Полтава! Одиссея!
И немножко Пер Гюнт. Скажи мне, Сольвейг, где я был самим собою? В надежде, вере и любви моей.
Не знаю, это были его мечты, или он уже чего натворил, как Гюнт. Но любовь уберегает от самого худшего.