↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи

Red Lotus Alchemist

Автор, Иллюстратор
Былa на сайте вчера в 23:22
Реальное имя:Ксения
Пол:женский
Дата рождения:27 июня 1994
Откуда:Рязань
Образование:Художник, ювелир
Род деятельности:Раздолбайка 80го уровня
Зарегистрирован:26 июня 2021
Рейтинг:735
Показать подробную информацию

Фанфики

2 произведения» 
Дракон Севера
Джен, Макси, В процессе
74 0 0
Мертвый космос. Падение
Джен, Макси, Закончен
357 0 1

Блог


#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message600145#comments

Мне вот интересно - на что вообще надеются плагиаторы? Что никто ничего не заметит и не узнает? Отдельные бесталанные личности воруют тексты целиком, ну, а Григорий Крячко, опус которого мы тут препарируем, попросту наворовал идей из других произведений, кое-как сшил между собой белыми нитками, и это вызывает только один вопрос: а нахрена? Возможно, это я немодная и несовременная, раз считаю, что подобная демонстрация отсутствия собственной фантазии не делает автору чести?
В общем, обзор фанфика "Шрам. Обретение Ада", эпизод одиннадцатый - о плагиате бездумном, бессмысленном и беспощадном. Начинается все с попытки нагнать мрачняка:

Иван Тайга всегда почему-то боялся именно больших зданий. Наверное, из-за того, что там были подвалы, зачастую оборудованные под бомбоубежища. И во время Второй Катастрофы в них искали спасения те, кто когда-то жил на территории нынешней Зоны. Люди. Много людей. По официальным сводкам властей, эвакуирована была (или попросту сбежали) примерно половина гражданского населения. Но те, кто знал правду, пугались простых истин. И, надо поверить, было чего. На «Большую землю» выбралась только пятая часть населения поселков и деревень. Не больше. Для остальных эти проклятые земли стали исполинской братской могилой.
Наверное, самая первая ходка в Проклятые Земли накладывает нестираемый отпечаток, а все увиденное и услышанное намертво, как татуировка, врезается в память будущего бродяги. Так его приветствует Зона. И оттого становился вдвойне страшно. Так и Иван Тайга навсегда запомнит свою первую вылазку до заброшенного ПГТ, названия которого он даже тогда не знал.

Для начала просто приведу отрывок из книги Сергея Клочкова "Лунь":

«Агропром-2. Одиночный рейд в здание школы, подвалы ПРУ. Запрос ФСБ о пропавшей группе не эвакуированных 22 11 2007 жителей села Березичи, вероятно, укрывшихся в школе. При обнаружении фото, документы, координаты. Предполагаемая группа БВП — 50–70 человек».
Я вздрогнул. Могильным холодом дохнуло от компьютерного монитора. Задание «похоронка». То, что противорадиационное убежище давно превратилось в склеп, сомнений не вызывало. Не сомневались в этом и фээсбэшники, раз запросили «мёртвые» данные. Женщины, мужчины, дети, старики… сколько уже было этих «похоронок»? Сколько групп БВП я уже нашёл? Рассыпающиеся паспорта в пакетике, и фотографии, фотографии, от которых ночью просыпаешься с воплем, а потом долго куришь на балконе. Было уже. И что толку, если полетит голова ещё одного чиновного идиота, по слабоумию не сумевшего грамотно организовать эвакуацию? Мёртвые всё равно останутся мёртвыми. Я мельком прочитал остальные задания и отправил подтверждение на два «Агропромовских» — и биологов доведу, и в школу загляну, рядом всё, думаю, учёные поймут, и бухтеть не станут. Выход я назначил через четыре дня.
«Похоронками» занимались всего два сталкера — я и Сионист. Остальные не брались за подобные задания либо по причине более чем скромного вознаграждения, либо из-за тяжёлого осадка в душе, от которого страдала и так перегруженная впечатлениями психика. Сионист недавно вернулся из ходки, и теперь недели две его точно с места не сдвинешь. Значит, пойду я. Знали, блин, к кому обратиться — отказов на «похоронки» у меня ещё не было.

А теперь внимание, вопрос: что это было и, главное, нахрена оно тут? Нет, конечно, роман Клочкова, хоть и довольно интересно написан, тоже не эталон и к нему тоже хватает вопросов, но... Нет, серьезно, ну зачем вот так-то бездумно передирать? Начнем с того, что в "Луне" произошла третья катастрофа, из-за которой границы Зоны сильно расширились, и пострадало немало населенных пунктов в приграничье. Крячко тоже попытался прикрутить третью катастрофу, но вместо описанной в книге у него вышла какая-то петрушка: во-первых, непонятно, когда именно она случилась. Во-вторых, о расширившихся на километры границах Зоны ничего не сказано, да и судя по происходящему далее, перед нами старая добрая игровая Зона. И вопрос: откуда, о, клыки Малала, у Крячко столько людей, причем строго мирных жителей, в зоне, мать ее, отчуждения?!
Ладно. едем дальше:

Вокруг было много ловушек, но Иван тогда толком ничего не знал про смертельно опасные аномальные образования, и подолгу стоял возле каждой из них, откровенно любуясь тем, что вытворяют они со всеми привычными законами физики.

"Интересно, что это за дым?.. Ой, гляди, Петровича утащило! Интересно, что это за дым?.." (с)
Нет, всё-таки причина такой повальной смертности людей в Зоне в этом опусе понятна: они ж все, как на подбор, тупее пробки и без инстинкта самосохранения.
Ну, а автор решил поведать нам о трудностях начинающих сталкеров:

Там и удалось найти первый артефакт, как потом сказали, простой «выверт», но тогда Тайге он казался посланием из какого-то иного мира. Неряшливый, твердый, но удивительно легкий, будто из пенопласта волокнистый комок, теплый на ощупь и едко пахнущий, удивительно, горелой пластмассой.
Иван, как и практически все «молодые» бродяги, решил, будто нашел неимоверную ценность. Но перекупщик позже дал за «волшебную штучку» всего лишь пачку патронов, бутылку водки и немного денег наличными. Тайга решил было, что его просто пытаются облапошить, но потом, посоветовавшись с другими ходоками, изменил мнение.
Но все это было потом. А тогда Иван просто стоял напротив большого «разрядника» и с интересом наблюдал за пульсирующим от чудовищного статического напряжения воздухом. Полупрозрачные молнии скользили по наполовину выжженной траве, жадно лизали сотнями «языков» ржавую консервную банку и трухлявый кусок доски. Когда-то здесь проходила улица, теперь же она настолько заросла бурьяном, что даже плотно набитые колеи угадывались с трудом.
Иван еще не знал тогда, что ему сказочно повезло встретить «разрядник» именно тут, в полыни, потому как на асфальте или бетоне он не был бы виден вовсе, а змеящихся, едва заметных молний вполне можно и не заметить. А дальше случилась бы резкая вспышка, громкий хлопок — удар, и все. Только легкий серый пепел, кружащийся над землей. Все, что остается в таком случае от невнимательного человека…
Но тогда Иван еще не думал и о том, что практически каждый артефакт — это чья-то смерть. Кто-то разменял свою жизнь на ценную и почти волшебную штучку, а кто-то потом нашел ее и обратил в деньги и возможность продлить свое существование… Только чтобы, быть может, потом самому стать именно таким вот артефактом. Хотя, скорее всего, бродяге лучше вообще об этом не задумываться. Просто жить нынешним днем.
Дальше еле-еле различимая бывшая проселочная дорога пересекалась с асфальтированной. Вездесущая и дьявольски живучая растительность еще не успела взломать крепкое покрытие, но, судя по буграм и наметившимся трещинам на старом асфальте, все решало лишь время. Жизнь продолжалась даже там, где воцарялась смерть. А на обочине дороги лежал человеческий череп. Гладкий, белый, он пусто пялился на мир глазницами и скалил зубы верхней челюсти, нижняя куда-то подевалась. Рядом с ним склонил синюю пыльную головку маленький цветок…
В поселке когда-то находился большой магазин, и ПГТ получил свое название по праву: в нем были и четырех-пятиэтажные дома — «хрущевки», причем немало. Естественно, разруха и запустение не миновали это место. С крыши одного дома свешивался лист кровельной жести, чудом держащийся неизвестно на чем, и протяжно грохотал о стену дома на ветру. Это бы единственный звук, который раздавался в бывшем населенном пункте.
Дико и страшновато было видеть ржавый, весь в струпьях облупившейся краски киоск с еще видневшейся надписью «Союзпечать», сквозь выбитые стекла которого еще можно было разглядеть ворохи прелых газет внутри. Детскую площадку с остовами песочниц и качелей. Удивительно хорошо сохранившуюся водокачку на углу улицы. Автобусную остановку… Именно эти обыденные в сознании простого человека вещи, но в атмосфере всеобщего запустения вызывали непонятное, щемящее чувство страха и угнетенности.

Продолжается фарс с валяющимися на каждом углу черепами (там что, кхорниты погуляли, что ли?), ну а автор описывает, как дико и страшно герою видеть... что? Обычный, по сути, заброс. Да блин, даже я на такие в детстве и во времена подросткового авантюризма немало насмотрелась, прежде, чем у нас в городе за эти забросы всерьез взялись. Да, может быть неприятно, может быть страшновато, но дико от вида заброса? Даже просто заброшенного киоска с газетами? Автор бы хоть определился - то он обмазывается чернухой, а то у, как он нам заявляет, сурового бывалого сталкера вдруг оказалась тонкая и нежная душевная организация.

Вот тогда-то Ивана и понесло в тот самый дом. Длинный, пятиэтажный, с магазином-универмагом в цоколе. Тайга позже сам не мог понять, зачем. Наверное, решил, что именно там можно чем-то поживиться. По квартирам шарить с целью мародерства он точно бы не стал, и не от брезгливости, а по причине сознания бесполезности: таких умников в Зоне имелось немало, и его стопроцентно уже опередили. А тут остекленные двойные двери сами были распахнуты, дескать, заходи, не бойся, теперь тут уже точно никому ничего не пригодится и хозяева имущества уже никогда за ним не вернутся. Чего ж добру пропадать?
В самом магазине, правда, оказалось пусто. Прочие бродяги и мародеры не дремали и успели растащить все мало-мальски ценное. Иван побродил с полчаса по обширному залу, вороша стволом оружия старые ящики, коробки и заглядывая в заросшие пылью витрины. Обшарил несколько заваленных никчемным хламом подсобок, и вдруг, совершенно случайно наткнулся на массивный металлический люк. Правда, он был заперт на мощный замок, но выстрел картечью в упор быстро «уговорил» механизм отвориться.
Тайга, поднатужившись, отвалил люк и глянул в зияющую внизу пустоту. Оттуда крепко и жутко пахнуло ледяным запахом тлена. Соваться внутрь без надежного напарника, страхующего наверху, было чистым самоубийством, но по неопытности Иван как-то не задумывался над этим и, достав фонарик, полез в прямоугольную дыру в бетонном полу. Просто так, наобум, особо не раздумывая. Ноги быстро нащупали металлическую лестницу.

Вопрос первый: а с какой стороны был заперт люк?
Вопрос второй: а зачем Иван туда вообще полез? Нет, я уже поняла, что умом он не блещет, но серьезно, зачем? Понятно, что для косплея "Луня", но где мотив? У Луня он был - жутковатая, но подработка. Пропавших людей он искал намеренно, да и правилами безопасности не пренебрегал. А зачем в подвал полез Иван-дурак? В подвалы заброшек вообще опасно лазить. А если они еще и подтоплены? Или Иван проникся идеологией бойцов полураспада и стремится отъехать поскорее в Вальхаллу? Не выйдет, фиговая будет смерть. Собственно, у меня по этому моменту еще один вопрос: как Иван-дурак на момент основных событий еще не стал жертвой естественного отбора? Хотя, нет, есть еще один: как такой тупица с полной атрофией инстинкта самосохранения смог вообще до Зоны дойти?

Вначале луч фонарика метался по серым стенам, а глаза привыкали к кромешной тьме. Подвал оказался довольно глубоким — до потолка было метра три с половиной и, видимо, использовался когда-то как грузовой склад. Тайга сразу вспомнил, что у входа в магазин видел ведущий вниз пандус и двойные наглухо запертые ворота. Причем пробои замка снаружи были пусты: подвал закрыли изнутри. При мысли об этом, промелькнувшей в голове со скоростью молнии, по спине продрало холодом, а сердце, тяжко бухнув, пропустило один удар.
…Очень скоро бродяга увидел и тех, кто хотел когда-то спастись тут, заперся в подвале, но так никогда и не вышел наружу. Их было очень много. Человек двести, не меньше, а может, и гораздо больше, но Иван не мог уже считать кучи наваленного на полу тряпья, из которого торчали черные, облепленные обсохшим недогнившим мясом кости, не мог больше смотреть на прячущиеся в комьях волос черепа, обгрызенные вездесущими крысами. Мужчины, женщины, дети… Наверное, жильцы этого дома, покупатели магазина и обслуживающий персонал при начале страшных выбросов Второй Катастрофы кинулись спасаться вниз, в подвал, который планировали использовать как импровизированное бомбоубежище. И он стал их кладбищем.
В память навеки врезались мумия парня в спортивном костюме, обнявшая труп девушки в легком ситцевом платье. Вцепившиеся в створки дверей высохшие руки, висящие отдельно от тела, которое россыпью костей покоилось на полу (наверное, человек стиснул поручни перед смертью так крепко, что так и повис на них, а потом тлен разделил тело на части). Стоящая в углу детская колясочка с трогательным белым сверточком одеяла внутри. Тайга так и не смог, не заставил себя заглянуть внутрь. Просто память с фотографической точностью отпечатала все это. Скорее всего, люди погибли очень быстро, Выбросы моментально умертвили их всех, но от этого не было легче.

Отбросим тот факт, что всем этим людям там неоткуда было взяться, и взглянем на ситуацию с точки зрения логики. Для начала, как там коляску через люк тащили, да еще в спешке. почему мать просто не взяла младенца на руки? Кстати, почему одеяло до сих пор белое, после стольких-то лет под землей?
А на закуску - сцена из "Луня":

Подлинный ужас всей ситуации приходил постепенно. Слишком свежи были ещё в моей памяти подвалы и бомбоубежища с "группами БВП". Ржавые, шелушащиеся двери, часто запертые изнутри, и когда видишь эти засовы, когда корябаешь их ножом, просунутым в дверную щель, то уже знаешь, что увидишь там, во мраке подвалов, ставших могильниками. Нет, не кости, хотя и кости тоже есть, но не они сразу привлекают внимание. Вначале ты видишь тряпьё. Грязные, покоробившиеся, пёстрые тряпки, лежащие неопрятными горками, холмиками, пластами. Пальто, пиджаки, брюки, платьица. Сумочки. Ботинки с приставшей к протекторам грязью. А кости в этих холмиках различаешь уже потом, когда приглядишься. Нет, не выбеленные редким в Зоне солнцем, не такие, как на поверхности, к виду которых давно привык. Красно-коричневые, тёмно-серые, рыжие черепа, позвонки, кисти рук, суставы, погрызенные крысами. Делаешь снимок. Второй. Третий. А потом, когда отсняты страшные кадры, собираешь все документы, какие сможешь найти. Слипшийся, почерневший паспорт. Ещё один, испорченный "свет-плесенью", его надо брать осторожно, ядовитая теперь эта книжечка, ожог от спор может быть нешуточный. Свидетельство о рождении. Студенческий билет, на фото молодой улыбчивый парень с непослушной, вихром, чёлкой. Откуда ему было знать, что у берегов реки Тетерев нельзя, ни в коем случае нельзя прятаться от Выброса под землю, что там самая смерть, напротив, забираться нужно вверх, на деревья, крыши, хотя бы на остовы легковушек, но только чтоб от земли подальше. Да и знал ли он вообще, что такое Выброс? В "Потери гражданского населения в результате локальной, невыясненного характера катастрофы 2007 года" добавится и твоя фамилия, парень. "Обнаружил Лунь в с. Степное, в квадрате… сектор… номер акта… Обнаружил Сионист в ПГТ Иловище, в квадрате… сектор… номер акта…". А теперь, сталкер, представь, какие горы тряпья и костей будут лежать на улицах многомиллионных городов. Сколько его будет там, где сейчас смеются и плачут, дружат и ссорятся, рожают детей, где ещё не знают о том, что очень скоро по их солнечным улочкам прогуляется смерть. Пожелтеет листва в скверах и парках, обычная детская площадка с песочницей, качелями и забытой на лавочке куклой станет смертельно опасной, а на клумбах под ослепшими окнами вместо астр и физалиса вырастут красные стрелы "снорочьего чеснока" и тонкие, острые ленты "пальцереза". Представь это, сталкер. И попробуй спокойно заснуть.

Кстати, как мы видим, в "Луне" подобный горький опыт был одним из мотиваторов для героев, стремившихся остановить очередную катастрофу. Они увидели, что может быть и что будет, если большой звездец не предотвратить. То есть, наличие этих моментов там оправдано.
Но зачем эта сцена у Крячко, вопрос. Иван в принципе как-то не очень задумывается о чужих жизнях, по крайней мере, в тех отрывках, которые мы уже разобрали. И в остатке сцены автор в основном описывает, как Ванька испугался:

Он был первой живой душой, посетившей этот страшный подвал за все время существования Зоны. Нервы просто не выдержали мрачного ужаса происходящего, и Иван не помнил, как очутился наверху, как закрыл за собой люк и зачем-то завалил его трухлявыми ящиками, как дрожащими руками совал в рот папиросу и глотал, давясь и перхая, горький, едкий дым. Как голова становилась оглушительно пустой, легкой, свободной от всех мыслей и чувств.
Иван тогда чуть было не «перегорел», не сбежал прочь из Зоны. Он рассказал через знакомых бродяг о страшном подвале, и туда явилась целая экспедиция для вывоза и захоронения останков. Говорят, что кто-то из правительственных чинов даже явился туда лично под эскортом военных и возложил цветы и венки, но, скорее всего, это было просто враньем. Так или нет — Тайга уже не интересовался. Впечатлений ему хватило за глаза.
Позже он не раз и не два слышал о подобных находках, бродяги прозвали их «подвалами смерти», и военные, занимающиеся поисками останков без вести пропавших, даже назначило немалую награду за достоверные данные о них. Некоторые сталкеры-ходоки специально разыскивали заброшенные бункеры, катакомбы, подземелья, коллекторы в надежде найти там останки людей. Но большей частью встречали там собственную гибель. Нечисть Зоны сама очень ценила подобные места и не любила вторжения непрошенных гостей.
Человек привыкает ко всему. Даже к невыразимому ужасу. Даже к смерти, крови, трупам и насилию. Так и Иван со временем свыкся с мыслью и происходящем, но еще долго после этого подвала его тревожили тяжкие сны, и он просыпался от собственного вопля, плавая в ледяном поту, судорожно стискивая рукоять оружия…

Зачем оружия? Да, сцена хоть и сплагиачена, но по внутренней логике это был тяжелый для героя момент – но психологически. Точнее, опасность ему угрожала, но не та, о которой г-н автор думал (например, в подтопленных подвалах запросто можно задохнуться). На него там никто не нападал. С чего он тянется к оружию?
А еще это хороший пример того, насколько для сюжета важна мотивация персонажа, а также пример нужности сцен в принципе. Оригинал: главный герой лазит по подвалам в поимках останков пропавших людей, потому что работа такая; герой видит своими глазами жертв третьей катастрофы и понимает, что будет, если катастрофы продолжатся. собственно, по сюжету герои как раз стремятся это предотвратить.
У Крячко: Иван шляется по заброшкам и натыкается на останки людей, которых в Зоне вообще быть не могло, Иван ужасается, потом говорится, что Ивану это снится в кошмарах. Может быть, это оказало влияние на его характер и важно для сюжета? А вот и нет. Эта сцена здесь просто чтоб было. Она не влияет на сюжет и не работает на атмосферу - потом о подобных находках, если мне память не изменяет, никто даже не вспомнит.
Ну, а в следующем отрывке у нас зомби-апокалипсис для бедных и истерички на марше.
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 11 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message599904

Ну что, друзья, еще не соскучились по старой доброй перловке? Продолжаем разбор фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод десятый - космодесантник в песочнице. Этот кусик достаточно объемный, так что запаситесь терпением. А начинается он с воды. Во всех смыслах:

Трясина выглядела очень даже привлекательно и ничуть не страшно. Стоячая темная водица, кое-где затянутая островками ряски, высокие, сочные камыши, местами — идиллические кувшинки. Громко урчали лягушки, наверняка живущие тут как у Христа за пазухой: в воздухе постоянно звенели мухи, витали тучи комаров. Местами из воды выглядывали напоминающие человеческие макушки кочки, на которых вместо волос росли торчащие в разные стороны пучки травы.
Показать полностью
Показать 20 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message599502

Итак, продолжаю разбор по винтикам фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод девятый - альтернативная биология и жопоцентризм.

Датчики и жгуты проводов опутывали тело женщины, а некоторые даже уходили в плоть, под кожу, и там соединялись с нервами. Джина навзничь лежала на лабораторном столе, совершенно голая, и только теперь можно было видеть, насколько она исхудала. От ее спортивного, мускулистого тела осталась одна иссохшая, как мумия, оболочка, пергаментная, пожелтевшая кожа, обтянувшая кости. Можно сказать, предпоследняя стадия анарексии. Далее последовала бы только смерть.

Меньше, чем за сутки?! Или сколько времени там прошло? Нет, ну правда же, здесь какая-то дикая карусель со временем. Ну а автору, помимо медицинского справочника, не помешало бы почитать орфографический словарь.

Питание вводилось по прозрачным пластиковым трубочкам прямо в вены, ведь только сложнейшее медицинское оборудование удерживало женщину на грани гибели. Глубокая кома редко заканчивается возвращением к жизни, и все присутствующие это прекрасно знали.
Над телом Джины Кролл склонились трое мужчин в белых лабораторных халатах. На лицах — марлевые повязки. Воздух в медицинском боксе лабораторного сектора был стерилен, каждые два часа мощное ультрафиолетовое излучение из специальных светильников выжигало всю микроскопическую живность, обеззараживало помещение. Техника и люди боролись за жизнь Джины всеми доступными способами.

Да мы видим, как боролись. Например, втору стоило бы вспомнить про то влияние, которое используемый для обеззараживания ультрафиолет оказал бы на кожу несчастной тетки

— Не лучше и не хуже. Грань смерти, кома, плюс к тому полный паралич всей нервной системы. Головной мозг жив, но отключен. Вообще ни на что не реагирует, хотя вместе с тем клетки коры не разлагаются. Если бы мне кто-то сказал, что такое возможно я бы посмеялся. Мистика какая-то.
— Не мистика. Зона. Тут все возможно, сам убедился, — Комаров подошел к блоку управления аппаратом искусственного дыхания, нажал несколько кнопок, вгляделся в бегущую по экранчику пульсирующую линию — Даже жизнь после смерти. Формально Джина мертва. Но на самом деле ее организм функционирует. И мозг теперь ему не особенно нужен.

Конечно, функционирует. Вы ж ее к аппаратам подключили! Простите, а это точно ученые?

— Она не стала зомби, — поправил его Сахаров, — С некроматрицами я имел дело предостаточно. Здесь же совершенно другое. Хотя бы то, что она не бросилась на вас кусаться, когда вы изловили ее на болоте. Некроматрикат сразу же перешел бы в атаку, или хотя бы попросил есть, если бы еще сохранил речевые функции. Тем более у зомби вместо головного мозга в черепе находится гниющая жижа, а нервная система вообще исчезает невесть куда. Я подозреваю в этом случае другое…
Комаров удивленно поднял голову, непонимающе уставился на академика.
— Выброс не смог уничтожить нервную систему и мозг Джины, — продолжил Сахаров, — Организм, защищаясь от выплеска аномальной энергии, просто отключил и заблокировал головной мозг, как, к примеру, процессор компьютера выключается при перегреве. Только тогда, стоит ему остыть, как он готов работать снова, а мозг Джины не может понять, что опасность миновала и ему пора бы приняться за работу. Конечно, он парализован не полностью, какие-то функции вроде той же моторики почему-то остались. Кстати, вот налицо классический пример зомби. Как на Гаити.
— Как думаете, у нас есть шансы ее спасти?
— Не думаю, — печально покачал головой академик и вздохнул. — По крайней мере, зомби после становления таковым уже обречен на гибель.
— Насколько я слышал, у некроматрикатов, кадавров, как их часто зовут бродяги, одни органы начинают заменять другие. Например, вместо сердца функционирует печень, и так далее. А у Джины все осталось на своих местах.

Та-ак, вижу, автор подворовывает не только из серии книг по Сталкачу, но и, в данном случае, из "Эпохи мертвых" Андрея Круза. Фраза про качающую кровь вместо сердца печень у зомби выглядит ну очень схожей для простого совпадения. А учитывая, сколько дальше потыренных из других книг моментов, фанфик все сильнее и сильнее напоминает кое-как сшитое чудовище Франкенштейна от мира литературы. И возникает вопрос: зачем, а главное, нахрена? Что было? Или у автора настолько отсутствует собственная фантазия?

— Здесь Зона, а в ней, как вы сами сказали, возможно все. Так что я уже ничему не удивляюсь.
— Что вы предлагаете? — спросил Комаров напрямую.
— Мы не спасем Джину, разве что лишь ненадолго оттянем трагический конец. На вашем месте я просто дал бы ей спокойно умереть. Думаю, она сказала бы вам за это «спасибо», если б могла. Понимаю, звучит жестоко и бесчеловечно, но я в первую очередь здравомыслящий человек.
Комарова передернуло. Умом он понимал, что Сахаров, безусловно, прав, но все чувства противились этому, не позволяли вот так просто взять и убить попавшего в беду человека, хоть это бы и было в данном случае актом милосердия.
Проще всего было взять и отдать тело Джины родственникам, дескать, так и так, случилась катастрофа, женщина жива, но, скорее всего, скоро умрет. Примите соболезнования. А дальше? А дальше будет скандал, по силе сравнимый разве что с Выбросом локального масштаба. Ответственность опять же лежит на нем самом, на господине Комарове. Со дня на день приедут чиновники, за Степаненко натянут — мало не покажется. А за Джину — еще больше. И не избежать этого. Не скрыться от расправы. Кто отправил людей в экспедицию? Комаров. Кто мог спрогнозировать (незапланированный!!!) Выброс? Тоже Комаров. Никого не будет интересовать, что от страшных случайностей в Зоне не застрахован никто, предсказать и предугадать ее тоже получается через раз на пятый. Гробились солдаты, техника, бродяги и вообще черт знает кто. Но теперь речь шла о жизни иностранной гражданки.

Ну да, ведь все иностранцы тупые идиоты и ничего о местных реалиях не знают. И Джина, наверно, по логике автора, тоже не знала, что рискует. И о катастрофических последствиях Большого Выброса никто не знает, и эти, с позволения сказать, ученые даже не пытаются в ту сторону шевелить мозгами. Хотя, по логике вещей, они бы точно попытались разобраться, что за фигня случилась и почему. Они Зону изучают, в конце-то концов!
А еще автор пытается показать, что у Комарова есть человеческие чувства, но получается хреново и им не верится. Потому что все, о чем он снова думает - это грядущие неприятности для собственных вторых девяноста. В центре мироздания для Комарова находится его задница, а человеческое отношение к коллегам отсутствует. Хотя автор, конечно, снова пытается нас убедить, что это не так:

Комарову снова захотелось плакать. Даже не то что плакать — выть волком, реветь белугой. Сознание собственного полнейшего бессилия заставляло почти что впасть в панику. Сахаров, наверное, нутром ощущая состояние коллеги, молча вышел вон. Автоматическая дверь мягко закрылась за ним. Комаров сел на стул возле кровати, положил свою руку на руку Джины.
Кисть женщины была сухая и холодная. Как труп. Понять, что американка не умерла можно было только по еле заметному движению грудной клетки при вдохах и выдохах, да еще по непрерывно ползущим на мониторах приборов диаграммам пульса и прочих медицинских показателей. Только одни линии оставались стабильно ровными, как линеечки — энцефалограммы деятельности головного мозга.
«Что теперь мне делать? Что? — в отчаянии думал Комаров, незряче глядя на полутруп своей сотрудницы, — Посадят же. Как пить дать посадят. Всю вину свалят — благо есть на кого. И упекут по полной программе, ни на каких адвокатов денег не хватит. Это конец»

Комарова не волнует состояние коллеги с человеческой точки зрения. Все, что его действительно беспокоит - грядущее получение по шапке. Собственно, вот он, жопоцентризм как он есть.
Однако, возможно, дальше по сюжету он еще достойно примет наказание, понимая и признавая свою вину? Может, он еще покажет себя приличным человеком?
Да кого я пытаюсь обмануть?..
Следующий "кусик" будет весьма объемным, и в нем нас ждут космодесантник в песочнице и унылый экшн.

Следующая часть: https://fanfics.me/message600145
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 14 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть - https://fanfics.me/message599457

Похоже, сегодня я в ударе, ну и, надо же, наконец, доковырять этот кактус, хоть до конца еще и далеко. В общем, разбор фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод восьмой - о ненадежных торговцах и о том, как Иван-Дурак показывал свою крутизну. Начнем же!

Бункер, строго говоря, таковым вовсе не являлся. Так, овощехранилище, отрытое сугубо по инициативе местных жителей, и потому используемое для общих надобностей. Но после аварии 1986 года деревня, как и большинство поселков местного значения оказалась заброшенной, хозяйство, каковое осталось после эвакуации народа, разворовали мародеры, а сами дома пришли в полный упадок и практически развалились от старости.

А теперь заходим в игру и рассматриваем бункер Сидоровича внимательнее. И устройство ,и спуск, и дверь бронированную. Типичное овощехранилище!

Овощехранилищу же ничего ровным счетом не сделалось. Украинцы — народ обстоятельный, способный до любого строительства и хозяйства, а потому подошли когда-то к делу со всем возможным старанием. Недалеко от бывшей деревеньки располагался бывший же, ныне лежащий в руинах АТП, и с него, скорее всего, пригнали экскаватор и привезли бетонные плиты, а также несколько лестничных пролетов, какие используются при строительстве домов. Отрыли внушительный котлован, укрепили его стены и потолок блоками и плитами, а для защиты своего имущества еще и приспособили две могучие — впору гранатометом прошибать — двери. Ничего удивительного, что титаническое овощехранилище надолго пережило поселок, играючи выдержало Второй Взрыв и намеревалось жить-поживать еще очень долго на радость местным обитателям.

Потолок у котлована - это, конечно, прекрасно :) И да, вот это я понимаю! Если овощехранилище - то как убежище из Фоллаута! Я, конечно, не специалист и тонкостей не знаю. Но по-моему как-то сразу понятно, что это как минимум бомбоубежище.

Неизвестно, конечно, как в нем некогда жилось разным морковкам, картошкам и прочим свеклам, но свято место пусто не бывает. Сначала деревню (кстати, под самым боком у военных, обосновавшихся на кордонном укрепленном посту) облюбовали местные бандиты, устроили «малину», безобразничали, а потом их покрошили в салат проводившие тут рейды военные. Бродяги же, явившиеся позже, не вели себя столь нагло, вежливо предложили командованию кордона взаимовыгодные условия, дескать, вы нас не замечаете, а мы вам своего рода дань разными ценными вещичками платим. Командование, вовсе не чуждое материальных и финансовых благ, подумало и согласилось. Как позже выяснилось, поступило очень разумно.
Со временем деревня превратилась в своего рода «тренировочный лагерь», куда попадали молодые бродяги, проникшие всеми правдами и неправдами на территорию Зоны. Тут отсиживались, общались, знакомились и набирались опыта от забредших передохнуть ветеранов. Военные же исправно закрывали глаза на незаконных обитателей Зоны. Вообще со временем бойцы спецназа и просто солдаты срочной и контрактной службы стали относиться к ходокам без прежней лютой агрессии, не стремясь во что бы то ни стало прошить бродягу парой очередей из автомата или пулемета. Как умудренная жизненным опытом хозяйка глядит на тараканов: гонять, конечно, надо, да вот толку-то? Все равно придут снова…

О, прекрасно! Надо напарнице сказать, что больше нам можно и не травить тараканов в мастерской - все равно ведь придут снова! И уборку тоже, наверно, делать не надо - все равно ведь и пыль снова скопится, и так далее... В общем, несравненное мастерство сравнений автора снова макнуло его в лужу.

Если же на блокпост прибывало высокое начальство, то военные даже сами снисходили до того, чтобы предупредить бродяг: прячьтесь кто куда, чтобы духу вашего тут не было. Кто будет в поле зрения — не обижайтесь. Нам наша задница дороже всех вас, вместе взятых. Ходоки, разумеется, утекали в Зону… Чтобы через недельку объявиться тут снова.
Сидорович, старик неопределенного возраста

Даже в трех словах автор умудряется противоречить себе.

окопался в бункере прочно: с помощью тех же бродяг привел его в порядок, вварил решетки и замки, а после взялся за дело. Никто не знал, откуда торговец взял начальный капитал, но дело у него пошло: купить, продать, обменять с доплатой или без оной, подсказать, посоветовать (небесплатно, разумеется), подкинуть работу или свести с нужными людьми — Сидорович развивал свой бизнес во всех направлениях.
Пару раз его приходили потрошить бандиты из местных «смотрящих» группировок. Дело кончалось одинаково: торговец запирался в бункере и по радиостанции выходил на связь с военными, у которых с Сидоровичем были прекрасно налаженные отношения, и буквально через пятнадцать минут от уголовников, не успевших удрать, оставались рожки да ножки после натиска ударной группы спецназа. Кто-то из бродяг даже поговаривал, скорее всего, вполне достоверно, будто у Сидоровича кто-то из родни имеет влияние пусть и не в самом высоком, но военном руководстве…

И что это была за ересь? У торгашей, конечно, что по игре, что по книгам были свои каналы поставок, но вот так за ручку с военными они не общались - по крайней мере, я такого не припомню. Тем более, по соседству со сталкерским лагерем.

Иван Тайга пришел в лагерь бродяг вечером, но еще засветло. Дорога была не самой легкой — на окраине Свалки пришлось пару часов ничком лежать на земле, не рискуя даже поднять голову, чтобы не попасться на глаза бойцам с БТРа, остановившегося на дороге и временами порыкивающего дизелем. Что именно там творили вояки столько времени — Иван не ведал, но усердно поминал их всеми нехорошими словами, какие только знал. Нога болела, и бегать по пересеченной местности, изобиловавшей металлоломом, Тайга не решился. Тем более вряд ли господа военные откажут себе в «джентльменском» удовольствии скосить бегущего и прячущегося от них человека очередью из крупнокалиберного пулемета.
Вояки в конце концов убрались, и Иван проскользнул через распахнутые ржавые ворота на разбитую асфальтовую дорогу.

Кстати, а вот и один из самых прекрасных косяков этого произведения: автор старательно вырезает относительно адекватные канонные моменты и заменяет их убойной ерундой. Но при этом упорно тащит в фанфик элементы игромеха. Как здесь и далее, например: проход между локациями тупо в местах перехода из игры.

Дальше пришлось буквально порхать по настоящему полю ловушек, в изобилии расположившихся прямо на дороге. И обойти никак: на обочине непролазный кустарник, в котором к тому же периодически кто-то ворочался и рычал. Ловушки же были неприятные, гравитационного типа. Наметанным глазом Тайга даже определил, что кто-то нашел в одной из них свою смерть: в центре «плешки» распластался на земле превратившийся в тень под воздействием чудовищно увеличившейся силы тяжести уродливый ком тряпья и каких-то ошметков. О прошлом этих останков красноречиво свидетельствовала также размазанная по асфальту человеческая кисть. Тускло блестело в лучах закатного неяркого солнца сплющенное золотое кольцо на мертвом пальце.

*Тяжелый вздох*
И почему нельзя было показать опасное место другим способом? Изломанными кустами, неправильными тенями, странными вмятинами на асфальте, к примеру? Да хоть дохлой крысой. А с человеческими трупами на каждом шагу при полной атрофии у всех персонажей инстинкта самосохранения получается просто-напросто фарс вместо напряженной атмосферы.

Бывший армейский КПП на входе в район Кордона также пришлось обходить, вернее, обползать десятой дорогой: там угнездились бандиты. Иван прекрасно слышал их гогот, обрывки надсадно выкрикиваемых анекдотов сомнительного свойства и какие-то песни. Ну это ж надо — находиться в Зоне и так себя вести, орать на всю округу и даже не выставить караула!


И опять подъехали нелепые стереотипы. Эти номинанты на премию Дарвина в канонической игровой Зоне-то не выжили бы, не то что на здешнем минном поле.

Потом Иван прятался от небольшого стада припять-кабанов, каждый из которых по величине не уступал «запорожцу», а свирепостью — тринозавру.

Во-первых, чего? Кабан - он и реальный кабан, конечно, крупный зверь. Но не с легковушку же!
А во-вторых, что за зверь такой - тринозавр?

Словом, дорога до бункера Сидоровича была насыщенной и «веселой», впрочем, как и практически вся жизнь бродяги. Молодежь бдила: не успел Иван свистнуть, привлекая к себе внимание обитателей поселка — иначе, появись внезапно, легко можно и пулю заработать, просто так, от неожиданности, — как за остатками гнилого, покосившегося забора раздался голос:
— Кто такой? Руки вверх. Назовись.
— Иван. Тайгой кличут. Волк у вас тут, рядом? За меня может сказать.
— Да, — ответил голос, потом электронный писк, неразборчивое бормотанье, очевидно, в рацию, и разрешение — Проходи!

И опять - и тут, и далее, от этой охраны, судя по ее поведению, толку нет.

Иван миновал сторожа, парня лет двадцати пяти, еще недавно держащего его под прицелом пистолета «ТТ», и прошел в лагерь. Тайга смело считался ветераном, и его прозвище было знакомо среди многих бродяг. Новички, судя по всему, тоже слышали об Иване, и потому охранник смело пропустил Тайгу в поселок, сообщив о нем своему «начальнику».
Возле костра его встретил Волк, «старшина» лагеря, высокий, угрюмый ветеран с исчерченными шрамами лицом и густыми темными волосами с такой проседью, что они казались посыпанными солью.

Здесь что, у всех сталкеров хронические угрюмость и мрачность? Хотя, учитывая, что у автора тут вместо Зоны...

Волк молча протянул руку, и Иван пожал твердую, как доска ладонь.
— Поздорову, бродяга, — негромко сказал «старшина», — Давно тебя не видел. Как занесло к нам?
— Со свалки иду. Странные дела там творятся ночью. Напарника вот там оставил в итоге.
Волк удивленно поднял бровь.
Тайга вкратце рассказал, и с каждой его фразой «старшина» мрачнел все больше и больше. Потом достал пачку папирос, закурил, глубоко затягиваясь.
— Надо же… Вот как. А я думал, врут малолетки. Месяц назад один рассказывал, как за ним «москвич» гонялся, так я, балбес, не поверил, посоветовал травы меньше курить.
— А этот парень тут? — спросил Иван, — Пообщаться бы с ним.
— Нет, — мотнул Волк головой. — Позавчера в «лифт» влетел. Царствие ему всякое-разное.

Но "Лифт" же не убивает.
Хотя, о чем это я? У автора все в Зоне существует только для того, чтобы убивать.

— Мда. Печально. Со мной Чалдон был, вот ночью куда-то и пропал, мы от экскаватора в разные стороны рванули.
— Чалдон? Не слышал про такого. Новичок?
— Да нет, вроде. Алкаш просто запойный.

Зачем вообще было ходить в Зону с запойным алкашом? или приличные люди просто с Иваном идти не горят желанием?

— Ладно тогда, земля здешняя ему пухом.
Волк досмолил папиросу, поправил висящий за плечом автомат.
— К барыге пойдешь?
— К нему. Товар продать да разжиться кое-чем.
— Удачи… — Волк отвернулся и не спеша зашагал к костру, у которого сидели несколько новичков. Тайга из темноты несколько минут понаблюдал за «пополнением», приглядываясь к лицам, и они автоматически откладывались в памяти. Скорее всего, все или почти все из этих мужиков и парней погибнут в ближайшие несколько недель. А если кто выживет — что ж, по крайней мере, Иван уже будет знать, где и при каких обстоятельствах он его встречал.

И тут охренели даже не Кадии. А впрочем, учитывая хронический тупизм практически всех действующих лиц, такая смертность даже не удивляет. Но, как мы видим, при заявленном уровне трындеца никто не следит за пришлым чужаком:

Впрочем, мало кто из «молодежи» обращал внимание на широкоплечего, угрюмого вида, заросшего почти превратившейся в бороду щетиной мужика, шагавшего по центральной улице поселка. Все были заняты решением или обсуждением сугубо своих, гораздо более насущных проблем и вопросов, чтобы глазеть по сторонам.
Но к Сидоровичу Тайга сразу не попал. Возле забранного решеткой окна уже стоял какой-то неопрятного вида бродяга и беседовал с торговцем. Услышав шаги за спиной, незнакомец обернулся, вперился взглядом в Ивана, несколько секунд пристально изучал его, а потом проговорил:
— Человече, будь так добр, ненадолго покинь нас.
Будь нынче другие обстоятельства, не боли нога и не ворочайся взвинченные ночными происшествиями и нелегким днем нервы, Тайга, скорее всего, просто молча вышел бы на лестницу и дождался конца секретного разговора. У каждого могут быть свои тайны, не предназначенные для чужих ушей. Но сегодня Ивана подобная просьба нешуточно зацепила.
— А ты мне кто тут такой, чтобы указывать?

Видать, Иван за ночь пропил остатки мозгов. Впрочем, быдло есть быдло.

Лицо незнакомца нехорошо ощерилось, но он также вежливо, еще более мягким, крайне дружелюбным голосом повторил просьбу:
— Будь добр, выйди.
— Да пошел ты, козел, — буркнул Иван, идя вперед и намереваясь плечом оттереть нахала.
— Цыц! — рявкнул вдруг Сидорович и бахнул открытой ладонью по своему столу, даже приподнявшись с кресла, — Унялись оба! Собачиться наверх идите. Клык, ты чего борзеешь? Что тут за тайны мадридского двора? Сказал же — нет у меня ничего. Все, что было, дал. Вот и иди отсюда!

Так. Так, подождите. Стойте. Что у человека есть дело, о котором он не хочет кричать на каждом углу и ставить в известность всю Зону, торгаш, который без успешных сделок с серьезными клиентами разорится, не думает. Что-то я логики не чувствую. Ну да, ее же здесь нет.
И, да, такой торгаш быстро прогорит.

Отталкивающее, с немного отвисшей нижней губой, как у бомжа-пропойцы, сивое лицо Клыка исказила усмешка-оскал, отчего показался один из верхних резцов, длинный, желтый, видимо, давший человеку его прозвище.

Где можно вступить в общество защиты изуродованных автором персонажей?

— Ну спасибо, люди добрые. Уважили. Век не забуду…
Его вежливые, без малейшего оттенка злобы слова как нельзя больше контрастировали с самой ситуацией и внешним обликом говорящего. Позже Иван Тайга часто укорял себя: дурак, балбес, ну зачем связался, как малолетка тупоумный? Все в Клыке говорило само за себя, вернее кричало, что далеко не так прост обладатель потрепанного кожаного плаща и неприятной физиономии. Хотя бы глубоко утопленные в череп глаза под тяжелыми козырьками густых бровей — умные, предельно внимательные, остро-холодные, словом, глаза чрезвычайно опасного человека.
Но нет! Разум Тайги был затоплен охватившим его граничащим с яростью раздражением, Иван резко отпихнул Клыка плечом и подошел к решетке Сидоровича, снимая рюкзак. Стрелять и вообще буянить в этом бункере никто не будет — каждый бродяга соблюдал железную субординацию, если не хотел стать тут и вообще во многих местах персоной нон грата. Так и есть. За спиной прошелестели шаги, негромко хлопнула дверь. Казалось бы, Клыку, оскорбленному и выставленному вон, полагалось на прощание хотя бы шарахнуть металлической плитой о косяк так, чтобы пыль посыпалась. Однако нет! Странная, ненормальная вежливость уже начинала пугать.
У Сидоровича Тайга не задержался. Быстро продал ему свои не очень богатые находки, купил консервов, патронов, пару бутылок водки, послушал новости и сам вкратце рассказал про увиденное на Свалке, поведал о пропаже Чалдона, на что торговец сочувственно покачал головой и вздохнул, наскоро что-то записав в засаленный блокнотик. Но Иван, уже тертый калач, уже заранее знал: Сидоровичу на судьбу разгильдяя-пропойцы плевать с высокой колокольни.
— А что за фрукт этот Клык? — поинтересовался Тайга напоследок.
— Хрен его знает, — буркнул Сидорович, — Раньше иногда проскакивал тут, орел залетный, теперь какие-то детальки ищет, носится с ними, как с писаной торбой. Даже кому-то из бродяг дал работу на них. Сам не желаешь подписаться?

У здешнего Сидоровича еще и язык без костей. По игре, помнится, Шраму он рассказал об этом только после серьезной ответной услуги. А тут - выболтал все походя первому встречному. Ну и кто с таким треплом будет дела вести?

— Нет уж, увольте, — криво усмехнулся Иван, — В мусорках лазить я не мастак.
— Вот и мужики тоже. Да много их тут бродит, клыков и разных других скелетов…
Попрощавшись, Тайга вышел из бункера. И тут же столкнулся с оборванцем, что называется, нос к носу. Наработанные рефлексы не подвели — рука моментально легла на рукоять автомата, большой палец перещелкнул предохранитель. Оружие было давно доработано таким образом, что довольно тугая защелка теперь срабатывала легко, однако не самовольно. Однако Клык агрессии не проявил, с усмешкой буравил Ивана глазами.
— Чего надо? — в лоб спросил Тайга. — Проблем хочешь?
— А можешь устроить? — осведомился Клык. — Зачем хамишь, дядя? Я к тебе вежливо, а ты как шпана приблатненная начал себя вести. Нехорошо. Нельзя так.

Надо сказать, крячковский Клык недалеко ушел от Ивана-дурака. Он в этих краях ненадолго и вряд ли сюда еще раз в обозримом будущем завернет. Нужного ему товара у Сидоровича нет, наводку на людей, в этом деле полезных, он получил. Так зачем доказывать что-то левому быдлану, которого он видит в первый и в последний раз?

— Да пошел ты… — Иван, уже основательно разозленный, вскинул руку, намереваясь отпихнуть наглеца. Стрелять он не решился — неизвестно все-таки, что за деятель этот самый Клык. Вдруг потом неприятностей не оберешься, стоит его продырявить? А морду набить не мешало бы. Рукопашные стычки среди бродяг не были редкостью, и в этом обществе всегда уважалось право вызова на поединок. Главное — без убийства и ничем реально не обоснованного кровопролития.
Иван считал себя, причем небезосновательно, хорошим бойцом и думал, что Клык отлетит в сторону. Максимум — увернется, однако проходимец ловко перехватил руку Тайги возле кисти, немного довернул, отступил и Иван вдруг с удивлением обнаружил, что уже летит вперед. Брякнуться он, впрочем, так и не сумел: сильная рука уцапала его за шиворот и так и удержала в нелепом положении. Зарычав от стыда и унижения, Тайга утешился лишь тем, что никто из новичков в темноте этого эпизода не видел.
— Уймись, мужик, — уже без тени иронии посоветовал Клык. — Не надо ссориться. Извинись лучше, и разойдемся.
— Я тебе сейчас так извинюсь, сопляк, — Иван вывернулся, и теперь стоял, набычась и крепко сжав кулаки. — Подраться хочешь? Нет проблем.
— Не хочу я с тобой драться. Хотел поговорить просто и заказ на кое-что дать, очень для меня важное, а ты сразу руками махать начал…
— И продолжу. Только не руками, — правая рука Тайги легла на рукоять ножа в ножнах, висевшего на поясе. — Кишки тебе, уроду, выпущу. А свой хлам потом сам искать будешь. Если жив останешься и заштопают тебя.
— Серьезные аргументы, — Клык откинул капюшон плаща, — И слова серьезные. За них надо отвечать. Только не здесь — народу много. Пошли за холм? Там и решим вопрос…
— Ага! — рыкнул Тайга, — А там наверняка твои корифаны ждут. Меня — в ловушку ближайшую, а вещи себе. Знаем, проходили уже. Нет уж, сука, давай здесь и сейчас!

Вот не могу понять, это взрослые мужики или два агрессивных школяра? Хотя чему удивляться? И Иван - придурок, и авторская пародия на Клыка не лучше.

Тайга скинул рюкзак с плеча, положил на траву автомат и вынул нож. Клык, впрочем, остался безоружен, но Ивана, уже всерьез разъяренного, это не остановило. Убивать проходимца он все равно не собирался — так, чиркнуть несколько раз для острастки и пару зубов вышибить. Чтобы звался потом не Клыком, а, скажем, Дырявым.

А чего, собственно, Иван-дурак так сагрился? И с чего он начал агриться с самого начала? Самомнение прищемили?

Тайга первым пошел в атаку. Не хочет противник браться за оружие — что ж, сугубо его личные проблемы. Иван собирался сейчас не вопросы чести утрясать, а проучить хама, вздумавшего ему указывать. Ох, плохие это качества — самоуверенность, слепая ярость и чувство превосходства над врагом! За несколько минут «боя» Иван так ни разу и не смог достать Клыка ножом, зато получил несколько весьма болезненных пинков по ногам и пару хлестких ударов расслабленной кистью руки в лицо. Из разбитого носа капала кровь. Шум драки привлек внимание поселковых, пришел Волк, но ввязываться или, тем более, разнимать не полез. Кто хочет решать свои личные дела — пусть решает, тем более, никто никого не расстреливает и раненого не истязает.
Клык был моложе и проворнее Тайги, легче на добрый десяток килограмм и, стоило признать, оказался гораздо лучше подготовлен в рукопашном бою. Иван уже заметил, что противник не увечил и не калечил его, хотя уже вполне мог бы хотя бы вышибить нож из руки, однако не делал этого. Более того — на щетинистой физиономии Клыка все время проскальзывала натуральная, а вовсе не показная усмешка. Да этот урод еще и смеет издеваться!
Тайга с хриплым ревом нанес широкий, быстрый, как взмах лопасти вентилятора, секущий удар слева направо. Только опять промахнулся, а нешуточная инерция, бороться с которой уже не хватало сил, унесла тело в сторону. И тут же Иван ощутил железный захват пальцев противника сзади за голову, а большие пальцы воткнулись в глазницы. Пока — не очень сильно, но дали понять, что зрение уже в серьезной опасности. Именно так и выдавливают глаза. Тайга замер, не пытаясь больше орудовать ножом. Какой смысл? Несерьезно ранить противника (иначе из подобного положения и не получится), а самому остаться слепым? Неэквивалентно.

Так, стоп. Как это - воткнулись, но не очень сильно? Автор не знает слова "надавили"? Ну а Иван мало того, что неадекват, только вот в драку лезет, а драться не умеет. А еще, как мы помним по прошлым событиям, держит себя во всратой физической форме и, вдобавок, молодец среди овец. Лидер и непререкаемый вождь, да :)

— Унялся? — спокойно спросил Клык. — Вот и хорошо. Больше так себя не веди.

Клык у автора не меньший придурок, чем Иван. Зачем вообще выяснять отношения с каким-то неадекватом? Такой. вполне станется, затаит обиду и с компанией где-нибудь подстережет. Или из-за угла пристрелит. А группе Стрелка в каноне точно не были нужны лишние недоброжелатели.

Захват исчез, и Иван тяжко осел в траву. Интуиция подсказывала ему, что в драку больше лезть не стоит. Перед ним не молокосос, не выпендривающаяся шпана и не безголовый отморозок, а профессионал, которому ничего не стоит и убить, и искалечить. Если человек вот так запросто отпускал врага, который несколько секунд назад был готов его проткнуть ножом, значит, он очень уверен в своих силах. Или…
— Все, концерт окончен, — громко сообщил Клык собравшимся вокруг бродягам, — До новых встреч, цветов и аплодисментов не надо.
Народ, дождавшись окончания зрелища, помаленьку начал разбредаться кто куда. Ничего серьезного не случилось, и вмешательство «карательных органов» в виде Волка и еще двоих мужиков немалых габаритов, местной «зондеркоманды» не потребовалось. Тайга сплюнул себе под ноги, встал, подхватил с земли автомат и рюкзак. Клык махнул ему рукой:
— Удачи, дядя. Не груби больше.
— Иди ты… — буркнул Иван в ответ, провожая взглядом сутулую фигуру в длинном плаще.

Все-таки еще один идиот с атрофией инстинкта самосохранения. Где гарантия, что после подобного показного выпендрежа Клыка не отпинали бы толпой? О такой возможности он, похоже, и не подумал. Зачем Иван начал с ходу нарываться? Зачем Клык решил что-то ему доказывать? Зачем, блин?! Зачем вообще нужна была эта сцена? Показать, что они два обидчивых неадеквата? Что ж, автор показал.

Что ж, вот мы и увидели, как решают разногласия крутые сталкеры. Но чем дальше в лес, тем жирнее перлы. В следующей серии: альтернативная биология и жопоцентризм.

Следующая часть: https://fanfics.me/message599904
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 9 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть - https://fanfics.me/message599292#comments

Я обещала не задерживать следующую часть, и я ее действительно не задерживаю. Видимо, в лесу что-то сдохло, ну, а у нас продолжение разбора фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод седьмой: о сыщиках от Бога и крокодиловых слезах.

Комаров был очень обеспокоен. Пропали двое ученых и один из его лучших проводников, бродяга-наемник Шрам. То есть о ходоке ученый переживал только как о потере своего ценного человеческого материала. Шрам отлично знал Зону, был осторожен, замечательно стрелял и умел выживать даже в самых убийственных ситуациях. Плюс к тому мало говорил, много делал, никогда не торговался по поводу своих услуг и не пытался обмануть, «кинуть» своего работодателя. Одним словом, очень редкий и оттого практически уникальный в своем роде экземпляр местной полууголовной человеческой фауны. О нем был смысл жалеть как о хорошем проводнике, но не более. Комаров, хоть и активно пользовался услугами бродяг, редко видел в них людей, равных себе или своим сотрудникам. Это и к лучшему — слишком уж часто они гибли и исчезали в туманных далях Зоны, и если запоминать каждого из них, относиться душевно — потом придется по каждому хоть чуточку, но горевать. А такой роскоши ученый себе не мог позволить.

Ну, что ж, образцово-показательный мудак Комаров снова в деле, и что же мы снова видим? А то, что он мудак. По ходу также заметим, что снова сталкеры в целом у автора представлены как толпа гопников, бомжей и прочих маргиналов. А еще обратим внимание на характеристику Шрама - и хорошенько ее запомним.
Кстати, ситуация явно неординарная. Выброс феноменальной силы, который ничего не предвещало - это серьезный повод поднапрячься. То есть, происходит нечто, которое никак нельзя предугадать, но которое повлечет за собой немалые жертвы. Потому что я не верю, что внезапный выброс угробил только одну экспедицию - наверняка много кто не успел добраться до укрытий. И как именно вот это вот волнует научную миссию в Зоне? Спойлер: а никак. О большом Выбросе здешние ученые даже не вспомнят.
Ну, а Комаров не видит в людях людей. Ладно, нанятый в качестве проводника сталкер, но его отношение к коллегам тоже вызывает вопросы:

Зато пропавшие Павел Степаненко и Джина Кролл были поистине тяжкой утратой. Павел, по сути, являлся «левой рукой» самого Комарова, и именно поэтому он отрядил для их охраны и сопровождения самого Шрама, пообещав ему за это дополнительное вознаграждение. Пропавший в Зоне почти всегда означало что и уже мертвый, а вместе с Павлом канули в небытие довольно перспективные и серьезные разработки, которыми он занимался в своем отделе. Конечно, при должном старании можно кое-что восстановить, но далеко не все. Основная информация держалась у ученого в голове, а выкачать сведения из мертвеца еще не удавалось никому. Некромантией же Комаров пока не увлекался.
Джина, мало того, что была американкой (а эти господа, стоило пропасть кому-то из их роду-племени сразу были готовы объявить кого угодно террористом и похитителем), являлась и одним из наблюдателей Международной Федерации Научных Исследований. Так что теперь могли назреть крайне серьезные неприятности. Гибель Павла так-сяк еще укладывалась в печальную, но, увы, неизбежную статистику «несчастного случая», а вот Джину следовало беречь как зеницу ока. Беда была лишь в том, что ретивая американка сама так и лезла в самое пекло, немало не заботясь о печальных последствиях для себя и других. Воспитанная на почве феминизма и вседозволенности, дамочка буквально алкала неприятностей. Вот, судя по всему, и получила свое.

То есть - никакого человеческого отношения к коллегам, которых он давно знает и с которыми вместе работает, нет. Комарова волнует только то, что в одном случае оказались просраны некие разработки, а в другом - что он может получить по шапке. Кстати, и снова: если даже не учитывать нелогичность вообще всего происходящего, Джина приехала работать. Работать, а не просиживать штаны в лаборатории, и если она наблюдательница, то в ее обязанности наверняка должны входить и экспедиции. Выполнять свою работу - это вседозволенность? И, да, вот и стереотипные американцы подъехали. Не скрою, я не особо люблю американцев. Но автор выдал какой-то клюквенный (хм, кока-кольный?) бред. Если брать книжную серию, иностранные ученые в Зоне нередко бывали, и что, из них всех пропала одна Джина? Зона - место такое, и это, я полагаю, все отлично понимают.

В самом печальном случае всю шарашку Комарова могли просто разогнать к такой-то матери по разным отделам или вообще отправить на «большую землю», а его самого — снова в подручные к Сахарову, оборудование вывезти, а на месте комплекса лабораторий устроить, скажем, базу тех же военных. Правда, Комаров искренне надеялся, что до такого не дойдет. Но выволочка от руководства, куча бумаг-отписок, беседы с военными, поисковыми отрядами и разными деятелями, включая юристов и агентов страховых компаний, ему обеспечены. От этого уже не увернуться.

То есть, подчеркнем: Комарова волнует только то, что его лишат собственной лаборатории. Ну, и объясняться придется.

Военно-десантный «МИ-24» сейчас нес самого Комарова, майора Литвинова и пятерых бойцов сопровождения к предположительному месту пропажи ученых. Конечно, начальник сектора лабораторий мог просто отправить поисковую группу, а сам сидеть и ждать результатов поиска, но среди обслуживающего персонала уже потихоньку творилось черт знает что. Сразу же пошли закулисные шепотки: «нас туда на смерть посылают за материалом, Комаров сам только отчеты составляет, люди гибнут — ему все равно, у него связи в Москве и Новосибирске, отбоярится». Чтобы не мозолить глаза сотрудникам, перед которыми — чего греха таить! — Комаров чувствовал себя виноватым, да и откровенно ради поднятия собственного авторитета руководитель решил лично участвовать в поиске. И теперь, не сознаваясь себе открыто, начинал жалеть об этом.

Что-то в тексте этого чувства вины не заметно. Только страх за благополучие собственной пятой точки.

Да, он прекрасно знал, что очень рискует. Да, ему было известно, что в Зоне пропадают даже вооруженные до зубов отряды военной элиты спецназа. Тем не менее, будучи осторожным человеком, Комаров не желал быть трусом и теперь, наполовину бравируя, но в глубине души весь трясясь от ужаса, сам сидел в металлическом чреве винтокрылой машины.

Да-аа, рискует! Примерно так же, как и при полетах из комплекса на Большую Землю и обратно. И это нам пытаются подать, как преодоление страх и смелый поступок?

А внизу медленно плыла Зона. Разрушенные, обращенные в руины поселки и какие-то строения, пустоши, рощи и холмы. Сквозь вой вертолетных турбин снаружи не пробивалось ни единого звука, но ученый отчего-то был уверен: там, внизу, царит тишина. В животе сгустился мерзкий, холодный ком ужаса, периодически ворочавшийся там скользкой жабой. «Если вернусь живым, — мысленно пообещал Комаров, — то, с первой же оказией, схожу в церковь и поставлю свечку. Господи, только помоги вернуться!» Наверное, примерно также думали-молились и Павел с Джиной, уходя в последнюю для них экспедицию.

Надеюсь, что хотя бы они были смелее! Комаров же не только мудак, но и трус. И я не особо интересовалась данным вопросом но мне кажется, или автор путает вертолет с самолетом?

Через несколько часов после их ухода грянул небывалый по силе и продолжительности Выброс, который смогли отметить приборы только буквально за полчаса до его начала. Ни в какие рамки и попытки предсказания, прогнозирования катаклизмов он не укладывался, Зона просто решила почудить и лишний раз доказать всю тщету попыток ее предугадать. Вряд-ли ученые и проводник угодили под него — скорее всего, успели спрятаться. Комаров отлично знал: между первыми признаками Выброса и его непосредственным началом стабильно есть минут пять-семь, а за них, если хочешь жить, всегда найдешь убежище.
Хотя нынче было иначе. Мало того, что Выброс оказался спонтанным, он еще и навалился резко, внезапно, так, что обитатели комплекса едва успели удрать в лаборатории, и система защиты герметически запечатала помещения. Обошлось без жертв, но, в принципе, они вполне могли быть, находись кто-то за периметром лагеря. Но Павел и Джина были не одни. Уж Шрам-то не мог так опростоволоситься, чтобы пропустить приближение катаклизма. Говорят, те из бродяг, кто провел в Зоне хотя бы несколько месяцев, уже могли интуицией, нюхом чуять смертельные опасности.
Тогда что же там произошло? Что?

Собственно, на этом все размышления ученых-кипяченых о Большом Выбросе и ограничиваются. И, повторюсь - я не верю, что успели бы удрать все.

Вертолет заложил крутой вираж, от которого сразу же ватной глухотой заполнились уши. Комаров несколько раз судорожно сглотнул, крепче уцепился за поручни.
— На посадку идем, — в самое ухо крикнул ему Литвинов.

Нет, похоже, автор действительно путает вертолет с самолетом.

«Слава тебе, господи, — мысленно усмехнулся ученый, — наступает момент истины…»
Массивный корпус машины вдруг затрясло, раздался дробный рокочущий звук. Комаров сначала перепугался, что вертолет угодил в какую-то воздушную аномалию и теперь собрался камнем рухнуть вниз, но мгновением позже сообразил: это просто заработала автоматическая пушка, расчищая внизу место для посадки и десанта от местной нечисти.
МИ-24 кружил над поляной, поливая ее шквалами свинца и стали.

В смысле, разваливался? или у них там копьеметалки? Сталь-то откуда?

Комаров, обернувшись к квадратному иллюминатору, пробовал хоть что-то разглядеть там, но не смог. Только причудливые, хаотично мельтешащие тени. Боевая машина скоро пошла на посадку, стрельба прекратилась, военные сразу же подобрались, быстро проверили оружие, напротив двери занял место один из бойцов с массивным пулеметом наизготовку. Если даже какая-то досужая тварь ринется сбоку на открывшуюся дверь, ее встретит убийственный ливень пуль.
Но обошлось. В атаку никто не полез, хотя на небольшой поляне там и сям валялись растерзанные очередями вертолетной пушки кровавые трупы собак. Много. Комаров даже на первый взгляд насчитал их добрый десяток, это при том, что слепые псы — твари хитрые и наверняка при звуках стрельбы и винтов ломанулись кто куда, спасая жизнь. Здоровенная была стая.

Фигово они ломанулись, как мы видим.

— Туда, — махнул рукой Литвинов, указывая направление, и поисковая группа двинулась вперед.

Кстати, а откуда у них точные сведения о том, в какой именно точке маршрута пропала группа? Маячки какие-нибудь? А где про это сказано? Если пропустила, каюсь, вероятно, я захлебнулась водой в тексте.

Комаров шел в середине цепочки, постоянно оглядываясь по сторонам. Страх уже не мучил его — он превратился в постоянное и неотъемлемое чувство, как глухая, постоянная боль, скажем, в сломанной ноге. Организм упрямо выдает в мозг через нервы сигналы о серьезном повреждении, но разум понимает: сейчас это никак не исправить и никуда не деться, поэтому проще не обращать на это особого внимания, пока еще можно терпеть. Будет нельзя — примем меры.

Ага, постоянно оглядывается, но не боится. Про остальной перл умолчу.

Долгий, протяжный вой пробуравил воздух, раскатился и медленно затих, порождая эхо.
— Псевдопес, — нервно усмехнулся сухим, хрящеватым лицом Литвинов, — нас чует, падла, но боится лезть. Знает, что нас много и хорошо вооружены, вот и бесится, пугает.

И снова - автор хоть почитал бы, что ли, о поведении диких животных... Стал бы псевдопес выдавать свое присутствие, как же.

Комаров ничего не ответил, а просто представил, как вчера этой же тропкой шли Шрам, Павел и Джина. И как наверняка тоже выли вдали хищные твари, шуршала сухая трава под ногами, каркали вороны, рассевшиеся на деревьях, и тускло светило через пелену туч скупое осеннее солнце. Представил — и по коже пошли мурашки.
«Сто процентов непредпринятых попыток не оканчиваются успехом» — так любил говорить Павел. И вот теперь Комаров сам лез туда, откуда имел все шансы не вернуться. Делал попытку найти тех, кого, скорее всего уже и не стоило искать. Но нельзя же просто так сидеть на месте, сложа руки? А впереди уже длинным невысоким холмом тянулась идущая по краю Болот железнодорожная насыпь, возле которой, скорее всего, и пропали ученые.

О, да, Комаров та-аак рискует, что Айзек Кларк нервно курит в сторонке. и опять - откуда информация, что именно в районе насыпи и пропала группа?

С дороги сбиться было непросто: когда-то, очень давно, по ней ездила техника, с тех пор вездесущая трава взяла свое и быстро нашла способ пробиться через укатанную в камень почву, но широкая просека осталась, и на ней еще вполне угадывались колесные колеи.

Мне вот интересно, автор видел когда-нибудь заросшую заброшенную железку? Мы с однокурсниками когда-то на пленере по такой шли под предводительством препода. Что сказать, наличие там железки чувствовалось только благодаря спотыкачу о шпалы, между которыми рос сочный бурьян по пояс.

Быть может, еще до Второго Взрыва по ней шастали кто-то из самоселов, гнездившихся полулегально на запретной территории. Насколько Комаров знал, власти смотрели на это сквозь пальцы и особо людей не гоняли… А потом, после катастрофы, даже пробовали кого-то спасать при помощи войск, вертолетов и спецтехники, хотя, кажется, выручать было уже некого.
Выброс застал самоселов кого где, и деревянные утлые домишки никак не могли служить им спасением от чудовищного катаклизма. Над землей пронеслась смерть, убивая всех подряд, или же даря им то, что хуже любой гибели. Комарову рассказывали поистине жуткие вещи, и почему-то он, скептик, как и практически любой ученый деятель, предпочитал верить им, не проверяя лично. Например, как на кладбищах пучилась земля, и оттуда восставали, словно в дешевых фильмах ужасов, погребенные там покойники, и то, что от них осталось. Как из рощ и лесов выходили самые настоящие монстры и безнаказанно бродили по поселкам, пожирая человеческие трупы и тех немногих, кто был жив. Как бегущий в панике человек вдруг совершенно внезапно, на ровном месте превращался в тень на земле, сгорал заживо в бьющем вверх факеле пламени или рвался на части, в разлетающийся по земле фарш. Да много чего еще.

Сорок тысяч способов подохнуть, в далеком темном будущем все очень, очень плохо, и далее по тексту. Кстати, веселят вездесущие у автора утлые деревянные домишки. Про существование добротных кирпичных домов он, видимо, не в курсе. И что за ересь с оживающими покойниками на кладбищах, где после первой аварии разве только самоселы кого-нибудь и хоронили? Скелеты без мышц и связок как двигались? Или у нас тут фэнтэзя и некроманты? Ну, тогда понятно. Во славу Плети!
И это мы еще не говорили, что за все это время кладбища заросли бы настолько, что от прочего леса не отличить.

Сухая трава печально шелестела под ногами. Полынь — здесь было так много полыни! — качала своими метелками, в воздухе витал ее пряный запах. Чернобыль… Черная быль. Комаров пригляделся к насыпи, туда, куда вела тропа: там уродливо горбились неведомо когда застрявшие там железнодорожные вагоны и дизельный локомотив. У местных бродяг, скорее всего, уже был там проторенный проход на Болота.
Через еще добрых сотню шагов Литвинов вдруг вскинул вверх руку:
— Стой!

Начешуя он говорит, если уже жестом всех тормознул? Начешуя в этом опусе вообще нужны жесты, если персонажи их постоянно озвучивают?


Солдаты ощетинились автоматами, а двое бойцов медленно, предельно осторожно двинулись вперед, держа тропу под прицелом. И только тут Комаров заметил причину этой тревоги.
Ярко-оранжевый лоскут ткани от защитного комбинезона, который выдается всем научным сотрудникам, отправляющимся в экспедицию за пределы комплекса. Такие же были и на Джине с Павлом. Комаров сжал кулаки и тихо застонал. Самые худшие его подозрения подтверждались.
Лоскут оказался частью рукава костюма, причем — по иронии судьбы, не иначе! — именно правым, там, где был нашит шеврон с именем владельца. Через грязь еще можно было разобрать, что совсем недавно в комбинезоне ходил Павел Степаненко. А внутри ткань оказалась еще и забрызгана кровью, что недвусмысленно свидетельствовало о печальной судьбе ученого. Не сам же он оторвал кусок от прочнейшего костюма (даже не всякий нож его возьмет), обрызгал изнутри красным, вывозил в грязи и бросил на тропу!
Поисковая группа скоро вышла на небольшую поляну перед переходом через железнодорожную насыпь. Впереди «дышала» большая аномалия-ловушка, но Комаров не обратил на нее особого внимания.
На небольшом — несколько квадратных метров — пятачке недавно разыгралась целая баталия. Трава примята, земля кое-где взрыта, везде валяются трупы слепых собак. Причем, как сразу же определил Литвинов, зверье посекло автоматными очередями. И огонь велся из-за вагонов, с тропы со стороны Болот. Там и обнаружились россыпи автоматных гильз. Стреляли из автоматов Калашникова и американской М16. Опытный военный сообщил, что по собакам палили трое человек. Другой вопрос — только ли по собакам?

И вот это вот все этот опытный военный установил, просто осмотрев поляну? Сыщик и эксперт от Бога, не иначе. Кстати, а почему бы ученый не мог сам отрезать кусок рукава (причем такой удобный?) - например, оставить, как знак поисковикам, учитывая, что научный костюм яркий. Или костюм разрезали, чтобы обработать рану? Всякое ведь бывает.

На траве там и сям виднелись уже подсохшие большие пятна крови, множество клочьев оранжевой ткани, защитный шлем с открытым забралом, мелкие осколки костей. От такого зрелища тошнота так и подкатила к горлу. Запах тоже был соответствующий — тяжелый, уже отдававший пропастиной. Привычные к подобным зрелищам военные рассредоточились и принялись обыскивать кусты рядом, а Комаров достал фотоаппарат и сделал несколько снимков места трагедии.
Экспедиция погибла. Но в полном ли составе? Судя по словам Литвинова, да и соответствуя логике, останки на поляне принадлежат только одному человеку: Павлу Степаненко. А куда тогда девался Шрам? И Джина? Если группа угодила под Выброс, то погибнуть должны были все. И кто тогда растерял собак, которые пожирали тут труп ученого? Комаров знал, что Болота кишат бандитами и разными отморозками. И заявились они сюда, скорее всего, уже после Выброса, перебили падальщиков в надежде чем-то поживиться. А потом ушли, увидев, что брать-то уже нечего. А Шрам и женщина? Может?…

Ну упс. Только вот как вышло так, что остались только шлем и крошево? И ни обглоданных костей? Ни ошметков внутренностей и так далее? И, насколько я помню, события ЧН разворачиваются осенью. То есть, уже достаточно прохладно. Прошло меньше суток. Не слишком ли быстро начало разить гнильем?
Впрочем, я не уверена, что прошло чуть меньше суток. Со временем здесь творится какая-то дикая карусель.

Размышления Комарова прервал крик одного из военных, занявшего позицию возле вагона. Приникнув к окуляру снайперской винтовки, боец следил за кем-то вдалеке.
Все подбежали к нему, Литвинов извлек мощный цифровой бинокль, поднес к глазам. И выругался, не стесняясь в выражениях, после чего протянул прибор Комарову.
Расстояние в примерно километр было совсем даже не помехой для хорошего бинокля, и фигуру в оранжевом костюме Комаров увидел как если бы она была в десятке шагов от него. Джина Кролл медленно брела по болотистой земле, то и дело проваливаясь по щиколотку и медленно, как бы нехотя освобождая ноги. Походка всегда энергичной, спортивной женщины теперь напоминала движение кое-как передвигавшегося наполовину парализованного инвалида. Или плохо сделанного робота. Голова Джины, непокрытая защитным шлемом, вяло свешивалась набок, темные волосы торчали в разные стороны, похоже, уже заляпанные болотной грязью. Женщина явно брела без определенной цели, сама не зная куда и зачем.

Подробности он тоже разглядел в бинокль?

Боец снова приник к окуляру винтовки, но Литвинов хлопнул его по плечу:
— Не стрелять.
— Не стрелять! — пересохшими вмиг губами сипло повторил Комаров, — Надо догнать ее!
— Зачем? — тихо спросил майор, — Мы ей уже ничем не поможем…
— Все равно, — бормотал, как в лихорадке, Комаров, пораженный увиденным до глубины души, — Нельзя же так просто убить, надо попытаться хоть что-то сделать…
— Не знаю, — Литвинов пожал плечами, — Я думаю, она будет благодарна за пулю в голову.
Джину они догнали спустя час. Женщина, шатаясь, брела куда-то вглубь болот, спотыкаясь на каждом шагу и часто падая, но даже не пытаясь стереть с себя полужидкую липкую грязь. Совершенно пустые глаза смотрели вперед, обескровленные губы что-то неразборчиво шептали, изо рта медленно стекала по подбородку слюна. Удивительно было, как ей повезло не попасться на корм местным тварям, не влететь в ловушку или попросту не утонуть в трясине. Наверное, какие-то остатки инстинкта самосохранения страховали Джину от фактического суицида. Она шла медленно, монотонно, даже не реагируя на крики спешащей следом поисковой группы.
Комаров первый подбежал к ней, схватил сзади за плечо.
— Джина! Стойте!
Женщина безучастно обернулась к нему, вперившись пустым, мертвым взглядом. Потом молча попыталась развернуться и продолжить путь, но бойцы уже завели ей за спину руки, сковали их браслетами наручников. Джина, впрочем, совершенно не заметила этого и не попыталась противостоять или хотя бы убежать.
— Это хорошо, — деловито заметил Литвинов, — Спокойная! Думал, бросаться начнет, кусаться.
Дав сигнал по рации, майор получил подтверждение о вылете вертолета. Скоро группа будет эвакуирована с Болот. Джину тем временем связали дополнительно длинным страховочным фалом, спутав ей ноги и руки и аккуратно положив на землю. Женщина медленно, с ужасающим постоянством вновь и вновь пыталась встать, вяло извиваясь при этом во все стороны, но явно не понимала тщетности своих попыток. Глаза ее все также оставались мертвы и неподвижны.
Комаров сидел рядом прямо на мокрой земле и, сглатывая слезы, неотрывно смотрел на еще совсем недавно симпатичную, так и лучившуюся энергией и жизнью молодую женщину, теперь превращенную в живой труп. Выброс необратимо выжигал те части мозга, которые отвечали за личность человека, оставляя только примитивные навыки моторики и минимальные остатки информации о мире и жизни. А кто-то, как наверняка Павел, просто умирал… Или, судя по рассказам бродяг, превращался в чудовищ. Комаров все это прекрасно знал — сам сколько раз видел зомби и даже пытался исследовать их, когда их притаскивали пойманных живьем. Но одно дело методично изучать или потрошить просто ходячие трупы. Другое дело — когда им становился твой коллега, товарищ, которого ты привык видеть живым и здоровым.
В небе залопотали винты вертолета.
Комаров поднял глаза вверх, грязным кулаком вытирая слезы.

Кстати, Джина еще недавно была женщиной средних лет, нет? А тут вдруг помолодела. А крокодиловым слезам Комарова я не верю - не после чисто утилитарного отношения к коллегам, прямо показанного в начале эпизода. И, клыки Малала, зомбированные пси-излучением - не ходячие, блин, трупы, они живые!
Зато автор наконец-то вспомнил, что у вертолета есть винты.

На этой ноте у нас и заканчивается дутая трагедь, а дальше мы узнаем о ненадежных торговцах и о том, как Иван-дурак дверь стерег понты кидал.

Следующая часть: https://fanfics.me/message599502
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 29
#длиннопост
#Перловая_каша

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message560593

И года не прошло, а, наконец, вернулась. Конечно, я могла бы придумать отмазки в стиле несравненной мадам Зизи, пожаловаться на здоровье и хроническое воспаление хитрости, а заодно собрать донаты, но вместо этого я честно признаюсь, что меня одолела гигалень. Но перлы не ждут, так что продолжаем :)
Итак, фанфик Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада", эпизод шестой - конь в пальто, или как поднять большие проблемы с пола:

…Он медленно приходил в себя. Первое ощущение, которое появилось после черной, глухой пустоты беспамятства — тяжелый стальной обруч, плотно-плотно надетый на голову, и сжимавший череп так, что мозги готовы были потечь через уши, нос и прочие «технологические отверстия».

Хм, через глазницы? Или какие еще "технологические отверстия" в голове у нашего крутого сталкера?

К горлу резко и мощно подкатила тошнота, и бродягу бы вырвало, если бы было чем. Желудок был звеняще пуст и, как казалось, сжат до размеров теннисного мячика. А все остальное пространство внутри занимал мертвящий холод.
Проводник открыл глаза, дождался, когда потолок перестанет плавать и вертеться пьяным вертолетом, и только тогда увидел расфокусированным напрочь зрением

Стоп, что? Увидеть расфокусированным напрочь зрением? Увидеть? Расфокусированным напрочь?
Кхм. Ладно, продолжим.

...два склонившихся над ним лица. Одно — с изрядной проплешиной, чисто выбритое, худое и с шикарными «пушкинскими» бакенбардами, второе — совсем лысое и из-за пышных усов напоминающее сытого пожилого моржа.
Бродяга пошевелил руками, согнул и разогнул кисти. Не связаны, следовательно — не в плену у бандитов или какой еще нечисти. Так, минуточку… А как он вообще сюда попал? В голове вертелись хороводом отрывочные воспоминания, которые никак не могли сложиться в единое целое. Наверное, это бы очень злило, но сейчас бродяге было настолько худо, что на разные сильные эмоции не оставалось сил.
— Живой? — спросило усатое лицо.

Нет, блин! В упыря обратился и восстал из мертвых!

Голос доносился до сознания проводника, как через толстое ватное одеяло, да еще с каким-то колокольным призвуком. Только сейчас он ощутил, что на голове у него что-то надето, вроде тканевой повязки. Бродяга вяло поднял руку, чтобы пощупать ее, но «Пушкин» остановил его:
— Не надо. Мы сканируем энцефалограмму твоего мозга,

Как обычно, автор напихал в текст умных слов, но забыл узнать, что они означают. Ну, или, хотя бы, как правильно употребляются.

— и повернулся к «моржу», — Судя по показателям приборов, у него полностью разрушена нервная система. То есть, фактически все «выгорело», как у обычного телефона, если подать внутрь бытовое напряжение. Человек с такими повреждениями не может жить даже чисто теоретически. Но все другие показания просто отличные. Парадокс. Беспрецедентный парадокс.

Действительно, парадокс! С полностью разрушенной нервной системой выходит даже не овощ, а труп. Даже у канонических зомби нервная система разрушается не полностью - уничтожается все, что связано с личностью, но остаются рефлексы и иногда остатки памяти и самой примитивной соображалки. У Шрама же, по канону, Каланча обнаружил "серьезные повреждения нервной системы" при отличных показателях прочих функций организма, и именно потому счел этот случай парадоксом (ну и, потому, что на тот момент Шрам был единственным, кто пережил выброс на открытом месте). И в который раз у меня возникает вопрос: ну нафига ж заменять канон неадекватной отсебятиной?

— Ты помнишь что-нибудь? — спросил у бродяги «морж».
— Да… — проводник услышал свой голос как бы со стороны, сухой, совершенно безжизненный, какой-то надтреснутый. — Я вел на окраине болот группу ученых из исследовательского лагеря под руководством профессора Комарова. Потом… Потом было что-то. Не помню.
— Все ясно, — «Пушкин» аккуратно снял повязку с головы лежащего навзничь бродяги и куда-то убрал, — Меня зовут Каланча. Это фамилия, имя, думаю, тебе знать нет смысла. А это Лебедев, мой начальник. Ты находишься на базе группировки «Чистое небо», почти в самом центре Болот. Был очень сильный, незапланированный Выброс, под который ты и попал. Наши разведчики случайно наткнулись на тебя через час после катаклизма, и там уже собирались собаки. Рядом с тобой нашли труп ученого, тащить сюда, конечно, не стали, сам понимаешь, путь неблизкий. Тебя, когда увидели, что еще дышишь, принесли, но мы думали, что ты скоро умрешь. С такими делами, как у тебя, долго никто не живет. Но ты пришел в сознание, говоришь и даже что-то помнишь. Это вообще уже из области фантастики. Как тебя зовут? Можешь ответить?
— Шрам, — бродяга облизнул пересохшие губы, чувствуя, как понемногу разъясняется в голове, — Обычно меня зовут Шрам. Я наемник, работаю проводником и охранником у Комарова.
— Что ж, вполне обоснованно. Я бы и сам тебя так назвал, — улыбнулся Лебедев. — Что еще помнишь? Не спеши, подумай, поройся в памяти.
— С нами была еще женщина, аналитик — биолог…
— Нет, ее тела мы не нашли, там были только ты и мужской труп.

Да, понятно, что Шрам явно не до конца пришел в себя и не вполне трезво соображает. Но канонный диалог с Лебедевым опять же смотрелся адекватнее, а тут два с половиной коня в пальто с ходу выкладывают друг другу экспозицию.

Бродяга осторожно, цепко держась руками за основание кушетки, на которой лежал, сел и пощупал руками голову. Ага! На тех местах, где были прикреплены датчики, и без того коротко остриженные волосы были аккуратно выбриты. Значит, придется какое-то время ходить плешивым. Ничего, это не страшно.

Заметьте - Шрам не испытывает никаких последствий длительной отключки и пинка от выброса. Иной человек (я, например) со сна-то тупит и периодически залипает на что-нибудь. Игомех игромехом, но и матчасть учить нужно.

— Что теперь будешь делать? — деловито спросил Лебедев.
— А что мне можно сделать? — резонно осведомился в ответ Шрам, — Я вроде бы на вашей базе, вы и хозяева положения. А вообще — мне надо уходить.
— Видишь ли, какие дело, — Лебедев взял стул и сел на него верхом

И поскакал. Что, одна я вспомнила скачки верхом на стульях из "Большой прогулки"?
Ладно, ладно, всё...

— Хотел бы попросить тебя о помощи. Наша группировка — в первую очередь ученые, исследователи Зоны. Боевиков и профессиональных вояк среди нас мало. А на Болотах очень много разной нечисти. С тварями-то мы сами разберемся, черт с ними. Но от бандитов вовсе житья не стало, причем ладно были бы они хоть те, кто живет по их «понятиям», с главарем, Йогой, я бы договорился как-нибудь. Но ведь сюда в основном сползаются именно те, кто даже там, в их шайке не ужился. Ренегаты самые настоящие.

И снова - тут появился неизвестно кто неизвестно откуда, а ему уже квест выдают, то есть, простите, просят о помощи в противостоянии с бандюками. И снова - игромех игромехом, но что Лебедев и остальные небовцы знают о Шраме? А почти ничего. Конь в пальто - и то заслуживающий больше доверия персонаж на его фоне в глазах местных.

Шрам кивнул в ответ, дескать, слышал про такое, и не раз. На Болота он сам глубоко не заходил, но про «Чистое небо» он слышал, и довольно часто, даже пару раз пересекался с членами этой группировки на базах у торговцев и бункере Комарова, да и о ренегатах толковали часто, много и далеко не с положительными эмоциями.

Ой ли? Что мы помним по канону? А не знал никто про "Чистое небо". Прятались они ото всех, о себя не заявляли, и на то были серьезные причины. В игре, кстати, это не раз подчеркивалось.

— Вот так и получается, — продолжал Лебедев, — Что нам до зарезу нужна помощь спеца. Ты, насколько я понял, наемник — профессионал. Комаров с кем попало дел не имеет, и если уж взял тебя охранником, значит, ты того определенно стоишь. Вообщем, мы помогли тебе, фактически спасли жизнь, а ты уж, будь ласков, помоги и нам. Чудес от тебя никто не просит, просто повоюй немного на нашей стороне. Главное для нас — восстановить контроль над тропами между нашими перевалочными базами. Ренегаты часто нападают на группы наших бойцов. Зачастую отбиться от них удается только с большими потерями, нас и так не очень много, и терять людей мы не можем себе позволить. Ну так как? Могу рассчитывать на тебя? Могу даже заплатить за помощь. В пределах разумного, естественно, мы ведь тоже не миллионеры.

Ну, точно. Вот и квест.

Шрам медленно встал, прошелся взад-вперед по комнате. Координация вроде бы пока не подводила, ноги держали и даже не тряслись, туман перед глазами уже рассеялся. Бродяга почесал правое предплечье, потом закатал рукав и с удивлением увидел пару свежих дырочек от уколов в вену, аккуратно заклеенных кусочками лейкопластыря. Вот оно что, еще и медикаментами какими-то накачали. Что ж, спасибо, иначе ни за что бы так быстро не встал…

У Шрама рентгеновское зрение? Иначе как он разглядел проколы под пластырем? И снова - никаких последствий длительной отключки.

— Помогу, — кивнул наемник. — Оружие мое не нашли? «Винторез» был.
— Нет, — не моргнув глазом, покачал головой Лебедев, — Мои люди только тебя принесли.
Бродяга только хмыкнул в ответ. Скорее всего, ушлые ходоки просто заначили хорошую и мощную винтовку, причем об этом, скорее всего, не знал даже сам их начальник. Какой смысл был Лебедеву врать своему новому союзнику? Ладно, неприятно, конечно, но не фатально. Была бы голова и руки целы, а добыть и десять винтовок можно.

Дисциплина? Ответственность? Не-а, не слышали, все сталкеры у автора маргиналы и отбросы, которые не упустят случая укрысить чужое. И никто, конечно же, ничего не проверяет.
А винтовку Шрама из вступительноо ролика, кстати, в игре можно отыскать.

— Посиди пока тут, — сказал Лебедев, — отдохни немного. Можешь даже вздремнуть. Потом я распоряжусь, чтобы тебя покормили, выдали оружие и патроны. Получишь распоряжения — и вперед.
Шрам только кивнул головой в ответ. Что тут еще можно сказать?..

Что сказать? Привет, ГГ, вот тебе квест, пшел выполнять! На этой бодрой ноте завершается разбор очередного "кусика". Впереди у нас эпизод седьмой: о сыщиках от Бога и крокодиловых слезах. И надеюсь, его я выложу раньше, чем эту часть!

Следующая часть: https://fanfics.me/message599457
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 32
С Днём Рождения! :)
Показать 1 комментарий
С Днем Варенья!!!
Показать 1 комментарий
#длиннопост
#Перловая_каша

Вы нас не ждали, а мы приперлись! Всем привет, с вами снова Алхимик. Знаю, я надолго выпала, но тому были причины. Ну, а сегодня у нас продолжение обзора фанфика Григория Крячко "Шрам. Обретение ада", эпизод пятый: назло бабушке отморозим себе уши, или Лирой Дженкинс снова в деле.

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message549818

Стрелок стоял на высоком холме и смотрел на Припять. Мертвый город угрюмо таращился на мир окнами заброшенных домов, тянулся к серому и мглистому небу нагромождениями металла и цемента. Печально шуршали в нем мокрые от дождя кроны деревьев, вечный бродяга-ветер гонял по растрескавшемуся и вспученному асфальту ворохи мусора и палых листьев. Где-то далеко, почти на пределе видимости возносилось в небо ржавое колесо обозрения. Удивительно, но оно медленно крутилось, и в кабинках для людей, если глянуть на них ночью, можно было заметить какие-то страшноватого вида кучи тряпья.


И снова отрывок сразу же вызывает интересные вопросы.
Первый: Стрелок что, за Выжигатель прошел? Нет? А что он тогда делает так близко от Припяти?
И второй: что за тряпье в кабинках? Опять пошло нагнетание? Колесо в восемьдесят шестом году так и не успели запустить. Ну, а позже - какой дурак вообще полезет на ржавое колесо обозрения посреди аномальной зоны? В игре вокруг него еще и сплошные "Электры", кстати.

Город был и вправду мертв. Ни один человек не бродил по его улицам, только жуткие твари по ночам вылазили из его подвалов и катакомб, щерили клыки, принюхивались и рыскали в поисках добычи.

А почему ночью - чтобы страшнее было? Или охотиться на редких суицидников? Удивительно, как они еще от голода не вымерли, бедные...

Стрелок глядел туда, где утренняя дымка скрывала своей пеленой угрюмую громаду сердца Зоны — легендарную ЧАЭС. Оттуда раскатывались убивающие жизнь Выбросы. Там билась чужая, страшная, пугающая человека жизнь. И там лежал главный ключ к тайнам Проклятой земли.
Бродяга на холме сжал кулаки до хруста в суставах. Если бы он только смог пробраться туда, дальше, куда он так и не попал несколько лет назад, когда ранение остановило его на пороге цели! Надо сказать, судьба была к молодому ученому благосклонна: он выжил и с товарищем вернулся назад. А те, кто пошли дальше, все так и сгинули там, приняв на себя крест призраками бродить по Зоне, пугая отчаянных бродяг и порождая страшные легенды. С тех пор много утекло воды… Эдик тогда так и не добрался до Саркофага. Потом была еще одна попытка, но его и его товарищей остановило страшное излучение возле самой станции. Но Стрелок еще обязательно сделает то, что решил! Обязательно! И у него уже были весомые шансы на исполнение мечты.
Только надо немного подождать. Запастись всем необходимым. И тогда он сможет проникнуть в самую главную тайну рождения Зоны, а возможно — и убить, уничтожить ее. Человек очень упрямое животное, и готово ломиться в закрытые двери до тех пор, пока последние преграды не рухнут перед ним. Стрелок непременно сделает то, что задумал. Он дойдет до Саркофага и разыщет Монолит, легендарный Исполнитель Желаний. Он знал, какую именно мечту принесет ему.
Слишком много было пролито крови за это желание. Слишком много своих и чужих жертв принесено. И Эдик-Стрелок никогда не остановится, пока не добьется своего. У него есть многое: время, доходящее до фанатизма желание, время, деньги, а главное — надежные друзья и помощники. Разве этого мало? И он бросит вызов неразгаданной тайне.
Будто услышав его мысли, Зона откликнулась на них. Протяжный, долгий вой неведомой твари раздался где-то на улицах мертвого города. Стрелок улыбнулся тонкими губами, глядя на Припять, дескать, слышу, слышу, и все прекрасно понимаю. «Я обязательно приду…»

Можем смело уличать Григория Крячко в Ереси Орехова. Ибо Эдиком беднягу Стрелка величают господин хемулевод и его последователи. Кроме того, что-то я мотивации Стрелка не чувствую. Здесь он просто хочет пройти в центр Зоны и посмотреть что-там. Разгадать что-то. Нафига - а, главное, зачем? Снова проблема в подаче: автор не сумел нормально передать мотивацию героя.
Ну и, в который раз замечаю, что текст явно не вычитывался.

Сзади негромко зашуршала листва, хрустнул переломившийся под чьей-то ногой сухой сучок. Стрелок уже заранее знал, кто именно там идет, и все равно резко, рывком обернулся. Правая ладонь уже инстинктивно нашла холодный пластик рукояти автомата.

А откуда он знал, кто это там к нему со спины идет, если они все это время смотрел на Припять? Или у него глаза на затылке? И, да, в который раз замечаю пугающую безалаберность героев при заявленном автором уровне опасности.

Перед ним стояли двое. Один — высокий, худой и даже изящный на вид бродяга в усиленном броневставками комбинезоне, с дробовиком через плечо. Респираторная маска болтается на шее, очки вздернуты на лоб, приминая темные, сильно битые сединой волосы. За спиной угадывается объемистый рюкзак, очевидно, еще и увесистый.
Второй спутник больше похож на бомжа, обитающего где-то на окраинах того же Питера или Москвы, но в силу обстоятельств и конкуренции добывающего себе средства на не очень богатых свалках. Длинный, потертого и помятого вида, кое-где неряшливо залатанный коричневый кожаный плащ, космы волос падают на лицо, недельная щетина, окурок папиросы, зажатый в зубах. Оружия не видно, но это отнюдь не значит, что его нет. Густые брови нависают козырьками над глубоко проваленными, недобрыми глазами. Во всем облике угадывается неуловимая принадлежность к бандитско-бродяжнической диаспоре, этакой вольнице уголовной жизни.

Что ж, повезло - свои. Но у нас тут очередной изуродованный автором персонаж - впрочем, судя по всему, тут один только Призрак и не страшный, как смерть водолаза во время атомной войны.

Стрелок коротко кивнул пришедшим, потом пояснил:
— Я схрон немного распотрошил. По пути в ловушку чуть не попал, пришлось оружие ей скормить, а потом на хвост снорки сели, загнали в подвал. Там Выброс пережидал.

Куда ж он с такими умениями к центру Зоны-то собрался?..

— Ничего страшного, — ощерился обладатель рюкзака и изящной внешности, — Главное, что живо остался. Любуешься? — и кивнул в сторону Припяти.
— Да… Любуюсь… Как дошли?
— Нормально. Только у Клыка небольшой облом вышел.
— Не облом, — проворчал «уголовник», — А мелкая неприятность. Тех людей на месте не оказалось. Но Сидорович говорит, что ушли куда-то на Свалку, а у него самого ламповых усилителей не оказалось, только мелкое барахло, такое чувство, он даже и не понял, о чем я веду речь. Буду искать там, где он сказал… Призрак, доставай давай.
Тот снял со спины рюкзак, не спеша распаковал его и извлек завернутые в полиэтиленовые детали какие-то радиоэлектронные печатные платы и несколько деталей.
— Вот. Примерно так.
Стрелок задумчиво перебрал платы, почитал кое-какие маркировки, отколупал в паре мест ногтем присохшую грязь, хмыкнул и уставился на Призрака.
— Нормально… Значит, осталось совсем немного. «Свет» при тебе?
Рядом с деталями лег массивный просвинцованный контейнер с закругленными углами и герметичной крышкой, содержащий в себе артефакт, зовущийся у бродяг «лунным светом». Кто-то давно заметил, что, несмотря на его устрашающую радиоактивность, он существенно снижал воздействие на мозг человека убийственного так называемого пси-излучения, почти неведомой, но жуткой дряни, превращающей мозг просто в инертную начинку черепной коробки, и человек делался даже не дауном-дебилом, а просто ходячую куклу, тем не менее, зачастую агрессивно настроенную. Ловушки с этим излучением встречались довольно часто, почему-то в основном возле бывших опор линий электропередач или больших и высоких металлических предметов.
Кто-то из ходоков, страдающий от немереного количества ума, зашедшего за разум, утверждал даже, что обвесившись «лунным светом» с ног до головы реально было даже пережить Выброс, но сам проверять не хотел, а других аналогичных гениев, слава богу, не находилось.
— Осталось немного, — улыбнулся Стрелок. — Совсем даже немного. Значит так, господа хорошие: ты, Клык, сходи на свалку и найди там диггеров, как обещал. Пообщайся с ними. Призрак побывает в нашем тайнике на «Агропроме», пусть детали все там полежат. А я пойду до товарища Сахарова… Думаю, ему есть что мне сказать и отдать. Клык, тебе нескольких дней, чтобы собрать резонатор хватит?
— Хватит, — ответил обладатель плаща, — Там сложного ничего нет. Штатный армейский «ДРВ» плюс еще кое-что. Я ж все-таки радиотехник по специальности.

Надо ли говорить, что в первоисточнике не было всех вот этих вот шатаний и встреч близ Барьера? Тем более, что группа Стрелка, старательно тихарившаяся в игре, в этом фанфике ничего не боится и проворачивает свои дела чуть ли не с фанфарами?

— Отлично. Как сделаешь — тащи тоже на «Агропром», я там побываю, возьму все, что надо и пойду на прорыв. Жаль, что вас со мной не будет…
— Пойти-то мы можем, — усмехнулся Призрак, — только вот толку тебе от нас будет, когда излучение в Рыжем Лесу нам мозги спалит? Тебя же и подстрелим в итоге. Прибор-то только один у нас будет, на всех троих его не хватит.
— Знаю, — опустил глаза Стрелок, — Все прекрасно знаю. Спасибо вам, ребята. Сделаю все, что только смогу. А если останусь жив после ЧАЭС — то непременно с вами поделюсь всем, что найду.
Все трое помолчали, а потом Призрак, задумчиво ковыряя носком берца прелую землю, произнес:
— Главное — останься жив. Вот это и будет главная добыча…

Ну, для начала - собирались идти все трое - это в каноне. И обходные пути давно нашли. Но все планы были нарушены чередой случайных и не очень событий - тем не менее, по запискам в тайниках в "Зове Припяти", который автор на момент написания явно прошел, ребята не собирались отсиживаться в стороне.

Что мы имеем в итоге?
Крайне невразумительную мотивацию. Отсутствие логики в поступках персонажей. Вырезание канонной адекватности во имя упоротой отсебятины. И ведь это мы еще даже до бронебойки не дошли...
Ну, а пока что у нас впереди эпизод шестой - конь в пальто, или как поднять большие проблемы с пола, не переключайтесь!

Следующая часть: https://fanfics.me/message599292
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 14 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Всем доброго времени суток, друзья! Прошу прощения за долгое отсутствие, меня одолела осенняя хандра, а вместе с ней и жуткая лень.
Итак, с вами снова Алхимик, и мы продолжаем разбирать фанфик Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада". Эпизод четвертый: псевдоученые в деле, или наконец-то добрались до игровых событий.

Предыдущая часть: https://fanfics.me/message544473

Для начала, думаю, стоит взглянуть, собственно, на вступительный ролик игры, вольное изложение которого у нас пойдет в этом отрывке:
https://www.youtube.com/watch?v=c4hscuJbq8g

А теперь приступим.

— Выброса не будет, — авторитетно заявил пожилой ученый.
Его испещренное морщинами лицо и седая шевелюра как-то совсем не вязались с ярко-оранжевым, похожим на гигантскую надувную резиновую игрушку мешковатым костюмом. Шлем от него с тонированным забралом из поляризованного стекла был пока что снят, и ученый нес его в левой руке. В правой имелся небольшой пистолет, впрочем, глядя на то, как этот деятель его держит, возникали вопросы в целесообразности его ношения вообще.
— Почему вы так решили? — осведомилась шедшая следом женщина средних лет в точно таком же костюме, только без оружия.
— Два дня назад уже был один, и его интенсивность по шкале Бергмана составила…

Мне кажется, или заявлять подобное - это все равно, что сказать "Сегодня дождя не будет, потому что он был вчера", невзирая на тучи? А это точно ученые, или бабки с дедками на скамеечке у подъезда?

— Тихо! — негромко сказал вдруг двигавшийся впереди группы проводник, чуть присел и вскинул руку в условном жесте. Ученые моментально затихли, напряженно вперившись взглядами в фигуру бродяги. Сказывался опыт прежних экспедиций.

Заглядываем в игровую катсцену. Что мы видим? Правильно, Шрам вообще ничего не говорит - и потом, зачем болтать, если он уже предупредил группу жестом? И те же ученые, работающие в Зоне, по логике язык жестов должны знать, потому что шуметь не всегда полезно для здоровья.

Впереди, у разрушенных железнодорожных путей стоял уже много лет, скособочась, ржавый вагон — коробка. Сами же рельсы неведомым образом были выворочены из цепких объятий крепящих их к шпалам мощных костылей, выгнуты, перекручены и вздыблены в воздух. Впрочем, предполагаемая причина этого безобразия имелась рядом: надуваясь, опадая и вяло перемешивая прохладный воздух, тут же пульсировала большая ловушка, «птичья карусель».
«Карусэл-карусэл, кто успэл — тот присэл» — так и просилась на ум фраза из популярного анекдота. Только вот общего у этого жуткого порождения Зоны с детской забавой было немного. Разве что обе они (только с разными целями) раскручивали все, что попало в их действие вокруг своей оси. Только обычная карусель из парка аттракционов никогда не набирала скорость, от которой жертва начинала буквально рваться на куски, и потом не разряжалась с резким хлопком, превращая остатки тела в кровавые клочья, щедро разлетающиеся вокруг.

Я одна не понимаю, какая, блин, цель у гравитационной аномалии? Да и, к тому же, в игре там был Трамплин", а не "Карусель".

Возле вагона и сошедшего с рельс локомотива лакомилась какой-то падалью псевдособака. Кого именно она там пожирала — из-за густой травы было незаметно, но тварь стояла к людям задом. При их появлении она прекратила свое увлекательное занятие и вскинула вверх перемазанную кровью уродливую, похожую одновременно на обезьянью и собачью, голову. Бродяга моментально сдернул с плеча висящий на ремне «Винторез» и щелкнул затвором, готовый продырявить животное. Но стрелять не потребовалось. Собака заинтересовалась вовсе не людьми.
Псевдопес был уже не молод, опытен и трепан несладкой жизнью хищника. И оттого прекрасно знал: связываться с группой двуногих, носящих плюющиеся огнем и болью штуки существ, особенно если ты сам один, нельзя. Это может закончиться смертью даже для всей стаи, а для одиночки — наверняка. Поэтому всегда разумнее ретироваться. А теперь надо вообще нестись прочь, сломя голову, но люди тут уже были вовсе не при чем. Надвигалась опасность гораздо более серьезная, чем возможность получить несколько ран в тело.
Собака последний раз чавкнула мощными челюстями, коротко взрыкнула — прохрипела и вдруг, подкидывая зад, проворно унеслась прочь, куда-то вдоль насыпи. Ученые, глядя на ее бегство, о чем-то весело заболботали, защелкали фотоаппаратом, но проводник внезапно нахмурился. Человек в Зоне — всего лишь часть местной пищевой цепочки, причем — звено лишь где-то посередине, а вовсе не царь и не бог, как в прочем мире. И так поспешно псевдособака, сильный и умный хищник, удирать не станет. Максимум — уберется под вагон и переждет там. Что ее так напугало? Бродяга не знал, и это не нравилось ему еще больше.

И что мы снова видим? Правильно, учить матчасть - для слабаков! Главное, чтобы круто было, и нагнетать, нагнетать побольше. Вот почитал бы автор о поведении хищных животных, может, Шрама бы тут меньше удивило поведение псевдопса. А ученые опять прибыли прямиком из Института Нелепых Стереотипов.

А в следующую минуту это чувство только усугубилось.
Прямо на замерших у откоса насыпи мчалась целая лавина тварей. Псевдоплоти, собаки, несколько кабанов и еще какие-то монстры неслись, сметая все на своем пути, проламываясь через кустарник, расплескивая лужи и разметывая палые листья. Одна из бочкообразных, уродливых плотей с разгона, не видя уже, куда ее несут исковерканные мутациями ноги, влетела в «карусель», и ловушка, будто обрадованная нежданной добыче, моментально взметнула ее в воздух, деловито раскрутила и порвала в брызги . Короткий, резко оборвавший взвизг твари даже не был слышен за грохотом и топотом живой лавины.
Опытному проводнику хватило мгновения, чтобы понять — этих тварей несло сюда не желание набить брюхо свежей человечиной. Их гнал страх. И поэтому бродяга резко хлопнул ладонью по вскинутому уже стволу пистолета ученого, шикнул на него, хотя сам не опустил оружие, только пригнулся, чтобы не было слишком заметно в высокой и густой траве . Хотя ученых в их костюмах не увидеть мог только слепой.
Так и есть. Волна мутировавшей живности пронеслась мимо, едва не затоптав людей, но не обратив на них ни малейшего внимания.

И, да, это волна мутантов, внезапная, как морковка в конфете. То есть, ничего ее не предвещало, и вот она уже здесь. Монстро-стэлс-пехота - впервые на арене!

— Что происходит? — удивленно вскрикнула женщина.
— Очевидно, какая-то спровоцированная активность аномальной эндемичной фауны… — забормотал также сбитый с толку ученый

Наверно, именно так, по мнению автора, разговаривают ученые. В любой ситуации, ага.

Бродяга же прищурился, отчего его изборожденное старым глубоким шрамом лицо стало совсем уж неприятным, втянул носом воздух и вдруг обернулся. С его губ сорвалось только одно слово, пугающее больше всех тварей Зоны вместе взятых.
— Выброс!!!
А из-за горизонта уже неслась, поднимая клубы пыли и дыма багрово-черная волна. По небу молниями пронеслись превратившиеся в тени облака, воздух загустел настолько, что им почти нельзя стало дышать. Тонкий, на пределе слышимости свист перерос в адский вой, выбивающий, выдавливающий из людей все, что делает их способными жить…

Кстати, забавный факт: большинство действующих лиц у автора одарены отталкивающей внешностью. Хотя того же Шрама в игре стремным не назвать. Да, не голливудский красавец, но лицо отнюдь не неприятное, по мне, если бы не вечно жутковато-отрешенное выражение, его можно было бы назвать интересным.
На этом эпизод заканчивается, но я не прощаюсь с вами, ибо впереди у нас эпизод пятый - Назло бабушке отморозим себе уши!)

Следующая часть: https://fanfics.me/message560593
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 19 комментариев
#длиннопост
#Перловая_каша

Увы, фрагмент оказался слишком длинным, чтобы разобрать его одним постом. Так что с вами снова Алхимик, и мы обозреваем фанфик «Шрам. Обретение Ада». Эпизод третий: о молодцах среди овец, плагиате и одержимых экскаваторах, часть вторая.
Первая часть: https://fanfics.me/message544473

Иван побежал, сначала осторожно, чтобы не напороться впотьмах на кусок арматуры или не переломать ноги между железяк, но потом, чувствуя и слыша, как все явственней трясется земля и грохочут гусеницы за спиной, прибавил ход. Ведь еще неизвестно, ожил ли только этот гигант, или постепенно начнет пробуждаться от многолетнего мертвого сна вся Свалка, битком набитая брошенной тут догнивать древней техникой! От мысли, что на него бросятся в охоту ржавые, искалеченные, страшные машины ноги ослабели, и Тайга чуть было не растянулся на земле.
Иван плутал заячьими петлями между уродливых куч мусора и железного хлама, его же преследователь пер напрямую, совершенно не разбирая дороги. «У носорога плохое зрение, но при его массе это уже не его проблемы». Будь на месте экскаватора, скажем, танк или БТР, дело обстояло бы вовсе кисло. Спастись от этих чудовищ бегством шансов практически не имелось. С относительно тихоходным «мирным» строительным агрегатом мускульная сила ног успешно соперничала.
Хриплое дыхание обжигало гортань. Организм упрямо напоминал Ивану, что ему не двадцать лет, и такие марафоны уже переносятся с трудом. Но неистребимая воля к жизни несла тело над землей, подстегивала, толкала вперед. Скоро будет опушка леса, потом — заброшенный поселок. Скорее всего, там и удастся укрыться от чудовища. Или, по крайней мере, отсидеться до утра. Сзади грозно рычали механизмы экскаватора, громыхало железо и лязгали траки. Иван боялся обернуться на ходу, и внимательно, насколько это возможно, смотрел под ноги, силясь различать препятствия в темноте ночи.

Иван ходит в Зону, но, похоже, держит себя в весьма всратой физической форме. Я лично знала и знаю пенсионеров, которые гораздо выносливее и бодрее этого крутого сталкера. Даже в каноничной игровой Зоне, не говоря о реальности, может выйти немало ситуаций, в которых спасут только ноги или скорость реакции. Так что, вспомнив еще и все предыдущее, я думаю, это удивительно. Удивительно, что Иван все еще жив.

Вчера был сильный дождь и земля, впитавшая мутную влагу, была раскисшей, тяжелой и сырой. Иван не заметил, как его нога попала в грязную лужу, поехала подошвой, и человек кубарем покатился куда-то вниз. Впрочем, летел Тайга недолго и скоро растянулся плашмя на бетонной плите, крепко приложившись об твердь лбом. Перед глазами полыхнули искры, во рту обозначился привкус крови, но череп вроде не пробил — и то ладно. Иван быстро вскочил на ноги, нашарил ладонью автомат за спиной, который умудрился не потерять во время ночного марафона. Надо же, сам не заметил, как попал в какой-то овраг.
Мгновением позже исполинская — вполнеба — туша экскаватора, настигшего-таки добычу нависла над краем оврага. Иван метнулся прочь, предвидя то, что сейчас произойдет. Неведомо как, но зрение или дьявольский разум, данные ожившей машине, теперь допустили оплошку, и механизм слишком поздно заметил кромку оврага.
Сырая земля, не выдержав многотонного бремени наползшей на нее туши, чавкнула и поползла вниз. Гусеницы не удержали экскаватор, и громадина тяжело, с металлическим звоном и грохотом осела вниз, покатилась по глинистому склону, переворачиваясь вверх тормашками.
С хрустом подмялась стрела, свороченный на сторону ковш бил в ужасной агонии по земле, пытаясь перевернуть исполина обратно, но не мог. Гидравлические мускулы машины выли на разные голоса, туша ворочалась, даже приподнималась, судорожно дергалась на дне оврага, но выбраться так и не могла. Гусеницы, расшвыривая комья налипшей на них земли и дерна, беспомощно крутились в воздухе. Ржавое, все в подтеках превратившегося от времени в битум масла днище экскаватора уставилось в ночное небо.
Иван, недолго наслаждаясь поверженным волею случая врагом, быстро поковылял прочь. Идти быстро и тем паче бежать он не мог — при каждом шаге левую ногу начинало простреливать острой болью от лодыжки до колена, видать, последствия не самого мягкого приземления на дно оврага. Кость, конечно же, не сломана, иначе Тайга уже в голос выл бы, не в силах терпеть мучения, но хороший, качественный ушиб обеспечен.
Сзади все еще бушевал, рычал, лязгал и грохотал перевернутый колосс. Туша экскаватора ворочалась в овраге, глина, земля и дерн так и летели в разные стороны, но встать на гусеницы и продолжить погоню взбесившийся агрегат явно не мог. И не сможет в ближайшее будущее, что Ивана не могло не радовать — теперь он не сбежит даже от развоевавшейся детской коляски. Черт побери, а ведь завтра будет еще хуже, ногу, скорее всего, раздует до диаметра бревна, и добираться до Сидоровича придется хоть ползком, хоть на карачках.

Как же вовремя подвернулся такой полезный овраг! А если б Иван с самого начала не ползал, а лучше вообще бы осмотрелся перед тем, как разбивать лагерь - глядишь, и заметил бы его заранее. А то и вовсе нашел бы место для стоянки получше, более защищенное, и чтобы местность вокруг нормально просматривалась. И этих ночных побегушек не произошло бы.

Ветер неожиданно прекратился, как будто умер. Или на небесах выключили гигантский вентилятор. В воздухе почти сразу же разлилась прелая сырость, напитанная запахом Зоны. Иван насторожился — только этого ему еще не хватало для полного счастья! Он далеко не первый день топтал землю Зоны и знал, предвестниками чего именно является вот такое затишье. Хотелось прибавить шагу, но нога сама уже решала за человека, с какой скоростью она могла двигаться. Проклятый ушиб! Или все же растяжение.
Воздух начал сгущаться — так казалось в темноте для человеческих глаз. На самом деле он просто начал насыщаться микроскопическими капельками влаги. Они становились все гуще, все плотнее, и скоро уже казалось, будто все вокруг тонет в мутно-белой кисее, обманчиво прозрачной, но на деле так искажающей очертания знакомых вроде бы предметов, что мир вокруг начинал напоминать совершенно неизвестный, дикий и чужой пейзаж, наподобие марсианского или лунного.
Пользуясь последними возможностями нормальной видимости, Тайга доковылял до перевернутой вверх тормашками и немного сплющенной кабины «КАМАЗа», по-пластунски заполз в нее, поворочался, устраиваясь поудобнее, и вытянул из-за спины автомат. Хотя и маловероятно, что какая-то живность выйдет на охоту в такую погоду, оружие под рукой всегда добавляло шансов на выживание. Звуки теперь стали гораздо отчетливее, ярче. Яростная возня экскаватора стала отлично слышной. Но, судя по грохоту и скрежету, дело там так и не сдвинулось с мертвой точки.
Мысленно пожелав бешеному агрегату остаться там в такой позиции на веки вечные, а лучше всего вовсе испариться, Иван подтянул к себе ногу и принялся осторожно массировать пальцами больное место, стремясь определить характер и тяжесть травмы. Как он и предполагал, ничего особо страшного не приключилось — обычный ушиб и не очень серьезное растяжение связок. Но в условиях Зоны, где зачастую все решала прыть и вооружение, хромота становилась серьезной бедой. Слава богу, что до берлоги торгаша и расквартированного рядом в заброшенном поселке небольшого лагеря бродяг рукой подать.
Туман тем временем достиг вовсе молочной консистенции. Хорошо, что он не был ни кислотным, ни радиоактивным, чего нельзя сказать о местных дождичках, особенно идущих сразу или вскоре после Выбросов. Тогда на улицу вообще высовывать категорически противопоказано для здоровья. Вдохнув сырости, легкие сразу же начинало печь огнем, горло принимался раздирать саднящий кашель, а датчик радиации захлебывался истеричным треском. Что ж, вполне справедливо: люди что дали природе, то сейчас и получали сторицей в ответ.
Иван внимательно прислушивался к звукам, доносившимся из тумана. Даже если случится и невероятное и экскаватор все же поднимется на гусеницы, то для того, чтобы найти человека, ему придется использовать явно не зрение и слух. Хотя кто знает, быть может, у монстра есть такие органы чувств, о которых люди и не подозревают? В любом случае, бежать Ивану пока некуда и невозможно, так что осталось только сидеть тихонько, как мышь в норе, и ожидать своей участи.
Туман вряд-ли лег надолго. Максимум на час, как и много раз до этого, он укрыл своим сырым одеялом землю Зоны, но мало кто из бродяг отваживался идти через него. Ловушки становятся практически невидимы и оттого втройне опасны, и возрастала вероятность сослепу напороться на гнездо какой-нибудь твари и послужить ей бонусным подарком в виде ужина в целях компенсации за моральный ущерб от тумана. Потом, скорее всего, ненадолго поднимется ветер и пойдет дождь, разгоняющий остатки мутной пелены…

А знаете, в чем тут проблема? Эпизод с туманом автор тоже украл. Да-да, все из того же многострадального "Луня". Из других книг серии автор тоже вовсю таскает, но вот "Луня" не стесняется копипастить целыми кусками. И хочется спросить: Григорий, у вас вообще есть своя фантазия?!

Грохот беснующегося экскаватора понемногу затих. Неужели механизм все же понял бесплодность своих попыток и угомонился? Или снова встал на гусеницы? Вряд-ли, урчания покалеченного временем мотора и лязга траков не слышно. Интересно, что там такое случилось?
За всю ночь Тайга так и не сомкнул глаз, в сон даже не тянуло. Пару раз ему слышались звуки, похожие на человеческие шаги, неподалеку от его убежища, но из тумана так никто и не вышел. Проявлять свое присутствие Иван, конечно, тоже не стал. Чалдон бы орал, как оглашенный, учитывая его патологическую трусость, звал на помощь или хотя бы выстрелил пару раз. Но непутевого напарника нигде не было слышно. Вряд-ли он вообще уже жив, и Иван даже не питал на сей счет иллюзий. Зона беспощадна к людям.
Когда часовая стрелка на дешевеньких часах на руке Тайги миновала пять утра, туман понемногу рассеялся, но Иван не спешил вылазить из убежища. От длительного лежания больная нога затекла, опухла и нещадно болела. Кроме того, за ночь Иван замерз так, что не хватало сил даже дрожать. Если бы не опустевшая к утру бутылка водки, замотанная в тряпку (чтобы не разбилась) из рюкзака, то пришлось бы вовсе туго. Дрянной сивухи, какую употреблял Чалдон, Иван не жаловал, и денег на качественные напитки не жалел.
От оврага, где покоилось механическое чудовище, более не доносилось ни единого звука. Умер он там, в самом деле, что ли? Солнце медленно вставало, и темнота ночи становилась все прозрачнее, даль снова начало затягивать жемчужной дымкой, но туман не вернулся, просто по утрам всегда бывает так, особенно сейчас, в первые недели осени, когда по ночам стремительно холодает. Впрочем, в Зоне редко бывает хорошая, ясная, солнечная погода.
Выждав еще час, когда станет почти совсем светло, Иван решился прокинуть свою импровизированную берлогу. Извиваясь передавленным червяком и стараясь не шуметь при этом, он выполз наружу и внимательно прислушался. Тишина. Ночные призраки уже отступили, и Зона не казалась жутким преддверием ада. Кстати, очень обманчивое заблуждение, на которое клюют новички… Тайга, пригнувшись, будто солдат под обстрелом, взобрался на вершину кучи хлама и вгляделся в сторону оврага.
Экскаватора не было.

Обоснуя тоже. И, да, что сделал прагматично и трезво мыслящий Иван, сидя в ненадежном убежище в окружении аномального тумана? Правильно, напился!
Да, солнечная ясная погода бывает в Зоне ну просто ужас как редко, и в игре мы это видим (нет). Нет, конечно, это могло бы послужить удачным художественным приемом - у хорошего автора. Например, как в таких условиях человек учиться радоваться простым вещам, даже чистому небу. Но здесь мы это увидим вряд ли - персонажи здесь по-нормальному радоваться не умеют, увы.

Иван от удивления аж протер глаза, обалдело вытаращился на трещину в земле. Куда мог деваться за несколько часов многотонный стальной титан? Все на месте: и распаханная им земля, и полуобвалившийся склон, и даже уродливые следы гусениц, ведущие к оврагу, когда экскаватор гнался за Иваном. А самого агрегата нет и в помине. Неужели он смог сам перевернуться и убраться восвояси? Но где же тогда следы? Чертовщина какая-то…
Иван перевел взгляд дальше и тихо ахнул. Озноб неожиданно пробрал тело.
Экскаватор, как ни в чем не бывало, стоял в точности там же, где и раньше. Будь у Тайги более острое зрение, он рассмотрел бы даже траву и дерн, на треть уже покрывшие вросшие за десятилетия неподвижности в землю тяжелые, ржавые траки, краску, свисающую с металла лохмотьями и выбитые стекла в пустой кабине…

Что сказать... просто кому-то надо было меньше пить. А если серьезно, то даже в не в твердой научной фантастике нужен обоснуй, не противоречащий рамкам и внутренней логике сеттинга. Но у этого эпизода нет даже призрачного обоснуя - и не будет.
И снова вопрос: а для чего вообще вся эта сцена? Чтоб объем расширить? Представить читателю еще одного важного персонажа можно было бы и по-другому и не так глупо.

На сегодня все :) В следующей серии: псевдоученые в деле, или наконец-то добрались до игровых событий.

Следующая часть: https://fanfics.me/message549818
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 21
#длиннопост
#Перловая_каша

Всем доброго времени суток, дорогие друзья!
С вами Алхимик, и мы продолжаем разбирать фанфик Григория Крячко. Итак, "Шрам. Обретение Ада", эпизод третий: о молодцах среди овец, плагиате и одержимых экскаваторах. Запаситесь терпением, ибо фрагмент весьма объемный.
Предыдущая часть: https://fanfics.me/message543889

Холодало. Впрочем, как и всегда к ночи, времени, когда непроглядная темень опускается на притихшую землю. Время, пережив которое, человек вполне может быть достоин ордена мужества хотя бы за то, что смог увидеть рассвет. По ночам из берлог и нор выползают самые страшные и агрессивные твари, приходит их время охоты. Ночью следят в приборы ночного видения из засад снайперы бандитов — мародеров или «охотники за головами». И наконец, смертельно опасные ловушки, более или менее заметные при скупом свете дня, становятся прекрасно замаскированы теменью и оттого втройне губительны.
В одиночку в Зону лучше вообще не соваться, а ночью — и подавно. Всем были хорошо известны случаи, как целые отряды военных, охраняющие научные или спасательные экспедиции просто исчезали, растворялись на пропитанных ужасом землях. Были люди — и нет их. Ни следа, ни трупов, ни крови, ни даже следов. Будто и не рождались вовсе…
Ночью Зона жила даже еще активнее, чем днем. Но — страшной, чужой, ненормальной жизнью. Крики, вой, далекий скрежет и грохот, призрачные вспышки постоянно доносились и виднелись из темноты. Что творилось там, кто кого пожирал или от кого спасался — не знал никто. По крайней мере, желающих узнать это все воочию находилось немного. Опаленные дыханием Зоны, отважные до отчаянности бродяги с наступлением темноты просто бежали прочь, часто бросая богатую добычу на произвол судьбы, не удосуживаясь даже припрятать. Все просто: останешься жить — еще насобираешь. А мертвому никакие деньги не в радость. Тем более что в Зоне с человеком могло приключиться нечто гораздо хуже смерти.

"В мрачной реальности далекого будущего..."
Ой, простите, не та вселенная. Ну, а мы снова отметим уровень опасности, который так старательно накручивает автор. А заодно поинтересуемся: если заявлен такой уровень хтонического трындеца, то зачем столько идиотов лезут в Зону ночью? и почему самая жуть именно по ночам вылезает - чтобы страшнее было?

Двое бродяг у крошечного костерка, разведенного в ржавой до хрупкости бочке, знали про все ужасы ночи не хуже других ходоков. Тем не менее, волею обстоятельств, а точнее благодаря стае собак, загнавших обоих на террикон из металлолома, темень застала их на окраине Свалки. От псов-то благополучно отстрелялись, а вот время безбожно потеряли. Идти в ночи прямое самоубийство, а вот затаиться и переждать опасное время можно рискнуть. Чем черт не шутит? Костер развели, исключительно чтобы подогреть банки с консервами, а потом тлеющие угли будут затоптаны, но не полностью, чтобы дымили немного и этим запахом перебивали человеческий дух. Слабое, но все же спасение от злобной живности, слоняющейся по округе.
В паре десятков шагов от костерка могучей глыбой замер огромный экскаватор, уперев в землю здоровенный, весь заскорузлый от ржавчины ковш. Кабина исполина скалилась мутными от пыли и грязи осколками выбитых стекол, краска с металла большей частью слезла и кое-где висла уродливыми лохмами. Гусеницы на треть уже вросли в землю, между траками пробивалась трава.
Патронов после стычки с собаками осталось немного. Десятка полтора с картечью для ружья — вертикалки и один рожок для старенького АКМа. Одну-единственную гранату потратили, чтобы разрядить мощную ловушку, затаившуюся на тропе, а сворачивать в густые дебри кустарника очень не хотелось. Еще в небогатом арсенале имелись охотничьи ножи, и даже свинцовый кастет, хотя оба бродяги понимали его почти полную тут бесполезность.

А теперь возвращаемся несколькими абзацами выше. Перечитываем описание всевозможных опасностей ночной Зоны. И... что же мы видим? Герои, застрявшие в стороне от обжитых мест ночью, даже не потрудились не то, что поискать сколько-нибудь надежное убежище, так и себя как-нибудь обезопасить. Сидят на открытой местности у костра, спиной к Зоне.
И, да, с каких это пор аномалии разряжаются гранатами? Или больше кинуть нечего было? Да хоть палку какую-нибудь подобрать? По-моему, особенно весело было бы засандалить гранту в "Карусель" :)

Добра сегодня набрали не очень много, но пополнить запас еды, патронов и отложить чуть-чуть про запас хватит: две «мертвые лампочки», «крестик» и «амебу». Плюс Иван Тайга, старший ходок, наткнулся на полуразложившийся человеческий труп, не побрезговал пошарить по карманам и сыскал там посеребренный портсигар и хороший перочинный ножик швейцарского производства. Младший бродяга, которого все звали просто Чалдоном (наверное, за чуть раскосые глаза и неумеренную тягу к алкоголю) шел пустым, но это его мало беспокоило: всю выручку при продаже находок честно делили поровну, хоть деньгами, хоть патронами, хоть едой или выпивкой. Иван прекрасно понимал хитрую и не всегда кристально честную натуру Чалдона и почти все время понуждал его идти ведущим. Пусть хоть так свою половину отработает.
На самом деле в команде бродяг тот, кто шел впереди был почти что смертник: зачастую ловушки и прочие почти всегда смертельные пакости были просто незаметны. Тут уж либо тебя спасает сверхъестественное чутье не желающего гибнуть человека, помноженное на личный опыт, либо тебя уже считай что нет. Одно из двух. Есть еще маленький шанс на элементарную удачу, простое везенье, но он настолько крошечный, что его в расчет брать не стоит. Чалдону нынче именно так и повезло: ходок он был весьма малоопытный, плюс порядочный разгильдяй. Тайга уже приготовился вспоминать заупокойную молитву, но вечер бродяги все же встретили вдвоем.

Логичный вопрос: а зачем ходить в Зону с сомнительным напарником, да еще и алкашом? Хотя, учитывая, что Иван использует его как "отмычку"... Это многое о нем говорит как о человеке.

Тайга смело считался в Зоне ветераном: был тут почти с самого ее появления, то есть уж добрых полтора года.

Зона по версии "Зова Припяти" (а его автор явно проходил, это видно по некоторым моментам в фанфике) образовалась 10 июня 2006 года. События "Чистого Неба" разворачиваются в 2011 году.

Дома и семьи никогда не имел, а сам притек с Урала, где был лесничим, но серьезно повздорил с главой местной криминальной диаспоры: решительно пресек попытку пьяного лесного разгула с пальбой из ручного пулемета по только сумевшему пережить суровую и голодную зиму зверю. Иван, не убоявшись мощного оружия, встретил два «джипа» мафии с ружьем в руках и велел убираться к такой-то матери. Но пьяные чиновник и два бизнесмена первыми открыли огонь, слава богу, только из пистолетов. Тайге пришлось экстренно вспоминать десантные годы армии, благодаря чему у машин оказались пробиты картечью радиаторы, а один из браконьеров легко ранен осколком стекла в жирную физиономию. Учитывая габариты оной, удивительно, что он вообще почувствовал небольшой порез.
Дело пошло в суд, а через неделю у Ивана сгорел дом и сарай с живностью. И лесничий решился: темной ночью он, предварительно собрав нехитрое имущество, сделал схрон, запасся самым необходимым в дорогу и пошел сводить счеты. У одного бизнесмена сжег коттедж, пустовавший той ночью по причине отсутствия хозяев (развлекались на очередной гулянке), у второго — спалил гараж, а чиновнику швырнул в окно шикарной многокомнатной квартиры бутыль с «коктейлем Молотова». После чего схватил рюкзак, небольшую сумку и — поминай как звали.
Иван подался на Украину, в Киев, где у него жил двоюродный брат, сам из местного крестьянства. Но Второй взрыв на ЧАЭС застал бывшего лесничего уже через пару недель после смены места жительства. Поползли страшные слухи, планировалась даже эвакуация города. А потом начались попытки проникновения в охраняемую зону, появились первые ходоки. И Иван, крепко подумав несколько дней, выждав и присмотревшись, взялся за новое ремесло…

Я не буду пускаться в долгие рассуждения - просто приложу следующий фрагмент из книги Сергея Клочкова "Лунь":

— Расскажу я вам историю, ребята. Жил-был на белом свете дядя Гриша. Были у дяди Гриши жена и дочка, и работа была интересная, нужная — ковал Гриша оружие для родной страны. Гордился он и страной своей, и работой тоже гордился, потому как был дядя Гриша патриот. А вот жена у него патриотом не была. Достали её пустые макароны да сырые коммуналки, надоело ей платья свои старые штопать. Ушла от дяди Гриши жена к москвичу с квартирой. Осталась у него дочка умница. Ничего, сказал дядя Гриша, переживём. И дальше стал работать на родную страну и пустые макароны есть, потому что он был патриот. Город, где жил дядя Гриша, был закрытый, а в городе этом был завод секретный, и так случилось, что и город этот, и завод стране вдруг не нужны стали. Остался Гриша без работы. Ничего, сказал он, и это переживём, хоть и макарон не стало. Тогда стал дядя Гриша фермером. Землю вспахал, свинок, курочек завёл на кредит банковский. Коптильню построил даже, окорока, колбасы хорошие делал, люди хвалили. И начала родная страна всяких разных чиновников да инспекторов к дяде Грише посылать, и кормились они с Гриши не хило. Ладно, пережил и это многострадальный дядя. Братков вот не пережил. Не поверили братки, что всё до них уже чиновники скушали, и запылала ферма ясным пламенем вместе со свинками и курочками, а банк забрал у него квартирку.

Так рассказывает свою историю один из сталкеров при попытке вербовки военными - рассказывает со злой иронией и заметно утрируя (и который, кстати, тоже мстил потом обидчикам). Автор же сего фанфика попросту передрал часть биографии другого персонажа, даже не вдаваясь в контекст, еще и добавив откровенно абсурдных деталей вроде ручного пулемета на охоте и спокойного пересечения государственной границы.
И, кстати, это не единственный бездумно содранный момент из "Луня", да и из других книг по вселенной тоже.

И, надо сказать, не жалел. Деньги появились почти сразу, пусть и небольшие, но за полгода угрюмый бородатый сибирский мужик, которого другие бродяги сразу же и прозвали Тайгой, сумел накопить средств на небольшой клочок земли со стареньким домиком в одном селе всего в паре десятков километров от границы Зоны. На жизнь хватало, и можно было бы смело забросить опасное и рискованное шастанье по Зоне, но… Иван не смог. Он понял, что полюбил это место, ту страшноватую, но притягивающую атмосферу тайны, окутывающую Зону. Отказаться от дела бродяги Тайга так и не сумел.
Впрочем, очень уж глубоко в заброшенные земли он и не забирался. Первый год после своего рождения Зона не очень охотно показывала свои клыки и когти. Мутантов развелось немного, ловушки хоть и встречались, но не «полями», и охотников за находками-артефактами развелось уже довольно много. А потом Зона во время одного из очень мощных Выбросов вдруг изменилась.
Это случилось всего месяц назад. Выброс длился небывало долго — почти день, в Зоне все грохотало и полыхало, солдаты на блокпостах с перепугу зарылись, как кроты, в землю, подогнали тяжелую бронетехнику и боялись поднять нос из-за бруствера окопа. Те бродяги, которые ушли в ходку, бесследно пропали, а оставшиеся разбежались кто куда, подальше от непонятного катаклизма. А потом свистопляска утихла, и первые досужие ходоки поползли под покосившимися столбами с колючей проволокой, нашаривая в земле мины длинными стальными спицами. Среди них был и Тайга. Он не узнал Зону, и сам чудом остался жив после этой ходки. Появились новые твари, новые ловушки и вообще творилось черт знает что. С тех пор оставшимся в живых ходокам пришлось серьезно задуматься над перспективой своего ремесла.

И снова - привет бездумному сдиранию. Да-да, все из того же "Луня". А именно - попытка привязать к игре описанную в книге третью катастрофу, после которой границы Зоны значительно расширились, а сама она стала гораздо опаснее. Только вот одно "Но": в игре ее не было. Более того, весь каюк начался сразу же, в 2006 году, а причиной большого движа на момент "Чистого неба" стал Большой Выброс, с которого все началось и до которого мы, кстати, в фанфике все никак не дойдем.
Ну и, под такое дело не могу не поделиться своим хэдканоном: на 2011 год пришелся пик сталкерства - грубо говоря, в Зоне стало слишком много людей. Выброс и открывшиеся территории стали поводом для войны группировок, но не были ее причиной.

Тайга сменил ружье на автомат и купил у знакомого вояки старый армейский бронежилет, а также полный костюм химзащиты. Старые кирзовые сапоги, брезентовые штаны и ватник становились здесь уже, мягко говоря, неактуальны. Зона всерьез показала характер, и с этим волей-неволей пришлось считаться.

А, то есть, у нашего опытного сталкера до недавнего времени не было даже более-менее нормальной снаряги. Ах, да, стремясь сделать "покруче" и наворовав кусков из других произведений, автор умудрился сам себе отменно напротиворечить. По отрывкам со Стрелком и учеными выходило, что весь страх-ужас-кошмар был и до того, то есть длится гораздо дольше месяца.

Да и бродяг после катаклизма убавилось. Многие, трезво оценив свои силы и возможности, убрались восвояси, сберегая жизнь от соблазна потерять ее ради сомнительной выгоды. Но только не Тайга. Он уже не мыслил себя без странной, страшной, но от этого не менее любимой Зоны.

Напоминаю, что как раз по игровому канону на момент "чистого Неба" в Зоне и скопилось особенно много людей.

Костерок еле-еле заметной искоркой тлел в ночи. Похолодало, сырой ветер донес прелый запах мокрой листвы, земли, ржавчины и еще чего-то, заставившего пробежать мурашки по спине. Далеко-далеко, в непроглядной темноте завыла собака (собака ли?), к одному голосу присоединился второй, третий, оглашая окрестности тоскливыми звуками с подлаиванием и взвизгиванием. Чалдон зябко ежился и все теснее обхватывал колени руками.
— Сядь на рюкзак, чучело, — ворчливо сказал ему Иван, — Простатит заработаешь.
— Кто с пивом дружит, тому хрен не нужен, — ответил спутник, — Тут с радиацией и прочей гадостью все на свете вообще отвалится.
Иван только молча пожал плечами в ответ, дескать, дело твое. Но в Зоне или где-либо еще, а здоровье следовало беречь. Умрешь ты завтра или нет — это судьба, от нее не сбежишь и не отсидишься. Однако помирать следовало бы на трезвую голову и по возможности здоровым. Глядишь, и поборешься, авось и одолеешь опасность. Иван мыслил трезво и прагматично.

Запомним это. И посмотрим, как трезво и прагматично будет действовать Иван в дальнейшем.

Чалдон вытащил из кармана телогрейки поллитровку водки, свернул хрустнувшую крышечку, глотнул с прикряхтыванием завзятого любителя «этого дела». Тайга молча отобрал у спутника бутылку, отведал и поморщился: водка отдавала голимой сивухой и была явно не фабричного разлива. Криво наляпанная этикетка не внушала доверия.
— Где ты эту дрянь берешь?
— У Сидоровича, — осклабился Чалдон, — Есть дорогая, «Казаки», ее покупать жаба давит, а эта на вкус, конечно, попроще, зато дешевле!
— Жмот ты, — грустно ответил Иван, — Все экономишь. Гляди, доэкономишься, Адам Смит…
Чалдон кисло улыбнулся и присосался к бутылке снова. Иван же извлек нож и вскрыл нагревшуюся банку свиной тушенки. Война войной, а обед строго по расписанию! Оставалось только переждать и пережить эту ночь, а завтра к полудню они уже, глядишь, и добредут до блиндажа, где окопался торговец Сидорович. Конечно, он не даст за товар полной цены, скряга еще тот, но тащиться на болота, до базы группировки «Чистое небо» Иван не желал. Болота имели дурную славу, и много бродяг пропало там бесследно. Говорят, с десяток бродяг устроили себе логово за рухнувшим мостом, на развалинах фермы, и вроде как пытаются вести торговлю, составляя конкуренцию Сидоровичу. Старик, помнится, ворчал, жаловался на них. Тайга к ним тоже пока не станет соваться. Люди незнакомые, непроверенные, вдруг это просто грабители?
Ивана сибирский лес приучил двадцать раз подумать, прежде чем вообще просто показаться на глаза незнакомому человеку. Им мог оказаться бандит, беглый заключенный, озверевший от голода и страха, да и вообще черт знает кто. Давно известно, что человек человеку — волк. А в Зоне и подавно. Нередки были случаи, когда на бродяг, возвращавшихся к Периметру, подстерегали на тайных тропах мародеры-уголовники. Редко кому из ходоков тогда удавалось уйти живым…

Что, простите? О скрывавшемся от всех "Чистом небе" здесь, похоже, знает любая собака. Группы вольных сталкеров друг про друга не знают, хотя как раз именно во время событий игры они начали всерьез объединяться и поддерживать связь. Вольные сталкеры в принципе друг к другу относились весьма лояльно. Одно из двух: то ли Иван умудрился со всеми расплеваться, то ли автор снова навертел какого-то неадеквата. Про сплошную нечисть в сибирской глуши как-то пересказала знакомому таежнику - и тот покрутил пальцем у виска. И, на закуску: а фиг ли сталкеры продолжали ходить по тем тропам, где устраивали засады мародеры? И не были к такому готовы? Не объединялись на опасных участках в группы побольше, да и просто мародеров не гоняли? Я, конечно, не Станиславский, но я не верю.

Чалдон допил водку, через плечо швырнул бутылку в темноту и принялся за пищу. Глаза его масляно блестели, взгляд плавал, на раскрасневшемся лице расквасилась довольная улыбка. «А ведь недолго ему тут осталось, — как-то отстраненно подумал Тайга, — Спекается мужик. Пить начал, как конь, один раз вообще анашу где-то купил и накурился. Боится. Значит, скоро либо погибнет, либо сбежит отсюда. Вернее всего первое. Ясно, значит, больше с ним нельзя ходить».
Вслух, понятное дело, Иван свои мысли озвучивать не стал — бесполезно. Чалдон либо посмеется, либо перепугается, запаникует, натворит глупостей. Бывали случаи, когда из заночевавших вдвоем вот так, у костра, рассвет один встречал с перерезанным горлом или с ножом между лопаток, а второй, сцапав добычу и оружие, мчался прочь сломя голову… До ближайшей, как правило, ловушки. Перепуганный ходок уже почти что покойник.

Забавно: Иван рассуждает о том, что его сомнительный напарник - номинант на премию Дарвина, но... Сам-то он чем лучше? Разве только не пьет, как верблюд, но в остальном-то? На безопасность он точно так же поклал вприсядку.
Ну и, кто бы мог подумать:

— Тссс! — вдруг вскинул палец вверх Чалдон, — Ходит там кто-то.
Иван мгновенно схватил автомат и щелкнул предохранителем. И правда, в темноте кто-то возился, только звуки меньше всего напоминали шаги. Скорее уж невнятный шорох, постукивание, тихий лязг и скрежет, будто пытались открыть намертво заросшую мхом и травой дверь металлического гаража. Черт знает что такое… Иван очень пожалел, что у него нет при себе мощного фонаря. Хотя что бы он там, в темноте, увидел? А если бы и разглядел, то, может, вовсе и не стоило бы это видеть!
Чалдон схватил ружье, поднял и нацелился в темноту. По глазам было видно, что он моментально протрезвел и испуганно таращился в ночь. Тайга чуть отодвинулся от костра, наощупь подгреб рюкзак, набросил лямку на плечо. Вдруг придется удирать? Жалко бросать найденные ценности! А звуки тем временем то утихали, то возобновлялись. Кажется, к ним даже прибавлялись новые, причем с разных сторон.
— Окружают, — проблеял Чалдон. Кадык на его шее припадочно дергался вверх-вниз.
— Цыть! — рыкнул на него Иван, хотя ему и самому было очень не по себе.
Так и тянуло дать в темноту очередь, пугнуть неведомых тварей, возившихся там. Да и себя приободрить. Но нельзя, нельзя. Патроны надо экономить, да и шум поднимать не стоило. Проявление агрессии — верный повод к нападению.

Опытный сталкер, да. Эти два оболтуса оказались вообще не готовы к встрече с чем-нибудь опасным. Досиделись спиной к Зоне, по сторонам не глядя, что уж там.

— Сиди смирно, курвин хвост, — сквозь зубы прошипел на Чалдона Иван, — Не вздумай палить прежде меня. Голову оторву.
В минуты опасности в Тайге просыпалось нечто, что заставляло других людей признавать в нем однозначного лидера, непререкаемого вождя.

Да? Пока что вижу молодца среди овец.

Поэтому Чалдон, вместо того, чтобы заныть и начать зубатиться, покорно затих, только перехватил удобнее свое ружье. Иван прищурил глаза, чтобы не бликовал тусклый свет уже начавшего затухать костерка. Шуршало и скрежетало все ближе, все явственней. Это очень давило на нервы, заставляло тело отзываться нехорошей дрожью, отчего зубы были готовы выбивать морзянку.
Как назло, небо густой пеленой застилали плотные дождевые тучи, и на землю не проливался даже призрачный свет луны и звезд. Наверное, даже огонек костерка был виден за несколько километров даже человеку, не говоря уж о великолепно развитом зрении местной живности.
И вдруг совсем недалеко, в чернильной темноте раздались тяжкие, гудящие звуки, от которых даже содрогнулась земля. Было очень похоже, что рядом запустили огромный механизм. Среди низкого гула даже выделялся надсадный, тягучий визг заработавшей гидравлики, до этого стоявшей без дела несколько десятилетий. Рокочущий грохот ржавых, проворачивающихся шестерен. И дрожь земли от механического движения.
— Мать твою! — заорал не своим голосом Чалдон.
Его нервы все же не выдержали, он взметнулся вверх, как подброшенный невидимой пружиной, и разом засадил дуплетом в темноту, в сторону непонятного гула. В свете вспышек выстрелов Тайга запечатлел в памяти мелькнувший ландшафт свалки. Удивительно — но никаких монстров с кровавыми глазами или шагающих трупов с гноящимися язвами вместо лиц не было и в помине. Все как и прежде. Только мертвая, заброшенная, ржавая техника вокруг.
Мертвая ли???
Чалдон оцепенел, превратившись в статую, только губы на его разом выбелевшем, как снятое молоко лице, тряслись неестественной дрожью. Держа в одной руке ружье с опущенными, еще курящимися дымком стволами, он тыкал второй прямо перед собой, и все силился, силился произнести хоть слово и не мог, у него вырывалось только дрожащее мямленье:
— Ммммма…. Ввввва… Ммммыыы…
Иван невольно повернулся в сторону, куда незряче таращился Чалдон, и сам поневоле замер, пораженный зрелищем. Из ночной темноты, медленно, как в кошмаре, поднималась, сопровождаемая гулом намертво заржавевших механизмов, призрачно видимая в тусклых отблесках костра, исполинская стрела экскаватора. Колоссальный, величиной с легковой автомобиль ковш с загнутыми клыками зубьев навис над людьми перевернутой чашей. Комья земли и какой-то трухи, валившейся из ковша, градом осыпали Ивана с ног до головы. Ржавый болт больно стукнул его по голове и вывел из гибельного ступора.

Одержимый экскаватор пробирается по трупам, их в канавах, смачно чавкая, обгладывают крууты (с)
Ну и, конечно, становится интересно, а как этот опытный сталкер, трезво и прагматично мыслящий, вообще все еще жив? В начале эпизода этот самый экскаватор находился в прямой видимости. И они ничего не заметили! Не заметили, Карл!
Кстати, нифига себе вспышки у выстрелов из ружья - всю округу осветить!

— Беги! — рявкнул Тайга и дал замершему Чалдону могучего пинка под тощий зад, отбрасывая от костра, и сам кубарем откатился в сторону.
Чалдон пулей улетел куда-то в темноту, и совершенно вовремя. Стрела не мгновение замерла над костром, а потом тяжко, как поваленная замшелая сосна рухнула вниз. Ковш с грохотом врубился в перемешанную с ржавым металлом землю, моментально уничтожив костерок и все следы людей, потом медленно, как бы нехотя, завывая гидравликой, подогнулся под стрелу, загребая все, что было под ним, и поднялся снова. Теперь он напоминал подвернутый хобот биомеханического слона, вернее, мамонта.

Почему мамонта? Или экскаватор был волосатым?

Глаза Ивана уже привыкли к темноте, и она, не нарушаемая светом костра, уже не казалась такой уж непроглядной. По крайней мере, угольно-черные силуэты на фоне неба были заметны. Тем более, если они еще и двигались.
Медленно ползла, сотрясая землю, огромная угловатая туша брошенного тут гнить тридцать с лишним лет назад экскаватора. Гусеницы многотонной махины с хрустом подминали под себя, перемалывали кучи древнего мусора. Но механизм двигался не просто так. Он явно кого-то искал, то и дело останавливаясь и неспешно вращаясь кабиной в разные стороны, словно приглядываясь.
Иван быстро, как насекомое, полз в сторону от механического чудовища, забросив автомат за спину на ремне. Армейские навыки не выветрились из головы, тело не позабыло рефлексы, и теперь они спасали жизнь. Куда девался Чалдон — Иван не знал, да и не смог бы поспешить ему на помощь. Тут уж каждый сам за себя. Биться против ожившего стального монстра было бы возможно только с гранатометом в руках.
Тайга видел из-за куска бетонного блока, как экскаватор замер к нему боком, развернулся, выпрямил стрелу и нацелил ковшом в груду мусора. Страшный удар! С хрустом смялся в лепешку какой-то железный кожух, наполовину вросший в землю, а из-за него с визгом и воем метнулась согнутая в три погибели фигурка, упала, потом снова поднялась и понеслась прочь с прытью осатаневшего зайца. Экскаватор рванулся было следом, но куда там! Даже будь гигант новым, только сошедшим с конвейера родного завода, он не мог бы развить на своих многотонных гусеницах скорость мчавшегося от него, спасавшего свою жизнь человека.
Неведомые силы, приведя в действие (без горючего, электроэнергии, масла и водителя!) экскаватор, не смогли все же дать ему сил больше, чем он имел когда-то. Впрочем, и их ему хватало с избытком, чтобы нести разрушение и смерть тому, кто попадется под его гусеницы или ковш.
Чалдон с воем унесся неведомо куда, но экскаватор не успокоился. Он несколько раз, будто в неутолимой ярости, со страшной силой ударил в землю, взметывая из-под зубьев какие-то обломки, а потом уверенно развернулся и довольно быстро пополз в сторону Ивана. Гусеницы лязгали и скрежетали, ощерившаяся пустая кабина мерно раскачивалась из стороны в сторону.
Тайге стало панически страшно. Он почти потерял голову от небывалого, захлестнувшего его полностью ужаса, но нечеловеческим усилием воли удержал в себя в руках. Прятаться было бесполезно, стрелять в монстра — тоже. Оставалось только драпать со всех ног по примеру Чалдона. Иван уже даже не задумывался, каким образом мог ожить в противоречие всем мыслимым и немыслимым законам физики и механики этот сто раз мертвый до невосстановимого состояния набор металлолома, причем не просто придти в движение, а стать вполне осмысленным и последовательным убийцей. В Зоне такие вещи происходили сами собой так же естественно и непринужденно, как, скажем, шел дождь, или дул ветер. Ивана гораздо больше беспокоил вопрос, как спастись от разгневанного стального чудища.

Так может, сразу надо было бежать, а не ползать? Пока была фора, тупо найти место, куда наш одержимый экскаватор не пролезет? Снова Иван мыслит трезво и прагматично, да-да. И все-то в Зоне существует только затем, чтобы убивать. Дефицит фантазии у автора или да?

Увы, целиком обзор отрывка в один пост не влез. Придется разбивать - так что не переключайтесь!

Следующая часть: https://fanfics.me/message544558
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 28
#длиннопост
#Перловая_каша

Ну, раз уж пошло такое дело, продолжим. Итак, обзор фанфика "Шрам. Обретение Ада", эпизод второй: Институт Нелепых Стереотипов.
Первая часть - https://fanfics.me/message543835

Если в первом кусике у нас были салочки на выживание с мутантами, во время которых Стрелок умудрялся подробно рассматривать пейзажи и много размышлять, то следующий отрывок переносит нас уже в более спокойную обстановку - в научный лагерь.
Кстати, уже с самого же начала возникает вопрос. Нет, я допускаю, что мобильных лабораторий в Зоне больше одной. Но где именно находится именно эта - непонятно, хотя с ней связана не такая уж маленькая часть сюжета. Ну ладно, это мелочь, так что посмотрим, что еще автор приготовил для нас в этой части:

Чудовище билось о стальные прутья клетки уже час. Мерно, размеренно, с неодолимой, тупой, всесокрушающей силой. Отходило в дальний угол, склоняло голову и снова и снова бросалось на мощную преграду. Казалось, оно могло так делать целую вечность, и для его шкуры и костей это значило не более, чем для человека хлопать в ладоши. Клетка тряслась и гудела, но, надежно прикрепленная к залитому бетоном полу, даже не шелохнулась.

Кровосос - довольно сообразительный мутант. Он достаточно быстро понял бы, что биться об решетку - пустая трата сил. Он что, желает поскорее убиться об стенку или таким образом развлекается?

Комаров вдруг подумал о последствиях, если тварь вдруг вырвется наружу, и его передернуло от ужаса. Хватало лишь одного взгляда на могучие горбы мышц на торсе и лапах чудовища, на черные когти и воронкообразную пасть, чтобы понять об образе жизни и питании создания. Судя по словам тех, кто лично ловил и вез сюда «экспонат», даже пули против него не особенно эффективны.

Что будет? Транквилизатором его накачают и сунут обратно в клетку, только уже понадежнее. Или пристрелят. Вы верите, чтобы в лагере ученых в Зоне никогда не происходило внештатных ситуаций, и что о безопасности должным образом не заботятся? Я - нет. И, к тому же, вспоминаем заявленный автором уровень опасности.
И, да, сначала разработчики планировали сделать кровососов гораздо опаснее. Но в итоге они и так вышли не слабаками - и при этом отнюдь не неуязвимыми терминаторами. Убить их можно и в одиночку - но тут автор нагнетает так, будто в клетке сидит как минимум Нечто.

Этих существ называли кровососами. Не вполне научное, это имя целиком и полностью оправдывало себя. Народная мудрость воистину всевидяща и всеобъемлюща, ведь именно бродяги, ходоки Зоны первыми видели убийственные ловушки и кошмарных тварей, и именно они и давали им названия. Как правило, удивительно меткие.
Да, кровосос был самым настоящим вампиром. Впрочем, вместе с кровью он с успехом вытягивал из тела жертвы практически все жидкости, в том числе и мочу, особо не разбираясь, где и что. Чудовище нападало быстро, как молния, проламывало череп одним ударом лапы, а иногда просто хватало и тащило к пасти, работающей как гидравлический насос. «Борода» из длинных щупалец на морде в данный момент работала как руки заботливой хозяйки, выжимающей белье после стирки. Этими эластичными мускульными жгутами кровосос оплетал тело жертвы и фактически выдавливал из него все соки, активно помогая себе пастью. «Производительность» работы твари была ужасающей: за десяток минут от человека оставалась настоящая мумия…
Ростом тварь достигала пары метров, веса — полтора центнера, темная кожа кое-где была покрыта пучками жестких, коротких волос, а голова вытягивалась назад, подобно дыне. Одно из достоинств этого универсального охотника заключалось еще и в умении ненадолго становиться невидимым, оставляя после себя только размытую фигуру. Как работал этот уникальный камуфляж — не знал никто, кроме, разумеется, самих кровососов, которые не спешили делиться знаниями с благодарным человечеством.
Обитали кровососы в подземельях, темных сырых подвалах, на болотах, в развалинах зданий и заброшенных бункерах. Черт его знает, каких тварей таила в себе темнота тех местечек, но все знали: кровососы — не худшие из них. Ничего удивительного, что о тех, других не знали ничего, кроме туманных слухов. Те, кто лично повстречался с ними нос к носу, уже ничего никому не могли рассказать. Зона умела хранить свои пугающие тайны.

Ну, для начала: это какой же длины должны быть кровососьи щупальца, чтобы оплести тело жертвы, и что это вообще за гуро с тентаклями, местами переходящее в хентай? И видел ли автор, как отжимают белье после стирки - иначе к чему это сравнение? Еще и за десяти минут полностью выпить все соки из жертвы, да у нас тут кровососы-ударники труда.
И снова огромный тяжелый монстрюга, хотя кровосос при его высоком росте довольно худой и, вдобавок, сутулый.

Кровососа изловили два дня назад в Темной Долине. За дела взялась военизированная группировка бродяг, называющая себя «Долгом». Впрочем, с задачей они справились на удивление быстро и сноровисто. Тварь привезли в кузове «ГАЗ-66», упакованную, как посылочку и обвязанную тросами вдоль и поперек. На вопрос о потерях в личном составе угрюмого вида вооруженные до зубов здоровенные парни упрямо отмолчались, коротко поблагодарив, взяли причитающиеся им деньги и также молча отчалили восвояси.

То ли кровосос имба, то ли долговцы у автора косоглазые и криворукие. У того же Калугина кровососа для ученых повязали втроем. И, повторюсь, не такая уж мощная тварь кровосос, так что авторские нагнетания вызывают, скорее, фейспалм.
И, кстати, а как долговцы ловили кровососа в Темной Долине, если это территория их заклятых врагов, сиречь "Свободы"?

Комаров, не показывая этого, побаивался всю эту разгульно-дикую откровенно уголовную братию, именующую себя бродягами. Хотя кое-кто окрестил их сталкерами, проводя аналогию с общеизвестным фантастическим романом братьев Стругацких. Черт его знает, как там вернее, но интуитивно Комаров избегал прямых контактов с ходоками. Не говоря уж о том, что практически все они находились тут на нелегальном положении, что само по себе уже подразумевало уголовную статью с вытекающими последствиями.
Плюс хранение, ношение а подчас и изготовление огнестрельного оружия и взрывчатых веществ. Плюс — что уж греха таить! — убийства таких же собратьев по ремеслу в мелких стычках, мародерство и нападение (пусть и в целях обороны) на армейские патрули.
Да, ученые не раз и не два прибегали к услугам бродяг. Да, щедро их оплачивали, опять же забираясь при этом в государственный карман. Да, закрывали глаза на многие безобразия. Но ведь важен всегда результат, а какими методами он достигнут — уже не особенно существенно! А результат впечатлял, научные лаборатории Сахарова и Комарова получали уникальный, потрясающий материал в виде фауны, флоры, замеров, фотографий и видеозаписей. Одни артефакты, почти волшебные порождения зоны чего стоили! Да еще вдобавок сталкеры осуществляли вооруженное сопровождение экспедиций и нанимались консультантами по вопросам выживания в Зоне.

Почему-то автор ужасно не любит слово "сталкер". Кстати, в "разгульно-дикую уголовную братию" сталкеров тут записывают напрасно: в первоисточнике, да и годных представителях книжной серии картина складывается другая. В игре и у нормальных авторов у людей разные причины для того, чтобы прийти в Зону: кто-то прячется, кто-то начинал из-за какой-то серьезной проблемы, но, решив ее, уже не может бросить сталкерствовать, потому что привык и ему это нравится, кому-то срочно нужны большие деньги, есть и просто "лишние люди", а также романтики и мечтатели всех мастей. Сталкерское сообщество, хоть оно и весьма неоднородно, - отнюдь не дно с мрачными нелюдимыми маргиналами.

Тогда уж к ним на поклон шли даже военные. Втайне от своего тупоголового и недалекого руководства, которое только и сумело отрастить себе карательный орган и применяющего его по надобности и без оной. Зона — территория смерти, зона зла и ужаса. Так ее крикливо называли с экранов телевизоров и страниц газет. Но мало кто всерьез задумывался над тем, какие именно выгоды может принести она для человечества. Да даже если и сказать об этом открыто — кто послушает? Красноречивее будет одно лишь фото изувеченного в ловушке трупа или видео охоты того же самого кровососа — и болботанье о новых лекарствах и приборах будет, мягко говоря, неубедительным.
Но государства уже заинтересовались инновациями, которые уже начали преобразовывать сферы жизни человечества. В первую очередь, разумеется, армию. Те же военные чины, сами себе успешно наступая на хвост, одновременно преследовали бродяг — сталкеров, и в то же время желали выкачать из Зоны «всего и побольше». Наверное, не их вина в том, что у большинства людей с погонами спинной мозг работает успешнее головного.

Парад нелепых стереотипов продолжается: вслед за угрюмыми маргинлами-сталкерами на арену выходят тупые военные. Да-да, конечно же, у людей, чья профессия связана с риском, не говоря о куче деталей, спинной мозг работает успешнее головного.

…Кровосос понял, наконец, всю бесплодность своих попыток, напоследок взялся корявыми, узловатыми пальцами за решетку, чисто человечьим движением потряс ее и, глухо сипя, отошел, сгорбившись в дальний угол клетки. Тварь тяжело и как-то надсадно дышала, при этом издавая почти механический звук, как если бы работал мощный насос. Кровосос застыл на месте, яростно сверкая на стоящего совсем недалеко человека бусинами глаз и угрожающе топорщил щупальца на морде.
«А ведь совсем недавно подобные твари были всего лишь плодом больного воображения маньяка или упившегося вдрызг алкоголика — думал Комаров — Теперь же мы дожили до того, что ловим их на свободе, запираем в клетки и сами же панически боимся за собственные жизни. Дожили. Каким же будет наше завтра? Да и будет ли оно такими темпами вообще?»

Кхм... я понимаю сравнение с бусинами глаз мелких животных. Но глаза крупного антропоморфного хищника-то, совсем на бусины не похожие, тут при чем?
И, да, Комаров, видно, никогда не читал фантастики. Скучный человек, не романтик.

— Геннадий Петрович? — окликнули сзади.
— Слушаю, — повернулся Комаров. — Что там у тебя?
— Я провела замеры, — подошедшая молодая женщина протянула ученому испещренные цифрами отпечатанные на принтере листки, — Вот результаты.
— Молодец, Светочка… Ага… — Комаров вынул из кармана гелевую ручку и поставил на одном из листков несколько пометок, — Сравни вот эти данные с замерами, что мы делали с образца Z-188 и зафиксируй. Поняла? Вот и умница…
Светлана, вперившись взглядом в бумаги, убежала прочь, Комаров долго глядел ей вслед. Симпатичная девочка, да плюс к тому обещает стать неплохим ученым. Жаль только, что характер явно уступал ее внешности и уму. Давно бы уже могла подняться до доктора биологических наук, но из-за несговорчивости и ершистости так и сидит в кандидатах. А чего, казалось, стоило ей два года назад уступить домогательствам Савкина, ее шефа еще в лаборатории Сахарова? Подумаешь, пару-тройку раз разделить койку с ученым мужем… Но Света, говорят, чуть ли не пощечин ему надавала и пригрозила дать знать жене этого деятеля, если еще раз полезет.
Вышибли бы девчонку на Большую Землю, как пить дать вышибли бы, но неприятная история дошла до академика, и Сахаров лично «надавал по ушам» ретивому до женского пола коллеге и приказал оставить девушку в покое. Даже скорее всего не из-за благородных рыцарских побуждений, а из чистого практицизма: людей катастрофически не хватало, а энтузиастов — тем более. Впрочем, Света сама вскоре попросилась перевестись в лабораторию Комарова, и Сахаров даже с облегчением удовлетворил ее желание.

Говорить с научным сотрудником, как с маленьким ребенком, - почему бы нет? Ну, а дальше...
*Глубокий вдох*
Действительно, и почему, <цензура>, Светлана не захотела повышения через койку? Ну, прыгнула бы к начальству в постель, ачотакова? Может, потому, что у нее все-таки есть чувство собственного достоинства и она научная сотрудница, а не проститутка?!
В общем, я не знаю, каким человеком пытался изобразить Комарова автор, но у меня сразу же начало складываться о нем впечатление как об образцово-показательном мудаке. Презирает людей, которые его охраняют, считает чуть ли не уголовниками и дикарями людей, с которыми не брезгует работать, и считает нормой продвижение по карьерной лестнице через койку.
Держитесь, это только начало.

Кровосос тем временем совсем присмирел, опустился на пол клетки и даже свернулся калачиком, демонстративно выставив на обозрение широкую спину с выпирающими узловатыми мышцами и цепочкой горбиков-позвонков. Дескать, поймали, обидели, заперли, да еще и стоите, любуетесь. Ну и хрен с вами, когда-нибудь сочтемся!
Комаров достал цифровой фотоаппарат, сделал несколько снимков лежащей твари и повернулся к дежурившим неподалеку военным.
— Господа, присмотрите за товарищем, — кивок в сторону клетки, — В случае чего — стрелять только по конечностям. Он мне живым нужен.
Судя по кислому выражению лиц вояк, они с удовольствием сделали бы решето из твари, пока она не в состоянии до них дотянуться, пока еще не поздно и такая возможность у нее не возникла. Уж кто-то, а солдаты, имеющие не один десяток рейдов за Периметр, знали, каково встретиться с кровососом в естественной среде его обитания, тет-а-тет, так сказать. И чем обычно заканчиваются подобные свидания. Могучие вооруженные парни в бронежилетах были далеки от науки, зато очень хотели вернуться домой живыми и невредимыми.

Судя по тому, что толпа вооруженных обученных людей в бронежилетах боится одного кровососа - охрану набирали из молодцов среди овец.

Неяркое солнышко, прорывая местами плотную кисею плотных облаков, скупо светило на землю Зоны. Из недалекого леса дул сырой, пропахший неживой гнилью и прелью ветерок. Далеко-далеко взлаивала псевдособака. Все как всегда…
Комаров прошел в свой сектор лаборатории и присел за заваленный бумагами стол. На тумбочке стояла чашка с давно остывшим кофе. Ученый взял ее, с отвращением посмотрел на темную, почти черную жижу и брезгливо выплеснул ее в рукомойник, наскоро обмыл чашку. Надо будет заварить свежий, подумалось ему. Интересно, а Их Величество Сахаров тоже пьет растворимую эрзац — бурду? Или все же расщедривается на настоящий?
Комаров раздвинул пластинчатые жалюзи, закрывающие небольшие окна научного центра, и задумчиво уставился в хмурый пейзаж за тройным бронестеклом, подперев кулаком голову. Наверное, ученый ни разу в жизни не мог еще себе прямо признаться в простом и ясном, как Божий день факте: он боялся Зону. Любил, ненавидел и боялся одновременно. До мозга костей ученый-исследователь, он сознавал то богатство и почти бескрайние возможности, которые давала Зона человечеству. Но также видел, чувствовал и понимал смертельную опасность, исходящую от нее.

Ну, во-первых, то, что у Комарова нет нормального кофе - это только его вина, мог бы и не жлобиться и обеспечить себя, в еще годных книгах серии и некоторые сталкеры доставали себе хороший кофе. Хотя, судя по тому, что пьет Комаров какую-то бурду, он просто жлоб, который даже хороший растворимый кофе себе купить пожадничал.
А во-вторых, что вообще в научном лагере в Зоне делает окно? Тут как бы выбросы бывают.

Завеса жутких тайн притягивала его, но в то же время его панически страшила даже одна только мысль оказаться там, за железобетонными стенами сектора лабораторий и жилых центров одному, без охраны, пусть даже и с табельным оружием. Сколько он там проживет? День? Вряд-ли… Комаров неоднократно видел то, что привозили из экспедиций вместо людей, когда кто-то из военных или ученых попадал в аномалии или в лапы к мутантам.
Помнил, как по нескольку дней подряд работала мощная радиостанция, непрерывно передающая позывные-запросы внезапно исчезнувшей экспедиции, но всегда безрезультатно, с того света не вернулся еще никто. Как доставили в лабораторию изуродованного мутанта, убитого при нападении на отряд военных, в кармане человеческой одежды которого находилась пластиковая карточка-пропуск на имя одного из научных сотрудников, пропавшего в Зоне пару месяцев назад. В оскаленном страшном черепе твари никто не узнал бы лица улыбчивого веселого парня, каким было невообразимое чудовище буквально полмесяца назад.
За год работы тут, в полевой лаборатории Комаров видел и слышал уже столько, что хватило бы на непрерывную череду ночных кошмаров до самой смерти. Только он еще знал и другое: он не ведал и десятой части того, что доставалось на долю бродяг, фактически живших там, в Зоне. Да разве там еще можно жить, в этом непрекращающемся ужасе??? Видимо, можно.
Недаром же существует группировка «Долг», окопавшаяся на руинах старого, еще советской постройки научно-исследовательского института «Агропром», то и дело рыщут шайки уголовников-бандитов, да и те же бродяги, в конце концов. Не каждый же раз они лазят с Большой Земли за Периметр? Если разобраться, то Зона для них уже дом родной. Многие ведь бежали сюда именно от проблем с законом, мафией или просто от безвыходности. Большинство находило тут свою могилу. Но кое-кто и выживал, становясь опытным ходоком, сживаясь с проклятыми землями и уже не мыслящими себя без них.
Да и сам Комаров уже, пожалуй, ни за что отсюда бы сам не убрался. Если разобраться, что ему делать в родном Новосибирске? Скучно… А тут все время что-то новое, интересное, бесконечный ассортимент объектов для исследовательской работы. Вон, в Москве и Питере уже не один десяток академиков только благодаря Зоне уже нарисовалось! А какие у них там дебаты, какие симпозиумы собираются, чуть ли не до мордобоя доходит. Уже и исследовательские комплексы открываются. Это же кормушка, к которой не протиснешься от плотнейшим образом стиснутых спин и задниц! Комаров был как-то раз в столице с докладом, видел огромный зал, битком набитый учеными мужами. И лица-то все маститые, с громадными научными званиями! Им же Зона — кусок хлеба, с маслом, колбаской и икорочкой поверху. Научная плеяда! Интеллигенция! А в сущности — серпентарий. Иди-ка они все подальше, в тот гадючник точно соваться незачем. Лучше уж иметь немаленький вес тут, в Зоне, чем быть шавкой-прихлебателем в столице, или том же Новосибирске.
За окном тем временем солнце окончательно скрылось за тучами и начал накрапывать серый дождик. Комаров зябко поежился, хотя в помещении было тепло: автоматические кондиционеры всегда стабильно держали заданную температуру. А вот на улице становилось явно неуютно. Капли дождя били по бетону, краске и дюралю покрытий. Небо снова молча и тихо плакало…

Вы тоже слышите это? Голос типичного ведущего с типичного РЕН-ТВ?
И Комаров снова возмущается, какие все плохие, но мне показалось, что он, скорее, рассуждает как одна нам известная "аристократка": я сижу в долбенях и не могу пробиться наверх не потому, что не стараюсь сам, а потому, что все плохие, обидели и к кормушке не пускают.
А еще забавно: пропавший "ботаник", собственно, пропал два месяца назад, но "улыбчивым веселым парнем" был всего полмесяца назад.

Этот эпизод закончен, но впереди у нас весьма объемный кусок об одержимых экскаваторах и молодцах среди овец. Оставайтесь с нами :)

Следующая часть: https://fanfics.me/message544473
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 21
Какие крутые гогглы у вас! Вау.
Показать 3 комментария
#длиннопост
#Перловая_каша

Всем доброго времени суток, дорогие друзья!
Я не сильна в длинных предисловиях и понятия не имею, какие тэги положено ставить в обзорах, да и обзор этот - первый для меня, но, что поделать, руки чесались уже давно.

А разбирать я буду один фанфик, не опубликованный на Фикбуке, зато широко известный в узких кругах. Я говорю о (кхм) произведении Григория Крячко "Шрам. Обретение Ада". Из себя оно представляет попытку новеллизации игры S.T.A.L.K.E.R. Чистое Небо с дополнением и расширением игрового сюжета и восстановлением вырезанного контента. Именно так расписывал мне этот фанфик человек, который его мне однажды и посоветовал. Вроде бы, звучит интересно и многообещающе, не так ли?

Увы, на деле все оказалось не так радужно.

Пожалуй, к этой работе я отнеслась бы куда спокойнее, если бы не назойливый пиар. Многие в фандомном сообществе заявляют, что это едва ли не лучшее литературное произведение по вселенной и вообще потрясающе качественный фантастический боевик. Проверим, так ли оно на деле.

Поскольку сам текст работы не разбит на главы и состоит из трех объемных частей, для обзора придется разделить его на "кусики" помельче.

Итак, вперед, к разгадке тайн Зоны!

Бродяга бежал быстро. Очень быстро. Казалось, что предел, который можно достичь при помощи собственных ног, давно уже перейден, однако нет! От одной только мысли, что сзади нелепыми, обезьяньими прыжками несется попятам стая кошмарных тварей, кровь буквально вскипала от адреналина, насыщающего ее жидким огнем. Хриплое дыхание, со свистом рвущееся из глотки, напоминало клокотанье раскаленного пара в котлах древнего паровоза, когда он набирал ход. Человек очень хотел жить, и потому бежал так быстро.
Он смаху перепрыгивал ямы и овраги, поваленные стволы деревьев, торчащие из-под земли камни и давно заросшие мхом и травой куски железобетонных плит. Там и сям торчала острая, ржавая и хищно загнутая арматура, грозя подцепить и пронзить насквозь тело любого живого существа. Но беглец необъяснимым, ирреальным чувством, которое порождает только смертельная опасность, уклонялся от этих рукотворных ловушек. Ведь стоит напороться за стальной штырь, не заметить кусок камня или просто угодить ногой в яму, сломав лодыжку — и все! Тогда бы самое время застрелиться, да вот беда: не из чего. А ножом вскрыть себе вены, быть может, и успеешь, но не истечешь кровью до того, как тебя буквально заживо начнут рвать на части и поедать.
Беглец сам совершенно не знал, куда его несут ноги. Он почти обезумел от страха, да оно и неудивительно. Только бы не загнать самому себя в западню! Хотя остатками трезвого рассудка бродяга понимал, что шансов выжить в этой передряге у него практически нет. Тем более практически без оружия. Одному. В месте, буквально пропитанном злом и черным, мглистым сумраком смерти. Однако заложенная в мозг и накрепко там въевшаяся биопрограмма заставляла выживать и искать спасение вопреки всему.

Не касаясь правописания и отдельных перлов, хочу отметить такую вещь: наш человек и паровоз, удирая от компании мутантов, успевает подумать о сорока тысячах способах, которыми он может помереть. Также прошу обратить внимание на тот уровень опасности, который заявляет нам автор который заметно превосходит оный в первоисточнике, запомнить и вспоминать по ходу действия дальше.
Ну, а мы продолжим:

Леденящий сердце рык раздался буквально за спиной. Беглец, как заяц, резко метнулся в сторону, потом еще раз, выписывая головокружительный зигзаг, тем самым сбивая атаку твари, и тем самым спас себе жизнь. Чудовище, подобно сжатой и распрямленной пружине, сигануло на жертву, но промахнулось, пролетев совсем рядом. В памяти бродяги накрепко отпечатались вытянутые вперед руки (или уже лапы?), обрывки того, что когда-то было одеждой, развевающийся дырявый гофрированный «хобот» противогазной маски, которую тварь натянула себе на голову, как и все ее сородичи, стеклянные глаза-плошки.
Самое ужасное заключалось в том, что этот монстр, теперь скачущий, подобно уродливой обезьяне или вообще рептилии, когда-то бы человеком. Хотя с трудом можно себе вообразить, какие именно факторы довели мыслящее разумное существо до подобного вида. Теперь, несмотря на все еще угадывающийся человеческий облик, эти твари приобрели запас силы, ловкости и агрессии, которой хватило бы на дюжину тигров. И рычали они, кстати, почти точно также.
Кто-то когда-то даже высказывал предположение, что, дескать, все подспудные инстинкты и рефлексы человека просто оказались выпущенными на волю и возобладали над сознанием, вот в итоге и получилось то, что мы и видим. А лицо стремятся скрыть, наверное, от суррогата стыда за свое самоуправство. Некий умник даже непонятно почему назвал монстров снорками. Хотя какое отношение имели милые и вполне дружелюбные сказочные персонажи, внешне похожие на маленьких бегемотиков, к чудовищам-людоедам — сказать сложно…
Однако назови хрен морковкой, он от этого вкуснее не станет. И эти твари, даже окрещенные столь безобидным именем пацифизма в себе никак не развили. В точности также охотились на все живое и упорно не желали проявлять никаких зачатков человечности. А к людям, бывшим собратьям интерес у них был сугубо гастрономический. Что они сейчас с полным успехом и демонстрировали.

Стремные мутанты получились из людей. Это ведь такой шок-контент для подобного жанра! И мне понравилась фраза про скачущую рептилию. Нет, конечно, возможно, что автор имел в виду бегущего галопом крокодила, но, честно говоря, с манерой снорков передвигаться это как-то плохо стыкуется.
Кстати, с чего автор взял, что название "снорк" отсылает нас к Снорку и фрекен Снорк из книг Туве Янссон? Вот что говорит нам внутримировая "легенда" из истории разработки:

Своё название «снорк» мутант получил от немецкого журналиста канала RTL Ульриха Козе, который вёл репортажи о положении на Украине после аварии. В своих интервью он называл монстра «Schnorchel», что обозначает «нос». Имя «пришлось по вкусу» армейцам, которые быстро переделали его в «снорк», а пугающее прозвище «дух» произошло само по себе.

Вот как-то так. Едем дальше:

Еще один из снорков, нацелившийся на человека, уже распластался в прыжке, как профессионал — спортсмен, но обманутый зигзагами жертвы, тоже промахнулся, но не покатился кубарем по траве, а с размаха впечатался в кривое дерево. Масса тела у твари была немаленькой, под центнер, а могучие ноги, бросившие чудовище в прыжок, сообщили ему колоссальный импульс. Которого и хватило, чтобы башка снорка вошла в соударение с деревом, «попробовав» ствол на прочность. Дерево гулко загудело до самой вершины, сверху посыпалась хвоя и какая-то труха.
Как и следовало ожидать, ствол оказался крепче и с честью выдержал «проверку боем», а вот голова твари с чмокающим звуком вмялась внутрь. Череп треснул, противогаз окончательно превратился в ошметки пересохшей резины, а из поломленного лба и обгнивших ушей бывшего человека во все стороны брызнула слизистая гадость, видимо, остатки головного мозга. Уже мертвое, чудовище так и осталось висеть на дереве, в судороге намертво обняв его за ствол руками и ногами. Только вот любоваться на диковинное зрелище было некому. Беглец машинально отметил гибель врага и помчался дальше, не успев даже порадоваться.

Снорк в игре - существо довольно тощее, не считая увеличенных мышц на спине. Видимо, этот снорк, у которого, по словам автора, вес под центнер, успел где-то нажрать бока.
И какого, блин, фига у снорка сгнил мозг, если это, мать его, не зомби?! Снорк - живое существо, и, к тому же, очень хитрое.
И такой вопрос: у героя глаза на затылке? Или он стоял и рассматривал, как снорк головой дерево ломает?

На открытом пространстве состязаться со снорками в быстроте было заранее гибельным делом. Твари на непостижимом, генетическом уровне прекрасно владели тактикой загонной охоты и, когда собирались в стаи, легко одолевали даже превосходящую каждого из них по силе и ловкости добычу. Что уж тут говорить о безоружном человеке? В лесу, пусть и не густом, быстрота тварей была ограничена деревьями, двуногому человеку все же было немного легче. Снорки же ходить как люди уже давно разучились. Пришла было идея залезть на дерево и отсидеться там, но тем самым беглец сам бы загнал себя в смертельную ловушку. Сноркам ничего бы не стоило покараулить жертву пару суток, после чего человек сам бы шлепнулся вниз от усталости. Или, что еще вернее, его убил бы Выброс. Тварям же выплески аномальной энергии ничуть не вредили.

Хм, интересно, почему это человеку в лесу будет проще, чем офигенно ловким сноркам? И тут назревает вопрос, а как часто автор вообще бывал в лесу.
И насчет свалиться с дерева от усталости - а привязать себя - никак? Или же веревки нет, как и оружия? Конечно, пока еще неизвестно, где наш сталкер продолбал снарягу, но пока что выводы о нем как о сталкере напрашиваются такие себе.

Когда лес впереди начал расступаться, открывая обширную пустошь, человек окинул ее взглядом и во весь голос выматерился. Только вот бранные слова из его пересохшей, как пустыня, глотки звучали подобно хриплому клекоту птицы. Снорки позади уже не ревели и не рычали, несясь следом за добычей, но земля содрогалась от их тяжелого топота.

Какого, во имя Императора, тяжелого топота?! Снорочьего?!
Для тех, кто не знаком с первоисточником: снорки - эдакие рапторы от мира Сталкача. Любят подбираться скрытно и окружать жертву. Учитывая, что это чертовски ловкий, но, по сути, всего лишь озверевший окончательно человек, логично, что просто так подставляться они не будут. Рычат - кстати, не особо громко - только при нападении. А привычки реветь за ними и вовсе не водится.
И уж тем более эти дистрофики в противогазах не могут топать так, что земля содрогается.

Беглец растерянно закрутил головой в разные стороны, не сбавляя бега, и вдруг его мечущийся взгляд уцепился за кучу бетонных плит и какие-то руины, находящиеся в паре сотен метров правее. Это было уже гораздо лучше, чем играть со снорками в пятнашки! Человек припустил со всех ног туда. Чудовища позади хором взревели, будто почуяв что-то, еще больше их разозлившее. На ходу беглец обернулся. Его преследовало четверо снорков. Изначально их было семь. Видимо, двое остались пожирать убившегося об дерево собрата…
Руины вблизи оказались развалинами какого-то трехэтажного здания. Второй и третий ярусы строения не вынесли пронесшихся над ним катаклизмов трех минувших десятилетий и рухнули вниз кучами кирпича и раскрошенного бетона, да и первый этаж сплошь зиял уродливыми дырами и проломами, но еще вполне крепко стоял на земле. Беглец, надеясь сбить снорков со следа, запетлял меж руинами, плитами и нагромождениями обломков. На пути попался какой-то ржавый автомобиль, человек ужом просочился между стеной здания и горбатой мордой машины. Продавленная решетка радиатора удивительно напоминала смрадный оскал пасти.

Умолчим о ревущих снорках и о том, что оборачиваться на бегу, тем более, по пересеченной местности, - идея плохая. Вопрос первый: как герой определил, что развалина в лучшие времена была трехэтажкой, если второй и третий этажи обвалились? Или автор имел в виду перекрытия, но не знал таких словей?
И вопрос второй: почему "смрадный оскал пасти"? Машина что, была настолько вонючая? :)

Вниз, прямо под землю уходили ступеньки подвала, прикрытого бетонным козырьком от непогоды. Козырек покосился, куски его свисали вниз на погнутых прутьях арматуры, но пролезть под ними было еще вполне реально. Наверное, стоило бы мчаться дальше, но беглец выхватил нож из ножен и, пригнувшись, ринулся вперед, в зиявшую чернотой прямоугольную дыру. Снорки где-то отстали, но услышать сейчас что-то, кроме толокшегося в ушах заполошного буханья собственного сердца, было проблематично.
На середине осыпавшейся лестницы человек все-таки споткнулся и полетел вперед. Если бы не выставленные в момент приземления руки в добротных кожаных перчатках, смягчившие удар, вполне реально было бы разбить себе голову, как тот самый снорк в лесу. Или вообще успеть распороть себе грудь или живот собственным ножом. Но беглецу везло, он только плашмя грохнулся об замусоренный, сырой пол и тут же откатился в сторону, переворачиваясь на спину, готовый встретить атаку сверху. Но ее не последовало. Даже снорочьего рычания и топота почему-то не было слышно. Интересное кино… Куда же девались твари? Так просто они от добычи никогда не отказываются.

https://www.youtube.com/watch?v=cwEko-cVqCg

Примерно так выглядит поступок героя даже в рамках каноничной игровой Зоны, не то что здешней Зоны-плюс. Нет, серьезно, влезть в стремный непонятный подвал, даже не оглядываясь? Впереди могло быть что угодно, от аномалии до логова мутантов.
Ну и, делать сноркам нечего, только весь день за одним дураком гоняться. Скорее всего, они бы уже переключились на другую добычу.

Беглец поморгал глазами, чтобы они быстрее привыкали к подвальной темноте, потом сел на корточки и, затаив суматошное после долгого бега дыхание, прислушался. Вроде бы тихо, но что-то тревожило интуицию, давило на нервы. Разумеется, после таких пробежек с догонялками трудно чувствовать себя замечательно, как на курорте, но человек уже умел отфильтровывать простую собранность и сосредоточенность от предчувствия нешуточной опасности.
По верхней губе, и так мокрой от пота, вдруг пролилась горячая капля, сползла в уголок рта, сразу же ощутился характерный железный привкус. Человек провел тыльной стороной ладони по лицу и с удивлением увидел темный мазок. Кровь! В носу лопнули какие-то сосуды, но это совсем не почувствовалось. Уши неожиданно заложило, мир перед глазами закачался. Беглец зажмурил глаза, а когда открыл, то все вокруг окрасилось в багровые тона. В голове под черепом нарастал тонкий, сверлящий свист.
Выброс!!! Приближался очередной катаклизм. Все живое, еще сохранившее разум на этой Богом и всеми чертями (разом и по отдельности) проклятой земле искали себе надежное убежище или стремились зарыться под землю, подобно кротам. Бывало и такое, что, застигнутый Выбросом в чистом поле бродяга успевал в считанные минуты вырыть себе, действуя с молниеносной скоростью, яму, схорониться в ней и даже присыпаться землей. Кто-то выживал, но больше все-таки погибало в самодельной могиле. Жутко было видеть торчащую из-под рыхлой земли вытянутую человеческую руку, которую покойник успел вскинуть в последние мгновения жизни, как бы прощаясь с миром.
Выбросы губили множество людей, но хитрые двуногие существа научились со временем угадывать их закономерность, даже относительно точно предсказывать время, когда над проклятой землей прокатится уничтожающая все разумное волна аномальной энергии. Когда хочешь жить, все средства хороши, и закопаешься хоть в грязь, хоть в гниющую жижу, лишь бы продлить еще на какое-то время свое существование.

Ой, как удобно! Выброс начался строго в ту минуту, когда герой нашел убежище - и не минутой ранее! Но отдельно прекрасна история о людях-экскаваторах. Тут мне сразу приходят на память кадры из "Тома и Джерри". Вдогонку к вопросу о том, бывал ли автор в лесу, еще один: а пытался ли он как-нибудь копать, причем не бабкин огород, а целину?

Первая волна Выброса накатила, как невидимая гранитная стена. Раздался низкий-низкий, буквально на пределе слышимости удар. «Тумм!» Уши моментально заложило, в глазах заполыхали ярчайшие звезды, как при резком перепаде давления. Но это еще цветочки, разминка, можно сказать! В небе пронеслись с сумасшедшей скоростью багровые, светящиеся облака. И началось…

Вопрос, как герой это видит, если он в подвале? А если там небо видно, то фиг ли он у выхода торчит? Фиговое убежище, фиговое!

Выброс бушевал минут пять, которые для спрятавшегося в подвале человека показались пятью столетиями. Когда беглец обрел способность думать и чувствовать, то обнаружил себя лежащим в луже собственной блевотины. Низ живота и ноги заливало горячим — стыдно подумать, но организм не выдержал предельной перегрузки и «стравил балласт». Это ничего, ерунда, можно сказать. Бывало, во время Выбросов люди стрелялись, бросались на нож или начинали зубами рвать собственные руки. А порой и окончательно сходили с ума.
Когда Выброс закончился, бродяга еще несколько минут лежал неподвижно, скорчась на полу, и что-то беззвучно шептал, вяло шевеля губами. На самом деле простейшая проверка адекватности своего состояния после пси-удара — вспомнить свое имя…
Имя! Как его звали, черт побери? Имя… Неужели он и его уже успел забыть?
«Будешь ты у меня зваться Стрелок. Надо же тебе какое-то прозвище дать? Ты теперь в настоящую ходку пошел. А тут, брат, свои имена…»
Кто это сказал? Когда? Черт побери, только бы вспомнить, вспомнить… В памяти замаячило знакомое, но неуловимое для шокированного, растрепанного сознания лицо. Чье оно? Кто?
«Будешь зваться Стрелок…»

Итак. Наш ноунейм, продолбавший оружие и снарягу и и показавший себя достойным продолжателем дела Лироя Дженкинса - это не кто-нибудь, а Стрелок, центровой персонаж всей игровой трилогии. Не знаю, кто как, а я отказываюсь считать этого раздолбая, к тому же, страдающего энурезом, тем самым Стрелком.
И, да, носил бы, что ли, памперсы, раз так выбросы переносит :D

На этом первая часть все. В следующем выпуске: Институт Нелепых Стереотипов как он есть. Не переключайтесь!

Следующая часть: https://fanfics.me/message543889
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 41
ПОИСК
ФАНФИКОВ





Закрыть
Закрыть
Закрыть