла на крыльцо вслед за Шани. Найда попыталась выскочить за ними во двор, но Тина удержала любимицу.
— Берите мётлы и хватайтесь за прут! — велел им наставник Арес.
Мэлл только на миг задрала голову — полюбоваться безоблачным утренним небом, а Шелби уже сам сунул метлу ей в руки.
— Не время мечтать, мисс Стерн! — рявкнул он, добродушно улыбаясь.
Жутковатая у него улыбка, но Мэлл нравилась — улыбался Арес Шелби редко, всё больше скалился хищно. Она даже легко понимала красавицу Алису, которая, по слухам, была без ума от собственного мужа. Вот и у Шани жених жутковатый, но колоритный — легенда Северной цитадели. Хотелось бы Мэлл знать, а будет ли у неё когда-нибудь жених, и сможет ли она в него влюбиться? Юджин Уркхарт не в счёт, Мэлл просто им восхищается. Тайно. Да и женился он недавно на леди Франческе…
Перенос занял не больше пары секунд, раз — и они уже в Северной Цитадели на аппарационной площадке. И как раз Юджин Уркхарт их встречает, оглядывая ласково.
— Нашлась, пропажа! — весело заявил он, своей улыбкой заставляя сердце Мэлл болезненно дёрнуться. Ну красив же, и такой умный, боевик не из последних. — Мэлл, ты мне нужна! А тебя, Джоанна, отец к себе требует, беги в башню!
— Ага, лучше полечу! — Шани ловко вскочила на свою метлу и взмыла ввысь.
А Мэлл в ступоре переваривала два коротких слова, ощущая тепло и горькое счастье в сердце: «Ты мне нужна!» И почему ей только одиннадцать? Да и то, не полных!
— Пойдём-ка, мисс Стерн, — мотнул ей головой Юджин и направился к тренировочному полю.
Мэлл опомнилась и побежала за ним, крепко удерживая в руке метлу. И жалея, что не оставила её под навесом у дома Марты. Метла мешала, норовя ткнуться в землю своей рукояткой.
Уркхарт оглянулся и легко отобрал у неё метлу. Свистнул, остановившись. К ним тут же подбежал Влад Торнхилл, ошивавшийся поблизости.
— Отнеси метлу в комнату мисс Стерн, — велел Юджин.
Влад бросил на Мэлл хмурый взгляд, забрал метлу и кивнул наставнику. Мэлл не могла понять будущего целителя, никогда ей не улыбается. И нормально не поговорит, обязательно с сарказмом или иронией. А ведь лучший друг Хэрри! Да ещё слух прошёл, что директор Робертс разрешил Владу поступить в школу в этом году вместе с ними, а ему только десять. Энди, Боуи и Саймону не разрешили, а им ведь тоже десять. Может потому, что Торнхилл такой талантливый?
Влад давно уже скрылся с её метлой, и Мэлл выбросила образ вредного парня из головы. Вот ещё, думать о нём, когда все остальные волчата с ней приветливы и дружелюбны. И непонятно, почему Хэрри так дружен с Владом, они ведь такие разные!
— Ничего не случилось? — спросил Уркхарт, чуть сбавляя шаг. — Выглядишь бледной.
Мэлл догнала его и помотала головой. Разговаривать с Юджином запросто не получалось, немела всегда, как дурочка в его присутствии. Да он и не ждал от неё разговоров и сам не заводил их. Только командовал: «Сделай то и то» или «Вот тебе ещё пара книг, Мэлл, почитай на досуге».
Оказалось, что идут они прямо к дому Уркхарта, где Мэлл ни разу ещё не была. Довольно далеко находился дом Юджина — почти посередине пути к основному поместью, но не того пути, что от башни начинается, а дальнего, что прямо к воротам главного поместья ведёт от полосы препятствий.
А в доме их ждала Франческа, она сидела за широким столом в первой комнате и что-то писала на пергаменте. Увидев её так близко впервые, Мэлл только тяжко вздохнула — понятно, почему её выбрал Юджин. Такая красавица с чёрными как смоль волосами, смуглой кожей и лицо, как с картинки.
— О уже пришли! — подняла она голову, внимательно поглядев на Мэлл тёмными глазами. — Давай-ка, ребёнок, раздевайся по пояс, мне надо тебя осмотреть. Знаю, что Мэрит и Клоди тебя уже подлечили, но ещё раз взглянуть не помешает.
Мэлл замерла в ужасе, косясь на Юджина, собиравшего со стола небольшие кусочки кожи. Раздеться при нём?
— У меня всё в порядке! — вцепилась она в свою жилетку. — Ничего не болит, честно.
Уркхарт на это скептически хмыкнул, не обернувшись, а Франческа нахмурилась.
— Хорошо, что не болит, — строго ответила целительница и поднялась из-за стола. — Юджин, на выход! Не мешай мне осмотреть маленькую леди!
Уркхарт подмигнул Мэлл, заставив её залиться жарким румянцем, и неторопливо вышел из дома, прикрыв за собой дверь.
Пришлось всё же раздеваться под ласково-серьёзным взглядом Франчески. Кожу сразу покрыли мурашки, хотя в комнате было тепло.
— А синяки откуда? — удивилась целительница, обходя Мэлл с палочкой наготове.
— Так тренировки же, — пискнула Мэлл тоскливо. Синяки её никогда не беспокоили, сколько их было за всю жизнь — не счесть. Сами всегда проходили.
— Ох, ребёнок! — вздохнула целительница. — А говоришь, ничего не болит! У вас там два медика в цитадели, Клоди и Мэрит. На будущее сразу говори им, не дело ходить с синяками! Или хоть парню вашему, Владу, показывай — будущий целитель, как-никак, уж в синяках понимает.
Мэлл ещё раз ужаснулась, представив себе, как Влад её обсмеёт, а потом будет щупать, как сейчас целительница. Да лучше лечь и умереть, чем такое допустить!
Франческа вдоволь ощупала все её синяки и ссадины, потом достала из чемоданчика, стоящего на столе, тёмно-синий флакон без этикетки, и принялась намазывать то, что разболелось после её пальцев. И сразу наступило удивительное облегчение, там, где оказывалась мазь, сразу стихали зуд и боль, а холодок от мази дарил почти блаженство.
— Вот, держи! — протянула ей Франческа синий флакон. — Сама варила по семейным рецептам. Достаточно нанести мазь один раз круговыми движениями, как я сейчас делала. И обещай это делать каждый вечер после тренировок!
— Обещаю, — вздохнула Мэлл с облегчением, сжав большой флакон с мазью в потной ладошке. Сама она сможет или Шани попросит, если на спине будет синяк. К целителям не хотелось обращаться по пустякам, а к Владу — даже при смертельной угрозе. Это для волчат он целитель, а саму Мэлл парень явно недолюбливает, хотя ничего плохого она ему не сделала.
— А теперь руки опусти вдоль тела и замри, — велела Франческа, поднимая палочку.
Диагностика — вспомнила Мэлл мудрёное целительское слово. Заклинания целительница произносила почти скороговоркой, мягко водя палочкой в районе живота и выше. Потом палочку опустила и покачала головой.
— Не выйдет, ребёнок, — заявила сочувственно. — Придётся нам с тобой в Мунго прогуляться. Только скажи мне честно, это очень важно, поверь, и никому я не расскажу. Тебя били в живот? Сильно.
— Нет, — привычно соврала Мэлл. Ну не может она рассказать о себе такое! А если Хэрри подробности узнает? Нет-нет-нет, нельзя говорить!
— Ладно, я сама, — поглядела ей в глаза Франческа. — Легилиментс!
Мэлл внутренне сжалась, как только в голове родились вспоминания того день, который, хотелось забыть. Не из-за страха или боли, а из-за стыда, потому что гордиться ей в тот день было нечем — чуть человек не убила.
Сын хозяина Питомника был красив, загадочен и совсем взрослый юноша. А ещё милый и обходительный, и обманом заманил её в тот сарай — хотел показать умирающую птичку. Но в сарае он сразу переменился, притиснул её к стене и попытался поцеловать, слегка придушив за шею. Хорошо, что Харальд уже год учил её тайком драться, да и Брэннан показал немало приёмов, тоже тайно. Мэлл почти без труда сумела вывернуться из захвата, крутанувшись, как учили, хотя Патрик был куда выше и сильнее её. Гадёныш успел перехватить Мэлл, дёрнув за руку, и снова она стукнулась о стену затылком и спиной.
— Пожар! — она и этот приём использовала, прочитанный в книге. На него скорее откликнуться люди, чем на что-то другое. Только крик её — скорее гневный, чем испуганный, мерзавец погасил, зажав рот рукой. И опять Мэлл изловчилась, не собираясь сдаваться — вот ещё, не на ту напал! И укусила его руку без единого сомнения — до крови, до хруста кости — как учил брат. Патрик взвыл, с трудом вырвав руку из её зубов, отшвырнул её на пол, баюкая свою руку и ругаясь последними словами. Сбежать Мэлл не успела — засмотрелась на окровавленную конечность мерзавца и с отвращением ощутила во рту металлический вкус его крови.
Она, глупая, так и осталась лежать, приходя в себя, когда матерящийся подросток направился к выходу из сарая. Думала всё, победа за ней… Кто же знал, что Патрик метнётся назад и несколько раз ударит тяжёлым ботинком по рёбрам Мэлл и в живот, обзывая «сукой» и «бешеной тварью». За ошибку промедления пришлось заплатить жестоко — рано расслабилась, забылись наставления Хэрри, не успела даже сгруппироваться или откатиться, хотя бы закрыться руками от его ударов. От боли у Мэлл помутилось в голове, а ещё было страшно обидно — она же лучше него, её тренировали! Ощутив незамутнённую ярость, Мэлл вытянула руку вперёд в защитном жесте, крикнув отчаянное: «Сдохни!» И Патрика с силой отнесло от Мэлл, впечатывая в стену. На пол сарая несостоявшийся насильник свалился изломанной куклой и затих.
Превозмогая боль и накатившую слабость, Мэлл перевернулась на живот и поползла на выход, пока сын хозяина валялся в отключке — она очень надеялась, что этот гад не умер, ей не хотелось бы убивать людей, даже таких противных. И побоялась проверить, жив он или нет. За что и стыдилась. Брэнан наткнулся на Мэлл, ползущую к его дому — а куда ещё, в таком виде? Он поднял её на руки и отнёс к себе. И как-то лечил, перемотал рёбра, мазал чем-то синяки, даже зельями поил. И Мэлл уже к вечеру почувствовала себя лучше. Умоляла Брэннана не говорить ничего Хэрри, но брат как-то узнал, что её насильно поцеловали. Про избиение ногами и ответный удар магией Харальд не знал ничего. И хорошо, и не надо ему было знать. Он бы покалечил за это Патрика, и хозяин-садист не простил бы Хэрри, отыгрался бы на нём вволю, как это делал не раз.
А Патрик Трэверс выжил, о чём Мэлл узнала с затаённым облегчением и толикой разочарования — добить его надо было, это она отбилась, а каково будет младшим, если полезет? И то, что сильно приложила его магией, слабо утешало Мэлл. Уехал младший Трэверс из питомника на следующий день. И больше она его не видела.
Франческа опустила палочку, а Мэлл затрясло, и голова разболелась. Целительница вдруг крепко её обняла, поцеловала в лоб и весело сказала, гладя по спине как маленькую:
— Прости, что снова заставила тебя пережить это! А ты у нас, оказывается, героический ребёнок.
Мэлл смущённо поморщилась, ничего героического в том сарае не случилось. Она не смогла убить мерзавца, про которого не зря говорили, что пошёл в садист-отца. И позволила ему бить себя ногами — стыдоба!
— Плохо, что выброс магический случился, когда ты была травмирована, — озабоченно продолжила целительница. — Одевайся, Мэлл, тебя должен осмотреть Гиппократ Сметвик. Он самый лучший целитель в Мунго.
— А ему вы… — задохнулась от неловкости Мэлл. Поняла, что Франческе кто-то рассказал, что Мэлл не смогла позавтракать. А может и про то, что на ужине не была.
— Ему рассказать нужно, — покачала головой Франческа. — Иначе, как он поймёт, что с тобой случилось? Выше нос, ребёнок, ты умница и красавица, и вины твоей нет в происшедшем. Тот бессовестный мальчик сам виноват — кто же лезет к тёмной ведьме, пусть и маленькой?!
У Франчески оказался портключ в больницу, и они сразу перенеслись в Мунго, не успела Мэлл и глазом моргнуть. Миссис Уркхарт крепко взяла её за руку и повела по длинным светлым коридорам, попутно рассказывая, что, где находится. Понятно, что отвлекала. Мэлл не боялась больницы, побывать в ней было даже интересно. Увидеть, где работают Клоди и Мэрит, и может быть когда-нибудь будет работать вредный Влад Торнхилл.
Привели её в просторный кабинет с большим столом, из-за которого тут же поднялся большой дядя-целитель. Не такой большой, как наставник Арес, но крепкий, высокий с коротким ёжиком на голове и похожий на боевика, а не на целителя. Мэлл робко ему улыбнулась, когда он беззвучно сходу осыпал её диагностическими заклинаниями. Даже Франческа проверяла Мэлл медленнее — всё познается в сравнении.
— Привет, малыш, — целитель стремительно обошёл стол и опустился перед ней на корточки. Руки целителя легли поверх её живота, отчего внутри сразу приятно потеплело. — Как давно не можешь есть, ребёнок?
Уже второй человек назвал её сегодня ребёнком, но Мэлл не возражала. Но как он догадался, что она не ест?
— Я не голодная, — она покраснела, вспоминая, что не осилила сегодня даже пирожное. — Совсем не хочется ничего.
— И тошнит, наверное, — покивал целитель, поднял Мэлл и усадил её на свой стол. — В двух словах, целительница Уркхарт! Что случилось с этим воробушком?
И Франческа рассказала коротко и внятно, Мэлл бы так не смогла.
Целитель хохотнул, погладил Мэлл по голове и пророкотал:
— Да ты опасный воробушек, мисс Стерн! Твоё любимое занятие — драться?
— Вовсе нет, — обиженно ответила Мэлл. — Я сказки пишу, детские. Ребятам нравятся!
— Отличное занятие! — похвалил её целитель, прикладывая к животу Мэлл странный прибор. — Обещай, что дашь мне почитать.
Мэлл хотела ответить, что она попросит Стива Пранка сделать копии, но в глазах неожиданно потемнело, в груди кольнуло, и Мэлл поняла, что уплывает куда-то. Последнее, что она услышала — это рёв целителя:
— Готовьте операционную!
В себя Мэлл пришла ночью — по крайней мере за окном было темно, а в комнате, где она лежала, горела тусклая лампочка над столом у двери, за которым дремала девушка в зеленой мантии. Стоило Мэлл приподняться, как девушка встрепенулась и бросилась к ней.
— Лежите, мисс Стерн, — попросила она, укладывая голову Мэлл на подушку. — Вам пока нельзя вставать.
И она быстро выбежала из комнаты. А уже через несколько мгновений в комнату широким шагом зашёл уже знакомый ей целитель Сметвик.
— С возвращением, боевой воробушек! — весело сказал целитель, садясь на её кровать и беря за руку. — Что-нибудь болит?
— Ничего, — прислушалась к себе Мэлл. — Что случилось?
— Случилась неприятная опухоль у тебя внутри, малыш, — серьёзно поглядел на неё целитель. — Но мы сделали операцию и всю гадость из тебя убрали.
— Вы разрезали мой живот? — ужаснулась Мэлл.
— Пришлось, — вздохнул целитель. — И всё срастили, как было, даже шрама не останется! Кушать хочется?
— Нет, — помотала головой Мэлл и поморщилась. — Меня тошнит.
— Прямо сейчас тошнит? — встрепенулся целитель.
Он сдвинул с Мэлл одеяло, и она увидела, что весь живот перемотан бинтами. Перед глазами Мэлл заплясали золотистые мушки или пылинки. Она дёрнулась, когда целитель приложил руку к бинтам, и внутри что-то лопнуло, заставив её вскрикнуть от резкой боли, а в следующий миг уже была на руках Сметвика, который куда-то её очень быстро нёс.
— Кровотечение, — услышала она его рык. — Разворачивайте операционную! Живо! Вызовите кто-нибудь Магнуса Нотта!
И Мэлл поняла, что опять уплывает, прямо на руках целителя.
Следующие часы или дни прошли в каком-то тумане. Мэлл иногда просыпалась, но словно дремала, смутно понимая, что всё ещё в Мунго. Ей ужасно хотелось спать, а ещё ощущалась дикая слабость. И она снова впадала в забытье. Порой, выплывая из мутной дрёмы, она видела целителя Сметвика, и миссис Нотт, а ещё Франческу. Один раз даже привиделось, что рядом с ней сидит очень бледный Хэрри и держит её за руку. А ещё будто бы приходил к ней сам Магнус Нотт и о чём-то спорил с целителем Сметвиком.
Окончательно проснулась Мэлл поздно вечером, это она поняла по сумеркам за окном. Осознала, что её держит на руках красивый парень, обнажённый по пояс, крепко прижимая к себе. И от парня такое приятное тепло идёт, как от печки.
— Джейми, как она? — спросил Сметвик.
— Вы Джейми-дракон? — мгновенно оживилась Мэлл в его руках. И тут же стало стыдно — мало ли людей с именем Джейми.
— Пришла в себя, — заметил кто-то негромко с явным облегчением в голосе.
— Я Джейми-дракон, — подтвердил улыбчивый парень, ещё крепче прижимая к себе Мэлл. — А вы, мисс Стерн, верно? Откуда про меня знаете?
— Шани рассказала, — Мэлл поддалась порыву и обняла Джейми за шею, а ведь только что казалось, что не может от слабости руки поднять. — Я очень-очень хочу увидеть вашего дракона! И ещё хочу с вами подружиться!
— А я-то как хочу! — усмехнулся кто-то позади них голосом лорда-дракона. — Джейми Прюэтт, не хотите погостить у нас в ковене пару дней?
— Сочту за честь, лорд Нотт!
Мэлл притихла, положив голову Джейми-дракону на плечо. Она слышала, как громко стучит его сердце. И чувствовала, как её медленно покидает противная слабость.
— Минут пятнадцать ещё, — вздохнул Джейми в полной тишине. — Или десять. Мне хоть расскажут, что случилось с моей новой подружкой?
Мэлл тихонько хихикнула. Она тоже хотела бы знать, почему так долго болела.
— Мисс Стерн, вы как? — услышала она голос целителя Сметвика. — Готовы услышать, что с вами было? Теперь-то уже будете поздоровее многих.
— Да, хочу услышать, даже если очень противно, — заверила целителя Мэлл. Она знала, что Джейми спас Шани, а теперь спасёт её, ведь он дракон-целитель. А значит, совсем не страшно, что было раньше.
— Тогда попрошу всех покинуть палату, — велел Сметвик. И Мэлл даже голову приподняла, увидев, как гости послушно уходят, а она и не знала, что здесь столько людей. Даже лорд-дракон ушёл или ей просто показалось, что слышит его голос? — Итак, Мэлл, и дорогой наш Джейми, у этой малышки образовалась внутри опухоль, после драки с одним мерзавцем, не обошлось без удара в живот. Девочка росла в питомнике Трэверса, если ты меня понимаешь?
— Наслышан, — нахмурился Джейми. — Восхищаюсь Магнусом Ноттом.
— Магнус не дурак, — хмыкнул целитель. — Приобрёл готовую маленькую армию из мелких будущих боевиков и драчунов. Но деваться этим драчунам было некуда — обыватели — найденные по крови родичи — шарахнулись в ужасе от своих отпрысков. Так что да, Магнус сделал благое дело, пусть и с полного одобрения своего отца. В его ковене мальцы обрели настоящую семью.
— Мисс Стерн, вы — драчунья? — весело осведомился Джейми.
— Я писательница, — упрямо опровергла обвинение Мэлл. — А дерусь на тренировках, чтобы уметь себя защитить.
— Браво! — рассмеялся Джейми. — Что пишете, мисс Стерн?
— Сказки, — ответила Мэлл ворчливо. — А ещё про драконов — но это тайна.
— Дадите почитать?
— В очередь, парень! — хохотнул Сметвик. — Но вернёмся к нашим фестралам. Итак, небольшая на вид опухоль у Мэлл возникла в очень неудобном месте, и диагностике почти не поддавалась, — продолжил рассказывать Сметвик. — Пряталась, зараза, как живая. А отростки, словно щупальца, оплели почти все органы и подбирались к сердцу. К счастью, первым пострадал желудок, и кто-то из ковенцев заметил, что девочка не может есть. Её сразу доставили к нам, операция длилась долго, казалось, всю гадость удалось убрать. Но малышка долго не приходила в себя, а потом открылось внутреннее кровотечение.
— Дайте угадаю, — Джейми ласково погладил Мэлл по щеке, удерживая одной рукой. — Магия подпитывала опухоль? В момент удара в живот случился магический выброс?
— Именно, — безрадостно усмехнулся Сметвик. — Что-то пропустили на первой операции, какую-то мелочь, не больше зёрнышка, а эта дрянь живо разрослась снова, пожирая магию, а потом и жизненные силы. Это тоже заметили не сразу, с магией всё было в порядке изначально, а потом догадались поглядеть на ауру снова. И сразу вызвали вас, Джейми.
— Не будь таким сильным магический потенциал, — резюмировал дракон-целитель. — Опухоль не приобрела бы такие страшные формы. Верно?
— Абсолютно, — согласился Сметвик. — Встал вопрос, как и в случае Джоанны — сделать малышку сквибом, чтобы спасти ей жизнь.
— Я могла умереть? — спросила Мэлл, хотя не всё поняла из слов Сметвика. — Или лишиться магии?
— Если бы не добрались в Мунго в тот день, то к вечеру вас могли уже не спасти, — удивил её Сметвик честным ответом. — Спасибо Франческе, что сразу смогла заподозрить неладное и не стала ждать. Ну и благодаря Джейми, магии вы не лишитесь. Наоборот, станете сильнее и крепче прежнего, как показала практика.
— А мне опять повезло увидеть прекрасную ауру тёмненькой ведьмы, — весело сказал Джейми и подмигнул Мэлл. — Ещё минут пять-десять, мисс Стерн, и я гарантированно превращусь в дракона. Мне кажется даже младший Лестрейндж не забирал от меня столько сил.
— На крышу? — спокойно осведомился Сметвик. — У меня как раз готов туда портключ.
Мэлл слушала это, замирая от восторга. Неужели правда увидит дракона?
Они перенеслись на крышу мгновенно, Мэлл даже испугаться не успела. А дракон-целитель продолжал её держать, крепко прижимая к себе.
— Девочка из очень древнего рода? — спросил Джейми Сметвика с принуждённым смешком. — Уж очень яркая аура, а магическое ядро и каналы после восстановления за мой счёт, почти ослепляют своей тёмной красотой. Не верю, что её мать была маглой, как у других ребят из Питомника — здесь чистокровных поколений должно быть не меньше двадцати — тридцати, а то и больше. Поверьте, я плотно изучаю этот вопрос уже долгое время.
— Не исключено, что вы правы, — спокойно подтвердил целитель, стоящий к ним очень близко. — Мать точно была чистокровной магиней: умирая, она отдала только рождённым двойняшкам всю свою магию, а такое сотворить могут только тёмные ведьмы — ладно, там, родовые знания, у светлых банально силёнок не хватит напитать даже одного ребёнка своей магией. А тут — двое, которым мать отдала всё до капли. Отец детей, как выяснилось, знаменитый наёмник из прошлого, уже немолодой маг был к моменту зачатия. А наёмники, если не в курсе, это парни-одиночки исключительно могучей силы, зачастую владеющие стихийной магией — опять же, светлых среди этой братии нет ни одного, не видел и не встречал. Повезло, что последние свои дни очень старый наёмник провёл в Мунго — по его крови определили родство с детьми.
— Значит у Мэлл есть сестрёнка?
— Брат, — поправил его целитель. — Его кровь замедлила разрастание новой опухоли, но ненадолго.
— Хэрри был здесь? — удивилась Мэлл, старавшаяся не пропустить ни слова.
— Мистер Стерн и сейчас в Мунго, отсыпается, — добродушно ответил целитель.
— Приду в себя и обязательно на него посмотрю, — хрипло заявил Джейми. — Я не справляюсь, целитель. Кокон идеальный, он действительно работает даже без ран, но лечить девочку из такого древнего рода мне ещё не приходилось. Кровь бы ускорила процесс — наверное. Осталось всего чуть, чтобы восстановить Мэлл полностью, но без ран я не успеваю.
— Тогда режем! — спокойно согласился целитель. — Поднимите Мэлл немного.
К ужасу Мэлл, Джейми поднял её над собой, а Сметвик острым ножом нанёс дракону-целителю несколько глубоких ран на груди. К этим ранам Джейми её и прижал, пачкая кровью.
Мэлл только и смогла простонать, когда её всю охватил на мгновение жар, а после схлынул так же быстро.
— Забирайте! — рявкнул Джейми, практически швырнув её целителю Сметвику, как котёнка.
Целитель легко её поймал, а Джейми отпрыгнул назад, и ещё раз, а потом как будто перекувырнулся и уже в полёте его окутала тёмная дымка. На крышу приземлился уже угольно-чёрный дракон.
Мэлл осторожно выдохнула, немея от восторга. Джейми-дракон поглядел прямо на неё, а потом зевнул во всю свою зубастую пасть. И уронил голову на толстые лапы, прикрывая глаза.
— Не устаю восхищаться, — сказал целитель, усаживая Мэлл себе на руку. — Симпатяга, не правда ли, мисс Стерн?
— Какой он красивый! — восхитилась и Мэлл. — Он заснул?
— И проспит часа три, — подтвердил Сметвик. — Ну что, мисс, пойдём порадуем вашего брата?
Он стянул с себя целительскую мантию и завернул в неё Мэлл. Только теперь она осознала, что на ней нет ничего, кроме трусиков. Так, в мантии целителя, она и была отнесена в свою палату.
Её сноровисто переодели в пижаму подбежавшие ассистенты целителя Сметвика, и только потом к ней в палату, зевая и щурясь на яркий свет, зашёл Хэрри.
— Мэлл! — воскликнул брат радостно, увидев её сидящей на кровати. Она поспешила встать, и Хэрри, бросившись к ней, обнял её со всей силы.
— Полегче, шкет, — похлопал его по плечу Сметвик. — Не раздави сестрёнку.
Хэрри разжал руки, и уже нежно обхватил её щёки ладонями.
— Мэлл, — повторил он, заглядывая в её глаза. Она сжалась от сожалений, увидев, как по его щекам стекают две слезы, а лицо остаётся серьёзным. — Никогда не скрывай от меня, если тебе плохо! Ты мой самый родной человек и я пойму всё! Всё, слышишь, Мэлл! Ты можешь со мной делиться всем, и болью, и радостью, и сомнениями! Если делом не помогу, то советом, если не советом, то просто выслушаю и поддержу. Прости, что сам не заметил, но и ты молчала. Пожалуйста, обещай мне больше так не делать!
— Обещаю! — прошептала она тихо, и удивилась, когда он пальцами принялся вытирать её слёзы. Мэлл и не заметила, что сама плачет. — Твой Влад меня не любит! Вот, поделилась.
— Он тебя обидел? — нахмурился Хэрри. — Постой! Ты влюбилась в Торнхилла?
Мэлл засмеялась сквозь слёзы и обняла брата за шею.
— Я люблю тебя, Хэрри! А Влад — просто наглый и бессовестный мальчишка, который только язвит и вредничает. Да ну его, хочешь дракона увидеть? Он здесь, на крыше, и он меня спас.
Хэрри моргнул растерянно и осторожно потрогал её лоб.
— Жара нет, — пробормотал удивлённо.
— Она в порядке, шкет, — прогудел над ними Сметвик, про которого Мэлл успела забыть. — Теперь уже в порядке. А если действительно хотите полюбоваться на дракона-целителя, который смог спасти мисс Стерн, то пусть Мэлл оденется. Пора вас обоих выписывать. Но в Мунго вам ещё часа три придётся куковать — я обещал Джейми, что он посмотрит на тебя, шкет, когда вернёт себе силы, потраченные на твою сестру. Согласен на осмотр от дракона-целителя?
— Это дракон, который спас Джоанну? — расширились глаза у брата.
— Тот самый! — ухмыльнулся целитель. — И Джоанну тоже.
— Я сделаю всё, что он скажет! — выдохнул Хэрри и взлохматил себе волосы.
На крышу их проводила Франческа, которая как раз забежала узнать после дежурства, как дела у Мэлл. Она выставила всех из палаты и помогла Мэлл переодеться в обычную одежду — выстиранную и выглаженную домовиками. А потом они пошли смотреть на дракона, который по-прежнему мирно спал. Хэрри глядел на чёрного симпатягу с нескрываемым восторгом.
— Бедняга, — вздохнула Франческа за их спинами. — Джейми Прюэтта выдернули прямо с праздника. И он мгновенно перенёсся в больницу. Ни секунды не думал. Он уже многих спас, наш дракон. Только силы лечение забирает немалые, вот и приходится так восстанавливаться. Хотя есть способ получше. Эй, Хэтти!
Домовик, появившийся возле целительницы, охнул, прижал уши к голове и весь как-то сжался при виде дракона. Мэлл его даже пожалела.
— Принеси два больших куска сырого мяса из кухни! — велела Франческа. — Давай-давай, живо!
Мясо появилось спустя три минуты — каждый килограмм по пять, навскидку. А вот домовик так больше и не показался.
— Ну что стоим? — спросила целительница насмешливо. — Давай Стерн, отнеси мясо поближе к морде.
Мэлл хотела предложить свою помощь, но Хэрри лишь улыбнулся. Взял один кусок и понёс — положил прямо перед носом чёрного гиганта. Нос дракона дрогнул, он моргнул, просыпаясь. Хэрри начал медленно отступать назад, когда дракон встрепенулся, встал на все четыре лапы, легко подхватил кусок мяса и подкинув его вверх, раскрыл пасть и заглотил. А потом обвёл взглядом визитёров и очень по-человечески указал на второй кусок мяса лапой и кивком морды — мол, несите.
Хэрри подхватил второй кусок мяса, но шёл к дракону уже не так уверенно. Особенно, когда Джейми опять лёг и раскрыл пасть.
— Клади ему на язык! — подзадорила Хэрри Франческа.
Мэлл не смогла сдержать гордой улыбки, когда брат решительно шагнул к морде дракона и положил мясо в распахнутую пасть. Харальд всегда шёл навстречу опасности, не сомневаясь. Словно герой из книг, которые они оба так любят читать.
Второй кусок мяса дракон так же быстро проглотил, почти не жуя. И сыто прикрыл глаза. Полежал и поднял голову, поглядев на них вопросительно.
— Отвернитесь, — со смешком угадал мысли дракона Хэрри. — Он обернуться хочет. И, наверное, будет без одежды.
Франческа сняла свою мантию.
— Держи, Стерн, — усмехнулась она, оставшись в брюках и белой рубашке. — Пусть прикроется. Судя по ошмёткам джинсов и сапог, другой одежды на нём не осталось. Ко мне, Мэлл, любуемся на город!
Мэлл было жаль, что не увидит обратного превращения, но смущать Джейми не хотелось точно. За их спиной послышалась возня, а вскоре и возглас Джейми-человека:
— Стоять, мистер Стерн! Я сейчас на вас погляжу целительским взглядом, будет немного неприятно.
— Глядите! — развёл руки Хэрри. — Я готов!
Мэлл невольно обернулась и вздохнула — Джейми уже закутался в мантию Франчески, которая немного не сходилась на нём, но всё прикрывала. А глаза дракона-целителя засветились зелёным огнём.
Хэрри, стоявший перед драконом навытяжку, судорожно вздохнул и повёл плечами. Глаза Джейми погасли, становясь карими, и он весело улыбнулся.
— Аура, мистер Стерн, у вас шикарная, прямо как у сестры, — заявил он весело. — Не знай я о вашем родстве, сейчас бы убедился. Вы оба очень-очень чистокровные тёмные маги, ребята. Всё, парень, расслабься. Держался ты круче оборотней, и спасибо за мясо — действительно лучше сна восстанавливает силы.
— Это миссис Уркхарт предложила, — ответил Хэрри вежливо. — Я ваш должник, мистер Прюэтт. Спасибо вам за Мэлл.
— Неожиданно и очень по-взрослому, — Джейми шагнул к брату и пожал ему руку. — Но нет, Харальд, ты мне ничего не должен — ты только что отдал этот долг, разрешив мне полюбоваться на ауру очень тёмного мага. Не все соглашаются. А иных и не спросишь, опасно. И прошу, зови меня Джейми.
— Я рад знакомству с вами, Джейми, — улыбнулся Хэрри. — Скажите, где ваша одежда — и я принесу.
— Можно сделать проще, — Джейми смущённо воззрился на Франческу. — Леди, благодарю за пищу для дракона, но не могли бы вы ещё…
— Легко! — задорно ответила Франческа и снова призвала домовика. — Хэтти, живо принеси запасную одежду Джейми Прюэтта! Мы вас оставим, Джейми, детям пора возвращаться в ковен.
Вернулись они на аппарационную площадку в Северной Цитадели. Мэлл вздыхала полной грудью, радуясь возвращению, и удивлённо ахнула, сразу ощутив сильнейший голод. Даже слюнки во рту появились, когда вспомнила сырое мясо у дракона в пасти. Не обращая внимания на застывших неподалёку волчат и нескольких старших ребят, побежала сразу в дом Марты.
— Ну наконец-то, — всплеснула руками Марта и поставила перед ней целую тарелку тушёного мяса от которого исходил пар. — С утра для тебя держала под стазисом, Тео предупредил. Ешь на здоровье.
Мэлл даже поблагодарить не смогла, набросилась на угощение, словно неделю голодала. Хватала кусочки мяса прямо руками, торопливо жевала и проглатывала, жмурясь от удовольствия. Лишь, когда тарелка полностью опустела, она удивлённо посмотрела на Марту и прислушалась к себе. Но ничего плохого не ощутила, только приятную сытость.
— Добавку? — усмехнулась мама Марта.
— Мне хватит, — заверила Мэлл, краснея. Хотя могла бы осилить ещё полтарелки, а может и целую, но побоялась, что всё же станет плохо. — А сколько же меня не было?
— Да всего три дня, — отмахнулась Марта, ставя перед ней большую чашку чая и тарелку с кусками сладкого пирога.
— День рождения! — с досадой вспомнила Мэлл о пропущенном празднике. — Палочку не купили!
— Завтра отпразднуете, — Марта подошла и погладила её по спине. — Целитель Сметвик велел откармливать тебя всю неделю. Так что не стесняйся, тростиночка, вон, одежда вся висит, ешь, сколько можешь. Все уже поужинать успели.
— А занятия? — горестно вспомнила Мэлл.
— Школа не убежала, стоит на месте, — усмехнулась миссис Яксли. — Завтра сходишь на занятия, а я праздничный обед приготовлю. А ваши школьные повара обещали сделать что-то сладкое и вкусное.
Мэлл только улыбалась, слушая маму Марту, и отчётливо понимала, что вернулась из больницы домой. Дом — это там, где любят и ждут и готовы ради тебя перенести праздник. И у сиротки Аривы Дрэй, маленькой волшебницы из сказки Мэлл, скоро обязательно появится свой дом и люди, которые её полюбят.
Добравшись до своей комнаты, Мэлл совсем уже было собралась рухнуть на кровать и помечтать о продолжении своей истории, а потом встать и всё записать сначала в черновик, а потом и набело. Только кровать оказалась занята. На ней лежало несколько коробочек разного размера, перевязанные разноцветными лентами.
— Подарки! — догадалась Мэлл, застыв перед постелью. Она насчитала дюжину коробок и оробела — можно открыть или подождать до праздника?
Её ступор бесцеремонно нарушила Шани, ворвавшись в комнату с горящими глазами!
— Мэлл! — завопила подруга, бросаясь на её шею и целуя в обе щеки. — Ты жива и здорова! Ура! И тебя тоже спас дракон Джейми! Ну как, красавчик, правда?
— О да, у него очень классная улыбка и всё остальное! — чуть порозовела Мэлл.
— У дракона? — подмигнула Шани. — Имей в виду, у Джейми есть невеста. Так, а почему подарки не открыты? Мой на столе, если что.
Мэлл стремительно развернулась к столу и расширила глаза — и там тоже были подарки, стояли и лежали, не сосчитать сколько.
— Хэрри надарили много книг, — доложила Джоанна, запрыгивая на подоконник. — Ну же, я хочу видеть твой восторг от каждой ерунды, что тебе подарили. Дать палочку? Я знаю заклинание, открывающее подарки!
Мэлл засмеялась, чувствуя, как выступают слёзы.
— Раз выучила, давай сама, — попросила она. — Всё равно твоя палочка меня не слушается.
— Показывай пальцем, я буду открывать, а ты пищать от восторга! — велела Шани строго.
Мэлл честно восторгалась и пищала — чего только ей не надарили! Были книги — от Стива и Уркхарта, была одежда — от ковенских женщин из главного поместья, среди которых обнаружились три школьные мантии. Нашлась большая коробка, в которой оказалось всё, что нужно купить первокурсникам в Хогвартс, кроме волшебной палочки. И новенький чемодан, как оказалось, скромно притулился у двери. А от волчат Мэлл достались маленькие поделки: несколько браслетов, кулон с цепочкой, набор шоколадок, смешной будильник, вырезанная из дерева кошечка с котёнком, кожаные наручи, повязка на волосы, несколько красивых перьев, пять флаконов-непроливаек с чернилами разных цветов и две резные шкатулки.
Дошло и до подарка Уркхарта — наставник подарил новые сапожки и кожаный плащик, от которого Мэлл пришла в тихий восторг. Следом Шани открыла подарок от Магнуса Нотта и его супруги, и Мэлл даже дыхание затаила — самопишущее перо в красивом футляре и изящный замшевый мешочек с пятнадцатью галеонами.
— Зачарован от кражи и потери, — намётанным глазом определила Шани, махнув над ним пару раз палочкой. — А пером этим надо ещё научиться писать, не так это просто, мне Марта, жена Ингиса Морна рассказывала.
— Научусь! — выдохнула Мэлл. — Я богата!
— Ага, а вдруг твоя палочка будет стоить как раз пятнадцать галеонов?
— Ну тогда это будет самое лучшее вложение денег! — не расстроилась Мэлл. — Давай теперь эту!
В продолговатой узкой коробке обнаружилась красивая кукла даже с набором одежды.
— Винс! — уверенно объявила Джоанна. — Надо же, как на тебя похожа! У неё должны сгибаться руки и ноги, и голова крутиться.
Мэлл прижала к себе куклу, вздыхая от переполняющих чувств. В питомнике подарки были запрещены, наказывались и даритель, и именинник, если поймают, а подарки просто отбирали. С той жизни у Мэлл сохранился только мягкий медвежонок, сшитый из кусочков одеяла и набитый трухой. Это брат ей подарил, узнав, что они родня ближе некуда. Мэлл до сих пор с этой игрушкой засыпала, так и не нашли её воспитатели.
— Ещё не всё, — отвлекла её Шани от грустных мыслей. — Вон тот подарок с черепом и костями от Флинта? Ну ка, посмотрим, что мой жених дарит моей подруге!
— Я уже боюсь открывать!
— Да я шучу, убери руки.
От уже сто раз повторенного заклинания, коробка с черепом легко раскрылась.
— Вау! — первой высказалась Шани.
Мэлл же растерянно достала тонкий кожаный ремень с ножнами и ножом. Маленьким таким ножом с костяной рукояткой.
— На перочинный похож, — хихикнула Шани. — На охоту с таким идти — один смех. Но тебе подойдёт резать бумагу и чинить перья, если палочку где-то забудешь.
Оставалось всего три подарка, и Мэлл полюбопытствовала:
— А который твой?
— Его откроем последним, — Шани указала палочкой на чёрную коробку. — Давай эту, она без имени, но карточка может быть внутри.
В открытой коробке лежал свернувшийся клубочком котёнок и спал, и Мэлл онемела на несколько секунд.
Отдёрнула протянутые, было, руки и севшим голосом спросила:
— Он настоящий или это игрушка?
Шани даже с подоконника спрыгнула и подошла.
— Книзл! — уверенно заявила. — Какой он дымчатый и хорошенький! Возьми же его, голодный, наверное. Надо за молоком сбегать к маме Марте!
— Так он живой? — Мэлл осторожно погладила спинку котёнка, а тот зевнул маленькой пастью и потянулся всеми четырьмя лапами.
Кроме подстилки в коробке больше ничего не было. Даритель пожелал остаться неизвестным.
Мэлл глубоко вздохнула, вытянула малыша из коробки и прижала к своей груди. Котёнок завозился, приоткрывая круглые глазки, лизнул её в шею. Мэлл засмеялась.
— Сделай фамильяром и имя ему дай, — посоветовала Шани. — Потом лежанку сами сошьём, а пока можешь его в кресле устроить.
— Ты ж моя прелесть! — Мэлл подняла котёнка вверх. — Какой лапочка!
— Это мальчик, — тут же определила Шани. — И точно книзл, смотри какие толстые лапки и плоская мордочка. У моего брата чёрненький, тоже таким был мелкий.
— Черныш, — покивала Мэлл, не сводя взгляда со своего нового питомца. А если точнее — первого и единственного. Она положила котёнка на кровать, почесала его за ушком и спросила, немного волнуясь — маленький же совсем: — Ну что, Смоки, будешь моим фамильяром? — и поднесла пальцы к его мордочке.
Книзл оказался понятливым, осторожно куснул средний палец Мэлл, слизал капельку крови и полез к ней на колени.
— Ну ничего так имя, — скептически хмыкнула Шани. — Простенькое, но ему подходит. Умный ведь будет, хороший тебе подарок кто-то сделал.
— Надо узнать — кто подарил! — пробормотала Мэлл, поглаживая мягкое пузико малыша.
— Не открывай без меня оставшиеся! Сгоняю за молоком, — Шани умчалась, а Мэлл принялась ласкать маленькое чудо и гадать, кто же подарил ей такое счастье. Ничего на ум не приходило.
Вернулась Шани с кубком молока, глиняным блюдцем и небольшой лежанкой с бортиками.
— От Черныша осталась, — пояснила подруга, кладя маленькую лежанку на стол. — Он из неё уже вырос, мама Марта почистила её заклинанием.
Пока котёнок лакал из блюдца молоко, открыли предпоследний подарок. Уменьшенную упаковку пергаментной бумаги Шани тут же увеличила до нормального размера. Были тут и несколько перьев, и три баночки зелёных чернил.
— Здорово! — оценила Мэлл, у которой уже заканчивались пергаментные листы. — Этого надолго хватит.
— Кому-то очень нравятся твои сказки, — усмехнулась Шани. — Смотри, это от Мадлен и Тины.
— Надо пригласить их на завтрашний праздник! — оживилась Мэлл, убирая пергамент в ящик стола и любуясь набором перьев. Теперь их было много.
— В школе завтра увидитесь, и пригласишь!
— Ага. Ну давай теперь твой!
Шани метнула заклинанием в последний подарок.
— Та-да-да-дам! — пропела она. — Надевай!
— Ой! — Мэлл вытянула из коробки ожерелье из разноцветных разнокалиберных камушков, разделённых хаотично чьими-то когтями. Смотрелось диковато и классно. Она тут же надела ожерелье на шею и бросилась обнимать подругу. — Спасибо!
— Есть простые, есть с рунами, — с довольным видом улыбнулась Джоанна. — Больше всего защитных, от мелких пакостей и не только. А ещё, — Шани хитро прищурилась — если рядом будет парень, который к тебе неравнодушен, вот этот серый невзрачный камешек нагреется.
— Что значит — неравнодушен? — подняла брови Мэлл, рассматривая самый крупный камешек, лежащий на груди по центру. — Любовь или просто сильные чувства? Например — ненависть?
Шани нахмурилась.
— Н-да, — выдала она, подумав. — Вот, что значит писательница, а казалось — всё так однозначно. Увы, тут именно сильные чувства, а какие — придётся разбираться самой. Ну подумай, за что тебя ненавидеть — ты ведь такая красотка!
— Ладно, — рассмеялась Мэлл. — Всё равно классно. Говорят, ведь, от ненависти до любви — один шаг. Может, поэтому нельзя сделать отклик именно на любовь, слишком близкие чувства. А ведь ещё есть радость, грусть, страх, гнев — и каждое может проявиться сильно.
— Вот же ты ведьма! — укоризненно поглядела Шани. — Ну хорошо, серый камень определяет взволнованного из-за тебя человека. А что уж ты могла в нём вызвать — тебе видней.
На ночь Мэлл уложила котёнка рядом с собой. Она никак не могла заснуть от впечатлений. В комнате снова было чисто — Шани распрямила заклинанием все упаковки и коробочки и сложила аккуратной плоской стопкой — решили, что пригодятся для будущих подарков друзьям. Ведь ни одна упаковка от заклинаний Джоанны не пострадала.
Подарки заняли свои места — на полке, в столе, в шкафу и даже в чемодане — решили уложить туда сразу всё, что нужно для Хогвартса. Останется лишь добавить какие-то мелочи при желании.
А палочку Мэлл собиралась носить в чехле — недаром их тренировал Уркхарт, как быстро достать её из чехла на предплечье. И это ещё одна покупка — Мэлл мечталось, что её пятнадцати галеонов хватит и на палочку, и на чехол, и на маленькое пирожное от Фортескью.
Мэлл счастливо вздохнула и прикрыла глаза. Завтра праздник, и она подарит брату свой подарок, который дожидается своего часа на полке в шкафу. Она очень надеялась, что Хэрри оценит историю, написанную лично для него — о жизни в питомнике, о крутых ковенцах, пришедших убивать Трэверса и забравших их всех в ковен только благодаря Хэрри Стерну — не сумей он вовремя договориться с Магнусом Ноттом, и будущее для детей питомника могло стать страшным.
Чтобы воссоздать все события реалистично, Мэлл пришлось опросить для истории многих волчат, беря с них клятву молчать; Шона и Винса Фишеров, которые весело скалились, но ознакомили её с тем, что знали сами, взяв обещание, что им дадут почитать копию. А ещё Мэлл долго говорила с Брэнаном, которого пока поселили в Главном Поместье, но позволили навещать волчат и вести в школе дисциплину по чарам.
Стив Пранк сумел переплести рукопись и создать настоящую твёрдую кожаную обложку — у оригинала. Несколько копий, которыми распорядится сам Хэрри, имели мягкую обложку. Копий было всего десять, но Стив заверил, что этого достаточно, будут передавать друг другу и больше ценить, и напомнил, что за пределы ковена такое выносить нельзя. Именно поэтому на первой странице появилось предупреждение: «Внимание! Только для ковена Ноттов! Передача — любым способом — информации из книги людям, не принесшим клятву верности Ноттам — запрещена!»
Стив, прочитав, криво улыбнулся, но заверил, что сойдёт.
Вторую половину главной рукописи занимали пустые листы, где брат, при желании, сможет вносить свои записи, вроде дневника. Или дополнить историю своими замечаниями. Это Стив посоветовал сделать, и Мэлл идея понравилась. Кто как не Харальд, знал о всех событиях лучше? Разве что Влад, его дружок. Но Торнхилла Мэлл спрашивать остереглась — не факт, что вредный парень поделился бы подробностями с ней, а вот Харальду запросто мог рассказать и испортить сюрприз.
Сонливость взяла своё, и Мэлл задремала, придумывая в полусне, как Ариву Дрэй спасает из плена огромного тарантула смелый юноша-целитель, не желающий назвать своё имя. Он исцеляет её раны, а после провожает девочку до стен большого города, где исчезает, оставив Ариве замечательный подарок. Мисс Дрэй и огорчена расставанием и благодарна своему спасителю, ведь об этой вещи она давно мечтала. И девочка решает его найти во чтобы то ни стало, чтобы хотя бы узнать его имя и нормально поблагодарить своего спасителя.
Мэлл вскочила, поборов дремоту, боясь забыть идею, записала несколько строк в блокноте, который специально завела для таких моментов, и вернулась в нагретую постель, где маленький Смоки привалился к её плечу тёплым бочком. Пред завтрашним днём следовало хорошенько выспаться.
* * *
Харальд Стерн пребывал в меланхолии и задумчивости. Спасение Мэлл и все события в Мунго дались ему нелегко. Вот так — живёшь привычной жизнью, и вдруг случается такое, страшное и безумное, что тебе неподвластно. Влад и то был бы полезнее в такой ситуации, пусть не сейчас, в будущем — Хэрри был уверен, что Торнхилл сумеет стать одним из лучших целителей — амбиций и таланта у друга с лихвой.
— Что ты подарил сестре? — Влад Торнхилл выбрал именно этот момент, чтобы нарушить уединение Стерна. Опустился на скамью рядом с ним, жуя травинку.
— Завтра вручу лично! — усмехнулся Харальд, расслабленно откинувшись на спинку скамьи. — Думал, сдохну в этом Мунго, зная, что Мэлл умирает в соседней палате. Моя кровь только слегка притормозила процесс. Ума не приложу, как у неё эта опухоль образовалась.
— Повезло с драконом-целителем, — непривычно серьёзно проговорил Влад. Вкратце об этой истории знали уже все волчата. — Безумно рад, что твоя сестра теперь здорова.
— А ты — что подарил Мэлл? — заинтересовался Стерн.
Влад усмехнулся.
— Так, мелочь одну, — ответил небрежно. — Девчачью радость.
— Мне уже интересно! — Стерн вгляделся в хитрый прищур друга. — Колись уже, что именно. Радость для девчонок, и радость для Мэлл — это разные вещи.
— Не скажи, — фыркнул Торнхилл, срывая новую травинку. — Есть вещи, от которых будет пищать любая девчонка. Хоть неженка, хоть тренированная боевичка. Хоть леди, хоть простушка.
— Ну хоть намекни, — улыбнулся Стерн самоуверенности друга. — Всё равно же узнаю.
— Не факт, — хохотнул Влад. — Не все волчата подписали подарки. И я тоже использовал анонимность.
— Это не какая-то гадость? — прищурился Харальд. — Что там между вами? Мэлл мне сказала, что ты наглый и вредный. Правда, могла и пошутить… Момент был такой, непонятный.
— Так и сказала? — равнодушно переспросил Влад, уставившись на домик Марты, откуда Мэлл до сих пор не вышла.
— Она сказала, что ты её не любишь, — Хэрри придирчиво поглядел на Влада, но тот никак не отреагировал. — А потом добавила, что ты просто наглый и вредный мальчишка.
— Да? — Влад обернулся к другу и заглянул в глаза. — О ком ещё высказалась Мэлл, восстав со смертного одра? Может, Мика упоминала или моего малахольного братца Рэя Стенли?
— Только тебя, — проворчал Хэрри, вздыхая. — Я попросил её сообщать о всех проблемах, вот и сообщила — из вредности, полагаю. А потом засмеялась и сказала, что любит меня. И предложила посмотреть на дракона.
— Значит я вредный и наглый, — задумчиво пробормотал Влад. — Ну-ну! А я-то старался порадовать её подарком. Пойти, что ли, забрать, пока она пытается съесть все запасы Марты?
— Ну, забери, — пожал плечами Хэрри. — Или оставь — раз уж она не узнает, что подарок от тебя.
— А ты знаешь, что Мэлл втюрилась в Уркхарта? — сменил тему Влад.
— Глупости всё! Ей одиннадцать.
— А мне — десять, — холодно выдал друг. — И это не мешает мне… ой, всё!
— Продолжай! — хохотнул Хэрри. — Кто она? Если Джоанна, Флинт тебя прибьёт.
— Если Мэлл, прибьёшь ты, — подхватил Торнхилл. — Если Франческа, прибьёт Уркхарт. Если Таша Нотт, Магнус закопает. Если миссис Флинт…
— Да остановись! Скажи, в кого влюблён, не стану смеяться и выдавать. Она занята?
— Она… — Влад потянулся и выплюнул травинку. — Иногда я её ненавижу. А иногда… хочу набить морду всем, кому она улыбнётся.
— Софи Блетчли? Клоди Фишер? Мадлен, Тина? Валери Нотт?
— Не гадай, — хохотнул Торнхилл. — Это очень личное, если ты понимаешь. Вот тебе нравится кто-нибудь?
— Что ты подарил Мэлл? — ушёл от ответа Стерн, заметив, что сестра выходит из дома Марты. Он надеялся, что Мэлл, наконец, нормально поела.
Влад наклонился вперёд, сорвал очередную травинку и сунул в рот, тоже следя за Мэлл настороженным взглядом. Сестрёнка шла к башне, улыбаясь всем встречным парням — и волчатам, и старшим. Харальд покосился на друга и покачал головой.
— Мэлл только одиннадцать, Влад, — повторил он вкрадчиво.
— Заткнись! — мрачно ответил друг, выплёвывая травинку. — Зря я с тобой поделился. Нет у тебя сердца, и ты ещё не познал, что значит — когда одна на весь мир.
— Мы поступаем на первый курс Хогвартса, — пожал плечами Стерн. — За семь… ну, или за пять лет учёбы мы встретим ещё много девчонок. Будешь хранить Мэлл верность и отгонять от неё ухажёров?
— Да пошёл ты! — Торнхилл потёр ладонями лицо. — Будешь топтаться на моих чувствах — врежу.
— Теперь мне ещё интереснее, что ты ей подарил.
— Хоть что-то ты угадать не можешь!
— Узнаю! — усмехнулся Стерн. И внезапно ощутил зависть к другу — а ведь в самом деле, он даже не представляет, каково это — в кого-то влюбиться. Ему нравилась Шани, но так, просто классная девочка. Ему нравилась Софи, даже жаль, что так быстро выскочила за Блетчли. Ему нравилась Валери Нотт, и ещё несколько женщин ковена. Но так, чтобы вздыхать и следить за какой-то мрачным взглядом, желая за улыбки другим бить морды — глупость же несусветная.
— Пойдём уже в Загон, — поднялся со скамьи Влад и потянулся всем телом, разминая плечи. — Я трое суток почти не спал, скоро глюки начнутся.
— А почему ты… А-а, Мэлл!
— Я будущий целитель, Хэрри, — пнул он камень с досадой. — И я не заметил, что ей плохо!
— В Мунго Франческа мне говорила, — задумчиво ответил Стерн. — Что зелья от болей в желудке приглушили симптомы, потому и не разобрались, ни Клоди, ни Мэрит, в чём там фигня. Опухоль проявила себя только в последние дни, и Франческа решила показать Мэлл Сметвику, потому что не могла ничего обнаружить, а симптомы были тревожными. А что мог ты, если ещё так мало знаешь обо всех болячках?
— Симптомы, Хэрри! — Влад усмехнулся и пожал плечами. — Собрать анамнез — самое важное. Иногда этого достаточно, чтобы забить тревогу и примерно понять, где искать.
— Поверю на слово, — уважительно поглядел на друга Хэрри.
Они неспешно направились к Загону — все дела на сегодня переделаны и ничто не мешало лечь спать пораньше.
— Уркхарт правда говорил, что меня отправляют в Хогвартс вместе с вами? — негромко спросил Торнхилл.
— А ты до сих пор сомневаешься? — удивился Хэрри волнению, проскользнувшему в голосе невозмутимого друга. — Сам удивлён, но это так. Уркхарт не стал бы шутить с такими вещами. И разве тебе не сказали, что на Косую Аллею ты отправишься с нами?
— Сказали. Но для чего, не уточнили.
— Явно же палочку покупать, — улыбнулся Хэрри.
— Пранк меня экзаменовал — а я всё думал — зачем? — Влад безрадостно хохотнул. — Ну я и выпендрился, мол, знай наших. Отвечал, как папаше Калеба — чуть не цитировал учебники за первый курс, а потом и за второй.
— В лагере ты был лучшим, — покивал Стерн.
— За тобой тянулся, как и все наши, — пожал печами Влад. — А целительство — просто моё. Так вот, значит, зачем меня экзаменовали. А я ведь к Магнусу подошёл — директор Хога его друг, профессор Робертс, это Пранк говорил как-то. И попросил Нотта об этом — отправить меня с тобой в Хогвартс. Это давно ещё было, когда Мик и Сэм вернулись.
— И что ответил патрон?
— Что прошу о невозможном, — усмехнулся Влад. — И велел проваливать.
— Значит, не забыл.
Торнхилл остановился, глядя в пасмурное небо на тяжёлые облака.
— Я кошку ей подарил, — негромко сообщил он. — Котёнка книзла. Все руки мне расцарапал, зараза. И кормить приходилось тайком. Только перед вашим появлением занёс в коробке, когда наглый котёнок изволил задрыхнуть.
— Ничего себе! — оценил Хэрри. Владу удалось его удивить. — А я подарю чехол для палочки. Мэлл о нём мечтала... Да где ты котёнка взял? Да ещё книзла?
— Мне велено было молчать, — хохотнул Влад. — И полдня батрачить на мужа леди Анжелики.
Харальд засмеялся — а жизнь-то налаживалась!
![]() |
|
Ооо...прода! Спасибо!)
2 |
![]() |
|
Ура!!! Спасибо большое!!! Вдохновения и сил вам, а мы будем ждать столько, сколько понадобится)
2 |
![]() |
|
Спасибо большое!
1 |
![]() |
|
О, ура! Каури вернулась!!
Обожаю вашу Молли!! Восхищаюсь и другими вашими произведениями!! Заглянула, поняла что половину забыла((( Возвращаюсь перечитывать с начала!!) 1 |
![]() |
|
Класс, ждем продолжения, спасибо
|
![]() |
|
Ммм, спасибо за чудесные несколько часов! Соскучилась по Вашей волшебной санта-барбаре!
4 |
![]() |
|
Обожаю эту работу! В вашем мире хочется жить - так тепло, уютно и по-настоящему там.
3 |
![]() |
|
Насыщенно! Это же целый мир, очень подробно прописанный, обоснованный, постоянно развивающийся. Спасибо автору
4 |
![]() |
|
С возвращением! Спасибо!
|
![]() |
|
Спасибо за продолжение, я очень рада, что вы вернулись
|
![]() |
|
Спасибо. Я так люблю вашу сагу
|
![]() |
|
Читаю с удовольствием! Благодарю!
|
![]() |
|
34 глава. Ох Флинт... И почему он такой хороший... балбес. Сразу захотелось, чтобы Санни забила на этих двух павлинов, и вышла за Флинта. Заодно отучила бы его злоупотреблять спиртным)
|
![]() |
|
Спасибо, ждём продолжения😍
|
![]() |
|
Аххаха, а вот и Флинт нашел свое счастье. Разве что подождать придется)
|
![]() |
Кэсси Блэк Онлайн
|
Честно, не знаю, что сказать... Давно нашла эту историю. Но остановилась на каком-то моменте, так и не дочитав те главы, что тогда были. А потом вообще потеряла. Стыдно признать, но даже и забыла со временем. Я и не знала, что история про Санни (а тогда это было больше про нее, как мне казалось) так и не закончена!!! Представьте мое удивление, когда я вспомнила, что я ее не дочитала и оставила когда-то.. Офигеть, увидеть целых 80 глав и статус "в процессе". А потом заново окунуться в этот мир!
Показать полностью
Я и не знала, что здесь все так... глубоко. Поразительная чувственность, а также четкий стиль работы со всеми вытекающими. Как качественно все написано! Смакую каждую главу. Очень хочу теперь иметь у себя этот фанфик (хотя язык не поворачивается назвать эту историю фанфиком, боже) в виде книги с переплетом, обложкой и прочим (и, полагаю, не одну, с Вашим-то размахом, Автор) ❤ Каждый персонаж - целая история. И ничуть не надоедает, читаю каждую строчку. Охренеть, у Вас там расписок с родословными, различными нюансами и переплетениями, наверное, размером с океан. А то и два. Вы очень талантливы. Ну могу описать все словами.... Надеюсь, мне удалось хотя бы передать хоть частичку своих эмоций. Я снимаю шляпу. Поражена до глубины души. p. s. Теперь Ваш преданный читатель, Диана💚 5 |