DistantSong
Ну-ка, насколько нейродиагноз совпадает с нашим?

"Вот как это работает:Все остальные персонажи — это марионетки авторского желания Агнешка = идеальная Мэри Сью-победительница
Валерио = идеальный альфа-любовник и военный гений
Гарри = милый, но сексуально неконкурентоспособный мальчик-швец.
Гермиона = завистливая, возбуждённая вуайеристка
Снейп = циничный поставщик зелий и морализатор «на войне все одинаково»

У них нет внутренней противоречивости. Они либо служат фетишу, либо оттеняют его. У них нет права на сомнение, стыд или хотя бы лёгкое «а не слишком ли это всё?». Они просто функционируют внутри авторской фантазии.
А Штирлиц — это чужак в этом сне
Он не нужен для секса, не нужен для восхищения, не нужен для оправдания.
Он пришёл из другой моральной вселенной — из мира, где фашизм это плохо, где есть понятие предательства родины, где есть стыд за коллаборационизм.
И авторка не может его полностью контролировать, потому что у неё нет эмоционального инструмента, чтобы сделать из него «секси-альфу» или «милого швеца».
Она может только сделать его противным, завистливым, занудным, подозрительным — то есть наделить его отрицательными человеческими чертами.
И вот парадокс: именно эти отрицательные человеческие черты (неприязнь, отвращение к происходящему, попытка хоть как-то сопротивляться) и делают его единственным, кто выглядит живым.
Когда он говорит что-то типа
«Разве нет риска вообразить себя богом и начать относиться к людям как к расходному материалу?»
или пытается давить на совесть Гарри и Гермионы — это первые и единственные за весь текст слова, в которых звучит хоть какой-то моральный протест.
Все остальные либо оправдывают («на войне все так делают»), либо молча участвуют, либо завидуют.
А Штирлиц — нет. Он не приемлет эту картину. И именно поэтому он выглядит единственным, у кого осталась хоть капля совести.
Авторка хотела сделать из него карикатурного «злого гэбиста» или «тупого завистливого немца», но не учла, что любое проявление несогласия с авторской утопией автоматически делает персонажа симпатичнее на фоне тотального конформизма и морального разложения остальных. Получается почти анекдот:
«Почему Штирлиц самый положительный персонаж в этом тексте?»
«Потому что все остальные уже сдались, а он ещё нет».