Если за окном завывает стужа и ночь кажется бесконечной густой темнотой, если ваш близкий человек где-то далеко и в сердце вашем проснулась скрипучая тоска, налейте себе ароматного чаю, завернитесь в теплое одеяло и загляните в этот текст. Здесь, вне пространства и времени, в абсолютно неопределяемом месте и годе, развернулась трепетная история влюбленных, судьбы которых, по воле безжалостного случая, были разделены на два мира. Перед вами предстанет красивая метафора смерти, но не пугайтесь - о, нет! - не пугайтесь, ведь надежда на воссоединение всегда есть. Ведь нет ни в одном из миров ничего окончательного, ничего предрешенного, так? И можно выйти на арену того самого "Цирка на краю", чтобы вновь ощутить единство со своими тенями и забыть на мгновение о невидимой преграде между "здесь" и "там".
И когда вы выпьете свой чай, и текст этот подойдет к концу, с вами останется то самое горько-сладкое послевкусие, что заставит вас вновь и вновь возвращаться к этой истории, как сейчас делаю я, и находить в ней утешение для своего сердца.
Поэтому не спрашивайте, стоит ли читать "Пьесу № 14", просто завернитесь в свой любимый плед и загляните в "Цирк на краю".
Выхожу на улицу, а там восхитительная картина: сидят две кошки в состоянии абсолютного дзена, а в двадцати сантиметрах от них Женёк неистово чавкает куриным крылышком.
Стою, смотрю на кошек, смотрю на Женька, на красивое небо тоже посмотрела, раз уж мы все здесь так уютно тусуемся. Маруся попыталась показать наглому йожу, что это её еда. Подошла, села рядом с тарелкой. Женёк продолжил чавкать, даже ухом не повёл. Маруся решила, что не стоит оно усилий и принялась мыть лапу.
И когда вы выпьете свой чай, и текст этот подойдет к концу, с вами останется то самое горько-сладкое послевкусие, что заставит вас вновь и вновь возвращаться к этой истории, как сейчас делаю я, и находить в ней утешение для своего сердца.
Поэтому не спрашивайте, стоит ли читать "Пьесу № 14", просто завернитесь в свой любимый плед и загляните в "Цирк на краю".