↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Войти при помощи
Временно не работает,
как войти читайте здесь!
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Методы культивации колючки (гет)



По решению Визенгамота Пэнси Паркинсон была отправлена на перевоспитание к Августе Долгопупс. Пожилая миссис Долгопупс пообещала сделать из неё человека. Невилл навещает бабушку по средам и в один из своих визитов встречает однокурсницу, с которой отношения никогда не были тёплыми. Пэнси тоже не испытывала радости от их встречи. От визита к визиту в дом бабушки лёд между ними начинает таять, и их нежные чувства расцветают, подобно подснежникам.
QRCode
↓ Содержание ↓

1. На привязи

Невилл материализовался с характерным для трансгрессии хлопком в конце липовой аллеи. Деревья уже наполовину скинули свой рыжевато-золотой наряд. Ярко-голубое небо над их червонными кронами местами скрывалось за жемчужно-серыми облаками. Воздух был наполнен запахом прелой листвы и бодрящей свежестью дождя, который прошёл здесь совсем недавно. Невилл направился по аллее к её другому концу, где находился дом его бабушки. Под его пружинистыми шагами чуть похрустывал светло-серый гравий, покрывавший дорогу. Вскоре он вышел к двухэтажному коттеджу с широким крыльцом, с выкрашенными в белый перила и столбцами. Кирпичных стен совершенно не было видно из-за плюща, усеянные каплями дождя листья которого пламенели алым.

Первое, что бросилось Невиллу в глаза, когда он подошёл к дому бабушки, это присевшая полубоком на перила крыльца девушка в черном платье-свитере. Густое облако дыма, исходящее от сигареты, окутывало её. Вглядевшись в профиль девушки, он — несмотря на то, что прошло пять лет с тех пор, когда они видели друг друга в последний раз — сразу узнал, кто она, и не смог удержаться от изумлённого восклицания:

— Паркинсон?!

Пэнси повернула к нему лицо. Скользнув по мужчине взглядом, от которого не ускользнул приколотый к воротнику твидового пиджака новенький преподавательский значок, она криво усмехнулась.

— Здравствуйте, профессор Долгопупс, — сказала девушка. В голосе её звучала неприкрытая издевка.

— Что ты здесь делаешь? — нахмурился он.

— Разве не видно? Загораю, — ответила она, сделала затяжку, с тихим шипением выпустив дым, и бросила ему за спину ещё горящий окурок: — Какая жалость, солнце ушло, — развернулась к нему спиной и ушла в дом.

Некоторое время Невилл оторопело смотрел на дверь, за которой скрылась бывшая однокурсница. Когда немного переварил произошедшее, он запустил ладонь в волосы и, взъерошив их, озвучил возникший у него вопрос:

— Ну и что здесь происходит? — затем направился в дом на поиски бабушки и объяснений.


* * *


Занимаясь приведением в порядок своей коллекции, состоящей из солнечный камней разных форм и минералов из разных уголков мира, Августа вполуха слушала возмущения внука. Они находились в её кабинете, стены которого скрывались за набитыми книгами шкафами и стеллажами, заполненными различными магическими приборами и просто приятными для глаз безделушками. В воздухе витал легкий смолисто-восковой запах полироля и пряный аромат ни то корицы, ни то гвоздики.

— …Кингсли или тот, кто придумал это, мандрагоры наелся! Иного объяснения мне не найти, — меря кабинет шагами, разглагольствовал Невилл

— Ты меня удивляешь, мальчик мой, — спокойным тоном сказала колдунья, поднося к свету один из экземпляров норвежских гелиолитов.

— Удивляю? — недоумевая, произнес мужчина. Его брови сошлись на переносице.

— Именно, Невилл, — продолжая вертеть с разных сторон камень, ответила она. — Я думала, ты спокойно всё воспримешь, ведь такие меры принимаются для блага…

— Для какого же это блага? — не скрывая раздражения, спросил он.

— Ты не должен меня перебивать и задавать глупых вопросов, мальчик, если хочешь что-то узнать, — наградив собеседника тяжёлым взглядом, урезонила внука Августа.

— Прости меня, — извинился Невилл, ощущая, как уши начинают гореть от прилившей к ним крови.

— Так вот, девочку Паркинсон, как и других детей Пожирателей Смерти, отправил на перевоспитание по семьям промаглонастроенных сам Визенгамот. Министерство считает, что это поможет им адаптироваться в новом обществе.

— Согласен с тем, что такой метод перевоспитания может подействовать. Но с детьми и подростками. А такие, как Пэнси, уже взрослые люди со сформировавшимися взглядами.

— Хочешь сказать, что старого пса новым трюкам не обучишь?

— Именно так, — кивнул мужчина.

— И эти молодые люди, которых практически принудили стать слугами Волан-де-Морта, не имеют шансов на то, чтобы стать если не добрыми, то хотя бы приличными членами магического сообщества?

— Я совсем другое имел в виду… — начал оправдываться Невилл.

— Понимаю. Ты бы хотел, чтобы они продолжали отсиживаться до конца жизни под домашним арестом либо присоединились к родителям в Азкабане. Так ты считаешь, Невилл? — пристально посмотрела на него Августа.

— Нет! — возмутился он. Сделав небольшую паузу, чтобы сформулировать вопрос, добавил: — Но всё же, почему тебе досталась Паркинсон?

— Это мне Гризельда(1) услужила, — с доброй долей иронии ответила Августа. — Моя дражайшая подруженька решила, что вряд ли во всей магической Британии найдется лучшая укротительница молодых кобр, чем Августа Долгопупс, — она положила солнечный камень на место и с тяжёлым вздохом добавила: — Откровенно говоря, девочка Паркинсон та ещё…


* * *


— …бесячая сука! — сказала в сердцах Пэнси и, сделав глоток из своего бокала, добавила: — И, учитывая возраст этой реликвии, можно сказать, праматерь всех бесячих сук. Ох, Салазар, как я устала от её нотаций и ручной чистки идиотских статуэток из серебра! А ещё мне приходится возиться в саду. Я переломала большую часть ногтей! Если бы не дурацкие магические путы, я бы устроила старой карге…

Было второе воскресенье месяца: выходной день (как и четвертая суббота) для старшей группы отправленных на перевоспитание. В эти два дня в месяце они могли пользоваться относительной свободой. По этому поводу Пэнси, Драко и Тео договорились встретится в пабе «Волчий изумруд», принадлежавшем Блейзу и Дафне, которые с удовольствием составили компанию школьным приятелям в vip-комнате, расположенной на втором этаже. В центре комнаты находился овальный стол на невысоких ножках из горного хрусталя, с трех сторон которого стояли обитые темно-зелёной замшей диванчики. Во всю длину одной из обшитых темными дубовыми панелями стен тянулся зеркально-стеклянный подсвеченный зеленоватым светом бар со всевозможными напитками. Под потолком парили сотни шаров, наполненных светящимся молочно-белым дымом. Хозяева заведения заняли диван, находящийся посередине, Тео и Пэнси сели на тот, что стоял справа, а Драко — слева. Потягивая алкогольные напитки под ненавязчивую музыку, а Дафна ещё и курила сигарету на длинном мундштуке, они разговаривали о произошедших в их жизни изменениях.

— Да, ладно не кисни, Пэнс, — ободряюще потрепав по плечу, сказал Драко.— Мне вообще приходится проводить часы в грязном сарае в обществе плешивого родственничка-маглофила и зазнайки Грейнджер, которые пытаются вдолбить в меня обожание и уважение к маглам.

— У вас двоих хоть более-менее адекватные люди. Вашим опекунам далеко до моих! — авторитетно заявил Тео. — Ксенофилиус, или, как сам просит себя называть, Ксено, вместе со своей, — он покрутил пальцем у виска, — дочкой пытаются сделать из меня такого же, как они, чудилу. Очень боюсь, что за два года им это удастся сделать.

— Полтора, если вести себя как паинька, — вставила Пэнси.

— Кто знает, может, Лавгуды справятся и за полтора, — пожал плечами Нотт. — Если я вдруг начну с вами обсуждать разведение морщерогих кизляков, пожалуйста, пустите в меня Аваду. Прошу вас, как друзей.

— Хорошо, Тео, я как друг тебя выручу, — ухмыльнулся Драко. — Скажу по правде, что в какой-то степени моё пребывание в доме Уизли скрашивают булочки Молли…

— А она не стара ли для тебя, Малфой?! — Блейз не удержался и поддел друга.

— Ну ты и извращенец! — скорчил гримасу отвращения Малфой. — Я о выпечке говорил, озабоченный. О вы-печ-ке, а не телесных прелестях женщины, которая нам всем в матери годится! Дафна, и как же тебя угораздило согласиться на брак с таким извращугой? На правах будущего зятя говорю: одумайся, пока не поздно.

— Смотри, как бы я сестру не отговорила от брака с таким занудой, как ты, — ткнув его в плечо кончиком длинного мундштука, шутливо пригрозила Дафна.

— Кстати, а где будущая миссис Малфой? — спросил Тео.

Его язык начал слегка заплетаться от выпитого. Из всей компании он пьянел быстрее остальных. Хватало какой-то пары кружек пива, чтобы превратить серьёзного молчуна Тео в полную его противоположность. Фраза, брошенная им, затронула болезненные струны в душе Пэнси.

— У неё сегодня смена в Мунго, — ответила Дафна.

— Как же так? — скуксился Нотт. — Наши голубки и так редко видятся, и тут такая беда.

— Что поделать, её коллега приболел, а она у нас девочка отзывчивая, — выделив насмешливой интонацией последнее слово, объяснила она и, бросив взгляд на часики браслета в виде змейки, добавила: — Не переживайте, Тори скоро к нам присоединиться.

— Ура! — радостно воскликнул он.

— А чего это ты радуешься больше самого жениха? — заметил Блейз. — Не боишься дуэли?

— Я, что ли, дурак, чтобы заглядываться на чужое?! — тут же возразил Тео. — Просто по-дружески соскучился. Наша дорогая Астория может быть для меня лишь дамой сердца в возвышенном смысле, — он закинул руку на плечо Пэнси и добавил: — Вот кто моя будущая супруга. Так ведь, куколка?!

Нотт потянулся к девушке, чтобы поцеловать в щёку, но тут же получил звонкую пощёчину и колючий взгляд. Приятели, на чьих глазах разыгралась сцена, рассмеялась с улюлюканьем. Их смех вызвал у Пэнси прилив стыда и злости. Испытывая мерзкое ощущение, будто её окатили из помойного ведра, девушка схватила сумочку, вскочила на ноги и поспешила к выходу.

— Эй, Пэнс, ты куда? — нестройным хором крикнули Дафна и Драко ей вслед.

— Я устала, а меня ещё ждёт ворчание старой перечницы, — повернув к ним голову, соврала Пэнси. Она уже держала руку на дверной ручке, когда…

— Слышали, что сказала моя голубка? — развалившись на диванчике, сказал Тео. — Так что не задерживайте её. А то будут поутру у моей куколки глазки, как у панды.

«Заткнись уже, пьяный придурок!» — захотелось ей закричать в ответ, но она знала, что утром Тео пришлёт ей письмо с извинениями длиной в милю.

К ещё большему стыду, Тео тем временем, пока она мешкала перед дверью, затянул песню собственного сочинения:

О, голубка моя луноликая,

Ночью украду я тебя у отца.

О, куколка моя фарфоровая,

Не прячь от меня милого лица.

О, ведьмочка моя зеленоглазая,

Жди от меня золотое кольцо…

Напомнив себе, что друг всего лишь пьян, и проглотив рвущуюся из неё наружу обиду, девушка глубоко вздохнула и произнесла:

— Всем хорошего вечера! — открыла дверь и быстро скрылась за ней.

Спускаясь по лестнице, Пэнси столкнулась с Асторией. На ней было элегантное темно-серое платье и жакет в тон ему. На лице минимум косметики, чтобы лишь подчеркнуть её достоинства. Темно-каштановые волосы уложены крупными волнами. Такая хрупкая и сама женственность. Бросив взгляд на миниатюрную невесту Драко, она испытала укол ревности.

— Привет, Пэнси! — с теплой улыбкой поприветствовала Астория.

— Здравствуй, Тори, — ответила та.

— А ты что, уже уходишь? — поинтересовалась она.

— Да, чувствую себя не очень, — уклончиво ответила Пэнси.

— Опять Тео?

— Нет.

Астория бросила на неё проницательный взгляд, затем обняла её и ободряюще сказала:

— Всё будет хорошо, — выпустила из объятий и добавила: — Рада, что успела тебя увидеть. Хотелось бы поболтать с тобой побольше, но ты ведь понимаешь, — от смущения её щёки стали нежно-розовыми. — Я ужасно соскучилась по Драко.

— Тогда иди к нему поскорее, — подавив подкатывающий к горлу ком, состоящий из горечи и зависти, сказала Пэнси. — Мы ещё не раз увидимся. До свидания.

— Пока, милая, — ласково улыбаясь, попрощалась Астория и поспешила вверх по лестнице.

Пэнси проводила её сердитым взглядом. Её душа клокотала от негативных чувств. Доброта Астории к ней выглядела с её точки зрения, как подачка или жалость к проигравшей стороне. Кусая губы до боли, чтобы не заплакать, Пэнси вышла на улицу, радуясь прохладе сырого осеннего вечера. Вынув из кармана пачку сигарет, она достала одну, закурила и пошла прочь от «Волчьего изумруда». Промозглый, пропитанный городским дымом ветер и сигаретная горечь на кончике языка прекрасно дополняли ту мешанину чувств, что заполняли её душу. Стоя на светофоре, она подняла голову к небу и посмотрела на бледно-желтое пятно луны.

«Совсем одна, без звёзд», — в голове девушки мелькнула пронизанная щемящей грустью мысль.

На глазах предательски выступила влага, которую Пэнси быстро махнула.

— Какая глупость! — сжав влажные ладони в кулаки, прошипела себе она. Чувствуя, как ногти вонзаются в кожу, добавила, ни к кому не обращаясь: — Я сильнее, чем вы думаете! Выберусь! Не сдамся!


1) Гризельда Марчбэнкс — экс-старейшина Визенгамота, глава Волшебной экзаменационной комиссии. Была близкой подругой Августы Долгопупс, несмотря на значительную разницу в возрасте между ними.

Вернуться к тексту


Глава опубликована: 24.08.2023

2. Другие имена

Октябрь подходил к своему завершению. Обнаженные ветви лип на фоне пасмурно-серого неба создавали причудливый узор, напоминающий кружево. Невилл неторопливо брёл по липовой аллее, наслаждаясь умиротворяющей тишиной, которой не могли похвастаться коридоры Хогвартса. Ему нравилось преподавать: он в равной степени получал удовольствие как от практических занятий, так и от отведенных под теорию уроков. Но всё же начинающему профессору не хватало времени, чтобы побыть наедине со своими мыслями. Из размышлений Невилла грубо выдернули звуки бьющегося стекла, которые раздавались со стороны коттеджа. Он тут же рванул с места к дому бабушки, предполагая худшее. Быстро взлетел на крыльцо и, вбежав в дом, взволнованно прокричал:

— Бабушка Августа! Бабушка Августа! Бабушка…

— Ты чего разорался, как мартовский кот?! — ворчливо бросила ему миссис Долгопупс с площадки второго этажа.

Невилл прошёл к подножию лестницы и, задрав кверху голову, спросил:

— Всё в порядке?!

— Как видишь, руки-ноги на месте, — махнув рукой, успокоила его бабушка. — Чего со мной стряслось бы?

Прежде чем внук успел ей ответить, вновь раздался звенящий звук, который так его и встревожил. Озадаченно посмотрев на Августу, он спросил:

— Откуда этот шум?

— Да не обращай внимания, — вновь отмахнулась она от него и тут же попыталась перевести разговор на другие рельсы: — Лучше отправляйся на кухню и займись чаем для нас. Я спущусь к тебе чуть позже.

Вновь звон стекла наполнил комнату.

— Бабушка Августа? — интонации в голосе мужчины говорили, что он ждёт объяснений происходящего.

— Что «бабушка Августа»? — фыркнула она. — Иди на кухню и займись чаем. Я же сказала тебе, что всё в полном порядке.

— А я, по-твоему, совершенно глухой? — скрестив руки на груди, сказал Невилл. — Я хочу знать, что происходит.

Подобная дерзость и непослушание со стороны внука вызвали в миссис Долгопупс смешанные чувства. С одной стороны, его тон и слова задевали и раздражали её, но с другой — даже нравились. Мальчик перестал молчаливо подчиняться, значит, вырос и стал мужчиной. Без особого желания она начала говорить:

— Просто кое-кто решил в знак протеста использовать одну из ритуальных чаш вместо пепельницы. Вот теперь отбывает наказание в зеркальном лабиринте.

Словосочетание «зеркальный лабиринт» пробудило в памяти Невилла неприятные воспоминания. Как-то, будучи ребёнком, он сам испытал, какого это — находиться в плену стен из зачарованного стекла. Один час внутри лабиринта из холодных зеркал, где отражение, помимо того, что приобретало различные гротескные формы, могло издавать жуткий звук, похожий ни то на смех, ни то на скрежет. Единственного раза хватило, чтобы несколько месяцев ему снились кошмары о тенях, которые тянули к нему свои деформированные руки-щупальца с той ледяной стороны зазеркалья.

— Бабушка Августа, тебе не кажется, что ты перегибаешь палку? — нахмурившись, спросил Невилл.

— Она сама виновата. Додумалась же стряхивать пепел в чашу, которую выполнили ещё для первых жрецов Одина, — с негодованием ответила миссис Долгопупс. — Я к ней даже милосердие проявила. Всыпать бы ей по первое число, но вот только большая она для этого, хоть и думает до сих пор задницей. А если тебе жалко её, то можешь идти и помочь бедняжке.

— Так я и сделаю, — решительно сказал он и, развернувшись на каблуках, направился прочь.

Августа прицокнула языком и насмешливо бросила вслед внуку:

— Только смотри, как бы слизеринская змея не ужалила своего спасителя.


* * *


Пэнси устало опустилась на землю и уткнулась лицом в колени. Сколько бы она не пыталась разбить окружавшие её зеркала, чтобы выбраться из лабиринта, всё было тщетно. От её решительных действий стало даже хуже: темная дымка, заключенная за зеркальным барьером, высвободилась и практически заполнила собой пространство, в котором находилась девушка. К счастью, дым не имел запаха и лишь поглощал свет, но в то же время отражения с издаваемым ими гротескным хохотом в воцарившемся полумраке действовали на нервы сильнее. Пэнси была готова разрыдаться от бессилия. Перед глазами уже начало плыть, когда она увидела среди десятка своих искаженных отражений чужое. В зеркалах расплывалось волнами очертание светловолосого мужчины.

— Драко… — с отчаянной надеждой произнесла Пэнси.

Все её чаяния, схожие с чистейшей воды помешательством, разбились на мелкие кусочки, едва девушка увидела перед собой Невилла, который спокойным тоном сказал:

— Вставай и пошли.

— Что тебе нужно? — сердито буркнула Пэнси. — Решил, что ли, в героя поиграть?

— Извини, если мешаю, но ты можешь пойти сейчас со мной или остаться здесь и ждать своего… — он едва не назвал имя Малфоя, но вовремя осекся и мгновенно подобрал другое слово: — …освобождения.

— Так твоя бабка меня наказала, — всё-таки встав на ноги, проворчала девушка и с ехидцей добавила: — Не боишься, что и тебе достанется?

— А тебя это разве волнует?

— Ни капельки, — покачала головой девушка.

— Тогда пошевеливайся, а то проход может затянуться в любой момент.

Невилл пошёл вперед, а Пэнси поспешила за ним. На его спокойный шаг приходилось два её. Взгляд колдуньи то и дело приманивала палочка в его руке.

«Если забрать у этого недотёпы палочку, то я смогу отыграться…» — жалила девушку изнутри мысль.

Ядовитая идея проникла так глубоко в душу, что Пэнси поддалась наивной вере в то, что у неё хватит физической силы (на свою палочку с магическими ограничениями она даже не рассчитывала), чтобы забрать палочку у Невилла. Словно ошалевшая кошка, девушка набросилась на мужчину. Между ними завязалась короткая борьба, в которой победа оказалась не на стороне Пэнси. Оттолкнув её в сторону, колдун сделал пасс рукой и произнёс:

Петрификус тоталус.

Заклинание ударило в девушку, и она, словно марионетка с обрезанными нитями, рухнула на землю. Невилл подошёл к ней, наклонился, поднял её за талию и перекинул через плечо, словно она была мешком с удобрением или почвой. Со своим грузом он направился прочь из лабиринта. Пару раз колдун едва не сбился с курса, завернув не в тот коридор, но всё же очень скоро покинул зеркальную ловушку, созданную магией. Затем Невилл подошёл к рядом стоящей садовой скамье, сбросил на неё Пэнси и, направив на неё палочку, сказал:

Фините инкантатем.

Девушка в то же мгновение села и, потирая ушибленный локоть, недовольно проворчала:

— А нельзя было поаккуратнее?

— Ты вообще меня поцарапала, — ответил он, указав пальцем на правую щёку, где алели две полоски.

— Ничего страшного, заживёт, — пожала плечами Пэнси.

— Ты просто очаровательна.

— Спасибо, но мне было бы приятнее услышать эти слова не от тебя.

— Это был сарказм.

— Не уверена, что ты знаешь, что такое сарказм.

— Так же и я не уверен, что ты способна на элементарную благодарность, — парировал Невилл.

— Ну и продолжай испытывать неуверенность, — встав на ноги, бросила Пэнси и отправилась в дом.

Он проследил за тем, как девушка скрылась в доме, и, усмехнувшись, сказал:

— Кажется, бабушка Августа была права.


* * *


Была очередная дружеская встреча в vip-комнате паба «Волчий изумруд». В этот раз Малфой пришёл сразу вместе с невестой. У неё был выходной, и они провели весь день в обществе друг друга. И даже сейчас, находясь в обществе друзей, они больше внимания уделяли друг другу, чем кому-то из окружающих. Но уже охмелевшему Тео удалось разговорить Гринграсс, проявив любопытство к её работе в Мунго.

— Не, ну твой пациент полный кретин, Тори, — выслушав рассказ Астории о случае использования самодельного летучего пороха, прокомментировал Тео и, отпив из бутылки, добавил: — Даже чокнутые Лавгуды пользуются лицензионным порошком.

— Он сказал, что просто решил поэкспериментировать, — вступилась Астория.

— Ага, и получил прожарку задницы до медиум рэйр(1), — усмехнулся Нотт.

— Ты как всегда очарователен, Тео, — раздражённо фыркнула Пэнси.

Девушка не могла отвести взгляда от переплетённых пальцев Драко и Астории. От её внимания не ускользнули улыбки, взгляды, произнесённые шепотом на ушко слова, которыми делились возлюбленные. Ревность, словно змея с разинутой пастью, медленно капала своим ядом на сердце. Кто бы знал, как Пэнси хотелось быть на месте счастливой Астории.

— Моя кошечка сегодня не в духе? — игриво бросил Паркинсон Тео и потянул к ней руку, чтобы погладить по голове.

— Я — человек, — возмутилась Пэнси и, шлёпнув его по ладони, сердито добавила: — И вовсе не твоя!

— Вот всегда ты так, мой шиповничек. Теперь у меня болит рука. Может, поцелуешь, чтобы всё прошло?

— И не мечтай! — сердито отрезала девушка, затем обратилась к Забини: — Блейз, ты либо прекрати его спаивать, либо поставь ещё один диван.

— Пэнс, ты последнее время стала слишком остро на всё реагировать, — заметила Дафна. Она сделала затяжку и, выпустив парочку дымных колечек, добавила: — Ты раньше такой не была, — и положила голову на плечо супруга.

— Пожили бы вы под одной крышей с Августой Долгопупс, — буркнула та в ответ.

— Кстати об опекунах, — ухмыльнулся Драко. — У меня есть свежая история. Позавчера в Нору явилась миссис Поттер. С капризничающими детьми и чемоданами. А главное — злющая, как сам чёрт. Передала мальчишек озадаченному дедушке и тут же кинулась к Молли со слезами и жалобами на то, какой святой Поттер эгоист и мудак. Ну так вот, не прошло и десяти минут, является наш герой и мерзавец на порог Норы за своей благоверной. И каковы ваши ставки на то, что произошло дальше? — Малфой сделал паузу, чтобы друзья могли ответить, но они лишь покачали головами, давая ему возможность продолжить рассказ самому. — Так вот, Молли вышла со своим дорогим зятем на крыльцо и устроила ему такую головомойку! А ещё откостерила его так, что профессор Снейп, услышав её, тут же бы попросил дать ему парочку уроков. Откровенно говоря, мне даже стало его жалко.

— Как бы ни был крут мужик, его тёща всегда сможет испортить ему жизнь, — прокомментировал Блейз.

— Делишься опытом? — поддел его приятель.

— Не забывай, Драко, моя тёща скоро станет и твоей, — парировал тот.

— Поскорее бы назвать тебя зятьком, — широко улыбнулся Драко.

— Фу, как тут сладко стало! — поставив пустую бутылку на столик, вмешался в их разговор Тео. — Расскажи, наконец, чем кончилась история с Поттерами, пока меня не стошнило от ваших нежностей.

Впервые за долгое время Пэнси испытала подобие благодарности к Нотту. Его слова отражали её внутренние чувства. Каждый раз, когда она слышала разговоры о грядущей свадьбе Драко и Астории, ей хотелось зажать уши ладонями и кричать до хрипа. И кто знает, может, если бы он сейчас опять попросил девушку о поцелуе, она не отказала бы ему.

— Ну так вот: Молли устроила знатную отповедь дорогому зятю, а затем отправила домой, сказав, чтобы он по-собачьи ждал, пока её дочка не проявит милость к нему и не простит непутёвого супруга.

— А совет-то неплохой, — ухмыльнулся Блейз. Он взял руку Дафны и с особой нежностью в голосе добавил: — Нам небольшой отдых друг от друга помогает. После короткой разлуки и объятья жарче, так ведь, Дафни.

Вместо ответа Дафна крепко поцеловала его в губы. Присутствующие нестройным хором захлопали и ободряюще закричали.

— Может быть, и мы поцелуемся, голубка моя? — предложил Тео Пэнси.

— Как-нибудь в другой раз, — кисло ответила она.

Всё её благодушие к Нотту полностью было задушено наполнявшими душу завистью и горечью. Пэнси до жгучей боли хотелось, чтобы Драко посмотрел на неё, как сейчас смотрел на Асторию, и чтобы она могла страстно поцеловать его у всех на глазах, как это делала Дафна с Блейзом. Но у неё были лишь бесплотные фантазии, которые могли лишь причинять почти осязаемую боль.


1) Слабой прожарки (англ. medium rare) — непрожаренное мясо, с соком ярко выраженного розового цвета.

Вернуться к тексту


Глава опубликована: 07.09.2023

3. Спасибо

Чёрные ветви-лапы, лишённые листвы, тянулись к холодному ноябрьскому солнцу, которое торопливо совершало свой извечный путь по голубому небесному пространству. Коттедж Августы Долгопупс, окутанный коконом из зачарованных алых листов плюща, выделялся на фоне жухлого пейзажа. Невилл заметил Пэнси ещё издалека благодаря сигаретному дыму. Девушка сидела на перилах крыльца и чисто ради забавы пускала дымные колечки.

— Надо же, профессор Долгопупс пожаловал в эту скромную обитель, — с насмешливой торжественностью сказала она, заметив, что Невилл подошёл к дому.

— Неужели вы, мисс Паркинсон, скучали по моей скромной персоне? — парировал он.

— Конечно, ну просто безумно, — колко ответила девушка. Докурив сигарету, Пэнси запахнула поплотнее ворот пальто в чёрно-зелёную клетку, спустилась с крыльца к нему и сердитым тоном добавила: — Если бы твоя бабка не изводилась из-за долгого отсутствия драгоценного внучка и, как следствие, не шпыняла меня из-за малейшего пустяка, то я с удовольствием не лицезрела бы твою физиономию хоть до самой Пасхи.

Мужчина решил провернуть с собеседницей трюк, который проворачивал с чересчур дерзкими учениками: он положил ей на макушку свою большую ладонь и, слегка потрепав её волосы, с добродушной улыбкой сказал:

— Меня всегда поражала твоя дружелюбность, Пэнси.

— Держи при себе свои лапы, Долгопупс! — отпрянув в сторону и шлёпнув его по руке, мгновенно ощетинилась девушка. — Я тебе не собака, которую можно трепать по холке.

— Согласен, ты не собака. Уж слишком ты кусачая.

Вместо ответа Пэнси пнула Невилла по щиколотке. Мужчина выкрикнул проклятие от боли, так как в удар девушка вложила силу и душу.

— Надо же, какие нехорошие слова знает наш уважаемый профессор, — со злорадным смешком сказала она и, победоносно вскинув голову, направилась в сторону теплицы.

— Вот же змея! — морщась, бросил ей вслед Невилл.

— Спасибо за комплимент, милейший профессор, — с довольным смешком ответила ему Пэнси, прежде чем скрыться за углом дома.

Он проводил её взглядом, затем, покачав головой, поднялся на крыльцо, распахнул входную дверь и, выкрикнув имя бабушки, вошёл в дом.


* * *


Августа накрыла чай для себя и внука в кабинете. Невилл неторопливо потягивал липовый чай вприкуску с персиковым пирогом и слушал с мягкой полуулыбкой на губах попрёки бабушки. Она сетовала на то, что почти месяц, кроме состоящих из трёх-пяти предложений писем, от него не было вестей и уж тем более визитов.

— В прошлое воскресенье я была в Мунго… — голос миссис Долгопупс наполнился застарелой болью. — У твоих родителей всё… в порядке. Ну, для их состояния, — печальная улыбка тронула её губы: — Знаешь, Невилл, Алиса искала тебя на свой манер: обошла меня несколько раз кругом, даже пыталась заглянуть в сумку. Наверное, она решила, что я тебя каким-то способом туда спрятала.

Каждое слово из рассказа бабушки о визите к родителям зазубренными стрелами проникало в душу Невилла. Еда мгновенно потеряла свой вкус: чай стал похож на воду из старой лужи, а пирог — картон. Война давно прошла. Волан-де-Морт окончательно уничтожен. Те, кто запытал до безумия его родителей, мертвы, но их здоровье не вернулось с гибелью этих чудовищ. И, как и в детстве, ничего, кроме визитов в Мунго, Невилл не мог сделать для матери и отца. Никакая магия не могла вернуть их сознания из тёмных глубин безумия. Вечно голодная гусеница чувства вины закуталось в огромный кокон и перегородила горло. Борясь с горьким комом, мужчина откашлялся и, потупив взгляд, произнёс:

— Я сожалею, что меня не было…

— Ну что ты, Невилл, не надо оправдываться, — перебила его Августа.

— Я должен был попытаться вырваться, — твёрдо произнёс он. — Если бы…

— …Помона не была упрямой дурой и сразу обратилась в Мунго, — продолжила за него бабушка, — а не занималась сначала самолечением, а потом лечилась у Поппи, которая, может, и хороший лекарь, но всё же её специальность — педиатрия, а не гериатрия. А ты у меня слишком мягкий мальчик…

— Я уже давно не мальчик!.. — нахмурясь, попытался возразить ей Невилл.

— Да-да, но то, что ты слишком мягкий, совершенно не изменилось. К сожалению, мягкость в нашем мире принято считать слабостью, которая позволяет другим использовать человека для своих целей. Даже я не могу сказать точно: нравится мне в тебе эта черта характера или нет, Невилл.

— И что же ты предлагаешь мне сделать, бабушка? Я такой, какой есть, — пожав плечами, ответил внук и с улыбкой добавил: — Даже тебе не удалось избавиться от этого моего порока.

Ответ бабушки поразил его:

— Думаю, тебе нужно жениться, Невилл.

— Что? — изумлённо выдохнул мужчина, искренне надеясь, что всё же ослышался.

— Не смотри на меня, как гоблин, которому пытаются подсунуть латунь вместо золота. Ты не ослышался, милый мой внучок, я сказала, что тебе нужно жениться.

— Нет, бабушка, не нужно, — запротестовал он. — И, пожалуйста, давай не будем говорить на эту тему…

— Ответь мне, пожалуйста, Невилл, почему ты так реагируешь, когда мы говорим о том, что тебе пора жениться? Или же ты, как твой кузен Эндрю, уже живёшь… с мужчиной, — Августа произнесла последнюю фразу шёпотом, в котором смешивались смущение и ужас.

— Бабушка, как тебе такое только в голову пришло?! — возмущённым тоном воскликнул мужчина.

— А разве нет?..

— Нет! — твёрдым тоном сказал он и продолжил: — Спешу тебя успокоить: мне нравятся женщины. И они мне не просто нравятся, я их люблю настолько, что не готов пока остановиться на одной.

— Хочешь сказать мне, что ты, мой внук, бабник, как твой дядюшка Генри?! — с прищуром сказала миссис Долгопупс. Хоть в голосе пожилой колдуньи слышалось неприкрытое неодобрение, которое испытала от его слов, она в то же время испытала искреннее облегчение от того, что её опасения не подтвердились и внук не такой, как кузен Эндрю.


* * *


Первая ноябрьская встреча слизеринской компании в «Волчьем изумруде» началась не в полном составе: будущая чета Малфоев отсутствовала. Дафна сказала, что они подойдут позже, так как у сестры опять выпала внеплановая смена, и её жених решил дождаться, когда невесту отпустят, чтобы прийти вместе. Пэнси то и дело бросала украдкой взгляды на дверь в надежде, что она вот-вот откроется и на пороге появится Драко, пусть даже с Асторией. Она так соскучилась по нему, что хотелось даже плакать. Но девушка пропустила долгожданный момент: первым появление влюблённой пары заметил Тео.

— Смотрите, кто о нас вспомнил?! — с напускным недовольство воскликнул Нотт, поправляя на голове сомбреро из окрашенной в зелёный, красный и ярко-жёлтый цвета соломы, которое наколдовал для себя забавы ради.

— Как смотрю, сегодня у тебя день текилы, — с кривой улыбкой бросил ему вместо приветствия Драко.

— Имею полное право, — икнул тот и продолжил: — после длительного общения с Лавгудами.

— Боюсь, к концу программы по перевоспитанию ты совсем сопьешься, Тео, — покачав головой, заметила Астория.

— О-о-о, твоя забота о моей нетрезвой персоне греет душу, Тори, — улыбнулся Нотт, затем толкнул локтем в бок Пэнси и добавил: — Учись, голубка, как нужно проявлять заботу.

— Успокойся уже, — буркнула девушка и за широкие поля натянула ему на лицо шляпу.

Комично размахивая руками, Тео закричал:

— Спасите-помогите! Я ослеплён руками моей вероломной Делайлы(1)!

— Вы всё дурака валяете, сладкая наша парочка, — фыркнула Дафна и пришла другу на помощь, толкнув сомбреро в сторону мундштуком кальяна.

— Мы с ним не сладкая парочка, — ворчливо возразила Пэнси.

— Ну что ты, малышка, мы, конечно, уступаем нашим хозяевам, но с Драко и Тори можем потягаться, — Тео закинул руку на плечо девушки и крепко прижал её к себе.

— У нас есть козырь, Тео, — довольным тоном объявил Драко.

— И какой же? — спросил Нотт, продолжая удерживать бульдожьей хваткой в своих объятьях извивающуюся, словно уж, Пэнси.

— К концу этого года, самое позднее, в начале следующего года мы поженимся! — торжественно объявил он и, с нежностью посмотрев в глаза Астории, поцеловал её руку.

— Надо же, какая прелесть! — захлопав в ладоши, радостно сказала Дафна. — Будет чудесно, если вы отпразднуете свадьбу на Рождество!

— Может, сыграем двойную свадьбу? — предложил Тео. Повернувшись к Пэнси и обдав её парами текилы, спросил: — Что скажешь, голубка?

Злость и досада наполнили её силами, которые помогли вырваться из цепких мужских объятий. Девушка вскочила на ноги и со всего размаху дала ему пощёчину, затем поспешила прочь из комнаты. Едва закрыла дверь, она услышала смех и то, что Блейз и Драко в один голос посоветовали другу догнать строптивицу. Это подстегнуло Пэнси: она ускорила шаг и чуть ли не бегом побежала прочь. Девушка не хотела, чтобы тот догнал её. Пэнси не готова была терпеть его фиглярство и нелепые приставания, особенно сейчас, когда Драко объявил о скорой свадьбе. Быстрыми шагами она удалялась от «Волчьего изумруда». Перед глазами стояла пелена из едких, словно стеклянная крошка, слёз.

Некоторое время спустя, поняв, что преследования нет, Пэнси сбавила шаг. Жадно вдыхая холодный воздух, пыталась затушить пожар, сжигающий её изнутри. Но тщетно. Боль только разрасталась, словно кто-то наложил на неё чары роста.

— Куда несёшься как сумасшедшая? — услышала Пэнси позади себя голос Тео.

Девушка развернулась, чтобы убедиться, что ей не померещилось. К сожалению, Нотт стоял у неё за спиной. Даже дурацкая шляпа была всё ещё на его голове. Воспользовавшись замешательством девушки, он схватил её за руку и потянул в ближайший переулок со словами:

— Нужно поговорить.

— Но!.. — попыталась протестовать девушка, но старый приятель опалил её злым взглядом, и она лишилась дара речи.

Шок от поведения друга отпустил девушку, когда тот уже затянул её в тёмную глубь узкого пропахшего кислым резким запахом смеси мусора, мочи и блевотины переулка. Привела в себя именно холодная кирпичная стена, к которой Теодор грубо толкнул Пэнси. В тусклом свете его глаза недобро буравили её лицо. Она пыталась ответить ему таким же злым взглядом, но не могла, так как семена паники стали расти в ней, пронзая собой каждую клеточку тела.

— Может, ты прекратишь от меня нос воротить, словно я кусок драконьего дерьма, Пэнс?! — крепко сжимая её плечи, прорычал Тео.

— Прекращай вести себя так, пьяный придурок! — прошипела Пэнси, пытаясь скрыть за ядовитым тоном, что напугана.

— Это ты прекращай вести себя со мной так. Разве тебе не ясно, дура ты такая, что тебе не видать своего драгоценного Драко, как своих ушей? Ты не его поля ягода…

— И не твоего тоже!

— Тут-то ты не права, — от недобрых ноток в его голосе по спине девушки поползли неприятные мурашки. Нотт навалился на неё, прижимая к шершавой грязной стене, и сказал: — Я просто терпел твои заскоки, но теперь должен открыть тебе глаза на то, что ты моя.

Горячее дыхание мужчины, насыщенное парами алкоголя, обожгло её кожу, затем в шею впился горячий влажный поцелуй.

«Беги! Дерись! Не позволяй ему притрагиваться к себе!» — панически кричал внутри черепной коробки внутренний голос, но ноги и руки сковало ледяное оцепенение.

Она могла лишь просить, чтобы он отпустил, и отчаянно надеяться, что её мольбы пробьются сквозь пелену алкоголя:

— Тео, пожалуйста, остановись! Не надо! — его руки скользнули ей под свитер. — Оставь меня! — поползли под бюстгальтер. — Пожалуйста, мне больно!.. — мужчина сжал её грудь. — Мне неприятно… — по щекам покатились слёзы.

— Подожди, — Нотт вжался между её бедрами своими, — я сделаю так, что тебе будет так хорошо, что ты попросишь добавки, суч…

Тео не успел закончить слово, как неведомая сила подхватила его и отшвырнула в сторону. Он не смог устоять на ногах и, потеряв равновесие, свалился на грязный асфальт. Сквозь слёзы Пэнси увидела светловолосого мужчину. Её глупое сердце на долю мгновений окунулось в сладкую грёзу, которую очень быстро превратили в сахарную пудру слова Тео, который уже успел встать на ноги:

— Какого хрена ты забыл здесь, Долгопупс?

Не обращая внимания на сердитый возглас Нотта, Невилл снял себя пальто и протянул его взъерошенной Пэнси со словами:

— Вот, держи.

Теодор, задетый тем, что ему помешали, а теперь ещё и игнорируют, встал за спиной у бывшего однокурсника, положил руку ему на плечо и произнёс:

— Я спросил, какого хре…

На этот раз поток его слов остановил не неожиданный швырок в сторону, а полноценный удар кулаком в лицо с разворота. Перед глазами Нотта плясали искры, а в ушах звенело.

— Тебе достаточно хорошо, Нотт? — с лживой мягкостью в голосе спросил Невилл и ударил его в солнечное сплетение. — Хочешь попросить добавки?

Мужчина схватил противника за волосы на макушке, заставляя того выпрямиться, и уже занёс кулак для очередного удара, как два женских голоса слились в единый крик:

— Остановись, с него хватит!

Как оказалось, вместе с Пэнси кричала Луна Лавгуд, которая гуляла вместе с Невиллом до того, как тот услышал подозрительные звуки, побудившие его проверить, в чём дело. Лавгуд кинулась к замершим в момент драки мужчинам. Загородив собой Тео, она положила ладонь на руку Невилла и мягким спокойным тоном сказала:

— Отпусти Теодора, Невилл. Он мой подопечный, а ты должен позаботится о Пэнси, — она бросила взгляд в сторону находящейся в полном потрясении девушки. В огромных серых глазах Луны читалось искреннее сочувствие.

— Да, ты права, — отпуская Нотта, хрипло согласился он и тут же, нахмурившись, спросил у подруги: — Ты уверена, что у тебя не будет проблем с этим уродом?

— Всё будет в порядке. Алкоголь и ты вытянули из него силы, — с улыбкой ответила Луна и, взяв Тео за руку, трансгрессировала.

Мужчина подошёл к Пэнси, забрал своё пальто, которое она всё это время просто держала в руках, и как следует закутал в него девичью фигуру, скрывая тем самым беспорядок в её одежде. После они трансгрессировали на липовую аллею, которая была погружена в мрак деревенской ночи, лишь вдали горели два зелёных фонаря на крыльце коттеджа. Невилл произнёс Люмос и, освещая дорогу, вел, держа под локоть, Пэнси. Девушка хранила молчание, что было совершенно неудивительно после произошедшего. Они не прошли и трети дороги до дома, как резко похолодало, и с неба посыпались, словно сорванные ветром лепестки яблоневого цвета, хлопья снега.

— Тебе не холодно? — тихо спросила Пэнси.

— Вовсе нет, мне даже жарко, — покачав головой, ответил он и шутливо спросил: — Хочешь отдать мне пальто?

— Сейчас! Держи карман шире, — фыркнула девушка. — Я тебе не гриффиндорская дурочка. И не собираюсь притворяться, что мне тепло.

— Это хорошо… честно, — ответил Невилл, про себя отметив, что раз его собеседница способна так отвечать, то всё не так уж плохо. — Раз мы с тобой пришли к тому, что на улице отнюдь не майская погода, прибавим шагу.

— Как хочешь, — пожала плечами Пэнси.

Они очень быстро оказались на крыльце в зеленоватом свете фонарей. Стряхивая с себя прилипшие снежинки, Невилл сказал не без нервной неловкости в голосе:

— Думаю, мы можем попрощаться, если тебе, конечно, ничего не нужно.

— Нет, мне ничего не нужно, — сухо ответила Пэнси и, поймав его скептический взгляд, добавила: — Если только обещание того, что ты забудешь тот спектакль…

— Миленькие, однако, у вас, слизеринцев, спектакли, — с негодованием произнёс мужчина. — Нотт едва не изнасиловал тебя на улице…

— Вот именно едва и, как заметила твоя подруга, он был пьян, как свинья…

— Вряд ли свиньи опускаются до такого скотского поведения, — прокомментировал он.

— Тебе вряд ли понять, что Тео не виноват…

— Давай, ты не будешь выгораживать его. Не совершай такую глупость, Паркинсон.

— Благодарю за нравоучения. Прекрасная добавка к тем, которыми пичкает меня твоя бабка, — Пэнси торопливо стянула пальто с себя и протянула его хозяину. — Но то, что произошло сегодня, тебя больше не касается, Долгопупс.

— Отлично! Как пожелаешь! — сердито ответил Невилл, натягивая пальто, затем бросил сухое: — Ещё увидимся, — и пошёл в сторону аллеи, чтобы трансгрессировать, так как радовать бабушку ночным визитом он не планировал.

Мужчина не успел сделать и пяти шагов, как услышал летящие ему вслед слова:

— Спасибо, что спас меня, Невилл!


1) Далила (Далида/Делайла) — женский персонаж Ветхого Завета, возлюбленная Самсона, которого предала, получив подкуп от филистимлян. Ее имя стало ассоциироваться с вероломными и сладострастными женщинами.

Вернуться к тексту


Глава опубликована: 25.09.2023

4. Её и его сторона

Невилл неторопливо потягивал травянной чай с мёдом и неспеша перечитывал свои записи. Луна, как обычно, опаздывала на назначенную ей же встречу — они договорились встретиться в кафе в северной части Лондона, владелицей которого была старая приятельница Ксенофилиуса, — и он решил использовать время с пользой и внести правки в текст предстоящей лекции для шестого курса. Прикусив кончик карандаша, профессор задумался над самым спорным, на его взгляд, месте в рассказе о сборе плодов цапня(1).

«Стоит ли делиться с учениками тем способом, который я обнаружил, или же пусть следуют традиционному?.. — размышлял мужчина. — Всё-таки подожду ещё год, чтобы точно быть уверенным, что он на самом деле лучший…»

Из размышлений его вырвала, словно материализовавшаяся из воздуха, Луна. В руках она уже держала кружку с горячим молоком с медом и корицей и блюдце с куском черничного пирога. С полуулыбкой на губах подруга сказала:

— Привет, Нев. Извини, что так задержалась.

— Всё в порядке, — улыбнулся он и, сняв очки, добавил: — Как видишь, я почти не скучал.

— Хм, что на этот раз? — чуть наклонив голову, девушка заглянула в его записи. — Цапень, — голос её приобрёл более мягкие нотки. — Они такие милашки, хотя и капризные. Ты же видел те, что растут возле нашего дома?

— Да, — кивнул Невилл.

— А ты знал, что они прекрасные защитники от ваказябр?

— Э-э-э, — растерянно протянул он, услышав очередное неизвестное слово, которое, без всяких сомнений, обозначало какое-то существо из криптозоологического бестиария семьи Лавгуд, — а ты можешь напомнить, как выглядят ваказябры?

— Они похожи на уховёрток, только челюсти у них более мощные. Эти стервецы забираются в дома, селятся в укромных местах. Питаются заколками и резинками для волос, а иногда могут съесть и гребень.

— Надо же! — пряча улыбку, воскликнул друг. — Надеюсь, у меня не заведутся такие паразиты.

— Угу, но цапень помогает от них, — Луна отправила кусок пирога в рот, сощурив глаза от наслаждения, сделала глоток из чашки и продолжила: — Ваказябры не любят аромат этого растения. Когда папа посадил наши цапни, то их набеги сократились в разы. Так что неплохо будет, если ты внесёшь эту информацию в свои записи.

— Минутку.

Только чтобы сделать приятное подруге, Невилл снова надел очки, взял в руки карандаш и записал на полях (в месте о полезных свойствах растения): «Запах цапня отпугивает ваказябр (магическая тварь, которая обитает в домах и питается гребнями, заколками и резинками для волос)». Потягивая из кружки пряный напиток и с удовольствием уплетая кусок пирога, девушка пристально следила за его действиями.

— Ты прелесть, — улыбнулась ему Луна. — Кстати, раз уж мы заговорили о полезных свойствах растений, ты мог бы найти для меня одно?

— И какое же растение тебя интересует?

— Дезифора пантеника. Папа мне рассказал о нем совсем недавно, — она сделал паузу и продожила, понизив голос: — Честно говоря, я не совсем уверена, что оно настоящее.

«Вот те на!» — мысленно воскликнул Невилл, так как никогда не смог бы предположить, что Луна может поставить под сомнение слова своего отца. Вслух же он спросил:

— И почему ты думаешь, что оно не существует?

— Ну, понимаешь, папа сказал, что пыльца данного растения позволяет сохранять трезвость ума при алкогольном опьянении. Без всяких сомнений, о растении с таким полезным свойством знало бы гораздо больше людей. Разве не так?

— Вполне возможно, это и так, — сложив руки домиком, нахмурился герболог. — Хотя если оно растет где-то в труднодоступном месте, то гораздо проще использовать зелья.

— Проблема в том, что есть те, кто не переносит зелья из-за аллергии.

— Не думал, что у тебя проблемы с…

— У меня их и нет, — она покачала головой. — Я интересуюсь об этом растении для другого человека.

Пронзив подругу тяжелым взглядом, Невилл не без раздражения сказал:

— Дай угадаю, ты интересуешься этим растением для Нотта?

Чуть покрасневшие кончики ушей выдали хозяйку с головой, хотя девушка и не собиралась скрывать данный факт. Она утвердительно кивнула и спокойным тоном ответила:

— Ты прав, Нев, — заметив, как посуровело лицо друга, Луна стала объяснять: — На следующее утро после того возмутительного инцидента с Пэнси я и папа серьёзно поговорили с Теодором…

— И ваш подопечный признал свою вину, но оправдался тем, что был пьян, как свинья, и попросил индульгенцию за скотское поведение.

— Благой Мерлин, не думала, что ты можешь быть таким желчным.

«А ты такой по-детски наивной», — едва не ответил он, но вовремя прикусил язык и сказал другое:

— Вовсе я не желчный, а просто трезво смотрю на ситуацию.

— Ну да, ну да, — покивала головой подруга и, словно специально подгадав момент, когда её собеседник поднесёт к губам кружку, спросила: — Ты взъелся на Теодора из-за Пэнси?

— Чт-кх-кх-то?! — подавившись чаем, прохрипел Невилл.

— Знаешь, Нев, — задумчиво произнесла девушка, постукивая по подбородку кончиком пальца с окрашенным в пурпурный цвет ноготком, — если откинуть вражду школьных лет и её скверный характер… Я имею в виду, что чисто со стороны она довольно интересная.

— Нет, нет и ещё раз нет! — запротестовал он. — То, что произошло тем вечером, произошло бы, даже если на её месте была Амбридж. Мерлин, ситуация была мерзкая, и Нотт получил по заслугам. У меня не было никакого умысла или интереса! Я с таким же успехом могу предположить, что твоя забота о Нотте выходит за рамки альтруизма и имеет более нежные сердечные корни. Верно ли моё предположение, Луна?

— А теперь ты дразнишься, Нев, — уклончиво ответила Луна. — Ты поможешь мне в поиске дезифоры пантеники?

— Я, конечно, попытаюсь поискать твоё растение или другое с нужными тебе свойствами в своих книгах и тех, что находятся в школьной библиотеке. Не уверен, что найду его, но обещаю, что постараюсь.

— Ты прелесть, Нев, — широко улыбнулась девушка.

— Не сияй так ярко, а не то я влюблюсь в тебя, и ты разобьешь мне сердце своим дружеским равнодушием.

Луна рассмеялась своим теплым смехом и сказала:

— Мерлин, какая смешная глупость.

— Это вовсе не глупость, Луна, и отнюдь не смешная. Когда любимая видит в тебе только друга, это очень больно, — со светлой печалью в голосе ответил мужчина.

— Она знала о твоих чувствах? — глядя прямо ему в глаза, серьёзно спросила она.

— Даже не догадывалась, — покачал головой он и, нервным движением взъерошив свои волосы, добавил: — Ты не занята сегодня?

— Нет, я успела сделать все свои дела с утра.

— Тогда как ты смотришь на то, чтобы погулять по Косому переулку, пока на улице хорошая погода?

— Я только за.

— Тогда пошли.

Невилл и Луна покинули кафе через специальный выход, который вел на задний дворик, скрытый от любопытных глаз высоким забором, и трансгрессировали в Косой переулок. Они неторопливо прогуливались, заглядывая по пути в некоторые из магазинчиков, и Луна задала Невиллу неожиданный вопрос:

— Мы определились, что тебе нравятся добрые и умные. Но какие ещё девушки тебе нравятся?

— У которых есть стальной стержень внутри. Способные на чистую нежность к дорогому человеку, — искренне ответил он и шутливым тоном прибавил: — Решила записаться в свахи, Луна?

— А почему бы и нет, — с озорством подмигнула она ему. — Может, я и найду где-нибудь твой идеал, когда отправлюсь в следующую экспедицию.

— Ты слишком оптимистична. Не думаю, что тебе удастся так быстро найти такую девушку. Да и не факт, что я буду ей интересен.

— Кто знает, может, твой идеал совсем рядом. Судьба ведь любит пошутить.

Едва подруга произнесла эту банальную фразу, Невилл заметил на другой стороне улицы Пэнси. Она была в компании Дафны Гринграсс. На пару мгновений его взгляд встретился с её. Но их зрительный контакт быстро прервался, так как Дафна утянула Пэнси в ближайшую лавочку.

«Надеюсь, у судьбы не настолько скверное чувство юмора. Упаси меня Годрик!» — мелькнуло у него в голове.

— Не стоит так улыбаться, — заметив ухмылку Невилла, строгим тоном сказала Луна, — даже если я говорю такие тривиальные вещи.

— Меня развеселили мои мысли, а не твои слова, Луна, — ответил друг. — Прохладно как-то стало. Может, по чашке горячего шоколада?


* * *


Пэнси лежала в своей кровати, сложив руки на животе, и рассматривала потолок. Её взгляд лениво путешествовал по тонким, словно паутинка, трещинкам в штукатурке. Сегодня был свободный день, но девушкой овладела такая жуткая апатия, что не хотелось даже вставать с постели. Мысли, бурлившие в ней, придавливали свинцовым грузом голову к подушке. Она пыталась уснуть, но стоило закрыть глаза, как перед ними представали лица друзей, с которыми Пэнси должна была встретиться. Особенно чётко выделялось лицо Тео, а в ушах вновь звучали его слова: «Это ты прекращай вести себя со мной так. Разве тебе не ясно, дура ты такая, что тебе не видать своего драгоценного Драко, как своих ушей? Ты не его поля ягода… Тут-то ты не права… Я просто терпел твои заскоки, но теперь должен открыть тебе глаза на то, что ты моя».

Утром следующего после инцидента дня, как и ожидалось, прилетела сова с длинным письмом, полным раскаяния и извинений от друга. Но в её сердце уже проросли отравленные ростки негативных чувств. Прошло чуть больше двух недель, но Пэнси никак не могла заглушить ту неясную смесь чувств, которая липким, склизким комом поселилась в душе. Именно этот отвратительный клубок опутал её своими щупальцами, не давая легко дышать, и наполнял тело необъяснимой усталостью.

Взгляд Пэнси по дорожкам-трещинкам добрался до оконного проёма и скользнул за стекло к бледно-васильковому небу. Девушка почувствовала, как небесная голубизна наполняет её почти агрессивной энергией.

«Может, хватит уже хандрить? — обратился к ней внутренний голос. — У тебя не так много свободного времени. Разве стоит его тратить на то, чтобы сидеть в четырёх стенах или проводить день у нафталиновой старухи и её участливого внучка-профессора? Не хочешь видеться с Тео и другими? Просто не иди в «Волчий изумруд». Зачем запирать себя и наказывать? Поднимай свою задницу с постели и отправляйся куда-нибудь, где ты проведёшь время с пользой и удовольствием».

Не найдя доводов против, Пэнси быстро собралась и с намерением пополнить запасы ингредиентов для уходовых мазей и отправилась в Косой переулок. Оказавшись среди толпы колдунов, к которой примешивались и разумные существа (благодаря хорошей погоде магическая улица просто кипела жизнью), девушка испытала смешанные чувства. Из-за своего не совсем светлого в глазах нынешнего сообщества прошлого она то и дело ловила косые взгляды, к которым уже давно привыкла. Но сегодня они доставляли ей особый дискомфорт. Пэнси казалась, будто они знали о том, что её чуть…

«Не будь дурой и не накручивай себя, — твердил внутренний голос, разгоняя мрачные мысли. — Никто ничего не знает. Вряд ли Лавгуд или Долгопупс стали бы болтать направо и налево о нас с Тео, хоть бабушка и любила говорить: «Что знают двое, знает и свинья». Просто занимайся своими делами».

Пару часов спустя напряжение практически спало, и Пэнси начала получать удовольствие от прогулки по магическим лавочкам. Девушка выбирала конфеты для крестного среди новинок в кондитерской Шугарплама, как вдруг ей на плечо легла рука, и она услышала жизнерадостное:

— Привет, Пэнс!

— Дафна, — повернув голову назад, произнесла Пэнси. Хорошее настроение молниеносно угасло, словно оно было свечой, которую задули. С натянутой улыбкой она добавила: — Привет.

— Просто потрясающе, что мы встретились. Я как раз хотела заглянуть в «Твилфитт и Таттинг»‎ и ещё парочку магазинов, — с восторженными нотками сказала Дафна. — Мой драгоценный улизнул утром из дома, едва услышал о моих планах, а сестрица опять на внеочередной смене.

— Ты могла бы послать сов к приятельницам, — заметила Пэнси.

— Честное слово, как-то не подумала… Но уже неважно, я ведь встретила тебя. Согласись, что ходить по магазинам в компании гораздо веселее.

— Конечно, — уклончиво ответила Паркинсон.

— Вот и отлично! Пошли на кассу, а затем в «Твилфитт и Таттинг», — сказала Дафна, энергично подхватила подругу под руку и потянула за собой, даже не обратив внимание, что их встреча не особо воодушевляет собеседницу.

Без особого энтузиазма Пэнси следовала из магазина в магазин за приятельницей. Из-за отсутствия настроения обычно любимое дело и весёлая болтовня с Дафной была в тягость, но она умело притворялась, имитируя где надо улыбку и восторг от той или иной вещицы или ткани, так как опасалась вызвать нежелательные вопросы. Некоторое время, спустя когда они неторопливо шли к очередному пункту назначения в маршруте молодой миссис Забини, она решила пожаловаться на Блейза и то, каким он стал невнимательным в последнее время.

— Думаю, это всё из-за того, что я слишком рано сказала ему «да», — со вздохом заключила Дафна и добавила: — Всё-таки ты правильно делаешь, что держишь Тео на дистанции. Так что мой совет — помаринуй его как следует, прежде чем согласишься стать миссис Нотт.

— Мерлин, и ты туда же! Это даже не-смеш-но! — раздражённо воскликнула Пэнси.

— Да ладно тебе, Пэнс, не стоит так кипеть, как бабушкино зелье, из-за такого пустяка.

— Легко! Такое ощущение, будто кроме него мне не за кого выйти замуж. И вообще, может, я пока не хочу замуж, так как не встретила нужного мне человека.

— И каким же должен быть твой нужный человек? — полюбопытствовала Дафна.

— Он должен быть добрым и… — девушка замешкалась на пару секунд и продолжила: — надежным. И главное, он должен меня уважать.

— О-о-о, а как же страсть в отношениях?

— Мне не нужна она, — почти не лукавя, ответила она. — Я, конечно, хочу, чтобы он любил меня, но в тоже время хочу, чтобы с этим человеком мне было уютно и безопасно. Мне не нужна жизнь, как на пороховой бочке.

«Хватило уже», — про себя закончила Пэнси.

— Это так мило, — улыбнулась подруга. — Если такие у тебя требования, то Тео с его алкогольными проблемами тебе не подходит. Но ты же можешь его перевоспитать, а не ждать своего мистера Нужный Человек.

— Я лучше подожду. Учитывая перевоспитательную программу, время у меня есть, чтобы ждать и искать.

Взгляд Пэнси зацепился за светловолосую парочку, одетую в одежду одинаковых оттенков, которая шла по противоположной стороне улицы. Невилл и Лавгуд опять были вместе. Девушка невольно вспомнила подслушанный разговор между профессором Травологии и его бабкой. Особенно его конец:

«…Спешу тебя успокоить, мне нравятся женщины. И они мне не просто нравятся, я их люблю настолько, что не готов пока остановиться на одной…»

Словно почувствовав то, что на него смотрят, мужчина посмотрел в её сторону. Их взгляды встретились.

«Ваша бабка будет рада такой невестке, профессор Долгопупс», — мысленно обратилась Пэнси к Невиллу.

— Так, нам нужно сюда! — энергично воскликнула Дафна и потянула подругу в очередной магазин.


1) Цапень — растение из семейства бешеных огурцов. Выглядит как старый узловатый пень. При попытке дотронуться до него мгновенно выращивает сильные гибкие побеги, которые норовят избить и исцарапать обидчика, а если получится — задушить.

Вернуться к тексту


Глава опубликована: 31.10.2023

5. Чуть теплее

Невилл находился в школьной теплице, за окнами которой в мягком танце на землю опускались хлопья снега, и подготавливал горшки для пересадки мандрагоры, когда туда впорхнула крапчатая сова. Птица выполнила круг над головой колдуна, уронила на кусочек свободного пространства на рабочем столе конверт и улетела прочь. Мужчина снял рабочие перчатки и взял в руки письмо. Невиллу бросился в глаза незнакомый чёткий, каллиграфический, словно сошедший со страниц прописей, почерк, которым было выведено его имя и адрес. Данная деталь несколько его заинтриговала. Он быстро вскрыл конверт и вынул из него письмо, написанное на вдвое сложенном листке из линованного блокнота. Мужчина развернул его и прочёл следующее:

«Многоуважаемый профессор Долгопупс,

Если вас интересует здоровье вашей бабки, то вы немедленно должны притащить свою задницу в Липовую аллею! Довожу до вашего сведения, что ваша обожаемая старая перечница наотрез отказывается обращаться в Мунго, а про помощь с моей стороны молчу (Салазар! Вот как будто мне нужны дополнительные проблемы).

Так что, профессор, думайте сами и решайте сами, что для вас важнее: пичкать лекциями ораву школьников (которые вряд ли их безумно увлекают) или же позаботиться о родном человеке.

Пэнси Паркинсон»

Читая, Невилл словно слышал голос девушки со всеми её едкими интонациями. Он бы не удивился, если бы, оторвавшись от письма, обнаружил сидящую на углу стола Пэнси с дымящейся сигаретой в руках. Закончив чтение, он убрал письмо в карман. Выбор, о котором говорила Пэнси в своëм послании, был несложным. Осталось лишь уладить дела с директором Хогвартса.

Несколько часов спустя Невилл уже слушал (в целях безопасности волшебная палочка колдуньи была убрана подальше) ворчливую тираду прикованной к постели серьёзной простудой Августы, в котором то и дело всплывали две фразы:

— Тебе, негоднику, не стоило бросать работу из-за меня… Ох уж мне эта противная девчонка Паркинсон и её длинный язык!..

— Не нужно ругать её. Она всё правильно сделала, — каждый раз вступался за Пэнси внук.

— Вот окрепну и вам обоим надеру уши, — сварливо грозила ему бабушка.

— Мои уши будут в полном твоём распоряжении, как только поправишься, — обещал он.

— Тебя никто за язык не тянул, — фыркала Августа.

В глубине души она была очень довольна, что Невилл прибыл почти сразу после письма от Паркинсон, и благодарна своей подопечной. Не смотря на их обоюдную нелюбовь, девушка в грубоватой манере заботилась о ней с того дня, как болезнь взяла верх над железным организмом Августы. Да и их нередкие склоки вносили оживление в жизнь старой колдуньи. Миссис Долгопупс уже приняла для себя решение, что при возможности замолвит пару хороших слов за Пэнси перед Визенгамотом.


* * *


Невилл не мог сомкнуть глаз. В спальне, которую он занимал, когда гостил у бабушки, было слишком душно. Даже приоткрытое окно не спасало положение. Да и мысли, связанные с работой, не давали ему покоя. Он решил, что небольшая прогулка вокруг дома поможет ему со сном. Стараясь ступать как можно тише, он покинул комнату, спустился на первый этаж и, накинув пальто и переобувшись в тёплую обувь, вышел на задний дворик. В лунном свете снег чуть искрился и отдалённо напоминал сахарную крошку. Невилл заметил, что в дальнем конце теплицы горит слабый свет. Заинтересованный происходящим, мужчина стремительным шагом отправился к строению. Снег под его ногами чуть поскрипывал. Он открыл дверь и увидел, что у дальней стены стоит трёхногая жаровня, в которой пляшет созданное магией разноцветное пламя, а слева от неё — сплетенное из ивовых прутьев кресло-кокон. В нём в расслабленной позе сидела Пэнси. Потягивая какой-то напиток из бутылки, девушка смотрела на цветной огонь.

— Ты либо заходи, либо проваливай, — не отрывая взгляда, недовольным тоном бросила незваному гостю она. — Главное, не стой столбом с открытой дверью, а то дует.

Невилл хотел было уйти, но, поддавшись внезапному импульсу, всё-таки остался. Колдун закрыл дверь, подошёл к жаровне, с помощью магии превратил один из глиняных горшков в кресло с высокой спинкой и поставил его напротив того, что занимала Пэнси.

— А ты здесь неплохо устроилась, — усаживаясь, сказал он.

— Угу, — односложно, без всякой эмоциональной окраски отозвалась девушка.

Некоторое время они просто сидели, не проронив и слова. Погруженная в свои размышления, Пэнси продолжала потягивать напиток из бутылки и смотреть на пламя, не обращая внимание на то, что она теперь не одна. Невилл уже начал мысленно упрекать себя за то, что так опрометчиво себя повёл. Неожиданно для него их взгляды встретились, и лицо девушки изменилось в то же мгновение, словно только сейчас к ней пришло полное осознание того, что её одиночество нарушено. Чуть наклонив голову набок, она окинула мужчину пристальным взглядом.

— У меня на лице чернила? — испытывая неловкость, спросил Невилл. Он вспомнил, что перед тем, как лечь спать, решил написать письмо профессору из Ильверморни и, вполне возможно, оставил пару клякс на лице.

— Нет, — покачала головой Пэнси и тихо, почти полушепотом добавила: — Просто игра теней и алкоголя.

Левый уголок её губ приподнялся вверх, растягивая их в кривой, с намёком на горечь, ухмылке. Девушка махнула рукой в сторону ящика с зачарованным льдом, из которого торчали коричневые горлышки, и спросила:

— Будешь?

— Если угостишь, то не откажусь, — ответил Невилл.

— Я думала, ты откажешься, — фыркнула она, но всё-таки взяла бутылку из ящика и протянула её собеседнику.

— Зачем тогда предлагала? — взяв напиток, спросил мужчина.

— Просто я думала, что наш многоуважаемый профессор не пьёт. Но из банальной вежливости предложила, — объяснила девушка.

— Вот видишь, ты можешь быть вежливой, а я пропустить стаканчик другой, — подтверждая слова действием, он сделал большой глоток из бутылки.

— Профессор, пообещайте не шокировать так свою бабку, как только что меня, — шутливым тоном сказала Пэнси. — Если она узнает, что её дорогой внук, помимо того, что бабник, ещё и не прочь выпить, то сердце старой ведьмы может не выдержать.

— Надеюсь, что раз уж ты не избавилась от школьной привычки подслушивать чужие разговоры, — спокойным тоном сказал он, — то хоть твоя привычка ябедничать осталась в прошлом, Паркинсон.

— Хм, а ты научился кусаться, Долгопупс, — одобряюще хмыкнула девушка и, сделав глоток, добавила: — Не переживайте, в моих же интересах хранить ваши грязные секретики, профессор.

— Потому что бабушка не знает о том, что ты облюбовала теплицу, — предположил Невилл.

— Знает…

— Но не всё, — догадался он по её уклончивому тону. — Я же прав?

— Да, и кстати, в данный момент вы помогаете мне уничтожать контрабанду, профессор.

— У тебя очень недурной эль, Паркинсон, так что я не против побыть твоим соучастником.

Его ответ рассмешил девушку.

— Обязательно передам твой комплимент Блейзу и Дафне, — закончив смеяться, сказала она.

— Можешь добавить от меня, что у них в заведении ещё пиво неплохое.

— Ты был в «Волчьем изумруде»? — удивилась Пэнси.

— Да, несколько раз, — ответил Невилл.

— Дай угадаю, что был ты там не один, — с дразнящими интонациями в голосе предположила девушка.

— Твоё любопытство можно принять за интерес к моей персоне, — в тон ей ответил мужчина.

— Мечтай больше, Долгопупс, — беззлобно огрызнулась Пэнси.

На пару минут между ними снова повисло молчание, но теперь его нельзя было назвать неловким и отчужденным. Просто каждый из них размышлял над тем, куда стоит повести разговор. Они чувствовали себя более расслабленно после беседы, да и выпитый алкоголь внёс свою лепту. Первым молчание нарушил Невилл. Заметив, что Пэнси закончила бутылку и, поставив её на пол рядом с ножкой жаровни, потянулась за следующей, он спросил:

— И как часто ты проводишь таким образом вечера?

— Не так часто, как можете себе представить в свой голове, профессор, — ответила девушка. — Я вовсе не планирую спиться в этой глуши, — пожала плечами и угрюмо бросила: — Просто сегодня довольно паршивый день, чтобы залить его элем.

— Пришли плохие новости? — с участием в голосе поинтересовался мужчина.

— Теперь твоё любопытство можно принять за интерес ко мне, Долгопупс, — с усмешкой ответила Пэнси.

— Прекрасно. Понял тебя, — кивнул он, затем, сделав глоток, добавил: — Знаешь, если тебе нужна помощь, то можешь обратиться ко мне.

— Очень великодушно с твоей стороны, но не думаю, что ты способен оказать нужную помощь.

— Пытаешься меня поддеть?

— Нет, просто пытаюсь пробудить твоё благоразумие.

— Пробудить моё благоразумие? — озадаченно повторил Невилл. — Причём здесь оно?

— Ты всё-таки предлагаешь помощь слизеринке. Вдобавок я преступница, — спокойно произнесла Пэнси и быстро добавила: — Хоть и на перевоспитании. Я ведь могу попросить тебя сделать что-то противное твоему кодексу чести.

— Ну, помогать тебе прятать трупы, навести проклятие или совершить побег в другую страну, согласен, я сразу пас. Что ты ещё можешь мне такого предложить ужасного?

— Переспишь со мной, Долгопупс?..

Бутылка выпала из его рук и ударилась глухим стуком о землю. Если бы мужчина в данный момент делал глоток, то обязательно подавился. Гамма эмоций отразилось на его лице. Пэнси тут же рассмеялась звонким смехом. Невилл, словно на него наложили чары, лишился дара речи и просто ошеломлённо смотрел на неё.

— Да расслабьтесь, профессор, — сквозь смех сказала девушка. — Я просто пошутила, — она встала на ноги, потянулась и добавила, всё ещё посмеиваясь: — Когда будешь уходить, не забудь потушить огонь, — и пошла к выходу из теплицы. Прежде чем закрыть за собой дверь, Пэнси подмигнула мужчине и, широко улыбаясь, бросила ему: — Спокойной ночи, профессор!

Некоторое время Невилл смотрел на стеклянную дверь, за которой скрылась девушка. Стоило ему осознать произошедшее, как его губы растянулись в невольной улыбке.

«Мерлин, она всё-таки меня подловила, — подумал мужчина. — Интересно, мне удастся вернуть ей этот должок?»

Невилл перевел взгляд на кресло-кокон и заметил торчащий между сидением и левым подлокотником кусок отливающего перламутром белоснежного картона. Подчинившись мгновенно вспыхнувшему любопытству, колдун взмахом волшебной палочки притянул его к себе. Это оказалось пригласительное в Малфой-мэнор на торжественный вечер в честь грядущей свадьбы Драко Малфоя и Астории Гринграсс. В нем, помимо условия о цвете вечернего наряда, было ещё одно — быть в паре с кем-то. Прочитав приглашение, Невилл почувствовал прилив сочувствия к Пэнси. Ему самому пришлось пройти через безответную любовь. Ему также пришлось быть гостем на свадьбе любимой женщины и прочих связанных с ней мероприятиях. Находясь под влиянием воспоминаний, отдающих в сердце притуплённой болью, колдун едва не бросил пригласительное письмо в разноцветное пламя, но вовремя остановился. Возвращая его на прежнее место, Невилл вслух произнёс:

— И правда… у тебя сегодня был паршивый день, Паркинсон.

Глава опубликована: 16.11.2023

6. Снежная

Пэнси открыла глаза лишь тогда, когда солнечный свет заполнил еë комнату, и тут же, поморщившись, зажмурила их. Всë-таки последняя бутылка была лишней. Едва девушка подумала, что хватила лишка, память угодливо подкинула воспоминания о минувшем вечере.

— Ну, помогать тебе прятать трупы, навести проклятие или совершить побег в другую страну, согласен, я сразу пас, — сказал ей Невилл. — Что ты ещё можешь мне такого предложить ужасного?

— Переспишь со мной, Долгопупс?.. — особо не задумываясь, ответила она ему.

— Салазар, ну и дура же я, — простонала Пэнси, накрыв лицо одеялом. — И какой чëрт дёрнул меня за язык?! Если бы не приглашение…

Мысль о празднике в честь Драко и Астории заглушила чувство стыда. Она оглушала безысходностью, выбивала почву из-под ног. Головой Пэнси понимала, что Драко давно потерян для неë, но вот сердцем… Годами оно лелеяло надежду, схожую с песочным замком, которая рушилась под воздействием волн реальности. Были дни, когда её посещали мысли воспользоваться амортенцией, но колдунья жаждала обладать им без помощи магии.

«Тебе будет проще получить звезду с неба, чем его сердце», — каждый раз ехидничал внутренний голос, когда девушка размышляла о своих чувствах.

Чëтко осознавая, что еë чувства иррациональны, Пэнси не могла вырвать их с корнем из своей души. Привычка любить Драко, взращенная годами, была слишком глубоко: в еë крови, у неë под кожей, в голове. Словно кто-то вытравил клеймо с его именем на каждой клеточке тела девушки. Испытывать такую любовь — всë равно, что быть проклятым.

Стук в дверь отвлёк Пэнси от нерадужных размышлений. Вариантов того, кто бы это мог быть, у неë было всего два. Перспектива увидеть бабку Долгопупс либо еë внучка отнюдь не прельщала девушку. Хотя, учитывая минувший вечер, чаша весов склонялась в пользу того, чтобы за дверью находилась Августа. Пэнси встала с постели, накинула на себя тëплый халат и пошла к двери. Прежде чем открыть дверь, спросила:

— Кто там?

Вместо ответа была тишина, что удивило девушку. Движимая любопытством, она чуть приоткрыла дверь и никого не обнаружила в коридоре. Распахнув шире дверь и посмотрев по сторонам, обнаружила стоящий на полу деревянный поднос с кружкой и бульонницей, к боку которой был приставлен вдвое сложенный листок бумаги. Пэнси присела на корточки, взяла записку в руки, развернула и прочла:

«Спасибо за то, что поделилась своей контрабандой. P. S. Не волнуйся, яда и амортенции не добавлял»

Губы девушки тронула лёгкая улыбка. Несмотря на то, что она нашла такой поступок со стороны Невилла весьма милым, Пэнси смяла листок в комок со словами:

— Как сладко… — спрятала его в карман, затем подхватила поднос и ногой закрыла за собой дверь.


* * *


Невилл открыл дверь, ведущую на задний двор, и чуть поморщился от слепящего своей белизной снега. День выдался солнечным, с лëгким морозцем, который наполнял воздух свежестью и особой, едва уловимой сладостью. Сделав вдох полной грудью, мужчина отправился в теплицу. Пару дней назад, в тот вечер, когда обнаружил там Пэнси, он заметил, что нескольким растениям необходима подрезка, а кое-каким пересадка, и решил ими заняться во время бабушкиного послеобеденного сна. Но не успел пройти и полпути, как ему в затылок прилетел снежный ком. Невилл обернулся и увидел Пэнси. Она стояла перед распахнутым окном своей спальни. В руках у девушки был ещё один снежный снаряд, в который пошëл снег с подоконника.

— Если ты хотела сказать «привет», то могла бы сделать это ртом, — крикнул ей Невилл, вытряхивая остатки снега из волос на затылке.

— Конечно, можно было и ртом. Но ты последние два дня бегаешь от меня, — ответила девушка.

— Я думал, что тебе не хочется со мной общаться.

— Ты прав, не хочу, — она кинула в него снежок. На этот раз снежный ком попал мужчине в плечо, осыпав его ледяными кусочками.

— Спускайся сюда!

— А вот и не спущусь, — Пэнси показала ему язык и кинула в него очередной снежок.

— Ты ведь понимаешь, что у тебя снег скоро закончится?

— Конечно, профессор, — пожала плечами девушка, — но пока что хватает, — в подтверждение своих слов швырнула в мужчину ещё один, попавший ему в грудь.

— Твою ж мать!.. — воскликнул Невилл, так как удар от снежного кома оказался весьма болезненным.

— Ай-яй, профессор! Как нехорошо, — поцокав языком, сказала она и рассмеялась.

— Нехорошо ты говоришь? — приподняв брови, произнëс колдун. — Сейчас посмотрим, насколько ещё могу быть нехорошим.

Интонации в его голосе подсказали Пэнси, что еë не ждёт ничего хорошего. Но прежде чем девушка успела как-то среагировать, еë ноги оторвались от пола, и она, находясь под действием чар, вылетела в окно и приземлилась на дорожке в нескольких метрах от Невилла.

— Теперь мы на равных, — не скрывая довольной улыбки, сказал ей он.

— Ну да, на равных, — обхватив себя за плечи, сказала Пэнси. — Я, в отличие от тебя, только в свитере. А на улице, если ты не заметил, не лето.

Акцио куртка Пэнси, — сделав пасс волшебной палочкой, произнëс колдун. Через некоторое время из открытого окна вылетела тёмно-зелёная парка прямо в его руки. — Держи, — протянул он девушке, затем, пока та одевалась, трасфигурировал еë тапочки в тëплые ботинки. — Так лучше?

— Это были лишние телодвижения, — ответила Пэнси и капризным тоном заявила: — Я иду в дом, — развернулась на каблуках и зашагала домой.

Девушка не успела сделать и пары шагов, как ей в спину прилетел снежный ком. Резко развернувшись, она сердито воскликнула:

— Эй, ты что творишь?

— А ты думала, я просто так тебя отпущу? — он наклонился и зачерпнул ещё снега.

— Ты дитë, что ли, малое? — фыркнула Пэнси.

— Так не я первым это начал, — ответил он, перекидывая снежок из руки в руку.

— У меня был повод.

— Теперь он есть у меня, — улыбнулся он. — Целых три.

— Вычти один.

— А остальные?

— Как насчет того, чтобы списать в счëт моих красивых глаз?

— Нет уж, — Невилл бросил в Пэнси снежок, который попал в левое плечо. — Теперь один.

— Вот и славно. Бросай уже последний, и на этом всë.

— Так скучно, — подначивал он её. — Где твой дух соперничества, Паркинсон?

— Дух соперничества, говоришь? — сощурив глаза, похожим на шипение голосом произнесла девушка. — Только, чур, без магии.

— Договорились, — улыбнулся он и протянул ей руку, чтобы подкрепить устный договор.

Пэнси подошла к Невиллу ближе и перевела взгляд с протянутой руки на его лицо, затем обратно. Губы её тронула плутовская улыбка. Она протянула к нему свою руку, но вместо того, чтобы пожать его ладонь, со всей силы пихнула мужчину в грудь. От неожиданного толчка Невилл потерял равновесие и упал на спину в снег. Заливисто рассмеявшись, Пэнси с ехидцей спросила:

— Как тебе снежок, профессор? Тёплый?

— Не переживай, сейчас сама узнаешь, — поднимаясь на ноги, сказал мужчина.

Едва он оказался в вертикальном положении, то кинулся за ней. Девушка с веселым криком и смехом, словно вода, ускользнула от него, умудрившись при этом кинуть ему в лицо пригоршню искрящегося в солнечных лучах самоцветными переливами снега. Они резвились, подобно детям, кидаясь снежками и валяя друг друга.

В очередной раз, когда Пэнси попыталась толкнуть Невилла в сугроб, он, падая, потянул её за собой. Они начали барахтаться и кувыркаться в снегу, не давая другому встать. В один из моментов этой борьбы Невилл оказался сверху и на несколько мгновений застыл над Пэнси. Что-то заставило мужчину взглянуть на неё иначе, как на женщину: её щеки были румяны от мороза и игры, зелёные глаза словно светились изнутри, а волосы контрастировали со снегом. Он оказался… очарованным её внешностью. Нередко колючие растения прячут за своими шипами красивые цветы. Под его пристальным взглядом Пэнси тоже замерла, словно охваченная чарами оцепенения или оглушённая сильным биением своего сердца.

— А у тебя на самом деле красивые глаза, — хрипло произнёс Невилл.

Охваченный импульсом, мужчина начал наклоняться к её лицу. Также находясь под влиянием момента, Пэнси прикрыла глаза и приоткрыла губы. Всё её тело, кроме безумно колотящегося сердца, замерло в предвкушении поцелуя. Их губы разделяло расстояние в несколько мучительных долей дюйма, а их дыхания смешались в одно. В тот самый момент, когда должен был произойти поцелуй, они услышали голос Луны:

— Невилл, привет! Хотела навестить тебя и твою Августу, но трансгрессировала в деревеньку поблизости. Боюсь промазать ещё раз. Целую, жду.

Послание колдуньи принёс заяц-патронус. Пропитанный чувственной магией момент был разрушен.

— Слезь с меня, извращенец! — с силой оттолкнув Невилла, прошипела Пэнси. Она первой встала с земли на ноги, повернулась к нему спиной и, стряхивая с одежды снег, сердито бросила: — Почему ты не спешишь на помощь к своей девушке?! На улице всё-таки холодно.

— Не думал, что ты можешь заботиться о других, — ответил он, не сдержав язвительных ноток в голосе.

— Ты многого обо мне не знаешь, так что не опирайся на одно лишь своё воображение.

— Ты сама делаешь выводы лишь на своём воображении.

— Серьёзно? — приподняв брови, скептически произнесла она.

— Да, — ответил Невилл и выпалил: — Мы с Луной только друзья.

— Мне наплевать, — передернула плечами Пэнси. — Не заставляй ждать на морозе любительницу хороших мальчиков, — чтобы оставить за собой последнее слово, поспешила в дом.

Проглотив раздражение и досаду, мужчина должен был согласиться с тем, что его ждут в другом месте. Но избавиться от мысли, что он едва не поцеловался с Пэнси, оказалось не так-то просто. Давно Невилл не испытывал подобного волнения. И ещё эти его слова о том, что он и Луна — только друзья. Он не мог объяснить своё желание прояснить для Пэнси свои отношения с другой девушкой.

«Кажется, я начинаю путаться в самом себе», — пришёл он к итогу своих размышлений, бродя по улочкам ближайшей деревни в поисках Луны.

Глава опубликована: 30.11.2023

7. Ладонь в ладони

Пэнси откинула с лица мокрые пряди. Девушке опять приснился сон, наполненный лишь мраком с его полутонами. И она брела во мраке, ища в нём что-то и чувствуя холод и чужое присутствие бесформенных теней и тел, живущих в этой тьме. Пэнси окинула беглым взглядом свою комнату, чтобы убедиться в своей безопасности и отогнать от себя остатки муторного сна. Льющийся через окно холодный лунный свет рассеивал темноту и создавал новые причудливые тени. Девушка потянулась к ночнику и зажгла слабый свет. После она закуталась в одеяло и закрыла глаза, пытаясь вновь заснуть. Мысли нестройным потоком стали наполнять её голову. Приближался день вечеринки в честь скорой свадьбы Драко и Астории. Сердце болезненно сжималось от размышлений о грядущем торжестве. Непрошеные слёзы обожгли щёки девушки.

— Бесхребетная плакса! — уткнувшись лицом в угол одеяла, сердито отругала себя Пэнси и быстрым движением вытерла глаза.

Но слёзы, словно затяжной летний ливень, капали и капали на подушку. Как часто это бывает, когда наревёшься всласть, то сон приходит гораздо быстрее и незаметнее. Хоть Пэнси и злилась на нахлынувший приступ слабости, слёзы принесли ей некоторое подобие умиротворения, и она провалилась в сон. Кошмар о живом мраке продолжился, но в самый мрачный момент, когда девушка совершенно обессилела от блуждания в этом зачарованном пространстве и осела на землю, готовясь, что сущности из мрака протянут к ней лапы и разорвут свою добычу, рядом с ней вспыхнула искорка, так похожая на светлячка. За считанные секунды она выросла настолько, что её свет, словно тёплый кокон, охватил Пэнси. Из-за яркости света девушка прикрыла глаза, и когда она открыла их вновь, тьма полностью исчезла. Её место заняли бескрайнее лазурное небо и белоснежный, искрящийся на свету снег. Пэнси услышала у самого уха отдалённо знакомый мужской голос:

— Всё будет хорошо… только позволь мне это сделать.

Это обещание наполнило душу девушки светлым ожиданием. Пэнси обернулась, чтобы взглянуть на говорившего с ней мужчину, но позади никого не было. У неё вырвался вопрос:

— Где ты?

Неожиданно подул тёплый ветер. Ласково коснувшись щеки девушки и растрепав ей волосы, он принёс ответ на вопрос:

— Так близко, лишь протяни руку… — голос удалялся, уносимый ветром. — Совсем рядом…

— Не уходи! — крикнула ему вслед девушка и проснулась.

За окном луну сменило солнце. Его тёплые лучи касались лица девушки. Являлся ли её сон предсказанием или же ночной иллюзией? Надежда в душе Пэнси, подобно цветку, раскрыла свой бутон пышным цветом.


* * *


Невилл посмотрел на наручные часы и про себя отметил, что Луна опаздывает уже на двадцать минут. А ведь она сама назначила ему встречу. Если бы сегодня не была среда и его не ждали в Липовой аллее, то мужчина не переживал бы о том, что подруга, как обычно, где-то задерживается.

«Она точно будет ворчать… — подумал Невилл. Закусив кончик карандаша, он задался вопросом: — О чём же Луна хочет поговорить со мной?»

Мужчина мгновенно вспомнил текст записки, написанной на бумаге бледно-лилового оттенка, которую утром принесла сипуха.

«Невилл, привет! Нам нужно встретиться с тобой. Увидимся в одиннадцать в «У Джози». Луна»

И всё же, несмотря на небольшие неудобства, которые вызывала внезапная встреча, и неясность намерений подруги, Невилл был весьма заинтригован зачем он ей так неожиданно понадобился. Но чтобы узнать ответ на свой вопрос, он должен был дождаться Луну. Ему ничего иного не оставалось, как заказать еще одну чашку кофе и продолжить чтение прихваченного с собой «Вестника гербологии».

Когда с назначенного времени прошло более сорока минут, Луна с растрепанными волосами влетела в кафе. Плюхаясь на стул напротив Невилла, она с облегчением выдохнула:

— Фух, еле успела!

— Не спорю с тобой, — беззлобно шутя, кивнул друг, — ещё пятнадцать минут и был бы час дня.

— Как хорошо, что ты меня понимаешь, — улыбнулась в ответ девушка.

— Рассказывай, что за дело у тебя ко мне? — спросил Невилл.

— Подожди минутку, дай мне заказать чай, а то в горле совсем пересохло, — попросила подруга. Сделав заказ, Луна вынула из кармана конверт, протянула его другу и сказала: — Здесь ответ на твой вопрос… — сделала секундную паузу и добавила: — Точнее, большая часть ответа.

— Как-то это всё подозрительно…

Не отрывая взгляда от неё, Невилл вскрыл конверт и обнаружил внутри приглашение на благотворительный бал, собранные средства от которого должны были пойти на финансирование зоологической экспедиции в Океанию. Он быстро прочитал про себя содержимое и озадаченно произнёс:

— Уже в это воскресенье?

— Я хотела отдать его в тот день, когда навещала тебя у Августы, но забыла, — призналась Луна.

— Но с того дня прошло больше недели, — напомнил мужчина.

— Завертелась, замоталась, и из головы вылетело, — девушка прочертила указательным пальцем в воздухе круг. — Понимаешь, Невилл, я один из организаторов этого бала.

— И ты молчала об этом?

— Никто из нас не был уверен, что получится хоть что-то устроить. Вообще, его идея пришла очень спонтанно: месяц назад, когда поняли, что денег, выделенных Министерством, мало для экспедиции. Мы почти все планы держали в тайне, чтобы никто не сглазил. Откровенно говоря, грядущий бал можно будет назвать вечеринкой в довольно узком кругу.

— Теперь понятно, почему в Пророке не было и слова… — задумчиво произнёс он, посмотрел на текст приглашения и добавил: — Тут указано, что необходимо прийти со спутником или спутницей. Как я понимаю ты составишь мне компанию?

— Нет, — девушка отрицательно покачала головой, — у меня уже есть спутник для бала.

— Тогда я откажусь. По понятным причинам…

— А Гарри и Рон согласились, — аргументировала Луна.

— Они оба женаты, и с поиском спутниц проблем не будет, — ответил Невилл.

— Ты можешь пригласить бабушку, — предложила она.

— Спасибо за прекрасный совет, Луна, — не без иронии произнёс он.

— Почему бы и нет, Невилл? — пожала плечиками девушка. — Думаю, что Августа прекрасно проведёт время на балу.

— Угу.

— Невилл, пожалуйста, не отказывайся, — с мольбой в глазах сказала Луна. — Каждый гость для нас важен, так как это всё ради экспедиции. Ведь кто знает, может быть, во время этой экспедиции будут найдены не только новые виды животных, но и растений.

— Хм, новые виды растений… — задумчиво повторил Невилл и после короткой паузы добавил: — Хорошо, может быть, бабушка не откажется в это воскресенье выгулять чучело грифа.


* * *


Пэнси вышла на крыльцо, чтобы покурить, когда красно-золотой диск солнца спешно погружался за окаймленный кружевом голых чёрных ветвей горизонт. Она облокотилась на перила и только успела закурить, как услышала шаги за спиной. Выдохнув дым, девушка с раздражением тихо процедила:

— И что же тебе на месте не сидится?!

После той игры в снегу, которая едва не окончилась поцелуем, она старательно избегала общества Невилла. И всё же, когда до её слуха донёсся обрывок диалога профессора с бабкой, в котором он упоминал имя Лавгуд как причину своего опоздания, Пэнси испытала чувство, близкое к досаде (из-за чего тут же сильно рассердилась на саму себя).

— Привет, — став рядом с ней по правую руку, сказал мужчина.

— Здравствуй, — не поворачивая к нему голову, ответила девушка.

Пэнси упорно не отрывала взгляда от разрисованного закатом горизонта и продолжала курить. Невилл не продолжил диалог, но и не ушёл. Между ними повисло вибрирующее молчание. До её слуха донёсся шаркающий звук, вслед за этим она почувствовала запах сигаретного дыма. Пэнси повернула голову в сторону Невилла, и увиденное её поразило.

— Ты куришь? — не веря своим глазам, произнесла девушка.

— Ну да, — со спокойным равнодушием ответил мужчина, облокотившись рядом на перила, добавил: — Тебя это смущает?

Пэнси внимательно посмотрела на своего собеседника, затем, пожав плечами, ответила:

— Вовсе нет… Хотя очень неожиданно.

— Разве? — он приподнял бровь. Сделал затяжку и, выпустив дым, продолжил: — Просто дурная привычка, которую приходится тщательно скрывать по понятным причинам.

— Не боишься, что я расскажу кому-нибудь, что многоуважаемый профессор Долгопупс курит? — дразнящим тоном спросила девушка.

— Как пожелаешь, — с едва заметной улыбкой спокойно ответил Невилл.

— Очень легкомысленно, профессор, я ведь точно проболтаюсь, — полушутя пригрозила она и снова вернулась к созерцанию заката.

— Тебе решать, Пэнси.

От его ответа, как и от самого мужчины, веяло безмятежностью, которая охватила и девушку. Они курили бок о бок, а молчание оплело их мягкими, словно пух, нитями.

— Не хочешь в это воскресенье потанцевать? — туша сигарету, спросил Невилл.

Вопрос был полной неожиданностью, как для него — поддался вызванному моментом импульсу, — так и для неё. Растерянно хлопая ресницами, Пэнси изумлённо произнесла:

— Ты меня куда-то приглашаешь?

— Да, в это воскресенье… — испытывая жгучую неловкость, ответил он. Ему невольно вспомнился четвёртый курс. — Если ты…

— Пойду, — оживлённо воскликнув, прервала Невилла девушка, — но у меня есть условие.


* * *


Пэнси посмотрела на своё отражение и в сотый раз поправила парадную бархатную мантию тёмно-зелёного цвета, под которой находилось белое с серебристым отливом атласное вечернее платье. Девушка собиралась поправить причёску, но едва она коснулась волос, тут же одёрнула руку.

— Салазар! — с раздражением произнесла Пэнси. — До чего я дожила: прихорашиваюсь для вечера в компании Долгопупса.

Будь в её руках маховик времени, колдунья отмотала бы время на несколько дней назад и сделала бы так, чтобы другая её версия не осталась наедине с Долгопупсом и, следовательно, не приняла его предложение составить ему компанию на благотворительном балу. Пэнси до самого конца ожидала, что он передумает или вмешается её опекунша. Но нет. Бабка Долгопупса всего лишь отпустила несколько сварливых комментариев, подписывая разрешение на свободный день. А ещё она помогла с нарядом для бала. И в то же время другая её часть опасалась того, что Невилл поменяет свои планы.

«Сохраняй спокойствие, — мысленно напоминала она себе, чувствуя нервное беспокойство в последние пару дней. — У нас сделка: я иду с ним на этот бал, а он сопровождает меня на вечеринку в честь свадьбы Драко и Астории. Уж лучше он, чем Тео. Долгопупс точно после первого бокала шампанского не полезет ко мне под юбку».

В дверь комнаты Пэнси вежливо постучали. Девушка вздрогнула от неожиданности, словно её ущипнули. Она подпорхнула к двери и открыла. На пороге стоял Невилл. На колдуне была строгого темно-синего цвета парадная мантия, которую украшал лишь значок-эмблема Хогвартса. С полминуты они молча смотрели друг на друга. Прежде чем молчание наполнилось до краёв неловкостью, Невилл с теплой улыбкой произнёс:

— Привет…

— Привет, — невольно улыбнувшись в ответ, повторила Пэнси.

— Извини, что задержался.

— Я и не заметила, — она сказала истинную правду, ведь, погружённая в свои мысли, девушка перестала следить за временем.

— Тебе нужно ещё время? — просил он.

— Нет, я готова идти, — покачала головой девушка.


* * *


— Как ты себя чувствуешь? — участливо спросил Невилл у своей спутницы.

— Как чувствую? Всё в порядке, профессор, — голос Пэнси был совершенно спокойным, — вот только я бы не отказалась от сигареты.

Несмотря на внешнюю отстраненную безмятежность, мужчина догадывался, что она лукавит. Девушку с головой выдавало то, что она время от времени импульсивно брала его за руку. Хотя её ладонь соприкасалась с его совершенно считанные секунды, Невиллу хватило этих мимолётных моментов, чтобы понять настроение Пэнси.

«Как жаль, что здесь нет никого, с кем Пэнси могла бы завести беседу, — с сочувствием подумал мужчина. И тут он почувствовал укол совести. Гости бала — в подавляющем большинстве члены Ордена Феникса и ОД. — Вряд ли здесь есть кто-то, кто бы не вспомнил о её тёмном прошлом».

— Хочешь, принесу тебе пунш? — спросил он у девушки.

Прежде чем Пэнси успела дать ответ, игравшая в зале музыка внезапно прервалась. На сцену поднялись Рольф Скамандер и Луна. Колдунья, одетая в мантию из переливающейся всеми цветами радуги ткани, держала в руках резную деревянную шкатулку.

— Дорогие друзья! Попрошу минуточку вашего внимания, — обратился к гостям Рольф.

Заметив, что его слова достигли своей цели, колдун подал знак рукой Луне. После него девушка открыла крышку шкатулки, и оттуда выпорхнули пестрокрылые бабочки. Они полетели в зал и закружились над головами гостей. При каждом взмахе крыльев с них стала сыпаться сверкающая пыльца, вызвав у некоторых девушек восторженные вздохи. Постепенно одна за одной бабочки опустились на головы некоторых дам и замерли. Одна, с зелёно-фиолетовыми крыльями, украсила причёску Пэнси.

— Милые дамы, — галантно произнёс Рольф, — те, кого выбрали наши бабочки, попрошу вас подняться к нам на сцену.

Пэнси на несколько мгновений замешкалась, но, взяв себя в руки, с гордо поднятой головой прошла к сцене. Несколько минут спустя рядом с Рольфом и Луной стояли семь девушек. Среди них была и Гермиона Грейнджер-Уизли.

— Какой очаровательный выбор сделали бабочки, — заметил Скамандер, одарив их обаятельной улыбкой, и обратился остальным гостям. — Приносим вам свои извинения, но теперь вам нужно выкупить ваших дам.

— Да начнется аукцион спутниц! — торжественно объявила Луна.

«Только этого не хватало! — мысленно воскликнула Пэнси, желая провалиться под землю. — Хвала Салазару, я хотя бы не первая и не последняя».

— При желании можете выкупить и чужую спутницу, а она подарит вам три танца, — объявил условие Рольф.

— Не скупитесь. Все собранные средства пойдут в фонд экспедиции, — добавила его напарница.

— Итак начнем. Первый лот — наша обаятельная Ханна. Начнем с тридцати галлеонов.

Торги шли весьма бодро, и количество девушек уменьшалось. За Гермиону — как и ожидалась — разразилась настоящая битва между Уизли и Поттером. Соперничество шло у них в шутливой манере. Гермиона же подбадривала супруга со сцены, притворно умоляя его не уступать Гарри, пусть даже их это разорит. В итоге Рон заявил цену в двести семьдесят галлеонов, выкупив супругу.

— Перейдем к нашему шестому лоту — Пэнси Паркинсон, — объявил Рольф, переключая внимание на Пэнси. — Начнём с тридцати.

Объявленная цена повисла в воздухе. Сохраняя ледяное спокойствие, она пыталась отстраниться от происходящего. И всё-таки ей не удалось пропустить мимо ушей колкий шепоток:

— Если только кнатов.

Горечь обиды наполнила душу Пэнси. Чтобы сдержать подступающие слёзы, девушка так сильно сжала кулаки, что ногти до боли вонзились в ладони. Рольф собирался сделать объявление о снижении цены, как его остановил твёрдый и чёткий выкрик:

— Триста!

Гости повернули голову в сторону того, кто выкрикнул такую (неразумную за слизеринскую змею) сумму. Это был Невилл. Он уверенным шагом шёл к сцене. Колдун быстро расписался в чековой книге фонда, затем протянул руку Пэнси, которую девушка, не мешкая и секунды, приняла. Они спустились к слегка ошарашенной толпе и, пока «продавали» седьмую девушку, не проронили и слова. Едва музыка вновь заиграла, Невилл обратился к Пэнси:

— Давай потанцуем?

Девушка кивнула вместо ответа и протянула ему свободную ладонь, так как в другой она крепко держала руку мужчины.

— Надеюсь, что не оттопчу тебе ноги, — шутливо предупредил её Невилл.

— Хорошо, профессор, я позабочусь о своих ногах.

Уже вальсируя, Пэнси поняла, что партнер совсем не лукавил. Ей пришлось использовать свою реакцию и все умения, связанные с танцами, чтобы уберечь свои ноги и не сбиться с нужного ритма. Со стороны их пара танцевала вполне гармонично.

— Тебе стоило остановиться на тридцати, — стараясь не встречаться взглядом с Невиллом, произнесла Пэнси.

— Отчасти я виноват в произошедшем, — ответил мужчина.

— Но триста галлеонов… — не без упрёка напомнила она.

— Ты можешь вернуть их мне, если это кажется оскорбительным, — пряча улыбку, предложил он.

— Вот ещё! — возмутилась она. — Я-то точно не тянула тебя за язык, — девушка широко улыбнулась.

— Что тебя так порадовало? — поинтересовался Невилл.

— До чего же приятно обойти золотую Грейнджер, — не без злорадства ответила Пэнси.

Прежде чем он успел высказать замечание, девушка прижалась щекой к его плечу. Исходивший от её волос едва уловимый цветочный аромат и неожиданность этого жеста заставили сердце в груди мужчины бешено биться. Ещё одной стрелой для Невилла стала тихо, с почти ласковыми интонациями произнесенная Пэнси фраза:

— Спасибо тебе, Невилл, за этот кусочек счастья.


У нас появился канал в телеграме.

https://t.me/+Kg1phjJXrkc4MTcy

Там пока пусто, но в будущем появятся анонсы выхода новых работ и глав.

Глава опубликована: 21.01.2024

8. Раз-два-три

Невилл занимался проверкой домашней работы, то и дело подмечая ошибки, которыми пестрели записи учеников, и с понимающей улыбкой списывал их на вызванное Рождеством и грядущими каникулами нетерпение. Незаметно для хозяина кабинета в приоткрытое окно шмыгнула небольшая пёстрая сова и, сделав над головой человека круг, уронила на стол пухлый конверт. Громкий шлепок привлёк внимание мужчины, и только тут он заметил коричневый свёрток и пернатую гостью, которая уже летела к окну. По почерку на конверте он сразу понял, что посылка от бабушки. Прекрасно зная характер миссис Долгопупс, Невилл не без опаски надорвал бумагу. На стол выпали две скрепленные между собой газетные страницы, к которым была пришпилена записка от Августы.

«А я даже не догадывалась, что ты на славу отдохнул на благотворительном балу. Надо же! Триста галлеонов за один вечер, Невилл! Мерлин, ну ты меня и удивил. Хотя ты уже взрослый, учишь чужих детей, но иногда ведёшь себя как мальчишка.

P.S. Говорила за завтраком с Паркинсон о произошедшем, так знаешь, что она мне сказала? Цитирую: «…В следующий раз постараюсь втянуть вашего внука в ещё больший скандал». Какова змеюка, а?

P.P.S. Дорогой мой внук, мы должны признать тот факт, что ты отвратительно танцуешь».

Читая послание от бабушки, Невилл чётко слышал в голове голос Августы, будто она сидела напротив и говорила с ним. Мужчина отложил в сторону письмо и посмотрел на присланные родственницей страницы. Первая была из «Придиры», а вторая — из «Пророка» (статья была продублирована из журнала Лавгуда). Всё было проиллюстрировано десятком колдоснимков с бала. Луна лично прислала ему только отпечатанный экземпляр «Придиры» пару дней тому назад. То, что в «Пророке» напечатали ту же статью, для Невилла было полной неожиданностью. Когда за завтраком он обнаружил это (и едва не подавился овсяной кашей), то искренне взмолился высшим силам, чтобы Августа, по своему обыкновению, не стала читать газету дальше третьей страницы. Но его мольбы остались не услышаны.

«Надеюсь, бабушка не съест её заживо до моего визита в Липовую аллею, — глядя на два колдоснимка из серии — на первом он уводил Пэнси со сцены, а на втором они вальсировали, — не без беспокойства подумал Невилл. — А бабушка всё-таки права…»


* * *


Пэнси с раздражением смяла письмо, так и не дочитав его до конца, и выкинула в корзину для мусора. В голову скользнула мысль поджечь содержимое корзины, чтобы превратить в пепел разозливший её кусок бумаги.

«Как же бесит! — сердито про себя воскликнула девушка и мысленно обратилась к отправителю: — Засунь свои советы и нотации себе в задницу!»

— Кхм, я могу войти? — вторгся в её мысли мужской голос.

Пэнси повернулась к двери и увидела прислонившегося плечом к дверному косяку Невилла. Девушка нахмурилась ещё больше и решила выплеснуть на него вызванное другим негодование.

— Ты почему зашёл в мою комнату?! — возмущенно воскликнула она.

— Так не заперто было… — попытался защититься он.

— Ну и что из этого?! — перебила Пэнси. — А если бы я переодевалась?!

— Не думаю, что увидел бы нечто невероятное… — выпалил Невилл, прежде чем успел подумать. И, когда мозг догнал язык, спешно добавил: — Пэнси, прости…

Зелёные глаза девушки недобро блеснули, а голос приобрёл обманчиво-дружелюбные интонации:

— Так ты думаешь, что я не могу тебя впечатлить? — она встала на ноги, не прерывая зрительного контакта с ним.

— Мерлин, я совсем не это хотел сказать… — краснея, начал оправдываться Невилл и, заметив, как девушка принялась расстёгивать пуговицы на своей кофте, нервно воскликнул: — Ты что творишь?

— Переодеваюсь, профессор, — с поразительным спокойствием ответила Пэнси, пока её пальцы порхали от одной пуговки к следующей. — Тут довольно жарко.

— Подожди пять секунд, я уйду, — нервно сглотнув, сказал мужчина.

— Не нужно, ведь ничего впечатляющего вы не увидите, профессор, — ответила девушка, добравшись до предпоследней пуговицы, при этом обнажив вертикальную полоску бледной кожи и кусок темно-лилового бюстгальтера. Невинным голосом она добавила: — Надо же… вы покраснели как помидор, профессор. С чего бы это?

— Ты должна остановиться, — серьёзным тоном произнёс Невилл.

— Почему? Я ведь сейчас в своей комнате и хочу переодеться, — продолжала гнуть свою линию Пэнси.

Едва её пальцы коснулись последней пуговицы, он оказался рядом с ней и, накрыв её кисти своими, твёрдо с властными нотками в голосе сказал:

— Прекрати это.

— Не вижу причин…

— Я не хочу, чтобы ты потом жалела о произошедшем, — Невилл убрал руки с её и принялся застегивать кофту.

— Как заботливо с твоей стороны, аж тошно, — фыркнула Пэнси, но всё-таки не стала ему мешать.

— Тут бы больше подошло обычное «спасибо».

— Не боишься, что я сейчас закричу? — прищурив глаза и наклонив набок голову, поинтересовалась девушка.

— Бабушка говорила о твоих планах поскандалить со мной, — пряча улыбку, ответил мужчина.

— Вот же старая карга!..

— Тебе не кажется, что скандал выйдет мелким, если ты сейчас закричишь? — резонно подметил он, продолжая застёгивать пуговицы.

— Возможно и так, но этого хватит, чтобы вызвать приступ у твоей бабки, — изучающе рассматривая его спокойное, почти безэмоциональное лицо, парировала она.

— Может, обойдемся без этого, — мягко улыбнулся Невилл, — я понял, что совершил ошибку, войдя к тебе без стука, — застегнул последнюю верхнюю пуговицу и отошёл от девушки на пару шагов.

— Так и зачем ты пришёл? — сложив руки на груди, спросила Пэнси.

— Я хотел попросить тебя дать мне урок танцев.

— Серьёзно? — она скептически приподняла брови.

— Совершенно, — кивнул мужчина. — Или ты хочешь, чтобы я оттоптал тебе ноги на вечеринке у Малфоев?

Пэнси припомнила, как они танцевали на благотворительном балу, затем перед её мысленным взором ярко предстало ухмыляющееся лицо Тео. Девушка тут же решила, что отказывать Долгопупсу — себе дороже.

— Я видела, у твоей бабки в гостиной есть патефон. Думаю, мы можем потренироваться там, только нужно убрать мебель в сторону.

— Хорошо, всё устрою.

— Тогда увидимся через полчаса. Времени, чтобы тебя научить сносно танцевать не так много. Так что не будем зазря его тратить.

— Я пойду подготовлю гостиную, — сказал Невилл и направился к двери. Задержавшись на пороге, добавил: — Должен признаться, я всё-таки увидел нечто невероятное.

— И что же?

— Фиолетовый цвет, — с кошачьей улыбкой ответил он и скрылся за дверью, прежде чем она успела отреагировать.

Пэнси невольно рассмеялась.

— А ведь строит из себя пай-мальчика, — закатив глаза, озвучила свою мысль девушка.


* * *


Приглушённые звуки музыки встретили вернувшуюся от старой подруги Августу. Следуя за ними, она подошла к дверям гостиной, из-за которых к мелодии присоединились смех и притворно сердитый возглас Паркинсон:

— Салазар, ну сколько можно?!

— Прошу терпения, профессор, — шутливо ответил девушке Невилл.

— Даже у камня бы лопнуло! Нужно придумать наказание, может, тогда ты перестанешь сбиваться с ритма и наступать мне на ноги.

— Не уверен, что это поможет…

— Ну, не знаю, — протянула Паркинсон и добавила: — Вот наш декан всегда считал, что несколько часов за чисткой котлов и баков для лягушек творят чудеса с непослушными и нерадивыми.

— Уверяю тебя, профессор Снейп до сих пор так считает и практикует данную педагогическую методику.

— Жуть! Как вспомню об этих баках, так вздрогну.

— Стоп, а ты разве?.. — изумился он.

— Были грешки в подростковом возрасте, — уклончиво ответила она.

— И какие?

Паркинсон не ответила, ведь мелодия резко оборвалась, и раздалось громкое неприятное шипение.

— Ну вот, заряд закончился, — не без огорчения заметила девушка.

— Сейчас всё исправлю, — безмятежным тоном сказал Невилл. — Всё равно нужно начать всё сначала.

— И не единожды, — с иронией в голосе произнесла она.

Пока внук исправлял неполадку со стареньким патефоном, ведомая характерным для пожилых дам любопытством, миссис Долгопупс произнесла заклинание, которое позволило ей увидеть то, что происходит в гостиной. Вся мебель была отодвинута к стенам, чтобы освободить место для танца. Едва музыка вновь заиграла, Паркинсон подошла к Невиллу и, кладя его руку себе на талию, менторским тоном произнесла:

— Считай вместе со мной, чтобы не сбиться.

— Как скажешь, Пэнси.

— И раз-два-три…

— И раз-два-три, — вторил он ей.

— Раз-два-ой! — отскочив от партнера, воскликнула девушка. — Салазорову мать!

— Прости!.. — виновато произнёс он.

— Угу, продолжаем, — мученически простонала партнёрша.

Некоторое время спустя, всё-таки найдя общий ритм, их вальсирование стало сносным. Наблюдая за танцующей парой, Августа не смогла не подметить, какие взгляды внук бросает на Паркинсон.

«Она ведь тебе не подходит, — мысленно обратилась она к нему. — Эта девочка тебе не пара!»

Сердце пожилой колдуньи тоскливо сжалось, заставив память послужить своеобразным маховиком времени. Миссис Долгопупс перенеслась на волнах воспоминаний на несколько десятков лет назад, и на месте Невилла и Пэнси она уже видела Фрэнка и Алису. Они были очаровательно юны и веселы. Как же её сын любил танцевать и шутить… Жизнерадостная Алиса всегда смеялась над его самыми глупыми проделками. И они были влюблены друг в друга по уши. Миссис Долгопупс невестка казалась до ужаса поверхностной и несерьёзной, сущим ребенком, хотя, как и Фрэнк, служила в рядах мракоборцев. Она так переживала о том, как же её замечательный сын будет жить с такой инфантильной особой. Но пришла война, подобно урагану сломавшая не одну жизнь. И только после произошедшей трагедии миссис Долгопупс осознала, как была неправа, считая Алису не парой для своего сына. Но осознание пришло слишком поздно…

Теперь, глядя на своего внука, который, возможно, был очарован неподходящей ему девушкой, Августа задалась вопросом:

«А стоит ли в это вмешиваться? — и тут же нашла для себя ответ. — Они оба взрослые, да и не факт, что зайдут дальше флирта. Уж слишком они разные. Не нужно мне переживать, ведь время расставит всё по местам».

Старая колдунья решила, что на сегодня с неё хватит совать нос в чужие дела, и уж лучше она поднимется в свой кабинет, выпьет чай и просмотрит свежий каталог магических камней. Снимая чары, она невольно подумала:

«Всё-таки он мне не соврал, когда говорил, что не такой, как кузен Эндрю».

Глава опубликована: 25.02.2024

9. На кончиках ресниц

Оторвавшись от газеты, Невилл посмотрел на напольные часы в углу гостиной и отметил, что до оговоренного с Пэнси времени осталось семь минут. Он почувствовал, как по нервной системе пробежало нетерпение, задевая чувствительные точки. С тяжелым вздохом ему пришлось признать, что его попытка занять себя чтением новостей, чтобы отвлечься от ожидания, с треском провалилась.

«Я буду выглядеть дураком, если стану ждать еë у лестницы», — попытался внушить себе Невилл.

Всë же в итоге сила духа его подвела. Мужчина бросил газету на журнальный столик, встал с кресла и направился вон из гостиной. В тот момент, когда он только подошёл к подножью лестницы, на еë верхней ступени появилась Пэнси. В шифоновом бледно-фиолетовом платье и полупрозрачной мантии ему в тон девушка казалась такой хрупкой и невесомой. Очарованный еë появлением, Невилл замер на месте. Сердце в его груди забилось в такт еë лëгким шагам. Чувствуя на себе его восхищенный взгляд, Пэнси неожиданно испытала приятный трепет.

«Всë-таки любой девушке лестно осознавать, что она прекрасна не только в своих собственных глазах», — мысленно оправдывала она себя за волнение, которое пробудилось в ней из-за его внимания.

Оказавшись друг напротив друга, они на двоих разделили момент, в котором слова были лишними, а связью стал диалог, выраженный во взглядах. Охватившее их единение разрушил раздавшийся с лестничной площадки второго этажа ворчливый голос Августы:

— Я думала, что вы уже ушли.

— Мы сейчас… — растерянно ответил Невилл, чувствуя, как его уши краснеют, — Пэнси, ты готова?

— Да, конечно, — испытывая смущение, произнесла та.

С вызванной пристальным тяжëлым взглядом бабушки неловкостью он протянул руку Пэнси, которую она, несколько помедлив, приняла. Затем они пошли к входным дверям и с крыльца трансгрессировали в Малфой-мэнор. Едва дом опустел, миссис Долгопупс позволила добродушному смешку слететь с губ и, покачав головой из стороны в сторону, проворчала:

— Вроде оба взрослые, а застеснялись, точно школьники.

В голове у неë всплыло недавнее воспоминание: она открыла дверь кабинета и увидела стоящую в паре шагов от лестничной площадки Паркинсон, которая нервно теребила край мантии и смотрела на висевшие дальше по коридору часы. Услышав доносящиеся снизу шаги — медведи по лесу тише передвигаются, чем Невилл, — она двинулась к нему навстречу.

«Девчонка определенно выжидала время для эффектного появления, — подумала Августа. — Это уже о чëм-то да говорит».


* * *


Едва Пэнси и Невилл пересекли порог особняка Малфоев, как их разделили. Дафна подхватила подругу и увела её со словами, что ту очень ждёт Астория. Оставшись один, Невилл присоединился к основной толпе приглашённых на свадьбу. Несмотря на то, что в блистающем великолепием зале было оживлённо, он ощущал острое одиночество, а пущенные в его сторону косые взгляды и едкие комментарии (от особо смелых) усиливали его ощущение.

«Теперь я на собственной шкуре понимаю, что испытывала Пэнси на благотворительном балу», — подумал Невилл после безрезультатной попытки завязать разговор с Джастином Маккалоу, колдуном из Австралии, и тем самым хоть как-то слиться с толпой.

И вот среди снобских и горделивых лиц он заметил профиль Луны. Почувствовав на своём лице его внимательный взгляд, девушка повернула в его сторону голову и широко улыбнулась. Ей понадобилось всего пара минут, чтобы плавно пролавировать между гостей и оказаться возле друга. Шёлковое серебристо-голубое платье, расшитое узором из разноцветных тропических рыб, с длинными широкими рукавами, как у кимоно, точно поток обтекало её хрупкую фигурку. Волосы украшали заколки, напоминающие кораллы, а уши — переливающиеся перламутром, прозрачные серьги-медузы.

— Привет! Не думала, что увижу тебя здесь, Нев, — сказала Луна.

— То же самое могу сказать о тебе, Луна, — ответил Невилл.

— Всё потому, что ты бессовестно увёл у Тео партнёршу, — она нахмурилась.

— Значит, Нотт поплакался тебе, а ты его пожалела и согласилась стать его спутницей, — предположил друг.

— Вроде того, — кивнула девушка, — мне пришлось спасать ситуацию.

— Тебе стоит быть внимательнее, Луна, и поменьше доверять ему, — не скрывая своего беспокойства, произнёс он.

— Ох, Нев, не будь так предвзят к Тео…

— Ведь он такой душка на самом деле.

— Вот когда ты говоришь это, всё звучит как-то совсем не очень… — сморщила носик Луна, после хитро прищурила глаза и, положив ему на плечо руку, задала самый неожиданный вопрос: — А ты случайно не ревнуешь, Нев?


* * *


Льющийся из окон особняка золотистый свет, отражаясь от свежевыпавшего снежного покрова, рассеивал царившую на пустой террасе ночную темноту. Пэнси поставила левую ногу на покрытую снегом каменную скамейку, ухватилась за подол платья и, борясь с рюшами и жесткой нижней многослойной юбкой из тюля, подняла его до кружевной гартеры, к которой был прикреплён небольшой серебряный портсигар. Его украшал узор в виде оплетающей корпус змейки из маленьких зелёных александритов. Отцепив футляр, девушка тут же вынула сигарету и закурила. Ощутив на кончике языка горечь, она почувствовала, как напряжение начало отпускать её.

«Вечер оказался намного веселее, чем я предполагала…» — выпустив дым, мрачно подумала Пэнси.

~~~

Всё веселье началось с того, что чуть ли не в дверях Малфой-мэнора в неë крепко вцепилась Дафна и быстрым шагом увела за собой в комнату, где к свадебной церемонии готовилась Астория. По пути подруга лишь смутно намекнула, что дело очень важное. Едва дверь в комнату открылась, их встретила невеста. Обняв Пэнси, Астория быстро протараторила:

— Ох, Пэнс, дорогая! Я в ужасной беде! Мариэтта неожиданно заболела… — еë глаза заблестели.

— И теперь нет подружки невесты, — закончила за сестру Дафна.

— И что теперь будете делать? — поинтересовалась Паркинсон, хотя прекрасно понимала, куда они клонят и в какую западню она угодила.

— Пэнс, прошу тебя, выручи нас, — взяв её за руки, умоляюще произнесла та, на чьем месте хотела быть сама Пэнси. — Прошу, прошу, прошу тебя, согласись.

О, как же ей хотелось отказать и даже не просто хотелось, она намеревалась сказать такое сладкое «Нет!», но губы против воли хозяйки сложились в предательское и пропитанное горечью разбитых надежд:

— Я согласна…

— Ура, Пэнс! — радостно воскликнула Астория и от избытка чувств чуть не задушила подругу в объятьях. — Ты просто ангел!

— Так, Пэнс, тебя нужно срочно переодеть в платье подружки, — деловым тоном сказала Дафна.

В считанные минуты фиолетовое платье сменилось на персиковое с пышной, щедро украшенной рюшами юбкой. Пока сёстры Гринграсс весело щебетали, Пэнси молча проклинала себя и тот день, когда она всё-таки решилась прийти на свадьбу Драко и Астории…

~~~

— У тебя дивная ножка, но лучше поправь юбку, а то можешь замерзнуть, — возникнув рядом с Пэнси, произнёс Невилл.

Его внезапное появление прервало поток неприятных мыслей и воспоминаний. Она повернула голову в его сторону. С губ чуть не слетело грубое слово, но девушка решила обойтись испепеляющим взглядом, а после отвернулась. У Пэнси в ушах ещё звучали ехидные слова Тео, с которым они пересеклись возле стола с фонтаном пунша: «Пусть вы и пришли вместе, но он всё равно крутится возле своей подружки. Интересно, как скоро они уединятся, чтобы Долгопупс мог запустить руку под юбку этой блаженной? Ты ведь ему не нужна, голубка». Но всё же она прислушалась к совету Невилла: резким движением одёрнула юбку.

— Как ты? — вынимая из кармана сигаретную пачку, участливо спросил он.

— Не переживай, — угрюмо бросила Пэнси, — не замерзла.

— Я спрашиваю у тебя, как ты чувствуешь себя в целом, — туша резким взмахом спичку, пояснил Невилл.

— Зачем тебе знать, как я себя чувствую?

— Я тебя обидел?

— Нет. Просто совершенно не вижу причины, по которой ты решил лезть ко мне в душу, — сердито ответила она.

— Всë-таки обиделась, — сделав затяжку, спокойным тоном заключил он.

— Я уже сказала, что это не твоë дело, Долгопупс, — процедила сквозь зубы девушка.

Тот предпочёл промолчать в ответ. Так они в полном молчании стояли бок о бок, курили и смотрели на заснеженный пейзаж под темно-синим звëздным небом. Докурив первую, закурили следующую сигарету. Невилл заметил, что Пэнси чуть дрожит, снял свою мантию и накинул её на плечи девушке со словами:

— Так будет гораздо теплее.

— Угу, — односложно ответила она, но про себя согласилась с его словами. Ей и правда стало теплее в согретой его телом накидке.

— Слушай, Пэнси, а Нотт сказал тебе, что ты сегодня красивая? — чуть ссутулившись и засунув руки в карман брюк, спросил Невилл.

— Конечно, сказал… — буркнула Пэнси.

Девушка откровенно кривила душой. К моменту, когда она пересеклась с Тео, тот успел выпить, и его воображения хватило лишь на предложение помочь снять с неё платье подружки в одном из укромных уголков Малфой-мэнора. Но ей не хотелось делиться с собеседником этим.

— Он тебе нагло соврал, — криво хмыкнул Невилл.

— Что?! — словно ошпаренная кошка, воскликнула она.

— То, что услышала, — в ответ на её реакцию улыбнулся он. — Это платье просто ужасно.

«Неужели и он туда же?.. — подумала девушка, но тут же с сильным сомнением отпихнула мысль в сторону. — О чём я вообще думаю? Он же мистер пай-мальчик».

— Ты и подружке свой сказал, что она выглядит кошмарно, ведь моë платье гораздо лучше? — с едкими интонациями в голосе поинтересовалась Пэнси.

— Я не обратил особого внимания на Луну, — честно ответил он.

— Ну да, ну да, — с доброй долей скепсиса произнесла девушка. — Я-то видела, как ты, словно приклеенный, крутился вокруг Лавгуд.

«А ты случайно не ревнуешь, Нев?» — в его ушах неожиданно зазвучали сказанные Луной слова.

Под влиянием необъяснимого импульса мужчина повторил их, заменив своё имя на имя собеседницы.

— Нет! — сверкая зелёными глазами, воскликнула та. Про себя она обрадовалась, что слабое освещение скрывает то, что её щёки залились густой краской.

— А я вот да… — хрипло ответил он.

— Что? — в полной растерянности выдохнула девушка.

Глядя ей прямо в глаза, Невилл с нежностью взял Пэнси за руки и, постепенно притягивая еë к себе, начал своё признание:

— Меня словно огнём жгло каждый раз, когда Нотт пересекал границы твоего личного пространства, склонялся к тебе… Ответь мне, Пэнси, это плохо?

— Нет… хорошо, — произнесла та, чувствуя, как по спине пробежали приятные мурашки, а ноги стали терять свою устойчивость.

— Ты уверена в этом, Пэнси?..

— А ты, Невилл?

— Я уверен сейчас только в одном…

— И в чём же? — спросила она, чувствуя, как сердце в груди сжалось от сладкого предвкушения.

Невилл наклонился к Пэнси, а она, встав на цыпочки, потянулась к нему навстречу. Сначала их губы соприкоснулись с такой невесомой легкостью, напоминающей прикосновение крыла бабочки или тёплого ветерка, но затем чувства подхватили их обжигающим потоком, стремительно унося прочь и оставляя реальность где-то на самой периферии. Остались только он и она. И пропитанное чистейшим счастьем время для них двоих.

Глава опубликована: 17.05.2024

10. Затаённые чувства

Тео, довольно мурлыча себе под нос мелодию, наливал себе ещё пунша, когда к нему подошла Луна. Лавгуд перехватила у Нотта бокал и, забрав его из рук мужчины, с улыбкой сказала:

— Спасибо, Тео. Я как раз хотела выпить.

— Так и налила бы себе сама, зайка, — недовольно буркнул он.

— Ну, ты ведь понимаешь, так приятно, когда за тобой ухаживают, — пропустив мимо ушей грубые интонации, ответила она и пригубила пунш.

— Ну ещё бы, — хмыкнул Нотт. — А вот мне было бы приятно, если бы ты не вырывала у меня бокал из рук.

Заметив, что её подопечный потянулся за другим, Луна перехватила его руку и, обмахивая себя свободной ладонью, сказала:

— Фух, тут слегка душновато. Давай выйдем на свежий воздух.

— А мне вполне нормально, — пожав плечами, с равнодушием ответил Тео, — так что, если тебе душно, можешь пойти прогуляться сама, зайка, — и попытался освободиться от пальцев девушки.

— Честно говоря, я здесь впервые и мне нужен сопровождающий, — улыбнулась она ему, не ослабляя хватки, и потянула его за собой.

Чисто ради забавы Нотт сделал пару шагов за Лавгуд, затем остановился и резко потянул на себя руку, в которую крепко вцепилась девушка. От неожиданности она потеряла равновесие и уткнулась лицом ему в грудь. Заметив, что его запястье в плену девичьих пальцев. Тео криво ухмыльнулся и сказал:

— Ты ведь пытаешься помешать мне напиться, зайка?

— А ты мне усердно мешаешь, — недовольно ответила Луна.

— Просто ты взялась за бесполезное дело, зайка.

— Всё равно можно попробовать, — глядя прямо в глаза, ответила она и сдула упавшую на лицо прядь волос.

То ли от её упрямого взгляда, то ли из-за их маленькой борьбы, то ли из-за того, что они находились в неком подобии объятий, а может, всё вместе плюс выпитый алкоголь, но на несколько мгновений Теодору, кровь которого взбудоражили все эти факторы, Лавгуд показалась весьма интересной, даже привлекательной в сексуальном плане.

«Кажется, мне и правда не повредит свежий воздух, раз меня потянуло к этой назойливой святоше», — подумал Тео, а вслух сказал:

— Хорошо, зайка. Пошли прогуляемся.

Нотт повёл Луну в сторону незастеклённой террасы. Он знал Малфой-мэнор не хуже родного дома, поэтому они быстро оказались на улице. Свежий морозный воздух чуть прочистил голову Тео.

— Ой! — тихо, почти шёпотом воскликнула Луна и быстро добавила: — Давай вернёмся обратно, Тео.

— С чего бы? — спросил он. — Мы ведь только вышли.

— Ну… тут холоднее, чем я думала, — ответила девушка.

— Раз тебе холодно, зайка, то я могу обнять тебя и согреть, — с шутливой игривостью в голосе сказал Тео.

Притворившись, что собирается подтвердить свои слова действием, Нотт повернулся к Лавгуд и увидел, что на её щеках проступил румянец. Она смущенно отводила взгляд, но вот он явно не был причиной стеснения девушки. Теодор посмотрел в ту сторону, куда пыталась не смотреть Луна.

— Надо же! — пораженно произнёс он, увидев, что именно смутило Лавгуд: целующиеся Долгопупс и Пэнси. Для него это стало ударом под дых.

— Давай уйдём, Тео, — попросила его девушка.

— Да нам вовсю изменяют, зайка, — криво усмехнулся Нотт, чувствуя, как начинает закипать от злости: — Имеем полное право вмешаться и испортить…

Наполненный до предела гневом и ревностью, Тео сделал пару шагов в сторону целующейся пары, но его за локоть цепко схватила Луна и с нехарактерной для неё твёрдостью в голосе сказала:

— Мы уходим домой, — и трансгрессировала вместе с Ноттом в коттедж Лавгудов.

Едва они растворились в воздухе, как Пэнси и Невилл прекратили поцелуй, но не разжали объятий.

— Кажется, я слышала хлопок, — произнесла она.

— Наверное, это отголосок фейерверка, — предположил он.

— Какого ещё фейерверка? — чуть нахмурилась девушка.

— Того, что появляется перед глазами, когда целуешься. Я как раз один такой видел.

Его ответ рассмешил Пэнси.

— Мерлин, давно не слышала такой романтической чуши, — беззлобно фыркнула Паркинсон.

— Рад, что позабавил…

— Нет, это очень мило. И ты тоже, Невилл, милый, — прижавшись щекой к его груди, прервала Пэнси и с игривой улыбкой предложила: — Может, ещё раз запустим твой фейерверк?

Её предложение было слишком заманчивым, чтобы оттягивать его исполнение словами.


* * *


Когда Пэнси пришла на очередную приятельскую встречу в «Волчьем изумруде», из их обычной компании не было только молодожёнов. К своему удивлению, девушка осознала, что их отсутствие практически не расстроило еë. Сейчас еë мысли в большей степени были заняты тем, что зарождалось между ней и Невиллом. Происходящее наполняло сердце Пэнси сладким трепетом и в то же время пугало. Сегодня она едва не решилась пропустить встречу, чтобы провести вечер вместе с ним в теплице.

Компания пыталась, чтобы вечер протекал как обычно, за непринужденной приятельской беседой. Вот только всё равно ощущалось отсутствие Драко — без его шуток разговор стал несколько скучнее и базировался на рассказах супругов Забини об их бизнесе — и Астории.

— Всë-таки без рассказов Драко о жизни в семейке Уизли как-то скучно, — положив голову на колени Дафны, сказал Блейз.

— С тобой и не поспоришь, милый, — согласилась его супруга. — Нужно будет отругать сестрицу за монополию на мужа.

— Пэнс может попробовать заменить Драко, — с насмешкой в голосе сказал Тео и, прищурив левый глаз, посмотрел на сидевшую напротив Пэнси через бокал с лимонной водкой со льдом.

— О чём это он, Пэнс? — бросив заинтересованный взгляд на подругу, спросила Дафна.

— Ни о чём, — пожав плечами, с равнодушием в голосе ответила та. — Просто он уже пьян.

— Конечно-конечно, друзья мои, я пьян, — хохотнул Нотт. Затем залпом выпил содержимое бокала и добавил: — Но как же мне не пить, когда моë сердце не просто разбито, а втоптано в грязь?

— По какому поводу сейчас спектакль? — с доброй долей иронии спросил Блейз.

— Пусть всё вам расскажет Пэнси, — с наигранным страданием в голосе ответил Теодор и налил себе в бокал ещё водки.

— Мне не о чем рассказывать, — сухо произнесла она.

— Разве? А я вот думаю, у тебя есть что рассказать Дафне и Блейзу, — игнорируя посланный ему испепеляющий взгляд, упорствовал он.

— Может, перестанете, а? — вмешалась в их пикировку Дафна. — Голова уже трещит. Расскажите уже, о чём именно мы должны знать, пока мы с Блейзом не умерли от любопытства.

— Хорошо! — воскликнул Тео, сделал быстрый глоток и продолжил: — Наша дорогая мисс Недотрога спуталась с внучком своей надзирательницы.

— Что?! — в один голос воскликнули супруги Забини.

Эта новость заставила Блейза поднять голову с колен жены и сесть. Они уставились на подругу так, словно у неё выросла ещё одна пара рук или голову украсили пара ветвистых рогов.

— Пэнс, дорогая, скажи, пожалуйста, что у Тео алкогольное отравление, — недоверчиво произнесла Дафна.

— Можно я ничего не буду говорить? — ответила Пэнси, ощутив, как внутри всё неприятно перевернулось, словно ей в душу запустили грязные и холодные руки и перемешали всё.

— Значит, это правда, — пораженно произнесла подруга.

— С ума сойти! — присвистнул Забини.

— А ещё она целовалась с ним на свадьбе Драко и Астории, — добил ещё одним фактом сверху Нотт.

— Ого! — только и могла воскликнуть Дафна.

— Ну ты даёшь, сестричка! — рассмеялся Блейз и захлопал в ладоши.

— Ну спасибо, Тео, — процедила сквозь зубы Паркинсон и точно бы убила его взглядом, если бы могла. Крепко сжав кулаки, она вскочила на ноги и бросила супругам Забини: — Спасибо за вечер, но мне уже пора.

— Да брось ты, Пэнс, не надо уходить, — в один голос протестующе воскликнули они.

— Не мешайте этой лживой сердцеедке отвоёвывать славу у Лаверны де Монморанси(1), — сказал Нотт и прикончил очередной бокал.

— Да заткнись ты уже, Тео, — шикнула на него Дафна. Она подбежала к подруге и, положив руку ей на плечо, ласково произнесла: — Золотко, не обращай внимания на Тео. Ты же знаешь, он та ещё свинья, когда выпьет. Пожалуйста, останься с нами. Мы ведь так редко видимся и… — громкий смех Тео прервал её.

— Даф, признайся, что тебе хочется побольше узнать, — сквозь смех сказал Нотт. — К примеру, о том, трахалась ли она уже с приятелем Поттера?

— Тео, закрой свой рот, — попытался успокоить друга Блейз, — пока серьёзно не пожалел об этом.

— Ой, да ладно, — фыркнул тот, только распалившись от слов Забини. — Знаете, я и сам могу ответить на вопрос: трахались ли они?..

— Тео!.. — закричали на него в один голос супруги Забини.

— Нет. А если и да, то это ненадолго. Ведь зачем профессору Хогвартса нужна преступница, когда у него есть очаровашка Лавгуд, у которой в голове, конечно, полный бардак, но прекрасная репутация? Короче, голубка, будь готова, что тебя в скором будущем отправят в мусорную корзину, — с извращенным торжеством в голосе закончил Нотт.

Злорадная улыбка на его лице надолго не задержалась. Пэнси в считанные секунды оказалась возле Теодора и со всего размаха дала ему звонкую пощёчину. Тяжело дыша и пылая глазами от злости, девушка бросила ему:

— Надеюсь, ты выговорился?! — затем развернулась и под прицелом ошарашенных взглядов стремительным шагом покинула комнату.

Прежде чем она успела захлопнуть за собой дверь, до её ушей успел долететь фрагмент диалога между Дафной и Ноттом.

— Ну что, Тео, ты доволен собой?

— Буду, когда всё случится именно так, как я сказал…

Оказавшись на улице, Пэнси стала с жадностью вдыхать холодный воздух, который помог девушке не разреветься. Слова Нотта, словно веревка из свежей крапивы, обвили еë сердце и жгли, жалили, кусали… Он озвучил её страхи, которые приходили в голову перед сном и в часы полного одиночества. Ничто не приносит боли больше, чем правда, которую не хочешь услышать. Как же Пэнси хотелось перенестись в Липовую аллею и поговорить напрямую с Невиллом, чтобы разобраться в том, что всё-таки между ними. Но её нервы были взвинчены настолько, что трансгрессия в таком эмоциональном состоянии, бесспорно, привела бы к расщеплению. Чтобы хоть немного успокоиться, девушка решила пройтись.

Пэнси достала из кармана пачку сигарет, выудила одну, закурила и быстро зашагала прочь от «Волчьего изумруда». Колючий морозный воздух и горечь сигаретного дыма помогли девушке слегка отойти от произошедшего. Её мысли прояснились, и мир вокруг снова стал приобретать чёткие контуры. Она остановилась у светофора и в ожидании зелёного света посмотрела вперёд. На другой стороне пешеходного перехода стоял Невилл. Их взгляды встретились, и они узнали друг друга в рассеянном свете уличного освещения. Мужчина широко улыбнулся и помахал ей. Пэнси подняла руку, чтобы махнуть в ответ, но оборвала жест на середине, ведь в этот момент к Долгопупсу присоединились Лавгуд и Поттеры с Уизли. Девушка опустила руку, развернулась на сто восемьдесят градусов и пошла прочь. В её ушах зазвучали слова Тео: «Ведь зачем профессору Хогвартса нужна преступница, когда у него есть очаровашка Лавгуд…»

«Так ли Тео неправ? — мелькнула в её голове горькая мысль. — Я и Невилл всегда находились на разных полюсах».


1) Лаверна де Монморанси — создательница многих видов любовных зелий.

Вернуться к тексту


Глава опубликована: 27.05.2024

11. Границы сердца

«Так ли Тео неправ? — мелькнула в голове Пэнси горькая мысль. — Я и Невилл всегда находились на разных полюсах».

Девушка до боли закусила нижнюю губу, чтобы не расплакаться от нахлынувших, словно внезапный шторм, чувств с привкусом горечи. Испытывая необъяснимо откуда взявшееся ощущение, будто за ней ведётся погоня, она ускорила шаг. Колдунья заметила стоящую в тени исписанную граффити телефонную будку, быстро юркнула в неё и трансгрессировала в Липовую аллею. Лишь оказавшись на месте, в паре метрах от крыльца дома, Пэнси осознала, какую же ошибку совершила, когда решила переместиться в пространстве магическим путём, так полностью не совладав с эмоциями. Острая боль пронзила её левую лопатку, распространяясь по нейронам по всему телу. Девушка протянула правую руку к ране и быстро отдернула руку. Стоило ей посмотреть на окрашенные тёплой красной кровью белые пальцы, как в то же мгновение её сознание утонуло во мраке.

Невилл открыл дверь телефонной будки, в которую, как он видел, забежала Пэнси. Долгопупса очень озадачило её поведение у светофора. Без всяких сомнений, Паркинсон видела его на другой стороне дороги, и она даже почти махнула ему в ответ, но вдруг резко развернулась и быстрым шагом пошла прочь. Не догадываясь о причинах такого поведения, ведомый тревогой, Невилл извинился перед друзьями за то, что должен их покинуть, и поспешил за Паркинсон. Внутри будки уже никого не было, но Долгопупс ощутил аромат её духов, к которому примешивался едва уловимый металлический запах, затем на полу он заметил окровавленный лоскут от пальто Пэнси.

«Неужели произошёл расщеп?!» — с ужасом подумал Невилл.

Долгопупс вынул из кармана пальто волшебную палочку. Несмотря на сильную тревогу, колдун воссоздал в памяти воспоминание о снежной битве, при помощи которого призвал патронуса и направил его в Липовую аллею с тревожной новостью. Затем, с трудом очистив от эмоций разум — не хватало ещё и ему самому подвергнуться расщепу, — Невилл полностью сосредоточился на конечной точке своего перемещения и только после этого трансгрессировал.

Получив сообщение через патронуса от внука, Августа тут же поспешила проверить комнату подопечной, но там её не было. Спустившись на первый этаж, миссис Долгопупс накинула шаль и вышла на крыльцо. Увидев лежащую на снегу в испачканной кровью одежде Пэнси, она воскликнула:

— Благой Мерлин!

С необычайной проворностью для старых ног она спустилась к находящейся без сознания девушке. После быстрого осмотра колдунья приступила к лечению и успела при помощи заклинаний остановить кровь и затянуть широкую рану на левой лопатке к тому моменту, когда рядом появился Невилл.

— Как она, бабушка? — взволновано спросил мужчина, опускаясь рядом с ними на колени. Его лицо от тревоги по своей белизне не уступало снегу.

— Ну, расщеп — дело совершенно неприятное, но она молодая, так что быстро оправится, — ответила Августа. — Сейчас нужно отнести её в дом — пневмония гораздо опаснее для девочки будет.

Невилл подхватил Пэнси на руки с легкостью — девушка и вправду показалась ему не тяжелее мешков, которые он таскал на работе (некоторые растения чувствительны к остаткам магии) — и понёс в дом, а затем в её спальню. Августа следовала за ним с некоторым отставанием.

— Нужно снять с неё запачканную одежду, так что выйди, пожалуйста, из комнаты, Невилл, — приказала миссис Долгопупс, когда внук уложил Паркинсон на кровать.

— Ладно, — кивнул Невилл. Чувствуя лёгкую дрожь во всём теле, он внимательно посмотрел на бледное лицо Пэнси, прежде чем выйти, и добавил, уже находясь в дверях: — Я тогда вызову целителя из Мунго.

— Не стоит беспокоить зазря людей, — проворчала она. — Я сделала всё необходимое.

— И всё же её должен посмотреть целитель, — настаивал он. — Вдруг повреждения от расщепа гораздо глубже.

— Умоляю тебя, Невилл, у девочки всего лишь расщеп легкой степени. Я видела и лечила и более сложные случаи, — пробурчала бабушка, но, прочитав неприкрытую тревогу на лице внука, с шумным вздохом покачала головой и нехотя согласилась: — Хорошо, но уверяю тебя, я сработала не хуже любого целителя. А теперь будь хорошим мальчиком: живо выйди из комнаты и закрой за собой дверь.


* * *


Золотистый, напитанный теплом солнечный лучик проникнул через крошечную щель между плотно задернутыми шторами. Он медленно прокрался вверх по одеялу к лицу Пэнси, пробрался сквозь густые ресницы и разбудил её. Несколько минут после пробуждения девушка пыталась осознать, где находится. Последнее воспоминание было связано с тёплой кровью на пальцах и морозным укусом ветра в лицо. Теперь же она находилась в своей спальне.

«Наверное, мне всё приснилось, — пришла к решению Пэнси. — Это был очень скверный сон».

Девушка повернулась на левый бок и ощутила ноющую боль в лопатке. Она, быстро откинув одеяло в сторону, подошла к зеркалу и, повернувшись к нему спиной, спустила с левого плеча ночную сорочку. В отражении Пэнси увидела край красного бугристого рубца. Прежде чем девушка успела переварить этот факт, дверь открылась, и на пороге появилась Августа.

— Ты наконец-то проснулась, — увидев стоящую перед зеркалом, сказала миссис Долгопупс. — Голодна, наверное?

— Сколько я спала? — продолжая рассматривать рубец и игнорируя её вопрос, поинтересовалась Пэнси.

— Сегодня у нас вторник, получается, что примерно три дня, — ответила Августа и, заметив, что её собеседница не отводит взгляд от своего отражения, добавила: — Нужно будет просто с неделю помазать мазью из жабьей кожи с багульником на соке смоковницы, и даже следа не останется.

— Лучше оставлю его как напоминание, — произнесла Паркинсон скорее своим мыслям, чем миссис Долгопупс.

— Целитель, которого вызвал из Мунго Невилл… — начала пожилая женщина и тут же воскликнула: — Ах, точно! Невилл просил послать ему сообщение…

— Не нужно ничего ему сообщать, — резко оборвала её Пэнси.

— Но он переживает из-за тебя, — нахмурилась Августа.

— Пусть, — равнодушно ответила девушка.

— Думаю, это неправильно с твоей стороны.

— Возможно, но ведь вы сами считаете, что мне и Невиллу не стоит сближаться.

— Неважно, что я считаю. Он взрослый мужчина и сам решает, как ему жить.

— Всё равно я должна вернуться за границу, которая была между нами, и это мой первый шаг обратно, — отрезала Паркинсон.

Миссис Долгопупс собралась было устроить настырной девчонке головомойку, но тут внутренний голос посоветовал пожилой женщине:

«Пусть сами разбираются. Ты можешь только всё запутать и лишь подлить масла в огонь. Сама же сказала, что Невилл взрослый. Да и она тоже не малый ребенок. Если они обожгутся и получат урок от жизни, то что ж».

Сделав глубокий вдох, Августа, с трудом сохраняя спокойствие в голосе, сказала:

— Хоть я и не одобряю твоё решение, но… выполню твою просьбу. А теперь давай спустимся вниз и позавтракаем.


* * *


Тео сделал глоток из бутылки. Несмотря на лёгкое чувство досады из-за того, что встреча с друзьями не состоялась, Нотт чувствовал себя почти прекрасно. Укрывшись на крыше от назойливых опекунов, которым он заведомо солгал, что отправился в Лондон, мужчина наслаждался неожиданно свалившимся на него одиночеством. Он с удовольствием потягивал присланное в знак утешения от Блейза пиво (прислал упаковку из шести бутылок), уплетая закуски от него же, и смотрел на россыпь созвездий на тёмно-синем небосводе. Когда Тео допил первую бутылку, то решил, что в небе слишком мало звёзд. Нотт взмахнул волшебной палочкой, произнося заклинание, и в воздухе появились горящие разноцветными огоньками светлячки. Довольный результатом, он открыл вторую.

«Теперь это местечко не хуже, чем в "Волчьем изумруде", — сделав глоток, подумал мужчина. — Не хватает только одной настырной девчонки, — уголки его губ коварно потянулись вверх — Может, мне навестить её…»

Но прежде чем его мысль перешла к решительным действиям, из-за края крыши появилась светловолосая макушка Луны, а затем и вся она. Заметив свою незваную гостью, Нотт сердито буркнул себе под нос:

— Я думал совсем о другой настырной девчонке, — затем он гораздо громче сказал, обращаясь к ней: — Поздравляю тебя, зайка: ты нашла моё убежище. Расскажешь, как именно?

— Тебя выдали они, — ответила девушка и указала на разноцветных светлячков. Она подошла к нему и, присев рядом, добавила: — Я увидела из своего окна отблески их света и решила узнать, что к чему.

— А ты очень любопытная, зайка, — криво усмехнулся Тео.

— Здесь очень красиво; я и сама летом иногда забираюсь, — пропустив мимо ушей его слова, сказала Луна.

Нотт не стал ей ничего говорить, и некоторое время они сидели бок о бок и молчали. Опустошив бутылку до половины, Тео посмотрел на свою соседку. Лицо её было совершенно безмятежно, а взгляд был прикован к воздушному танцу светлячков, затем он обратил внимание на то, что на девушке была пижама, поверх которой был надет разноцветный кардиган.

— Ты, наверное, замерзла, — как бы невзначай бросил ей Нотт.

— Совсем нет. От тебя исходит столько тепла, как от печки, — с беззаботной улыбкой ответила Лавгуд.

— Даже не догадывался, что я тёплый, как печка, — поставив у ног бутылку, хмыкнул он и шутливо добавил: — Может, нам стоит обняться, чтобы ты наверняка согрелась. Или же…

Тео быстрым движением положил руку ей на предплечье, обнимая её тонкую спину. Не дав ей возможности хоть как-то среагировать, Нотт грубо прижал к себе Луну и поцеловал её в губы без всякой нежности. Девушка пыталась вырваться из его рук, но только раззадорила мужчину. Его объятия стали крепче, а поцелуй — требовательнее. Он повалил её, прижав спиной к крыше. Что-то животное, первобытное проснулось в Тео и Луне. Под влиянием этих незнакомых ей до сих пор чувств сопротивление девушки изменилось, и теперь её руки не отталкивали его, а наоборот, цеплялись за него крепче. Каждое движение наполняло их тела сжигающим изнутри желанием. Сердца в их груди бились в общем безумном ритме, разгоняя по жилам этот огонь. Тео оторвался от губ Луны и навис над ней. Глядя на горящие от поцелуя губы, раскрасневшиеся щёки, сверкающие глаза девушки, мужчина с кривой улыбкой хрипло спросил у неё:

— Ну как, зайка, я целуюсь гораздо лучше твоего милого профессора?

Его насмешливые слова, словно дешёвый ластик, стерли все возбуждение и приятные ощущения, оставив после себя грязь в душе.

— Какая глупая шутка, Тео! — отпихивая его от себя и не скрывая своей обиды, воскликнула Луна и встала на ноги.

— Можешь рассказать своему приятелю, что и ты ему изменила, зайка, — лежа на спине, расхохотался в ответ Нотт.

— Ты такой дурак, Тео! Самый настоящий дурак! — со слезами в голосе бросила девушка и, резко развернувшись к хохочущему парню спиной, покинула убежище на крыше.

Тео же открыл новую бутылку пива. Что-то подсказывало ему, что девчонка Лавгуд промолчит и ничего не расскажет отцу о том, что произошло на крыше. Реакция старикана на его непристойное поведение Нотта совершенно не заботила. А вот как отреагирует Долгопупс, когда тот узнает, что и в его курятник могут заглянуть и похозяйничать -уже другое дело. Ожидаемая реакция вызывала в душе Тео злорадное предвкушение. Он даже был готов вновь подраться с приятелем Поттера, но только в этот раз он будет начеку и даст тому хороший отпор. Сделав большой глоток холодного пива, Нотт вновь рассмеялся и озвучил мелькнувшую в голове мысль:

— Вот теперь мой вечер просто идеален!

Глава опубликована: 31.05.2024

12. После дождя

Пэнси усталым взглядом наблюдала за тем, как ночные тени на потолке становились прозрачнее. Ей сильно хотелось спать, но стоило закрыть веки, и тут же живой мрак жадно раскрывал свою голодную пасть, затягивая в ужасающие недра. С криком девушка просыпалась через час-полтора. И всё начиналось по кругу.

Днём, кроме недосыпа, Пэнси мучась от тоски, которая усиливалась по средам и выходным дням. В дни визитов Невилла в Липовую аллею. Каждый раз, когда он пытался с ней заговорить, девушка заставляла себя молчать — либо сказать ему что-то односложное и крайне грубое — и уходить в комнату. Закрывшись в своем убежище, Пэнси не могла не думать о том, чего она желала на самом деле: ей так хотелось обнять Невилла, рассказать о том, как скучала минувшие дни без него. Нередко в её мыслях они целовались. Но так же в голове девушки воскресали с болезненной точностью воспоминания о печали в его глазах, когда она отказывалась идти с ним на контакт.

А ещё были письма от Невилла… Каждый день сова из Хогвартса приносила по пухлому конверту для неё. Как же они искушали Пэнси вскрыть их и узнать, что же он написал ей, что у него на душе. Злится ли он? Обвиняет ли её за холодность? 1

«Сломай печать или надорви край, — словно нашептывали они своей получательнице, — и ты перестанешь терзаться от незнания».

Но в то же время Пэнси боялась узнать, о чём писал ей Невилл. Девушка боялась, что найдет в этих письмах повод заговорить с ним. Она боялась, что проявит слабость и отступится от своего решения отказаться от него. Послания так и оставались непрочитанными на её письменном столе. По-хорошему ей стоило сжечь их до единого, но у неё просто рука не поднималась обратить его слова и чувства в серый пепел.

Сейчас, в предутренний час, взгляд Пэнси с потолка переместился ниже и заскользил по обстановке, пока не задержался на столе, где возвышалась кривоватая стопка писем от Невилла. Они, словно сирены, манили к себе, и девушка поддалась соблазну. Встав с кровати, она зажгла свет и босиком прошлась по холодному полу к столу. Она взяла в руки верхний конверт, нервно облизнула пересохшие губы и уже собиралась открыть его, чтобы наконец-то утолить свой голод. Но за долю секунды до того, как плотная бумага с трескучим звуком должна была разойтись, Пэнси остановилась. Бросив письмо, словно оно было ядовитым растением или стеблем крапивы, к остальным, девушка с тихим и жалобным стоном крепко обхватила себя руками.

«Если отступлю сейчас от своего решения, то позволю проникнуть ему глубже себе под кожу и занять в сердце место… и тогда мне будет гораздо больнее, чем в данный момент, — закусив до боли нижнюю губу, с горечью подумала Пэнси. — Во мне нет столько благородства, чтобы сдерживать боль и не укусить в ответ. Из-за своего эгоизма я обязательно заставлю его сильно страдать. Я не хочу, чтобы это случилось ни с Невиллом, ни со мной».

Девушка села за стол и притянула к себе листок бумаги и писчие принадлежности. Макнув кончик пера в чернила, она, не задумываясь ни на секунду, быстро написала холодное и безоговорочное:

«Прошу, не беспокой меня!»

Солёная слеза незаметно проскользнула по её щеке и упала на «не». Она размыла чернила до фиолетового цвета, исказив границы букв. Прочитав получившееся предложение, Пэнси пылко прошептала:

— Прошу, беспокой меня, Невилл. Не слушай меня и не оставляй. Я очень сильно этого хочу… Очень-очень…

Подавив всхлип, она вытерла щёки и глаза о край пижамной рубашки, затем взяла новый листок и написала заново записку, после чего смяла старую, кинув её в корзину. Девушка вынула из верхнего ящика моток с бечевкой, отрезала нитку необходимой длины канцелярским ножом, сложила ровной стопкой письма Невилла и перевязала её, вкладывая в свои действия разбавленную грустью нежность. Завязав крепкий узел, Пэнси прикрепила под бечевку к письмам сложенную треугольником записку.

— Через пару часов я отправлю их и убью опасные для нас надежды, — поглаживая края верхнего конверта, тихо прошептала девушка.

Несмотря на твердость своего решения, она про себя искренне сожалела, что так и не прочла ни одного его письма.


* * *


Наслаждаясь первым весенним теплом, Невилл неторопливо шёл на встречу в «Джози». Внутреннее чутье подсказывало ему, что он опаздывает. Мужчина же отмахнулся от этой мысли тем, что сама Луна всегда опаздывает на встречи и, вполне возможно, ему ещё придется ждать её. Сейчас хорошая погода напомнила ему о Пэнси, точнее о том времени, которое они могли бы провести вместе — воображение с извращенной детальность рисовало яркие и счастливые картины, — если бы она не сторонилась и не отталкивала его. Прошло три недели с того злосчастного вечера, когда с ней произошёл расщеп. Именно столько времени они нормально не говорили друг с другом. Невилл пытался узнать, что же произошло тогда и о причинах её отчуждения, внезапной холодности. Возможно, что весна в их отношениях оказалась лишь краткосрочной оттепелью, в которую он наивно поверил и открыл для новых чувств своё сердце.

Всё ещё находясь во власти своих размышлений, Невилл открыл дверь кафе. Оказавшись в зале, он испытал крайнее удивление, когда увидел сидящую за их постоянным столиком Луну. Чуть склонив голову и крутя кружку с чаем, она с явным увлечением читала письмо.

— Привет, Луна, — заняв стул напротив, поприветствовал подругу Невилл и с улыбкой добавил: — Прости, что опоздал.

— Не стоит извиняться, Нев, — отмахнулась девушка. — Тебе постоянно приходится меня ждать. Думаю, что для меня даже полезно самой попробовать кого-нибудь подождать.

Он сделал заказ, затем с поддразнивающими интонациями в голосе поинтересовался у Луны:

— Ты получила любовное письмо?

— Гораздо лучше, Нев, — отрицательно покачав головой, с загадочной улыбкой уклончиво ответила та.

— Правда?

— Да, оно с извинениями.

— Честно говоря, я тебя не понимаю.

Подруга посмотрела на него с особой грустью в глазах и с мягкой улыбкой начала объяснять:

— Ну, просто передо мной редко извинялись и ещё реже искренне. Я стараюсь делать вид, что меня не задевают насмешки и колкие замечания и что мне совершенно не обидно. И всё же яд обиды, хоть и в совершенно крошечных дозах, но остается здесь, — она положила ладонь себе на грудь. — Поэтому мне гораздо приятнее получить такое письмо, чем любовное.

Слова Луны заставили его задуматься на несколько минут. Помимо сочувствия, что-то в них вызвало у Невилла тревожные чувства. За этот временной промежуток ему принесли заказ: мятный чай и лимонный пирог. И вот в голове всплыла неприятная догадка, а в ушах у него зазвучал голос Пэнси: «…Тео всегда мне пишет длинные письма с извинениями…», — которую он сразу же озвучил:

— Автор твоего дорогого письма, случайно, не Нотт?

— Почему тебя это так заинтересовало? — уклончиво ответила Луна вопросом на вопрос.

— Что он сделал тебе? — серьёзным тоном спросил Невилл, чувствуя, как в нем просыпается злость.

— Ничего такого, чтобы ты так злился.

Он потянулся за листком в её руках, чтобы самому узнать, в чём дело, ведь хорошо знал подругу и не сомневался, что сама она ничего не расскажет. Луна оказалась быстрее его и спрятала письмо к себе в карман кофты и, густо покраснев, строго сказала:

— Невилл, пожалуйста, уважай мои личные границы!

— Но я же переживаю за тебя…

— Я же не маленькая и могу справиться с личными проблемами, если они у меня появляются, — насупившись, произнесла она.

— Понимаю, что ты не ребёнок, просто я не хочу, чтобы тебе…

— А ты не думал, что, может, из-за твоей опеки нас с тобой считают парой, Нев?

— Честно говоря, мне это вообще в голову не приходило, — растерялся от её вопроса он.

— А вот другим приходит, — сказала Луна и, поставив локти на стол, опустила голову на руки. Слегка надув губы, она вздохнула: — Это так удручает. Не хочу, чтобы меня считали твоей девушкой, только подругой…

— Не думал, что я настолько ужасен… — с притворной обидой в голосе возмутился друг.

— Нет, ты хороший и милый, но у тебя есть большой минус — твоё сердце постоянно кем-то занято. Я не хочу, чтобы мой парень был влюблён в другую.

— Вот только мои чувства опять не нужны, — признался ей Невилл и отпил свой мятный чай, который уже остыл и начал горчить.

— Пэнси сама тебе об этом сказала?

— Она со мной вообще не разговаривает.

— А письма пробовал?

— Конечно, Луна, пробовал, — кивнул он. — На протяжении двух недель я каждый день писал ей и не получал ответ. И всё же это давало мне надежду. А неделю назад сова принесла мне стопку невскрытых писем с короткой запиской: «Прошу, не беспокой меня!», — сделав короткую паузу и покачивая из стороны в сторону головой, добавил: — Я такой дурак, Луна. Ведь только дурак может тосковать по фантазиям.

Луна потянулась к другу и ласково погладила его по голове. С тёплой улыбкой она сказала:

— Ты просто любишь, Нев, — затем убрала руку и со вздохом добавила: — Из-за чего такого хорошего человека обижают, не пойму. Ты, главное, не отчаивайся.

— Спасибо тебе за поддержку, Луна, — печально улыбнулся он.

Каждый из них погрузился в свои мысли, и между ними повисло комфортное молчание, которое нарушила Луна неожиданным восклицанием:

— У меня есть блестящая идея для тебя!

— Какая? — спросил Невилл, недоумевающе посмотрев на её сверкающее энтузиазмом лицо.

— Попробуй сделать ей подарок. Такой, который покажет Пэнси, что она для тебя особенная.

— Думаешь, поможет? — с надеждой в голосе спросил он.

— Определённо. Даже если она отвергнет его, то тогда тебе будет ясно, что… — девушка оборвала фразу на середине.

— …я должен проявить уважение к чувствам Пэнси и оставить еë в покое, — закончил за неë друг.

— Ну, я всё же верю в оптимистичное для вас будущее. Ведь после дождя всегда приходит хорошая погода.


* * *


В среду, выполнив на скорую руку свои обязанности, Пэнси скрылась в комнате до появления Невилла. Устроившись в кровати поудобнее, девушка планировала переждать его визит с новым романом, который она приобрела, когда последний раз посещала Косой переулок. Пэнси от чтения отвлёк тихий, но всё-таки уверенный стук. Прежде чем девушка успела ответить, дверь в комнату распахнулась и в комнату вошёл Невилл. Сердце в её груди забилось часто-часто. Пэнси столько раз представляла этот момент в своей голове. Пусть девушка и возводила между ним и собой стену, но в этой ограде была щель. Этой прорехой была дверь в спальню, которая хоть и захлопывалась громко за спиной хозяйки, но не закрывалась на замок. В глубине души Пэнси надеялась, что Невилл последует за ней, но до него явно не доходила такая элементарная, с её точки зрения, вещь. И вот теперь, спустя столько времени, он наконец-то пришёл в еë комнату. Пэнси охватили одновременно страх и радость. Делая вид, что его внезапное появление нисколько её не смутило, она резким холодным тоном спросила:

— Ты чего здесь забыл?

— Я кое-что тебе принёс, — спокойно ответил Невилл.

— Мне ничего не нужно, Долгопупс, — нахмурив лоб и не отрывая взгляда от страниц книги, пробурчала девушка.

— Я считаю наоборот, Пэнси, — мягко возразил он.

— И я тебя вообще сюда не звала.

Мужчина промолчал в ответ. Пэнси продолжила смотреть в книгу и даже перелистнула страницу, имитируя свою заинтересованность повествованием. Но её внимание переключилось на слух. По звукам его шагов она поняла, что он подошёл к кровати, и по её телу, словно разряд электрического тока, пробежало напряжение. Не удержавшись от любопытства, Пэнси бросила косой взгляд из-под опущенных ресниц на него. Невилл тем временем поставил на прикроватную тумбочку небольшой керамический горшок, в котором росло растение, очень похожее на кактус с разноцветными иголками с крючками на концах и бледно-золотистыми бутонами цветов, и с интонациями, которые использовал во время занятий, произнёс:

— Это Somnia Venator. Растение редкое, но полезное. Особенно для тех, у кого непереносимость сонных зелий. Оно питается психоэнергией, которую выделяет человек во время сна. Эта разновидность любит кошмары и вдобавок, насытившись, источает приятный аромат. В уходе нетребователен. Полив раз в месяц мягкой водой. Рыхлить и подкармливать не надо. Пересадка тоже не нужна, по крайней мере, ещё пять лет.

Когда он закончил с объяснениями, в комнате повисло короткое напряженное молчание.

— У вас всё, многоуважаемый профессор? — наградив его ледяным взглядом, спросила Пэнси.

— Да, если, конечно, ты не хочешь…

— Единственное, чего я хочу — продолжить читать в полном одиночестве.

— Хорошо, как пожелаешь, — вздохнул Невилл, переборов острое, почти злое желание вытянуть Пэнси на разговор, который, без всяких сомнений, окончился бы шумной ссорой. Её холодность кривым ножом терзала его сердце. — Ещё увидимся, Пэнси, — и направился к двери.

— Угу, профессор, — безэмоционально произнесла в ответ та.

Когда Невилл уже был в дверном проеме, с едва заметной на губах улыбкой Пэнси бросила ему:

— Я постараюсь не загубить твой редкий экземпляр.

— Спасибо, Пэнси, — улыбнулся он в ответ и ушёл из комнаты со смешанными чувствами и мыслью:

«Что это сейчас было? Та самая хорошая погода после дождя, о которой говорила Луна, или кратковременная оттепель?!»

Глава опубликована: 14.06.2024

13. Хочу быть с тобой

Невилл материализовался с характерным для трансгрессии хлопком в конце липовой аллеи. Лучи постепенно покидающего лазурное небо солнца приятно согревали. На деревьях уже появились почки, а сквозь жухлую прошлогоднюю листву проглядывала молодая трава. К чистому весеннему воздуху примешивался запах влажной земли и прелой листвы.

Невилл находился в нескольких метрах от коттеджа, когда заметил стоящего возле крыльца Нотта. Смотря в окна второго этажа, Тео курил. Не было ни малейшего сомнения, что он ждал Пэнси.

«Неужели Пэнси сама позвала его сюда?» — промелькнула в голове Невилла мысль, опаляя его сердце ревностью.

— О, привет, Долгопупс, — заметив его приближение, вяло поздоровался Нотт.

— Здравствуй, — с холодной вежливостью отозвался тот. — Ты почему здесь?

— Просто захотелось, — пожав плечами, с наглой небрежностью в голосе ответил Тео, — вот я и здесь.

— Тебе не кажется, что стоит иногда умерять свои желания, Нотт? — резким тоном произнёс Невилл.

— А я не хочу. Ведь смысл жизни для меня в удовлетворении своих желаний, — ответил тот, затем резким движением бросил недокуренную сигарету под ноги. Энергично втаптывая окурок в землю, он продолжил: — Меня жизни учишь, а сам-то не лучше, — заметив недоумение на лице собеседника, добавил: — И, пожалуйста, не строй из себя саму невинность, Долгопупс.

— Может быть, объяснишь, о чём ты говоришь, — представив в голове, что разговаривает с заносчивым учеником, со сдержанным спокойствием в голосе произнёс Долгопупс.

Глядя прямо в глаза своему собеседнику, Нотт криво усмехнулся:

— Салазар, вы только гляньте на него. Строит из себя святошу, а на самом деле пудрит мозги двум девчонкам.

— Я никому не пудрю мозги!.. — возмутился Невилл.

— Конечно. Думаешь, никто не знает, что ты за спиной зайки Лавгуд развлекаешься с Пэнс? А вот и нет, — у Тео вырвался короткий смешок, похожий на лай собаки. — Даже твоя милая Луна знает об этом. А по тебе и не скажешь, что ты тот ещё лицемер. Каково это — играть на два фронта, Долгопупс?

— Ты лезешь в то, о чём совершенно ничего не знаешь… — начал Невилл.

— Скажи честно, — перебил его Нотт, — кто же тебя больше заводит: паинька Лавгуд или моя Пэнси?

От собственнических интонаций в голосе собеседника внутри у Невилла всё заклокотало от злости. Решение о вызове на дуэль наглеца — возможно, безрассудное, но в данный момент казавшееся правильным — уже начало обретать словесную форму:

— Теодор Нотт, я не могу спустить подобное…

— Здравствуйте, профессор, — раздался с крыльца голос Пэнси.

Невилл и Тео обернулись в её сторону. Девушка была одета для выхода: из-под темно-синего пальто средней длины выглядывал подол жемчужно-серого атласного платья-футляра, в руках — клатч в тон платью. Её губы и ресницы были подкрашены, а волосы уложены в элегантную прическу. Её неожиданное появление, словно заклинание, заморозило ссору. Плавной походкой Пэнси подошла к мужчинам, затем с надменностью в голосе произнесла:

— Надеюсь, вы завершили свой разговор. Мне с Тео пора, — взяла того за локоть и нетерпеливым тоном добавила: — Мы даже опаздываем.

— Ты права, голубка, — улыбнулся Нотт.

Закатив глаза, девушка решила ничего ему не отвечать и просто трансгрессировала. Прежде чем последовать её примеру, Тео бросил Невиллу:

— Она будет очень поздно. Я тебе обещаю, — и с хлопком растворился в воздухе, оставив своего соперника наедине со злостью и ревностью.


* * *


— …И после этой мази моя кожа покрылась чешуёй, после я трансформировалась в дракона и летала над крышей дома около двух часов, — закончила Августа и, сделав вид, что пьет из чашки, пристально посмотрела на сидевшего за столом напротив неё внука.

Невилл совершенно не слушал бабушку, ведь все его мысли были заняты другим, но из-за возникшей паузы, которая неминуемо грозила растянуться до неловкой, он произнес первое, что пришло в голову:

— Надо же! И что было дальше?

— Торговец потребовал за антидот кровного родственника, — она продолжила свой выдуманный рассказ. — Я согласилась отдать ему тебя, Невилл. Зачем мне внук, который совсем меня не слушает?

— Ты приняла верное решение, — кивнул тот, совершенно пропуская смысл её слов.

Августа не выдержала такого безразличия с его стороны и от души пнула внука точно по щиколотке. Невилл поморщился от боли и спросил:

— За что, бабушка?

— А ты разве не понимаешь? — проворчала она. — Я тебе тут рассказываю всякую ерунду, а ты только поддакиваешь. Совсем голову потерял из-за влюблённости. Вот запрещу тебе гостить у меня. Будем с тобой встречаться только в Лондоне. Может, тогда в голове у тебя прояснится.

— Это не поможет, — покачал головой Невилл.

— И то верно. А ведь раньше ты был против Паркинсон.

— Не буду отпираться, всё так и было, бабушка. Если бы мне тогда кто-нибудь сказал о том, что моё отношение к ней изменится на все сто восемьдесят градусов, то не поверил бы ему. Тогда я основывался на школьных воспоминаниях… Пэнси была той ещё занозой, и это ещё очень мягко сказано. Но мы оба выросли. Стали другими и посмотрели друг на друга под другим углом.

— Не знаю, насколько всё серьёзно между вами, но скажу одно: ты слишком быстро попал в её сети.

— Не было никаких сетей, — возразил он.

— Конечно-конечно, — фыркнула Августа и продолжила: — Раз тебя заинтересовал тот ещё орешек, то ты должен проявить не меньшую, а даже большую твёрдость характера, Невилл, — она встала из-за стола и добавила: — Пойду-ка я к себе в кабинет и проверю каталог коллекции. А ты, вместо того, чтобы умирать от тоски и ожидания, лучше займись растениями в теплице.

Невилл сначала хотел сказать, что ей не стоит беспокоиться из-за растений, Пэнси ведь хорошо ухаживает за ними, но передумал. Возможно, там найдется какая-нибудь работа и для него. Всегда полезно занять руки делом, когда в голове полный бардак.

— Хорошо, так и сделаю.


* * *


Ночь медленно двигалась к своему исходу, а Невилл не мог уснуть. Даже несколько часов тяжелой работы с землёй и растениями не смогли его достаточно вымотать. Словно навязчивая мелодия, звучали слова Нотта в ушах: «Она будет очень поздно. Я тебе обещаю». Они, словно сок наперстянки, постепенно, минута за минутой, набирали свою ядовитую силу. Мучаясь от отравленных ревностью мыслей, он прекрасно осознавал, что ничего не может поделать, ведь даже не знал, куда именно Пэнси отправилась вместе с Теодором. Оставалось только ждать. Прежде чем лечь спать, Невилл специально оставил дверь приоткрытой, чтобы услышать её шаги в коридоре, когда она вернётся. Но час сменялся часом, а ни сон, ни она не шли. В тщетной попытке уснуть он уткнулся лицом в подушку и, пытаясь избавить голову от ревнивых мыслей, начал вспоминать полную классификацию мандрагоры. Мысли оборвались на середине, когда он ощутил, как сбоку от него примялась постель под весом чужого тела, а рядом на подушку опустилась голова. Едва уловимый свеже-цветочный аромат духов раскрыл ему личность своей хозяйки. Прежде чем он успел что-то сказать, Пэнси тихо вздохнула и произнесла:

— Можно я побуду с тобой?

Невилл резко повернул голову к девушке и, встревожено всматриваясь в её лицо, спросил:

— С тобой что-то случилось?

— Да, — ответила она.

— Нотт что-то сделал тебе? Как-то обидел тебя? — нахмурился он.

— Меня обидел ты.

— Что?! — искренне изумился Невилл

— Всё именно так, — глядя ему прямо в глаза, заявила Пэнси, затем потерлась щекой о его предплечье и продолжила: — Ты заставил меня очень скучать по тебе. Так бессердечно с твоей стороны.

— Это я-то бессердечно поступил?! — возмутился он и сам перешёл в наступление: — Ты сама столько времени меня отталкивала. Думаешь, я не скучал?

— Всего-то несколько недель, — ответила девушка.

— Несколько недель? Больше месяца, — напомнил мужчина.

— Я запрещаю тебе обижаться на такую глупость, — строго сказала она.

Для пущей убедительности Пэнси села. Решив не уступать ей, Невилл последовал её примеру и сказал:

— Подожди, Пэнси, я ещё не закончил. Разве ты забыла, что запретила писать письма, хотя ты и полученные не читала? Просто вернула их.

— Верни мне их, — потребовала Пэнси.

— Зачем тебе мои письма?

— Хочу прочесть. Ты ведь писал их для меня.

— Не верну, — отказался он.

Девушка хитро улыбнулась, затем потянулась к его лицу и быстро поцеловала в губы. После поцелуя она чуть наклонила голову и с лукавыми интонациями в голосе спросила у него:

— Даже так ты не вернёшь мне письма, Невилл?

— Ты такая эгоистка, — с горьким смешком сказал тот и, положив руки ей на талию, с хрипотцой продолжил: — Хочешь откупиться такой крошкой после того, как держала меня в голоде?

Невилл притянул Пэнси к себе, склонился к её лицу и впился в губы жадным поцелуем. Под его пылким напором девушка обвила его и ответила ему также страстно. Их сердца бились как одно, наполняя тела жаром возбуждения. Лишь нехватка воздуха заставила их прерваться. Пэнси положила голову Невиллу на плечо. Её жаркое, сбивчивое дыхание щекотало его шею. Держа девушку в крепких объятьях, он откинулся на спину.

— Я, честно говоря, очень скучала, — сказала Пэнси, поглаживая его грудь в том месте, где находилось сердце.

— Почему тогда столько времени…

— Я же тебе запретила об этом говорить.

— Но я хочу знать почему, чтобы это не повторилось.

Между ними повисло молчание. Невилл уже начал опасаться, что она сейчас уйдёт и что он зря заговорил с ней о причине того, почему она столько времени избегала его, как, наконец, Пэнси без особого желания заговорила:

— В тот вечер, когда меня расщепило, Тео разболтал Блейзу и Дафне о нас. Ещё он сказал, что ты лишь забавляешься со мной, ведь есть Луна Лавгуд. Мне было чертовски скверно от его слов, и я ушла со встречи. После я увидела тебя. Мне хотелось обо всём рассказать тебе. Хотелось, чтобы ты обнял меня и сказал, что слова Тео — лишь пустой собачий лай. Но ты был в компании своих друзей и Лавгуд. И мне в голову пришло, что Тео не так уж и не прав, когда говорил, что мы не подходим друг другу…

— Теперь я вдвойне жалею, что не успел вызвать Нотта на дуэль, — сдерживая злость, сказал Невилл и с досадой в голосе добавил: — Столько дней из-за его слов мы провели в разлуке, — с нежностью поцеловал девушку в макушку, с наслаждением вдыхая сладкий аромат её волос. — Слушай меня очень внимательно, чтобы тебе в голову больше не пришло неизвестно что: я и Луна лишь друзья. Она для меня как сестра. А ты, Пэнси, та, с кем я хочу быть.

— Всё так серьёзно? — скрывая волнение в голосе ироничными интонациями, спросила та.

— Да, — кивнул он. — И, честно говоря, ожидая твоего возвращения, я чуть не умер от ревности.

От его слов счастье в душе Пэнси, которое было лишь бутоном, раскрылось полностью и заполнило собой всё.

— Знаешь, я жалею о том, что ты так и не ответил на вопрос Тео, — пряча хитрую улыбку, произнесла она.

— Какой именно вопрос? — спросил Невилл.

Пэнси развернулась в его объятьях, облокотилась на его грудь, пристально посмотрев ему прямо в глаза, строго спросила:

— Ты со мной кокетничаешь, Невилл?

— Нет, — отрицательно покачал головой тот. — Скажи мне, на какой вопрос я должен был ответить?

— Тео спросил, кто тебя больше заводит: я или Лавгуд?

— Кто меня больше заводит… — задумчиво повторил он, затем резким быстрым движением опрокинул Пэнси на спину.

— Что ты делаешь?! — со смешком поинтересовалась девушка.

— Разве можно спрашивать о подобном, находясь в постели у мужчины? — нависая над ней, спросил Невилл.

— А что тут такого? — с притворной наивностью произнесла она, чувствуя, как от возбуждения закололо кончики пальцев.

— Ты права, тут ничего нет такого, Пэнси. Вот только часть меня твердит, что мы слишком одеты, чтобы давать ответы на такие вопросы.

— Разве эта часть неправа? — приподняв одну бровь, лукаво поинтересовалась девушка.

— Искусительница, — хрипло выдохнул он и, склонясь к ней, не удержался от поцелуя.

В этот раз он целовал её без напористой жадности, растягивая удовольствие и наслаждаясь ощущением мягкости и сладостью губ девушки. Пэнси выгнулась всем телом к нему навстречу, чтобы сократить ещё больше расстояние между ними, скользнула руками по груди к шее Невилла и, притягивая его голову, запустила тонкие пальцы в светлые волосы. Возбуждение в их телах росло, подобно стихийному лесному пожару, и требовало выхода с логическим завершением. Подчиняясь желаниям и инстинктам, они с неловкой торопливостью, не забывая обмениваться поцелуями, раздели друг друга до нижнего белья. На несколько минут они оставили в покое оставшуюся одежду, чтобы рассмотреть друг друга в бледном предрассветном свете. Проникший через открытое окно холодный ветерок, коснувшийся разгоряченной кожи мужчины, слегка остудил Невилла, вернув ему способность думать.

— Нам нужно остановиться, — уткнувшись ей в шею, сбивчиво произнёс он.

— Зачем, Невилл? — недоумевала Пэнси.

— Боюсь, что ты пожалеешь, — ответил тот.

— Не понимаю, о чём ты… — совершенно растерялась девушка. — О чём я должна пожалеть? Я правда… — она смущенно запнулась и, поборов нервное напряжение, быстро добавила: — Хочу тебя.

— Благой Мерлин! — сопротивляясь наплыву эмоций и возбуждения, простонал он.

Её признание опьяняло его, а практически обнаженное тело искушало прикоснуться к ней, целовать, ласкать… Невилл притянул к себе Пэнси. Чувствуя бархатистую мягкость кожи девушки, мужчина сделал над собой усилие, чтобы не поддаться соблазну ответить на зов физического желания. Он прижал её голову к своему быстро бьющемуся сердцу и приступил к объяснению:

— Пэнси, я тоже хочу тебя. И всё же сейчас нам стоит остановиться. Я… То есть мы не должны торопиться.

— Почему?

— Просто не хочу, чтобы Нотт оказался прав по поводу наших с тобой отношений.

— Причём тут Тео? — изумилась девушка.

— Я и ты пока официально не являемся парой…

— И что с этого? — перебив его, возмутилась Пэнси. — К чему такая щепетильность, Невилл? Мы же свободные люди, и кому какое вообще дело, спим мы друг с другом или нет. Это наша личная жизнь.

— Знала бы ты, как мне хочется сейчас согласиться с твоими доводами, — ласково проведя большим пальцем по её щеке, произнёс мужчина, затем приподнял подбородок и поцеловал в губы.

В этот поцелуй Невилл вложил особую нежность, надеясь, что так хотя бы частично успокоит девушку. Прервавшись, он произнёс:

— Пожалуйста, Пэнси, уступи мне. Давай сделаем всё как положено. Я хочу открыто заявить, что мы вместе. Чтобы потом никакой Нотт не смог внушить тебе, что ты для меня лишь развлечение. Вдобавок я хочу поухаживать за тобой, Пэнси, и создать для нас общие воспоминания.

— До чего же ты правильный, — после нескольких секунд молчания обиженно сказала Пэнси, — но ты умеешь убедить, Невилл.

— Мы не будем с этим тянуть, — поцеловав её в макушку, с воодушевлением сказал тот. — Завтра, точнее уже сегодня, отправимся на наше первое свидание. Как хорошо, что завтра воскресенье.

— Ты кое-что забыл. Я могу покинуть дом опекуна без особого разрешения лишь два раза в месяц, — напомнила девушка. — И сегодня был второй раз. Так что со свиданием придётся подождать, — она сделала короткую паузу и с игривыми интонациями добавила: — Как я понимаю, и с сексом.

— Из твоих уст это звучит как шантаж, — шутливо сказал он.

— Мне тоже не особо нравится, — надув губы, произнесла Пэнси. — Знала бы, что всё так кончится…

— Ты расстроилась из-за моих слов? — пристально посмотрев ей в лицо, спросил Невилл.

— Если честно, то нет, — с ласковой улыбкой ответила девушка. — Ты снял с моего сердца большой груз, — затем в её голосе появились игривые интонации: — Хотя после того, как наш разговор перешёл немного в другое русло, мне бы хотелось проверить, что ты точно не как кузен Эндрю.

— Это удар ниже пояса, ты ведь понимаешь?

— Конечно, — с озорством в голосе ответила она, затем зевнула и устало добавила: — Подашь мне платье?

— Зачем?

— Не думаю, что мне стоит выходить в коридор в нижнем белье. Старушка Августа точно не оценит. А я спать хочу.

— Не уходи, останься со мной.

— Это не запятнает твою репутацию?

— Давай встретим это утро в объятьях друг друга, — вкрадчиво попросил Невилл и так крепко поцеловал Пэнси в губы, что у неё закружилась голова, а кончики пальцев закололо от разливающегося по всему телу тепла.

— Ты бываешь иногда чертовски убедительным, Невилл — разомлев от поцелуя, произнесла она.

Глава опубликована: 16.06.2024

14. Признания

Луна сделала последний стежок, закрепила нить и аккуратно обрезала её. Критичным взглядом девушка посмотрела на результат своей многочасовой работы, новое лоскутное покрывало с узором в виде огнедышащего зверька, похожего ни то на шиншиллу, ни то на кролика, и довольно улыбнулась, не найдя изъянов. Затем, быстро глянув на стоящие на прикроватной тумбочке часы — было уже полдвенадцатого ночи, — она, аккуратно сложив свою работу, убрала её в плетёную корзину для рукоделия, встала из кресла-качалки и вышла из комнаты. Луна направилась на кухню, но прежде заглянула к отцу в кабинет. Тот уже крепко задремал за чтением — судя по количеству и яркости страниц — нового номера «Придиры». Решив, что разбудит его чуть позже, когда будет возвращаться, дочь тихо прикрыла за собой дверь. На кухне она наполнила до краёв среднего размера деревянную миску сливками и вместе с ней вышла на заднее крыльцо.

— Ой! — вскрикнула Луна от неожиданности, обнаружив сидящего на нижних ступенях крыльца Тео, и едва не выронила из рук тарелку.

Нотт запрокинул назад голову, чтобы посмотреть, кто у него за спиной. Увидев девушку, с кривой улыбкой сказал:

— А, это ты, зайка. Вышла подкормить дворовых тварей?

— Угу, я даже немного припозднилась, — кивнула девушка. — А ты чего не заходишь домой? Хоть уже весна, но всё-таки ещё довольно прохладно и сыро.

— Мне нужно подумать, — уклончиво ответил он.

— Ясно, — понимающе протянула она и решила больше не беспокоить Нотта.

Обойдя его, Луна спустилась с крыльца и по тропинке, выложенной из разноцветных камушков, пошла к вкопанному в центре заднего дворика деревянному столбу высотой в тридцать дюймов76,2 см.. Глядя на плавно удаляющуюся от него её хрупкую фигурку, выделявшуюся бледным пятном в ночном мраке, Тео громко, чтобы девушка его услышала, поинтересовался:

— И не надоедает тебе заниматься этим каждый вечер?

— Нет, мне наоборот нравится, — ставя миску на столб, так же громко ответила ему Луна. После, вернувшись к крыльцу, она продолжила: — Так я вспоминаю о маме. Раньше мы делали это вместе.

Нотт пристально посмотрел на безмятежное лицо девушки и задумчиво произнес:

— Сколько тебе было, когда погибла твоя мама?

— Девять, почти десять, — ответила она и присела на ступень выше.

— Девять лет быть с мамой… — с теплой грустью произнёс он. — Завидую тебе, зайка. Моя умерла, когда мне было четыре с половиной. Я безбожно мало помню о ней. В основном лишь ощущения: запах её духов, тепло рук и объятий, щекочущее прикосновение маминых волос к моему лицу и очень смутно то, как звучал её голос. Иногда после пробуждения мне кажется, что во сне слышал, как она мне поёт, — к полной неожиданности Луны, Тео положил голову к ней на колени. Прикрыв глаза, он попросил: — Спой мне что-нибудь, зайка.

От его просьбы девушка, лишившись дара речи, растерялась. Немного поёрзав, чтобы устроиться поудобнее, Нотт приоткрыл один глаз и спросил:

— Можешь спеть, что угодно, только не о любви. Сегодня мне не хочется слушать слова о любви: ни о печальной, ни о счастливой.

— Хорошо, но пеняй на себя, я пою очень посредственно.

— Спасибо за предупреждение, зайка, — он улыбнулся в ответ на её слова.

Луна с пылающими от смущения щеками дрожащим, неуверенным голосом начала напевать колыбельную:

Баю-бай, моя крошка,

Поколдую для тебя немножко

И зажгу на небе три звезды.

Пусть хранят они твои сны.

По наитию её тонкие пальцы легли на голову Тео и, поглаживая его волосы, она продолжила петь:

Баю-бай, моя крошка,

Поколдую для тебя немножко:

Только ночь за порог,

К тебе прискачет единорог.

Баю-бай, моя крошка,

Поколдую для тебя немножко:

Превращу твою старую игрушку

В ласковую рыженькую кошку.

— Как же хорошо и уютно, — довольно выдохнул Тео.

Ответа от неё не последовало. Девушка перешла с пения на мурлыканье мелодии колыбельной.

— Не понимаю, — пробормотал Нотт и, уткнувшись лицом в её колени, продолжил: — Почему жизнь к нам так, зайка?

— Как «так», Тео? — непонимающе произнесла Луна, не прекращая гладить его волосы.

— Мы так рано лишились материнской любви, а теперь те, с кем нам стоит быть, совершено ничего к нам не испытывают. И не стоит, зайка, увиливать и говорить, что я ничего не знаю о ваших с мистером Профессором отношениях. Я ведь сегодня был у его бабки и виделся с ним там. Мы перекинулись парой вполне невинных фраз. И клянусь всеми своими предками, он по уши влюблён в Пэнс. Салазар! Он едва не вызвал меня на дуэль, и, безусловно, вызвал бы, но меня спасло появление Пэнс. Так что, милая моя зайка, тебе не светит светлая и чистая любовь… — он горько усмехнулся. — Как, впрочем, и мне.

— Ты правда совсем ничего не знаешь о моих отношениях с Невиллом, глупенький, — беззлобно рассмеялась Луна, наклонилась к нему и с нежностью коснулась губами его щеки. Затем, сохраняя почти интимную близость, тихо произнесла: — Поверь мне, Тео, не всё так печально, как ты думаешь. Уверена, что у жизни для нас с тобой есть ещё приятные сюрпризы.


* * *


Невилл проснулся за пятнадцать минут до будильника. Хоть его сон и продлился от силы час, но привычка взяла верх. Первое, что он увидел, когда открыл глаза, было умиротворенное лицо спящей Пэнси, и его сердце в груди сделало кульбит от радости. Всё же их примирение, произошедшее минувшей ночью, не было приятным сном. Она была здесь, с ним, а её растрепанная головка лежала на подушке рядом с его, на расстоянии в несколько дюймов. Невилл внимательно вглядывался в каждую черточку лица любимой, освещенную лучами утреннего солнца, и пытался сохранить увиденное в своем сердце, чтобы воспоминание о сегодняшнем утре уподобилось жучку или травинке, попавшим в смолу, которая со временем станет янтарём и застынет в вечности. Чёрные ресницы Пэнси затрепетали, а уголки губ растянулись в озорной улыбке.

— А я и не догадывалась, что ты извращенец-вуайерист, Невилл, — с хрипотцой после сна в голосе сказала девушка.

— Это всё твоя вина, — ответил тот.

— Моя? — широко распахнув глаза, удивлённо произнесла Пэнси.

— Именно. Ты такая милая, когда спишь. Вот я и не сдержался, — он потянулся к ней и с нежностью поцеловал в губы.

Прервав поцелуй, Невилл заметил, как по её бледной коже распространился нежно-розовый румянец. Он ласково, едва касаясь подушечками пальцев, провел по её щеке. От по-детски невинной ласки по телу Пэнси пробежали приятные мурашки.

— Я тебя укушу, Невилл! — ощущая расходящуюся по телу волну возбуждения, пригрозила ему она.

— За что? — теперь настала его очередь удивляться.

— Потому что ты поставил условие о запрете секса до официального объявления о наших отношениях, но продолжаешь дразнить, — переступая через жгучее смущение, объяснил девушка. — Из-за мысли, что развязки после поцелуев и таких прикосновений не последует, просто хочется взорваться.

— Извини, что поступаю так эгоистично, Пэнси, — сказал Невилл и поцеловал её в лоб.

— Ладно, я подожду, — хитро прищурив глаза, промурлыкала та, — но потом будем надеяться на твою выносливость…

— А теперь ты дразнишься, — он крепко прижал её к себе и стал целовать в том месте, где шея переходит в плечи.

От его поцелуев ей стало очень щекотно, и счастливый тёплый смех сорвался с губ Пэнси.

«А было ли мне когда-нибудь так хорошо?» — мелькнула в её голове искристая, словно фейерверк, мысль.

Назойливая трель стоявшего на прикроватной тумбочке будильника выдернула влюблённых из их уютного и интимного мирка в реальность.

— Нам нужно собираться к завтраку, — с досадой в голосе напомнила Пэнси.

— Хотелось бы мне пропустить его, чтобы остаться здесь, в постели с тобой, — разделяя её сожаление, произнёс Невилл.

— Я тоже, — вздохнула девушка.

— Может быть, останемся…

— …и умрем от голода, — шутливо закончила она.

— А ты проголодалась? — заботливо поинтересовался он.

— Немного, — улыбнулась Пэнси. — Вдобавок, если мы не спустимся в скором времени, то старушка Августа начнет подозревать. И кто её знает, может, она решит проверить нас… Боюсь, тогда инфаркт твоей бабке будет обеспечен.

— Моя бабушка крепче, чем ты думаешь, но ты права. Нам стоит проявить осмотрительность.

— Значит, мне пора возвращаться в свою комнату.

Девушка поцеловала его в щёку. Затем выскользнула из его объятий, отыскав своё платье в ворохе одежды, и быстро оделась. Невилл молча следил за её действиями, отмечая в них плавность и ловкость. Одевшись, девушка подошла к двери, с медленной осторожностью приоткрыла её и выглянула в коридор. Убедившись, что там никого нет, она выскользнула из комнаты. Прежде чем закрыть дверь за собой, Пэнси с улыбкой бросила:

— Увидимся за завтраком.

— Буду ждать нашей встречи, — ответил он, чувствуя в душе прилив радостного нетерпения.


* * *


Впервые за долгое время Августа, Невилл и Пэнси собрались за одним столом и завтракали. Ощущая нутром висящую в столовой напряженную атмосферу, миссис Долгопупс переводила пристальный взгляд со внука на свою подопечную. От цепкого внимания пожилой дамы не скрылось то, как сидящие за противоположными сторонами стола молодые люди тайком смотрели друг на друга и обменивались робкими и мимолётными улыбками.

«Между ними явно есть какой-то секрет, — подумала она. — Они определённо помирились. Пространство между ними просто искрится от напряжения. И когда только успели? Неужели ночью?! — она быстро опровергла своё предположение: — Ну нет, Невилл бы так не поступил…»

От Августы также не ускользнул их немой диалог, который они вели между собой взглядами, прежде чем Невилл, стараясь скрыть волнение в голосе, заговорил:

— Кхм, бабушка, я хочу сказать тебе нечто очень важное…

— И что же? — приподняв одну бровь, поинтересовалась миссис Долгопупс. Она уже подозревала, к чему идёт их разговор, и всё же хотела услышать это от внука.

— Бабушка, я и Пэнси… Я хочу сказать…

— Так говори, чего именно ты хочешь, а не мямли, Невилл, — строгим тоном сказала Августа, про себя забавляясь над происходящей ситуацией.

— Я и Пэнси встречаемся, — выпалил Невилл. — Одобришь ты наши отношения или нет, но я настроен крайне серьёзно. Вот что я хотел сказать тебе.

— Говоришь, тебе не нужно моё одобрение? — пронзив его суровым взглядом, произнесла миссис Долгопупс.

— Ты меня немного не так поняла, бабушка, — отрицательно покачал головой он. — Я хотел бы получить твоё одобрение. Но даже если я его не получу, то всё равно буду встречаться с Пэнси.

— И даже женишься на ней? — полушутя, полусерьёзно спросила она.

— Да!

Его короткий ответ повис в столовой, словно раскат грома среди безоблачного дня. Пэнси и Августа в упор посмотрели на него.

— Значит, ты намерен жениться, — придя в себя первой, хмыкнула Августа. Её глаза затуманились, а на лице появилась печальная полуулыбка. С затаенной грустью по минувшим дням она произнесла: — Вылитый Фрэнк.

Затем лицо пожилой дамы стало суровым и почти холодным. Она встала из-за стола и направилась к дверям. Остановившись в дверном проёме, миссис Долгопупс обратилась к своей подопечной нетерпящим возражений тоном:

— Пэнси, жду тебя в своём кабинете через пять минут.

— Хорошо, буду, — глухо произнесла та, находясь в лëгкой прострации от происходящего.

Едва Августа ушла прочь, Пэнси напустилась на Невилла:

— Ну вот зачем ты ляпнул Августе про то, что женишься на мне?

— Потому что это правда, — искренне ответил он.

— Но, Невилл, это так…

Девушка совершенно растерялась от его ответа и не смогла подобрать слова. Словно маленький ребёнок, она закрыла лицо руками. Испугавшись, что своей поспешностью довёл её до слёз, Невилл, быстро обойдя стол, подошёл к ней и обнял.

— Прости меня, Пэнси, я такой дурак, — поглаживая её по спине, стал успокаивать он. — Поторопился. Высказал, что у меня на душе, а о твоих чувствах даже не подумал. Хочешь, я сейчас пойду к бабушке и поговорю с ней вместо тебя?

— Нет! — воскликнула Пэнси и выглянула из своего укрытия. Глядя прямо ему в глаза, она сказала: — Теперь я сама хочу признаться Августе в своих чувствах к тебе.


Наш телеграм-канал:

https://t.me/+Kg1phjJXrkc4MTcy

Глава опубликована: 27.06.2024

15. Вопросы и ответы

— Теперь я сама хочу признаться Августе в своих чувствах к тебе, — глядя прямо в глаза Невиллу, сказала Пэнси.

— Раз так, я просто обязан пойти с тобой, — твëрдо заявил он.

— Тебе нельзя идти со мной, — категорично отрезала девушка и, про себя улыбаясь, серьëзным голосом добавила: — Не хочу, чтобы ты слышал, как я даю Непреложный обет Августе, обещая, что никогда не выйду замуж за тебя.

— Что? — в полной растерянности от еë слов только и смог произнести Невилл.

— Я шучу, Невилл, — рассмеялась Пэнси.

— Не смешно, — угрюмо отозвался тот.

— Возможно и так, — пожала плечами девушка, — но ты даже не думай дуться, особенно после того, какую кашу сам заварил.

— Ну не брать же назад свои слова?

— Только попробуй это сделать без моего разрешения, и я тебя прокляну, — пригрозила она ему указательным пальцем.

— Мы ещё даже не объявили о своих отношениях, а ты уже командуешь мной, словно ты как минимум пять лет моя супруга, — с притворным недовольством сказал он.

— То ли ещё будет, мой дорогой профессор, — усмехнулась Пэнси. После минувшей ночи ей было так приятно говорить «мой»: словно это слово превратилось в взрывную карамель и со сладостью потрескивало внутри еë груди. Затем с более серьëзным настроем сказала: — Но для начала мне нужно пережить разговор с Августой. Думаю, мне стоит поторопиться.

Мимолётно чмокнув его в щеку, девушка поспешила прочь из столовой. Она быстрой походкой поднялась на второй этаж. Перед кабинетом миссис Долгопупс Пэнси задержалась на несколько мгновений, чтобы перевести дыхание и заодно собраться с мыслями, после чисто автоматически коротко постучала в дверь и решительно, не дожидаясь ответа, толкнула еë. Августа со строгим выражением лица сидела за письменным столом, сильно напоминая строгую учительницу или даже директрису, которая ожидала провинившуюся ученицу.

— Ты опоздала, — холодным тоном констатировала хозяйка кабинета.

— Извините… — контролируя, чтобы голос не выдал еë волнения, ответила Пэнси, чувствуя, как внутри всë сжалось под пристальным взглядом пожилой дамы.

Миссис Долгопупс указала Пэнси жестом присесть на стоящий напротив неë стул, что та сделала без лишних слов.

— Наверное, строили с Невиллом план по обороне от ворчливой старухи, — не без иронии в голосе предположила Августа и, не дав возможность возразить, тут же добавила: — Не будем тратить время на пустые возражения, а перейдем к сути. Откровенно говоря, я слишком долго старалась не обращать внимание на дракона в комнате, но сегодня он подпалил мне зад…

— Не вам одной, — понимающе вздохнула девушка.

— Как я понимаю, вы успели помириться, — миссис Долгопупс не спрашивала, а утверждала.

— Мы особо и не ругались, — уклончиво произнесла Пэнси.

— Надо же, вы не ругались, — вздернув вверх левую бровь, едким тоном сказала пожилая дама. — Интересно представить, что будет твориться, если вы по-настоящему поругаетесь. Хотя нет, такое и в страшном сне не приснится.

— Вы против наших отношений, Августа? — посмотрев в глаза собеседнице, напрямую спросила Паркинсон.

— Для тебя я миссис Долгопупс, девочка, и это нескоро изменится для тебя, — со сдержанной холодностью произнесла та. — Прежде чем я отвечу на твой вопрос, дай мне честный ответ на мой

— И какой же? — нетерпеливо выпалила Пэнси.

— Чувства Невилла к тебе хотя бы частично взаимны?

— Признаюсь честно, кричать о том, что прямо сейчас трансгрессирую с ним в Гретна-Грин(1) не стану. Но и отрицать, что я хочу быть с ним как женщина, не буду. Надеюсь, вы понимаете, о чëм я говорю.

— Конечно, понимаю, — хмыкнула Августа и подумала:

«Я тоже была молодой, и моë тело тоже требовало своë, хотя в словах такой прямолинейной я не была».

— И на твоë решение быть девушкой Невилла совершенно не влияет то, что он мой внук, и ты не теплишь надежд через него освободиться от своего наказания раньше срока? — спросила миссис Долгопупс, буравя свою собеседницу взглядом.

— Вы уже задали мне три вопроса, миссис Долгопупс, — сердито заметила Паркинсон. Она сделала глубокий вдох, надеясь, что приток свежего воздуха охладит распаляющийся в ней гнев, и, шумно выдохнув, продолжила: — Отвечу на последние два простым «нет». Не скажу, что меня всё устраивает в жизни под одной крышей со сварливой, помешанной на гелиотропе старой перечницей, но я чуточку лучше, чем вы обо мне думаете… — нервно прикусила нижнюю губу и добавила: — Если бы я ничего не чувствовала к Невиллу, то этого разговора просто не было. А теперь я хочу услышать ответ на свой вопрос.

— Что ж, похоже, ты была со мной искренна, теперь мой черëд, — сложив домиком пальцы, с тяжëлыми интонациями в голосе сказала Августа. — Я, безусловно, не восторге, но мешать вам не собираюсь. Хоть вы оба и ведете себя как дети, но уже взрослые и можете решать сами, как жить и как лечить своë сердце, — она сделала небольшую паузу и добавила: — Не забудь сообщить мне, когда нужно будет написать тебе разрешение на свободный день.

— Зачем? — удивилась девушка.

— Для вашего визита к твоей матери, разумеется.

— Ах, точно… — несколько растерянно произнесла Пэнси. — Но вряд ли нам удастся с ней встретиться: мама в минувший четверг уехала в Швейцарию поправить здоровье.

«И, возможно, найти себе мужа», — с неодобрением про себя добавила девушка.

Она была папиной дочкой, и смерть отца через месяц после падения Волан-де-Морта стала для неё тяжелым ударом. Пэнси сильно раздражало то, что мать не захотела прожить до конца жизни вдовой и что через год после смерти мистера Паркинсона его супруга сняла траур. Теперь вдовствующая миссис Паркинсон — еë, в отличие от дочери и покойного супруга, совершенно не коснулись меры против сторонников Волан-де-Морта — жила так, словно настала еë вторая молодость.

— А я и не знала, — произнесла Августа, явно разочарованная своим каналом новостей. — Всё равно тебе стоит ей сообщить последние новости.

— Сообщу, — без особого энтузиазма в голосе сказала девушка.

— Думаю, теперь тебе стоит вернуться к Невиллу, пока он там, за дверью, не поседел от переживания, — иронично заметила миссис Долгопупс.

Пэнси вместо ответа кивнула, встала со стула и направилась к выходу. Уже положив руку на дверную ручку, девушка повернулась к пожилой даме и не без дерзости сказала:

— Может, не сейчас, но позже мы станем одной семьей, дорогая бабуля. Потому что Невилл — тот человек, с которым я хочу быть со всей силой своего эгоизма.

Не дожидаясь ответа, девушка распахнула дверь и покинула кабинет, так и не увидев реакции его хозяйки, у которой такая откровенность вызвала улыбку. Невилл, как и предполагала Августа, находился в коридоре и мерил расстояние нервными шагами почти у самых дверей. Увидев еë, он по наитию расставил руки в стороны, словно приглашая в объятия, в которые она сразу же окунулась. Уткнувшись лицом в его грудь и вслушиваясь в быстрое биение его сердца, Пэнси едва слышно попросила:

— Обними меня покрепче, Невилл.

— Всё так плохо? — прижимая к себе еë, трепещущую от головы до пят, взволнованно спросил тот.

— Нет, наоборот. Всё очень хорошо…


1) Гре́тна-Грин — небольшая деревня на юге Шотландии, в которую после 1753 года стремились почти все влюбленные англичане, чтобы обойти положение в законе о браке, по которому пары младше 21 года могли венчаться лишь с согласия родителей или опекуна (закон распространялся только на территорию Англии и Уэльса).

Вернуться к тексту


Глава опубликована: 09.07.2024

16. Вместе

Невилл прибыл в Липовую аллею, когда солнце своим краем коснулось линии горизонта. Быстро поднявшись на второй этаж, он едва не столкнулся с Августой.

— Бабушка, а Пэнси у себя в комнате? — бодро поинтересовался внук.

— А где «Здравствуй, бабушка»? — проворчала миссис Долгопупс. — Где «Как ты поживала? Мы ведь так давно не виделись»? Нет, он сразу о своей Пэнси спрашивает.

— Прости меня, бабушка… — виновато начал он.

— Поздно извиняться, мальчик, — непреклонным тоном сказала она и, сменив гнев на милость, добавила: — В доме её нет. Она в теплице.

— Спасибо, бабушка, — широко улыбнувшись, сказал Невилл и быстро и звонко поцеловал её в щёку, прежде чем покинуть.

— Вот же влюблённый котяра, — добродушно усмехнулась Августа, глядя внуку вслед.


* * *


Пэнси неторопливо собирала ягоды карликового тутовника, которые были необходимы для приготовления мази, и тихо напевала себе под нос мотив, придуманный ей самой. Отстранившись от внешнего мира, девушка позволила течению мыслей унести её далеко от этого места и времени. Она не заметила, как в открылась дверь в теплицу и туда вошёл Невилл. Он подкрался к ней и обхватил за талию. От неожиданного прикосновения Пэнси вздрогнула, при этом раздавив ягоды в руках.

— Проклятье, Невилл! — повернув к гостю голову, недовольно воскликнула девушка и с раздражением стряхнула остатки ягод с пальцев, затем осторожно вынула из брюк носовой платок и стала обтирать руки об него.

— Я тоже соскучился, — сказал тот и поцеловал её в шею.

— Это нечестный приём, — уронив на пол платок, проворчала она и, развернувшись в его руках, крепко обняла Невилла.

Некоторое время они молча наслаждались тёплой близостью. Первой заговорила Пэнси:

— Нам стоило помириться позже.

— Почему? — искренне удивился он.

— Разве не понимаешь? Так бы мы сейчас меньше скучали друг по другу, — объяснила девушка.

— Я не согласен с тобой, — нежно потеревшись подбородком о её макушку, отрицательно покачал головой Невилл. — Уж лучше скучать по человеку, с которым ты в мире, без горечи непонимания и осадка ссор.

— Скорее бы прошёл этот дурацкий бал, — капризно хмурясь, произнесла Пэнси.

— Милая, нам осталось подождать всего полторы недели, — он поцеловал её в кончик носа. — И не такой он и дурацкий…

— Конечно, ты ведь находился на стороне победителей, — угрюмо перебила его девушка. — Для вас, сторонников Поттера, второе мая… — она не смогла подобрать подходящие нейтральные слова и лишь многозначительно вздохнула.

— Думаю, я смогу сделать для тебя эту дату менее неприятной.

— Как?

Вместо ответа Невилл чуть отстранился, засунул руку в нагрудный карман пиджака и вынул оттуда конверт, затем протянув его Пэнси. Девушка, не скрывая своего удивления, посмотрела на мужчину и спросила:

— Что в нём?

— Твоё приглашение на бал, — ответил он.

— Я не пойду, — резко сказала она и демонстративно спрятала руки в карман своей кофты.

— Пэнси, пожалуйста… — мягко начал мужчина.

— Даже не проси меня об этом, — сердито перебила его та и повернулась к нему спиной.

Невилл догадывался, что ему придётся встретиться с её сопротивлением. И отступление не входило в его планы. Шумно вздохнув, он бросил конверт с приглашением на стол рядом с корзинкой ягод тутовника, затем обхватил руками её плечи и развернул девушку к себе лицом. Посмотрев ей в глаза, с терпеливой мягкостью произнес:

— Может, не будешь капризничать, словно маленький ребёнок?

— Нет, я буду! — огрызнулась Пэнси. — Если для того, чтобы не пойти на дурацкий бал, нужно впасть в детство, то я готова на это.

— Тогда будем говорить иначе… — Невилл неожиданно подхватил её на руки.

— Ты что творишь?! — возмущенно воскликнула девушка.

— Разве не видишь? — спокойным тоном ответил он. — Иду с тобой к креслу.

— Опусти меня, — запротестовала она. — Я могу и сама прекрасно дойти.

— Да не дергайся ты, а то уроню, — посмеиваясь, пригрозил мужчина. — Мы почти на месте, — аккуратно сев в кресло и выждав немного времени, чтобы девушка удобнее устроилась на коленях, Невилл добавил: — А теперь продолжим обсуждение.

— Салазар, тут совершенно нечего обсуждать, — непреклонным тоном сказала Пэнси и скрестила руки на груди — Я не пойду, и точка.

— Смотрю, ты уже начала вести себя как маленький ребёнок, — поглаживая её спину, с мягким упреком сказал Невилл.

— Ты не лучше, — недовольно буркнула девушка, чувствуя, как от его прикосновений по телу растекается наэлектризованное тепло.

— Но мы ведь даже не обсудили один большой плюс моего предложения…

— Разве он есть? — она скептически изогнула брови.

— Конечно.

— Попробуй удивить меня, — насмешливо сказала Пэнси.

— Что может быть более весомым подтверждением наших отношений, чем визит на бал в качестве пары?

— Невилл, ты ведь понимаешь, что это будет скандал года? — резонно заметила девушка.

— Понимаю, — кивнул он. — Но если подумать, то наши отношения так и так вызовут — если уже не вызвали сплетни — в обществе не очень приятные разговоры. Не вижу смысла прятать голову в песок.

— И ты совершенно не переживаешь? — тихо спросила она.

— Немного, но больше за нас, — Невилл наклонился к лицу Пэнси и поцеловал её в губы. Прервав поцелуй, он хитро улыбнулся и сказал: — Помнишь, несколько месяцев назад ты грозилась моей бабушке втянуть меня в большой скандал?

— Нашёл, что вспомнить, — со смешком произнесла девушка.

— Не думаешь, что пора слова подкрепить действиями? — поддразнил Невилл и поцеловал её в макушку.

Пэнси прикусила нижнюю губу и положила голову ему на грудь, погружаясь в размышления. Сомнения, вызванные его словами и её мыслями, терзали девушку. Пока она вела внутреннюю борьбу, Невилл ласково гладил её руки.

— Хорошо, я уступлю тебе, Невилл, — наконец дрогнувшим от неуверенности голосом произнесла Пэнси, затем с озорной улыбкой уже более уверенно добавила: — Давай устроим хороший скандал вместе.


* * *


Скрытый тенью колонны, профессор Снейп пристально следил за гостями, которые заполонили Большой зал. Директор Макгонагалл возложила на него, как на преподавателя Защиты от Тёмных искусств, ответственность за безопасность школы. Из-за царящего шума голосов Снейп начал чувствовать, как монотонно застучало в висках.

«Мигрень будет очаровательным дополнением вечера, — раздражённо подумал он. — Вроде бы здесь собрались взрослые, а дисциплинированы они меньше, чем школьники».

Когда до торжественной части вечера оставались считанные минуты, в Большом зале неожиданно воцарилась тишина. Отнюдь не заклинание послужило такой перемене — в дверях зала стояли Невилл Долгопупс и Пэнси Паркинсон. Под прицелом взглядов собравшегося общества они держались за руки, и их пальцы были крепко переплетены. Не было никаких сомнений, что эти двое встречаются. Тишина в считанные мгновения сменилась шелестом шепотков. У профессора Снейпа создалось впечатление, что если закрыть глаза, то легко можно представить, что он находится в лесу, на который налетел шквальный ветер.

— Честно, я думала, это только лишь пустые слухи, — полушепотом сказала стоявшая рядом профессор Вектор. — Я просто в шоке.

— Да неужели, Септима? — не без саркастичных интонаций произнёс Снейп.

— Именно, — не распознав сарказма в его голосе, искренне ответила коллега. — Северус, а что вы думаете по этому поводу?

— Что думаю я? А мне надо?

— Да-да, — энергично закивала она. — Пэнси Паркинсон же твоя бывшая подопечная, а Невилл — наш коллега.

— Хм… Скажу то, что у мисс Паркинсон весьма скверный вкус.


* * *


Едва закончилась торжественная часть и объявили перерыв перед танцами, Гермиона и Джинни вместе с Луной покинули своих спутников и отправились в дамскую комнату. Глядя на своё отражение и оправляя парадную мантию, Грейнджер решила обсудить с подругами взволновавшее всех появление Невилла с Паркинсон:

— Я думала, что на благотворительном балу ради экспедиции Невилл был с Паркинсон из-за… — она сделала паузу, пытаясь подобрать подходящее слово, но не смогла. — Я искренне считала, что тот вечер не вызывает подозрения, что между ними что-то есть, — в еë голосе сквозило неприкрытое осуждение.

— А ты случайно не ревнуешь, Гермиона? — невинно поинтересовалась Луна.

— Какой глупый вопрос, Луна, — искренне возмутилась та. — Просто Паркинсон не подходит ему. Паркинсон — первостатейная стерва. И не стоит забывать кое-что очень важное: она была на стороне Волан-де-Морта.

— Тео тоже находился в оппозиции, но меня это не смущает.

— Ну, ты у нас девочка со своим взглядом на мир, — дипломатично произнесла приятельница.

— Я тоже не понимаю Невилла, — подключилась к беседе Джинни. — Когда мы учились, Малфой, Паркинсон и слизеринская компания регулярно измывались над ним.

— И я о том же, — закивала её невестка. — Она совершенно не пара Невиллу.

— А ведь и про ваши пары кто-то может сказать, что Рон ни капли не подходит тебе, Гермиона, а ты, Джинни, не пара для Гарри.

— Ну ты и выдумала, Луна, — со смешком сказала Джинни.

— Я бы сказала подобным доброжелателям заняться своей личной жизнью и не лезть в чужую, — нахмурилась Гермиона.

Губы Луны тронула улыбка. Девушка посмотрела на подруг и глубокомысленно заключила:

— По-моему, такие пары, как Невилл и Пэнси, — это верный признак того, что война закончилась…


* * *


Шёл седьмой танец. К тайной радости Пэнси, на этот раз был объявлен вальс. Туфли, которые девушка выбрала для сегодняшнего вечера, после четвертого танца начали предательски натирать. Они вовсе не были новыми — Пэнси уже пару раз их надевала, — чтобы вызвать неудобства. Она стойко терпела последствия своей оплошности, не желая привлекать излишнее внимание, которого сегодня ей хватило на полжизни вперед. Едва прозвучало вступление, Невилл наклонился к ней и шепнул на ухо:

— Нам стоит выйти.

— Почему? — удивилась Пэнси.

— Мне жалко твои ноги, — не задумываясь, ответил он.

— Как ты узнал?

— Пока ты учила меня танцевать, я научился замечать, когда у тебя начинают болеть ноги. Давай плавно двигаться к выходу.

— Ты не переживаешь, что наше отсутствие привлечёт излишнее внимание?

— Ни капли, — покачал головой Невилл. — Меня больше волнуют твои ноги.

— Хорошо, — согласилась девушка, совершенно не желая упорствовать.

Их пара, плавно минуя остальные, ещё до конца вальса оказалась возле выхода. Когда они оказались в коридоре, Невилл, подстроившись под скорость и ширину её шагов, повёл девушку за собой. Осматриваясь по сторонам, Пэнси сверила их путь со своими воспоминаниями о Хогвартсе и из чистого любопытства спросила у спутника:

— Куда мы идём?

— В мои апартаменты… — запнувшись, ответил он и быстро продолжил: — У меня там есть лечебные мази, и они гораздо ближе больничного крыла.

— Понятно, — про себя улыбнулась девушка и попросила его: — Можешь остановиться на минутку?

— Для чего?

— Я хочу снять чёртовы туфли.

— У меня есть решение получше, — Невилл подхватил её на руки.

— Почему ты так долго тянул, Невилл? — капризно возмутилась девушка и поцеловала его в щёку. — Надеюсь, твои апартаменты недалеко. Не хочется, чтобы ты из-за меня надорвал спину.

— Спасибо за веру в меня, милая, — не без сарказма произнёс он.

— Я и правда волнуюсь.

— Знаю, — мягко ответил он и оставил поцелуй у неё на лбу.

Остаток пути до комнаты они молчали. Невилл остановился перед нужной дверью и аккуратно поставил девушку на пол, затем коснулся волшебной палочкой дверной ручки, и дверь беззвучно распахнулась. Пэнси вошла первой и тут же поинтересовалась у хозяина комнаты:

— А это, случайно, не ещё одна оранжерея?

Куда бы ни упал взгляд, находились растения магические и не только, а свободные места занимали книги о них. Сняв парадную мантию и кинув её на вешалку-стойку, Невилл огляделся по сторонам так, словно и сам был в гостях, и спросил:

— Ты думаешь, здесь много растений?

— Нет… — девушка поймала его скептический взгляд и быстро добавила: — Если только самую малость.

— Маленькая лгунья, — с нежным укором сказал он и поцеловал её в макушку.

Невилл подвел Пэнси к старенькой тахте и усадил её и, при помощи заклинания приманив заживляющую мазь, опустился на пол перед девушкой. Задрав подол платья яблочного цвета, мужчина с ловкой осторожностью расстегнул пряжки и снял туфли. Прицокнув языком, он осмотрел ступни и сказал:

— И зачем ты только надела такие неудобные туфли?

— Я и сама не ожидала, что такое произойдет, — призналась Пэнси. — Подозреваю, кто-то наслал проклятие на них.

— А есть такое проклятие? — поинтересовался Невилл, окуная пальцы в баночку с мазью.

— Конечно, и не одно в арсенале каждой уважающей себя ведьмы, — подтвердила колдунья и вздрогнула, когда его подушечки пальцев с лекарством прикоснулись к поврежденным участкам кожи на ступнях.

— Извини. Тебе больно? — встревожился он.

— Нет, просто непривычно, — покачала головой она и, чуть краснея, пояснила: — Мазь прохладная, а я привыкла, что у тебя горячие руки.

— Потерпи немного, — продолжая наносить мазь, сказал Невилл и поцеловал её чуть ниже колена.

От его поцелуя по её коже пробежали мурашки. Заметив её реакцию, с притворной невинностью поинтересовался:

— Замерзла?

— Наоборот, жарко, — выдохнула Пэнси.

— А так? — он поцеловал в то же место, но на другой ноге.

— Разве на нас не слишком много одежды для таких вопросов? — спросила она.

Не дождавшись ответа, девушка спустилась с тахты к нему на пол, обвила руками его шею и поцеловала в губы. Прервав поцелуй, Невилл произнёс:

— Мы можем запачкать твоё платье и мантию мазью…

— Ты думаешь о таких глупостях, — с обиженными интонациями сказала девушка.

— А о чём ты тогда думаешь?

Она потянулась к его лицу и, обжигая дыханием кожу, с хрипотцой в голосе прошептала ему на ухо:

— В твоём распоряжении только эта комната? Или у тебя есть ещё спальня?

— Это уже выше моих сил, — сквозь зубы сказал Невилл и, вскочив на ноги, потянул девушку за собой. — Идём… пора удовлетворить наш интерес.

Он повёл Пэнси к стене, скрытой лианами, зелёные стебли которой усыпали белые цветочки-звёздочки. Едва они приблизились, в стене образовался проход в другую комнату. Растений здесь было поменьше. Заправленная красно-зелёным покрывалом кровать стояла у окна, напротив находился платяной шкаф. Оказавшись в спальне, Невилл крепко прижал к себе девушку и с жадным напором поцеловал в губы. Почувствовав, как она трепещет в его объятьях, он прервал поцелуй и, тяжело дыша, напомнил:

— Ты не так давно говорила, что на нас слишком много одежды.

— Я и сейчас так считаю, — ответила девушка и потянулась к пуговицам на его жилете.

Ловко расправившись с ними, пальчики Пэнси принялись за рубашку, которая очень быстро оказалась у их ног рядом с шелковой лужей жилетки зелёного цвета. Расстегнув пряжку ремня, она помогла Невиллу справиться с бюстгальтером. Когда из одежды на них остались лишь трусы, мужчина подхватил девушку на руки и отнёс в кровать. Уложив её на спину, он навис над ней. Несколько мгновений Невилл смотрел на Пэнси, любуясь и впитывая в себя острое предвкушение. Достигнув накала ощущений, он взял в рот один из вздыбившихся от возбуждения сосков, дразня его кончик языком. Второй накрыл ладонью и стал ласкать чувственный пик пальцами, наслаждаясь тихими стонами Пэнси. Другая рука скользнула по бархатистой коже живота к трусикам и скользнула под их тонкую ткань. Невилл раздвинул половые губы возлюбленной и приложил большой палец к клитору, делая круговые, с лёгким нажимом движения. Затем он погрузил средний и указательный во влажное влагалище Пэнси и, наращивая темп, принялся ласкать его стенки, заставляя их увлажняться сильнее. Пэнси, постанывая от удовольствия, запустила пальчики в его светлые волосы и закрыла глаза. Из её горла вырвался громкий стон, полный сладкого удовольствия. Он манил к себе мужчину сильнее песни сирен, а пульсирующий влажный жар внизу её живота — сильнее чар вейлы. Невилл отстранился от Пэнси лишь на то время, чтобы снять с себя и неё остатки белья, после чего, с трудом держа себя в руках, неторопливо погрузил свой член во влагалище. Страстным поцелуем он поймал её стон удовольствия. Они начали в медленном и неуверенном темпе. Но потребовалось не так много времени, чтобы их тела подобрали нужный ритм, постепенно наращивая его. Сбивчиво от нехватки дыхания шепча ласковые слова и имена друг друга, они достигли общей кульминации.

Мокрые от пота и секса они лежали на скомканном покрывале, крепко сплетясь телами. Они смотрели друг другу в глаза, словно вели немой диалог, словно догадываясь, что счастье, которое овладело ими, было слишком хрупким для прочих звуков, кроме биения их сердец и дыхания. В теплых объятиях любимого Пэнси не заметила, как заснула.

Глава опубликована: 25.07.2024

Эпилог. Ростки будущего

Год спустя

Пэнси проснулась от боя крупных дождевых капель по жестяному подоконнику. Увидев рядом крепко спящего Невилла, она с тёплой нежностью улыбнулась ему. Ей очень редко получалось проснуться раньше него. Вглядываясь при сером утреннем свете в черты любимого, Пэнси боролась между двумя желаниями: первое было провести пальцем по его носу и бровям и тем самым разбудить, а второе — чтобы он ещё поспал. Она находила его спящее лицо очень милым.

Пэнси вспомнился вчерашний день, когда проходило решающее заседание по еë делу. Находясь в мрачном зале номер десять перед пронзительными взглядами членов Визенгамота и свидетелей, она видела только Невилла. Девушка не ожидала, что он придет, ведь последние две недели всё его время поглотила происходящая в Хогвартсе перепланировка теплиц. Вчера утром Пэнси получила от него ободряющее письмо и подумала, что им Невилл и ограничится.

«Всё-таки он загружен на работе», — оправдывая любимого, с грустью подумала девушка, когда дочитала послание.

Но, заметив среди собравшихся в зале суда людей Невилла, Пэнси с трудом удержалась от радостного восклицания, и в тот же миг у неё на душе стало в сотню раз легче. Его присутствие уже не первый раз стало для неë ощутимой поддержкой. После заседания Невилл тут же подошёл к ней и крепко обнял. Остаток дня они провели только вдвоём, отмечая её официальное освобождение. На ночь они отправились в Хогсмид: там находился коттедж, который Невилл купил три месяца назад. В свободные дни Пэнси они обустраивали дом, чтобы после окончания срока её наказания переехать в него вместе. Хотя работы по обустройству жилища ещё далеки от завершения, но самая необходимая для жизни мебель и посуда в коттедже уже имелись.

Ресницы Невилла затрепетали, что говорило о скором пробуждении. Пэнси тут же закрыла глаза и притворилась спящей. Прошло несколько томительных для неё минут, прежде чем он притянул её к себе и ласково позвал:

— Пэнси.

— М-м-м, — продолжая притворяться спящей, протянула она.

— Милая, просыпайся, — настойчиво сказал Невилл.

— Дай поспать, — проворчала девушка, прячась под одеяло.

— Ты так просто от меня не скроешься! — воскликнул мужчина и нырнул за ней в убежище.

От слов он почти сразу перешёл к действиям: принялся щекотать и целовать шею и лицо. Пэнси отбивалась, как могла, от его нежных атак, пуская в ход игривые покусывания и щипки. Их тела сплелись в ежесекундно меняющий форму клубок под одеялом. Комнату наполнил весёлый смех пары.

— Всё, Невилл, сдаюсь! — высунув голову из-под одеяла, капитулирующе воскликнула Пэнси. Её лицо было красным от смеха и игры.

— Если только поцелуешь меня, — выдвинул тот свой ультиматум.

— Ты просто бессердечное чудовище! — проворчала девушка и, не дав ему возможности ответить, выполнила его требование: обхватила его голову, притянула к себе и крепко поцеловала в губы.

— Просто выполнил твою просьбу, и после этого я бессердечное чудовище? — не без укора напомнил Невилл, едва поцелуй прервался.

— Я запрещаю тебе обижаться на такую глупость, Невилл, — строго сказала она.

— Опять твои запреты, которые удобны только для тебя, — с усмешкой произнес тот, затем откинулся на подушки и закинул руки за голову. — Сама же попросила меня вчера разбудить пораньше, ведь столько всего запланировала сделать за сегодняшний день.

Пэнси положила голову ему на грудь, слегка потёрлась щекой о неё, словно кошка, и, слушая стук сердца, вкрадчиво произнесла:

— Это было вчера, а сегодня уже другой день. Вдобавок на улице льёт дождь, а рядом с тобой так тепло и уютно, — она сделала паузу и поцеловала его чуть ниже ключицы, затем игриво добавила: — По-моему, выбор в данной дилемме очевиден. Так что не дуйся, любимый.

— Ты такая хитрая у меня, что даже спорить не хочется, — сказал Невилл и, обняв её, поцеловал в макушку.

— Да и дела, которыми я хотела заняться сегодня, могут подождать, — продолжила девушка рассуждения. — Всё-таки до свадьбы Тео и Луны ещё три недели.

— Кстати, о свадьбе, но о нашей… — начал он осторожно.

— Мне нравится август, — перебила она. — Лучше всего в начале, чтобы я не смущала фигурой особо глазастых…

Глава опубликована: 28.07.2024
КОНЕЦ
Отключить рекламу

20 комментариев
Спасибо!
Спасибо, буду ждать продолжения.
Спасибо!
Спасибо, жду вечера, чтобы насладиться
Maris_Mont
Спасибо за комментарий ❤Будет интересно узнать ваши впечатления от главы вечером☺
Я не мастер писать комментарии. Могу только сказать, что мне Невилл и Пэнси нравятся. Они могли бы такими быть.

Ну позлорадствовать над Грейнджер-Уизли — святое дело.
Maris_Mont
...Могу только сказать, что мне Невилл и Пэнси нравятся. Они могли бы такими быть...

Приятно знать, что герои не просто нравятся, но и кажутся правдивыми.
Спасибо за комментарий 🌹
P. S. Злорадствуем вместе😉
Спасибо!
Спасибо!
Спасибо!
Спасибо, жду продолжения!
Спасибо!
NereidaNereidавтор
Maris_Mont
Спасибо вам, что читаете нашу историю!)
Спасибо!
Спасибо!
Такие милые) <3
Спасибо! Такие милые Нев и Панс.
NereidaNereidавтор
Курочкакококо
Maris_Mont
Если верить Автору, то впереди осталась пара глав и всё.
Спасибо!
Maris_Mont
Спасибо и вам❤❤❤
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

↓ Содержание ↓
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх