Глава 4: Бартемиус Крауч-старший — внезапно любящий дедушка, который за 5 минут признаёт бастарда, открывает сейф в Гринготтсе, дарит кулон, серьги, походный набор зельевара и продвинутый справочник по трансфигурации.При этом в каноне этот человек:убил собственную жену
держал сына под Империусом много лет
сломал себе карьеру, разум и жизнь ради «высшей цели»
был фанатично предан закону и порядку до паранойи

А тут — милый суховатый дедуля с аккуратной щёточкой усов, который «не в восторге, но исполнит долг», угощает чаем с пирожными и пишет трогательные письма про гордость успехами внучки.
Это какой-то слащавый фанфик про «что, если бы Волдеморт был добрым дедушкой».
«Гермиона Джейн Крауч» звучит круто, а Рон Уизли теперь «фанера над Парижем» и «сын дворника».Автор буквально светится от счастья, что теперь её попаданка может официально презирать Уизли с позиций «внучка высокого чиновника».
Социальный лифт за одну главу: от магглорождённой зубрилы до потенциальной невесты/наследницы одного из самых влиятельных людей Британии.
Мэри-Сью-метр зашкаливает уже на красной зоне.
Снейп внезапно превращается в «плохого копа», который орёт на Гермиону за вопрос про жабье молоко. При этом ранее он вёл себя абсолютно нормально (провёл в лазарет, объяснил Помфри про генетику).
Логика автора: «Значит, получил установку сверху».
То есть Дамблдор теперь лично приказывает Снейпу травить внучку Крауча, чтобы… зачем?
Чтобы она не стала слишком сильной? Чтобы отвадить от Слизерина? Чтобы подставить Крауча?
Всё настолько нелогично, что даже злодейские планы Дамблдора выглядят как детский сад.
«Дамблдор — кровник Краучей, а они этого не знают».Самая эпичная конспирология главы.
Автор всерьёз предполагает, что Дамблдор специально подтолкнул Барти-младшего к Пожирателям, чтобы потом шантажировать Крауча-старшего, а заодно уничтожить весь род.
При этом Крауч-старший — один из самых упёртых борцов с Волдемортом в каноне.
Логика уровня «а вдруг он тайно злодей, потому что я так хочу».
Смерть мадам Хуч в прошлой главе уже забыта, как будто ничего не было.Никто не вспоминает, что первокурсница случайно убила преподавателя древней магией.
Все обсуждают только «о боже, у Гермионы дедушка Крауч!».
Приоритеты расставлены чётко.
Финальный штрих — «я теперь веду дневник и ничего странного не замечаю… но может это только пока?»Паранойя на максималках.
Гермиона подозревает всех и вся, включая собственную память, но при этом гордо носит подарки от деда-Крауча и радуется, что теперь «никакая сволочь не сможет играть с моей судьбой».

Общий итог после четырёх глав:
Это фик про то, как автор мстит всему канону за то, что настоящая Гермиона была «просто зубрилой без крутого дедушки».
Теперь у девочки:древний благородный род
бездонный счёт в Гринготтсе
покровительство одного из топ-3 самых влиятельных волшебников Британии
жаба Бетти как эмоциональный якорь
Невилл как единственный чистый и хороший друг
Рон, Перси, близнецы, Дамблдор, Снейп и почти все остальные — в статусе «ненавижу и презираю»

При этом сама попаданка искренне считает себя жертвой обстоятельств, а все вокруг — либо идиотами, либо злодеями, либо и теми, и другими.По уровню самолюбования, социальной мести и переписывания канона под себя это уже топ-1 среди самых токсичных «анти-Гаррипоттеровских» фанонов.Если дальше будет хотя бы одна глава, где Гермиона Крауч женится на Снейпе, становится новым Министром магии в 14 лет или лично отправляет Дамблдора в Азкабан — я даже не удивлюсь.