↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Трещина (джен)



Автор:
фанфик опубликован анонимно
Уже 1 человек попытался угадать автора
Чтобы участвовать в угадайке, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Фандом:
Рейтинг:
PG-13
Жанр:
Драма
Размер:
Мини | 7 Кб
Статус:
Закончен
События:
Предупреждения:
AU, Смерть персонажа
 
Проверено на грамотность
Между Луной и магией разлад.
А Ксенофилиус выдумывает несуществующих созданий. Но зачем?

На конкурс «Гарри Поттер и Орден Фикрайтера», этап 1.
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑

Земля под ними, еще не согретая солнцем, лежала сырая — оставалась грязью на руках. Ксенофилиус сгребал ее лопаткой, но все равно, конечно, запачкался. Луна ковыряла носком ботинка камешек. Она не выглядела сонной, как и не выглядела бодрой, или уставшей, или веселой.

Никакой — вот как она выглядела, и за все время он никогда подобного не видел.

— У нас пауки гнездятся под лесенкой, — сказал Ксенофилиус, откинув лопатку. Он сложил разрытый песок в банку.

Луна не заглянула под крыльцо, только спросила:

— Так вообще говорят? — а потом, поразмыслив, удивленно добавила: — Пауки гнездятся?

Ксенофилиус чуть обернулся к ней, делая вид, что увлечен песком в своих ладонях. Это был волшебный песок, по типу летучего пороха. Какую тайну он в себе хранил, он не знал, потому что и Луна пока не знала.

— Конечно, гнездятся, — ответил он, выпрямляясь. — Пауки группируются, кучкуются, образуя жилища, гнездилища и логова. А еще они стаятся, то есть собираются в стаи.

Луна вздохнула. Она больше не ловилась на крючок, не интересовалась ни пауками, ни песком, ни цветными лентами.

Ксенофилиус вздохнул тоже. Знал ли он, что делать?

— Хочешь заведем парочку гномов в саду? — с энтузиазмом спросил он и подошел ближе.

— А можно? — не поверила Луна. Она теперь ни во что не верила. — Разве они не сами заводятся?

Он живо пожал плечами.

— Будь я садовым гномом, непременно поселился бы в нашем саду.

Он не знал, что делает, прощупывал почву.

Луна легонько качнула головой и отвернулась. Она посмотрела не на сад с жесткой, пожелтевшей травой, у которой твердые стебли и зазубрины по краям, что тронешь ее и на кончиках пальцев останутся следы. Она задрала подбородок, и взгляд ее скользнул по покатой крыше и окнам всевозможных размеров. Тяжелые от пыли занавески выглядывали сквозь стекло наверху.

И она поникла. Так всегда и бывало.

Ксенофилиус обнял ее за плечи, прямо земляными руками, пачкая одежду. Просто это не было важным.

Просто иногда людям нужно движение, выпустить энергию.

— Пойдем прогуляемся? — сказал он и повлек ее за собой. Она легко зашагала, как потянутая за веревочку. — Можем собрать ракушки для наших браслетиков дружбы.

— В ручьях же не водятся ракушки?

— А где?

Луна посмотрела на него, не замедляясь, пока они двигались к ручью. В ее глазах было столько вины, что он не мог представить себе эти глаза на лице ребенка. Но они были — она так повзрослела за эти месяцы.

Переживал ли он, что она до сих пор не колдует, как другие дети ее возраста? Что не подбрасывает вещи в воздух порывом сиюминутного детского восторга, не оживляет игрушки, не трансформирует ветки в мечи, а камни в лягушек? Конечно, нет, он не переживал об этом. Луна всегда была необычным ребенком. Она — особенная.

Но он все же боялся. Боялся, что ее волшебная палочка станет неподъемной от страхов, если дойдет до того, что она сможет ее получить. Он не сомневался, что это произойдет, ведь в ней было столько магии. Луна — чистая энергия, даже волосы ее чуть вздымались, как намагниченные, а воздух в ее присутствии будто вибрировал.

Да и, в конце концов, вдруг она колдовала тайно?

Например, зажигала по ночам огни на потолке, если ей становилось страшно.

Почему ей становилось страшно?

И кого же она боялась?

Ксенофилиус домысливал, он всегда умел этим заниматься. Его не было рядом, когда это случилось, он готовил обед. Пропустил настоящее происшествие, хотя это должно было стать просто событием. Ярко окрашенным — радостным. Пандора наверху занималась заклинаниями, шлифуя и совершенствуя их и свои способности. Ничего опасного внутри дома — таково было правило, и она бы не стала его нарушать, но заклятие ее убило.

Не было взрыва, ведь она не колдовала взрывы в доме.

Но что-то хрустнуло, тихо-тихо, так, что он и не слышал, а только увидел. Потом.

Луна тоже была там, лепила из глины, или собирала бисеринки в хитрый узор, или раскрашивала. Луна вообще любила рисовать и мастерить, но все это не было магией, хоть и казалось чудесным. Она была талантлива, в ней было столько энергии.

Волшебство рождалось у нее на глазах, свободно, как вздох, и так же легко, потому что колдовала Пандора. Даже в обстановке дома и царящей здесь атмосфере чудилась какая-то призрачная магия, ее отголосок, будто стены пропитывались.

И Луна пропитывалась. Она потянулась, ей вдруг захотелось… Она не успела попросить.

Хрустнув, у Пандоры треснула волшебная палочка. Она бы заметила, но губы ее уже разомкнулись, выпуская наружу заклинание. Она бы заметила, если бы палочка сломалась, а не треснула.

Но она не сломалась. И заклинание вырвалось, чтобы обратиться против нее, устремляясь назад.

Без всякого взрыва.

Луна чувствовала, что вмешалась?

Луна ведь всегда так остро все ощущала.

И это разбило ей сердце, им обоим, потому что они остались вдвоем, а глаза Пандоры не были закрыты, как и у всех, кто умер внезапно.

Луна не закричала и не заплакала, она вообще редко плакала. Она позвала:

— Мамочка?

А потом:

— Папочка?

Она не то чтобы не знала, чьих рук это дело, она даже не представляла, чем владела. Магия никогда не вырывалась из нее прежде, будто копилась, пряталась под ногтями и на кончиках волос. И Луна испугалась. Ксенофилиус хотел бы ей помочь, но когда он взлетел наверх, перепрыгивая ступеньки, только и смог прижать ее к себе, отвернуть и позволить не думать о плохом.

Этим он и занимался теперь всегда — не оставлял времени на грустные мысли.

Он знал, что память это не пустая полка, но все равно пытался ее чем-то заполнить. Будто воспоминания можно вышвырнуть из головы, как пыльные бутылки из кухонного шкафчика. Он пытался увлечь ее, заговорить, уболтать.

«Смотри какие пауки, песок, какие цветные ленточки!»

Но не получалось.

Он пытался вернуть ей веру в магию и в себя. Вернуть себе дочь. И он не знал, что делать.

— Мы будем собирать камни? — спросила Луна, когда они остановились у берега, шурша подошвами по гальке.

Ксенофилиус встряхнул головой и признался:

— Не знаю.

Луна ожидала, болтая ногой у кромки воды. Позволяла ему подумать, видя, что он проваливается в себя. Она сама часто так делала.

— Извини, — сказал он и потряс растопыренными руками перед лицом, прогоняя мысли. — Поймал мозгошмыга.

— Кого? Я никого не вижу.

И его осенило. Раз не осталось ничего, чем он мог бы ее заинтересовать, он придумает свое, новое, оживит это в воображении и выпустит на волю.

— Конечно, ведь они невидимые, — сказал Ксенофилиус, загадочно заглядывая ей за плечо. — Пробираются через ухо в голову и бродят там, вызывая печальные мысли.

Он изобразил пальцами дорожку до ее уха, а затем хлопнул в ладоши. Убив или поймав в ловушку? Он покосился на свои сложенные руки и раскрыл их, отпуская невидимое существо.

— В общем, — закончил он, — они размягчают мозг, потому и мозгошмыги.

Луна улыбнулась. Совсем чуть-чуть.

— Кажется, — сказала она, поигрывая пальцами у лица, — мне один такой тоже в голову залез.

— А я догадывался! Не создать ли нам очки, позволяющих их отыскать?

Луна задумалась, почему-то хмурясь.

— А как их прогнать, если уже знаешь, что они там? Копаются в твоих мыслях.

Ксенофилиус взглянул на свои руки, если бы он знал как, то уже бы прославился. Но он не был таким уж замечательным изобретателем, или философом, или отцом. Хотя старался. Может, сказочник из него выйдет толковее.

— Не все, что мы видим, имеет значение, — сказал он, осмотрев камни у себя под ногами. — Иногда важно лишь то, что мы могли бы увидеть.

Он подобрал синее стеклышко, поднес его к правому глазу, прищурив левый, и посмотрел на мир сквозь него.

— Я вижу прежде невиданное, не хочешь взглянуть?

И синяя-синяя Луна завороженно потянулась к нему рукой.

Глава опубликована: 12.10.2021
КОНЕЦ
19 комментариев
Очень светлая и теплая работа ) обожаю Луну ♡
Такая грустная история. Луна удивительная, и у вас неплохо получилось это передать.
И держите опечатку
гнездИлище
Анонимный автор
{Риен Темха}
Спасибо 💙

Э Т ОНея
Рада, что получилось передать.
И за опечатку спасибо, исправила)
Какая история - хрупкая и болезненно-нежная, как и ее герои, точнее, как их память. Как их жизнь...
Иррационально, грустно и светло - эта атмосфера очень подходит Лавгудам. Но мы знаем, что в каноне Луна всегда была оптимисткой, значит Ксенофилиус нашел правильный способ сохранить дочь))
Здрасьте, это снова я - несу вам с забега отзыв.
Трещина - история о маленькой Луне и ее отце, джен, 7 кб, драма.
Идея: отличная, просто отличная. Это история не столько о волшебстве, сколько о попытках Ксенофилиуса найти контакт с дочерью после смерти матери, попытках вернуть ту маленькую Луну, которая спряталась куда-то глубоко-глубоко, ту Луну, что способна верить и творить чудеса. И какое же я облегчение испытала, когда Ксено справился с этим. Да, возможно, из-за этого Луна выросла такой странной, но какая же она удивительная.
Как: образы Луны и Ксенофилиуса удались прекрасно, но вот язык... Я местами очень сильно спотыкалась о некоторые фразы. Сюда бы хорошо даже не бету, сколько гамму. Но в целом настрой создается очень правильный. Немного отшлифовать и будет конфетка.
Задание этапа: формально раскрыто, но все же это история не совсем про первое колдовство. Тем не менее, на конкурсе столько историй про то, как колдовство все не приходило, как несчастные дети боялись быть сквибами, что эта история определенно выглядит свежо.
Итог: мне понравилась идея и атмосфера, но с текстом определенно можно поработать.
Автор, это очень тонко и сильно.
В начале я увидела бесцветного, потускневшего после смерти матери ребенка, и подумала, как же верно вы смогли передать это состояние Луны. А все оказалось сложнее. Оказалось, что она сама стала невольной виновницей произошедшего, и хоть и не знала этого достоверно - чувствовала. О, как непросто, как же ей непросто! А отцу как быть? И не объяснишь, что она ни в чем не виновата, что мать сама в своем слепом порыве проявила безответственность... И ему больно. За обеих. Но Ксенофилиус молодец. Главное - вернуть ребенку интерес к окружающему, а там пойдет, и она сама со временем во всем разберется. Она ведь умница. И магия ни в чем не виновата. И помогает созидать.
Вот на такие мысли меня навёл ваш фанфик, автор. Меланхоличный, но таящий надежду.
Анонимный автор
Jana Mazai-Krasovskaya
Спасибо, что прочли и почувствовали.

Яросса
Грустно и светло, да, мне тоже кажется, что им это подходит. И да, конечно, Ксенофилиус смог! Спасибо за отзыв.

Э Т ОНея
Добрый день еще раз)
Рада, что образы и идея вам понравились. Вообще долго думала, не слишком ли все это... За удивительную Луну плюсую, это если о каноне. Насчет работы над текстом - взяла на заметку.
Спасибо за развернутый отзыв.

Nepisaka
Это так чудесно, что вас тронула эта история. Что вы почувствовали, и поняли, и приняли. Ради таких откликов и стоит писать, я просто в этом мгновении, и я счастлива.
Очень благодарна вам за отзыв, за рекомендацию и призыв в блоге, это очень ценно. Я тронута, вы меня воодушевили!
А я ведь хотела написать на первый тур про Луну. И задумывала идею о том, что именно Луна невольно стала виновницей смерти Пандоры. Как сказала моя бета, которая - внезапно - тоже задумывала написать про Луну, но только более светлую историю:
Для Луны нужно особое настроение, она странная.
И мы обе не написали задуманное. Ну потому что на самом деле, Луна - это что-то особенное.

А вот автор смог. Прекрасно получилось. Хотя и грустно, конечно. Но тут такой трогательный Ксено. Спасибо вам, дорогой автор.
Грустная, щемящая и очень правдивая вышла история - правдивая с точки зрения эмоций и того впечатления, которое неизменно рождается от встречи с Лавгудами. Они у вас очень настоящие получились, и даже если убрать весь волшебный фон, то мы все равно получим очень искреннюю историю про отца и дочь, которые потеряли самого близкого человека. И даже то, что со временем Ксено и сам так страстно поверит в свою выдумку, прекрасно вписывается в канон - его решение "не думать", заботиться только о Луне, неизбежно должно привести к тому, что он уйдет в этот спасительный мир, их с Луной мир, с головой.

Спасибо, автор)
Я тоже обратила внимание на пару стилистических огрехов, но в данном случае это мелочи и легко поправимо. Главное, что задумка и характеры вам прекрасно удались.
Луна получилась такой, какой она должна быть, неземной и мечтательной, не от мира сего. И Ксено - он-то как раз вполне адекватен, только делает сказку для дочки, чтоб ей не было так тоскливо, потом увлечется и сам в нее поверит. Красиво, правильно, когда нет иного выхода, но все равно грустно отчего-то.
Анонимный автор
NAD
Вау, вы тоже хотели такое написать, хотела бы посмотреть, как бы вы обыграли идею! И согласна, что Луна особенная и на нее надо такое же настроение. Так что я безумно рада, что она удалась, и что вам нравится Ксено.
Спасибо вам за отзыв и чудесную рекомендацию!

Levana
Спасибо, что верите в них таких. Это очень важно. Мне очень приятно, что они получились настоящими. А про спасительный мир, как бы там ни было, почему-то всегда казалось, что это все правда спасительный мир, вне зависимости от того, кто и от чего кого спасал. Вот.
Спасибо за отзыв, и что простили тексту некоторые огрехи.

Мурkа
За Луну и Ксено рада, а насчет грусти да... но когда кого-то теряешь, так ведь и получается. И тут нет-нет да и грустно отчего-то.
Спасибо за отзыв. И за обзор - отельно! Это настолько очумительная идея, вы замечательная!
#смотрите_орг_пришёл
Светлые песочные часы из звенящего прозрачного и хрупкого стекла.
Песчинки тихо пересыпаются, переливая эмоции из сосуда в сосуд.
Медленно, с каждой падающей песчинкой блёклый мир Луны обретает краски.
И так же медленно и тихо обесцвечивается и уходит Ксено.
Анонимный автор
хочется жить
Спасибо, что пришли, милый орг)
Очень поэтичный у вас отзыв, очень. Теперь и мне как-то грустно.
Очень светлая и печальная история. Спасибо , автор!
Анонимный автор
mhistory
И вам спасибо!

ElenaBu
Благодарю вас за рекомендацию!
За такие глубокие мысли, очень ценю, что вам понравилось.
Мне здесь очень понравился папа Ксенофилиус и его попытки расшевелить ушедшую в себя дочь. И история возникновения мозгошмыгов очень трогательно описана. Образ Луны немного выбивается из моего представления о ней, так же, как и реакция мужа на смерть жены, но в целом рассказ очень меланхоличный и трогательный.
Очень грустная история.
Но со светлым завершением.
Интересный у вас стиль. Уютный такой.
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх