↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Войти при помощи

Red Lotus Alchemist

Автор, Иллюстратор

Фанфики

4 произведения» 
Металл и буря. Надежда над горизонтом
Джен, Макси, В процессе
244 0 1
Мертвый космос. Осколки
Джен, Макси, В процессе
82 0 1
Дракон Севера
Джен, Макси, Заморожен
602 0 3
Мертвый космос. Падение
Джен, Макси, Закончен
764 0 2

Фанарт

4 работы» 

Награды

5 наград» 
1000 просмотров 1000 просмотров
28 октября 2023
2 года на сайте 2 года на сайте
27 июня 2023
1 макси 1 макси
6 августа 2022
1 год на сайте 1 год на сайте
27 июня 2022
Былa на сайте сегодня в 09:44
Реальное имя:Ксения
Пол:женский
Дата рождения:27 июня 1994
Откуда:Рязань
Образование:Художник, ювелир
Род деятельности:Раздолбайка 80го уровня
Зарегистрирован:26 июня 2021
Рейтинг:834
Показать подробную информацию

Фанфики

4 произведения» 
Металл и буря. Надежда над горизонтом
Джен, Макси, В процессе
244 0 1
Мертвый космос. Осколки
Джен, Макси, В процессе
82 0 1
Дракон Севера
Джен, Макси, Заморожен
602 0 3
Мертвый космос. Падение
Джен, Макси, Закончен
764 0 2

Блог


#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message656549


Давненько я не заглядывала. Но я снова здесь, и мы продолжаем обзор фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод восемнадцатый: сова на вентиляторе, или в жопу канон.
В прошлом отрывке мы удивлялись, зачем было изобретать упоротый болтер при множестве вполне здравых и адекватных возможных вариантов. Ну, а Шрам после двух убогих боевых сцен, снова показанный автором молодцом среди овец, отчего-то уверяет себя, что обязательно выживет. Хотя эти самые боевые сцены были настолько убоги, что в них сразу понятно, что Великому-И-Самому-Крутому-ГэГэ ничего не грозит, а противники – тупые болванчики, которые существуют только для того, чтобы ГэГэ их отпинал.
Образцово-показательному мудаку Комарову меж тем нездоровится:

Комарова разбудил упрямый стук в дверь. Раз, другой, третий… Визитер никак не хотел принять на веру нежелание хозяина комнаты вести с ним беседу, устыдиться и уйти себе восвояси. Потом, очевидно, отчаявшись достучаться кулаком, он пустил в ход ноги.
«Бух-бух-бух-бух» по двери отзывалось колокольным набатом в свинцовой после похмелья голове. Во рту царил омерзительный привкус последствия обильного возлияния. Вот ведь диво какое — пил вроде бы дорогой, качественный коньяк, а похмелье как от самой простой сивухи, производимой в подвале сельского дома из подгнившей картошки и дряблой свеклы. Глаза ломило от света ламп. Так и не выключил вчера свет, как и ляпнулся спать. А на полу что это за лужа мерзкого вида? Вонь-то какая… Блевотина, что ли? Чья? Мда, забавный вопрос. Ай-яй-яй, как не стыдно, Геннадий Петрович, а еще ученым человеком, доктором биологических наук считаетесь. В штаны-то еще не изволили накласть? Нет? Ну так подождите немного, и это свершится.

По-прежнему Комаров вызывает лишь омерзение. И чем дальше, тем отвратительнее он становится. Хотя тут вообще нет ни одного центрика, который вызывал бы симпатию и которому хотелось бы сопереживать. И, да, по мнению этого «умного» человека, от дорогого качественного коньяка не бывает похмелья? Какая разница, что он там пил, если он нажрался, как свинья!

Сгорая от стыда, Комаров схватил с вешалки куртку и накрыл ей позорную лужу, быстро сунул в стенной шкаф бутылку из-под коньяка и недоеденный колбасный хвост. Блевотина обнаружилась также и на откидной кровати, но эту проблему Комаров решил просто: набросил сверху край одеяла. Запашок, конечно, остался, отчего жилой отсек напоминал третьесортный бордель, но тут уж ничего не попишешь. Главное, что следы безобразия в глаза уже так явно не бросались

Ну, по крайней мере, хотя бы какая-то часть чувства стыда у Комарова еще не атрофировалась. Только вот устроивший ему побудку и так наверняка поймет, что это «светило» не так давно изволило пьянствовать.

Комаров наконец распахнул дверь и обнаружил на пороге Литвинова, еще одного бойца спецназа и какого-то бродягу в потрепанном защитном комбинезоне и «лифчике»-разгрузке. Оружие у него, понятное дело, отсутствовало — обыскали и временно отобрали. Капюшон бродяга скинул, и была видна его коротко стриженая почти седая шевелюра, уродливые шрамы от ожогов на темени. Нос посетителя делил поперек уродливый, глубокий рубец темно-синего цвета, а один глаз был полуприщурен от старого следа раны на виске.

Во имя святой горелки, да что за цирк уродов у автора вместо персонажей?!

Комарова мысленно передернуло, когда взгляд бродяги уперся в него, как острая игла.

А это у нас кто?
А это наш Иван-дурак. Который непререкаемый вождь, всегда мыслящий трезво и прагматично. И которого поймали за жопу в убогой разливайке в долбенях. Но автор снова напускает пафосу, пытаясь заставить нас поверить, что Ванька крут. Что тут сказать? Автор снова обделался.
Между тем завязывается сурьезный разговор:

— С вами срочно переговорить просит, — указал Литвинов на бродягу, — Срочная тема какая-то.
— Лично, с глазу на глаз, — добавил незнакомец. Голос был каркающий, резкий.
Литвинов вскинулся было, но Комаров кивнул, дескать, все в порядке, и кивком пригласил бродягу войти. Майора и солдата сопровождения отпустил восвояси заверением, что это по научному делу и беспокоиться нет нужды. Когда грохот армейских ботинок по коридору затих,

Они там специально топали изо всей силы или вообще по коридору скакали?

Комаров вопросительно глянул на бродягу. Ученого в который раз уже мысленно передернуло: смертью пахло от этого пропитанного Зоной человека. Смертью, ужасом, кровью…

Судя по тому, что мы уже успели прочитать и разобрать, пахнуть от Ваньки должно перегаром. Разить, я бы даже сказала.
От Комарова, впрочем, тоже.

Однако приперся он сюда явно не просто так. Есть серьезный разговор. Но какой?
— Слушаю, — сказал Комаров, садясь на стул. Бродяге он кивком показал на табуретку, но посетитель остался стоять.
— За Джину-то вас по голове не погладят, — вдруг заявил незнакомец. — Да и вообще дела у вас не ахти идут. Искренне сочувствую.
— Что вы себе позволяете? — возмутился моментально опешивший от такого начала беседы Комаров.

Что сказать, Комаров не только чмо и трус, но и дурак. При всей корявости постановки этой сцены, пожалуй, даже псевдогиганту было бы ясно, что просто так на пустом месте посторонний человек осведомленность проявлять не станет. Если он не дурак, конечно. Это мы знаем, что Ванька как раз дурак (хоть Крячко и пытается всеми силами нам доказать, что нет), а вот Комаров видит его впервые в жизни.

Он рассчитывал вести разговор о покупке-продаже ценного и редкого артефакта, о найме на работу нового проводника (весть о гибели Шрама, скорее всего, уже раскатилась среди сталкеров и вызвала определенный резонанс о вакантном месте), в крайнем случае — о полезной информации. Но выслушивать дерзости от проходимца — пардон…
— Помочь вам хочу, — криво усмехнулся бродяга. Правда, от этой гримасы его лицо привлекательнее ничуть не стало.

Клыки Малала! В этой версии Сталкера (хотя какой это, к сноркам, Сталкер?) что, в Зону, за редким исключением, пропускают только стремных, как смерть водолаза во время атомной войны, товарищей?

— Каким же образом? — саркастично осведомился Комаров, — Экспедицию оживить?
— Нет. Мертвецов воскрешать я не умею, да и бесполезное это занятие. Скоро прибудет комиссия по расследованию обстоятельств гибели Павла и Джины, а в частности — кто именно туда их отправил накануне выброса. Соображаете? Сядете же, Геннадий Петрович. Как пить дать сядете.

Иван-дурак в своем репертуаре. Вместо того чтобы сразу перейти к делу, несет фигню и делает все, чтобы его выставили вон. Комаров же по-прежнему сказочно тупит:

— Сейчас я вызову охрану, — не выдержал ученый, — Вас под белы рученьки выведут с территории комплекса, и сюда больше вы никогда не попадете.

Ну, так вызывай, а не болтай. И по-прежнему в межушный ганглий Комарова даже не закрадывается мысль о том, что раз абсолютно посторонний человек настолько осведомлен о происходящем, это явно неспроста. Возможно, стоило хотя бы забеспокоиться?

— Напугал ежика голой жопой, — фыркнул бродяга. — Я и сам уйду.

Ванька снова начал гнуть пальцы. Хотя у него вообще-то заказ, и явно не на то, чтобы поругаться с Комаровым.

— Тогда уходите. Немедленно.
— Вот дурак… Я тебе собираюсь всерьез помочь, — бродяга уже перешел на фамильярное «ты», но возмущенный ученый этого не заметил, — А ты еще что-то шеперишься. Я бы на твоем месте хоть выслушал, о чем речь идет.

С этого следовало начинать, нет? Но трезво и прагматично мыслящий Ванька не может не повыделываться. И выделываться продолжает.

— Хорошо, — легко согласился Комаров, — Тогда выслушаю. Вы правы — надо быть справедливым.
Бродяга достал мятую пачку сигарет и, не спрашивая разрешения, закурил. Впрочем, тут же включилась автоматическая, настроенная за запах табачного дыма вентиляция, расположенная по всему комплексу. В комнате повеяло легким ветерком.
— Бежать тебе надо, — понизив голос до почти шепота, сказал бродяга.
— То есть как бежать? — удивился Комаров, — Куда?
— Я предлагаю тебе просто сменить место работы. Просто ты знаешь и умеешь то, что нужно кое-кому из очень серьезных людей в Зоне.

А что Комаров знает и умеет? Как просрать все полимеры? Как говниться на окружающих? И, да, подобное предложение - ну ни разу не подозрительно.

— О чем это…
— Все о том же. О том, чем именно занималась лаборатория Лебедева. А именно — проект 62.
По лицу Комарова внезапно прошла резкая судорога. Он закусил губу, чтобы справиться с собой, и ему это удалось. Ему вдруг стало душно, и он резко рванул воротник. Прохлада в комнате на миг обернулась мертвящим холодом. Вот уж никогда он не думал и не гадал, как и при каких обстоятельствах он вспомнит, вернее, ему напомнят о том, что он так старательно пытался забыть.
— Откуда вы раскопали эту информацию? Лебедев, Каланча, Суслов, Новиков, Карандин давно мертвы. Они погибли во время катастрофы, а потом Институт в темной долине исчез, там осталось просто огромное болото… — просипел Комаров, — О чем вообще может быть речь? Я просто ксенобиолог. Занимаюсь исследованиями фауны и флоры Зоны. Проект 62 — фикция, его нет и не было никогда, все материалы уничтожены…
— Не все. Например, работающий прототип установки «Пульс». Зачем ты врешь, ученый?
— «Пульс»… Сахаров говорил, что он был похищен из института… Вами?

И снова у нс вброс информации, понадерганной из "Зова Припяти". Но погодите, может, я тороплюсь, и это нужно будет для сюжета?
Ага. Щас!
Вся эта информация нужна в работе настолько же, насколько вся сюжетная линия Комарова и Ваньки. Убрать ее из повествования - и не изменится вообще ничего. Только лишней экспозиции станет меньше.

— Не мной лично, — усмехнулся бродяга, — А моими работодателями. Я просто посредник.

Воу. Марафон глупости набирает обороты. Монолитовцы еще и наймиту, которому вообще не следует лезть не в свое дело, и все, что требуется от которого - сопроводить нужного человека в нужное место, все разболтали? Если бы они в конце этой бессмысленной сюжетной линии его убили, это было бы хотя бы чуть меньшей ересью.

Лебедев и большая часть его соратников не погибли. Более того, они здесь, в Зоне. Главари группировки «Чистое небо», занимаются исследованиями, но идут своим путем и старательно шифруются — на то у них есть особые причины. Так вот, большая часть «проекта 62» сохранена и ждет своего развития. И только вы теперь сможете ей заняться.

И снова все знают то, что в каноне было тайной. И снова левому мужику разболтали всякое, о чем ему знать не положено. И у меня тут только один вопрос - начешуя, а, главное, зачем?

— Я ничего не знаю об этом… Абсолютно. Я ушел из лаборатории Лебедева почти за год до катастрофы и занялся биологией, это моя вторая специальность. Такой вот курьез. Да я и не был никогда у руля этого проекта. Карандин и Новиков отвечали за технические стороны проекта.
— Они для нас уже недосягаемы.
Комаров сосредоточенно потер лоб. Мысли в голове путались, и эта каша бурлила, давила череп изнутри. Ученому казалось, что он сходит с ума.
— Мы предлагаем тебе, — медленно и очень спокойно заговорил бродяга, — Присоединиться к нам. Здесь ты уже попал в полную задницу, и даже если тебя не посадят, то ученым с мировым именем тебе не бывать. Я знаю, что ты любишь Зону, так вот, тебе представляется возможность, которой у тебя не будет нигде и никогда: ты получишь почти безграничные возможности для исследований. Материал, хорошее оборудование и много чего еще. Семьи у тебя нет, с родственниками теплых отношений — тоже. Что тебе делать там, за Периметром? Быть среди шакалов, которые именуют себя Федерацией Исследований? Да тебя разорвут в два счета. Ты не кабинетный работник и политик из тебя никакой, а из Зоны тебя скоро вышибут в два счета. Вот и думай о перспективах. Метлой махать ты не пойдешь, к станку на завод тоже. Твои мозги и знания пригодятся здесь. Но Зону тебе больше не покинуть. Никогда. Выбирай — или фактическая смерть как ученого там, или почти безграничное могущество как научного деятеля здесь.

И опять два коня в пальто рассказывают друг другу экспозицию. И что, Ванька успел в "Монолит" вступить, что ли? Забегая вперед: нет. И интересно, сколько раз Иван-дурак успел речь перед зеркалом отрепетировать? И, да, видимо, сию речь ему писали опять же монолитовцы. Почему? По прошлым эпизодам с его участием - речь для него нехарактерная. Ну вот вообще.

— И куда же пойдут результаты моих исследований? — усмехнулся Комаров. — На завоевание Мира? У вас там что, второй Гитлер завелся? Простите, мне слабо верится в ваши слова. Вы же просто используете меня, как, простите, презерватив, и когда реанимируете «проект 62», просто выкинете. Точнее, пристрелите. Вы вообще знаете, что будет представлять из себя реализованный в жизнь проект? Представляете себе мощь этого оружия? Да мне же точно голову отрежут.

Хм, когда это Комарова волновали такие материи? Хотя он тут же раскрылся дальше: как и прежде, Комарова волнует только сохранность его пятой точки. Его на деле не интересует, кто и зачем будет использовать оружие.

— Нет, зачем? — удивился бродяга, и снова смертью повеяло от его фигуры,

Лапки снорка в кармане стухли, что ли?

— Такими людьми, как ты не разбрасываются. Повторяю: твои знания очень нужны. Реализуй их, пока не поздно.
— Чтобы убить Зону? — уже без тени сарказма спросил Комаров.
— Нет. Чтобы любой ценой спасти и защитить ее.
Комаров работал в лаборатории Лебедева несколько лет, и бродяга был прав, заявляя, что Геннадий Петрович много знает о том самом «проекте 62». Электромагнитная пушка, или, как ее называли между собой конструкторы, Пушка Гаусса обещала стать практически абсолютным оружием. Энергия последовательно активируемых могучих соленоидных катушек, расположенных по всей длине ствола, разгоняла снаряд до сумасшедшей скорости, почти сопоставимой со скоростью света. Вольфрамово-хромовые «пули» даже могли бы испариться от простого трения об воздух, если бы не создавали во время полета фактически вакуумную «бутылку» вокруг себя — это уже была непосредственно разработка самого Комарова, его «ноу-хау». Лебедев поручил ему эту задачу — и он решил ее, причем с полным успехом.
Проблема использования пушки заключалась еще и в том, что установка в подземной лаборатории во время испытаний пожирала океан энергии для питания могучих электромагнитов. Тот заряд электричества, который насыщал исполинские конденсаторы пушки, был сопоставим с полусуточными расходами небольшого городка, и вопрос стоял еще и в портативности установки. Целый «поселок» из трансформаторов и громоздкого оборудования обслуживания «проекта 62» занимал солидных размеров комплекс технических сооружений полигона.

Автор же играл в "Зов Припяти". Ну зачем он заменяет всей этой чушью канонную адекватность? И, да, Крячко представляет себе скорость света? В игре энергозаряды из «шестьдесят второй» немногим быстрее обычных пуль.
И самое главное: для чего в сюжете вообще эта информация?

Но тут, опять же по разработке самого Комарова, выход нашла Зона. А именно — ученые научились «выдаивать» необходимую энергию из артефактов «грави» и «батарейка», подвергая их резко меняющемуся в контрасте магнитному полю. Для его создания хватало и небольшого аккумулятора. Так работало реле-регулятор в автомобильных генераторах, подавая относительно небольшое напряжение на обмотку возбуждения генератора, чтобы он мог работать и выдавать ток в режиме самообслуживания.
Никто, кроме Комарова не знал подробностей его разработки. Лаборатория переживала тяжелые времена, и его «артефактная сборка», вынеся буквально пару испытаний в «полевых» условиях, отправилась на склад, а «проект 62» оказался временно заморожен, основные же усилия исследовательского сектора оказались брошены на запуск и отладку установки «Пульс». Комаров из-за этого поругался с Лебедевым, после чего их отношения обострились, и Геннадий Петрович подал в отставку. Дальше тропки Лебедева и Комарова разошлись, а разразившаяся вскоре Катастрофа оборвала их навсегда.

И вот так образцово-показательный мудак превращается в гения, а канонные открытия оказываются приписаны ему. И, да, если Комаров во всем этом участвовал, то у меня появился вопрос на засыпку: а какого варпа его еще не заткнули радикальным образом или хотя бы не прихватили за жопу сразу?

Экспериментальная установка, прототип «пушки Гаусса» так и осталась в подземном бункере лаборатории под Припятью, и Зона сама сделала те места недоступными для людей, окружив их гигантскими полями жутких ловушек, хищными тварями, рыщущими там, и убийственным радиационным фоном. Может, как потом не раз думал Комаров, это и к лучшему, природа сама позаботилась о том, чтобы отобрать у ребенка-человечества страшную игрушку. Не смогла спрятать от него тайну атомного оружия, так хоть секреты артефактов не достанется в руки. Люди ведь все великие тайны природы норовят обернуть не иначе как в оружие для уничтожения себе подобных и всего вокруг заодно.

Можно было сказать, что это позиция нашего жопоцентриста... Но, судя по другим отрывкам с другими персонажами, - нет, это позиция автора. Ох уж мне это инфантильное «О, люди способны только уничтожать!» А вспомнил бы автор с Комаровым вместе, сколько этих самых великих тайн природы помогли в созидании. И ту же атомную энергию используют далеко не только в военных целях. Энергия, питающая города? Медицина? Нет, куда проще обговнить все человечество разом. И один только "правдоруб" посреди всех белый и пушистый. Мда.

Комаров теперь оказался перед самым нелегким выбором в его судьбе. Жизнь среди людей — на положении изгоя-парии, лишенного любимого дела, фактического смысла существования… Или туманные и ненадежные, но все же перспективы делать то, что не мог ранее. И все же — кто они, те таинственные, но имеющие нешуточную власть люди, пославшие к нему этого бродягу? Демон искушения прочно засел в душе Комарова, терзая ее.
Ученый раз за разом спорил с ним, пытаясь найти отговорки не ввязываться в авантюру… И не находил их убедительными. Еще до конца не разобравшись в себе, он уже знал, что принимает предложение странного и страшного бродяги.

Замечу, что Комаров - он как наши любимые попадуны в ГП: верит на слово первому встречному хрену с горы, наболтавшему много всякого. А еще он не готов помочь себе сам. Подготовиться к грядущему следствию, если он вообще будет, найти аргументы в свою защиту, попытаться отстоять свою невиновность? Не-а, это не стиль нашего светила! Пусть дяденька с Марса Ванька из наливайки придет и отведет к кому-нибудь.
Что ж, на этом сей эпизод кончается, а впереди у нас сказ о том, что дно недостижимо.
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 70
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message656037

Я все же сделала выход силой и дошла до этого момента! Сегодня нас ждет шедевр матчасти, ибо мы продолжаем разбор фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод семнадцатый: болтер своими руками.

Искренне надеюсь, что в процессе обзора я не умру от смеха и кринжа. Поехали!

Халецкий глядел из-за решетки затравленным зверем. Здоровенный, всклокоченный, заросший щетиной, он теперь напоминал матерого бандита, только по недоразумению обряженного в форму армейского спецназа

Такое впечатление, что всех более-менее значимых персонажей у автора делали на одном заводе по трем лекалам: «Мрачный стремный мордоворот», «Пустоголовый истерик-болтун» и «Таинственный подозрительный хмырь». Ладно, продолжим:

Валерьян, встопорщив черные, щегольские усы, прохаживался взад-вперед по бараку.

Какому, к варпу, бараку, если база сталкеров в игре находилась в двух зданиях бывшей фермы?

Деревянный пол так и скрипел под тяжелыми бутсами.
— Ну и на что ты надеешься, балбес? Что тебя выручать пойдут?
— Пойдут, — голос Халецкого был низкий, хриплый, наверное, уже и простуженный, — Не бросят, а вас, твари, покрошат на борщ. Сами не заметите, как из вас кишки наружу полезут…
Валерьян обернулся к Шраму, стоявшему рядом.
— У военных на посту Халецкий был командиром и все свои дела крутил через своих двоих доверенных людей. Мне уже сказали, что в нашу сторону выдвинулся отряд из десятка бойцов. Наверное, выручать своего командира. Их надо перехватить в районе АТП, там уже сидит в засаде несколько моих парней. Если мы уберем друзей Халецкого, ему некуда будет деться и он поневоле расскажет, где тот самый кейс, который ищет Сидорович. Вообщем, ты помогаешь нам, а мы тебе.

И опять происходит то, что мы уже не раз замечали. В игре тут была весьма неплохая сцена, которая к тому же отлично характеризовала Шрама как персонажа. Но у Крячко Шрам тут вообще изображает комодик, а автор снова выкидывает хорошие канонные вещи и заменяет дурной отсебятиной.

Халецкий молча щерился на бродяг из-за решетки.

А выть и кусаться он еще, случаем не начал? Ладно, все, все, а то мы так никогда до бронебойки не дойдем...

Шрам вопросительно глянул на Валерьяна.
— А не боитесь с вояками так кусаться?
— Куда ж деваться, — пожал плечами предводитель бродяг, — Боимся. Да только выхода у нас нет. Все жить хотят, если мы сейчас отпор не дадим, нас бандиты совсем затерроризируют. И так от них спасения нет, а если им еще военные будут помогать, то вообще караул.

А нормально объяснить, что там происходило, не судьба? В игре вот Валерьян объяснял.

Валерьян вразвалочку подошел к заваленному запчастями и инструментом верстаку, за которым сидел и сосредоточенно колупал какую-то железяку бродяга в замасленной робе.
— Фургон, будь так добр, дай Шраму «бронебойку». А то ему с дробовиком и тарахтелкой против спецназа несладко придется.

А где со здешним-то маргинальным дном вместо сталкеров гарантия, что какой-то пришлый хрен с горы, получив хорошее оружие, не свалит с ним в закат?
Между тем механик не возражает, копается в ящике, копается, копается и достает... Болтер?!

Механик отложил запчасть, встал и долго копался в металлическом ящике, который был приспособлен под оружейный сейф, чем-то там бренчал и ворочал тяжелые железяки.

То есть, оружие у него там просто свалено и каждый раз подобным образом ворочается?

Потом вытащил оттуда странного вида оружие, протянул наемнику и пояснил:
— Моя собственная переделка. За основу взят автомат Калашникова, ствол заменен, магазин тоже, стал гораздо тяжелее и не бьет очередями, зато приспособлен под стрельбу патронами от крупнокалиберного пулемета. Мощь страшная, так что приготовься к некислой отдаче. Патронов я тебе на четыре обоймы дам, больше нет. Будь другом, верни после дела, ладно?

Точно, болтер. И, да, характеристики с потолка, как я вас люблю! Выдать такой шедевр - это... Это... Блин, я даже не знаю, как это назвать! Так, ладно, выдохнули. Трэш и угар только начинаются.

Шрам взвесил в руках массивную бандуру, потом повесил за плечо на ремне.
— Это вы на слонов готовили?
— Нет, — улыбнулся в усы Валерьян, — Для особо торжественных случаев. На дорогих гостей.
Еретиков и ксеносов? А если серьезно, то начешуя? Почему это чудо техники - сейчас временно забьем на то, что это в принципе отборная бредятина, - не держат там, где оно реально может понадобиться? На посту, откуда следят за местностью, например? Если военные или кто-нибудь еще всерьез решат заняться базой одиночек, этот шедевр матчасти даже из ящика откопать не успеют, не то, что в ход пустить.
Но на самом деле, все очень просто. Потому, что единственная функция у этой имбо-пушки - сюжетная.

…Возле руин АТП Шрам уже никого не застал. Еще на подходе к развалинам он слышал отчаянную перестрелку, крики и взрывы гранат от подствольного гранатомета. Автоматов с подствольниками у бродяг он пока не замечал, значит, там вовсю орудуют военные. Если у них сыскалась «тяжелая артиллерия», значит, дело худо и бродяги Валерьяна попали в фатальный для них переплет. Не по Сеньке получилась шапка
Худшие предположения Шрама подтвердились. У забора АТП в разных позах валялись убитые бродяги, наемник издалека, затаившись в кустах насчитал пятерых. Еще один, смертельно раненый в живот — фактически потроха наружу — умирал неподалеку, он уже даже не вопил, а молча, страшно скоблил каблуками землю, корчась в судорогах. Военные засели внутри строений АТП, и Шрам понял, что бродяги погибли не зря: четверо солдат уже не вернутся на свой блокпост.

"Стратегию и тактику любили мы в рот! Воюй, как попало - и так сойдет!"
Ну и, как обычно, разве способны мобы сами справиться хоть с чем-то без участия нашего бравого космодесантника из ордена Обсосов Императора всея песочницы? Только бесславно помереть. И, естественно, одиночки настолько тупы, что лезут в лоб прямо под огонь. Ни плана действий, ни толковой командной работы. Только воплей в духе "Запомните меня!" не хватает. Почему, кстати, шедевр матчасти не дали им, зато выдали левому мужику? Ах, да, никому не положено быть круче ГэГэ.
Ну и, какое, к варпу, "не зря"?! У ребят Валерьяна минус шестеро, а к воякам вполне может прийти подкрепление. Ай, ладно, где вообще я пытаюсь найти логику?
Едем дальше.

Наемник вытащил «бронебойку», передернул затвор

Зачем, снорк тебя раздери, зачем ты дергаешь затвор, дурень?!

и в очередной раз очень пожалел, что Фургон, прославившись хорошим техником, не присовокупил к оружию оптический прицел. Или же, как понял отлично разбирающийся в оружии Шрам

Так же отлично, как автор сего шедевра? Кхм. Ладно, ладно...

он этой переделке как слону политграмота: прицел неудобен и его толком не пристрелять из-за отсутствия заводских, качественных условий изготовления оружия. Бронебойка была оружием ближней или средней дистанции, и о превращении ее в снайперский вариант не стоило и думать.

У-ууу, блин... Такое комментировать - только портить. Хотя, как ту не вспомнить GWшный болтер с прицелом?.. Насчет остального просто умолчу.

Минут через десять военные зашевелились. Из пролома в кирпичной стене здания показался один боец, потом второй. Шрам терпеливо ждал: он уже знал, что именно ему надо сделать, чтобы выстоять одному против шестерых вооруженных людей. Его опыт профессионала уже подсказал выход из ситуации. Некстати накатила уже знакомая дурнота, слабость, закружилась голова. Шрам встряхнулся, поморгал глазами и сосредоточился.

Ой, как удобно! Стоило только вступить в дело нашему великому и могучему ГэГэ, как военные разом превратились в идиотов и сами побежали на отстрел. А еще Шраму спокойненько так позволили подойти на расстояние выстрела. И никто даже не пытается его просто прситрелить. Простите, а там точно военные? Ах, да, в представлении Крячко у военных спинной мозг работает успешнее головного... Ну и, потом, ну кто же обидит такого лапочку?
А еще перед нами снова помахали ружьем Бондарчука: вроде как у Шрама таки есть последствия от выброса, но они существуют тут только для того, чтоб были, и ни на что не влияют.

Отдача у бронебойки и вправду была просто чудовищная. Как кувалдой в плечо долбанули. Неудивительно — посылая пулю величиной с небольшой огурец, оружие просто обязано в полном соответствии с законами физики ошарашить стрелка «дружеским» толчком. Шрама чуть не свалило с ног вообще — к такому он не был привычен. Зато и результат был, как говорится, налицо. Вернее, на чью-то несчастную голову.
Наемник метил в грудь командира спецназа, а попал почему-то в лицо, которое буквально разбрызгало кровавыми ошметками и туманом вместе с черепом , несмотря даже на прочный шлем-маску. Предводителя Шрам определил сразу по скупым распоряжениям, отдаваемым им солдатам, а также по более серьезной броне. Вместо «абакана» он держал в руках АС «Вал», с виду компактный и даже почти игрушечный, но от этого не менее убийственный.

А Шрам там в процессе, случаем, не оглох? Странно. А должен был! Не говоря о том, что о боль-мень точной стрельбе следовало бы забыть, ибо силовой доспех космодесантника к этому болтеру не прилагался. Ну и, куда уж без святого игромеха? Видать, в воображении Крячко обмундирование командиров кардинально отличается от обмундирования его подчиненных. Чтобы врагу было его проще выцепить, наверно. А военные тут по-прежнему идиоты на отстрел с синдромом штурмовика.

Грохот от выстрела раздался будь здоров, но наемник еще несколькими выстрелами успел скосить еще двоих бойцов, прежде чем они исчезли обратно за стеной здания. Раненых не имелось: пули бронебойки, вполне способные прошить навылет БТР, просто кромсали человеческие тела. Фургон поработал на совесть, чудовищное оружие, явно проигрывая в меткости, не оставляло врагам шансов выжить при попадании. Уцелевшие бойцы при первом же выстреле обучено попадали на землю и раскатились в разные стороны, заняв оборонительные позиции. Будь у Шрама обычный «Калаш» — это бы их спасло. Но не в этом случае.
За одной из сторон пролома шевельнулось, и Шрам послал пулю прямо в стену. Кирпич так и брызнул в разные стороны, дыра стала на почти полметра шире, а солдата, прятавшегося за ней унесло куда-то вглубь здания.

Я уже не знаю, как реагировать на эту убойную ересь. Автор, прошу, хватит этой дурной бредятины из второсортных боевиков восьмидесятых! Да понимаю я, что матчасть вы по ним учили – все равно, хватит!

Наемник терпеливо ждал контратаки и даже «презента» в виде гранаты, но через несколько минут заметил, как оставшиеся в живых солдаты, пробравшись незамеченными внутри руин АТП, уже удирают в сторону блокпоста, прячась за деревьями и кустами. Шрам, конечно, не стал их преследовать. Скатертью дорожка.

Толпа вояк испугалась одного полудурка с непонятным чудом техники с приписанными от балды имбо-характеристиками. Угу. Верю, так все и было. Но на этом приключения нашего крутого суперсталкера не кончаются:

Осторожно спустившись вниз, он не побрезговал обшарить трупы бойцов и подобрать «Вал», валявшийся возле обезглавленного тела командира, разжиться патронами, сухпайками из рюкзаков, а также индивидуальными медицинскими комплектами. Жаль, что на АС никак не присобачишь подствольный гранатомет, а таскать на горбу массивный «абакан» только ради «тяжелой артиллерии» наемник не хотел. Зато снял с одного из автоматов оптический прицел. Вещь очень полезная, обязательно пригодится в хозяйстве.
Шрам уже собирался в обратный путь, как вдруг его внимание привлекла какая-то возня как раз на намеченной им дороге возвращения к Валерьяну. Наемник медленно опустился на землю и, используя прицел как подзорную трубу, вгляделся. Выругался сквозь зубы. Из подлеска неспешно выбралось целое стадо кабанов. Исполинские и свирепые даже на вид зверюги величественно прошествовали на уютную полянку и расположились там на отдых. Шрам прекрасно видел их острые клыки, почти превратившиеся в уродливые когти копыта, заросшие жесткой бурой шерстью туши, сплошь покрытые рубцами и язвами. Звери, перенеся локальные и полные мутации, приобрели уникальные, жизненно необходимые способности, зато их внешний облик теперь вызывал шок.
Кабаны, особенно их чернобыльские «реплики» обладают неважным зрением, зато отменным слухом, и нечего было даже думать незаметно просочиться рядом с ними. Человек просто неспособен двигаться столь тихо. Обычные вепри, быть может, и не стали бы атаковать не проявляющего агрессии двуногого врага, но припять-кабаны непременно разорвут его в клочья, затопчут, а потом и сожрут. Проклятые Земли превратили величественное животное в опасного хищника — охотника, людоеда наподобие тигра или льва.

Оставим в покое лутание и тот факт, что автор забыл выдать Шраму бинокль. Во-первых, а почему б не двинуть в обход? Ну, заложишь крюк, зато с кабанчиками разминешься. Во-вторых, если сам автор не умеет очень тихо двигаться, это не значит, что человек на это не способен. И в-третьих... Да, мои любимые представления Крячко о дикой природе и животном мире. Во-первых, еще раз советую автору почитать про поведение хищников и не только. Во-вторых, даже хищники Зоны, за исключением отдельных особей, не рассматривают людей как главный источник пищи. И кабаны-мутанты – агрессивные звери, да, но, Клыки Малала, они не хищники, блин, они всеядны, но не способны к охоте!

Идти напролом наемник решился бы только в случае наличия у него за спиной пары БТРов или вертолета огневой поддержки. Рассвирепевший кабан идет на врага танком, невзирая на увечья и ранения, и не успокоится, пока кости жертвы не захрустят на зубах.

Ну сколько можно, автор?! Все-то у вас в Зоне обязательно в первую очередь за человеками гоняется и костями хрустит!

Зная это, Шрам начал выискивать пути отступления. А их было совсем немного. Открытые поляны изобиловали ловушками — «комариными плешками», «лифтами» и «каруселями». Стоило еще и спешить, пока удравшие бойцы спецназа не привели подкрепление.
Шрам, извиваясь змеей, пополз через кусты налево, к старой автомобильной дороге. Датчик радиации начал угрожающе потрескивать: асфальт порядочно «фонил», но если не случится препятствий, опасный участок реально преодолеть быстро, не нанеся существенного вреда здоровью. Впрочем, о бренном теле Шрам уже не особо переживал. Он любой ценой стремился выжить вообще, и эта задача стала для него первостепенной. А пока есть надежда в виде работы на Лебедева и его группировку, все остальное отходило на задний план.
Ловушки были хорошо заметны, и огибать их наемнику было легко. Пару раз только он чувствовал мягкое, почти нежное «прикосновение» гравитационных щупалец «карусели», точно приглашавшей человека зайти к ней в гости: один шаг в сторону, и тело моментально рванет в аномалию. И — конец. «А вдруг ловушки живые? — неотвязно крутилось в голове, — Только своей, особенной, непонятной людям жизнью? Коварство у них часто оказывается вполне разумным!»
Добравшись до дороги, Шрам вскочил и, не таясь уже, припустил вперед, к обрушившемуся мосту. Сзади немедленно раздалось громоподобное урчание, отдаленно напоминающее свиное хрюканье. Кабаны, естественно, заметили улепетывающую жертву, но в погоню сорвалось всего двое. Остальным явно было лень шевелиться.

Это уже даже не игромех, это просто дурь. И если ловушки были хорошо видны, почему через них нельзя было пройти? И где, ну где в аномалиях какое-то разумное коварство?! И, разумеется, за Шрамом не погналось все стадо - как же, мы только в начале сюжета! Ну и зачем тогда было нагнетать?

Наемник на бегу обернулся и несколько раз выстрелил из бронебойки но, похоже, не попал. Плохо дело. Мутировавшие свинки неповоротливы и тяжеловесны, однако если разгонятся и наберут приличную инерцию, то мчатся весьма резво, а остановить их реально только попаданием из гранатомета.
По Зоне вообще нельзя бегать: опасно для здоровья. Однако у наемника просто не имелось выбора, и он летел стрелой к железнодорожной насыпи. Под рухнувшим мостом был сталкерский «пост», но туда соваться Шрам не решился бы — вдруг впопыхах примут бегущего к ним человека за врага и подстрелят.

А заорать, что свой - не судьба?! Ах, да, учитывая, как автор выставляет сталкерское сообщество...

Оставалась только дренажная труба слева от моста, ведущая насквозь через холм. Там можно будет встретить кабанов как полагается, не боясь удара с фланга.
Наемник наддал, выжимая из ног все, что только получалось, и сумел опередить преследователей. Задыхаясь, он влетел в бетонный тоннель. Под ногой что-то мерзко хрустнуло, он скосил глаза и увидел растоптанный им человеческий череп. Рядом в грязи лежали изуродованные очки и двустволка с погнутым стволом — на нее, безнадежно ржавую и покалеченную, не позарился за прошедшие годы никто. Кто-то из бродяг нашел тут когда-то свою гибель…

Опять, е-мое! Таким образом получается не жуть, а фарс!

Шрам присел за куском бетонного блока и устроил поудобнее массивную бронебойку. Кабаны не заставили себя ждать. С хрюканьем и взревыванием они неслись к туннелю, топоча так, что аж земля дрожала. Наемник подпустил их поближе и открыл огонь. Одного свина буквально швырнуло на траву от чудовищных ударов пуль.

Опять от топота мутантов земля дрожит. А самая мякотка - это что ж за пушка такая, чтобы несущегося здоровенного секача с ног свалить? Гаубица? Автор хоть чучело кабанье в музее видел? Представляет себе, какого размера эта туша? Ах, да, наркоманская имбо-пушка… Но что-то мне подсказывает, что сбить с ног описанное тут автором животное не смог бы даже выстрел из болтера - в смысле, из того, который из Вахи, а не этого шедевр матчасти. Убить - да, но не отшвырнуть.

Голова мутанта превратилась в месиво. Второй, не замечая гибели собрата, ринулся к жертве, но и его настигла незавидная участь. Ноги оказались перебиты выстрелами, инерция проволокла тушу по земле, и кабан забился в агонии, пока пули рвали его бока, прошивая фактически насквозь.

Попасть по ногам движущейся цели из хреновины с адской отдачей? Да тут целый оркестр в соседних кустах, не иначе! А бронебойка, вопреки заявленным самим автором характеристикам, походу, вдруг начала стрелять очередями.

Наемник, расстреляв кабанов, перезарядил оружие. От перегретого ствола поднимался дым, руки ощутимо дрожали после выброса адреналина и могучей отдачи. Очень хотелось посидеть тут немного и отдохнуть как следует, но надо было спешить. До бывшей фермы, где обосновались бродяги, оставалось всего ничего, рукой подать, а местность была «чистая», по крайней мере, уже без опасного зверья. Люди не терпели соседства с мутантами и выкашивали их огнем, стоило им только замаячить на горизонте.
За бронебойку Шрам собирался сказать Фургону отдельное спасибо. Наемник искренне жалел, что техник наотрез отказывался продавать оружие. В Зоне зачастую именно убойность становилась решающим фактором, и оттого дробовики пользовались вечным и неизменным успехом. Гранатомет в этом плане просто великолепен, но тяжел, слишком ограничен боекомплектом и опасен для самого стрелка радиусом разлета осколков. Что толку палить по тварям из снайперской винтовки, если для их суперживучего организма пули все равно что тычки шилом? Больно, неприятно, часто кровища так и хлещет фонтаном, однако зверь бросается на человека, рвет его на запчасти, а потом удирает в Зону. Иногда умирать, но чаще — просто ретируясь. Отлежится и дальше пойдет.

Так, стоп. Что-то знакомое. Ну, точно - опять из "Луня", и опять же почти дословно.

Вопрос выживания в Зоне зачастую решался именно проблемой выбора оружия. Новички или богатые туристы — экстремалы чаще всего закупали немыслимо дорогие импортные автоматические винтовки, оснащенные даже компьютерными приспособлениями коррекции прицела, инфракрасными визорами и тому подобной дребеденью. И оставались гнить в мертвой земле Зоны. Ветераны же, посмеиваясь над ними, уходили в самоубийственные по своей опасности рейды, но упрямо возвращались назад, обожженные, часто со свежими ранами, поседевшие, но — живые, сжимая в руках потертые «Калашниковы» или ружья-двустволки. Потому что фанатично хотели остаться в числе тех, кто еще ходил по Проклятой Земле.
«Я выживу, — мысленно твердил себе наемник, бредя по сырому и темному туннелю дренажной трубы. — Я обязательно выживу. Любой ценой…»

Ну да, мы помним, что хорошее снаряжение автор отчего-то презирает. И да, а начешуя Шраму выживать, раз тут у автора ад, дерьмо и безысходность что в Зоне, что за ее пределами?

Что ж, можно выдыхать. Я разобрала этот отрывок и даже не отбила себе лоб фейспалмами. Но, как говорится, то ли еще будет! Дальше автор продолжает кромсать и перекраивать канон, натягивая сову на вентилятор. Надеюсь, мне хватит терпения.

Следующая часть: https://fanfics.me/message662297
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 17 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message656013

Ну что, друзья мои, вы пришли в себя после множественных фейспалмов? Никто не заработал сотрясение мозга? Нет? Хорошо, потому что мы продолжаем разбирать фанфик Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод шестнадцатый: детектив на кочерге.

В прошлой части мы дружно охренели от отбитого плагиата, выворачивания лора наизнанку и полного отсутствия логики. Чем же удивит нас эта часть? Время очередной порции чернухи!
Итак, наш известный быдлан Ванька сидит в какой-то алкашеской разливайке, причем, судя по описанию, где-то на самом гребаном днище:

Незнакомец подсел к Ивану Тайге в баре, когда бродяга, угрюмо глядя в стакан, наполовину полый дрянным портвейном местного разлива, сосредоточенно жевал бутерброд с волглым замаслившимся сыром. Иван не любил посторонних, и потому первая его реакция была тривиальной: нахамить покрепче, дабы отбить охоту подступать с вопросами, когда они совсем не нужны, и никто не намерен на них отвечать.
Но вышло совсем не так, как предполагалось.
— Здравствуйте, — вежливо представился незнакомец, — Хочу…
— А я нет, — буркнул Иван, дыша крепким ароматом сивухи.
— Жаль, — легко согласился парень, — Это могло бы вас заинтересовать.
— Все, что меня интересовало, у меня уже есть. Отвяжись, а? Вон, к другим подкатывай.
— Другие в Зону не ходят.
Тайга медленно отложил недоеденный бутерброд и с интересом глянул на незнакомца.
— А с чего ты взял, что я туда хожу? Ничего не попутал, паря?

То есть, это даже не зоновский бар, а обычная разливайка для синяков. Что ж, самое подходящее место для Ивана. И, как мы видим, трезво и прагматично мыслящий Ванька опять нажрался, а еще как нечего делать ведется на провокацию и палится, как последний идиот. Хотя почему "как"?

— Нет, не попутал! — весело подмигнул незнакомец. — Вы бродяга, зовут вас Иван по прозвищу Тайга. Один из ветеранов Зоны. Кстати, с вами давно желает побеседовать министерство обороны Украины, а также командование объединенной коалиции войск миротворческого контингента, несущих вооруженную охрану Периметра, который вы примерно раз в неделю успешно нарушаете при проникновении туда и возвращении обратно.
— Ты мент, что ли? — ощерился Иван. Желание набить физиономию этому жизнерадостному белобрысому деятелю возрастало с каждой минутой.
— Нет. Но разговор есть серьезный. Не смотрите так, и убивать меня не надо. Здесь не Зона.
Да, сволочной парень был прав. До Периметра было километров десять, а тут, в мирном городке, кипела провинциальная спокойная жизнь. Даже в этом баре на окраине города, месте, пользующемся недоброй славой среди местных жителей, было стократ безопаснее, чем в любом самом невинном месте Зоны.
Иван молча смотрел в пыльное окно, наблюдал за проходящими мимо безоружными, такими мирными и легкомысленными людьми, и вдруг понял: понять то, что он именно сталкер-бродяга, не надо иметь семи пядей во лбу, все и так предельно ясно. И парень этот прицепился неспроста. Милиция тут не при чем. Не стали бы они размениваться на провокатора и тратить деньги на такую слежку. Сразу бы подошли несколько дуболомов в форме, нацепили наручники, вытащили в двери и загрузили в машину. СБУ же столь мелкой сошкой, коим является Тайга, подавно не занималась бы. Мафия? Уже гораздо более вероятно. Интересно…

Похоже, у Ивана-дурака на почве алкоголизма обострилась паранойя. И зачем агрессивный бомж-алкаш понадобился мафии, и какой вообще, клыки Малала, мафии?! И, интересно знать, а как же можно признать в человеке за Периметром сталкера? Крячко нам так и не сказал. Или он так и ходит в сталкерской снаряге? Помнится, у Ночкина был забавно обыгран этот аспект: но там сталкера в герое никто не распознал, это он сам себя накручивал. А тут-то что?

— Ну и в чем заключается твое предложение? — уже более спокойно глянул на парня Иван.
— Меня Мерфи зовут, — представился он.
Слава богу, что хоть додумался руку не тянуть для приветствия. Очень Тайга не любил панибратства, и на такой жест не отреагировал бы. Нет смысла ручкаться с тем, кто, быть может, готовит тебе ловушку. Или вообще убить собирается.
— О самом деле, полагаю, стоит говорить не здесь, — продолжил Мерфи, — Но суть скажу. От вас потребуется сопроводить одного человека до Рыжего Леса. Человек тот мало подготовленный к выживанию в Зоне, а вы специалист, и будете обязаны обеспечить ему выживание. На границе вас встретят. Вот и все. Ничего сложного.
Тайга задумчиво покрутил стакан с портвейном, но пить больше не стал, отставил в сторонку.
— А с чего вы взяли, что я вообще соглашусь? Почему не наняли другого бродягу? Или вообще военных? Или сами не взялись?
— Хорошие вопросы, логичные, — Мерфи стал серьезным. — Вам нужны деньги. Мы заплатим, как скажете — деньгами или артефактами. Другой бродяга нам не подходит: вы один хорошо знаете район армейских складов и были там не один раз, другие тех мест избегают по вполне понятным причинам. С военными мы категорически не дружим, а сами, по правде говоря, не хотим подставляться. Нам выгоднее заплатить вам, а вы безупречно выполните работу. Репутация говорит сама за себя…

Вот так легко параноик Ванька себя выдал с потрохами. И зачем для сопровождения важного человека нанимают Ваньку? Он что, один в Зону ходит? Как же он район армейских Складов изучить успел, если у Периметра лажает, как зеленый новичок? И какая у него может быть репутация - репутация агрессивного быдлана и алкаша?

Мерфи назвал сумму, услышав которую, Тайга поневоле задумался, хотя первоначально планировал отказаться от этого заказа. Но тут все дело менялось в корне. Бродяг был, в принципе, человеком нежадным, но заработать приличные деньги был всегда рад. Если бы сумма была чрезмерно велика — тут и гадать нечего, явный подвох и расчет на то, что не придется платить (так как некому будет). Тут же все было в самый раз. Заказчик неплохо ориентировался в ценах на подобные услуги и скупостью не страдал.
Иван думал недолго.
— Согласен. Но есть встречное условие.
— Какое же? — Мерфи побарабанил пальцами по столу.
— Сделка будет происходить в присутствии нейтрального человека, который будет свидетелем. Чтобы вы не устранили меня после выполнения заказа. Его процент — ваши расходы.
— Разумно. Согласен. Но жизнь и разум человека, которого будете сопровождать, крайне важны для нас. Он должен добраться до Рыжего Леса любой ценой. Понимаете?

И вот поэтому ради сопровождения настолько важного человека нанимают не группу опытных людей с хорошей репутацией, а одного люмпена с местного днища?

— В Зоне все возможно, — Иван пристально поглядел на Мерфи.
— Но в данном случае надо перехитрить саму Зону.
— Я постараюсь. Но ничего обещать не могу.
Мерфи снова расцвел широкой улыбкой.
— Я думаю, что мы давно уже вышли из возраста пустых обещаний. Но свои деньги вы не упустите, верно? И они станут лучшей порукой вашего профессионализма.
Машина ждала их на углу улицы, недалеко от полуподвального помещения бара. Разумеется, Иван и не предполагал шикарного лимузина. На дорогих авто разъезжают напоказ любители дешевого фарса, а в данном случае средством передвижения оказался старенький, обшарпанный «москвич».

А нормальной неприметной машины не нашлось? Тачка, выглядящая так, будто ее пригнали из радиоактивных пустошей или хотя бы со свалки, привлечет куда больше внимания, чем обыкновенный бюджетный автомобиль.

За рулем сидел рослый молчаливый парень в кожаной куртке,

Макс Рокатански, ты?!

всю дорогу катавший во рту незажженную сигарету. Тайга пытался аккуратно расспросить Мерфи о заказчиках всего дела, но получал уклончивые ответы. Веселый паренек оказался не лыком шит и прекрасно умел скрывать важную информацию, никоим образом не портя беседу.
За городом начинались участки жидкого, малорослого леса. «Москвич» свернул на проселочную дорогу, и трясся по ней около километра, пока не затормозил у припаркованного на обочине джипа с тонированным стеклами. Из «Чероки», заслышав шум мотора, вышел высокий пожилой мужчина в темном тканевом плаще. Встал, заложив руки за спину, небрежным жестом поправил очки с массивными линзами.

Еще палевней бы вырядился! И никто из этих шифрующихся не подумал, что алкаш может быть, например, подсадной уткой?

Иван вгляделся в его лицо. Нет, кажется, нигде не видел ранее, хотя по осанке можно сразу определить военного.
Первым из «москвича» выскочил Мерфи, следом вылез Тайга.
— Приветствую, — чуть наклонил голову «господин»…
И у Ивана сразу резко заболели виски, как будто в них вонзили длинные ледяные иглы. Он едва сдержался, чтобы не вскрикнуть и удержать сковавшую лицо судорогу. Боль длилась буквально секунду, а потом исчезла также внезапно, как и началась. Ощущение было Ивану уже знакомо: легкое пси-воздействие, как возле ловушек — «мозгодавок». Но чтобы такое исходило от человека?
«Веселое начало беседы», — обескуражено подумал Тайга.

Я так понимаю, местные сталкеры не в курсе о контролерах, неотличимых внешне от людей, или людях-мутантах со способностями. Хотя подобные слухи и байки, пожалуй, возникли бы, даже если бы таких людей не существовало. Да, это из книг, хотя по ранним наработкам разрабов те же изломы, например, могли маскироваться под людей. Впрочем, тут с какой стороны ни взгляни, а Ванька дурак. Спалился только так. Согласился на подозрительную работу, предложенную незнакомцем. Ну что тут может пойти не так?

На этом сей эпизод кончается, а мы переходим к самой мякотке. Держитесь, ибо грядет ОНА.
Бронебойка.

Следующая часть: https://fanfics.me/message656549
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 66
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message656005

Нет, я точно в ударе, так что продолжим разбор фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод пятнадцатый: Предсказамус настрадал, или посредственный сдерограф, часть вторая. И у нас тут продолжается экскурс в историю некоторых группировок. В прошлый раз мы узнали, что в Зоне по Крячко некоторые постыдные тайны "Долга" ни шиша не тайны. Теперь же под раздачу попадают главные их соперники:

Свято место пусто не бывает, и место Таченко занял после выборов генерал Крылов, в прошлом полковник спецназа, демобилизованный по ранению, и какими-то путями пришедший в Зону. Но к тому времени у «Долга» появился серьезный противник, такой, как группировка «Свобода», занявшая руины недостроенных производственных цехов в Темной Долине.
«Свободу» основал некий Витя Махно , и поначалу все бродяги считали его просто не наигравшимся в «казаков-разбойников» дурачком-переростком. Однако скоро с Махно были уже человек двадцать единомышленников, поднявших на земле Зоны черное знамя анархии. В «Свободу» стекалась кардинально настроенная молодежь, панки, хипии, растаманы, и просто любители лихой вольницы. Не отличавшаяся железной дисциплиной, «Свобода» кипела свободой нравов и действий, провозгласила принцип «будь свободен сам и дай также жить и другому», и рьяно встала на защиту Зоны, видя в этом также и корыстные интересы. Ценные артефакты тоже ведь надо где-то брать, а если все эти чудеса еще и исследовать, то вообще рай наступит.

Во-первых, ну вот начешуя снова эта отсебятина, когда в каноне прямо сказано, что "Свободу" основал Чехов? Который и возглавляет группировку на момент событий "Чистого неба". Во-вторых, для чего вообще нужна эта информация, как думаете? Может, она сыграет какую-то роль в сюжете или послужит раскрытию мира? А фиг там. Это просто набор фактов, который не влияет вообще ни на что. Просто информация, которая вообще непонятно зачем нужна. Показать, как Крячко в очередной раз вывернул наизнанку лор?
И в-третьих, снова у нас в деле Институт Нелепых Стереотипов. Включаем игру, заходим по квесту в Темную Долину и смотрим, какая у свободовцев «фиговая» дисциплина. И в квестах в других частях. Да еще и свободовские вербовщики в «Зове Припяти» говорили что в том, что касается дела, дисциплина у них идеальная. Да и в целом сборищем торчков они отнюдь не выглядят.

Конечно, два идейных противника на одной территории существовать не могли, «Долг» мигом встал в оппозицию, группировки сцепились насмерть, и Махно вскоре был убит наемным снайпером. Таченко, «заказав» оппонента, наплевал даже на то, что несколько раз, пока «Долг» еще не набрал силу, а «свобода» была просто толпой бродяг с откровенно анархистскими принципами, несколько раз неплохо помогали друг другу, воюя с бандитами и ликвидируя конкурентов из числа самых агрессивно настроенных бродяг.
Анархисты же, вопреки всем прогнозам, духом не пали и дело свое продолжили, тем более что материально-иедологическая база уже была создана и работала во всю мощь. Махно устроили торжественные похороны, как конунгу древних викингов, спалив труп на огромном костре, а на тризне выбрали нового предводителя, друга Махно Игоря Чехова, не замедлившего начать крестовый поход против «Долга», мстя за погибшего товарища. И, надо сказать, вполне успешно. Группировка показала нешуточную силу и боеспособность. Перебив массу народа с той и другой стороны, но не придя ни к какому консенсусу, «Долг» и «Свобода» просто разошлись по разные стороны «ринга»-Зоны, как боксеры в перерыве. Так наступило шаткое равновесие, прерывающееся мелкими стычками перестрелками между отдельными отрядами тех и других.
Кто из группировок был прав, а кто нет — решить могла, пожалуй, только история, но она пока не спешила сказать свое веское слово. «Свобода» намертво засела в Темной Долине и занималась какими-то своими делами, а «Долг» бился с мутантами на «Агропроме».
Призрак, Клык и Стрелок обо всем происходящем знали прекрасно, но вступать в группировки не торопились, хотя предложения с обеих сторон были. Хорошие бойцы и опытные исследователи Зоны всегда были в почете, и группировки стремились накачивать не только «мускулы» за счет боевиков, но и «мозги», привлекая к себе истинных знатоков Проклятых Земель, а также ученых-ренегатов. Соваться в анархистскую вольницу — значило неминуемо сцепиться с сильным «Долгом», и практически стопроцентно попасть им на прицел, а быть заодно с последователями идей Таченко обрекало на железную, но не всегда уместную, почти военную дисциплину. Напяливать такое ярмо на шею трое друзей не спешили, и поддерживали ровные, спокойные отношения и с теми, и другими, никак не ввязываясь в их межличностную грызню.
Войны группировок беспощадно истребляли последователей обеих сторон, и уже мало кто мог бы точно заявить, от чего гибнет больше людей: от клыков, когтей мутантов, ловушек или же от пуль таких же представителей рода хомо сапиенс, но с иными моральными и идеологическими убеждениями. Призрак же для себя решил направлять оружие сугубо супротив мутантов и бандитов. Уголовников он вообще за людей не считал и готов был вырезать их до единого, невзирая на возраст и положение. Имелись на то свои причины, старые личные счеты…

Но нам о них, конечно же, не расскажут. Да и никакой роли эта информация не сыграет. А значит, кто-то тянет объем. Снова. Как и со всем вот этим вот экскурсом в перелопаченную историю группировок. Эта информация никак не влияет на сюжет, не раскрывают персонажей и не объясняет происходящее. Зачем она здесь? Продемонстрировать, что Кряко в корне не согласен с каноном и решил все переделать на свой лад? Ну... глупо вышло, если честно.
А еще получается, что Стрелок сотоварищи здесь орут о своих делах на каждом углу, а не скрываются. И правда - да кто вообще обидит таких лапочек?
И, да. Текст вычитывать - для слабаков, должно быть.

…Помимо деталей прибора, Призрак оставил Стрелку кое-какое личное сообщение, записанное в память ПДА, мини-компьютера, которые с недавнего времени вошли в обиход бродяг и получили довольно широкое распространение. Удобные, компактные, непривередливые в обращении, приборчики часто служили для связи или передачи важных сообщений, хранения карт и информации. Кто-то уже даже пытался создать компьютерную сеть, но пока из-за постоянных сбоев и нестабильности электроники, работала она отвратительно.
Впрочем, особо ценную информацию бродяги предпочитали передавать друг другу из уст в уста, либо записками, так как вполне резонно опасались радиоперехвата. Информация же часто ценилась гораздо больше артефактов и денег. Только, в отличие от них, она имела дурное свойство устаревать. Вчера за нее глотки резали, а сегодня никто и ломаного гроша не даст.

По канону, напомню, ПДА давно широко используются сталкерами, а тут внезапно выясняется, что это, оказывается, новшество. И снова Крячко пытается напустить суровости, но выходит как обычно.

Призрак был обязан Стрелку жизнью, и никогда этого не забывал, хоть и давно уже вернул долг сторицей. Он вполне понимал стремление Эдуарда прорваться к ЧАЭС и заглянуть в самую главную тайну Зоны, узнать, кто она вообще, но сам на такой подвиг бы ни за что не отважился. Удерживал элементарный инстинкт самосохранения, который, похоже, у самого Стрелка начал атрофироваться. За ненадобностью. Если бы можно было составить список самых безбашенных и отчаянных сорвиголов, Эдик — Стрелок занял бы в нем почетное место.

И снова замечу, что сие есть ересь Орехова. Так, стоп, я поняла! Стрелка в этом спектакле абсурда изображает Эдвард, который блестючий и Кабачок. Что ж, это многое объясняет. И не надо тут про инстинкт самосохранения, покажите мне хоть одного персонажа в этом опусе, у которого он вообще присутствует!

Стрелок вообще сильно изменился с тех пор, когда Призрак вытащил его с раненой ногой из Припяти. Раньше он был простым молодым ученым, любознательным, но осторожным. Потом он по какой-то причине почти повздорил с Сахаровым, перевелся в экспедиционный отдел лаборатории… Пока не ушел в Зону совсем, пополнив собой список бродяг. Иногда он захаживал к уже фактически бывшему начальнику за заданиями или с целью продажи информации или артефактов, но очевидно было, что Стрелок старается держаться от академика подальше.
А потом Призрак узнал, почему именно. Академик после их размолвки и ухода Эдуарда в вольные бродяги каким-то образом оформил фиктивные документы о его гибели в аномалии-ловушке во время очередной экспедиции (все знали непоседливый характер молодого ученого), так что не осталось даже тела. Тогда как раз сгинула целая группа, и по спискам там значился и молодой ученый. Сахаров просто смекнул, что от Стрелка будет гораздо больше пользы, чем от Эдика, и пошел по скользкому, но очень ему выгодному пути. Стрелок же никак и ничем не стал доказывать свое пребывание в мире живых людей в виде бывшего сотрудника лаборатории академика. Он вообще даже не дал понять, что сумел раскопать эту в принципе секретную информацию.
Но предательство запомнил крепко. И не простил бы никогда. Просто оборвал все и так небогатые связи с миром вне Зоны, и стал фактически обитателем Проклятой Земли, о чем, видимо, ни капли не жалел. Эдик бесповоротно стал Стрелком, умным, хитрым, часто жестоким, живучим бродягой. А последнее время вообще не раз обмалвливался Клыку и Призраку о своих подозрениях: Сахаров помаленьку решил от него избавиться, причем кардинальным методом. Академик не одобрял мечту Стрелка проникнуть в сердце Зоны. Но и не мешал, по крайней мере, явно. А потом… Потом было нападение группы наемников. Трое друзей отбились, но Клык, как профессионал, сумел добыть информацию с одного на сто рядов запароленного ПДА врага-наемника, и выяснил, что ниточки этого нападения ведут в руки Сахарова.

Альтернативный лор набирает обороты. Пардоньте, а с каких это пор Стрелок - бывший ученый? В каноне он явно не имел к лаборатории Сахарова никакого отношения, ну, кроме того, что свистнул у ученых устройство пси-защиты. И, возможно, в свое время выполнял какие-нибудь мелкие поручения для ученых, продавал им артефакты и так далее. И, да, опять Стрелок трубит о своих намерениях на каждом углу. А Сахаров тут просто Доктор Зло. И знаете что? Это снова ружье Бондарука. Это тема в дальнейшем не получит никакого развития, хотя Стрелок еще навестит Сахарова - безо всяких для себя последствий. Заем тогда нужно было все вот это вот накручивать? Не спрашивайте меня, я тоже не понимаю.

Мстить ученому Стрелок не стал. Небезопасно, бесперспективно и просто бессмысленно. Но понял: недоброжелателей у него стало еще больше. После встречи на опушке Рыжего Леса Стрелок пошел именно к Сахарову. Зачем? Призрак не знал, но и не стремился отговорить друга. Бесполезно. Может быть, есть какие-то старые долги, которые бродяга решил вернуть? Или что-то потребовать?

И снова - эта тема не получит совершенно никакого развития. Стрелок просто за кадром сходил к Сахарову и просто взял прототип устройства. Все.

Скоро, когда у Стрелка появится устройство, защищающее от пси-излучения, он предпримет вторую попытку прорыва к ЧАЭС, которая вполне может оказаться успешной, но вероятно, что закончится гибелью бродяги. Стрелок знал об этом, и на всякий случай уже был готов смерти. Некоторые из бродяг уходили к станции. И ни один пока не вернулся живым.
На Сахарова тоже скорее всего кто-то нешуточно давил. Замыслы Стрелка о попытке прорыва на ЧАЭС не могли удержаться в тайне, и кому-то эти дела не были в радость. Но почему? Призрак не знал ответа. Самым темным и малопредсказуемым из всей компании был, конечно, Клык. Но Призрак, в своей искусственной паранойе, вызываемой для предотвращения беды и предательства, как ни старался, зацепок к мрачному парню найти не смог.
«Стрелок, берегись Сахарова, — когда-то предупредил Призрак товарища, — Он ведет двойную игру, а для нас она может закончиться плохо»
«Сделаю все, что смогу, — ответил бродяга. — Но в центр Зоны, живой или мертвый, я попаду все равно. А там уж и посмотрим, кто кого».

Ну, учитывая, что в этом опусе Стрелок сотоварищи свои дела проворачивали чуть ли не с фанфарами вместо того, чтобы скрытничать, как было в каноне и как стоило бы делать по логике... Да что тут вообще могло пойти не так?
И, да, если попадешь в центр Зоны мертвый, то не посмотришь. Ваш Кэп :)

Вы тоже задаетесь вопросом, зачем вообще нужен был этот эпизод с грязным надругательством над каноном? У вас тоже болит лоб от фейспалмов? Держитесь, это еще даже не середина, а, как известно, чем дальше в лес, тем толще партизаны. Далее нас ждет пьяное обмазывание чернухой и детектив на кочерге, так что приготовьтесь.

Следующая часть: https://fanfics.me/message656037
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 33
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message655929

Что ж, я в ударе, так что продолжаем препарировать фанфик Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод пятнадцатый: Предсказамус настрадал, или посредственный сдерограф. Этот кусик достаточно объемный, так что препарировать его будем в два захода.
А начинается он с попытки нагнать саспенс:

…Он снова был там. В этом тесном, мрачном, душном, стискивающем сердце и душу коридоре, стены которого, казалось, почти материально эманировали накопившимся в нем, загустевшим злом. Эта энергетическая тьма слепила сильнее отсутствия простого света. Легкие упрямо качали взад-вперед, вдох за вдохом затхлый и какой-то гнилой воздух. Но самое страшное было вовсе не в самом коридоре.

Нет, я понимаю, ситуация обязывает к нагнетанию страха. Но, во-первых, с какого шиша коридоры заброшенной лаборатории, которые можно было бы подать очень страшно и атмосферно, тут превратились в гибрид стереотипных декораций из ужастика и Кощеева царства? А во-вторых, дальше все еще интересней:

Ноги, совершенно не подчиняясь уже воле хозяина, несли тело человека вперед и вперед, шаг за шагом. Их обладатель тщетно пытался справиться с вышедшими из-под его власти конечностями, делая невидимые, но титанические усилия, чтобы просто остановиться, упасть на бетонный пол, или, что еще лучше, просто достать из кобуры пистолет, взвести курок, нацелить оружие себе в висок и нажать на спуск. Это бы и оказалось лучшим выходом, так как спасения из этого суррогата преисподней не предвиделось. Бежать некуда, да и нет возможности этого сделать. А ноги все идут и идут, сами по себе, гораздо лучше самого их хозяина зная, что им предстоит делать. Их шаг легок и непринужден, как на прогулке. Левой-правой, левой-правой. Сворот в отрог коридора, мимо каких-то металлических контейнеров, потом в проход, мимо распахнутой массивной стальной двери. И спуск по пандусу вниз, в разверстые недра ада.
Очень хочется кричать, но гортань, язык парализованы, пересохшие, как губка, не могут исторгнуть ни звука, кроме свистящего, ровного дыхания. Даже веки не в состоянии моргнуть, смочить собой страдающую роговицу глаза. Человеческий организм парализован, слепо и безоглядно подчинен убийственной, неумолимой мощи чужой власти. Страх затапливает сознание, мозг, оплавленный невыносимым ужасом, ежесекундно умирает, разлагается, рвется на куски и обращается в прах. Нет ни одной связной мысли, все утоплено в водопаде ужаса.
А ноги идут и идут. И ни-че-го нельзя с этим сделать. Еще сворот. И еще. Под потолком изредка попадаются тускло светящиеся галогеновые лампы, некоторые из них аритмично мерцают, но неясно, то ли это они пульсируют источаемым светом, то ли сознание уже отказывается ровно и стабильно воспринимать реальность.

Знаете, что самое милое в этом эпизоде? Это плагиат. Нет, в этот раз не с многострадального "Луня" - теперь под раздачу попал рассказ "Две улыбки для контролера" Романа Куликова из сборник "Тень Чернобыля". Эта сцена - практически сдерограф означенного рассказа. И даже мысли, ЕМНИП, очень схожие.
Кстати, а лампы-то как светятся, и, главное, откуда там освещение?

В ноздри ударяет липкая вонь прели и гнили, немытого полуживого тела и разлагающегося мяса. В голове тонким буравом, ввинчиваясь прямо в мозг, нарастает противный монотонный писк и свист. Что это? Никто не знает. То, что происходит сейчас, не положено, не должно чувствовать и знать ни одному человеку и вообще живому созданию. Но это есть.
Прямо впереди вырисовывается затянутый металлической сеткой закуток наподобие большого вольера. Дверь в него настежь распахнута, тускло мерцает синим экранчиком магнитный замок. А внутри, у дальней стены нелепо возится на полу нечто большое, рыхлое, бесформенное. Слышится шипение, присвист, утробное бормотание и чавкающие, жующие звуки. Туша медленно шевелится, поднимает большую, бугристую голову, и из складок полти в мир впериваются бездонные, как два наполненных Мраком колодца глаза.
Существо распрямляется на уродливых ногах — лапах, напоминая при этом сутулого, дряблого, с отвисшим животом и непомерно большой головой человека. То, что остается на полу в виде распластанной темной массы, оказывается трупом, у которого тварь, распоров живот, выжирала внутренности. Растянутые кишки напоминают мертвых толстых змей без начала и конца. Запрокинутое бледное лицо покойника забрызгано кровью, но в его выражении угадываются бесконечный ужас и страдание. Чудовище — трупоед брезгливо отряхивает передние лапы (руки?!) и медленно делает шаг вперед. И еще один…
Вид твари настолько невыносим, что очень хочется хотя бы просто закрыть глаза, но этого никак не получается. Со стороны человек, недавно еще почти идеально владевший своим телом и психикой, вообще больше похож просто на манекен. Только кукла не имеет сознания, которое умеет чувствовать. А вот парализовать его никто пока не смог.

Простите, а это точно контролер? В игре этот мутант выглядит как уродливый гуманоид с большой головой, но вполне человеческими конечностями. В книгах же они часто почти неотличимы от людей. А тут по описанию то ли некроморф, то ли Эуген Темба собственной персоной. Ребят, валите отсюда в свои вселенные!
И еще, а чего это все монстры у Крячко и прочих тварьцов так любят жевать кишки жертв? В них, вообще-то, нечто коричневое и дурно пахнущее.

Крик страха настолько заполняет собой грудь, что вырывается наружу в виде глухого едва слышного сипения. Из носа теплым ручейком исторгается потоки крови, голова горит огнем изнутри и готова лопнуть на части. Мерзкое, выползшее в явь из страшных порождений бредовых снов существо медленно двигает челюстями, по подбородку его сочится смешанная с пузырящейся кровью слюна. Ужас состоит даже не в том, что жизнь вот-вот прекратится. Смерть грозит живому существу в самых разных обликах, буквально на каждом шагу и в тысячах ипостасей. Но стократ страшнее быть просто съеденным заживо. Львы, тигры, медведи и волки хоть просто убивают свою жертву, милосердно обрывая ее существование перед употреблением в насыщение своего желудка. Эта же тварь явно не собиралась утруждать себя убийством. Зачем? Будущий обед и так никуда не денется, намертво парализованный воздействием палача на сознание. Если будет на то воля монстра, жертва сама возьмет нож и примется кромсать свое тело на куски, протягивая ломти мяса хозяину, истекая при этом кровью.

Уважаемый, тебя там сейчас есть будут, а ты ударяешься в пафосные размышления. Как тут не вспомнить размышлизмы удиравшего от снорков Стрелка?
Снова автор поленился изучить информацию о поведении хищников и выдал чушь. Очень часто хищник не убивает жертву сразу. Добыча не может убежать или отбиться? Стол накрыт! (И, да, пожалуйста, давайте не будем обсуждать этот момент в комментах, тем более, с приведением примеров. Очень вас прошу).
А еще последнее предложение кажется подозрительно знакомым.

Существо, медленно перебирая ногами по полу, идет вперед, к безвольно стоящему перед ним человеку. Чуть подрагивающие лапы — руки судорожно перебирают пальцами. Черные, наполненные холодом Космоса глаза пронизывают душу насквозь. Сердце человека, не в силах выдержать подобного, спотыкается, прерывает свою жизненную пульсацию, и…
Призрак проснулся. Его колотило истеричной, крупной дрожью, челюсти свело судорогой так, что зубы скрипели, ногти сжатых в кулаки ладоней готовились прорвать кожу. Страх, равного которому еще не приходилось испытывать ни до, ни после, медленно втягивал свои щупальца, леденившие сердце. Сколько раз Призраку уже снился тот подвал Института, заброшенные лаборатории и чудовище, пожиравшее людей, делавшее их них безвольных марионеток? Много… Очень много раз, и скорее всего, избавиться от этого кошмара не удастся до самой смерти.

Черные глаза! Вспоминаю-умираю! Ну, во-первых, да, в игре Призрака в итоге убил контролер в лаборатории X-16, только в тот момент на нем будет устройство пси-защиты, которое отчасти защищало от действия выжигающей мозги установки. Так фиг ли Призрак тут вообще не может сопротивляться контролеру? Который в каноне вовсе не такая имба, как тут. У Крячко что ни мутант, то Терминатор. Или жуткая непобедимая хтонь.
А во-вторых... Это что, к чертовой бабушке, вообще было? Что за внезапный пророческий дар? Призрака тут что, Конрад Кёрз укусил? Нет? Тогда к чему вообще вот это вот внезапное предвидение?

Наверху, за многометровой толщей бетона, арматуры, камней, глины и земли наступал рассвет, холодная липкая сырость сочилась в подземелье через изржавевшие кожухи вентиляционных систем. Призрак неловко потянулся, хрустнув закоченевшими за несколько часов сна суставами, и сел на полу. В забытии он сам не заметил, как скатился с разложенных на полу досок прямо на сырой цемент, но защитный костюм спасал тело от влаги и переохлаждения. Призрак зажег фонарик, вытащил из нагрудного кармана маленькую фляжку с коньяком и жадно глотнул несколько раз. Настоящий «хеннеси» в Зоне стоил баснословно дорого, но на таком удовольствии бродяга не экономил. Должны же у человека быть хоть какие-то маленькие слабости?

Марафон плагиатища продолжается. Теперь содран "Свинцовый закат" Романа Глушкова. Да, я про последние три предложения. И снова - почти дословно. Что тут сказать, Леня Мракобес негодует.

Вчера он пришел в этот тайник, принадлежащий ему, Стрелку и Клыку и принес, как и договаривались, основные детали разобранного прибора, способного создать для человека необходимую защиту от страшного пси-излучения.

Чего-чего? Группа Стрелка собирала дешифраторы. Защиту Стрелок "позаимствовал" у ученых на Янтаре. В который раз я удивляюсь странной манере автора заменять вполне вменяемые и адекватные вещи из канона на отдающую бредом отсебятину - и при этом упорно тащить в фанфик игромех.

Этим трое бродяг занимались уже полгода, и дело шло к логическому завершению. Немало (негласно, правда) в свое время помог академик Сахаров, консультировавший Стрелка по природе излучения, а также кое в чем выручивший в плане радиоэлектронных деталей. Профессионал в области «тонких технологий» Клык взялся за сборку, а Призрак добывал по Зоне необходимое. Мечта, можно сказать, идея фикс Стрелка попасть на ЧАЭС, в сердце Зоны смогла увлечь и зачаровать его друзей. Стрелок искал разгадку тайны появления Проклятых Земель, а Клык и Призрак больше придерживались материальной подоплеки. Но если этот прорыв увенчается успехом, то это будет Счастье, с которым никто из них не уйдет обиженным.

Вот так запросто Крячко превратил группу Стрелка в идиотов. И раз уж он взялся цитировать, мог бы и указать, откуда цитата выдрана.

Детали прибора, завернутые в ткань и полиэтилен, Призрак сложил в нишу, выдолбленную в стене, и придвинул к ней массивный металлический шкаф.

И не надорвался? Или он хлебнул эликсира из "Астерикса"? Или спер кинезис-модуль из Dead Space? Хотя, о чем это я, тут ведь уже умудрялись выкопать голыми руками в считанные минуты яму, в которую помещается взрослый человек...

Маскировка, конечно, получилась так себе, на троечку, но буквально на день пойдет. Тем более, что подземелья были заброшены, и мало кто из бродяг отваживался соваться сюда. Говорили, будто на самых нижних ярусах когда-то располагались склады для лабораторий, а также насосная станция или еще что-то, и там плодятся и периодически лезут на поверхность разные кошмарные твари. Именно по причине такой грозной славы Стрелок в свое время и выбрал это место для тайника.
В комнату, где и был схрон, можно было попасть только по шахте вентиляции, причем минуя или обезвреживая хитро поставленные растяжки-ловушки. Дверь с лестницы предварительно заблокировали и раскурочили замок, а вскрыть стальную плиту под тонну весом было реально только автогеном, да и то не факт. До сих пор же тайник служил троим приятелям верой и правдой, здесь оставляли ценности, а при необходимости отдыхали, спали, ели и ждали друг друга.
База могучей военизированной группировки «Долг», расквартированная в заброшенных зданиях бывшего НИИ «Агропром», служила подземельям мощным «щитом», и бандиты если и ошивались вокруг, то «долговцев» боялись, как огня. Связываться не рисковали: группировка, помимо численности, располагала также несколькими БТРами и даже вертолетом огневой поддержки. Военные, которым «Долг» не раз и не два приходил на помощь и проводил с солдатами совместные рейды, на присутствие группировки в Зоне смотрел сквозь пальцы, а иногда и откровенно помогал вооружением и боеприпасами.
Призрак знал, причем доподлинно, что основателем «Долга» был некий капитан Анатолий Таченко, военнослужащий войск коалиции, впоследствии устроивший имитацию обрыва связи со своим штабом и, вместе с товарищем, лейтенантом Чебурным положили начало ныне самой сильной группировке в Зоне. Кодексом «Долга» стало уничтожение всех проявлений агрессивных мутаций и беспощадная война с самой Зоной. Таченко и Чебурной, правда, на посту предводителя и заместителя главы группировки пробыли недолго. Слухи ходили разные, но сходились в одном: оба героя (и вдобавок еще человек пять, бывшие на тот момент в разведывательном отряде) без вести пропали где-то в районе станции Янов, совсем рядом с Припятью. Как в воду канули, и найти их не удалось. Даже следов, хотя «Долг», где своих не бросали, разыскивал Таченко и его отряд очень долго.

И снова пошло нагнетание. Все то же, по принципу мыльного пузыря. А во-вторых, Крячко снова зачем-то перелопачивает канон: снова у него каждая собака знает о вещах, которые в игре мало кому известны. Тем более, посторонним. Насколько я помню, про Таченко сотоварищи многие вещи выяснил только Дегтярев во время событий "Зова Припяти".
Прервемся пока на этом месте, но впереди у нас еще вторая часть этого "кусика", где автор с любовью продолжает развешивать по стенам ружья Бондарчука.

Следующая часть: https://fanfics.me/message656013
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 39
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message636766

Чуете, чем пахнет? Кажется, в лесу сдохло что-то большое. А я вернулась, и мы продолжаем разбор фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод четырнадцатый: еще одна порция крокодиловых слезынек.

Пока Шрам натужно давит пафос в нубской песочнице, образцово-показательный мудак Комаров изволит страдать:

Инна сдержала обещание: утром на стол Комарова легло заявление о расторжении трудового договора и переводе ее, Басько Инны Леонидовны в закрытый научно-исследовательский сектор номер восемь, то есть на «Большую землю», далеко за пределы Зоны. Комаров мельком проглядел заявление, поднял взгляд на опухшее от слез лицо девушки.
— Хорошо подумала? — только и спросил он, хотя уже заранее знал ответ.
Девушка только молча кивнула в ответ. Комаров подписал заявление и приложил наспех написанную резолюцию с характеристикой. Инна покинула его кабинет, даже не попрощавшись. «Ее можно понять, — убеждал себя ученый, — Ее же чуть не убила, не загрызла бывшая коллега. Может, даже крыша уже немного от такого поехала»
Злости и обиды не было ни малейшей. Просто тяжкая, как свинцовое одеяло, усталость, равнодушие и желание плюнуть на все, опустить руки.

Ах, какие глубокие размышления! Возможно, по замыслу автора мы и должны на этом моменте сопереживать Комарову, но... Меня что-то не тянет, вот честно. Может, я такая бесчувственная сволочь. Или, может, дело все-таки в том, что Комаров - на редкость говнистый персонаж, который так и просит кирпича? Который при всей своей говнистости совершенно не умеет держать удар. Не знаю, как вы, а я просто не могу сопереживать персонажу, который по факту - говнистое чмо.

После обеда прибежал солдат — караульный и доложил, глядя в пол:
— Джина Кролл умерла.
Комаров молча встал и быстро прошел мимо солдата в исследовательский бокс. Женщина-зомби лежала на полу, уткнувшись головой в угол. В том, что аномальная жизнь уже покинула ее иссохшее тело, ученый не сомневался: хватило и одного взгляда, поэтому Комаров без колебаний вошел в клетку, присел рядом с трупом.
Только тут ему в глаза бросилось, что тело лежит как-то неестественно, а голова вывернута под практически прямым углом к плечам. Нескольких секунд Комарову хватило, чтобы понять простое — Джине Кролл просто и без затей свернули шею, причем не просто, а перекрутив фактически на два оборота, чтобы гарантированно порвать и спинной мозг. Это убивало или, по крайней мере, обездвиживало даже зомби с их феноменальной жизнеспособностью.

*глубокий вдох*
ААААААААААА!!!
Нет, это точно фэнтэзя! В самом каноне, [упомянутая всуе блудница], прямо сказано, что кадавры - это не убер-непобедимые твари, а вполне живые люди, только с полностью разрушенной личностью и малочувствительные к боли! В книгах, [упомянутая всуе блудница], то же самое говорится! Кадавра и пуля в голову на веки вечные упокоит легко! Да даже книжные ожившие трупаки не столь живучие! А тут гребаные кадавры опасны, как некроморфы! Да чего там, зомби Нургла угробить легче, чем вот это вот!
Про гениальный прием с перекручиванием шеи в два оборота, причем с оставшейся после этого на плечах головой, скромно умолчу. Нет, я допускаю, что могу чего-то не знать. Но на первый взгляд это выглядит проявлением альтернативной анатомии, достойной легендарной СарыСелены...
Уф. Прооралсь, можно ехать дальше.

Комаров медленно распрямился, подошел вплотную к стоявшему рядом Литвинову.
— Кто это сделал, майор?
— Не могу знать, — бесстрастно ответил тот.
Ученый медленно, с расстановкой, чеканя каждую букву, произнес:
— Ей свернули шею. Никто из сотрудников на такое бы не решился, хотя бы из элементарного страха. Ее убили ваши люди. Кто и зачем?
— Не могу знать, — повторил Литвинов.

Институт нелепых стереотипов, здравствуй, родной, давно не виделись! Хотя нет, вру. Институт нелепых стереотипов в этом опусе не дает о забыть о нем ни на секунду. А все сотрудники, конечно, стереотипные хлипенькие ботаники, ничего тяжелее ручки не поднимавшие. Работающие в Зоне ученые, к сведению автора, должны быть отнюдь не задохлики, не вылезающие из кабинетов, и они вполне могли бы на это решиться. С опасными существами они дело имеют, а тут, по сути, из элементарного сочувствия избавить бывшую коллегу от мучений, чтобы ее на опыты не пустили, не смогли? Вспомним «Луня», раз уж Крячко вовсю из него эпизоды тащит, и тамошних ученых – а заодно при каких условиях к работе в Зоне допускали даже лаборантов. Да-да, боевые навыки были обязательны. Ну, или хоть Круглова из игры припомним. И группу Левши, кстати. Не все, как Сахаров и Герман с Озерским, из лаборатории не вылезают.

«Врешь, козел в погонах, — с тупой, отстраненной ненавистью подумал Комаров, наблюдая за каменным лицом майора. — Врешь. Пересрались и ты сам, и люди твои. Вам дай волю, вы бы и меня, и всех тут перестреляли. Да и друг друга заодно. Вы, как крысы, боитесь Зоны, боитесь того, что она легко может с вами сделать, вот и готовы убивать всех, кто отличается от людей. Палачи. Вам бы все на курок жать и шеи ломать»

Наш мудак Комаров опять за свое. Опять вокруг одни сволочи, один он хороший. То есть, добить зомбированную коллегу, чтоб не мучилась – это от стремления к насилию? Комаров, это милосердие! А уж мысли истерички – вывих мозга: из-за твоей тупости зомбячка чуть не загрызла сотрудницу. Стоило подождать, пока она еще на кого-то нападет? Ну, или отдать ее на опыты, потому как научники вряд ли ее добьют? Но нет, ты ведь такой высокоморальный, а вояки, решившие избавить несчастную от мучений и превращения в подопытный экземпляр, гады и палачи. Что ж, уж на что Литвинов табуретка как персонаж, а тут он невольно вызвал у меня сочувствие. Ему ж с этим мудаком постоянно контактировать приходится.

— Хорошо, майор, — вслух сказал начальник полевой лаборатории, — Вопросов к вам не имею. Меры приму позднее.
Литвинов молча удалился, забрав с собой и бойцов охраны. Труп Джины унесли двое сотрудников. Наверное, на вскрытие, да и черт с ними, пусть делают что хотят. Вечером Комаров заперся у себя в комнате жилого сектора и, достав бутылку армянского коньяка из личного НЗ, в одиночку напился в стельку, глотая крепкий напиток целыми стаканами. Потом, заблевав пол и кровать, благополучно уснул среди учиненного им свинства.
Впрочем, никто его не тревожил.

Знаете, Комаров - удивительный персонаж. Когда мне кажется, что большего отвращения он уже вызвать не сможет, он раз за разом показывает, что это еще не предел.
Вот знаете, в моем личном рейтинге персонажей-мудаков Комаров, пожалуй, обогнал даже гребаного Эреба. Тот хоть выродок и мразь, каких поискать, но, по крайней мере, он хотя бы имел цель и к цели шел. А это... эта амеба - просто чмо, тряпка, трус, но при этом с ЧСВ выше гор и привычкой постоянно метать говно в окружающих. Коллеги - сволочи, сталкеры - быдло, военные - маньяки. Один Комаров хороший.
Вы понимаете, что я нашла плюс у Эреба? У Эреба, Карл! Вот что делает с людьми этот опус!

Но не забываем, что у нас тут имеется еще одна компания придурков. В следующей серии: Предсказамус настрадал, или история о посредственном сдерографе.

Следующая часть: https://fanfics.me/message656005
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 31
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message636731

Продолжаем разбирать фанфик Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод тринадцатый: путешествия для чайников и святой игромех. Не прошло и года, как мы возвращаемся к главному герою, сиречь Шраму:

— На Кордон я тебя не поведу, — Тропник кивнул в сторону опушки леса, — Не люблю я те места. Да ты и не заблудишься, если не полный дурак. Там дорожка хорошо видна, по ней много народа ходило, пока бандиты путь не перекрыли. А потом и вояки начали зверствовать, пристреляли пулеметную точку с блокпоста, и шпарят по любому движению. Там старая шахта должна быть возле железной дороги, выводит как раз к солдатам. Короче, пролезть у них под носом — и считай, что дошел, дальше сориентируешься.

Конечно же, есть только одна тропа - строго в месте перехода между локациями в игре. Конечно, дальше автор пытается натянуть сову на вентилятор и дать какое-то объяснение, но, скажем честно, вышло у него не очень.

— А если заплачу? — голос наемника был сух и невыразителен.
— Нафиг мне твои деньги, — презрительно фыркнул Тропник, — Мне наши мужики неплохо башляют, а под пулемет я соваться не намерен. Покойнику, знаешь ли, деньги ни к чему. Ну так как, пойдешь? Лебедев велел тебе дорогу объяснить.
Шрам упер немигающий взгляд в проводника. Тропник казался тертым калачом, серьезным и морально сильным мужиком, но даже ему становилось не по себе от этих прозрачных, как мертвая вода омута, глаз собеседника-бродяги.

В чем вообще смысл этого отрывка? Напустить пафоса и лишний раз показать, какой ГГ крутой? Мне тут так и вспоминается песенка про воинов пафоса.

— Пойду, — ответил наемник. — Рассказывай…
…Рядом трещал костер, сполохами огня разгоняя вечернюю темень. Скоро наступит осенняя холодная ночь, и бродяги спешили найти убежище или хотя бы компанию. Оставаться на болотах в одиночку не хотелось никому. Рации, настроенные на общую частоту, принимали переговоры спешащих к форпостам «Чистого неба» групп боевиков и бродяг, добивавших отдельные группы бандитов. Когда механизаторский двор был зачищен от уголовников, ренегаты либо сбежали с топей вообще, либо оказывали ожесточенное сопротивление, как загнанные в угол крысы. Их либо беспощадно уничтожали, либо загоняли в самые глухие и непролазные районы, откуда уже практически не имелось шансов выбраться.

Очень удобно. Когда стало надо, бандиты испарились.

Шрам не принимал участия в карательных рейдах. Он выполнил основную задачу и помог группировке Лебедева расчистить и обезопасить проход на Кордон. Дальше его дорога лежала через Кордон, туда, где он мог получить хоть какую-то информацию о нужных ему людях. Лишний раз ввязываться в побоища он не желал, так как не любил играть со смертью. Наемник вполне справедливо полагал, что и так сделал для своих спасителей более чем достаточно.
Несмотря на помощь Шрама и его навыки военного, бродяги относились к нему весьма настороженно. Оно и понятно: кому хочется иметь рядом союзника, не связанного никакими обязательствами? Того и гляди вмиг обратится во врага и вцепится тебе же в глотку. Как тогда быть? Наемник это прекрасно видел и не стремился завязать дружеские отношения ни с кем из соратников, намеренно сторонясь их костров и компаний.

Навыки военного? О военном прошлом Шрама ничего не было сказано, а навыки, демонстрируемые в кадре, были теми еще партиями для органов в кустах. А еще почти у всех персонажей в этом опусе, от центриков до статистов, какая-то мания преследования. При этом разумная осторожность отсутствует начисто.

Человеческие фигуры в сумерках казались причудливо громадными, сюрреалистичными. Костры жгли из старых бревен, досок и ящиков, добытых в развалинах деревни, и сухое до пористости дерево горело легко, жадно, практически без дыма. Скособочившиеся дома взирали на костры с угрюмым равнодушием, видя в них намек на свое возможное финальное будущее.
Тропник присел на корточки, повернувшись лицом к костру, и палочкой принялся чертить на земле импровизированную карту.
— Пойдешь сюда… Так… Потом возле двойного дерева — увидишь, там торчит такое, как рогулька — повернешь налево, там метров пятьсот до здоровенного камня, он еще мхом сверху зарос. Немного правее возьми параллельно насыпи, и как раз увидишь вход в шахту. Там иди осторожнее, может «разрядник» быть. Выйдешь к Кордону, там осторожно налево иди, лучше под поваленными деревьями ползи. Вояки заметят — сразу скосят.
Шрам молча принимал информацию. В отблесках костра его лицо казалось неживым, а рубец на щеке, давший ему прозвище, казался разломом в камне, случайно скопировавшем по капризу природы людской облик.

О чем уже было сказано: место прохода строго по игромеху. Неужели сталкеры не попытались бы протоптать тропинку подальше от военного блокпоста и не подставляться каждый раз под пулемет? Как тогда у здешнего "Чистого неба" вообще снабжение работает?

— Спасибо, — равнодушно молвил наемник, когда Тропник замолк, и легко поднялся. Проводник какое-то время колебался, пожелать ли ему доброго пути и протянуть ли руку на прощание, но все-таки сдержался. Не стоило оно того. Шрам же молча развернулся и канул в сгущавшейся темноте. Вот и все, ни звука, ни движения. Был человек — и нет.
Никто даже не посмотрел уходящему наемнику вслед.
А Шрам спешил. Он, к своему тщательно скрываемому от всех и самого себя ужасу уже чувствовал происходящие внутри него изменения. Зрение и слух обострились до предела, как после сильнодействующих специальных препаратов, в голове осталось поразительно мало мыслей, а те, что там все же рождались, приобрели некий метафорический образ. Как черно-белое кино показывали. Открывшимся «эннадцатым» чувством Шрам теперь мог находить и огибать аномалии, среди которых были даже те, которые ранее не были ему известны. Бродяги наверняка не могли распознать те ловушки даже примитивными детекторами, настроенными на тепловое, ионизирующее и радиоактивное излучение. Сознание работало совершенно не так, как раньше.

В смысле - сознание работало не так, как раньше? И в чем это проявляется? А ни в чем, просто сказано на словах. А еще, конечно, от любой фигни всегда будет полезная мутация. Только вот игровой Шрам не получал никакого особого чутья и так далее. Он мог пережить выброс на открытом пространстве (и то не каждый, как я помню) и, если я не путаю, стал менее чувствителен к псионическому воздействию.

Наемника эти изменения пугали. Он чувствовал приближающуюся гибель, даже украдкой посматривал на свои собственные руки: не растут ли когти, не отслаивается ли кожа, не превращается ли он уже в чудовище? Но пока все было по-прежнему.
Местные твари тоже не спешили признавать в нем «своего». По крайней мере, когда из камыша вылетел, хрустя и топоча не хуже слона, кабан-переросток, несся он к человеку с сугубо гастрономическими намерениями.

Опять игромех. Это в игре мутанты немедленно атакуют игрока, потому что у них так программа задана. И то могут отступить, получив сдачи. Да, кабаны агрессивны. Но даже кабаны-мутанты из игры не рассматривают человека в первую очередь как нямку.

За что и получил два заряда картечи в голову. Чудовище заревело, осело на тяжелую задницу и замотало ослепшей мордой, по которой стекали отвратного вида сгустки и слизистые комки. Шрам не стал добивать тварь, чтобы поберечь патроны, а всего лишь обошел его и поспешил дальше.

Ну да, ведь не может такого случиться, что недобитая зверушка пострадала меньше, чем показалось на первый взгляд. Не сделает же она обидчику внезапный кусь за жеппь? И, кстати, башка у кабанчика что, бронированная?

На то самое дерево, про которое ему говорил Тропник, он наткнулся практически в упор. Жутковатого вида ботаническая аномалия напоминала двузубую вилку, воткнутую рукояткой в землю. Ствол давно лишился коры, ветвей и даже сучьев, и обознаться, пройти мимо было просто нереально. Дерево — урод так и притягивало взгляд.

Самое обычное мертвое дерево по описанию. Шрам что, никогда таких не видел?

Идти стало гораздо легче, топь уже кончилась, и под ногами не чавкала пересыщенная влагой почва, а шуршала плотная трава. Растительность сменилась с жидких кустов на вполне приличные деревья, подчас даже смыкавшиеся над головой. Было так темно, что Шрам едва не проскочил камень-ориентир. Приглядевшись, можно было даже распознать основательно заросшую тропку, ведущую мимо валуна к входу в старую шахту.
И даже короткую узкоколейную железную дорогу, начинавшуюся у самого входа в полуобвалившееся отверстие. Руки чесались швырнуть внутрь гранату на предмет проверки наличия живности, но наемник сдержался. Неизвестно, в каком там состоянии крепь потолка и не осыплется ли она после взрыва. По верху холмов теоретически дорога существовала, но пробраться там без специального научного скафандра высшей защиты рискнул бы лишь самоубийца. Радиационный фон зашкаливал все мыслимые пределы, а «горячие пятна», зоны опасного заражения, буквально наползали одно на другое.

Вот и попытка оправдания игромеха - скажем честно, не очень убедительная. А еще наш крутой сталкер отправился в ночь через незнакомую местность. Очень умный поступок, да.

В подземелье было очень темно, сыро, и воздух висел тяжкий, затхлый.
И что же, наш крутой сталкер не додумался надеть противогаз?

У Шрама в голове мелькнула тревожная мысль: если ход сквозной, то почему не тянет постоянный сквозняк, в соответствии со всеми законами физики? Может быть, шахта уже завалена? Землетрясение, Выброс, заряд взрывчатки, положенный чьими-то «добрыми» руками?
Свет фонарика выхватил из мрака огромное выжженное пятно и лежащую на боку вагонетку. Металл тележки был ржавым, но в одном месте он даже оплавился и покрылся темно-синей окалиной, как от газового резака. «Разрядник, — сообразил наемник, — Это уже его работа. Наверное, возник как раз над вагонеткой, отреагировал на металл, и сработал. Вот откуда и черное пятно»
Но коварной ловушки тут уже не водилось и в помине. Электрическая аномалия всегда выдавала себя треском, запахом озона, и при приближении к ней от скопившегося в воздухе статического электричества у Шрама почему-то всегда начинала ужасно чесаться кожа головы под волосами. Особо мощные ловушки демаскировали себя тем, что все металлические предметы, даже пуговицы и части оружия начинали буквально светиться, порождая знаменитые «огни Святого Эльма». Сейчас же все было на удивление спокойно.
Проход оказался свободен, даже никакая нечисть тут не поселилась. Только в одном месте наемник увидел выкопанную глубокую нору, ведущую в земляную толщу, и кучу обглоданных костей у входа. Человеческих останков среди них не было заметно, а вот мелких, разгрызенных и перемешанных друг с другом валялось множество. Шрам, конечно, не стал проверять, кто это тут пировал, а поспешил дальше.
По правде говоря, военные на блокпосту, и в особенности их пулемет, сейчас волновали наемника гораздо больше всей местной фауны вместе взятой. Тот район Шрам отдаленно припоминал, заносила его туда нелегкая пару раз, только вот входа в старую шахту он не примечал и близко к базе военных не совался. А тут вот приходится лезть прямо зверю в пасть. Но ведь как-то местные бродяги умудрялись пробираться?
Когда в лицо повеяло свежей ночной прохладой, Шрам остановился, извлек из чехла прибор ночного видения и надвинул окуляры на лицо, а фонарь вовсе погасил. Доселе он берег дефицитные аккумуляторы ценного прибора, за который когда-то отдал немалые деньги. Хорошо, что после передряги на Болотах ПНВ не разделил печальную судьбу «Винтореза» и не покинул своего хозяина.
Окружающий мир сразу окрасился в бледные зеленые и салатовые оттенки, мощный излучатель инфракрасной подсветки работал исправно, и наемник видел довольно далеко. Он повесил дробовик за плечо, проверил, полон ли магазин у «гадюки» и, пригнувшись, медленно двинулся вперед. Отбиться от военных с их «калашниковыми» и «абаканами» довольно примитивным пистолетом — пулеметом он и не планировал. Бронежилеты и каски серьезной степени защиты такую пулю удержат без особых проблем, тем более, что на посту постоянно дежурят человек двадцать, а то и более. А вот если при бегстве, когда начнут преследовать, резануть очередью по ногам, то прыти у врага убавится в разы. Эх, как жаль, что ту ТРС с оптикой после боя пришлось вернуть владельцу! Шрам тайком надеялся на смерть боевика во время атаки и что винтовка достанется ему, но не судьба.

Знаете, автор сего опуса немного напоминает царя Мидаса. Только тот превращал все, чего коснется, в золото, а все, чего коснулись руки Крячко, превратилось в говно. Вот и Шрам, например. По игровым диалогам можно сделать вывод, что ему свойственен определенный кодекс чести, а здесь он жалеет, что хозяин крутой пушки не помер, и не вышло ее себе забрать.

Военные на посту бдили. Затаившись у выхода из шахты, Шрам наблюдал, как шарят перед внушительным забором лучи прожекторов, а в паре мест засек даже источники ИК-излучения. Ага, значит, тоже ПНВ имеются. Наемник плавно, как тень, отделился от земляного склона, растянулся на земле и по-пластунски пополз вниз по склону, туда, где виднелся могучий ствол вывороченного с корнями дерева. Высокая трава неплохо прикрывала его, и дерева удалось достичь незаметно. Передохнув, Шрам наметил себе ориентиром большой камень и продолжил путь.

Военные, конечно же, не заметили шахту и не наблюдают за ней. И не видят, как оттуда какой-то торчок выползает. Ах, да, военные же здесь подчеркнуто тупые.

Но то ли шевеление бурьяна выдало его, то ли на блокпосту сыскался кто-то очень уж глазастый, и со стороны базы военных взревела сирена и раздалась короткая автоматная очередь. Почти сразу же в небо взлетели две осветительные ракеты. Заревел многократно усиленный громкоговорителем голос, приказывающий немедленно остановиться, бросить оружие на землю и подняться с поднятыми вверх руками.

А, нет, гляньте-ка, наблюдают! Тогда почему они просто не взорвали проход к чертовой матери, причем уже давно?

Разумеется, Шрам и не думал подчиняться. Маскироваться дальше не имело смысла, и наемник, пригнувшись, что было сил рванулся к камню. Вовремя. Загрохотал пулемет, и фонтанчики земли и дерна пересекли как раз то место, где только что лежал бродяга. С противным визгом и хрустом пули били в валун, но раскрошить его не могли. Шрам, согнувшись еще больше, помчался прочь от блокпоста, петляя не хуже зайца, сбивая прицел пулеметчика. Вслед ему ударило несколько длинных очередей, но удрать за ближайший холм наемнику удалось вполне успешно.
Во время бега ПНВ сбился, окуляры елозили в районе подбородка, но и без прибора Шрам уже видел вдали огни костров лагеря бродяг, возле которых была берлога местного торговца. Люди звали его Сидоровичем. Шрам непосредственно с ним дела не имел ни разу, но рассчитывал получить от него необходимую информацию.
Сняв ПНВ с головы и убрав его обратно в чехол, наемник, поддавшись озорному порыву показал блокпосту, где все еще шла суета и ревел мегафон, неприличный жест, вот жаль только, что солдаты видеть его не могли. Как колобок — и от бабушки ушел, и от дедушки. Повесив «гадюку» на плечо, Шрам двинулся в лагерь.

"Смотрите, какой я крутой плохой парень!"
И снова наш герой выезжает, потому что мир подстраивается под него: военные не попадают, аномалий на пути не оказывается, и даже мутантов поблизости нет. Чудеса!

Ему случайно удалось подобраться именно с той стороны, в которую никто не смотрел, зато наемник сразу же заметил часового. Парень неспешно прохаживался взад-вперед, и если бы Шрам хотел, то без труда бы подкрался и зарезал ходока, оставив лагерь без наблюдения. Впрочем, наемник не питал никаких кровожадных намерений, и, шумя погромче, спустился к забору с нарочито поднятыми руками, чтобы по нему не открыли огонь.
— К Сидоровичу иду, — громко сказал он. — Я Шрам, от Лебедева с Болот.

Хорош часовой! И это при заявленном уровне опасности. И, да, во-первых, от верящей на слово любому хрену с горы охраны толку ноль, а во-вторых, откуда им знать какого-то Лебедева, если чистонебовцы скрывались ото всех? Ах, да, автор же все перелопатил и вывернул наизнанку. Один вопрос: нахрена?

Невразумительное угуканье было ему ответом, равно как и полное отсутствие внимания к его особе. Неудивительно — оружием не размахивает, на мутанта не похож, ведет себя вполне благопристойно и вежливо.
Наемник спустился в подвал торговца, поздоровался со стариком и сразу же приступил к делу.
— Говорят, у тебя был бродяга один, какими-то редкими деталями интересовался для прибора одного. Подскажи, кто он такой?
Однако с Сидоровичем простого разговора не получилось. Хитрый и ушлый старик медведем шевельнулся за решеткой, почесал пузо и состроил постную физиономию:
— Может, и был кто, а может, и нет. Много их тут ходит. С чего ради мне ради тебя память напрягать, а? Кто ты мне такой, парень?

А вот Ивану-дураку он выложил все просто так. Где логика?

Шрам сообразил, что сходу взял неверный тон, но исправлять было поздно.
— Я могу заплатить за информацию.
— Заплатить, — Сидорович кашлянул, опять почесался. — Заплатить — это всегда хорошо. Только мне бы одна работка большую пользу принесла, чем деньги. Вот тогда бы память и освежилась…
— Что надо сделать? — поинтересовался наемник.
— Видишь ли, — старик придвинулся поближе к окошку решетки, — Есть у меня серьезный клиент, и я ему кое-что должен. Но вот какая незадача: ребята несли мне товар, а военные должны были обеспечить им проход из Зоны, там у них бандиты на хвосте даже повисли. А тут получилось так, что местные сталкеры с вояками сцепились не на шутку, стрельбу затеяли, курьеров убили между делом, а кейс с товаром куда-то пропал. Клиент ждет, сердиться начал уже, мне ему либо деньгами откат давать, либо товар тащить. А деньги у меня долго не лежат, в обороте крутятся…
— Где ж я твой кейс в Зоне разыщу? — удивился наемник.
— Поговори с Валерьяном, это у местных бродяг кто-то вроде атамана. Они прищучили командира военных, некоего Халецкого. Зарвался мужик, полез сам куда не надо, вот и попался. Он у Валерьяна как заложник, под замком сидит. Он кейс и припрятал наверняка. Вот из него информацию и надо выдавить. Ну как? Сделаешь? Я сообщу ребятам, что ты скоро у них появишься.
Шрам думал недолго. Коротко кивнул.
Следы таинственных бродяг уже маячили под самым носом…

Ой ли? Пока это чудо до Кордона шло, Клык сто раз успел свинтить в неизвестном направлении.
А дальше нас ждет еще одна порция крокодиловых слез, так что не переключайтесь!

Следующая часть: https://fanfics.me/message655929
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 21
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message600227

Прошу прощения за очередной долгий перерыв. Увы, бывает очень тяжело преодолеть гигалень, но я все-таки доползла. Так что продолжаем разбирать по винтикам фанфик Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод двенадцатый: зомби-апокалипсис для бедных и истерички на марше.

Джина ожила ночью. Как-то так получилось, что это событие благополучно прохлопали все, включая и охрану лабораторного бокса, которой было велено не спускать глаз с секции, в которой находилась женщина. Но никакой мистики тут не было и в помине, сугубо человеческое разгильдяйство: солдаты внутренней охраны комплекса, наплевав на несенное ими дежурство, сидели в тот момент в каптерке, резались в карты и потихоньку попивали кем-то тайком принесенный портвейн, и потому не заметили голую женскую фигуру, неживой шатающейся походкой выбравшуюся из бокса.

На посту уснул боец и пришел ему трандец. Но ладно с охраной, меня больше другое интересует. Как можно было прохлопать адский шум, который неминуемо бы поднялся, стоило зомбячке попытаться встать? Там же куча приборов, капельницы, опять же, автор и сам упоминал об этом! Или зомбячка аккуратно отсоединила все, тихонечко встала и прокралась к выходу? Почему вообще дверь в реанимацию нараспашку? Почему никто не подумал про подобеный случай и не пристегнул Джину к койке ремнями? Как при заявленном автором уровне опасности можно вести себя настолько по-раздолбайски?!
...Ладно, ладно. Едем дальше.

На улице стояла непроглядная темень, и лучи прожекторов, прорезающие ее, освещали только то, на что сами падали, а потом свет сразу же терялся, мерк в ночи, и стоило хоть на шаг выйти за яркое пятно, и сразу же все пропадало из вида.

У-ууу, стереотипная обстановочка из ужастика! К чему бы это?

Потом ночная тишина лопнула от пронзительного женского крика, визга и утробного рычания.

Ох, ну кто бы мог подумать?

Солдаты караула, побросав карты и перевернув по пути недопитую бутылку спиртного, схватили автоматы и помчались на звуки. Прожектора уже выхватили из мрака жилой бокс, и стали видны мечущиеся по бетонной площадке человеческие фигуры.
Научный комплекс подразумевал жилище для обслуживающего персонала, и секции были демократично разделены на мужскую и женскую. В последней обитало четверо девушек-лаборанток, и вот теперь они перепуганными призраками разбегались прочь, а одна из них судорожно корчилась на земле, придавленная недавней пациенткой Комаровка.
Лаборантка яростно, но бездумно отбивалась, но Джина упорно подбиралась к ее горлу, норовя вцепиться в плоть раззявленным ртом, из которого текла густая, вязкая пена слюны. Крик лаборантки перешел в хрип, выпученные глаза стала задергивать пелена. Один из солдат вскинул оружие, намереваясь в упор расстрелять американку, но его остановил вопль Комарова.
— Не стрелять! Не стрелять, кретины!!!

Даже когда зомбак вот-вот кого-то загрызет - не стрелять! О, Трон, да когда уже этот истеричный придурок станет жертвой естественного отбора?!

Ученый вырвал из рук караульного автомат и наотмашь ударил Джину по голове. Тщетно — зомби не чувствовала боли. В том, что женщина уже стала ходячим мертвецом, уже не приходилось сомневаться. Из казармы вылетел в одних трусах, но с автоматом наперевес майор, подскочил к человеческому столпотворению, моментально оценил ситуацию и начал действовать.

Долго же он бежал. Или в научном комплексе в Зоне сигнализация не предусмотрена? И освещение фиговое. В авторской-то звездецкой зоне. Б - Безопасность.

Он бросил бесполезное оружие, схватил Джину за руку, которой та держала уже потерявшую сознание лаборантку, рывком сорвал зомби с жертвы и моментально скрутил борцовским приемом, причем так ловко, что избежал укусов. Солдаты успели перехватить руки Джины и сковать наручниками, Комаров сорвал куртку и закутал беснующемуся монстру голову. Кто-то сбегал до каптерки и притащил длинный десантный фал, которым окончательно связали зомби.
Лаборантку унесли в жилую секцию, быстро привели в чувство, выяснили, что покусать или серьезно помять зомби ее не успела, после чего предоставили на попечение подругам, которые принялись утешать ее и друг друга заодно. Несчастная девушка, чудом избежавшая гибели, чуть не сошла с ума от пережитого, теперь ее колотила сильная дрожь.
Литвинов тем временем давал начальственный втык разгильдяям-караульным, не стесняясь в крепких выражениях. Здоровенные парни подавленно молчали: они знали, что майор в гневе страшен и вполне может, не особенно чинясь, заехать кому-то из них в челюсть. Иди потом, жалуйся хоть в прокуратуру, хоть командованию, хоть самой Зоне.
Литвинов окончательно осатанел, когда увидел на полу каптерки перевернутую бутылку портвейна и унюхал сивушный запах, исходивший от солдат. Не приходилось уже сомневаться, что утром рейсовый вертолет доставит провинившихся на «большую землю», где их будет ждать уже более серьезное разбирательство. Со всеми вытекающими последствиями.

Хм, а раньше они не думали, кого назначают в штат охраны комплекса? Хотя, о чем это я, ведь по мнению автора у людей в погонах "спинной мозг работает успешнее головного". Но еще интереснее мне, откуда эти придурки достали выпивку. В ларек, что ли, сбегали? Или к торговцу? Мне действительно интересно.

Комаров, бледный, весь в холодном поту от ужаса, трясущимися руками наполнял сильнодействующим транквилизатором шприц-пистолет. На полу лаборатории, глухо воя, билась бывшая Джина Кролл. Несмотря на наручники и веревку, она извивалась с нечеловеческой силой, прочная стальная цепочка «браслетов» аж звенела, фал натягивался струной. Вряд-ли зомби понимала тщетность усилий, раз не прекращала их ни на минуту.
Двое солдат навалились на чудовище, притиснули к полу, а Комаров, улучив минуту, прижал «дуло» шприца к шее Джины и нажал курок. Негромко щелкнуло, ампула опустела, и зомби, конвульсивно подергиваясь, затихла. Комаров распрямился, вытер пот со лба. Он понимал, что транквилизатор, сваливший бы с ног средних размеров слона, задержит кадавра максимум на полчаса: медикамент просто не был рассчитан на существо с отключенной напрочь нервной системой и практически умершим мозгом.

Пардон, а как существо с отключенной нервной системой и умершим мозгом вообще движется и реагирует на раздражители, в том числе ,пытается напасть? У каноничных кадавров полностью разрушена личность, остаются только рефлексы и реакция на некоторые раздражители. А без нервной системы это невозможно. Или у нас тут фэнтэзя? Ну, тогда понятно. Во славу Плети!

Литвинов, появившийся на пороге лаборатории, уже успел одеться в форму и нацепил на всякий случай бронежилет и универсальную защитную каску. Что ж, вполне оправданная мера предосторожности!
— Что будем делать? — обратился военный к Комарову.
— Не знаю, — пробормотал он, — Наверное, надо посадить ее в камеру, изолировать, и пытаться что-то сделать…
— Например, добить. Она уже зомби, как вы не понимаете? Человеком ей уже никогда не стать, все, конец! Дайте вы ей умереть спокойно.

Неужели Я вижу в этом бескрайнем дурдоме хоть что-то, похожее на проблеск разума? Удивительно.

— Здесь решаю я, — голос ученого вдруг приобрел каменную твердость. — Будьте любезны, господин майор, выполнять мои распоряжения. Подопытный экземпляр поместить в клетку номер одиннадцать и не спускать с него глаз. Не так, как пятнадцать минут назад.
— Слушаюсь, — буркнул военный и крепко сжал челюсти, видимо, чтобы не выругаться.

Злой вояка хотел добить несчастную женщину, а добрый ученый решил сделать ее подопытной. Комаров - тупой идиот или просто говнюк? Ладно, это был риторический вопрос.

По его лицу было очевидно, что он с удовольствием бы высказал начальнику лаборатории в глаза все, что о нем думает, но дисциплинированность и субординация взяла верх. Обездвиженную зомби унесли, солдаты и майор ушли, и Комаров остался в лаборатории один.
Первым его желанием было схватить что-нибудь хрупкое и со всего размаху залепить в стену. Громко, с силой, так, чтобы осколочки во все стороны брызнули. Но сдержался, пересилил себя, только зарычал сквозь зубы, походил по лаборатории взад-вперед, потом плюхнулся в кресло, замер, как статуя. За спиной негромко хлопнула дверь, но Комаров даже не обернулся.
— Извините… — раздался голос Светланы.
— Ничего, проходи. Садись.
— Геннадий Петрович, там у Инны истерика. Плачет, ее трясет всю, хочет завтра же обратно домой проситься.
«Балбески, — вяло подумал Комаров, — всей шарашкой одну девку успокоить не могут. Размазни. Впрочем, Инну понять можно. Интересно, как бы я сам себя вел, если бы меня чуть было зомби не загрыз? А впрочем, к черту все. Надоело»

Я не знаю, кого хотел показать автор, но в прошлых главах Комаров получился образцово-показательным мудаком, а теперь еще и истеричкой, которую первый же несчастный случай поверг в сопли.

— Домой? Ну так пусть пишет мне заявление, собирает манатки и катится куда хочет.
Еще и срывается на других, как мы видим.

— Геннадий Петрович, — Светлана явно была удивлена, — Но как же так? Вы бы хоть пошли, поговорили бы с ней. Народа и так не хватает, а если еще и сбегать начнут, то кто работать будет?
Комаров развернулся в кресле, грустно улыбнулся сотруднице:
— Если так и дальше пойдет, солнце мое ясное, не мы разбежимся, а нас самих к едрене фене разгонят. Теперь из-за Джины знаешь что будет? Не знаешь. А я вот знаю. Кирдык мне и все лаборатории наступит.
— Вас посадят? — ахнула Светлана.
— Ну, положим, не посадят, — грустно улыбнулся Комаров, — Но всей моей научной деятельности точно хана. И благодарные коллеги потом еще дожрут. У нас ведь там знаешь как — или всех грызи, или вой в грязи. С меня один только наш Сахаров голову снимет и не поморщится. Это ж куда годится? По комплексу зомби разгуливают и на персонал кидаются!

Так нам, наконец, расскажут, кто такая эта Джина, что из-за нее Комарову будет очень плохо? Произошел банальный несчастный случай. Попала под выброс наверняка не одна экспедиция. Тем более, что из текста автора же следует, что Джина отправилась в экспедицию по собственной инициативе. Так неужели все настолько тупые, что не могут разобраться в ситуации? Хотя, о чем я...

— Так ведь солдаты виноваты…
— Солдат майор Литвинов их натянет, рапорт подаст, так что тут даже не беспокойся, он это умеет как никто другой. Только мне от этого никак не легче, и за все происходящее ответственен лично я. Нагрянет комиссия — и все. Приплыли. Смерть Остапенко и Джины мне не простят, да и Инна там масла в огонь подольет. Целая экспедиция погибла — это не забывается. Тем более, я отправил их без санкции Сахарова, по своей инициативе, понадеялся на русский авось.

Логика, ау! Что ж Сахаров еще в прошлый раз его за это дело не взгрел? И, опять же, в этом фанфике он сам предлагал добить зомбячку.

— Мы с ней поговорим, она не будет жаловаться…
— Да пусть что хочет, то и делает, — махнул рукой Комаров, — Мне уже все равно.
Светлана что-то хотела сказать еще, даже рот открыла, но, подумав, молча поднялась и вышла, аккуратно прикрыв за собой дверь. Правильно, а что тут еще сделаешь? Комаров сидел еще вот так, в полном одиночестве еще с полчаса, потом обессилено откинулся на спинку мягкого кресла и закрыл глаза. События дня и этой ночи не просто вышибли его из колеи, а полностью деморализовали. Надо же, а ведь он всегда предполагал себя достаточно сильным и стойким человеком. Оказалось — нет. Стоило жизни надавить посильнее, и вся прочная «скорлупа» хрупнула, и Геннадий Петрович Комаров моментально раскис, как отсыревшая тряпка на швабре.

Удивительное дело, но Комарова честно назвали тряпкой. Не знаю, какие эмоции хотел вызвать автор, но лично у меня Комаров вызывает смесь раздражения с брезгливостью. Мерзкий тип ,и при этом трус.

Он сам не заметил, как уснул. Только забытие не принесло отдыха.
Правда, сон нельзя было назвать кошмаром. Скорее — давящий на психику поток вроде бы ничего не значащей, но тревожащей информации. Человечество до сих пор так и не смогло разобраться, отчего им на протяжении тысяч лет снятся сны, что они означают и бывают ли пророчеством. Как переплетаются с реальностью. И в чем вообще их суть.
Комарову грезился совершенно незнакомый пейзаж. Низкое, светло-серое небо, размытый свет солнца, струящийся через кисею туч, и замершая неподвижная земля. Рыжий Лес молчал — и это было его обычное состояние. Изуродованные деревья застыли мемориалами — статуями самим себе.

Пардон, изуродованные деревья были на Радаре, а в Рыжем лесу вполне себе симпатичные сосны. И снова повеяло духом шарлатанских передач с Рен-ТВ.

Густая растительность бородами повисала на толстых стволах, высокий папоротник сплетался непролазными дебрями… Но все это было до какой-то определенной границы, резкой, словно вычерченной неведомым циркулем. Дальше же вся мелкая растительность была обращена в легкий серый пепел. Неведомый, сверхъестественный пожар прогулялся тут, спалив все, кроме самых больших деревьев, и лишь они угрюмо возвышались своими гладкими, отполированными, лишенными коры стволами на отравленной земле.
А на самом горизонте, в конце этой странной, засыпанной пеплом пустоши возвышалась бетонная стена, опутанная по верху колючей проволокой. Скелетообразные силуэты вышек. И четыре громадные башни, из-за странных сооружений на самом их верху напоминающие антенны. Три торчат прямо, а одна, крайняя, немного наклонена, как надломленная от резкого порыва ветра. Воздух — или пространство? — над антеннами дрожал, переливался, даже искрился змеящимися молниями. Даже до опушки леса доносился низкий, рокочущий, идущий из-под земли гул. Грозный, как предупреждение о неминуемой смерти.
Комаров стоял на опушке леса, на самой границе, отделяющей живую растительность от рыхлого пепла. Оставалось буквально сделать шаг — и ноги утонут в сером прахе. Но что-то держало человека, и он просто стоял столбом, неотрывно глядя вдаль, на металлические «антенны», угадывая в гуле и дрожи почвы под ногами какие-то совершенно непонятные разуму слова…

А потом его отпустило. Вопрос, что пытался показать автор всем вот этим куском. Внезапно проклюнувшийся пророческий дар Комарова? Нагнать жути? Как по мне, получилось не очень.
Ну, а дальше у нас путешествия для чайников и святой игромех, а где-то на горизонте уже замаячила бронебойка :)

Следующая часть: https://fanfics.me/message636766
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 15 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message600145#comments

Мне вот интересно - на что вообще надеются плагиаторы? Что никто ничего не заметит и не узнает? Отдельные бесталанные личности воруют тексты целиком, ну, а Григорий Крячко, опус которого мы тут препарируем, попросту наворовал идей из других произведений, кое-как сшил между собой белыми нитками, и это вызывает только один вопрос: а нахрена? Возможно, это я немодная и несовременная, раз считаю, что подобная демонстрация отсутствия собственной фантазии не делает автору чести?
В общем, обзор фанфика "Шрам. Обретение Ада", эпизод одиннадцатый - о плагиате бездумном, бессмысленном и беспощадном. Начинается все с попытки нагнать мрачняка:

Иван Тайга всегда почему-то боялся именно больших зданий. Наверное, из-за того, что там были подвалы, зачастую оборудованные под бомбоубежища. И во время Второй Катастрофы в них искали спасения те, кто когда-то жил на территории нынешней Зоны. Люди. Много людей. По официальным сводкам властей, эвакуирована была (или попросту сбежали) примерно половина гражданского населения. Но те, кто знал правду, пугались простых истин. И, надо поверить, было чего. На «Большую землю» выбралась только пятая часть населения поселков и деревень. Не больше. Для остальных эти проклятые земли стали исполинской братской могилой.
Наверное, самая первая ходка в Проклятые Земли накладывает нестираемый отпечаток, а все увиденное и услышанное намертво, как татуировка, врезается в память будущего бродяги. Так его приветствует Зона. И оттого становился вдвойне страшно. Так и Иван Тайга навсегда запомнит свою первую вылазку до заброшенного ПГТ, названия которого он даже тогда не знал.

Для начала просто приведу отрывок из книги Сергея Клочкова "Лунь":

«Агропром-2. Одиночный рейд в здание школы, подвалы ПРУ. Запрос ФСБ о пропавшей группе не эвакуированных 22 11 2007 жителей села Березичи, вероятно, укрывшихся в школе. При обнаружении фото, документы, координаты. Предполагаемая группа БВП — 50–70 человек».
Я вздрогнул. Могильным холодом дохнуло от компьютерного монитора. Задание «похоронка». То, что противорадиационное убежище давно превратилось в склеп, сомнений не вызывало. Не сомневались в этом и фээсбэшники, раз запросили «мёртвые» данные. Женщины, мужчины, дети, старики… сколько уже было этих «похоронок»? Сколько групп БВП я уже нашёл? Рассыпающиеся паспорта в пакетике, и фотографии, фотографии, от которых ночью просыпаешься с воплем, а потом долго куришь на балконе. Было уже. И что толку, если полетит голова ещё одного чиновного идиота, по слабоумию не сумевшего грамотно организовать эвакуацию? Мёртвые всё равно останутся мёртвыми. Я мельком прочитал остальные задания и отправил подтверждение на два «Агропромовских» — и биологов доведу, и в школу загляну, рядом всё, думаю, учёные поймут, и бухтеть не станут. Выход я назначил через четыре дня.
«Похоронками» занимались всего два сталкера — я и Сионист. Остальные не брались за подобные задания либо по причине более чем скромного вознаграждения, либо из-за тяжёлого осадка в душе, от которого страдала и так перегруженная впечатлениями психика. Сионист недавно вернулся из ходки, и теперь недели две его точно с места не сдвинешь. Значит, пойду я. Знали, блин, к кому обратиться — отказов на «похоронки» у меня ещё не было.

А теперь внимание, вопрос: что это было и, главное, нахрена оно тут? Нет, конечно, роман Клочкова, хоть и довольно интересно написан, тоже не эталон и к нему тоже хватает вопросов, но... Нет, серьезно, ну зачем вот так-то бездумно передирать? Начнем с того, что в "Луне" произошла третья катастрофа, из-за которой границы Зоны сильно расширились, и пострадало немало населенных пунктов в приграничье. Крячко тоже попытался прикрутить третью катастрофу, но вместо описанной в книге у него вышла какая-то петрушка: во-первых, непонятно, когда именно она случилась. Во-вторых, о расширившихся на километры границах Зоны ничего не сказано, да и судя по происходящему далее, перед нами старая добрая игровая Зона. И вопрос: откуда, о, клыки Малала, у Крячко столько людей, причем строго мирных жителей, в зоне, мать ее, отчуждения?!
Ладно. едем дальше:

Вокруг было много ловушек, но Иван тогда толком ничего не знал про смертельно опасные аномальные образования, и подолгу стоял возле каждой из них, откровенно любуясь тем, что вытворяют они со всеми привычными законами физики.

"Интересно, что это за дым?.. Ой, гляди, Петровича утащило! Интересно, что это за дым?.." (с)
Нет, всё-таки причина такой повальной смертности людей в Зоне в этом опусе понятна: они ж все, как на подбор, тупее пробки и без инстинкта самосохранения.
Ну, а автор решил поведать нам о трудностях начинающих сталкеров:

Там и удалось найти первый артефакт, как потом сказали, простой «выверт», но тогда Тайге он казался посланием из какого-то иного мира. Неряшливый, твердый, но удивительно легкий, будто из пенопласта волокнистый комок, теплый на ощупь и едко пахнущий, удивительно, горелой пластмассой.
Иван, как и практически все «молодые» бродяги, решил, будто нашел неимоверную ценность. Но перекупщик позже дал за «волшебную штучку» всего лишь пачку патронов, бутылку водки и немного денег наличными. Тайга решил было, что его просто пытаются облапошить, но потом, посоветовавшись с другими ходоками, изменил мнение.
Но все это было потом. А тогда Иван просто стоял напротив большого «разрядника» и с интересом наблюдал за пульсирующим от чудовищного статического напряжения воздухом. Полупрозрачные молнии скользили по наполовину выжженной траве, жадно лизали сотнями «языков» ржавую консервную банку и трухлявый кусок доски. Когда-то здесь проходила улица, теперь же она настолько заросла бурьяном, что даже плотно набитые колеи угадывались с трудом.
Иван еще не знал тогда, что ему сказочно повезло встретить «разрядник» именно тут, в полыни, потому как на асфальте или бетоне он не был бы виден вовсе, а змеящихся, едва заметных молний вполне можно и не заметить. А дальше случилась бы резкая вспышка, громкий хлопок — удар, и все. Только легкий серый пепел, кружащийся над землей. Все, что остается в таком случае от невнимательного человека…
Но тогда Иван еще не думал и о том, что практически каждый артефакт — это чья-то смерть. Кто-то разменял свою жизнь на ценную и почти волшебную штучку, а кто-то потом нашел ее и обратил в деньги и возможность продлить свое существование… Только чтобы, быть может, потом самому стать именно таким вот артефактом. Хотя, скорее всего, бродяге лучше вообще об этом не задумываться. Просто жить нынешним днем.
Дальше еле-еле различимая бывшая проселочная дорога пересекалась с асфальтированной. Вездесущая и дьявольски живучая растительность еще не успела взломать крепкое покрытие, но, судя по буграм и наметившимся трещинам на старом асфальте, все решало лишь время. Жизнь продолжалась даже там, где воцарялась смерть. А на обочине дороги лежал человеческий череп. Гладкий, белый, он пусто пялился на мир глазницами и скалил зубы верхней челюсти, нижняя куда-то подевалась. Рядом с ним склонил синюю пыльную головку маленький цветок…
В поселке когда-то находился большой магазин, и ПГТ получил свое название по праву: в нем были и четырех-пятиэтажные дома — «хрущевки», причем немало. Естественно, разруха и запустение не миновали это место. С крыши одного дома свешивался лист кровельной жести, чудом держащийся неизвестно на чем, и протяжно грохотал о стену дома на ветру. Это бы единственный звук, который раздавался в бывшем населенном пункте.
Дико и страшновато было видеть ржавый, весь в струпьях облупившейся краски киоск с еще видневшейся надписью «Союзпечать», сквозь выбитые стекла которого еще можно было разглядеть ворохи прелых газет внутри. Детскую площадку с остовами песочниц и качелей. Удивительно хорошо сохранившуюся водокачку на углу улицы. Автобусную остановку… Именно эти обыденные в сознании простого человека вещи, но в атмосфере всеобщего запустения вызывали непонятное, щемящее чувство страха и угнетенности.

Продолжается фарс с валяющимися на каждом углу черепами (там что, кхорниты погуляли, что ли?), ну а автор описывает, как дико и страшно герою видеть... что? Обычный, по сути, заброс. Да блин, даже я на такие в детстве и во времена подросткового авантюризма немало насмотрелась, прежде, чем у нас в городе за эти забросы всерьез взялись. Да, может быть неприятно, может быть страшновато, но дико от вида заброса? Даже просто заброшенного киоска с газетами? Автор бы хоть определился - то он обмазывается чернухой, а то у, как он нам заявляет, сурового бывалого сталкера вдруг оказалась тонкая и нежная душевная организация.

Вот тогда-то Ивана и понесло в тот самый дом. Длинный, пятиэтажный, с магазином-универмагом в цоколе. Тайга позже сам не мог понять, зачем. Наверное, решил, что именно там можно чем-то поживиться. По квартирам шарить с целью мародерства он точно бы не стал, и не от брезгливости, а по причине сознания бесполезности: таких умников в Зоне имелось немало, и его стопроцентно уже опередили. А тут остекленные двойные двери сами были распахнуты, дескать, заходи, не бойся, теперь тут уже точно никому ничего не пригодится и хозяева имущества уже никогда за ним не вернутся. Чего ж добру пропадать?
В самом магазине, правда, оказалось пусто. Прочие бродяги и мародеры не дремали и успели растащить все мало-мальски ценное. Иван побродил с полчаса по обширному залу, вороша стволом оружия старые ящики, коробки и заглядывая в заросшие пылью витрины. Обшарил несколько заваленных никчемным хламом подсобок, и вдруг, совершенно случайно наткнулся на массивный металлический люк. Правда, он был заперт на мощный замок, но выстрел картечью в упор быстро «уговорил» механизм отвориться.
Тайга, поднатужившись, отвалил люк и глянул в зияющую внизу пустоту. Оттуда крепко и жутко пахнуло ледяным запахом тлена. Соваться внутрь без надежного напарника, страхующего наверху, было чистым самоубийством, но по неопытности Иван как-то не задумывался над этим и, достав фонарик, полез в прямоугольную дыру в бетонном полу. Просто так, наобум, особо не раздумывая. Ноги быстро нащупали металлическую лестницу.

Вопрос первый: а с какой стороны был заперт люк?
Вопрос второй: а зачем Иван туда вообще полез? Нет, я уже поняла, что умом он не блещет, но серьезно, зачем? Понятно, что для косплея "Луня", но где мотив? У Луня он был - жутковатая, но подработка. Пропавших людей он искал намеренно, да и правилами безопасности не пренебрегал. А зачем в подвал полез Иван-дурак? В подвалы заброшек вообще опасно лазить. А если они еще и подтоплены? Или Иван проникся идеологией бойцов полураспада и стремится отъехать поскорее в Вальхаллу? Не выйдет, фиговая будет смерть. Собственно, у меня по этому моменту еще один вопрос: как Иван-дурак на момент основных событий еще не стал жертвой естественного отбора? Хотя, нет, есть еще один: как такой тупица с полной атрофией инстинкта самосохранения смог вообще до Зоны дойти?

Вначале луч фонарика метался по серым стенам, а глаза привыкали к кромешной тьме. Подвал оказался довольно глубоким — до потолка было метра три с половиной и, видимо, использовался когда-то как грузовой склад. Тайга сразу вспомнил, что у входа в магазин видел ведущий вниз пандус и двойные наглухо запертые ворота. Причем пробои замка снаружи были пусты: подвал закрыли изнутри. При мысли об этом, промелькнувшей в голове со скоростью молнии, по спине продрало холодом, а сердце, тяжко бухнув, пропустило один удар.
…Очень скоро бродяга увидел и тех, кто хотел когда-то спастись тут, заперся в подвале, но так никогда и не вышел наружу. Их было очень много. Человек двести, не меньше, а может, и гораздо больше, но Иван не мог уже считать кучи наваленного на полу тряпья, из которого торчали черные, облепленные обсохшим недогнившим мясом кости, не мог больше смотреть на прячущиеся в комьях волос черепа, обгрызенные вездесущими крысами. Мужчины, женщины, дети… Наверное, жильцы этого дома, покупатели магазина и обслуживающий персонал при начале страшных выбросов Второй Катастрофы кинулись спасаться вниз, в подвал, который планировали использовать как импровизированное бомбоубежище. И он стал их кладбищем.
В память навеки врезались мумия парня в спортивном костюме, обнявшая труп девушки в легком ситцевом платье. Вцепившиеся в створки дверей высохшие руки, висящие отдельно от тела, которое россыпью костей покоилось на полу (наверное, человек стиснул поручни перед смертью так крепко, что так и повис на них, а потом тлен разделил тело на части). Стоящая в углу детская колясочка с трогательным белым сверточком одеяла внутри. Тайга так и не смог, не заставил себя заглянуть внутрь. Просто память с фотографической точностью отпечатала все это. Скорее всего, люди погибли очень быстро, Выбросы моментально умертвили их всех, но от этого не было легче.

Отбросим тот факт, что всем этим людям там неоткуда было взяться, и взглянем на ситуацию с точки зрения логики. Для начала, как там коляску через люк тащили, да еще в спешке. почему мать просто не взяла младенца на руки? Кстати, почему одеяло до сих пор белое, после стольких-то лет под землей?
А на закуску - сцена из "Луня":

Подлинный ужас всей ситуации приходил постепенно. Слишком свежи были ещё в моей памяти подвалы и бомбоубежища с "группами БВП". Ржавые, шелушащиеся двери, часто запертые изнутри, и когда видишь эти засовы, когда корябаешь их ножом, просунутым в дверную щель, то уже знаешь, что увидишь там, во мраке подвалов, ставших могильниками. Нет, не кости, хотя и кости тоже есть, но не они сразу привлекают внимание. Вначале ты видишь тряпьё. Грязные, покоробившиеся, пёстрые тряпки, лежащие неопрятными горками, холмиками, пластами. Пальто, пиджаки, брюки, платьица. Сумочки. Ботинки с приставшей к протекторам грязью. А кости в этих холмиках различаешь уже потом, когда приглядишься. Нет, не выбеленные редким в Зоне солнцем, не такие, как на поверхности, к виду которых давно привык. Красно-коричневые, тёмно-серые, рыжие черепа, позвонки, кисти рук, суставы, погрызенные крысами. Делаешь снимок. Второй. Третий. А потом, когда отсняты страшные кадры, собираешь все документы, какие сможешь найти. Слипшийся, почерневший паспорт. Ещё один, испорченный "свет-плесенью", его надо брать осторожно, ядовитая теперь эта книжечка, ожог от спор может быть нешуточный. Свидетельство о рождении. Студенческий билет, на фото молодой улыбчивый парень с непослушной, вихром, чёлкой. Откуда ему было знать, что у берегов реки Тетерев нельзя, ни в коем случае нельзя прятаться от Выброса под землю, что там самая смерть, напротив, забираться нужно вверх, на деревья, крыши, хотя бы на остовы легковушек, но только чтоб от земли подальше. Да и знал ли он вообще, что такое Выброс? В "Потери гражданского населения в результате локальной, невыясненного характера катастрофы 2007 года" добавится и твоя фамилия, парень. "Обнаружил Лунь в с. Степное, в квадрате… сектор… номер акта… Обнаружил Сионист в ПГТ Иловище, в квадрате… сектор… номер акта…". А теперь, сталкер, представь, какие горы тряпья и костей будут лежать на улицах многомиллионных городов. Сколько его будет там, где сейчас смеются и плачут, дружат и ссорятся, рожают детей, где ещё не знают о том, что очень скоро по их солнечным улочкам прогуляется смерть. Пожелтеет листва в скверах и парках, обычная детская площадка с песочницей, качелями и забытой на лавочке куклой станет смертельно опасной, а на клумбах под ослепшими окнами вместо астр и физалиса вырастут красные стрелы "снорочьего чеснока" и тонкие, острые ленты "пальцереза". Представь это, сталкер. И попробуй спокойно заснуть.

Кстати, как мы видим, в "Луне" подобный горький опыт был одним из мотиваторов для героев, стремившихся остановить очередную катастрофу. Они увидели, что может быть и что будет, если большой звездец не предотвратить. То есть, наличие этих моментов там оправдано.
Но зачем эта сцена у Крячко, вопрос. Иван в принципе как-то не очень задумывается о чужих жизнях, по крайней мере, в тех отрывках, которые мы уже разобрали. И в остатке сцены автор в основном описывает, как Ванька испугался:

Он был первой живой душой, посетившей этот страшный подвал за все время существования Зоны. Нервы просто не выдержали мрачного ужаса происходящего, и Иван не помнил, как очутился наверху, как закрыл за собой люк и зачем-то завалил его трухлявыми ящиками, как дрожащими руками совал в рот папиросу и глотал, давясь и перхая, горький, едкий дым. Как голова становилась оглушительно пустой, легкой, свободной от всех мыслей и чувств.
Иван тогда чуть было не «перегорел», не сбежал прочь из Зоны. Он рассказал через знакомых бродяг о страшном подвале, и туда явилась целая экспедиция для вывоза и захоронения останков. Говорят, что кто-то из правительственных чинов даже явился туда лично под эскортом военных и возложил цветы и венки, но, скорее всего, это было просто враньем. Так или нет — Тайга уже не интересовался. Впечатлений ему хватило за глаза.
Позже он не раз и не два слышал о подобных находках, бродяги прозвали их «подвалами смерти», и военные, занимающиеся поисками останков без вести пропавших, даже назначило немалую награду за достоверные данные о них. Некоторые сталкеры-ходоки специально разыскивали заброшенные бункеры, катакомбы, подземелья, коллекторы в надежде найти там останки людей. Но большей частью встречали там собственную гибель. Нечисть Зоны сама очень ценила подобные места и не любила вторжения непрошенных гостей.
Человек привыкает ко всему. Даже к невыразимому ужасу. Даже к смерти, крови, трупам и насилию. Так и Иван со временем свыкся с мыслью и происходящем, но еще долго после этого подвала его тревожили тяжкие сны, и он просыпался от собственного вопля, плавая в ледяном поту, судорожно стискивая рукоять оружия…

Зачем оружия? Да, сцена хоть и сплагиачена, но по внутренней логике это был тяжелый для героя момент – но психологически. Точнее, опасность ему угрожала, но не та, о которой г-н автор думал (например, в подтопленных подвалах запросто можно задохнуться). На него там никто не нападал. С чего он тянется к оружию?
А еще это хороший пример того, насколько для сюжета важна мотивация персонажа, а также пример нужности сцен в принципе. Оригинал: главный герой лазит по подвалам в поимках останков пропавших людей, потому что работа такая; герой видит своими глазами жертв третьей катастрофы и понимает, что будет, если катастрофы продолжатся. собственно, по сюжету герои как раз стремятся это предотвратить.
У Крячко: Иван шляется по заброшкам и натыкается на останки людей, которых в Зоне вообще быть не могло, Иван ужасается, потом говорится, что Ивану это снится в кошмарах. Может быть, это оказало влияние на его характер и важно для сюжета? А вот и нет. Эта сцена здесь просто чтоб было. Она не влияет на сюжет и не работает на атмосферу - потом о подобных находках, если мне память не изменяет, никто даже не вспомнит.
Ну, а в следующем отрывке у нас зомби-апокалипсис для бедных и истерички на марше.

Следующая часть: https://fanfics.me/message636731
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 14 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message599904

Ну что, друзья, еще не соскучились по старой доброй перловке? Продолжаем разбор фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод десятый - космодесантник в песочнице. Этот кусик достаточно объемный, так что запаситесь терпением. А начинается он с воды. Во всех смыслах:

Трясина выглядела очень даже привлекательно и ничуть не страшно. Стоячая темная водица, кое-где затянутая островками ряски, высокие, сочные камыши, местами — идиллические кувшинки. Громко урчали лягушки, наверняка живущие тут как у Христа за пазухой: в воздухе постоянно звенели мухи, витали тучи комаров. Местами из воды выглядывали напоминающие человеческие макушки кочки, на которых вместо волос росли торчащие в разные стороны пучки травы.
Показать полностью
Показать 20 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message599502

Итак, продолжаю разбор по винтикам фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод девятый - альтернативная биология и жопоцентризм.

Датчики и жгуты проводов опутывали тело женщины, а некоторые даже уходили в плоть, под кожу, и там соединялись с нервами. Джина навзничь лежала на лабораторном столе, совершенно голая, и только теперь можно было видеть, насколько она исхудала. От ее спортивного, мускулистого тела осталась одна иссохшая, как мумия, оболочка, пергаментная, пожелтевшая кожа, обтянувшая кости. Можно сказать, предпоследняя стадия анарексии. Далее последовала бы только смерть.

Меньше, чем за сутки?! Или сколько времени там прошло? Нет, ну правда же, здесь какая-то дикая карусель со временем. Ну а автору, помимо медицинского справочника, не помешало бы почитать орфографический словарь.

Питание вводилось по прозрачным пластиковым трубочкам прямо в вены, ведь только сложнейшее медицинское оборудование удерживало женщину на грани гибели. Глубокая кома редко заканчивается возвращением к жизни, и все присутствующие это прекрасно знали.
Над телом Джины Кролл склонились трое мужчин в белых лабораторных халатах. На лицах — марлевые повязки. Воздух в медицинском боксе лабораторного сектора был стерилен, каждые два часа мощное ультрафиолетовое излучение из специальных светильников выжигало всю микроскопическую живность, обеззараживало помещение. Техника и люди боролись за жизнь Джины всеми доступными способами.

Да мы видим, как боролись. Например, автору стоило бы вспомнить про то влияние, которое используемый для обеззараживания ультрафиолет оказал бы на кожу несчастной тетки

— Не лучше и не хуже. Грань смерти, кома, плюс к тому полный паралич всей нервной системы. Головной мозг жив, но отключен. Вообще ни на что не реагирует, хотя вместе с тем клетки коры не разлагаются. Если бы мне кто-то сказал, что такое возможно я бы посмеялся. Мистика какая-то.
— Не мистика. Зона. Тут все возможно, сам убедился, — Комаров подошел к блоку управления аппаратом искусственного дыхания, нажал несколько кнопок, вгляделся в бегущую по экранчику пульсирующую линию — Даже жизнь после смерти. Формально Джина мертва. Но на самом деле ее организм функционирует. И мозг теперь ему не особенно нужен.

Конечно, функционирует. Вы ж ее к аппаратам подключили! Простите, а это точно ученые?

— Она не стала зомби, — поправил его Сахаров, — С некроматрицами я имел дело предостаточно. Здесь же совершенно другое. Хотя бы то, что она не бросилась на вас кусаться, когда вы изловили ее на болоте. Некроматрикат сразу же перешел бы в атаку, или хотя бы попросил есть, если бы еще сохранил речевые функции. Тем более у зомби вместо головного мозга в черепе находится гниющая жижа, а нервная система вообще исчезает невесть куда. Я подозреваю в этом случае другое…
Комаров удивленно поднял голову, непонимающе уставился на академика.
— Выброс не смог уничтожить нервную систему и мозг Джины, — продолжил Сахаров, — Организм, защищаясь от выплеска аномальной энергии, просто отключил и заблокировал головной мозг, как, к примеру, процессор компьютера выключается при перегреве. Только тогда, стоит ему остыть, как он готов работать снова, а мозг Джины не может понять, что опасность миновала и ему пора бы приняться за работу. Конечно, он парализован не полностью, какие-то функции вроде той же моторики почему-то остались. Кстати, вот налицо классический пример зомби. Как на Гаити.
— Как думаете, у нас есть шансы ее спасти?
— Не думаю, — печально покачал головой академик и вздохнул. — По крайней мере, зомби после становления таковым уже обречен на гибель.
— Насколько я слышал, у некроматрикатов, кадавров, как их часто зовут бродяги, одни органы начинают заменять другие. Например, вместо сердца функционирует печень, и так далее. А у Джины все осталось на своих местах.

Та-ак, вижу, автор подворовывает не только из серии книг по Сталкачу, но и, в данном случае, из "Эпохи мертвых" Андрея Круза. Фраза про качающую кровь вместо сердца печень у зомби выглядит ну очень схожей для простого совпадения. А учитывая, сколько дальше потыренных из других книг моментов, фанфик все сильнее и сильнее напоминает кое-как сшитое чудовище Франкенштейна от мира литературы. И возникает вопрос: зачем, а главное, нахрена? Что было? Или у автора настолько отсутствует собственная фантазия?

— Здесь Зона, а в ней, как вы сами сказали, возможно все. Так что я уже ничему не удивляюсь.
— Что вы предлагаете? — спросил Комаров напрямую.
— Мы не спасем Джину, разве что лишь ненадолго оттянем трагический конец. На вашем месте я просто дал бы ей спокойно умереть. Думаю, она сказала бы вам за это «спасибо», если б могла. Понимаю, звучит жестоко и бесчеловечно, но я в первую очередь здравомыслящий человек.
Комарова передернуло. Умом он понимал, что Сахаров, безусловно, прав, но все чувства противились этому, не позволяли вот так просто взять и убить попавшего в беду человека, хоть это бы и было в данном случае актом милосердия.
Проще всего было взять и отдать тело Джины родственникам, дескать, так и так, случилась катастрофа, женщина жива, но, скорее всего, скоро умрет. Примите соболезнования. А дальше? А дальше будет скандал, по силе сравнимый разве что с Выбросом локального масштаба. Ответственность опять же лежит на нем самом, на господине Комарове. Со дня на день приедут чиновники, за Степаненко натянут — мало не покажется. А за Джину — еще больше. И не избежать этого. Не скрыться от расправы. Кто отправил людей в экспедицию? Комаров. Кто мог спрогнозировать (незапланированный!!!) Выброс? Тоже Комаров. Никого не будет интересовать, что от страшных случайностей в Зоне не застрахован никто, предсказать и предугадать ее тоже получается через раз на пятый. Гробились солдаты, техника, бродяги и вообще черт знает кто. Но теперь речь шла о жизни иностранной гражданки.

Ну да, ведь все иностранцы тупые идиоты и ничего о местных реалиях не знают. И Джина, наверно, по логике автора, тоже не знала, что рискует. И о катастрофических последствиях Большого Выброса никто не знает, и эти, с позволения сказать, ученые даже не пытаются в ту сторону шевелить мозгами. Хотя, по логике вещей, они бы точно попытались разобраться, что за фигня случилась и почему. Они Зону изучают, в конце-то концов!
А еще автор пытается показать, что у Комарова есть человеческие чувства, но получается хреново и им не верится. Потому что все, о чем он снова думает - это грядущие неприятности для собственных вторых девяноста. В центре мироздания для Комарова находится его задница, а человеческое отношение к коллегам отсутствует. Хотя автор, конечно, снова пытается нас убедить, что это не так:

Комарову снова захотелось плакать. Даже не то что плакать — выть волком, реветь белугой. Сознание собственного полнейшего бессилия заставляло почти что впасть в панику. Сахаров, наверное, нутром ощущая состояние коллеги, молча вышел вон. Автоматическая дверь мягко закрылась за ним. Комаров сел на стул возле кровати, положил свою руку на руку Джины.
Кисть женщины была сухая и холодная. Как труп. Понять, что американка не умерла можно было только по еле заметному движению грудной клетки при вдохах и выдохах, да еще по непрерывно ползущим на мониторах приборов диаграммам пульса и прочих медицинских показателей. Только одни линии оставались стабильно ровными, как линеечки — энцефалограммы деятельности головного мозга.
«Что теперь мне делать? Что? — в отчаянии думал Комаров, незряче глядя на полутруп своей сотрудницы, — Посадят же. Как пить дать посадят. Всю вину свалят — благо есть на кого. И упекут по полной программе, ни на каких адвокатов денег не хватит. Это конец»

Комарова не волнует состояние коллеги с человеческой точки зрения. Все, что его действительно беспокоит - грядущее получение по шапке. Собственно, вот он, жопоцентризм как он есть.
Однако, возможно, дальше по сюжету он еще достойно примет наказание, понимая и признавая свою вину? Может, он еще покажет себя приличным человеком?
Да кого я пытаюсь обмануть?..
Следующий "кусик" будет весьма объемным, и в нем нас ждут космодесантник в песочнице и унылый экшн.

Следующая часть: https://fanfics.me/message600145
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 14 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть - https://fanfics.me/message599457

Похоже, сегодня я в ударе, ну и, надо же, наконец, доковырять этот кактус, хоть до конца еще и далеко. В общем, разбор фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод восьмой - о ненадежных торговцах и о том, как Иван-Дурак показывал свою крутизну. Начнем же!

Бункер, строго говоря, таковым вовсе не являлся. Так, овощехранилище, отрытое сугубо по инициативе местных жителей, и потому используемое для общих надобностей. Но после аварии 1986 года деревня, как и большинство поселков местного значения оказалась заброшенной, хозяйство, каковое осталось после эвакуации народа, разворовали мародеры, а сами дома пришли в полный упадок и практически развалились от старости.

А теперь заходим в игру и рассматриваем бункер Сидоровича внимательнее. И устройство ,и спуск, и дверь бронированную. Типичное овощехранилище!

Овощехранилищу же ничего ровным счетом не сделалось. Украинцы — народ обстоятельный, способный до любого строительства и хозяйства, а потому подошли когда-то к делу со всем возможным старанием. Недалеко от бывшей деревеньки располагался бывший же, ныне лежащий в руинах АТП, и с него, скорее всего, пригнали экскаватор и привезли бетонные плиты, а также несколько лестничных пролетов, какие используются при строительстве домов. Отрыли внушительный котлован, укрепили его стены и потолок блоками и плитами, а для защиты своего имущества еще и приспособили две могучие — впору гранатометом прошибать — двери. Ничего удивительного, что титаническое овощехранилище надолго пережило поселок, играючи выдержало Второй Взрыв и намеревалось жить-поживать еще очень долго на радость местным обитателям.

Потолок у котлована - это, конечно, прекрасно :) И да, вот это я понимаю! Если овощехранилище - то как убежище из Фоллаута! Я, конечно, не специалист и тонкостей не знаю. Но по-моему как-то сразу понятно, что это как минимум бомбоубежище.

Неизвестно, конечно, как в нем некогда жилось разным морковкам, картошкам и прочим свеклам, но свято место пусто не бывает. Сначала деревню (кстати, под самым боком у военных, обосновавшихся на кордонном укрепленном посту) облюбовали местные бандиты, устроили «малину», безобразничали, а потом их покрошили в салат проводившие тут рейды военные. Бродяги же, явившиеся позже, не вели себя столь нагло, вежливо предложили командованию кордона взаимовыгодные условия, дескать, вы нас не замечаете, а мы вам своего рода дань разными ценными вещичками платим. Командование, вовсе не чуждое материальных и финансовых благ, подумало и согласилось. Как позже выяснилось, поступило очень разумно.
Со временем деревня превратилась в своего рода «тренировочный лагерь», куда попадали молодые бродяги, проникшие всеми правдами и неправдами на территорию Зоны. Тут отсиживались, общались, знакомились и набирались опыта от забредших передохнуть ветеранов. Военные же исправно закрывали глаза на незаконных обитателей Зоны. Вообще со временем бойцы спецназа и просто солдаты срочной и контрактной службы стали относиться к ходокам без прежней лютой агрессии, не стремясь во что бы то ни стало прошить бродягу парой очередей из автомата или пулемета. Как умудренная жизненным опытом хозяйка глядит на тараканов: гонять, конечно, надо, да вот толку-то? Все равно придут снова…

О, прекрасно! Надо напарнице сказать, что больше нам можно и не травить тараканов в мастерской - все равно ведь придут снова! И уборку тоже, наверно, делать не надо - все равно ведь и пыль снова скопится, и так далее... В общем, несравненное мастерство сравнений автора снова макнуло его в лужу.

Если же на блокпост прибывало высокое начальство, то военные даже сами снисходили до того, чтобы предупредить бродяг: прячьтесь кто куда, чтобы духу вашего тут не было. Кто будет в поле зрения — не обижайтесь. Нам наша задница дороже всех вас, вместе взятых. Ходоки, разумеется, утекали в Зону… Чтобы через недельку объявиться тут снова.
Сидорович, старик неопределенного возраста

Даже в трех словах автор умудряется противоречить себе.

окопался в бункере прочно: с помощью тех же бродяг привел его в порядок, вварил решетки и замки, а после взялся за дело. Никто не знал, откуда торговец взял начальный капитал, но дело у него пошло: купить, продать, обменять с доплатой или без оной, подсказать, посоветовать (небесплатно, разумеется), подкинуть работу или свести с нужными людьми — Сидорович развивал свой бизнес во всех направлениях.
Пару раз его приходили потрошить бандиты из местных «смотрящих» группировок. Дело кончалось одинаково: торговец запирался в бункере и по радиостанции выходил на связь с военными, у которых с Сидоровичем были прекрасно налаженные отношения, и буквально через пятнадцать минут от уголовников, не успевших удрать, оставались рожки да ножки после натиска ударной группы спецназа. Кто-то из бродяг даже поговаривал, скорее всего, вполне достоверно, будто у Сидоровича кто-то из родни имеет влияние пусть и не в самом высоком, но военном руководстве…

И что это была за ересь? У торгашей, конечно, что по игре, что по книгам были свои каналы поставок, но вот так за ручку с военными они не общались - по крайней мере, я такого не припомню. Тем более, по соседству со сталкерским лагерем.

Иван Тайга пришел в лагерь бродяг вечером, но еще засветло. Дорога была не самой легкой — на окраине Свалки пришлось пару часов ничком лежать на земле, не рискуя даже поднять голову, чтобы не попасться на глаза бойцам с БТРа, остановившегося на дороге и временами порыкивающего дизелем. Что именно там творили вояки столько времени — Иван не ведал, но усердно поминал их всеми нехорошими словами, какие только знал. Нога болела, и бегать по пересеченной местности, изобиловавшей металлоломом, Тайга не решился. Тем более вряд ли господа военные откажут себе в «джентльменском» удовольствии скосить бегущего и прячущегося от них человека очередью из крупнокалиберного пулемета.
Вояки в конце концов убрались, и Иван проскользнул через распахнутые ржавые ворота на разбитую асфальтовую дорогу.

Кстати, а вот и один из самых прекрасных косяков этого произведения: автор старательно вырезает относительно адекватные канонные моменты и заменяет их убойной ерундой. Но при этом упорно тащит в фанфик элементы игромеха. Как здесь и далее, например: проход между локациями тупо в местах перехода из игры.

Дальше пришлось буквально порхать по настоящему полю ловушек, в изобилии расположившихся прямо на дороге. И обойти никак: на обочине непролазный кустарник, в котором к тому же периодически кто-то ворочался и рычал. Ловушки же были неприятные, гравитационного типа. Наметанным глазом Тайга даже определил, что кто-то нашел в одной из них свою смерть: в центре «плешки» распластался на земле превратившийся в тень под воздействием чудовищно увеличившейся силы тяжести уродливый ком тряпья и каких-то ошметков. О прошлом этих останков красноречиво свидетельствовала также размазанная по асфальту человеческая кисть. Тускло блестело в лучах закатного неяркого солнца сплющенное золотое кольцо на мертвом пальце.

*Тяжелый вздох*
И почему нельзя было показать опасное место другим способом? Изломанными кустами, неправильными тенями, странными вмятинами на асфальте, к примеру? Да хоть дохлой крысой. А с человеческими трупами на каждом шагу при полной атрофии у всех персонажей инстинкта самосохранения получается просто-напросто фарс вместо напряженной атмосферы.

Бывший армейский КПП на входе в район Кордона также пришлось обходить, вернее, обползать десятой дорогой: там угнездились бандиты. Иван прекрасно слышал их гогот, обрывки надсадно выкрикиваемых анекдотов сомнительного свойства и какие-то песни. Ну это ж надо — находиться в Зоне и так себя вести, орать на всю округу и даже не выставить караула!


И опять подъехали нелепые стереотипы. Эти номинанты на премию Дарвина в канонической игровой Зоне-то не выжили бы, не то что на здешнем минном поле.

Потом Иван прятался от небольшого стада припять-кабанов, каждый из которых по величине не уступал «запорожцу», а свирепостью — тринозавру.

Во-первых, чего? Кабан - он и реальный кабан, конечно, крупный зверь. Но не с легковушку же!
А во-вторых, что за зверь такой - тринозавр?

Словом, дорога до бункера Сидоровича была насыщенной и «веселой», впрочем, как и практически вся жизнь бродяги. Молодежь бдила: не успел Иван свистнуть, привлекая к себе внимание обитателей поселка — иначе, появись внезапно, легко можно и пулю заработать, просто так, от неожиданности, — как за остатками гнилого, покосившегося забора раздался голос:
— Кто такой? Руки вверх. Назовись.
— Иван. Тайгой кличут. Волк у вас тут, рядом? За меня может сказать.
— Да, — ответил голос, потом электронный писк, неразборчивое бормотанье, очевидно, в рацию, и разрешение — Проходи!

И опять - и тут, и далее, от этой охраны, судя по ее поведению, толку нет.

Иван миновал сторожа, парня лет двадцати пяти, еще недавно держащего его под прицелом пистолета «ТТ», и прошел в лагерь. Тайга смело считался ветераном, и его прозвище было знакомо среди многих бродяг. Новички, судя по всему, тоже слышали об Иване, и потому охранник смело пропустил Тайгу в поселок, сообщив о нем своему «начальнику».
Возле костра его встретил Волк, «старшина» лагеря, высокий, угрюмый ветеран с исчерченными шрамами лицом и густыми темными волосами с такой проседью, что они казались посыпанными солью.

Здесь что, у всех сталкеров хронические угрюмость и мрачность? Хотя, учитывая, что у автора тут вместо Зоны...

Волк молча протянул руку, и Иван пожал твердую, как доска ладонь.
— Поздорову, бродяга, — негромко сказал «старшина», — Давно тебя не видел. Как занесло к нам?
— Со свалки иду. Странные дела там творятся ночью. Напарника вот там оставил в итоге.
Волк удивленно поднял бровь.
Тайга вкратце рассказал, и с каждой его фразой «старшина» мрачнел все больше и больше. Потом достал пачку папирос, закурил, глубоко затягиваясь.
— Надо же… Вот как. А я думал, врут малолетки. Месяц назад один рассказывал, как за ним «москвич» гонялся, так я, балбес, не поверил, посоветовал травы меньше курить.
— А этот парень тут? — спросил Иван, — Пообщаться бы с ним.
— Нет, — мотнул Волк головой. — Позавчера в «лифт» влетел. Царствие ему всякое-разное.

Но "Лифт" же не убивает.
Хотя, о чем это я? У автора все в Зоне существует только для того, чтобы убивать.

— Мда. Печально. Со мной Чалдон был, вот ночью куда-то и пропал, мы от экскаватора в разные стороны рванули.
— Чалдон? Не слышал про такого. Новичок?
— Да нет, вроде. Алкаш просто запойный.

Зачем вообще было ходить в Зону с запойным алкашом? или приличные люди просто с Иваном идти не горят желанием?

— Ладно тогда, земля здешняя ему пухом.
Волк досмолил папиросу, поправил висящий за плечом автомат.
— К барыге пойдешь?
— К нему. Товар продать да разжиться кое-чем.
— Удачи… — Волк отвернулся и не спеша зашагал к костру, у которого сидели несколько новичков. Тайга из темноты несколько минут понаблюдал за «пополнением», приглядываясь к лицам, и они автоматически откладывались в памяти. Скорее всего, все или почти все из этих мужиков и парней погибнут в ближайшие несколько недель. А если кто выживет — что ж, по крайней мере, Иван уже будет знать, где и при каких обстоятельствах он его встречал.

И тут охренели даже не Кадии. А впрочем, учитывая хронический тупизм практически всех действующих лиц, такая смертность даже не удивляет. Но, как мы видим, при заявленном уровне трындеца никто не следит за пришлым чужаком:

Впрочем, мало кто из «молодежи» обращал внимание на широкоплечего, угрюмого вида, заросшего почти превратившейся в бороду щетиной мужика, шагавшего по центральной улице поселка. Все были заняты решением или обсуждением сугубо своих, гораздо более насущных проблем и вопросов, чтобы глазеть по сторонам.
Но к Сидоровичу Тайга сразу не попал. Возле забранного решеткой окна уже стоял какой-то неопрятного вида бродяга и беседовал с торговцем. Услышав шаги за спиной, незнакомец обернулся, вперился взглядом в Ивана, несколько секунд пристально изучал его, а потом проговорил:
— Человече, будь так добр, ненадолго покинь нас.
Будь нынче другие обстоятельства, не боли нога и не ворочайся взвинченные ночными происшествиями и нелегким днем нервы, Тайга, скорее всего, просто молча вышел бы на лестницу и дождался конца секретного разговора. У каждого могут быть свои тайны, не предназначенные для чужих ушей. Но сегодня Ивана подобная просьба нешуточно зацепила.
— А ты мне кто тут такой, чтобы указывать?

Видать, Иван за ночь пропил остатки мозгов. Впрочем, быдло есть быдло.

Лицо незнакомца нехорошо ощерилось, но он также вежливо, еще более мягким, крайне дружелюбным голосом повторил просьбу:
— Будь добр, выйди.
— Да пошел ты, козел, — буркнул Иван, идя вперед и намереваясь плечом оттереть нахала.
— Цыц! — рявкнул вдруг Сидорович и бахнул открытой ладонью по своему столу, даже приподнявшись с кресла, — Унялись оба! Собачиться наверх идите. Клык, ты чего борзеешь? Что тут за тайны мадридского двора? Сказал же — нет у меня ничего. Все, что было, дал. Вот и иди отсюда!

Так. Так, подождите. Стойте. Что у человека есть дело, о котором он не хочет кричать на каждом углу и ставить в известность всю Зону, торгаш, который без успешных сделок с серьезными клиентами разорится, не думает. Что-то я логики не чувствую. Ну да, ее же здесь нет.
И, да, такой торгаш быстро прогорит.

Отталкивающее, с немного отвисшей нижней губой, как у бомжа-пропойцы, сивое лицо Клыка исказила усмешка-оскал, отчего показался один из верхних резцов, длинный, желтый, видимо, давший человеку его прозвище.

Где можно вступить в общество защиты изуродованных автором персонажей?

— Ну спасибо, люди добрые. Уважили. Век не забуду…
Его вежливые, без малейшего оттенка злобы слова как нельзя больше контрастировали с самой ситуацией и внешним обликом говорящего. Позже Иван Тайга часто укорял себя: дурак, балбес, ну зачем связался, как малолетка тупоумный? Все в Клыке говорило само за себя, вернее кричало, что далеко не так прост обладатель потрепанного кожаного плаща и неприятной физиономии. Хотя бы глубоко утопленные в череп глаза под тяжелыми козырьками густых бровей — умные, предельно внимательные, остро-холодные, словом, глаза чрезвычайно опасного человека.
Но нет! Разум Тайги был затоплен охватившим его граничащим с яростью раздражением, Иван резко отпихнул Клыка плечом и подошел к решетке Сидоровича, снимая рюкзак. Стрелять и вообще буянить в этом бункере никто не будет — каждый бродяга соблюдал железную субординацию, если не хотел стать тут и вообще во многих местах персоной нон грата. Так и есть. За спиной прошелестели шаги, негромко хлопнула дверь. Казалось бы, Клыку, оскорбленному и выставленному вон, полагалось на прощание хотя бы шарахнуть металлической плитой о косяк так, чтобы пыль посыпалась. Однако нет! Странная, ненормальная вежливость уже начинала пугать.
У Сидоровича Тайга не задержался. Быстро продал ему свои не очень богатые находки, купил консервов, патронов, пару бутылок водки, послушал новости и сам вкратце рассказал про увиденное на Свалке, поведал о пропаже Чалдона, на что торговец сочувственно покачал головой и вздохнул, наскоро что-то записав в засаленный блокнотик. Но Иван, уже тертый калач, уже заранее знал: Сидоровичу на судьбу разгильдяя-пропойцы плевать с высокой колокольни.
— А что за фрукт этот Клык? — поинтересовался Тайга напоследок.
— Хрен его знает, — буркнул Сидорович, — Раньше иногда проскакивал тут, орел залетный, теперь какие-то детальки ищет, носится с ними, как с писаной торбой. Даже кому-то из бродяг дал работу на них. Сам не желаешь подписаться?

У здешнего Сидоровича еще и язык без костей. По игре, помнится, Шраму он рассказал об этом только после серьезной ответной услуги. А тут - выболтал все походя первому встречному. Ну и кто с таким треплом будет дела вести?

— Нет уж, увольте, — криво усмехнулся Иван, — В мусорках лазить я не мастак.
— Вот и мужики тоже. Да много их тут бродит, клыков и разных других скелетов…
Попрощавшись, Тайга вышел из бункера. И тут же столкнулся с оборванцем, что называется, нос к носу. Наработанные рефлексы не подвели — рука моментально легла на рукоять автомата, большой палец перещелкнул предохранитель. Оружие было давно доработано таким образом, что довольно тугая защелка теперь срабатывала легко, однако не самовольно. Однако Клык агрессии не проявил, с усмешкой буравил Ивана глазами.
— Чего надо? — в лоб спросил Тайга. — Проблем хочешь?
— А можешь устроить? — осведомился Клык. — Зачем хамишь, дядя? Я к тебе вежливо, а ты как шпана приблатненная начал себя вести. Нехорошо. Нельзя так.

Надо сказать, крячковский Клык недалеко ушел от Ивана-дурака. Он в этих краях ненадолго и вряд ли сюда еще раз в обозримом будущем завернет. Нужного ему товара у Сидоровича нет, наводку на людей, в этом деле полезных, он получил. Так зачем доказывать что-то левому быдлану, которого он видит в первый и в последний раз?

— Да пошел ты… — Иван, уже основательно разозленный, вскинул руку, намереваясь отпихнуть наглеца. Стрелять он не решился — неизвестно все-таки, что за деятель этот самый Клык. Вдруг потом неприятностей не оберешься, стоит его продырявить? А морду набить не мешало бы. Рукопашные стычки среди бродяг не были редкостью, и в этом обществе всегда уважалось право вызова на поединок. Главное — без убийства и ничем реально не обоснованного кровопролития.
Иван считал себя, причем небезосновательно, хорошим бойцом и думал, что Клык отлетит в сторону. Максимум — увернется, однако проходимец ловко перехватил руку Тайги возле кисти, немного довернул, отступил и Иван вдруг с удивлением обнаружил, что уже летит вперед. Брякнуться он, впрочем, так и не сумел: сильная рука уцапала его за шиворот и так и удержала в нелепом положении. Зарычав от стыда и унижения, Тайга утешился лишь тем, что никто из новичков в темноте этого эпизода не видел.
— Уймись, мужик, — уже без тени иронии посоветовал Клык. — Не надо ссориться. Извинись лучше, и разойдемся.
— Я тебе сейчас так извинюсь, сопляк, — Иван вывернулся, и теперь стоял, набычась и крепко сжав кулаки. — Подраться хочешь? Нет проблем.
— Не хочу я с тобой драться. Хотел поговорить просто и заказ на кое-что дать, очень для меня важное, а ты сразу руками махать начал…
— И продолжу. Только не руками, — правая рука Тайги легла на рукоять ножа в ножнах, висевшего на поясе. — Кишки тебе, уроду, выпущу. А свой хлам потом сам искать будешь. Если жив останешься и заштопают тебя.
— Серьезные аргументы, — Клык откинул капюшон плаща, — И слова серьезные. За них надо отвечать. Только не здесь — народу много. Пошли за холм? Там и решим вопрос…
— Ага! — рыкнул Тайга, — А там наверняка твои корифаны ждут. Меня — в ловушку ближайшую, а вещи себе. Знаем, проходили уже. Нет уж, сука, давай здесь и сейчас!

Вот не могу понять, это взрослые мужики или два агрессивных школяра? Хотя чему удивляться? И Иван - придурок, и авторская пародия на Клыка не лучше.

Тайга скинул рюкзак с плеча, положил на траву автомат и вынул нож. Клык, впрочем, остался безоружен, но Ивана, уже всерьез разъяренного, это не остановило. Убивать проходимца он все равно не собирался — так, чиркнуть несколько раз для острастки и пару зубов вышибить. Чтобы звался потом не Клыком, а, скажем, Дырявым.

А чего, собственно, Иван-дурак так сагрился? И с чего он начал агриться с самого начала? Самомнение прищемили?

Тайга первым пошел в атаку. Не хочет противник браться за оружие — что ж, сугубо его личные проблемы. Иван собирался сейчас не вопросы чести утрясать, а проучить хама, вздумавшего ему указывать. Ох, плохие это качества — самоуверенность, слепая ярость и чувство превосходства над врагом! За несколько минут «боя» Иван так ни разу и не смог достать Клыка ножом, зато получил несколько весьма болезненных пинков по ногам и пару хлестких ударов расслабленной кистью руки в лицо. Из разбитого носа капала кровь. Шум драки привлек внимание поселковых, пришел Волк, но ввязываться или, тем более, разнимать не полез. Кто хочет решать свои личные дела — пусть решает, тем более, никто никого не расстреливает и раненого не истязает.
Клык был моложе и проворнее Тайги, легче на добрый десяток килограмм и, стоило признать, оказался гораздо лучше подготовлен в рукопашном бою. Иван уже заметил, что противник не увечил и не калечил его, хотя уже вполне мог бы хотя бы вышибить нож из руки, однако не делал этого. Более того — на щетинистой физиономии Клыка все время проскальзывала натуральная, а вовсе не показная усмешка. Да этот урод еще и смеет издеваться!
Тайга с хриплым ревом нанес широкий, быстрый, как взмах лопасти вентилятора, секущий удар слева направо. Только опять промахнулся, а нешуточная инерция, бороться с которой уже не хватало сил, унесла тело в сторону. И тут же Иван ощутил железный захват пальцев противника сзади за голову, а большие пальцы воткнулись в глазницы. Пока — не очень сильно, но дали понять, что зрение уже в серьезной опасности. Именно так и выдавливают глаза. Тайга замер, не пытаясь больше орудовать ножом. Какой смысл? Несерьезно ранить противника (иначе из подобного положения и не получится), а самому остаться слепым? Неэквивалентно.

Так, стоп. Как это - воткнулись, но не очень сильно? Автор не знает слова "надавили"? Ну а Иван мало того, что неадекват, только вот в драку лезет, а драться не умеет. А еще, как мы помним по прошлым событиям, держит себя во всратой физической форме и, вдобавок, молодец среди овец. Лидер и непререкаемый вождь, мыслящий трезво и прагматично, да :)

— Унялся? — спокойно спросил Клык. — Вот и хорошо. Больше так себя не веди.

Клык у автора не меньший придурок, чем Иван. Зачем вообще выяснять отношения с каким-то неадекватом? Такой. вполне станется, затаит обиду и с компанией где-нибудь подстережет. Или из-за угла пристрелит. А группе Стрелка в каноне точно не были нужны лишние недоброжелатели.

Захват исчез, и Иван тяжко осел в траву. Интуиция подсказывала ему, что в драку больше лезть не стоит. Перед ним не молокосос, не выпендривающаяся шпана и не безголовый отморозок, а профессионал, которому ничего не стоит и убить, и искалечить. Если человек вот так запросто отпускал врага, который несколько секунд назад был готов его проткнуть ножом, значит, он очень уверен в своих силах. Или…
— Все, концерт окончен, — громко сообщил Клык собравшимся вокруг бродягам, — До новых встреч, цветов и аплодисментов не надо.
Народ, дождавшись окончания зрелища, помаленьку начал разбредаться кто куда. Ничего серьезного не случилось, и вмешательство «карательных органов» в виде Волка и еще двоих мужиков немалых габаритов, местной «зондеркоманды» не потребовалось. Тайга сплюнул себе под ноги, встал, подхватил с земли автомат и рюкзак. Клык махнул ему рукой:
— Удачи, дядя. Не груби больше.
— Иди ты… — буркнул Иван в ответ, провожая взглядом сутулую фигуру в длинном плаще.

Все-таки еще один идиот с атрофией инстинкта самосохранения. Где гарантия, что после подобного показного выпендрежа Клыка не отпинали бы толпой? О такой возможности он, похоже, и не подумал. Зачем Иван начал с ходу нарываться? Зачем Клык решил что-то ему доказывать? Зачем, блин?! Зачем вообще нужна была эта сцена? Показать, что они два обидчивых неадеквата? Что ж, автор показал.

Что ж, вот мы и увидели, как решают разногласия крутые сталкеры. Но чем дальше в лес, тем жирнее перлы. В следующей серии: альтернативная биология и жопоцентризм.

Следующая часть: https://fanfics.me/message599904
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 9 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть - https://fanfics.me/message599292#comments

Я обещала не задерживать следующую часть, и я ее действительно не задерживаю. Видимо, в лесу что-то сдохло, ну, а у нас продолжение разбора фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод седьмой: о сыщиках от Бога и крокодиловых слезах.

Комаров был очень обеспокоен. Пропали двое ученых и один из его лучших проводников, бродяга-наемник Шрам. То есть о ходоке ученый переживал только как о потере своего ценного человеческого материала. Шрам отлично знал Зону, был осторожен, замечательно стрелял и умел выживать даже в самых убийственных ситуациях. Плюс к тому мало говорил, много делал, никогда не торговался по поводу своих услуг и не пытался обмануть, «кинуть» своего работодателя. Одним словом, очень редкий и оттого практически уникальный в своем роде экземпляр местной полууголовной человеческой фауны. О нем был смысл жалеть как о хорошем проводнике, но не более. Комаров, хоть и активно пользовался услугами бродяг, редко видел в них людей, равных себе или своим сотрудникам. Это и к лучшему — слишком уж часто они гибли и исчезали в туманных далях Зоны, и если запоминать каждого из них, относиться душевно — потом придется по каждому хоть чуточку, но горевать. А такой роскоши ученый себе не мог позволить.

Ну, что ж, образцово-показательный мудак Комаров снова в деле, и что же мы снова видим? А то, что он мудак. По ходу также заметим, что снова сталкеры в целом у автора представлены как толпа гопников, бомжей и прочих маргиналов. А еще обратим внимание на характеристику Шрама - и хорошенько ее запомним.
Кстати, ситуация явно неординарная. Выброс феноменальной силы, который ничего не предвещало - это серьезный повод поднапрячься. То есть, происходит нечто, которое никак нельзя предугадать, но которое повлечет за собой немалые жертвы. Потому что я не верю, что внезапный выброс угробил только одну экспедицию - наверняка много кто не успел добраться до укрытий. И как именно вот это вот волнует научную миссию в Зоне? Спойлер: а никак. О большом Выбросе здешние ученые даже не вспомнят.
Ну, а Комаров не видит в людях людей. Ладно, нанятый в качестве проводника сталкер, но его отношение к коллегам тоже вызывает вопросы:

Зато пропавшие Павел Степаненко и Джина Кролл были поистине тяжкой утратой. Павел, по сути, являлся «левой рукой» самого Комарова, и именно поэтому он отрядил для их охраны и сопровождения самого Шрама, пообещав ему за это дополнительное вознаграждение. Пропавший в Зоне почти всегда означало что и уже мертвый, а вместе с Павлом канули в небытие довольно перспективные и серьезные разработки, которыми он занимался в своем отделе. Конечно, при должном старании можно кое-что восстановить, но далеко не все. Основная информация держалась у ученого в голове, а выкачать сведения из мертвеца еще не удавалось никому. Некромантией же Комаров пока не увлекался.
Джина, мало того, что была американкой (а эти господа, стоило пропасть кому-то из их роду-племени сразу были готовы объявить кого угодно террористом и похитителем), являлась и одним из наблюдателей Международной Федерации Научных Исследований. Так что теперь могли назреть крайне серьезные неприятности. Гибель Павла так-сяк еще укладывалась в печальную, но, увы, неизбежную статистику «несчастного случая», а вот Джину следовало беречь как зеницу ока. Беда была лишь в том, что ретивая американка сама так и лезла в самое пекло, немало не заботясь о печальных последствиях для себя и других. Воспитанная на почве феминизма и вседозволенности, дамочка буквально алкала неприятностей. Вот, судя по всему, и получила свое.

То есть - никакого человеческого отношения к коллегам, которых он давно знает и с которыми вместе работает, нет. Комарова волнует только то, что в одном случае оказались просраны некие разработки, а в другом - что он может получить по шапке. Кстати, и снова: если даже не учитывать нелогичность вообще всего происходящего, Джина приехала работать. Работать, а не просиживать штаны в лаборатории, и если она наблюдательница, то в ее обязанности наверняка должны входить и экспедиции. Выполнять свою работу - это вседозволенность? И, да, вот и стереотипные американцы подъехали. Не скрою, я не особо люблю американцев. Но автор выдал какой-то клюквенный (хм, кока-кольный?) бред. Если брать книжную серию, иностранные ученые в Зоне нередко бывали, и что, из них всех пропала одна Джина? Зона - место такое, и это, я полагаю, все отлично понимают.

В самом печальном случае всю шарашку Комарова могли просто разогнать к такой-то матери по разным отделам или вообще отправить на «большую землю», а его самого — снова в подручные к Сахарову, оборудование вывезти, а на месте комплекса лабораторий устроить, скажем, базу тех же военных. Правда, Комаров искренне надеялся, что до такого не дойдет. Но выволочка от руководства, куча бумаг-отписок, беседы с военными, поисковыми отрядами и разными деятелями, включая юристов и агентов страховых компаний, ему обеспечены. От этого уже не увернуться.

То есть, подчеркнем: Комарова волнует только то, что его лишат собственной лаборатории. Ну, и объясняться придется.

Военно-десантный «МИ-24» сейчас нес самого Комарова, майора Литвинова и пятерых бойцов сопровождения к предположительному месту пропажи ученых. Конечно, начальник сектора лабораторий мог просто отправить поисковую группу, а сам сидеть и ждать результатов поиска, но среди обслуживающего персонала уже потихоньку творилось черт знает что. Сразу же пошли закулисные шепотки: «нас туда на смерть посылают за материалом, Комаров сам только отчеты составляет, люди гибнут — ему все равно, у него связи в Москве и Новосибирске, отбоярится». Чтобы не мозолить глаза сотрудникам, перед которыми — чего греха таить! — Комаров чувствовал себя виноватым, да и откровенно ради поднятия собственного авторитета руководитель решил лично участвовать в поиске. И теперь, не сознаваясь себе открыто, начинал жалеть об этом.

Что-то в тексте этого чувства вины не заметно. Только страх за благополучие собственной пятой точки.

Да, он прекрасно знал, что очень рискует. Да, ему было известно, что в Зоне пропадают даже вооруженные до зубов отряды военной элиты спецназа. Тем не менее, будучи осторожным человеком, Комаров не желал быть трусом и теперь, наполовину бравируя, но в глубине души весь трясясь от ужаса, сам сидел в металлическом чреве винтокрылой машины.

Да-аа, рискует! Примерно так же, как и при полетах из комплекса на Большую Землю и обратно. И это нам пытаются подать, как преодоление страх и смелый поступок?

А внизу медленно плыла Зона. Разрушенные, обращенные в руины поселки и какие-то строения, пустоши, рощи и холмы. Сквозь вой вертолетных турбин снаружи не пробивалось ни единого звука, но ученый отчего-то был уверен: там, внизу, царит тишина. В животе сгустился мерзкий, холодный ком ужаса, периодически ворочавшийся там скользкой жабой. «Если вернусь живым, — мысленно пообещал Комаров, — то, с первой же оказией, схожу в церковь и поставлю свечку. Господи, только помоги вернуться!» Наверное, примерно также думали-молились и Павел с Джиной, уходя в последнюю для них экспедицию.

Надеюсь, что хотя бы они были смелее! Комаров же не только мудак, но и трус. И я не особо интересовалась данным вопросом но мне кажется, или автор путает вертолет с самолетом?

Через несколько часов после их ухода грянул небывалый по силе и продолжительности Выброс, который смогли отметить приборы только буквально за полчаса до его начала. Ни в какие рамки и попытки предсказания, прогнозирования катаклизмов он не укладывался, Зона просто решила почудить и лишний раз доказать всю тщету попыток ее предугадать. Вряд-ли ученые и проводник угодили под него — скорее всего, успели спрятаться. Комаров отлично знал: между первыми признаками Выброса и его непосредственным началом стабильно есть минут пять-семь, а за них, если хочешь жить, всегда найдешь убежище.
Хотя нынче было иначе. Мало того, что Выброс оказался спонтанным, он еще и навалился резко, внезапно, так, что обитатели комплекса едва успели удрать в лаборатории, и система защиты герметически запечатала помещения. Обошлось без жертв, но, в принципе, они вполне могли быть, находись кто-то за периметром лагеря. Но Павел и Джина были не одни. Уж Шрам-то не мог так опростоволоситься, чтобы пропустить приближение катаклизма. Говорят, те из бродяг, кто провел в Зоне хотя бы несколько месяцев, уже могли интуицией, нюхом чуять смертельные опасности.
Тогда что же там произошло? Что?

Собственно, на этом все размышления ученых-кипяченых о Большом Выбросе и ограничиваются. И, повторюсь - я не верю, что успели бы удрать все.

Вертолет заложил крутой вираж, от которого сразу же ватной глухотой заполнились уши. Комаров несколько раз судорожно сглотнул, крепче уцепился за поручни.
— На посадку идем, — в самое ухо крикнул ему Литвинов.

Нет, похоже, автор действительно путает вертолет с самолетом.

«Слава тебе, господи, — мысленно усмехнулся ученый, — наступает момент истины…»
Массивный корпус машины вдруг затрясло, раздался дробный рокочущий звук. Комаров сначала перепугался, что вертолет угодил в какую-то воздушную аномалию и теперь собрался камнем рухнуть вниз, но мгновением позже сообразил: это просто заработала автоматическая пушка, расчищая внизу место для посадки и десанта от местной нечисти.
МИ-24 кружил над поляной, поливая ее шквалами свинца и стали.

В смысле, разваливался? или у них там копьеметалки? Сталь-то откуда?

Комаров, обернувшись к квадратному иллюминатору, пробовал хоть что-то разглядеть там, но не смог. Только причудливые, хаотично мельтешащие тени. Боевая машина скоро пошла на посадку, стрельба прекратилась, военные сразу же подобрались, быстро проверили оружие, напротив двери занял место один из бойцов с массивным пулеметом наизготовку. Если даже какая-то досужая тварь ринется сбоку на открывшуюся дверь, ее встретит убийственный ливень пуль.
Но обошлось. В атаку никто не полез, хотя на небольшой поляне там и сям валялись растерзанные очередями вертолетной пушки кровавые трупы собак. Много. Комаров даже на первый взгляд насчитал их добрый десяток, это при том, что слепые псы — твари хитрые и наверняка при звуках стрельбы и винтов ломанулись кто куда, спасая жизнь. Здоровенная была стая.

Фигово они ломанулись, как мы видим.

— Туда, — махнул рукой Литвинов, указывая направление, и поисковая группа двинулась вперед.

Кстати, а откуда у них точные сведения о том, в какой именно точке маршрута пропала группа? Маячки какие-нибудь? А где про это сказано? Если пропустила, каюсь, вероятно, я захлебнулась водой в тексте.

Комаров шел в середине цепочки, постоянно оглядываясь по сторонам. Страх уже не мучил его — он превратился в постоянное и неотъемлемое чувство, как глухая, постоянная боль, скажем, в сломанной ноге. Организм упрямо выдает в мозг через нервы сигналы о серьезном повреждении, но разум понимает: сейчас это никак не исправить и никуда не деться, поэтому проще не обращать на это особого внимания, пока еще можно терпеть. Будет нельзя — примем меры.

Ага, постоянно оглядывается, но не боится. Про остальной перл умолчу.

Долгий, протяжный вой пробуравил воздух, раскатился и медленно затих, порождая эхо.
— Псевдопес, — нервно усмехнулся сухим, хрящеватым лицом Литвинов, — нас чует, падла, но боится лезть. Знает, что нас много и хорошо вооружены, вот и бесится, пугает.

И снова - автор хоть почитал бы, что ли, о поведении диких животных... Стал бы псевдопес выдавать свое присутствие, как же.

Комаров ничего не ответил, а просто представил, как вчера этой же тропкой шли Шрам, Павел и Джина. И как наверняка тоже выли вдали хищные твари, шуршала сухая трава под ногами, каркали вороны, рассевшиеся на деревьях, и тускло светило через пелену туч скупое осеннее солнце. Представил — и по коже пошли мурашки.
«Сто процентов непредпринятых попыток не оканчиваются успехом» — так любил говорить Павел. И вот теперь Комаров сам лез туда, откуда имел все шансы не вернуться. Делал попытку найти тех, кого, скорее всего уже и не стоило искать. Но нельзя же просто так сидеть на месте, сложа руки? А впереди уже длинным невысоким холмом тянулась идущая по краю Болот железнодорожная насыпь, возле которой, скорее всего, и пропали ученые.

О, да, Комаров та-аак рискует, что Айзек Кларк нервно курит в сторонке. и опять - откуда информация, что именно в районе насыпи и пропала группа?

С дороги сбиться было непросто: когда-то, очень давно, по ней ездила техника, с тех пор вездесущая трава взяла свое и быстро нашла способ пробиться через укатанную в камень почву, но широкая просека осталась, и на ней еще вполне угадывались колесные колеи.

Мне вот интересно, автор видел когда-нибудь заросшую заброшенную железку? Мы с однокурсниками когда-то на пленере по такой шли под предводительством препода. Что сказать, наличие там железки чувствовалось только благодаря спотыкачу о шпалы, между которыми рос сочный бурьян по пояс.

Быть может, еще до Второго Взрыва по ней шастали кто-то из самоселов, гнездившихся полулегально на запретной территории. Насколько Комаров знал, власти смотрели на это сквозь пальцы и особо людей не гоняли… А потом, после катастрофы, даже пробовали кого-то спасать при помощи войск, вертолетов и спецтехники, хотя, кажется, выручать было уже некого.
Выброс застал самоселов кого где, и деревянные утлые домишки никак не могли служить им спасением от чудовищного катаклизма. Над землей пронеслась смерть, убивая всех подряд, или же даря им то, что хуже любой гибели. Комарову рассказывали поистине жуткие вещи, и почему-то он, скептик, как и практически любой ученый деятель, предпочитал верить им, не проверяя лично. Например, как на кладбищах пучилась земля, и оттуда восставали, словно в дешевых фильмах ужасов, погребенные там покойники, и то, что от них осталось. Как из рощ и лесов выходили самые настоящие монстры и безнаказанно бродили по поселкам, пожирая человеческие трупы и тех немногих, кто был жив. Как бегущий в панике человек вдруг совершенно внезапно, на ровном месте превращался в тень на земле, сгорал заживо в бьющем вверх факеле пламени или рвался на части, в разлетающийся по земле фарш. Да много чего еще.

Сорок тысяч способов подохнуть, в далеком темном будущем все очень, очень плохо, и далее по тексту. Кстати, веселят вездесущие у автора утлые деревянные домишки. Про существование добротных кирпичных домов он, видимо, не в курсе. И что за ересь с оживающими покойниками на кладбищах, где после первой аварии разве только самоселы кого-нибудь и хоронили? Скелеты без мышц и связок как двигались? Или у нас тут фэнтэзя и некроманты? Ну, тогда понятно. Во славу Плети!
И это мы еще не говорили, что за все это время кладбища заросли бы настолько, что от прочего леса не отличить.

Сухая трава печально шелестела под ногами. Полынь — здесь было так много полыни! — качала своими метелками, в воздухе витал ее пряный запах. Чернобыль… Черная быль. Комаров пригляделся к насыпи, туда, куда вела тропа: там уродливо горбились неведомо когда застрявшие там железнодорожные вагоны и дизельный локомотив. У местных бродяг, скорее всего, уже был там проторенный проход на Болота.
Через еще добрых сотню шагов Литвинов вдруг вскинул вверх руку:
— Стой!

Начешуя он говорит, если уже жестом всех тормознул? Начешуя в этом опусе вообще нужны жесты, если персонажи их постоянно озвучивают?


Солдаты ощетинились автоматами, а двое бойцов медленно, предельно осторожно двинулись вперед, держа тропу под прицелом. И только тут Комаров заметил причину этой тревоги.
Ярко-оранжевый лоскут ткани от защитного комбинезона, который выдается всем научным сотрудникам, отправляющимся в экспедицию за пределы комплекса. Такие же были и на Джине с Павлом. Комаров сжал кулаки и тихо застонал. Самые худшие его подозрения подтверждались.
Лоскут оказался частью рукава костюма, причем — по иронии судьбы, не иначе! — именно правым, там, где был нашит шеврон с именем владельца. Через грязь еще можно было разобрать, что совсем недавно в комбинезоне ходил Павел Степаненко. А внутри ткань оказалась еще и забрызгана кровью, что недвусмысленно свидетельствовало о печальной судьбе ученого. Не сам же он оторвал кусок от прочнейшего костюма (даже не всякий нож его возьмет), обрызгал изнутри красным, вывозил в грязи и бросил на тропу!
Поисковая группа скоро вышла на небольшую поляну перед переходом через железнодорожную насыпь. Впереди «дышала» большая аномалия-ловушка, но Комаров не обратил на нее особого внимания.
На небольшом — несколько квадратных метров — пятачке недавно разыгралась целая баталия. Трава примята, земля кое-где взрыта, везде валяются трупы слепых собак. Причем, как сразу же определил Литвинов, зверье посекло автоматными очередями. И огонь велся из-за вагонов, с тропы со стороны Болот. Там и обнаружились россыпи автоматных гильз. Стреляли из автоматов Калашникова и американской М16. Опытный военный сообщил, что по собакам палили трое человек. Другой вопрос — только ли по собакам?

И вот это вот все этот опытный военный установил, просто осмотрев поляну? Сыщик и эксперт от Бога, не иначе. Кстати, а почему бы ученый не мог сам отрезать кусок рукава (причем такой удобный?) - например, оставить, как знак поисковикам, учитывая, что научный костюм яркий. Или костюм разрезали, чтобы обработать рану? Всякое ведь бывает.

На траве там и сям виднелись уже подсохшие большие пятна крови, множество клочьев оранжевой ткани, защитный шлем с открытым забралом, мелкие осколки костей. От такого зрелища тошнота так и подкатила к горлу. Запах тоже был соответствующий — тяжелый, уже отдававший пропастиной. Привычные к подобным зрелищам военные рассредоточились и принялись обыскивать кусты рядом, а Комаров достал фотоаппарат и сделал несколько снимков места трагедии.
Экспедиция погибла. Но в полном ли составе? Судя по словам Литвинова, да и соответствуя логике, останки на поляне принадлежат только одному человеку: Павлу Степаненко. А куда тогда девался Шрам? И Джина? Если группа угодила под Выброс, то погибнуть должны были все. И кто тогда растерял собак, которые пожирали тут труп ученого? Комаров знал, что Болота кишат бандитами и разными отморозками. И заявились они сюда, скорее всего, уже после Выброса, перебили падальщиков в надежде чем-то поживиться. А потом ушли, увидев, что брать-то уже нечего. А Шрам и женщина? Может?…

Ну упс. Только вот как вышло так, что остались только шлем и крошево? И ни обглоданных костей? Ни ошметков внутренностей и так далее? И, насколько я помню, события ЧН разворачиваются осенью. То есть, уже достаточно прохладно. Прошло меньше суток. Не слишком ли быстро начало разить гнильем?
Впрочем, я не уверена, что прошло чуть меньше суток. Со временем здесь творится какая-то дикая карусель.

Размышления Комарова прервал крик одного из военных, занявшего позицию возле вагона. Приникнув к окуляру снайперской винтовки, боец следил за кем-то вдалеке.
Все подбежали к нему, Литвинов извлек мощный цифровой бинокль, поднес к глазам. И выругался, не стесняясь в выражениях, после чего протянул прибор Комарову.
Расстояние в примерно километр было совсем даже не помехой для хорошего бинокля, и фигуру в оранжевом костюме Комаров увидел как если бы она была в десятке шагов от него. Джина Кролл медленно брела по болотистой земле, то и дело проваливаясь по щиколотку и медленно, как бы нехотя освобождая ноги. Походка всегда энергичной, спортивной женщины теперь напоминала движение кое-как передвигавшегося наполовину парализованного инвалида. Или плохо сделанного робота. Голова Джины, непокрытая защитным шлемом, вяло свешивалась набок, темные волосы торчали в разные стороны, похоже, уже заляпанные болотной грязью. Женщина явно брела без определенной цели, сама не зная куда и зачем.

Подробности он тоже разглядел в бинокль?

Боец снова приник к окуляру винтовки, но Литвинов хлопнул его по плечу:
— Не стрелять.
— Не стрелять! — пересохшими вмиг губами сипло повторил Комаров, — Надо догнать ее!
— Зачем? — тихо спросил майор, — Мы ей уже ничем не поможем…
— Все равно, — бормотал, как в лихорадке, Комаров, пораженный увиденным до глубины души, — Нельзя же так просто убить, надо попытаться хоть что-то сделать…
— Не знаю, — Литвинов пожал плечами, — Я думаю, она будет благодарна за пулю в голову.
Джину они догнали спустя час. Женщина, шатаясь, брела куда-то вглубь болот, спотыкаясь на каждом шагу и часто падая, но даже не пытаясь стереть с себя полужидкую липкую грязь. Совершенно пустые глаза смотрели вперед, обескровленные губы что-то неразборчиво шептали, изо рта медленно стекала по подбородку слюна. Удивительно было, как ей повезло не попасться на корм местным тварям, не влететь в ловушку или попросту не утонуть в трясине. Наверное, какие-то остатки инстинкта самосохранения страховали Джину от фактического суицида. Она шла медленно, монотонно, даже не реагируя на крики спешащей следом поисковой группы.
Комаров первый подбежал к ней, схватил сзади за плечо.
— Джина! Стойте!
Женщина безучастно обернулась к нему, вперившись пустым, мертвым взглядом. Потом молча попыталась развернуться и продолжить путь, но бойцы уже завели ей за спину руки, сковали их браслетами наручников. Джина, впрочем, совершенно не заметила этого и не попыталась противостоять или хотя бы убежать.
— Это хорошо, — деловито заметил Литвинов, — Спокойная! Думал, бросаться начнет, кусаться.
Дав сигнал по рации, майор получил подтверждение о вылете вертолета. Скоро группа будет эвакуирована с Болот. Джину тем временем связали дополнительно длинным страховочным фалом, спутав ей ноги и руки и аккуратно положив на землю. Женщина медленно, с ужасающим постоянством вновь и вновь пыталась встать, вяло извиваясь при этом во все стороны, но явно не понимала тщетности своих попыток. Глаза ее все также оставались мертвы и неподвижны.
Комаров сидел рядом прямо на мокрой земле и, сглатывая слезы, неотрывно смотрел на еще совсем недавно симпатичную, так и лучившуюся энергией и жизнью молодую женщину, теперь превращенную в живой труп. Выброс необратимо выжигал те части мозга, которые отвечали за личность человека, оставляя только примитивные навыки моторики и минимальные остатки информации о мире и жизни. А кто-то, как наверняка Павел, просто умирал… Или, судя по рассказам бродяг, превращался в чудовищ. Комаров все это прекрасно знал — сам сколько раз видел зомби и даже пытался исследовать их, когда их притаскивали пойманных живьем. Но одно дело методично изучать или потрошить просто ходячие трупы. Другое дело — когда им становился твой коллега, товарищ, которого ты привык видеть живым и здоровым.
В небе залопотали винты вертолета.
Комаров поднял глаза вверх, грязным кулаком вытирая слезы.

Кстати, Джина еще недавно была женщиной средних лет, нет? А тут вдруг помолодела. А крокодиловым слезам Комарова я не верю - не после чисто утилитарного отношения к коллегам, прямо показанного в начале эпизода. И, клыки Малала, зомбированные пси-излучением - не ходячие, блин, трупы, они живые!
Зато автор наконец-то вспомнил, что у вертолета есть винты.

На этой ноте у нас и заканчивается дутая трагедь, а дальше мы узнаем о ненадежных торговцах и о том, как Иван-дурак дверь стерег понты кидал.

Следующая часть: https://fanfics.me/message599502
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 31
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message560593

И года не прошло, а, наконец, вернулась. Конечно, я могла бы придумать отмазки в стиле несравненной мадам Зизи, пожаловаться на здоровье и хроническое воспаление хитрости, а заодно собрать донаты, но вместо этого я честно признаюсь, что меня одолела гигалень. Но перлы не ждут, так что продолжаем :)
Итак, фанфик Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод шестой - конь в пальто, или как поднять большие проблемы с пола:

…Он медленно приходил в себя. Первое ощущение, которое появилось после черной, глухой пустоты беспамятства — тяжелый стальной обруч, плотно-плотно надетый на голову, и сжимавший череп так, что мозги готовы были потечь через уши, нос и прочие «технологические отверстия».

Хм, через глазницы? Или какие еще "технологические отверстия" в голове у нашего крутого сталкера?

К горлу резко и мощно подкатила тошнота, и бродягу бы вырвало, если бы было чем. Желудок был звеняще пуст и, как казалось, сжат до размеров теннисного мячика. А все остальное пространство внутри занимал мертвящий холод.
Проводник открыл глаза, дождался, когда потолок перестанет плавать и вертеться пьяным вертолетом, и только тогда увидел расфокусированным напрочь зрением

Стоп, что? Увидеть расфокусированным напрочь зрением? Увидеть? Расфокусированным напрочь?
Кхм. Ладно, продолжим.

...два склонившихся над ним лица. Одно — с изрядной проплешиной, чисто выбритое, худое и с шикарными «пушкинскими» бакенбардами, второе — совсем лысое и из-за пышных усов напоминающее сытого пожилого моржа.
Бродяга пошевелил руками, согнул и разогнул кисти. Не связаны, следовательно — не в плену у бандитов или какой еще нечисти. Так, минуточку… А как он вообще сюда попал? В голове вертелись хороводом отрывочные воспоминания, которые никак не могли сложиться в единое целое. Наверное, это бы очень злило, но сейчас бродяге было настолько худо, что на разные сильные эмоции не оставалось сил.
— Живой? — спросило усатое лицо.

Нет, блин! В упыря обратился и восстал из мертвых!

Голос доносился до сознания проводника, как через толстое ватное одеяло, да еще с каким-то колокольным призвуком. Только сейчас он ощутил, что на голове у него что-то надето, вроде тканевой повязки. Бродяга вяло поднял руку, чтобы пощупать ее, но «Пушкин» остановил его:
— Не надо. Мы сканируем энцефалограмму твоего мозга,

Как обычно, автор напихал в текст умных слов, но забыл узнать, что они означают. Ну, или, хотя бы, как правильно употребляются.

— и повернулся к «моржу», — Судя по показателям приборов, у него полностью разрушена нервная система. То есть, фактически все «выгорело», как у обычного телефона, если подать внутрь бытовое напряжение. Человек с такими повреждениями не может жить даже чисто теоретически. Но все другие показания просто отличные. Парадокс. Беспрецедентный парадокс.

Действительно, парадокс! С полностью разрушенной нервной системой выходит даже не овощ, а труп. Даже у канонических зомби нервная система разрушается не полностью - уничтожается все, что связано с личностью, но остаются рефлексы и иногда остатки памяти и самой примитивной соображалки. У Шрама же, по канону, Каланча обнаружил "серьезные повреждения нервной системы" при отличных показателях прочих функций организма, и именно потому счел этот случай парадоксом (ну и, потому, что на тот момент Шрам был единственным, кто пережил выброс на открытом месте). И в который раз у меня возникает вопрос: ну нафига ж заменять канон неадекватной отсебятиной?

— Ты помнишь что-нибудь? — спросил у бродяги «морж».
— Да… — проводник услышал свой голос как бы со стороны, сухой, совершенно безжизненный, какой-то надтреснутый. — Я вел на окраине болот группу ученых из исследовательского лагеря под руководством профессора Комарова. Потом… Потом было что-то. Не помню.
— Все ясно, — «Пушкин» аккуратно снял повязку с головы лежащего навзничь бродяги и куда-то убрал, — Меня зовут Каланча. Это фамилия, имя, думаю, тебе знать нет смысла. А это Лебедев, мой начальник. Ты находишься на базе группировки «Чистое небо», почти в самом центре Болот. Был очень сильный, незапланированный Выброс, под который ты и попал. Наши разведчики случайно наткнулись на тебя через час после катаклизма, и там уже собирались собаки. Рядом с тобой нашли труп ученого, тащить сюда, конечно, не стали, сам понимаешь, путь неблизкий. Тебя, когда увидели, что еще дышишь, принесли, но мы думали, что ты скоро умрешь. С такими делами, как у тебя, долго никто не живет. Но ты пришел в сознание, говоришь и даже что-то помнишь. Это вообще уже из области фантастики. Как тебя зовут? Можешь ответить?
— Шрам, — бродяга облизнул пересохшие губы, чувствуя, как понемногу разъясняется в голове, — Обычно меня зовут Шрам. Я наемник, работаю проводником и охранником у Комарова.
— Что ж, вполне обоснованно. Я бы и сам тебя так назвал, — улыбнулся Лебедев. — Что еще помнишь? Не спеши, подумай, поройся в памяти.
— С нами была еще женщина, аналитик — биолог…
— Нет, ее тела мы не нашли, там были только ты и мужской труп.

Да, понятно, что Шрам явно не до конца пришел в себя и не вполне трезво соображает. Но канонный диалог с Лебедевым опять же смотрелся адекватнее, а тут два с половиной коня в пальто с ходу выкладывают друг другу экспозицию.

Бродяга осторожно, цепко держась руками за основание кушетки, на которой лежал, сел и пощупал руками голову. Ага! На тех местах, где были прикреплены датчики, и без того коротко остриженные волосы были аккуратно выбриты. Значит, придется какое-то время ходить плешивым. Ничего, это не страшно.

Заметьте - Шрам не испытывает никаких последствий длительной отключки и пинка от выброса. Иной человек (я, например) со сна-то тупит и периодически залипает на что-нибудь. Игомех игромехом, но и матчасть учить нужно.

— Что теперь будешь делать? — деловито спросил Лебедев.
— А что мне можно сделать? — резонно осведомился в ответ Шрам, — Я вроде бы на вашей базе, вы и хозяева положения. А вообще — мне надо уходить.
— Видишь ли, какие дело, — Лебедев взял стул и сел на него верхом

И поскакал. Что, одна я вспомнила скачки верхом на стульях из "Большой прогулки"?
Ладно, ладно, всё...

— Хотел бы попросить тебя о помощи. Наша группировка — в первую очередь ученые, исследователи Зоны. Боевиков и профессиональных вояк среди нас мало. А на Болотах очень много разной нечисти. С тварями-то мы сами разберемся, черт с ними. Но от бандитов вовсе житья не стало, причем ладно были бы они хоть те, кто живет по их «понятиям», с главарем, Йогой, я бы договорился как-нибудь. Но ведь сюда в основном сползаются именно те, кто даже там, в их шайке не ужился. Ренегаты самые настоящие.

И снова - тут появился неизвестно кто неизвестно откуда, а ему уже квест выдают, то есть, простите, просят о помощи в противостоянии с бандюками. И снова - игромех игромехом, но что Лебедев и остальные небовцы знают о Шраме? А почти ничего. Конь в пальто - и то заслуживающий больше доверия персонаж на его фоне в глазах местных.

Шрам кивнул в ответ, дескать, слышал про такое, и не раз. На Болота он сам глубоко не заходил, но про «Чистое небо» он слышал, и довольно часто, даже пару раз пересекался с членами этой группировки на базах у торговцев и бункере Комарова, да и о ренегатах толковали часто, много и далеко не с положительными эмоциями.

Ой ли? Что мы помним по канону? А не знал никто про "Чистое небо". Прятались они ото всех, о себя не заявляли, и на то были серьезные причины. В игре, кстати, это не раз подчеркивалось.

— Вот так и получается, — продолжал Лебедев, — Что нам до зарезу нужна помощь спеца. Ты, насколько я понял, наемник — профессионал. Комаров с кем попало дел не имеет, и если уж взял тебя охранником, значит, ты того определенно стоишь. Вообщем, мы помогли тебе, фактически спасли жизнь, а ты уж, будь ласков, помоги и нам. Чудес от тебя никто не просит, просто повоюй немного на нашей стороне. Главное для нас — восстановить контроль над тропами между нашими перевалочными базами. Ренегаты часто нападают на группы наших бойцов. Зачастую отбиться от них удается только с большими потерями, нас и так не очень много, и терять людей мы не можем себе позволить. Ну так как? Могу рассчитывать на тебя? Могу даже заплатить за помощь. В пределах разумного, естественно, мы ведь тоже не миллионеры.

Ну, точно. Вот и квест.

Шрам медленно встал, прошелся взад-вперед по комнате. Координация вроде бы пока не подводила, ноги держали и даже не тряслись, туман перед глазами уже рассеялся. Бродяга почесал правое предплечье, потом закатал рукав и с удивлением увидел пару свежих дырочек от уколов в вену, аккуратно заклеенных кусочками лейкопластыря. Вот оно что, еще и медикаментами какими-то накачали. Что ж, спасибо, иначе ни за что бы так быстро не встал…

У Шрама рентгеновское зрение? Иначе как он разглядел проколы под пластырем? И снова - никаких последствий длительной отключки.

— Помогу, — кивнул наемник. — Оружие мое не нашли? «Винторез» был.
— Нет, — не моргнув глазом, покачал головой Лебедев, — Мои люди только тебя принесли.
Бродяга только хмыкнул в ответ. Скорее всего, ушлые ходоки просто заначили хорошую и мощную винтовку, причем об этом, скорее всего, не знал даже сам их начальник. Какой смысл был Лебедеву врать своему новому союзнику? Ладно, неприятно, конечно, но не фатально. Была бы голова и руки целы, а добыть и десять винтовок можно.

Дисциплина? Ответственность? Не-а, не слышали, все сталкеры у автора маргиналы и отбросы, которые не упустят случая укрысить чужое. И никто, конечно же, ничего не проверяет.
А винтовку Шрама из вступительноо ролика, кстати, в игре можно отыскать.

— Посиди пока тут, — сказал Лебедев, — отдохни немного. Можешь даже вздремнуть. Потом я распоряжусь, чтобы тебя покормили, выдали оружие и патроны. Получишь распоряжения — и вперед.
Шрам только кивнул головой в ответ. Что тут еще можно сказать?..

Что сказать? Привет, ГГ, вот тебе квест, пшел выполнять! На этой бодрой ноте завершается разбор очередного "кусика". Впереди у нас эпизод седьмой: о сыщиках от Бога и крокодиловых слезах. И надеюсь, его я выложу раньше, чем эту часть!

Следующая часть: https://fanfics.me/message599457
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 37
С Днём Рождения! :)
Показать 1 комментарий
Показать 1 комментарий
#длиннопост
#Перловая_каша

Вы нас не ждали, а мы приперлись! Всем привет, с вами снова Алхимик. Знаю, я надолго выпала, но тому были причины. Ну, а сегодня у нас продолжение обзора фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение ада", эпизод пятый: назло бабушке отморозим себе уши, или Лирой Дженкинс снова в деле.

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message549818

Стрелок стоял на высоком холме и смотрел на Припять. Мертвый город угрюмо таращился на мир окнами заброшенных домов, тянулся к серому и мглистому небу нагромождениями металла и цемента. Печально шуршали в нем мокрые от дождя кроны деревьев, вечный бродяга-ветер гонял по растрескавшемуся и вспученному асфальту ворохи мусора и палых листьев. Где-то далеко, почти на пределе видимости возносилось в небо ржавое колесо обозрения. Удивительно, но оно медленно крутилось, и в кабинках для людей, если глянуть на них ночью, можно было заметить какие-то страшноватого вида кучи тряпья.


И снова отрывок сразу же вызывает интересные вопросы.
Первый: Стрелок что, за Выжигатель прошел? Нет? А что он тогда делает так близко от Припяти?
И второй: что за тряпье в кабинках? Опять пошло нагнетание? Колесо в восемьдесят шестом году так и не успели запустить. Ну, а позже - какой дурак вообще полезет на ржавое колесо обозрения посреди аномальной зоны? В игре вокруг него еще и сплошные "Электры", кстати.

Город был и вправду мертв. Ни один человек не бродил по его улицам, только жуткие твари по ночам вылазили из его подвалов и катакомб, щерили клыки, принюхивались и рыскали в поисках добычи.

А почему ночью - чтобы страшнее было? Или охотиться на редких суицидников? Удивительно, как они еще от голода не вымерли, бедные...

Стрелок глядел туда, где утренняя дымка скрывала своей пеленой угрюмую громаду сердца Зоны — легендарную ЧАЭС. Оттуда раскатывались убивающие жизнь Выбросы. Там билась чужая, страшная, пугающая человека жизнь. И там лежал главный ключ к тайнам Проклятой земли.
Бродяга на холме сжал кулаки до хруста в суставах. Если бы он только смог пробраться туда, дальше, куда он так и не попал несколько лет назад, когда ранение остановило его на пороге цели! Надо сказать, судьба была к молодому ученому благосклонна: он выжил и с товарищем вернулся назад. А те, кто пошли дальше, все так и сгинули там, приняв на себя крест призраками бродить по Зоне, пугая отчаянных бродяг и порождая страшные легенды. С тех пор много утекло воды… Эдик тогда так и не добрался до Саркофага. Потом была еще одна попытка, но его и его товарищей остановило страшное излучение возле самой станции. Но Стрелок еще обязательно сделает то, что решил! Обязательно! И у него уже были весомые шансы на исполнение мечты.
Только надо немного подождать. Запастись всем необходимым. И тогда он сможет проникнуть в самую главную тайну рождения Зоны, а возможно — и убить, уничтожить ее. Человек очень упрямое животное, и готово ломиться в закрытые двери до тех пор, пока последние преграды не рухнут перед ним. Стрелок непременно сделает то, что задумал. Он дойдет до Саркофага и разыщет Монолит, легендарный Исполнитель Желаний. Он знал, какую именно мечту принесет ему.
Слишком много было пролито крови за это желание. Слишком много своих и чужих жертв принесено. И Эдик-Стрелок никогда не остановится, пока не добьется своего. У него есть многое: время, доходящее до фанатизма желание, время, деньги, а главное — надежные друзья и помощники. Разве этого мало? И он бросит вызов неразгаданной тайне.
Будто услышав его мысли, Зона откликнулась на них. Протяжный, долгий вой неведомой твари раздался где-то на улицах мертвого города. Стрелок улыбнулся тонкими губами, глядя на Припять, дескать, слышу, слышу, и все прекрасно понимаю. «Я обязательно приду…»

Можем смело уличать Григория Крячко в Ереси Орехова. Ибо Эдиком беднягу Стрелка величают господин хемулевод и его последователи. Кроме того, что-то я мотивации Стрелка не чувствую. Здесь он просто хочет пройти в центр Зоны и посмотреть что-там. Разгадать что-то. Нафига - а, главное, зачем? Снова проблема в подаче: автор не сумел нормально передать мотивацию героя.
Ну и, в который раз замечаю, что текст явно не вычитывался.

Сзади негромко зашуршала листва, хрустнул переломившийся под чьей-то ногой сухой сучок. Стрелок уже заранее знал, кто именно там идет, и все равно резко, рывком обернулся. Правая ладонь уже инстинктивно нашла холодный пластик рукояти автомата.

А откуда он знал, кто это там к нему со спины идет, если они все это время смотрел на Припять? Или у него глаза на затылке? И, да, в который раз замечаю пугающую безалаберность героев при заявленном автором уровне опасности.

Перед ним стояли двое. Один — высокий, худой и даже изящный на вид бродяга в усиленном броневставками комбинезоне, с дробовиком через плечо. Респираторная маска болтается на шее, очки вздернуты на лоб, приминая темные, сильно битые сединой волосы. За спиной угадывается объемистый рюкзак, очевидно, еще и увесистый.
Второй спутник больше похож на бомжа, обитающего где-то на окраинах того же Питера или Москвы, но в силу обстоятельств и конкуренции добывающего себе средства на не очень богатых свалках. Длинный, потертого и помятого вида, кое-где неряшливо залатанный коричневый кожаный плащ, космы волос падают на лицо, недельная щетина, окурок папиросы, зажатый в зубах. Оружия не видно, но это отнюдь не значит, что его нет. Густые брови нависают козырьками над глубоко проваленными, недобрыми глазами. Во всем облике угадывается неуловимая принадлежность к бандитско-бродяжнической диаспоре, этакой вольнице уголовной жизни.

Что ж, повезло - свои. Но у нас тут очередной изуродованный автором персонаж - впрочем, судя по всему, тут один только Призрак и не страшный, как смерть водолаза во время атомной войны.

Стрелок коротко кивнул пришедшим, потом пояснил:
— Я схрон немного распотрошил. По пути в ловушку чуть не попал, пришлось оружие ей скормить, а потом на хвост снорки сели, загнали в подвал. Там Выброс пережидал.

Куда ж он с такими умениями к центру Зоны-то собрался?..

— Ничего страшного, — ощерился обладатель рюкзака и изящной внешности, — Главное, что живо остался. Любуешься? — и кивнул в сторону Припяти.
— Да… Любуюсь… Как дошли?
— Нормально. Только у Клыка небольшой облом вышел.
— Не облом, — проворчал «уголовник», — А мелкая неприятность. Тех людей на месте не оказалось. Но Сидорович говорит, что ушли куда-то на Свалку, а у него самого ламповых усилителей не оказалось, только мелкое барахло, такое чувство, он даже и не понял, о чем я веду речь. Буду искать там, где он сказал… Призрак, доставай давай.
Тот снял со спины рюкзак, не спеша распаковал его и извлек завернутые в полиэтиленовые детали какие-то радиоэлектронные печатные платы и несколько деталей.
— Вот. Примерно так.
Стрелок задумчиво перебрал платы, почитал кое-какие маркировки, отколупал в паре мест ногтем присохшую грязь, хмыкнул и уставился на Призрака.
— Нормально… Значит, осталось совсем немного. «Свет» при тебе?
Рядом с деталями лег массивный просвинцованный контейнер с закругленными углами и герметичной крышкой, содержащий в себе артефакт, зовущийся у бродяг «лунным светом». Кто-то давно заметил, что, несмотря на его устрашающую радиоактивность, он существенно снижал воздействие на мозг человека убийственного так называемого пси-излучения, почти неведомой, но жуткой дряни, превращающей мозг просто в инертную начинку черепной коробки, и человек делался даже не дауном-дебилом, а просто ходячую куклу, тем не менее, зачастую агрессивно настроенную. Ловушки с этим излучением встречались довольно часто, почему-то в основном возле бывших опор линий электропередач или больших и высоких металлических предметов.
Кто-то из ходоков, страдающий от немереного количества ума, зашедшего за разум, утверждал даже, что обвесившись «лунным светом» с ног до головы реально было даже пережить Выброс, но сам проверять не хотел, а других аналогичных гениев, слава богу, не находилось.
— Осталось немного, — улыбнулся Стрелок. — Совсем даже немного. Значит так, господа хорошие: ты, Клык, сходи на свалку и найди там диггеров, как обещал. Пообщайся с ними. Призрак побывает в нашем тайнике на «Агропроме», пусть детали все там полежат. А я пойду до товарища Сахарова… Думаю, ему есть что мне сказать и отдать. Клык, тебе нескольких дней, чтобы собрать резонатор хватит?
— Хватит, — ответил обладатель плаща, — Там сложного ничего нет. Штатный армейский «ДРВ» плюс еще кое-что. Я ж все-таки радиотехник по специальности.

Надо ли говорить, что в первоисточнике не было всех вот этих вот шатаний и встреч близ Барьера? Тем более, что группа Стрелка, старательно тихарившаяся в игре, в этом фанфике ничего не боится и проворачивает свои дела чуть ли не с фанфарами?

— Отлично. Как сделаешь — тащи тоже на «Агропром», я там побываю, возьму все, что надо и пойду на прорыв. Жаль, что вас со мной не будет…
— Пойти-то мы можем, — усмехнулся Призрак, — только вот толку тебе от нас будет, когда излучение в Рыжем Лесу нам мозги спалит? Тебя же и подстрелим в итоге. Прибор-то только один у нас будет, на всех троих его не хватит.
— Знаю, — опустил глаза Стрелок, — Все прекрасно знаю. Спасибо вам, ребята. Сделаю все, что только смогу. А если останусь жив после ЧАЭС — то непременно с вами поделюсь всем, что найду.
Все трое помолчали, а потом Призрак, задумчиво ковыряя носком берца прелую землю, произнес:
— Главное — останься жив. Вот это и будет главная добыча…

Ну, для начала - собирались идти все трое - это в каноне. И обходные пути давно нашли. Но все планы были нарушены чередой случайных и не очень событий - тем не менее, по запискам в тайниках в "Зове Припяти", который автор на момент написания явно прошел, ребята не собирались отсиживаться в стороне.

Что мы имеем в итоге?
Крайне невразумительную мотивацию. Отсутствие логики в поступках персонажей. Вырезание канонной адекватности во имя упоротой отсебятины. И ведь это мы еще даже до бронебойки не дошли...
Ну, а пока что у нас впереди эпизод шестой - конь в пальто, или как поднять большие проблемы с пола, не переключайтесь!

Следующая часть: https://fanfics.me/message599292
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 14 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Всем доброго времени суток, друзья! Прошу прощения за долгое отсутствие, меня одолела осенняя хандра, а вместе с ней и жуткая лень.
Итак, с вами снова Алхимик, и мы продолжаем разбирать фанфик Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада". Эпизод четвертый: псевдоученые в деле, или наконец-то добрались до игровых событий.

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message544473

Для начала, думаю, стоит взглянуть, собственно, на вступительный ролик игры, вольное изложение которого у нас пойдет в этом отрывке:
https://www.youtube.com/watch?v=c4hscuJbq8g

А теперь приступим.

— Выброса не будет, — авторитетно заявил пожилой ученый.
Его испещренное морщинами лицо и седая шевелюра как-то совсем не вязались с ярко-оранжевым, похожим на гигантскую надувную резиновую игрушку мешковатым костюмом. Шлем от него с тонированным забралом из поляризованного стекла был пока что снят, и ученый нес его в левой руке. В правой имелся небольшой пистолет, впрочем, глядя на то, как этот деятель его держит, возникали вопросы в целесообразности его ношения вообще.
— Почему вы так решили? — осведомилась шедшая следом женщина средних лет в точно таком же костюме, только без оружия.
— Два дня назад уже был один, и его интенсивность по шкале Бергмана составила…

Мне кажется, или заявлять подобное - это все равно, что сказать "Сегодня дождя не будет, потому что он был вчера", невзирая на тучи? А это точно ученые, или бабки с дедками на скамеечке у подъезда?

— Тихо! — негромко сказал вдруг двигавшийся впереди группы проводник, чуть присел и вскинул руку в условном жесте. Ученые моментально затихли, напряженно вперившись взглядами в фигуру бродяги. Сказывался опыт прежних экспедиций.

Заглядываем в игровую катсцену. Что мы видим? Правильно, Шрам вообще ничего не говорит - и потом, зачем болтать, если он уже предупредил группу жестом? И те же ученые, работающие в Зоне, по логике язык жестов должны знать, потому что шуметь не всегда полезно для здоровья.

Впереди, у разрушенных железнодорожных путей стоял уже много лет, скособочась, ржавый вагон — коробка. Сами же рельсы неведомым образом были выворочены из цепких объятий крепящих их к шпалам мощных костылей, выгнуты, перекручены и вздыблены в воздух. Впрочем, предполагаемая причина этого безобразия имелась рядом: надуваясь, опадая и вяло перемешивая прохладный воздух, тут же пульсировала большая ловушка, «птичья карусель».
«Карусэл-карусэл, кто успэл — тот присэл» — так и просилась на ум фраза из популярного анекдота. Только вот общего у этого жуткого порождения Зоны с детской забавой было немного. Разве что обе они (только с разными целями) раскручивали все, что попало в их действие вокруг своей оси. Только обычная карусель из парка аттракционов никогда не набирала скорость, от которой жертва начинала буквально рваться на куски, и потом не разряжалась с резким хлопком, превращая остатки тела в кровавые клочья, щедро разлетающиеся вокруг.

Я одна не понимаю, какая, блин, цель у гравитационной аномалии? Да и, к тому же, в игре там был Трамплин", а не "Карусель".

Возле вагона и сошедшего с рельс локомотива лакомилась какой-то падалью псевдособака. Кого именно она там пожирала — из-за густой травы было незаметно, но тварь стояла к людям задом. При их появлении она прекратила свое увлекательное занятие и вскинула вверх перемазанную кровью уродливую, похожую одновременно на обезьянью и собачью, голову. Бродяга моментально сдернул с плеча висящий на ремне «Винторез» и щелкнул затвором, готовый продырявить животное. Но стрелять не потребовалось. Собака заинтересовалась вовсе не людьми.
Псевдопес был уже не молод, опытен и трепан несладкой жизнью хищника. И оттого прекрасно знал: связываться с группой двуногих, носящих плюющиеся огнем и болью штуки существ, особенно если ты сам один, нельзя. Это может закончиться смертью даже для всей стаи, а для одиночки — наверняка. Поэтому всегда разумнее ретироваться. А теперь надо вообще нестись прочь, сломя голову, но люди тут уже были вовсе не при чем. Надвигалась опасность гораздо более серьезная, чем возможность получить несколько ран в тело.
Собака последний раз чавкнула мощными челюстями, коротко взрыкнула — прохрипела и вдруг, подкидывая зад, проворно унеслась прочь, куда-то вдоль насыпи. Ученые, глядя на ее бегство, о чем-то весело заболботали, защелкали фотоаппаратом, но проводник внезапно нахмурился. Человек в Зоне — всего лишь часть местной пищевой цепочки, причем — звено лишь где-то посередине, а вовсе не царь и не бог, как в прочем мире. И так поспешно псевдособака, сильный и умный хищник, удирать не станет. Максимум — уберется под вагон и переждет там. Что ее так напугало? Бродяга не знал, и это не нравилось ему еще больше.

И что мы снова видим? Правильно, учить матчасть - для слабаков! Главное, чтобы круто было, и нагнетать, нагнетать побольше. Вот почитал бы автор о поведении хищных животных, может, Шрама бы тут меньше удивило поведение псевдопса. А ученые опять прибыли прямиком из Института Нелепых Стереотипов.

А в следующую минуту это чувство только усугубилось.
Прямо на замерших у откоса насыпи мчалась целая лавина тварей. Псевдоплоти, собаки, несколько кабанов и еще какие-то монстры неслись, сметая все на своем пути, проламываясь через кустарник, расплескивая лужи и разметывая палые листья. Одна из бочкообразных, уродливых плотей с разгона, не видя уже, куда ее несут исковерканные мутациями ноги, влетела в «карусель», и ловушка, будто обрадованная нежданной добыче, моментально взметнула ее в воздух, деловито раскрутила и порвала в брызги . Короткий, резко оборвавший взвизг твари даже не был слышен за грохотом и топотом живой лавины.
Опытному проводнику хватило мгновения, чтобы понять — этих тварей несло сюда не желание набить брюхо свежей человечиной. Их гнал страх. И поэтому бродяга резко хлопнул ладонью по вскинутому уже стволу пистолета ученого, шикнул на него, хотя сам не опустил оружие, только пригнулся, чтобы не было слишком заметно в высокой и густой траве . Хотя ученых в их костюмах не увидеть мог только слепой.
Так и есть. Волна мутировавшей живности пронеслась мимо, едва не затоптав людей, но не обратив на них ни малейшего внимания.

И, да, это волна мутантов, внезапная, как морковка в конфете. То есть, ничего ее не предвещало, и вот она уже здесь. Монстро-стэлс-пехота - впервые на арене!

— Что происходит? — удивленно вскрикнула женщина.
— Очевидно, какая-то спровоцированная активность аномальной эндемичной фауны… — забормотал также сбитый с толку ученый

Наверно, именно так, по мнению автора, разговаривают ученые. В любой ситуации, ага.

Бродяга же прищурился, отчего его изборожденное старым глубоким шрамом лицо стало совсем уж неприятным, втянул носом воздух и вдруг обернулся. С его губ сорвалось только одно слово, пугающее больше всех тварей Зоны вместе взятых.
— Выброс!!!
А из-за горизонта уже неслась, поднимая клубы пыли и дыма багрово-черная волна. По небу молниями пронеслись превратившиеся в тени облака, воздух загустел настолько, что им почти нельзя стало дышать. Тонкий, на пределе слышимости свист перерос в адский вой, выбивающий, выдавливающий из людей все, что делает их способными жить…

Кстати, забавный факт: большинство действующих лиц у автора одарены отталкивающей внешностью. Хотя того же Шрама в игре стремным не назвать. Да, не голливудский красавец, но лицо отнюдь не неприятное, по мне, если бы не вечно жутковато-отрешенное выражение, его можно было бы назвать интересным.
На этом эпизод заканчивается, но я не прощаюсь с вами, ибо впереди у нас эпизод пятый - Назло бабушке отморозим себе уши!)

Следующая часть: https://fanfics.me/message560593
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 19 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Увы, фрагмент оказался слишком длинным, чтобы разобрать его одним постом. Так что с вами снова Алхимик, и мы обозреваем фанфик «Шрам. Обретение Ада». Эпизод третий: о молодцах среди овец, плагиате и одержимых экскаваторах, часть вторая.
Первая часть: https://fanfics.me/message544473

Иван побежал, сначала осторожно, чтобы не напороться впотьмах на кусок арматуры или не переломать ноги между железяк, но потом, чувствуя и слыша, как все явственней трясется земля и грохочут гусеницы за спиной, прибавил ход. Ведь еще неизвестно, ожил ли только этот гигант, или постепенно начнет пробуждаться от многолетнего мертвого сна вся Свалка, битком набитая брошенной тут догнивать древней техникой! От мысли, что на него бросятся в охоту ржавые, искалеченные, страшные машины ноги ослабели, и Тайга чуть было не растянулся на земле.
Иван плутал заячьими петлями между уродливых куч мусора и железного хлама, его же преследователь пер напрямую, совершенно не разбирая дороги. «У носорога плохое зрение, но при его массе это уже не его проблемы». Будь на месте экскаватора, скажем, танк или БТР, дело обстояло бы вовсе кисло. Спастись от этих чудовищ бегством шансов практически не имелось. С относительно тихоходным «мирным» строительным агрегатом мускульная сила ног успешно соперничала.
Хриплое дыхание обжигало гортань. Организм упрямо напоминал Ивану, что ему не двадцать лет, и такие марафоны уже переносятся с трудом. Но неистребимая воля к жизни несла тело над землей, подстегивала, толкала вперед. Скоро будет опушка леса, потом — заброшенный поселок. Скорее всего, там и удастся укрыться от чудовища. Или, по крайней мере, отсидеться до утра. Сзади грозно рычали механизмы экскаватора, громыхало железо и лязгали траки. Иван боялся обернуться на ходу, и внимательно, насколько это возможно, смотрел под ноги, силясь различать препятствия в темноте ночи.

Иван ходит в Зону, но, похоже, держит себя в весьма всратой физической форме. Я лично знала и знаю пенсионеров, которые гораздо выносливее и бодрее этого крутого сталкера. Даже в каноничной игровой Зоне, не говоря о реальности, может выйти немало ситуаций, в которых спасут только ноги или скорость реакции. Так что, вспомнив еще и все предыдущее, я думаю, это удивительно. Удивительно, что Иван все еще жив.

Вчера был сильный дождь и земля, впитавшая мутную влагу, была раскисшей, тяжелой и сырой. Иван не заметил, как его нога попала в грязную лужу, поехала подошвой, и человек кубарем покатился куда-то вниз. Впрочем, летел Тайга недолго и скоро растянулся плашмя на бетонной плите, крепко приложившись об твердь лбом. Перед глазами полыхнули искры, во рту обозначился привкус крови, но череп вроде не пробил — и то ладно. Иван быстро вскочил на ноги, нашарил ладонью автомат за спиной, который умудрился не потерять во время ночного марафона. Надо же, сам не заметил, как попал в какой-то овраг.
Мгновением позже исполинская — вполнеба — туша экскаватора, настигшего-таки добычу нависла над краем оврага. Иван метнулся прочь, предвидя то, что сейчас произойдет. Неведомо как, но зрение или дьявольский разум, данные ожившей машине, теперь допустили оплошку, и механизм слишком поздно заметил кромку оврага.
Сырая земля, не выдержав многотонного бремени наползшей на нее туши, чавкнула и поползла вниз. Гусеницы не удержали экскаватор, и громадина тяжело, с металлическим звоном и грохотом осела вниз, покатилась по глинистому склону, переворачиваясь вверх тормашками.
С хрустом подмялась стрела, свороченный на сторону ковш бил в ужасной агонии по земле, пытаясь перевернуть исполина обратно, но не мог. Гидравлические мускулы машины выли на разные голоса, туша ворочалась, даже приподнималась, судорожно дергалась на дне оврага, но выбраться так и не могла. Гусеницы, расшвыривая комья налипшей на них земли и дерна, беспомощно крутились в воздухе. Ржавое, все в подтеках превратившегося от времени в битум масла днище экскаватора уставилось в ночное небо.
Иван, недолго наслаждаясь поверженным волею случая врагом, быстро поковылял прочь. Идти быстро и тем паче бежать он не мог — при каждом шаге левую ногу начинало простреливать острой болью от лодыжки до колена, видать, последствия не самого мягкого приземления на дно оврага. Кость, конечно же, не сломана, иначе Тайга уже в голос выл бы, не в силах терпеть мучения, но хороший, качественный ушиб обеспечен.
Сзади все еще бушевал, рычал, лязгал и грохотал перевернутый колосс. Туша экскаватора ворочалась в овраге, глина, земля и дерн так и летели в разные стороны, но встать на гусеницы и продолжить погоню взбесившийся агрегат явно не мог. И не сможет в ближайшее будущее, что Ивана не могло не радовать — теперь он не сбежит даже от развоевавшейся детской коляски. Черт побери, а ведь завтра будет еще хуже, ногу, скорее всего, раздует до диаметра бревна, и добираться до Сидоровича придется хоть ползком, хоть на карачках.

Как же вовремя подвернулся такой полезный овраг! А если б Иван с самого начала не ползал, а лучше вообще бы осмотрелся перед тем, как разбивать лагерь - глядишь, и заметил бы его заранее. А то и вовсе нашел бы место для стоянки получше, более защищенное, и чтобы местность вокруг нормально просматривалась. И этих ночных побегушек не произошло бы.

Ветер неожиданно прекратился, как будто умер. Или на небесах выключили гигантский вентилятор. В воздухе почти сразу же разлилась прелая сырость, напитанная запахом Зоны. Иван насторожился — только этого ему еще не хватало для полного счастья! Он далеко не первый день топтал землю Зоны и знал, предвестниками чего именно является вот такое затишье. Хотелось прибавить шагу, но нога сама уже решала за человека, с какой скоростью она могла двигаться. Проклятый ушиб! Или все же растяжение.
Воздух начал сгущаться — так казалось в темноте для человеческих глаз. На самом деле он просто начал насыщаться микроскопическими капельками влаги. Они становились все гуще, все плотнее, и скоро уже казалось, будто все вокруг тонет в мутно-белой кисее, обманчиво прозрачной, но на деле так искажающей очертания знакомых вроде бы предметов, что мир вокруг начинал напоминать совершенно неизвестный, дикий и чужой пейзаж, наподобие марсианского или лунного.
Пользуясь последними возможностями нормальной видимости, Тайга доковылял до перевернутой вверх тормашками и немного сплющенной кабины «КАМАЗа», по-пластунски заполз в нее, поворочался, устраиваясь поудобнее, и вытянул из-за спины автомат. Хотя и маловероятно, что какая-то живность выйдет на охоту в такую погоду, оружие под рукой всегда добавляло шансов на выживание. Звуки теперь стали гораздо отчетливее, ярче. Яростная возня экскаватора стала отлично слышной. Но, судя по грохоту и скрежету, дело там так и не сдвинулось с мертвой точки.
Мысленно пожелав бешеному агрегату остаться там в такой позиции на веки вечные, а лучше всего вовсе испариться, Иван подтянул к себе ногу и принялся осторожно массировать пальцами больное место, стремясь определить характер и тяжесть травмы. Как он и предполагал, ничего особо страшного не приключилось — обычный ушиб и не очень серьезное растяжение связок. Но в условиях Зоны, где зачастую все решала прыть и вооружение, хромота становилась серьезной бедой. Слава богу, что до берлоги торгаша и расквартированного рядом в заброшенном поселке небольшого лагеря бродяг рукой подать.
Туман тем временем достиг вовсе молочной консистенции. Хорошо, что он не был ни кислотным, ни радиоактивным, чего нельзя сказать о местных дождичках, особенно идущих сразу или вскоре после Выбросов. Тогда на улицу вообще высовывать категорически противопоказано для здоровья. Вдохнув сырости, легкие сразу же начинало печь огнем, горло принимался раздирать саднящий кашель, а датчик радиации захлебывался истеричным треском. Что ж, вполне справедливо: люди что дали природе, то сейчас и получали сторицей в ответ.
Иван внимательно прислушивался к звукам, доносившимся из тумана. Даже если случится и невероятное и экскаватор все же поднимется на гусеницы, то для того, чтобы найти человека, ему придется использовать явно не зрение и слух. Хотя кто знает, быть может, у монстра есть такие органы чувств, о которых люди и не подозревают? В любом случае, бежать Ивану пока некуда и невозможно, так что осталось только сидеть тихонько, как мышь в норе, и ожидать своей участи.
Туман вряд-ли лег надолго. Максимум на час, как и много раз до этого, он укрыл своим сырым одеялом землю Зоны, но мало кто из бродяг отваживался идти через него. Ловушки становятся практически невидимы и оттого втройне опасны, и возрастала вероятность сослепу напороться на гнездо какой-нибудь твари и послужить ей бонусным подарком в виде ужина в целях компенсации за моральный ущерб от тумана. Потом, скорее всего, ненадолго поднимется ветер и пойдет дождь, разгоняющий остатки мутной пелены…

А знаете, в чем тут проблема? Эпизод с туманом автор тоже украл. Да-да, все из того же многострадального "Луня". Из других книг серии автор тоже вовсю таскает, но вот "Луня" не стесняется копипастить целыми кусками. И хочется спросить: Григорий, у вас вообще есть своя фантазия?!

Грохот беснующегося экскаватора понемногу затих. Неужели механизм все же понял бесплодность своих попыток и угомонился? Или снова встал на гусеницы? Вряд-ли, урчания покалеченного временем мотора и лязга траков не слышно. Интересно, что там такое случилось?
За всю ночь Тайга так и не сомкнул глаз, в сон даже не тянуло. Пару раз ему слышались звуки, похожие на человеческие шаги, неподалеку от его убежища, но из тумана так никто и не вышел. Проявлять свое присутствие Иван, конечно, тоже не стал. Чалдон бы орал, как оглашенный, учитывая его патологическую трусость, звал на помощь или хотя бы выстрелил пару раз. Но непутевого напарника нигде не было слышно. Вряд-ли он вообще уже жив, и Иван даже не питал на сей счет иллюзий. Зона беспощадна к людям.
Когда часовая стрелка на дешевеньких часах на руке Тайги миновала пять утра, туман понемногу рассеялся, но Иван не спешил вылазить из убежища. От длительного лежания больная нога затекла, опухла и нещадно болела. Кроме того, за ночь Иван замерз так, что не хватало сил даже дрожать. Если бы не опустевшая к утру бутылка водки, замотанная в тряпку (чтобы не разбилась) из рюкзака, то пришлось бы вовсе туго. Дрянной сивухи, какую употреблял Чалдон, Иван не жаловал, и денег на качественные напитки не жалел.
От оврага, где покоилось механическое чудовище, более не доносилось ни единого звука. Умер он там, в самом деле, что ли? Солнце медленно вставало, и темнота ночи становилась все прозрачнее, даль снова начало затягивать жемчужной дымкой, но туман не вернулся, просто по утрам всегда бывает так, особенно сейчас, в первые недели осени, когда по ночам стремительно холодает. Впрочем, в Зоне редко бывает хорошая, ясная, солнечная погода.
Выждав еще час, когда станет почти совсем светло, Иван решился прокинуть свою импровизированную берлогу. Извиваясь передавленным червяком и стараясь не шуметь при этом, он выполз наружу и внимательно прислушался. Тишина. Ночные призраки уже отступили, и Зона не казалась жутким преддверием ада. Кстати, очень обманчивое заблуждение, на которое клюют новички… Тайга, пригнувшись, будто солдат под обстрелом, взобрался на вершину кучи хлама и вгляделся в сторону оврага.
Экскаватора не было.

Обоснуя тоже. И, да, что сделал прагматично и трезво мыслящий Иван, сидя в ненадежном убежище в окружении аномального тумана? Правильно, напился!
Да, солнечная ясная погода бывает в Зоне ну просто ужас как редко, и в игре мы это видим (нет). Нет, конечно, это могло бы послужить удачным художественным приемом - у хорошего автора. Например, как в таких условиях человек учиться радоваться простым вещам, даже чистому небу. Но здесь мы это увидим вряд ли - персонажи здесь по-нормальному радоваться не умеют, увы.

Иван от удивления аж протер глаза, обалдело вытаращился на трещину в земле. Куда мог деваться за несколько часов многотонный стальной титан? Все на месте: и распаханная им земля, и полуобвалившийся склон, и даже уродливые следы гусениц, ведущие к оврагу, когда экскаватор гнался за Иваном. А самого агрегата нет и в помине. Неужели он смог сам перевернуться и убраться восвояси? Но где же тогда следы? Чертовщина какая-то…
Иван перевел взгляд дальше и тихо ахнул. Озноб неожиданно пробрал тело.
Экскаватор, как ни в чем не бывало, стоял в точности там же, где и раньше. Будь у Тайги более острое зрение, он рассмотрел бы даже траву и дерн, на треть уже покрывшие вросшие за десятилетия неподвижности в землю тяжелые, ржавые траки, краску, свисающую с металла лохмотьями и выбитые стекла в пустой кабине…

Что сказать... просто кому-то надо было меньше пить. А если серьезно, то даже в не в твердой научной фантастике нужен обоснуй, не противоречащий рамкам и внутренней логике сеттинга. Но у этого эпизода нет даже призрачного обоснуя - и не будет.
И снова вопрос: а для чего вообще вся эта сцена? Чтоб объем расширить? Представить читателю еще одного важного персонажа можно было бы и по-другому и не так глупо.

На сегодня все :) В следующей серии: псевдоученые в деле, или наконец-то добрались до игровых событий.

Следующая часть: https://fanfics.me/message549818
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 21
#длиннопост
#Перловая_каша

Всем доброго времени суток, дорогие друзья!
С вами Алхимик, и мы продолжаем разбирать фанфик Григория Крячко. Итак, "Шрам. Обретение Ада", эпизод третий: о молодцах среди овец, плагиате и одержимых экскаваторах. Запаситесь терпением, ибо фрагмент весьма объемный.
Предыдущая часть: https://fanfics.me/message543889

Холодало. Впрочем, как и всегда к ночи, времени, когда непроглядная темень опускается на притихшую землю. Время, пережив которое, человек вполне может быть достоин ордена мужества хотя бы за то, что смог увидеть рассвет. По ночам из берлог и нор выползают самые страшные и агрессивные твари, приходит их время охоты. Ночью следят в приборы ночного видения из засад снайперы бандитов — мародеров или «охотники за головами». И наконец, смертельно опасные ловушки, более или менее заметные при скупом свете дня, становятся прекрасно замаскированы теменью и оттого втройне губительны.
В одиночку в Зону лучше вообще не соваться, а ночью — и подавно. Всем были хорошо известны случаи, как целые отряды военных, охраняющие научные или спасательные экспедиции просто исчезали, растворялись на пропитанных ужасом землях. Были люди — и нет их. Ни следа, ни трупов, ни крови, ни даже следов. Будто и не рождались вовсе…
Ночью Зона жила даже еще активнее, чем днем. Но — страшной, чужой, ненормальной жизнью. Крики, вой, далекий скрежет и грохот, призрачные вспышки постоянно доносились и виднелись из темноты. Что творилось там, кто кого пожирал или от кого спасался — не знал никто. По крайней мере, желающих узнать это все воочию находилось немного. Опаленные дыханием Зоны, отважные до отчаянности бродяги с наступлением темноты просто бежали прочь, часто бросая богатую добычу на произвол судьбы, не удосуживаясь даже припрятать. Все просто: останешься жить — еще насобираешь. А мертвому никакие деньги не в радость. Тем более что в Зоне с человеком могло приключиться нечто гораздо хуже смерти.

"В мрачной реальности далекого будущего..."
Ой, простите, не та вселенная. Ну, а мы снова отметим уровень опасности, который так старательно накручивает автор. А заодно поинтересуемся: если заявлен такой уровень хтонического трындеца, то зачем столько идиотов лезут в Зону ночью? и почему самая жуть именно по ночам вылезает - чтобы страшнее было?

Двое бродяг у крошечного костерка, разведенного в ржавой до хрупкости бочке, знали про все ужасы ночи не хуже других ходоков. Тем не менее, волею обстоятельств, а точнее благодаря стае собак, загнавших обоих на террикон из металлолома, темень застала их на окраине Свалки. От псов-то благополучно отстрелялись, а вот время безбожно потеряли. Идти в ночи прямое самоубийство, а вот затаиться и переждать опасное время можно рискнуть. Чем черт не шутит? Костер развели, исключительно чтобы подогреть банки с консервами, а потом тлеющие угли будут затоптаны, но не полностью, чтобы дымили немного и этим запахом перебивали человеческий дух. Слабое, но все же спасение от злобной живности, слоняющейся по округе.
В паре десятков шагов от костерка могучей глыбой замер огромный экскаватор, уперев в землю здоровенный, весь заскорузлый от ржавчины ковш. Кабина исполина скалилась мутными от пыли и грязи осколками выбитых стекол, краска с металла большей частью слезла и кое-где висла уродливыми лохмами. Гусеницы на треть уже вросли в землю, между траками пробивалась трава.
Патронов после стычки с собаками осталось немного. Десятка полтора с картечью для ружья — вертикалки и один рожок для старенького АКМа. Одну-единственную гранату потратили, чтобы разрядить мощную ловушку, затаившуюся на тропе, а сворачивать в густые дебри кустарника очень не хотелось. Еще в небогатом арсенале имелись охотничьи ножи, и даже свинцовый кастет, хотя оба бродяги понимали его почти полную тут бесполезность.

А теперь возвращаемся несколькими абзацами выше. Перечитываем описание всевозможных опасностей ночной Зоны. И... что же мы видим? Герои, застрявшие в стороне от обжитых мест ночью, даже не потрудились не то, что поискать сколько-нибудь надежное убежище, так и себя как-нибудь обезопасить. Сидят на открытой местности у костра, спиной к Зоне.
И, да, с каких это пор аномалии разряжаются гранатами? Или больше кинуть нечего было? Да хоть палку какую-нибудь подобрать? По-моему, особенно весело было бы засандалить гранту в "Карусель" :)

Добра сегодня набрали не очень много, но пополнить запас еды, патронов и отложить чуть-чуть про запас хватит: две «мертвые лампочки», «крестик» и «амебу». Плюс Иван Тайга, старший ходок, наткнулся на полуразложившийся человеческий труп, не побрезговал пошарить по карманам и сыскал там посеребренный портсигар и хороший перочинный ножик швейцарского производства. Младший бродяга, которого все звали просто Чалдоном (наверное, за чуть раскосые глаза и неумеренную тягу к алкоголю) шел пустым, но это его мало беспокоило: всю выручку при продаже находок честно делили поровну, хоть деньгами, хоть патронами, хоть едой или выпивкой. Иван прекрасно понимал хитрую и не всегда кристально честную натуру Чалдона и почти все время понуждал его идти ведущим. Пусть хоть так свою половину отработает.
На самом деле в команде бродяг тот, кто шел впереди был почти что смертник: зачастую ловушки и прочие почти всегда смертельные пакости были просто незаметны. Тут уж либо тебя спасает сверхъестественное чутье не желающего гибнуть человека, помноженное на личный опыт, либо тебя уже считай что нет. Одно из двух. Есть еще маленький шанс на элементарную удачу, простое везенье, но он настолько крошечный, что его в расчет брать не стоит. Чалдону нынче именно так и повезло: ходок он был весьма малоопытный, плюс порядочный разгильдяй. Тайга уже приготовился вспоминать заупокойную молитву, но вечер бродяги все же встретили вдвоем.

Логичный вопрос: а зачем ходить в Зону с сомнительным напарником, да еще и алкашом? Хотя, учитывая, что Иван использует его как "отмычку"... Это многое о нем говорит как о человеке.

Тайга смело считался в Зоне ветераном: был тут почти с самого ее появления, то есть уж добрых полтора года.

Зона по версии "Зова Припяти" (а его автор явно проходил, это видно по некоторым моментам в фанфике) образовалась 10 июня 2006 года. События "Чистого Неба" разворачиваются в 2011 году.

Дома и семьи никогда не имел, а сам притек с Урала, где был лесничим, но серьезно повздорил с главой местной криминальной диаспоры: решительно пресек попытку пьяного лесного разгула с пальбой из ручного пулемета по только сумевшему пережить суровую и голодную зиму зверю. Иван, не убоявшись мощного оружия, встретил два «джипа» мафии с ружьем в руках и велел убираться к такой-то матери. Но пьяные чиновник и два бизнесмена первыми открыли огонь, слава богу, только из пистолетов. Тайге пришлось экстренно вспоминать десантные годы армии, благодаря чему у машин оказались пробиты картечью радиаторы, а один из браконьеров легко ранен осколком стекла в жирную физиономию. Учитывая габариты оной, удивительно, что он вообще почувствовал небольшой порез.
Дело пошло в суд, а через неделю у Ивана сгорел дом и сарай с живностью. И лесничий решился: темной ночью он, предварительно собрав нехитрое имущество, сделал схрон, запасся самым необходимым в дорогу и пошел сводить счеты. У одного бизнесмена сжег коттедж, пустовавший той ночью по причине отсутствия хозяев (развлекались на очередной гулянке), у второго — спалил гараж, а чиновнику швырнул в окно шикарной многокомнатной квартиры бутыль с «коктейлем Молотова». После чего схватил рюкзак, небольшую сумку и — поминай как звали.
Иван подался на Украину, в Киев, где у него жил двоюродный брат, сам из местного крестьянства. Но Второй взрыв на ЧАЭС застал бывшего лесничего уже через пару недель после смены места жительства. Поползли страшные слухи, планировалась даже эвакуация города. А потом начались попытки проникновения в охраняемую зону, появились первые ходоки. И Иван, крепко подумав несколько дней, выждав и присмотревшись, взялся за новое ремесло…

Я не буду пускаться в долгие рассуждения - просто приложу следующий фрагмент из книги Сергея Клочкова "Лунь":

— Расскажу я вам историю, ребята. Жил-был на белом свете дядя Гриша. Были у дяди Гриши жена и дочка, и работа была интересная, нужная — ковал Гриша оружие для родной страны. Гордился он и страной своей, и работой тоже гордился, потому как был дядя Гриша патриот. А вот жена у него патриотом не была. Достали её пустые макароны да сырые коммуналки, надоело ей платья свои старые штопать. Ушла от дяди Гриши жена к москвичу с квартирой. Осталась у него дочка умница. Ничего, сказал дядя Гриша, переживём. И дальше стал работать на родную страну и пустые макароны есть, потому что он был патриот. Город, где жил дядя Гриша, был закрытый, а в городе этом был завод секретный, и так случилось, что и город этот, и завод стране вдруг не нужны стали. Остался Гриша без работы. Ничего, сказал он, и это переживём, хоть и макарон не стало. Тогда стал дядя Гриша фермером. Землю вспахал, свинок, курочек завёл на кредит банковский. Коптильню построил даже, окорока, колбасы хорошие делал, люди хвалили. И начала родная страна всяких разных чиновников да инспекторов к дяде Грише посылать, и кормились они с Гриши не хило. Ладно, пережил и это многострадальный дядя. Братков вот не пережил. Не поверили братки, что всё до них уже чиновники скушали, и запылала ферма ясным пламенем вместе со свинками и курочками, а банк забрал у него квартирку.

Так рассказывает свою историю один из сталкеров при попытке вербовки военными - рассказывает со злой иронией и заметно утрируя (и который, кстати, тоже мстил потом обидчикам). Автор же сего фанфика попросту передрал часть биографии другого персонажа, даже не вдаваясь в контекст, еще и добавив откровенно абсурдных деталей вроде ручного пулемета на охоте и спокойного пересечения государственной границы.
И, кстати, это не единственный бездумно содранный момент из "Луня", да и из других книг по вселенной тоже.

И, надо сказать, не жалел. Деньги появились почти сразу, пусть и небольшие, но за полгода угрюмый бородатый сибирский мужик, которого другие бродяги сразу же и прозвали Тайгой, сумел накопить средств на небольшой клочок земли со стареньким домиком в одном селе всего в паре десятков километров от границы Зоны. На жизнь хватало, и можно было бы смело забросить опасное и рискованное шастанье по Зоне, но… Иван не смог. Он понял, что полюбил это место, ту страшноватую, но притягивающую атмосферу тайны, окутывающую Зону. Отказаться от дела бродяги Тайга так и не сумел.
Впрочем, очень уж глубоко в заброшенные земли он и не забирался. Первый год после своего рождения Зона не очень охотно показывала свои клыки и когти. Мутантов развелось немного, ловушки хоть и встречались, но не «полями», и охотников за находками-артефактами развелось уже довольно много. А потом Зона во время одного из очень мощных Выбросов вдруг изменилась.
Это случилось всего месяц назад. Выброс длился небывало долго — почти день, в Зоне все грохотало и полыхало, солдаты на блокпостах с перепугу зарылись, как кроты, в землю, подогнали тяжелую бронетехнику и боялись поднять нос из-за бруствера окопа. Те бродяги, которые ушли в ходку, бесследно пропали, а оставшиеся разбежались кто куда, подальше от непонятного катаклизма. А потом свистопляска утихла, и первые досужие ходоки поползли под покосившимися столбами с колючей проволокой, нашаривая в земле мины длинными стальными спицами. Среди них был и Тайга. Он не узнал Зону, и сам чудом остался жив после этой ходки. Появились новые твари, новые ловушки и вообще творилось черт знает что. С тех пор оставшимся в живых ходокам пришлось серьезно задуматься над перспективой своего ремесла.

И снова - привет бездумному сдиранию. Да-да, все из того же "Луня". А именно - попытка привязать к игре описанную в книге третью катастрофу, после которой границы Зоны значительно расширились, а сама она стала гораздо опаснее. Только вот одно "Но": в игре ее не было. Более того, весь каюк начался сразу же, в 2006 году, а причиной большого движа на момент "Чистого неба" стал Большой Выброс, с которого все началось и до которого мы, кстати, в фанфике все никак не дойдем.
Ну и, под такое дело не могу не поделиться своим хэдканоном: на 2011 год пришелся пик сталкерства - грубо говоря, в Зоне стало слишком много людей. Выброс и открывшиеся территории стали поводом для войны группировок, но не были ее причиной.

Тайга сменил ружье на автомат и купил у знакомого вояки старый армейский бронежилет, а также полный костюм химзащиты. Старые кирзовые сапоги, брезентовые штаны и ватник становились здесь уже, мягко говоря, неактуальны. Зона всерьез показала характер, и с этим волей-неволей пришлось считаться.

А, то есть, у нашего опытного сталкера до недавнего времени не было даже более-менее нормальной снаряги. Ах, да, стремясь сделать "покруче" и наворовав кусков из других произведений, автор умудрился сам себе отменно напротиворечить. По отрывкам со Стрелком и учеными выходило, что весь страх-ужас-кошмар был и до того, то есть длится гораздо дольше месяца.

Да и бродяг после катаклизма убавилось. Многие, трезво оценив свои силы и возможности, убрались восвояси, сберегая жизнь от соблазна потерять ее ради сомнительной выгоды. Но только не Тайга. Он уже не мыслил себя без странной, страшной, но от этого не менее любимой Зоны.

Напоминаю, что как раз по игровому канону на момент "чистого Неба" в Зоне и скопилось особенно много людей.

Костерок еле-еле заметной искоркой тлел в ночи. Похолодало, сырой ветер донес прелый запах мокрой листвы, земли, ржавчины и еще чего-то, заставившего пробежать мурашки по спине. Далеко-далеко, в непроглядной темноте завыла собака (собака ли?), к одному голосу присоединился второй, третий, оглашая окрестности тоскливыми звуками с подлаиванием и взвизгиванием. Чалдон зябко ежился и все теснее обхватывал колени руками.
— Сядь на рюкзак, чучело, — ворчливо сказал ему Иван, — Простатит заработаешь.
— Кто с пивом дружит, тому хрен не нужен, — ответил спутник, — Тут с радиацией и прочей гадостью все на свете вообще отвалится.
Иван только молча пожал плечами в ответ, дескать, дело твое. Но в Зоне или где-либо еще, а здоровье следовало беречь. Умрешь ты завтра или нет — это судьба, от нее не сбежишь и не отсидишься. Однако помирать следовало бы на трезвую голову и по возможности здоровым. Глядишь, и поборешься, авось и одолеешь опасность. Иван мыслил трезво и прагматично.

Запомним это. И посмотрим, как трезво и прагматично будет действовать Иван в дальнейшем.

Чалдон вытащил из кармана телогрейки поллитровку водки, свернул хрустнувшую крышечку, глотнул с прикряхтыванием завзятого любителя «этого дела». Тайга молча отобрал у спутника бутылку, отведал и поморщился: водка отдавала голимой сивухой и была явно не фабричного разлива. Криво наляпанная этикетка не внушала доверия.
— Где ты эту дрянь берешь?
— У Сидоровича, — осклабился Чалдон, — Есть дорогая, «Казаки», ее покупать жаба давит, а эта на вкус, конечно, попроще, зато дешевле!
— Жмот ты, — грустно ответил Иван, — Все экономишь. Гляди, доэкономишься, Адам Смит…
Чалдон кисло улыбнулся и присосался к бутылке снова. Иван же извлек нож и вскрыл нагревшуюся банку свиной тушенки. Война войной, а обед строго по расписанию! Оставалось только переждать и пережить эту ночь, а завтра к полудню они уже, глядишь, и добредут до блиндажа, где окопался торговец Сидорович. Конечно, он не даст за товар полной цены, скряга еще тот, но тащиться на болота, до базы группировки «Чистое небо» Иван не желал. Болота имели дурную славу, и много бродяг пропало там бесследно. Говорят, с десяток бродяг устроили себе логово за рухнувшим мостом, на развалинах фермы, и вроде как пытаются вести торговлю, составляя конкуренцию Сидоровичу. Старик, помнится, ворчал, жаловался на них. Тайга к ним тоже пока не станет соваться. Люди незнакомые, непроверенные, вдруг это просто грабители?
Ивана сибирский лес приучил двадцать раз подумать, прежде чем вообще просто показаться на глаза незнакомому человеку. Им мог оказаться бандит, беглый заключенный, озверевший от голода и страха, да и вообще черт знает кто. Давно известно, что человек человеку — волк. А в Зоне и подавно. Нередки были случаи, когда на бродяг, возвращавшихся к Периметру, подстерегали на тайных тропах мародеры-уголовники. Редко кому из ходоков тогда удавалось уйти живым…

Что, простите? О скрывавшемся от всех "Чистом небе" здесь, похоже, знает любая собака. Группы вольных сталкеров друг про друга не знают, хотя как раз именно во время событий игры они начали всерьез объединяться и поддерживать связь. Вольные сталкеры в принципе друг к другу относились весьма лояльно. Одно из двух: то ли Иван умудрился со всеми расплеваться, то ли автор снова навертел какого-то неадеквата. Про сплошную нечисть в сибирской глуши как-то пересказала знакомому таежнику - и тот покрутил пальцем у виска. И, на закуску: а фиг ли сталкеры продолжали ходить по тем тропам, где устраивали засады мародеры? И не были к такому готовы? Не объединялись на опасных участках в группы побольше, да и просто мародеров не гоняли? Я, конечно, не Станиславский, но я не верю.

Чалдон допил водку, через плечо швырнул бутылку в темноту и принялся за пищу. Глаза его масляно блестели, взгляд плавал, на раскрасневшемся лице расквасилась довольная улыбка. «А ведь недолго ему тут осталось, — как-то отстраненно подумал Тайга, — Спекается мужик. Пить начал, как конь, один раз вообще анашу где-то купил и накурился. Боится. Значит, скоро либо погибнет, либо сбежит отсюда. Вернее всего первое. Ясно, значит, больше с ним нельзя ходить».
Вслух, понятное дело, Иван свои мысли озвучивать не стал — бесполезно. Чалдон либо посмеется, либо перепугается, запаникует, натворит глупостей. Бывали случаи, когда из заночевавших вдвоем вот так, у костра, рассвет один встречал с перерезанным горлом или с ножом между лопаток, а второй, сцапав добычу и оружие, мчался прочь сломя голову… До ближайшей, как правило, ловушки. Перепуганный ходок уже почти что покойник.

Забавно: Иван рассуждает о том, что его сомнительный напарник - номинант на премию Дарвина, но... Сам-то он чем лучше? Разве только не пьет, как верблюд, но в остальном-то? На безопасность он точно так же поклал вприсядку.
Ну и, кто бы мог подумать:

— Тссс! — вдруг вскинул палец вверх Чалдон, — Ходит там кто-то.
Иван мгновенно схватил автомат и щелкнул предохранителем. И правда, в темноте кто-то возился, только звуки меньше всего напоминали шаги. Скорее уж невнятный шорох, постукивание, тихий лязг и скрежет, будто пытались открыть намертво заросшую мхом и травой дверь металлического гаража. Черт знает что такое… Иван очень пожалел, что у него нет при себе мощного фонаря. Хотя что бы он там, в темноте, увидел? А если бы и разглядел, то, может, вовсе и не стоило бы это видеть!
Чалдон схватил ружье, поднял и нацелился в темноту. По глазам было видно, что он моментально протрезвел и испуганно таращился в ночь. Тайга чуть отодвинулся от костра, наощупь подгреб рюкзак, набросил лямку на плечо. Вдруг придется удирать? Жалко бросать найденные ценности! А звуки тем временем то утихали, то возобновлялись. Кажется, к ним даже прибавлялись новые, причем с разных сторон.
— Окружают, — проблеял Чалдон. Кадык на его шее припадочно дергался вверх-вниз.
— Цыть! — рыкнул на него Иван, хотя ему и самому было очень не по себе.
Так и тянуло дать в темноту очередь, пугнуть неведомых тварей, возившихся там. Да и себя приободрить. Но нельзя, нельзя. Патроны надо экономить, да и шум поднимать не стоило. Проявление агрессии — верный повод к нападению.

Опытный сталкер, да. Эти два оболтуса оказались вообще не готовы к встрече с чем-нибудь опасным. Досиделись спиной к Зоне, по сторонам не глядя, что уж там.

— Сиди смирно, курвин хвост, — сквозь зубы прошипел на Чалдона Иван, — Не вздумай палить прежде меня. Голову оторву.
В минуты опасности в Тайге просыпалось нечто, что заставляло других людей признавать в нем однозначного лидера, непререкаемого вождя.

Да? Пока что вижу молодца среди овец.

Поэтому Чалдон, вместо того, чтобы заныть и начать зубатиться, покорно затих, только перехватил удобнее свое ружье. Иван прищурил глаза, чтобы не бликовал тусклый свет уже начавшего затухать костерка. Шуршало и скрежетало все ближе, все явственней. Это очень давило на нервы, заставляло тело отзываться нехорошей дрожью, отчего зубы были готовы выбивать морзянку.
Как назло, небо густой пеленой застилали плотные дождевые тучи, и на землю не проливался даже призрачный свет луны и звезд. Наверное, даже огонек костерка был виден за несколько километров даже человеку, не говоря уж о великолепно развитом зрении местной живности.
И вдруг совсем недалеко, в чернильной темноте раздались тяжкие, гудящие звуки, от которых даже содрогнулась земля. Было очень похоже, что рядом запустили огромный механизм. Среди низкого гула даже выделялся надсадный, тягучий визг заработавшей гидравлики, до этого стоявшей без дела несколько десятилетий. Рокочущий грохот ржавых, проворачивающихся шестерен. И дрожь земли от механического движения.
— Мать твою! — заорал не своим голосом Чалдон.
Его нервы все же не выдержали, он взметнулся вверх, как подброшенный невидимой пружиной, и разом засадил дуплетом в темноту, в сторону непонятного гула. В свете вспышек выстрелов Тайга запечатлел в памяти мелькнувший ландшафт свалки. Удивительно — но никаких монстров с кровавыми глазами или шагающих трупов с гноящимися язвами вместо лиц не было и в помине. Все как и прежде. Только мертвая, заброшенная, ржавая техника вокруг.
Мертвая ли???
Чалдон оцепенел, превратившись в статую, только губы на его разом выбелевшем, как снятое молоко лице, тряслись неестественной дрожью. Держа в одной руке ружье с опущенными, еще курящимися дымком стволами, он тыкал второй прямо перед собой, и все силился, силился произнести хоть слово и не мог, у него вырывалось только дрожащее мямленье:
— Ммммма…. Ввввва… Ммммыыы…
Иван невольно повернулся в сторону, куда незряче таращился Чалдон, и сам поневоле замер, пораженный зрелищем. Из ночной темноты, медленно, как в кошмаре, поднималась, сопровождаемая гулом намертво заржавевших механизмов, призрачно видимая в тусклых отблесках костра, исполинская стрела экскаватора. Колоссальный, величиной с легковой автомобиль ковш с загнутыми клыками зубьев навис над людьми перевернутой чашей. Комья земли и какой-то трухи, валившейся из ковша, градом осыпали Ивана с ног до головы. Ржавый болт больно стукнул его по голове и вывел из гибельного ступора.

Одержимый экскаватор пробирается по трупам, их в канавах, смачно чавкая, обгладывают крууты (с)
Ну и, конечно, становится интересно, а как этот опытный сталкер, трезво и прагматично мыслящий, вообще все еще жив? В начале эпизода этот самый экскаватор находился в прямой видимости. И они ничего не заметили! Не заметили, Карл!
Кстати, нифига себе вспышки у выстрелов из ружья - всю округу осветить!

— Беги! — рявкнул Тайга и дал замершему Чалдону могучего пинка под тощий зад, отбрасывая от костра, и сам кубарем откатился в сторону.
Чалдон пулей улетел куда-то в темноту, и совершенно вовремя. Стрела не мгновение замерла над костром, а потом тяжко, как поваленная замшелая сосна рухнула вниз. Ковш с грохотом врубился в перемешанную с ржавым металлом землю, моментально уничтожив костерок и все следы людей, потом медленно, как бы нехотя, завывая гидравликой, подогнулся под стрелу, загребая все, что было под ним, и поднялся снова. Теперь он напоминал подвернутый хобот биомеханического слона, вернее, мамонта.

Почему мамонта? Или экскаватор был волосатым?

Глаза Ивана уже привыкли к темноте, и она, не нарушаемая светом костра, уже не казалась такой уж непроглядной. По крайней мере, угольно-черные силуэты на фоне неба были заметны. Тем более, если они еще и двигались.
Медленно ползла, сотрясая землю, огромная угловатая туша брошенного тут гнить тридцать с лишним лет назад экскаватора. Гусеницы многотонной махины с хрустом подминали под себя, перемалывали кучи древнего мусора. Но механизм двигался не просто так. Он явно кого-то искал, то и дело останавливаясь и неспешно вращаясь кабиной в разные стороны, словно приглядываясь.
Иван быстро, как насекомое, полз в сторону от механического чудовища, забросив автомат за спину на ремне. Армейские навыки не выветрились из головы, тело не позабыло рефлексы, и теперь они спасали жизнь. Куда девался Чалдон — Иван не знал, да и не смог бы поспешить ему на помощь. Тут уж каждый сам за себя. Биться против ожившего стального монстра было бы возможно только с гранатометом в руках.
Тайга видел из-за куска бетонного блока, как экскаватор замер к нему боком, развернулся, выпрямил стрелу и нацелил ковшом в груду мусора. Страшный удар! С хрустом смялся в лепешку какой-то железный кожух, наполовину вросший в землю, а из-за него с визгом и воем метнулась согнутая в три погибели фигурка, упала, потом снова поднялась и понеслась прочь с прытью осатаневшего зайца. Экскаватор рванулся было следом, но куда там! Даже будь гигант новым, только сошедшим с конвейера родного завода, он не мог бы развить на своих многотонных гусеницах скорость мчавшегося от него, спасавшего свою жизнь человека.
Неведомые силы, приведя в действие (без горючего, электроэнергии, масла и водителя!) экскаватор, не смогли все же дать ему сил больше, чем он имел когда-то. Впрочем, и их ему хватало с избытком, чтобы нести разрушение и смерть тому, кто попадется под его гусеницы или ковш.
Чалдон с воем унесся неведомо куда, но экскаватор не успокоился. Он несколько раз, будто в неутолимой ярости, со страшной силой ударил в землю, взметывая из-под зубьев какие-то обломки, а потом уверенно развернулся и довольно быстро пополз в сторону Ивана. Гусеницы лязгали и скрежетали, ощерившаяся пустая кабина мерно раскачивалась из стороны в сторону.
Тайге стало панически страшно. Он почти потерял голову от небывалого, захлестнувшего его полностью ужаса, но нечеловеческим усилием воли удержал в себя в руках. Прятаться было бесполезно, стрелять в монстра — тоже. Оставалось только драпать со всех ног по примеру Чалдона. Иван уже даже не задумывался, каким образом мог ожить в противоречие всем мыслимым и немыслимым законам физики и механики этот сто раз мертвый до невосстановимого состояния набор металлолома, причем не просто придти в движение, а стать вполне осмысленным и последовательным убийцей. В Зоне такие вещи происходили сами собой так же естественно и непринужденно, как, скажем, шел дождь, или дул ветер. Ивана гораздо больше беспокоил вопрос, как спастись от разгневанного стального чудища.

Так может, сразу надо было бежать, а не ползать? Пока была фора, тупо найти место, куда наш одержимый экскаватор не пролезет? Снова Иван мыслит трезво и прагматично, да-да. И все-то в Зоне существует только затем, чтобы убивать. Дефицит фантазии у автора или да?

Увы, целиком обзор отрывка в один пост не влез. Придется разбивать - так что не переключайтесь!

Следующая часть: https://fanfics.me/message544558
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 30
Показать более ранние сообщения
ПОИСК
ФАНФИКОВ











Закрыть
Закрыть
Закрыть